Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ОБЗОР

КАССАЦИОННОЙ ПРАКТИКИ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ

ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ САМАРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ЗА МАЙ - СЕНТЯБРЬ 2005 ГОДА

 

1. Решения органов следствия по собиранию доказательств и закреплению этих доказательств не подлежат обжалованию в порядке ст. 125 УПК.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 06.09.2005)

 

Постановлением Самарского районного суда г. Самары было отказано в удовлетворении жалобы И. в порядке ст. 125 УПК РФ на постановление следователя об отказе в удовлетворении ходатайства адвоката о допуске специалиста к участию в ознакомлении с заключением почерковедческой экспертизы по уголовному делу.

В кассационной жалобе адвокат просил отменить постановление судьи, ссылаясь на нарушение судом норм УПК РФ и прав на защиту обвиняемого И.

Проверив материалы дела с доводами кассационной жалобы, судебная коллегия указала следующее.

В соответствии со ст. 125 УПК РФ постановления дознавателя, следователя, прокурора об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в суд по месту производства предварительного расследования.

Постановлением следователя по особо важным делам прокуратуры Самарской области было мотивированно отказано в удовлетворении ходатайства адвоката в интересах обвиняемого И. о допуске специалиста Ю. к участию в ознакомлении с заключением почерковедческой экспертизы и его оценки.

Жалоба адвоката не является предметом судебного разбирательства в порядке ст. 125 УПК РФ, поскольку ущерба конституционным правам и свободам И. не причинено, доступ его к правосудию не затруднен.

Решения органов следствия по собиранию доказательств и закреплению этих доказательств не подлежат обжалованию в порядке ст. 125 УПК РФ, так как в этом случае установлен иной порядок их обжалования.

В данном случае вынесение процессуального решения судом не требуется и суду следовало дать И. соответствующее разъяснение по жалобе.

Постановление Самарского районного суда г. Самары по жалобе адвоката в интересах И. в порядке ст. 125 УПК РФ отменено, кассационная жалоба оставлена без удовлетворения.

 

2. Проверка законности действий органов власти другого государства в компетенцию российских властных структур не входит.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 04.04.2005)

 

Постановлением Чапаевского городского суда отказано в удовлетворении ходатайства об избрании в отношении Г. меры пресечения в виде заключения под стражу.

В кассационном представлении был поставлен вопрос об отмене постановления суда по мотивам его необоснованности.

Судебная коллегия постановление Чапаевского городского суда отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

В Генеральную прокуратуру РФ поступил запрос Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан о задержании и выдаче гражданина Республики Узбекистан Г., в отношении которого возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 228 УК РУз. В качестве меры пресечения Г. избрано заключение под стражу и объявлен его розыск, вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого. К запросу приложены копии процессуальных документов, выписка из УК РУз.

Г. проживает и задержан в г. Чапаевске. В целях обеспечения его выдачи запрашивающей стороне прокурору г. Чапаевска было поручено возбудить перед судом ходатайство об избрании Г. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Отказывая в удовлетворении ходатайства, суд в постановлении указал, что запрос не включает текст законов, предусматривающих ответственность за инкриминируемое деяние, законность возбуждения уголовного дела, не приложены документы, позволяющие идентифицировать личность Г., не представлены сведения об истечении сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Суд также указал, что Г. положительно характеризуется, имеет постоянное место жительства, регистрацию в г. Чапаевске, имеет вид на жительство, не уклонялся от явки по требованию органов предварительного следствия.

Между тем постановление суда вынесено с нарушением требований ст.ст. 462, 466 УПК РФ и не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Запрос Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан соответствует требованиям ст. 462 УПК РФ, законность привлечения Г. к уголовной ответственности подтверждена самим фактом запроса, а проверка законности действий другого государства в компетенцию российских властных структур не входит.

В соответствии с ч. 1 ст. 466 УПК РФ вопрос о применении меры пресечения в виде заключения под стражу должен быть решен судом РФ, так как судебного решения о заключении Г. под стражу не имеется, санкция на заключение его под стражу дана прокурором.

 

3. Согласно ч. 2 ст. 140 УПК РФ основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 30.08.2005)

 

28.04.2005, 03.05.2005, 23.05.2005 на основании рапортов помощника прокурора Автозаводского района г. Тольятти ст. следователем прокуратуры были возбуждены 3 уголовных дела по ст. 285 ч. 1 УК РФ в отношении С. в связи с тем, что он, являясь должностным лицом и работая начальником ОВД-2 Автозаводского района г. Тольятти, совершил сокрытие тяжких преступлений, предусмотренных ст.ст. 162 ч. 2 п. "в, г", 158 ч. 2, 161 ч. 1 УК РФ.

С. обжаловал указанные постановления в суд в порядке ст. 125 УПК РФ.

Автозаводским районным судом г. Тольятти постановления ст. следователя прокуратуры Автозаводского района г. Тольятти от 28.04.2005, 03.05.2005, 23.05.2005 о возбуждении уголовного дела в отношении С. по ст. 285 УК РФ признаны незаконными и необоснованными.

Рассмотрев материал по кассационному представлению прокурора, судебная коллегия указала, что постановление суда является законным и обоснованным по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 146 УПК РФ уголовное дело возбуждается при наличии повода и основания, предусмотренного ст. 140 УПК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 140 УПК РФ основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

Из материалов, представленных в суд, видно, что поводом к возбуждению уголовного дела в отношении С. послужили три рапорта помощника прокурора Автозаводского района г. Тольятти. В рапортах, со ссылкой на выявление фактов принятия необоснованного решения об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению граждан, сделан вывод о совершении С. действий, указывающих на признаки состава преступления.

Между тем поводы к возбуждению уголовного дела должны содержать информацию о наличии данных, указывающих на признаки преступления. Только в этом случае они могут служить основанием к проверке и принятию решения о возбуждении уголовного дела.

При возбуждении уголовного дела отсутствовали данные о том, что С. имел умысел на сокрытие числа зарегистрированных преступлений и именно с этой целью утверждал постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлениям граждан, являющиеся заведомо для него необоснованными и незаконными.

Таких данных в рапортах не указано.

Между тем наличие именно таких данных могло свидетельствовать о признаках преступления, что являлось основанием для возбуждения уголовного дела в отношении С.

При таких обстоятельствах судом сделан обоснованный вывод об отсутствии повода и основания для возбуждения уголовного дела в отношении С. и принято правильное решение об удовлетворении его жалобы.

 

4. Наличие не отмененного постановления прокурора о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления в действиях лица препятствует производству предварительного следствия по уголовному делу в отношении этого же лица, возбужденному впоследствии по тем же поводам и основаниям.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 06.09.2005)

 

Постановлениями следователя в отношении Г. возбуждены уголовные дела: 01.04.2005 по ст.ст.165 ч. 2, 159 ч. 3 УК РФ, 22.04.2005 - по ст. 159 ч. 3 УК РФ; 05.05.2005 - по ст. 165 ч. 2 УК РФ.

Обоснованность постановлений о возбуждении уголовного дела Г. была обжалована в Автозаводский районный суд г. Тольятти, который признал их незаконными и необоснованными.

Судебная коллегия оставила постановление суда без изменения, указав следующее.

Из материалов уголовного дела видно, что ранее уголовное дело в отношении Г. было возбуждено по заявлению Т. и Б. Постановлением суда от 01.07.2004 названное постановление о возбуждении уголовного дела признано незаконным, на прокурора была возложена обязанность устранить допущенные нарушения.

Заместителем прокурора области это уголовное дело было прекращено за отсутствием в действиях Г. состава преступления.

Позднее поступили заявления от других лиц, а также письмо первого заместителя мэра г. Тольятти, что послужило поводом для нового возбуждения уголовного дела против Г. уже по другим статьям.

Суд пришел к правильному выводу о том, что новое уголовное дело в отношении Г. возбуждено по тем же основаниям, связанным с деятельностью ООО "Сервис", а доказательства изъяты из прекращенного прокурором уголовного дела.

Такую ситуацию суд обоснованно признал нарушающей уголовно-процессуальный закон, исключающей производство по делу.

Наличие не отмененного постановления прокурора о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления в действиях Г. препятствует производству предварительного следствия по уголовному делу, возбужденному впоследствии по тем же поводам и основаниям.

Ссылка на то, что по вновь возбужденным уголовным делам проходят новые заявители - потерпевшие, не имеет юридического значения, поскольку уголовное дело возбуждается при наличии события преступления при проверке заявления о преступлениях любого гражданина.

Данные, указывающие на признаки преступления, уже были проверены по заявлениям Б. и Т., и возбуждение дела было признано по ним незаконным.

Дальнейшее производство по делу возможно лишь при условии отмены постановления прокурора о прекращении уголовного дела в отношении Г. и устранении нарушений, указанных в постановлении суда от 01.07.2004.

 

5. Суд по собственной инициативе не может вернуть дело прокурору по ухудшающим положение обвиняемого основаниям, поскольку это привело бы к осуществлению судом не свойственной ему обвинительной функции.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 08.07.2005)

 

Несовершеннолетний Т. признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Ф., повлекшего по неосторожности его смерть. Его действия квалифицированы органами следствия и судом по ст. 111 ч. 4 УК РФ.

Осужденный и его адвокат просили отменить приговор и дело прекратить ввиду существенного нарушения судом уголовно-процессуального закона, а именно: ст. ст. 237, 252 УПК РФ.

Судебная коллегия оставила приговор Центрального районного суда г. Тольятти без изменения, указав следующее.

Как видно из материалов уголовного дела, оно было возбуждено по признакам преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ. Затем действия Т. были ошибочно расценены следствием как "оборонительные" и квалифицированы органами следствия по ст. 108 ч. 1 УК РФ, уголовное преследование по ст. 111 ч. 4 УК РФ было прекращено, дело направлено в суд.

Однако по ходатайству потерпевшей и прокурора суд возвратил дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения нарушений уголовно-процессуального закона.

Устранив выявленные судом нарушения, прокурор, кроме того, обнаружил другие нарушения закона при утверждении обвинительного заключения и отменил незаконное постановление следователя о прекращении уголовного дела по ст. 111 ч. 4 УК РФ в отношении Т., и ему было предъявлено обвинение по ст. 111 ч. 4 УК РФ, после чего дело вновь поступило в суд с новым обвинительным заключением

Государственный обвинитель поддержал обвинение Т. по ст. 111 ч. 4 УК РФ, а суд, исследовав все имеющиеся в деле доказательства, признал Т. виновным по ст. 111 ч. 4 УК РФ в совершении тех действий, которые были ему вменены органами следствия. Поэтому доводы адвоката и осужденного о том, что суд вышел за пределы судебного разбирательства, нарушив требования ст. 252 УПК РФ, лишены оснований.

Ссылка адвоката на ч. 4 ст. 237 УПК РФ, запрещающую производство каких-либо следственных действий по уголовному делу, возвращенному судом прокурору, является несостоятельной, поскольку ч. 4 ст. 237 УПК РФ признана не соответствующей Конституции РФ постановлением Конституционного Суда РФ от 08.12.2003.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от 05.03.2004 "О применении судами норм УПК РФ", прокурор, а также по его указанию следователь, вправе, в случае возвращения судом дела прокурору, провести следственные или иные процессуальные действия, необходимые для устранения выявленных нарушений и составить новое обвинительное заключение, а следовательно, предъявить новое обвинение. Главное - чтобы эти действия не были связаны с восполнением неполноты произведенного предварительного следствия, которая предполагает собирание новых доказательств.

Между тем по настоящему делу никаких новых доказательств добыто не было, фактические обстоятельства остались прежними, просто следователем была дана неверная юридическая оценка действиям Т., и эта ошибка была выявлена прокурором на стадии утверждения обвинительного заключения и исправлена прокурором, а не судом, что важно в данном случае.

Рассматривая соответствие положений, изложенных в ст. ст. 232, 248, 258 УПК РСФСР, а затем в ст. ст. 237, 246, 254, 405 УПК РФ, Конституции РФ, Конституционный Суд РФ в своих постановлениях об определениях от 20.04.1999, 03.02.2000, 04.03.2003, 08.12.2003, 11.05.2005 неоднократно подчеркивал, что судебная функция разрешения уголовного дела и функция обвинения должны быть строго разграничены, каждая из них возлагается на соответствующие субъекты. Возбуждение уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются следственными органами, прокурором и потерпевшим. Суд же, осуществляющий судебную власть на основе состязательности и равноправия сторон, не может становиться ни на сторону обвинения, ни на сторону защиты, подменять стороны, принимать на себя их процессуальные права, а должен оставаться объективным и беспристрастным.

Таким образом, суд по собственной инициативе не может вернуть дело прокурору по ухудшающим положение обвиняемого основаниям, поскольку это привело бы к осуществлению судом не свойственной ему обвинительной функции.

Как указал Конституционный Суд в своем постановлении от 08.12.2003, к ведению суда относится проверка и оценка правильности и обоснованности сделанных органами следствия выводов по существу обвинения.

Функция предъявления обвинения возложена законом на прокурора или потерпевшего, которые вправе поддержать обвинение, изменить его или отказаться от обвинения.

Кроме того, Конституционный Суд РФ в своем постановлении N 5-п от 11.05.2005 указал, что уголовно-процессуальный закон, не допускающий поворот к худшему по жалобе потерпевшего или представлению прокурора и не позволяющий тем самым устранить допущенные существенные (фундаментальные) нарушения, влияющие на исход дела, не соответствует Конституции РФ.

 

6. В соответствии с требованиями ч. 3 ст. 231 УПК РФ в постановлении о назначении судебного заседания должны указываться фамилия, имя, отчество каждого обвиняемого и квалификация вменяемого ему в вину преступления.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 25.05.2005)

 

Я. и Г. осуждены Безенчукским районным судом по п. "а" ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст. 30.

Приговор отменен судебной коллегией ввиду нарушения уголовно-процессуального закона по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ч. 3 ст. 231 УПК РФ в постановлении о назначении судебного заседания должно содержаться решение о назначении судебного заседания с указанием фамилии, имени, отчества каждого обвиняемого и квалификации вменяемого ему в вину преступления.

В постановлении судьи о назначении судебного заседания отсутствует указание о том, что судебное разбирательство будет проводиться по обвинению Я. и И. по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 174-1 УК РФ, хотя обвинение по данным статьям уголовного кодекса обвиняемым было предъявлено.

В судебном заседании разбирательство дела происходило по названным статьям уголовного кодекса. И. и Я. осуждены по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

В резолютивной части приговора не содержится никакого решения об оправдании либо об осуждении И. и Я. по п. 1 ст. 174-1 УК РФ, по которой обвиняемым было предъявлено обвинение, чем нарушены требования ст. 306 и ст. 308 УПК РФ.

В нарушение требований ст. 307 УПК РФ в приговоре суда не указаны мотивы, по которым суд отверг утверждение подсудимых о невиновности в похищении крышки насоса НМ-10000 весом 1,5 тонны.

 

7. В соответствии со ст. 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим допустимо лишь в случае, когда реально заглажен причиненный потерпевшему вред.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 09.03.2005)

 

Постановлением судьи Кировского районного суда уголовное дело в отношении Т. по ч. 1 ст. 118 УК РФ прекращено в связи с примирением с потерпевшим.

В кассационной жалобе потерпевший К. просил отменить постановление, поскольку Т. не загладил причиненный вред, а лишь намеревался сделать это в будущем, а после прекращения дела отказался от возмещения вреда.

Доводы жалобы судебной коллегией были признаны обоснованными.

В соответствии со ст. 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим допустимо лишь в случае, когда реально заглажен причиненный потерпевшему вред.

Рассматривая дело Т., суд в достаточной степени не исследовал вопрос о реальности возмещения вреда потерпевшему, о чем свидетельствует приложенная к кассационной жалобе расписка Т. о намерении его лишь в будущем выплачивать К. деньги в счет возмещения вреда здоровью.

Постановление судьи Кировского районного суда г. Самары о прекращении уголовного дела в отношении Т. отменено, а дело направлено в районный суд на новое рассмотрение.

 

8. Если преступное деяние декриминализировано, оснований для присоединения назначенного по нему наказания в порядке ст. 70 УК РФ не имеется.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 21.02.2005)

 

Приговором Ленинского районного суда г. Самары Б. осужден по ч. 2 ст. 161 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в сумме 2500 руб.

В соответствии со ст. 70 УК РФ судом присоединено частично наказание, не отбытое по приговору Кировского районного суда г. Самары от 29.01.2004, в виде 1 года лишения свободы и окончательно назначено 5 лет 8 месяцев лишения свободы со штрафом в сумме 2500 руб.

В кассационном представлении государственный обвинитель просил изменить приговор суда, исключив из него отягчающее обстоятельство - рецидив преступлений, применение ст. 70 УК РФ и снизив Б. назначенное наказание.

Судебная коллегия с доводами кассационного представления согласилась, указав следующее.

Из материалов дела видно, что Б. по приговору Кировского районного суда г. Самары от 03.12.2004 был осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком на 1 год.

Однако в связи с принятием ФЗ-162 от 08.12.2003 "О внесении изменений и дополнений в УК РФ", постановлением Правительства РФ от 06.05.2004 N 231 "Об утверждении размеров средних разовых доз наркотических средств и психотропных веществ для целей ст.ст. 228, 228-1 и 229 УК РФ" данное преступное деяние декриминализировано, а следовательно, оснований для присоединения Б. назначенного по нему наказания в порядке ст. 70 УК РФ не имеется.

 

9. Приговор в части решения гражданского иска отменен в связи с нарушением требований ст. 54 УПК РФ

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 21.02.2005)

 

Елховским районным судом К. признан виновным в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности гибель П., следовавшей в автомашине ВАЗ-2108 под управлением ее брата П. в качестве пассажира, его действия квалифицированы по ст. 264 ч. 2 УК РФ.

В возмещение материального ущерба и компенсации морального вреда с ЗАО "Ель" в пользу П. взыскано 175 000 руб.

Представитель ЗАО "Ель" в кассационной жалобе просил приговор в части решения по гражданскому иску о взыскании 1750000 руб. отменить.

Судебная коллегия приговор в части решения гражданского иска отменила, направив дело в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, указав следующее.

При рассмотрении исковых требований потерпевшего П. суд допустил нарушение требований закона, в частности норм уголовно-процессуального закона - ст. 54 УПК РФ, поскольку рассмотрены были требования без участия представителя ЗАО "Ель", которое не было признано гражданском ответчиком ни на предварительном следствии, ни в судебном заседании. Также были допущены нарушения и норм гражданского права - ст. 1079,1100, 1101 ГК РФ.

Кроме того, решение об удовлетворении исковых требований было принято без учета конкретных обстоятельств по делу, не было учтено и финансовое положение гражданского ответчика.

 

10. Уголовная ответственность за хищение государственных наград у законных владельцев ст. 324 УК РФ не предусмотрена, такие действия квалифицируются как соответствующее преступление против собственности.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 21.02.2005)

 

Приговором Ленинского районного суда г. Самары Х. признан виновным и осужден по ч. 4 ст. 111, ст. 324, ч. 2 ст. 327 УК РФ.

Судебная коллегия не согласилась с выводами суда о квалификации действий Х. по ст. 324 УК РФ, указав следующее.

Действия Х. в части хищения государственных наград у потерпевшего Т. органами предварительного следствия и судом первой инстанции квалифицированы также и по ст. 324 УК РФ как приобретение государственных наград Российской Федерации, РСФСР, СССР.

Между тем хищение государственных наград у законных владельцев ст. 324 УК РФ не предусмотрено. Такие действия в судебной практике квалифицируются как соответствующее преступление против собственности.

Однако, учитывая, что судебная коллегия не может переквалифицировать действия Тихонова на более тяжкий состав преступления, приговор в части осуждения его по ст. 324 УК РФ отменен, уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

 

11. Правильная квалификация действий виновных лиц в преступных деяниях зависит от их умысла на совершение того или иного преступления.

 

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 09.03.2005)

Приговором Шигонского районного суда В признан виновным и осужден по ст. 162 ч. 3 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием в ИК общего режима.

Судебная коллегия, изменяя приговор, указала следующее.

Суд обоснованно признал виновным В. в преступлении - разбое, но, правильно установив обстоятельства дела, необоснованно квалифицировал его действия по ст. 162 ч. 3 УК РФ как разбой с незаконным проникновением в жилище потерпевшей.

Исходя из требований закона, под незаконным проникновением в жилище понимается противоправное вторжение с целью кражи, грабежа или разбоя. По делу В. следует то, что он проник в дом потерпевшей с целью кражи, а не разбоя. Будучи застигнутым на месте кражи, в доме потерпевшей, у него возник умысел на совершение разбоя (то есть кража переросла в разбой - более тяжкое преступление).

Однако это не свидетельствует о том, что В. совершен разбой с проникновением в жилище, так как умысла на это у него не имелось. Квалификация действий виновных лиц зависит от их умысла на совершение того или иного преступления. В данном случае В., проникая в жилище потерпевшей, имел умысел на кражу продуктов питания, а не разбоя.

В связи с этим действия В. подлежат переквалификации на ст. 162 ч. 1 УК РФ.

Поэтому судебной коллегией приговор Шигонского районного суда в отношении В. изменен, действия В. переквалифицированы со ст. 162 ч. 3 на ст. 162 ч. 1 УК РФ, назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием в ИК общего режима.

 

12. Суд обоснованно пришел к выводу о том, что преступление виновным совершено в состоянии необходимой обороны, но с превышением ее пределов.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 23.05.2005)

 

Приговором Красноярского районного суда И. осужден по ч. 1 ст. 114 УК РФ к 1 году лишения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 2 года.

Судебная коллегия, отклоняя представление обвинителя, указала следующее.

Суд с достаточной полнотой исследовал доказательства и обоснованно пришел к выводу о том, что в действиях И. имеется состав преступления, предусмотренный ст. 114 ч. 1 УК РФ.

Ссылка в представлении на то, что И. не вправе был применять нож для защиты М., противоречит требованиям закона.

Согласно ст. 37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц - по данному делу М.

По делу установлено, что И., видя, что У. душит М., взял со стола нож и ударил им потерпевшего. Суд обоснованно сослался на то, что данное действие И. было при внезапно возникшем умысле, что не противоречит требованиям закона, но при превышении им необходимой обороны.

 

13. Если в ходе судебного разбирательства обнаружатся существенные противоречия в показаниях потерпевшего или свидетеля по сравнению с ранее данными ими показаниями при производстве предварительного расследования или в судебном заседании, суд вправе огласить такие показания лишь по ходатайству стороны.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 21.02.2005)

 

Ленинским районным судом г. Самары С. осужден по ст. 162 ч. 2 УК РФ.

В кассационном представлении государственный обвинитель просит исключить из приговора признак "применение насилия, опасного для жизни и здоровья" и переквалифицировать его действия на ст. 161 ч. 2 п. "г" УК РФ, поскольку применение такого насилия не являлись средством завладения или удержания имущества.

Осужденный обжаловал приговор, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела и несправедливость приговора.

Судебная коллегия пришла к выводу о необходимости изменения приговора по следующим основаниям.

В судебном заседании потерпевшая Е. показала, что 02.02.2004 во время применения к ней насилия осужденный не выдвигал какие-либо имущественные требования. С. требовал, чтобы она сняла брюки, а когда она отказалась это сделать, то попытался снять их с нее сам. Она сумела вырваться и убежать. До этого С. вырвал находившийся у нее в руках сотовый телефон. С. и еще один парень снова схватили ее и потащили в кусты. Она стала кричать, в ответ на это осужденный стал угрожать ей осколком бутылки.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы видно, что Е. причинены телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Вывод о виновности С. в совершении разбоя суд сделал, основываясь на показаниях потерпевшей Е. на предварительном следствии.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 19 постановления N 1 от 05.03.2004 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ" пояснил, что "если в ходе судебного разбирательства обнаружатся существенные противоречия в показаниях потерпевшего или свидетеля по сравнению с ранее данными ими показаниями при производстве предварительного расследования или в судебном заседании, суд вправе огласить такие показания лишь по ходатайству стороны".

Из протокола судебного заседания видно, что показания потерпевшей Е. были оглашены судом не по ходатайству одной из сторон, а по своей инициативе. Соответственно, они не могут рассматриваться как доказательство.

Нарушение уголовно-процессуального закона - несоблюдение процедуры судопроизводства повлияло на постановление законного, справедливого и обоснованного приговора.

Приговор Ленинского районного суда в отношении С. изменен: исключены из числа доказательств показания потерпевшей Е. на предварительном следствии; в обвинении С. ссылка на "применение насилия, опасного для жизни и здоровья" заменена на "применение насилия, не опасного для жизни и здоровья"; исключена из обвинения "угроза применения насилия, опасного для жизни и здоровья"; действия С. переквалифицированы со ст. 162 ч. 2 на ст. 161 ч. 2 п. "г" УК РФ.

 

14. Законом не предусмотрена возможность применения особого порядка судебного разбирательства в отношении несовершеннолетнего (ч.2 ст. 420 УПК РФ).

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 23.05.2005)

 

Челно-Вершинским районным судом рассмотрено уголовное дело в отношении несовершеннолетнего В. в особом порядке, и ему назначено наказание в виде лишения свободы.

Отменяя приговор, судебная коллегия указала следующее.

В соответствии с ч. 2 ст. 420 УПК РФ производство по уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, осуществляется в общем порядке, установленном частями 2 и 3 УПК РФ.

Законом не предусмотрена возможность применения особого порядка судебного разбирательства в отношении несовершеннолетнего, поскольку суд обязан в ходе судебного разбирательства установить условия жизни и воспитания, уровень психического развития и иные особенности личности подсудимого.

Кроме того, суд обязан решить вопрос о возможности освобождения подсудимого от наказания, в то время как при рассмотрении дела в особом порядке законом предусмотрено постановление лишь обвинительного приговора.

 

15. При рассмотрении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении от не отбытой части наказания судья обязан полно, всесторонне и объективно исследовать материалы дела.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам от 04.05.2005)

 

Красноглинским районным судом Р. отказано в условно-досрочном освобождении от не отбытого наказания.

Судебная коллегия постановление суда отменила, указав следующее.

При рассмотрении ходатайства осужденного судья обязан полно, всесторонне и объективно исследовать материалы дела, дать им надлежащую оценку и принять решение, исходя из доказательств по делу.

Из протокола судебного заседания видно, что фактически материалы дела судом не исследованы. Представитель учреждения УР-65/10 ходатайствовал об условно-досрочном освобождении, однако судьей у него не выяснены мотивы этого вывода.

В постановлении указано, что было исследовано личное дело осужденного Р., однако документы (либо копии) из него не приложены к материалам рассматриваемого дела. В протоколе судебного заседания также не отражено, какие именно документы исследовались.

Администрация УР-65/19 характеризует Р. положительно, делает вывод, что он не нуждается в дальнейшем отбывании наказания.

Суд отказал в условно-досрочном освобождении Р. от наказания фактически лишь по одному основанию, что Р. во время отбывания наказания "не предпринял каких-либо действий по добровольному погашению иска на сумму 30000 руб.".

Однако невыплата осужденным денежных средств, взысканных с него судом в пользу потерпевшей стороны, не является основанием для отказа в условно-досрочном освобождении от не отбытого наказания.

Кроме того, судья не выяснил, имел ли Р. возможность реально исполнять решение суда по иску. Из постановления видно, что с Р. было взыскано 65 руб., но в материалах дела имеются данные о том, что Р. является инвалидом 2 группы и единственным источником получения денежных средств для него является пенсия по инвалидности. В настоящее время он находится на излечении в межобластной туберкулезной больнице ГУИН Минюста РФ.

Совершение им особо тяжкого преступления также не служит причиной для отказа в условно-досрочном освобождении, так как это противоречит требованиям закона - ст. 79 ч. 1, 3 п. "в" УК РФ.

Вывод судьи о том, что нет достаточных оснований полагать, что Р. встал на путь исправлении и он не нуждается в дальнейшем отбывании, не основан на доказательствах по делу.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь