Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ

 

ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

РЕШЕНИЕ

от 18 ноября 2005 г. N 3-22/2005

 

Липецкий областной суд в составе:

председательствующего: судьи Захарова Н.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сарафановой Н.А.,

с участием представителя заявителя по доверенности от 10.11.2005 Стапанюка Н.Н.,

представителя Липецкого областного Совета депутатов по доверенности от 06.10.2005 Буевой А.А.,

прокурора Пучковой С.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 18 ноября 2005 года заявление ООО "В" о признании недействующим с момента принятия Закона Липецкой области N 211-ОЗ от 05.09.2005 "О размещении объектов игорного бизнеса на территории Липецкой области",

 

установил:

 

05.09.2005 Липецким областным Советом депутатов принят Закон Липецкой области N 211-ОЗ "О размещении объектов игорного бизнеса на территории Липецкой области".

ООО "В" обратилось в суд с заявлением о признании недействующим полностью с момента принятия вышеназванного Закона, который опубликован в "Липецкой газете" N 174 от 07.09.2005.

Заявленные требования Общество основывало тем, что представительный орган Липецкой области вышел за пределы своих полномочий, приняв нормативный акт, регулирующий отношения, относящиеся к исключительному ведению Российской Федерации. По мнению ООО "В", установление ограничений, предусмотренных в ст. 2, 3 вышеназванного Закона субъекта Российской Федерации, относится к исключительному ведению Российской Федерации, поскольку регулируется гражданско-правовыми, а не административными правоотношениями, а дифференциация размещения объектов любого бизнеса на территории субъекта Российской Федерации возможна лишь в рамках гражданско-правовых отношений, так как для отношений власти - подчинения необходима лишь законность конкретного вида бизнеса. Оспариваемый Закон противоречит статье 7 Закона РСФСР от 22.03.1991 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках, поскольку ограничивает самостоятельность хозяйствующих субъектов и создает дискриминационные условия деятельности отдельных хозяйствующих субъектов, препятствует в осуществлении деятельности хозяйствующих субъектов в области игорного бизнеса. Кроме того, Закон Липецкой области противоречит статье 34 Конституции Российской Федерации как ограничивающий право заявителя на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

В судебном заседании представитель заявителя по доверенности С. заявленные требования поддержал в полном объеме. Кроме того, заявил дополнительные доводы в основание признания оспариваемого закона недействующим, указывая, что принятый Закон противоречит положениям ст. 8 Конституции Российской Федерации, закрепляющей положения о едином экономическом пространстве для осуществления экономической деятельности. Установленный в п. 2 Закона запрет на размещение объектов игорного бизнеса на рынках, вокзалах, объектах культуры и общественного питания, физкультурно-спортивных учреждений и территориальных зонах противоречит ст. 1, 2 ГК РФ, ст. 5 ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" и п/п "б" п. 4 Положения о лицензировании деятельности по организации и содержанию тотализаторов и игорных заведений", утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.07.2002 N 525, поскольку расширен перечень мест, где запрещено размещение объектов игорного бизнеса, Закон устанавливает дополнительные ограничения для осуществления предпринимательской деятельности, тем самым ограничивает самостоятельность хозяйствующих субъектов, тогда как такие ограничения установлены федеральным законодательством (п. 4 п/п "б" вышеназванного Положения), которые расширительному толкованию не подлежат. При этом представитель заявителя полагал, что, получая лицензию на право осуществления предпринимательской деятельности в области игорного бизнеса, законодатель на федеральном уровне определил порядок и способы осуществления такой деятельности, в том числе и ограничения по местам осуществления такой деятельности, и субъект Российской Федерации не вправе устанавливать какие-либо дополнительные условия для осуществления такой деятельности.

Кроме того, заявитель указал, что оспариваемый Закон противоречит положениям ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", обязывающего хозяйственные субъекты при осуществлении предпринимательской деятельности в сфере игорного бизнеса соблюдать определенные правила, а также ФЗ "О рекламе", который на федеральном уровне установил ограничения по размещению рекламного продукта во времени, кругу лиц и запрещение пропаганды легкой наживы. Муниципальные органы субъекта Российской Федерации не наделены полномочиями по регулированию порядка осуществления предпринимательской деятельности, а потому требования закона субъекта о получении лицами, осуществляющими игорный бизнес, дополнительного разрешения от муниципальных органов на право установки объектов игорного бизнеса на конкретных земельных участках и определенных территориальных зонах, предусмотренных Градостроительным кодексом Российской Федерации, противоречат федеральному законодательству. Предмет ведения органов местного самоуправления, установленный в ст. 6 ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", не может распространяться на установленный федеральным законом порядок лицензирования и осуществления лицензируемых видов деятельности, поскольку это является компетенцией федеральных органов государственной власти. Наделяя органы местного самоуправления государственной функцией по лицензированию данных видов деятельности, региональный законодатель вышел за пределы своей компетенции.

Представитель Липецкого областного Совета депутатов по доверенности Б. возражала против доводов заявителя, ссылаясь на их необоснованность, указывая, что Липецкий областной Совет, принимая Закон области N 211-ОЗ от 05.09.2005, не вышел за рамки полномочий, предоставленных субъекту Российской Федерации, Закон принят в соответствии с Уставом Липецкой области, права заявителя оспариваемым Законом не нарушены. Кроме того, пояснила, что отношения по размещению объектов игорного бизнеса не являются предпринимательскими, относятся к административным, основанным на властном подчинении, а потому к таким правоотношениям гражданское законодательство не применяется. Субъект Российской Федерации, в рамках, определенных Конституцией Российской Федерации, в целях защиты прав и свобод человека и гражданина, вправе осуществлять правовое регулирование в области размещения объектов игорного бизнеса, при отсутствии специального федерального закона, регулирующего данные правоотношения.

Поскольку Федеральный Закон об игорном бизнесе в настоящее время не принят и правоотношения по порядку размещения объектов игорного бизнеса на территории субъектов Российской Федерации не урегулированы, в соответствии с ч. 2 ст. 3 ФЗ от 06.10.1999 "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти РФ" субъекты Российской Федерации вправе осуществлять самостоятельно правовое регулирование по вопросам совместного ведения до принятия федерального закона.

Неисполнение оспариваемого Закона не влечет правовых последствий, связанных с лицензированием игорного бизнеса, и не распространяется на правоотношения по конкуренции на товарных рынках, поскольку игорный бизнес является видом предпринимательской деятельности, а потому ссылка заявителя на ст. 7 ФЗ "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" несостоятельна.

Представитель главы администрации Липецкой области в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Определением суда от 18 ноября 2005 года производство по данному делу в части доводов заявителя о несоответствии оспариваемого Закона Липецкой области положениям статьей 8 и 34 Конституции Российской Федерации прекращено.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, прокурора Пучкову С.Л., полагавшую в заключении необходимым отказать в удовлетворении заявленных требований, обсудив доводы заявителя, проверив дело в полном объеме, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявления в связи со следующим.

Согласно ст. 251 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданин, организация, считающие, что принятым и опубликованным в установленном порядке нормативным правовым актом органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица нарушаются их права и свободы, гарантированные Конституцией Российской Федерации, законами и другими нормативными правовыми актами, а также прокурор в пределах своей компетенции вправе обратиться в суд с заявлением о признании этого акта противоречащим закону полностью или в части.

В силу пункта 1 статьи 253 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, признав, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, принимает решение об отказе в удовлетворении соответствующего заявления.

Как следует из материалов дела, постановлением тридцать четвертой сессии Липецкого областного Совета депутатов третьего созыва N 911-пс от 25.08.2005 утвержден с поправками проект Закона Липецкой области "О размещении объектов игорного бизнеса на территории Липецкой области" и направлен для подписания главе администрации Липецкой области.

05.09.2005 глава администрации Липецкой области подписал вышеназванный Закон, который был опубликован в официальном отделе "Липецкой газеты" за N 174 от 07.09.2005 (л.д. 16) и вступил в законную силу по истечении 10 дней со дня официального опубликования.

Принятие оспариваемого Закона Липецкой области было вызвано необходимостью урегулирования на территории Липецкой области правоотношений, связанных с развитием сети уличных игровых автоматов и небольших игровых залов, в связи со сложившейся криминогенной обстановкой в сфере игорного бизнеса, бесконтрольного участия несовершеннолетних детей в азартных играх, пропаганде легкой наживы и обогащения, в результате чего прежде всего страдают дети. Расположение объектов игорного бизнеса в большей своей части в жилых микрорайонах, местах скопления людей, в том числе местах торговли, рынках, оказывает отрицательное воспитательное влияние прежде всего на несовершеннолетних, а также и взрослое население.

Оспариваемый Закон субъекта Российской Федерации регулирует правоотношения, возникающие при размещении объектов игорного бизнеса, и, как следует из его содержания, он принят в целях защиты прав и свобод человека и гражданина.

Из преамбулы оспариваемого Закона следует, что принят он в соответствии с Конституцией Российской Федерации в целях защиты прав и свобод человека и гражданина.

В соответствии со ст. 7, 35, 36, 38 и 72 Конституции Российской Федерации закрепляется государственная поддержка семьи и защита обеспечения интересов и прав ребенка, защита имущественных прав граждан.

Нравственные и духовные ценности являются неотъемлемыми элементами общественной жизни и подлежат защите с помощью права. В конечном счете развитие права и морали способствует достижению одной и той же цели - совершенствованию общественной жизни, развитию и обогащению личности, защите прав гражданина.

Коль скоро уставной целью ООО "В" является деятельность общества по получению прибыли и использованию ее в интересах участников Общества, а также развитию Общества посредством осуществления различных видов его деятельности (л.д. 6), то суд приходит к выводу о том, что игорный бизнес не способствует развитию нравственных и духовных ценностей человека, и прежде всего детей, и при отсутствии на федеральном уровне закона, регулирующего данные правоотношения, субъект Российской Федерации в соответствии с п. "б" ст. 72 Конституции Российской Федерации вправе был осуществить правовое регулирование в области размещения на территории Липецкой области объектов игорного бизнеса.

Под объектами игорного бизнеса понимаются казино, залы игровых автоматов, игровые автоматы, букмекерские конторы, тотализаторы и иное игровое оборудование.

Согласно статье 2 оспариваемого Закона Липецкой области хозяйствующие субъекты, осуществляющие на основании лицензии, полученной в установленном действующим законодательством порядке, деятельность по организации и проведению азартных игр, обязаны согласовать размещение объектов игорного бизнеса, расположенных на земельных участках, находящихся в собственности муниципальных образований, с органами местного самоуправления соответствующих муниципальных образований. Проверка выполнения установленных федеральными законами и настоящим Законом требований предполагает выдачу разрешения о размещении объектов игорного бизнеса.

Суд признает несостоятельным довод заявителя о том, что вышеназванное установление относится к сфере гражданско-правового регулирования и отнесено Конституцией Российской Федерации к исключительному ведению Российской Федерации, как основанным на неправильном толковании норм права.

Согласно п. "б" ст. 72 Конституции Российской Федерации защита прав и свобод человека и гражданина находится в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов.

В силу ст. 2 Гражданского кодекса РФ гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли.

Принятый субъектом Закон регулирует правоотношения между предпринимателями, осуществляющими игорную деятельность, и органами местного самоуправления на стадии размещения объектов игорного бизнеса. Извлечение же прибыли возможно только на той стадии, когда объекты игорной деятельности начнут свою работу, поэтому урегулированные оспариваемым Законом субъекта вопросы вовсе не относятся к гражданскому законодательству.

Правоотношения, возникающие в результате проведения различных игр и пари, урегулированы нормами, установленными в главе 58 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такие отношения по своей природе являются гражданско-правовыми. При этом судебной защите подлежат требования лиц, принявших участие в играх или пари под влиянием обмана, угрозы и т.п. со стороны организатора игр или пари, а также требований, указанных в пункте 5 ст. 1063 ГК РФ.

Вопросы же размещения объектов игорного бизнеса выходят за рамки гражданско-правовых отношений, а потому не являются исключительным предметом ведения Российской Федерации.

Суд согласился с доводами представителя законодательного органа о том, что отношения по размещению объектов игорного бизнеса не являются предпринимательскими, а относятся исключительно к административным правоотношениям.

Субъект Российской Федерации в рамках, определенных Конституцией Российской Федерации, вправе был осуществить правовое регулирование в области размещения объектов игорного бизнеса, самостоятельно разрешать вопросы местного значения, связанные с особенностями игорного бизнеса, с учетом защиты вышеназванных прав и интересов населения данного субъекта Российской Федерации.

Действительно, в данном случае имеют место ограничения, связанные с размещением объектов игорного бизнеса на территории Липецкой области, однако установление ограничений при размещении объектов игорного бизнеса законодателем субъекта произведено в интересах защиты прав и интересов граждан, что согласуется с международными принципами о введении каких-либо ограничений прав в соответствии с интересами общества.

При этом суд считает, что баланс частных и публичных интересов соблюден.

Декларация прав ребенка, принятая на пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН 20.11.1959, устанавливает приоритет интересов ребенка и их защиту, обеспечение детей специальной защитой, в том числе и путем введения каких-либо ограничений, предоставление возможностей и благоприятных условий для воспитания и развития физически, умственно, нравственно и духовно. Ребенку должна быть обеспечена полная возможность игр и развлечений, но не связанных с денежным выигрышем и пропагандой легкой наживы, а такие игры и развлечения должны быть направлены на цели, преследуемые образованием и духовным развитием ребенка.

Одним из способов обеспечения такой защиты прав и интересов ребенка вышеназванная Декларация предусматривает и издание законов.

При этом принцип 2 Декларации устанавливает, что при издании таких законов главным и основным соображением должно быть наилучшее обеспечение интересов ребенка.

Коль скоро, как указано выше, целями осуществления игорного бизнеса является извлечение прибыли путем заключения пари, что никак не согласуется с принципами духовного и нравственного развития детей, то субъект Российской Федерации, при отсутствии на федеральном уровне специального закона, регулирующего данные правоотношения, вправе был принимать оспариваемый закон, который прежде всего направлен на защиту интересов несовершеннолетних детей и согласуется с провозглашенными названной Декларацией принципами.

Доводы заявителя о том, что законодательный орган Липецкой области принял Закон в нарушение антимонопольного законодательства (статья 7 Закона "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках), ограничил самостоятельность хозяйствующих субъектов в сфере игорного бизнеса, не могут быть приняты судом во внимание по следующим основаниям.

Согласно статье 364 Налогового кодекса Российской Федерации игорный бизнес - это предпринимательская деятельность, связанная с извлечением организациями или индивидуальными предпринимателями доходов в виде выигрыша и (или) оплаты за проведение азартных игр и (или) пари, не являющаяся реализацией товаров (имущественных прав), работ или услуг.

Статья 4 Закона "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" определяет основные понятия - такие, как товар и товарный рынок.

Товар - это продукт деятельности, предназначенный для продажи, обмена или иного введения в оборот.

Товарный рынок - это сфера обращения товара, не имеющего заменителей, либо взаимозаменяемых товаров на территории Российской Федерации или ее части, определяемой исходя из экономической возможности приобретателя приобрести товар на соответствующей территории и отсутствия этой возможности за ее пределами.

Таким образом, из системного содержания и толкования вышеназванных норм права следует, что Закон "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не распространяется на правоотношения в сфере игорного бизнеса, так как игорный бизнес не подпадает под отношения товарного рынка.

Суд отвергает как несостоятельные и доводы заявителя о противоречии принятого Закона субъекта требованиям ст. 4, 5 ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности", подпункта "б" п. 4 "Положения о лицензировании деятельности по организации и содержанию тотализаторов и игорных заведений", утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации за N 525 от 15.07.2002 "О лицензировании деятельности по организации, содержанию тотализаторов и игорных заведений".

Действительно, лицензионные требования и условия установлены нормами вышеназванных нормативных актов. Указанные нормы права предусматривают обязательное лицензирование игорной деятельности федеральным органом исполнительной власти.

В п. 4 Положения содержится требование об ограничении мест, в которых не могут быть размещены тотализаторы и игорные заведения (жилые помещения, здания действующих образовательных и медицинских учреждений, здания и помещения, осуществляющие культовую и иную религиозную деятельность).

Таким образом, вышеназванный перечень мест является лицензионным требованием, при несоблюдении которого выдача лицензии и осуществление игорной деятельности не допускается.

Подпункт 2, 3, 4 статьи 2 обжалуемого Закона, наряду с вышеназванными запретами размещения объектов игорного бизнеса, установленными федеральным законодательством, предусматривает дополнительные ограничения при размещении таких объектов на территории субъекта.

В частности, объекты игорного бизнеса не могут быть размещены на землях, занятых объектами торговли и общественного питания, рынках, вокзалах, учреждениями культуры, физкультурно-спортивными учреждениями; на землях, расположенных в жилых и производственных зонах, зонах инженерной и транспортной инфраструктур, зонах сельскохозяйственного использования, зонах особо охраняемых территорий, зонах специального назначения, зонах размещения военных объектов, определенных в соответствии с Градостроительным кодексом Российской Федерации.

При этом названные ограничения при размещении объектов игорного бизнеса, установленные законом субъекта, направлены на защиту прав и интересов граждан и имеют иную правовую природу, нежели федеральное законодательство, регулирующее порядок получения лицензии, и устанавливающее места, где не допускается размещение объектов игорного бизнеса при осуществлении данного вида лицензированной деятельности.

Оспариваемый же Закон субъекта регулирует иные правоотношения, не связанные с лицензированием объектов игорной деятельности, направлен на защиту прав и интересов граждан, и его несоблюдение никак не повлечет лишение хозяйствующего субъекта лицензии на право осуществления игорной деятельности и последствий, установленных федеральным законодательством, в том числе и в Положении о лицензировании.

Как указано выше, статья 2 оспариваемого Закона субъекта обязывает хозяйствующие субъекты, осуществляющие деятельность по организации и содержанию тотализаторов и игорных заведений, согласовывать размещение объектов игорного бизнеса с органами местного самоуправления, на территории которых они расположены.

В соответствии со ст. 6 ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и ст. 5, 6 Закона Липецкой области "Об общих принципах организации местного самоуправления в Липецкой области" от 14.09.1995 (в редакции от 26.10.2001), а также ст. 2 Закона Липецкой области "О порядке наделения органов местного самоуправления в Липецкой области отдельными государственными полномочиями" от 12.11.1999 (в редакции от 04.05.2000) законодательное регулирование вопросов, связанных с наделением органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными и областными законами.

Согласно п. 3 ст. 32 ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и п. 12 ст. 55 действующего в настоящее время ФЗ "О местном самоуправлении в Российской Федерации" органы местного самоуправления в случаях, предусмотренных законами субъекта Российской Федерации, вправе устанавливать ограничения хозяйственной деятельности предприятий, учреждений и организаций, не находящихся в муниципальной собственности.

При этом органы местного самоуправления наделены полномочиями по размещению объектов рыночной инфраструктуры на подведомственной территории, а поскольку областной Закон регулирует правоотношения именно на стадии размещения объектов игорного бизнеса, разрешение данных запросов, в соответствии с вышеназванными положениями федеральных законов и законов субъекта, входит в компетенцию органов местного самоуправления.

Коль скоро регулируемые оспариваемым Законом отношения касаются административных и градостроительных правоотношений, которые, как и защита прав и свобод человека и гражданина, находятся в совместном ведении РФ и ее субъектов, то вопросы о порядке размещения объектов игорного бизнеса в том числе, и требования о согласовании мест размещения таких объектов с органами местного самоуправления, могут регулироваться законодательством субъекта Российской Федерации, а субъект Российской Федерации вправе устанавливать определенные условия при размещении таких объектов, в том числе и запрет на осуществление такой деятельности вне помещений и размещение игровых автоматов лицевой частью внутрь помещений.

Суд не может согласиться и с доводами заявителя о том, что при принятии Закона субъектом Российской Федерации не приняты во внимание положения ФЗ "О рекламе" и ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", в которых уже установлены определенные правила и ограничения по размещению рекламного продукта во времени, кругу лиц и запрещение пропаганды легкой наживы.

В соответствии со ст. 1 ФЗ "О рекламе" от 14.06.1995 (в редакции от 09.05.2005) настоящий Закон регулирует правоотношения, возникающие в процессе производства, размещения и распространения рекламы на рынках товаров, работ, услуг (далее - товары) Российской Федерации, включая рынки банковских, страховых и иных услуг, связанных с пользованием денежными средствами граждан (физических лиц) и юридических лиц, а также рынки ценных бумаг.

ФЗ N 115 от 07.08.2001 "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (ст. 2) регулирует отношения граждан РФ, иностранных граждан и постоянно проживающих лиц без гражданства, организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, тогда как оспариваемый Закон регулирует административные правоотношения по вопросам размещения объектов игорного бизнеса и положения ФЗ "О рекламе" и ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" не распространяются на правоотношения в сфере игорного бизнеса.

Уставом Липецкой области от 27.03.2003 (в редакции от 18.10.2005) (ст. 27 - 32) в соответствии с Федеральным законом от 06.10.1999 "Об общих принципах организации законодательных (представительных и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" установлено, что областной Совет является постоянно действующим высшим и единственным органом законодательной власти области, который принимает законы и постановления в соответствии с порядком, установленным Регламентом Липецкого областного Совета депутатов.

Согласно ст. 43 - 50, 57 Регламента Липецкого областного Совета депутатов, утвержденного постановлением от 31.01.2002, законопроекты рассматриваются областным Советом и после внесения поправок направляются для подписания и обнародования главе администрации. Принятые постановления областного Совета в течение 5 дней подписываются председателем областного Совета и публикуются в "Липецкой газете" в десятидневный срок со дня их подписания.

В силу п. "б" ст. 6 Закона Липецкой области "О нормативных правовых актах Липецкой области" от 27.03.1997 в соответствии с Уставом области областной Совет депутатов в пределах своей компетенции осуществляет законодательное регулирование по предметам ведения области и предметам ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый Закон принят уполномоченным на то органом субъекта Российской Федерации в пределах предоставленных ему полномочий, порядок принятия данного Закона и права заявителя не нарушены, а потому оснований для удовлетворения заявления не имеется.

Более того, в случае противоречия положений оспариваемого Закона субъекта принятому в будущем на федеральном уровне специальному закону, регулирующего правоотношения по размещению на территории Российской Федерации объектов игорного бизнеса, данный закон подлежит приведению его в соответствие.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 197 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

 

решил:

 

В удовлетворении заявления Общества с ограниченной ответственностью "В" о признании недействующим полностью с момента принятия Закона Липецкой области N 211-ОЗ от 05.09.2005 "О размещении объектов игорного бизнеса на территории Липецкой области" отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в течение 10 дней со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 21.11.2005.

 

Председательствующий

Судья

Н.И.ЗАХАРОВ

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2017       |       Обратая связь