Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ОБЗОР

КАССАЦИОННОЙ ПРАКТИКИ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ

ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ САМАРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ЗА ПЕРВЫЙ КВАРТАЛ 2006 ГОДА

 

Причины отмены приговоров ввиду несоблюдения

судами требований ст. ст. 305 - 308 УПК РФ

при постановлении приговоров

 

Следует отметить, что подобные основания для отмены приговоров преобладали в данном периоде времени.

В соответствии с требованиями ст. 305 УПК РФ описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора должна содержать: существо предъявленного обвинения, обстоятельства дела, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства обвинения.

Сызранский городской суд постановил оправдательный приговор в отношении Л. по ст. 286 ч. 1 УК РФ, сославшись на то, что Л. (работавший в должности начальника ГОМ-2 УВД города) действовал в пределах предоставленных ему полномочий, умысла на совершение преступления не имел, по делу отсутствуют доказательства обвинения.

Приговор отменен по кассационному представлению прокурора с направлением дела на новое рассмотрение.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать: описание преступного деяния, признанного судом доказанным, доказательства, на которых основаны выводы суда, и мотивы, по которым суд отверг иные доказательства.

Л. обвинялся в незаконном утверждении постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел.

В судебном заседании было установлено, что после регистрации заявлений потерпевших в книге учета сообщений по ним вынесены необоснованные постановления об отказе в возбуждении уголовных дел, которые утверждены Л., что пресекало уголовное преследование виновных лиц.

Сославшись на отсутствие у Л. умысла на превышение должностных полномочий из иной личной заинтересованности, суд в приговоре не указал мотивов, по которым действовал оправданный, хотя полномочия Л. не предоставляли ему права утверждения незаконных постановлений.

Приговором Алексеевского райсуда С. был признан виновным и осужден по четырем преступлениям, предусмотренным ст. 186 ч. 1 УК РФ, а также по ст. ст. 30 ч. 3 и 186 ч. 1 УК РФ.

При этом приговор суда не содержал описания преступного деяния ни по одному из эпизодов сбыта поддельных банковских билетов Центрального банка РФ.

Кроме того, в обоснование виновности С. суд сослался в приговоре на показания свидетелей, которые не были предметом исследования в судебном заседании. При постановлении приговора не получили оценку все доказательства по делу, в частности, показания шести свидетелей.

Центральный райсуд г. Тольятти постановил обвинительный приговор в отношении С. по трем преступлениям, предусмотренным ст. 161 ч. 1 УК РФ.

Вывод суда о совершении С. открытого хищения телефона у Б. противоречит показаниям потерпевшего в судебном заседании, из которых следует, что осужденный завладел телефоном путем обмана.

Суд в нарушение требований ст. 307 УПК РФ не дал оценку показаниям данного потерпевшего, которые противоречат его показаниям на предварительном следствии.

Кроме того, выводы суда о совершении С. еще двух грабежей также остались немотивированными.

Приговором Жигулевского горсуда М. признан виновным по ст. 111 ч. 3 п. "б" УК РФ в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, в отношении двух лиц.

Вместе с тем из приговора видно, что М. вину не признал, пояснив, что причинил потерпевшим телесные повреждения, защищаясь от их нападения.

При этом суд не дал правовой оценки показаниям осужденного, не проверил и не опроверг его доводы. Выводы суда не соответствуют показаниям М., что именно он вооружился имеющимся у него ножом и напал на потерпевших, тогда как осужденный таких показаний не давал.

Таким образом, при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

 

Особо следует остановиться на нарушениях ст. 307 УПК РФ

при постановлении обвинительных приговоров,

когда гособвинитель изменяет обвинение

 

Приговором Советского райсуда С. признан виновным и осужден по ст. 109 ч. 1 УК РФ.

Органами следствия С. обвинялся по ст. 111 ч. 4 УК РФ, т.е. в умышленном причинении Н. тяжкого вреда здоровью, повлекшем по неосторожности его смерть во время ссоры и драки.

Государственный обвинитель в судебном заседании изменил обвинение С. на ст. 109 ч. 1 УК РФ.

Суд в приговоре, описывая действия С., указал, что тот нанес Н. несколько ударов руками по лицу и предплечью, причинив тяжкий вред здоровью, от которого он скончался на месте преступления. При этом суд сделал вывод о том, что С., нанося эти удары, не мог знать и предполагать о наличии у Н. заболевания (не указав, какого заболевания и наличия причинной связи его с наступившими последствиями).

Таким образом, суд допустил в приговоре существенные противоречия, признав С. виновным в неосторожном преступлении, но описал его действия, как совершение умышленного преступления.

Другой пример.

Приговором Отрадненского горсуда К. признан виновным и осужден по ст. 158 ч. 2 п. "в" УК РФ за кражу из кармана одежды потерпевшего телефона, 1 000 рублей и 1 000 долларов США, причинив значительный ущерб в сумме 46 410 рублей.

Органами следствия К. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ст. 161 ч. 2 п. "г" УК РФ.

Прокурор в судебном заседании, полагая, что подсудимый действовал тайно, просил квалифицировать его действия по ст. 158 ч. 2 п. "в" УК РФ.

При этом действия, связанные с изъятием чужого имущества из одежды потерпевшего, не получили юридической оценки, хотя эти действия были вменены органами следствия и установлены судом.

Суд, согласившись с позицией обвинителя, признал установленным факт хищения телефона, денег, валюты, однако указал в приговоре, что данные, свидетельствующие о том, что в момент хищения у потерпевшего находились указанные суммы, в деле отсутствуют.

Таким образом, суд в нарушение требований ст. 307 УПК РФ не устранил противоречий относительно похищенного имущества, в связи с чем выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

 

Нарушения уголовно-процессуального закона, которые

повлияли на постановление законного, обоснованного

и справедливого приговора

 

Приговором Кинель-Черкасского райсуда К. осужден по ст. 228 ч. 2 УК РФ.

К. признан виновным в незаконном изготовлении без цели сбыта наркотических средств в особо крупном размере.

Из материалов дела усматривается, что государственный обвинитель в судебном заседании отказался от поддержания обвинения в части хранения К. наркотических средств.

В силу постановления Конституционного суда РФ от 08.12.2003 и ст. 246 ч. 7 УПК РФ полный или частичный отказ гособвинителя от обвинения должен быть мотивирован со ссылкой на предусмотренные законом основания.

Между тем, как видно из протокола судебного заседания, гособвинитель ничем свой отказ от части обвинения не мотивировал.

При таких обстоятельствах приговор суда постановлен с нарушением уголовно-процессуального закона и отменен СК по представлению самого государственного обвинителя.

По аналогичным основаниям по представлению прокурора отменен приговор Комсомольского райсуда, которым М. осужден по ст. 228 ч. 2 УК РФ.

Органами следствия М. было предъявлено обвинение по ст. ст. 30 ч. 1 и 228-1 ч. 3 п. "г" УК РФ, от которого гособвинитель отказался, не приведя мотив такого отказа, и предлагал квалифицировать действия М. по ст. 228 ч. 2 УК РФ.

 

Причины изменений приговоров

 

Из числа всех отмененных и измененных приговоров (50 на 60 человек) 27 приговоров на 35 человек составили измененные приговоры, или 58%.

Из них каждый второй приговор был изменен в результате неправильного назначения наказания и каждый второй - в результате неправильной квалификации действий осужденных.

 

Незаконное постановление приговора в части обвинения

 

Приговором Промышленного райсуда С. осужден по ст. ст. 213 ч. 1 и 115 ч. 2 УК РФ.

Он признан виновным в совершении хулиганских действий с применением предмета, используемого в качестве оружия, и в умышленном причинении легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное из хулиганских побуждений.

Как установлено судом, после того как потерпевший Т. предложил С. пересесть на рядом стоящую лавку, к нему неожиданно подошел знакомый С. и нанес удар кулаком по лицу, а затем и С. нанес ему удар по лицу каким-то предметом.

Подошедшие люди стали возмущаться, и С. со своим знакомым убежали.

Наличие у потерпевшего повреждений, причинивших легкий вред здоровью, подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы.

Действия С. правильно квалифицированы по ст. 115 ч. 2 УК РФ.

Однако квалификация его действий и по ст. 213 ч. 1 УК РФ как хулиганство является излишней, поскольку в приговоре не приведены доказательства совершения состава хулиганства.

Приговор в части ст. 213 ч. 1 УК РФ отменен.

Приговором Ленинского райсуда Р. осужден по ст. 30 ч. 3 и 158 ч. 3 УК РФ, ст. 158 ч. 3 УК РФ (18 преступлений) и по ст. 150 ч. 4 УК РФ.

Судебная коллегия отменила приговор по ст. 150 ч. 4 УК РФ за отсутствием состава преступления.

С субъективной стороны преступление, предусмотренное ст. 150 ч. 4 УК РФ, предполагает наличие у взрослого лица прямого умысла на вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность.

При этом взрослое лицо должно совершить определенные активные действия, связанные с непосредственным психическим или физическим воздействием на несовершеннолетнего.

Однако по делу данных обстоятельств судом не установлено. Суд не привел в приговоре никаких доказательств, свидетельствующих о наличии в действиях осужденного состава преступления, предусмотренного ст. 150 ч. 4 УК РФ.

Из материалов дела следует, что самому несовершеннолетнему К. на момент совершения кражи исполнилось 17 лет и он сам добровольно, без каких-либо уговоров и принуждений поехал вместе с Р. в г. Самару для совершения кражи.

Приговором Кировского райсуда К. осужден по ст. ст. 327 ч. 1, 327 ч. 3 УК РФ.

При этом суд необоснованно признал осужденного виновным по ст. 327 ч. 3 УК РФ за использование заведомо подложного документа, поскольку подделка документов, предусмотренных составом преступления по ст. 327 ч. 1 УК РФ, совершается с целью их использования и не требует дополнительной квалификации.

Приговор в части ст. 327 ч. 3 УК РФ отменен.

 

Причины изменений приговоров в связи

с неправильной квалификацией действий виновных лиц

 

Приговором Советского райсуда П. признан виновным и осужден по ст. ст. 30 ч. 3 и 228-1 ч. 3 п. "г" УК РФ за покушение на незаконный сбыт героина массой 103,25 грамма.

СК, изменяя приговор, указала, что действиям осужденного судом дана неправильная квалификация.

Как следует из приговора, П. не приступил к выполнению объективной стороны преступления по сбыту наркотика.

Осужденный лишь перемещался но улицам г. Самары, храня наркотики в одежде, осуществляя тем самым действия, направленные на незаконный сбыт наркотического средства.

Поэтому его действия образуют состав приготовления к сбыту наркотического средства в особо крупном размере и подлежат квалификации по ст. ст. 30 ч. 1 и 228-1 ч. 3 п. "г" УК РФ, что повлекло за собой и снижение наказания.

Приговором Ставропольского райсуда Ф. и Т. признаны виновными в том, что по предварительному сговору путем взлома решетки и выставления стекла в окне дачного дома проникли в него и тайно похитили три кровати, газовую плиту, кухонный гарнитур, всего на сумму 26 500 рублей, причинив потерпевшей Ш. значительный материальный ущерб.

Квалифицируя действия осужденных по ст. 158 ч. 2 п. "а, в, г" УК РФ (в редакции 1996 г.), суд не мотивировал в приговоре свой вывод о наличии в действиях Ф. и Т. оконченного состава преступления.

Как видно из материалов дела, осужденные лишь подготовили имущество, вынеся его из домика, для погрузки в автомашину, которая на момент задержания Ф. и Т. только подъехала к месту происшествия.

При таких обстоятельствах у осужденных не было реальной возможности распорядиться похищенным имуществом. Поэтому их действия Судебная коллегия переквалифицировала на ст. ст. 30 ч. 3 и 158 ч. 2 п. "а, в, г" УК РФ (в редакции 1996 г.), снизив наказание.

Приговором Сызранского райсуда П. осужден по ст. 228-1 ч. 1 УК РФ (по двум преступлениям), ст. 228-1 ч. 2 п. "б" УК РФ, по ст. ст. 30 ч. 1 и 228-1 ч. 3 п. "г" УК РФ.

Он признан виновным в незаконном сбыте 0,3 г героина, 1,32 г героина, 0,34 г героина и приготовлении к сбыту 21,2 г героина.

Судом было установлено, что умысел П. был направлен на незаконный сбыт наркотического средства в особо крупном размере.

В осуществление своего умысла он сбыл в три приема часть наркотика, а оставшаяся часть героина у него была обнаружена и изъята, поэтому осужденный не смог довести свой умысел до конца.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия действия П. переквалифицировала на ст. ст. 30 ч. 3 и 228-1 ч. 3 п. "г" УК РФ как покушение на сбыт наркотического средства в особо крупном размере.

 

Особо следует остановиться на ошибках,

связанных с неправильным установлением

квалифицирующих признаков хищения

 

Приговором Похвистневского райсуда М. признан виновным в преступлении по ст. 162 ч. 3 УК РФ, т.е. в разбое, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в помещение и иное хранилище.

Судебная коллегия переквалифицировала действия осужденного на ст. 162 ч. 2 УК РФ, исключив из обвинения квалифицирующий признак "незаконное проникновение в помещение и иное хранилище".

Как установлено судом, зал игровых автоматов, в котором было совершено разбойное нападение, работает круглосуточно, и доступ посетителей в него открыт, а купюроприемник, расположенный в игровом автомате, не является иным хранилищем.

Приговором Ставропольского райсуда Р. признан виновным и осужден по ст. 158 ч. 2 п. "б" УК РФ за совершение двух краж велосипедов с дачных участков потерпевших.

СК переквалифицировала действия осужденного на ст. 158 ч. 1 УК РФ (по двум преступлениям), исключив квалифицирующий признак кражи с проникновением в иное хранилище.

Под иным хранилищем в п. 3 Примечания к ст. 158 УК РФ понимаются участки территории, независимо от форм собственности, которые оборудованы ограждением либо техническими средствами или обеспечены иной охраной и предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей.

Территория дачного участка признаками "иного хранилища" не обладает и имеет иное предназначение.

По аналогичным основаниям изменены приговоры:

Красноярского райсуда в отношении Н. (кража мотоцикла со двора дома), а также Сызранского райсуда в отношении К. (открытое хищение теленка из огороженной калды для выпаса скота).

Приговором Автозаводского райсуда И. осужден по ст. ст. 30 ч. 3 и 158 ч. 2 п. "в" УК РФ. Он признан виновным в покушении на кражу автомагнитолы и съемной панели к ней общей стоимостью 6 000 рублей из салона автомашины по признаку причинения значительного ущерба потерпевшему.

СК переквалифицировала действия осужденного на ст. ст. 30 ч. 3 и 158 ч. 1 УК РФ, поскольку вывод суда о причинении потерпевшему в результате кражи значительного ущерба не подтвержден исследованными судом доказательствами, а сам потерпевший судом не допрошен.

 

Продолжали допускаться ошибки, связанные

с неправильным определением вида рецидива

преступлений, что влечет за собой снижение наказания

 

Приговором Промышленного райсуда П. признан виновным и осужден по ст. 158 ч. 2 п. "г" УК РФ к 2 годам лишения свободы и по совокупности приговоров по ст. 70 УК РФ к 4 годам лишения свободы в ИК общего режима.

Суд, назначая наказание П., необоснованно указал на наличие в его действиях рецидива преступлений. Ранее П. был судим к условной мере наказания, которое не отменялось. Поэтому в силу ст. 18 ч. 4 п. "в" УК РФ рецидив преступлений отсутствует.

СК исключила из приговора ссылку на рецидив преступлений, что повлекло снижение наказания.

Приговором Красноглинского райсуда Ф. признан виновным и осужден по ст. 161 ч. 1 УК РФ к 2 годам лишения свободы в ИК строгого режима.

Ранее Ф. был судим за преступления небольшой тяжести (ст. ст. 114 ч. 1, 231 ч. 1, 330 ч. 1, 119 УК РФ). В силу ст. 18 ч. 4 п. "а" УК РФ подобные судимости не учитываются при признании рецидива преступлений.

Поэтому суд неосновательно назначил Ф. наказание с учетом рецидива преступлений. СК, исправляя данную ошибку, вынуждена была также изменить осужденному и вид ИК на колонию-поселение.

 

Ошибки, связанные с назначением наказания

 

В силу требований ст. 60 ч. 3 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в т.ч. обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия его жизни.

Приговором Хворостянского райсуда З. признан виновным и осужден по ст. 111 ч. 4 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы в ИК строгого режима.

При назначении наказания суд незаконно учел наступление тяжких последствий, поскольку наступление смерти в результате преступных действий З. является признаком состава ст. 111 ч. 4 УК РФ и не может вторично учитываться.

В нарушение требований ст. 60 УК РФ суд в приговоре мотивировал наказание тем, что З. вину свою не осознал, в содеянном не раскаялся, "вел себя агрессивно в судебном заседании, пытался создать впечатление недостоверности ответов опрашиваемых лиц бессистемными повторяющимися вопросами, за два с половиной года не попытался помочь материально потерпевшей".

СК исключила из приговора данные обстоятельства, которые повлияли на назначение наказания, снизив меру наказания.

Другой пример.

Приговором Ставропольского райсуда Т. признан виновным и осужден по ст. 162 ч. 3 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы в ИК строгого режима.

При назначении наказания суд необоснованно сослался как на отягчающее ответственность обстоятельство на наличие в его действиях опасного рецидива преступлений. Судимость по приговору от 02.04.1997 по ст. 161 ч. 2 п. "а, г" УК РФ к 3 годам лишения свободы погашена. Преступность и наказуемость деяния, предусмотренного ст. 228 ч. 1 УК РФ (за которое он осужден 19.05.1999), устранена ФЗ-162 от 08.12.2003.

Данные ошибки также повлекли снижение наказания.

В соответствии с требованиями ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. п. "и", "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и при отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать 3/4 наиболее строгого наказания, предусмотренного статьей Особенной части УК РФ.

Данное требование закона не учел Железнодорожный райсуд, назначив М. по ст. 115 ч. 1 УК РФ максимальное наказание в виде 1 года исправительных работ с удержанием 15% заработка в доход государства при наличии оснований п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Судом не установлены по делу отягчающие обстоятельства, вместе с тем указано в приговоре на отсутствие судимости, указание вины, раскаяние в содеянном, явки с повинной.

СК приговор изменен и наказание снижено до 6 месяцев исправительных работ с удержанием 10% заработка в доход государства.

По аналогичным основаниям был изменен приговор Нефтегорского райсуда в отношении Р., которому назначено наказание по ст. 115 ч. 1 УК РФ в виде 1 года исправительных работ, а по ст. 119 УК РФ в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы.

 

Продолжались допускаться ошибки, связанные

с назначением наказания по совокупности приговоров

 

Приговором Безенчукского райсуда С., ранее судимый в 2003 году по ст. 111 ч. 1 УК РФ к 3 годам лишения свободы, освободившийся 17.06.2004 УДО на 1 год 4 месяца 22 дня, признан виновным по ст. 111 ч. 1 УК РФ, и ему назначено наказание в виде 5 лет лишения свободы, а на основании ст. 70 УК РФ - 5 лет 6 месяцев лишения свободы.

С. признан виновным в совершении преступления 31.10.2005, т.е. после истечения срока условно-досрочного освобождения от предыдущего наказания, поэтому суд необоснованно применил правила ст. 70 УК РФ.

Приговором Большеглушицкого райсуда П. (ранее судимому: 17.06.2005 к условному лишению свободы, 12.08.2005 с применением ст. 70 УК РФ к условному лишению свободы, 05.09.2005 к условному лишению свободы) назначено наказание по ст. 158 ч. 1 УК РФ к 1 году лишения свободы и в соответствии со ст. 70 УК РФ окончательное наказание назначено путем частичного присоединения неотбытых наказаний по приговорам от 17.06.2005, 12.08.2005, 05.09.2005 в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы.

Приговором суда от 12.08.2005 к наказанию по ст. 319 УК РФ на основании ст. 70 УК РФ полностью присоединено неотбытое наказание по приговору суда от 17.06.2005.

Ввиду того, что одно и то же наказание не может быть дважды присоединено, то СК ссылка суда в приговоре о присоединении наказания по приговору от 17.06.2005 исключена, что привело к снижению наказания по совокупности приговоров до 2 лет 2 месяцев лишения свободы.

По аналогичным основаниям был также изменен приговор Красноярского райсуда в отношении Ч.

При рассмотрении дела в особом порядке судебного разбирательства наказание по приговору в соответствии со ст. 316 ч. 7 УПК РФ не может превышать 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершение преступления.

Приговором Сызранского райсуда Т., осужденному по ст. ст. 30 ч. 3 и 158 ч. 2 п. п. "а, б" УК РФ, назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года. Поскольку дело было рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства, то верхний предел наказания за неоконченное преступление (с учетом требований ст. 66 ч. 3 УК РФ) не может превышать 2 года и 6 месяцев лишения свободы (2/3 максимального наказания по ст. 158 ч. 2 УК РФ).

 

Ошибки, связанные с неправильным

назначением вида исправительной колонии

 

Приговором Сергиевского райсуда Ч., ранее не отбывавшему лишение свободы, назначено наказание по ст. ст. 166 ч. 1 и 158 ч. 2 п. "б" УК РФ (с применением ст. 69 ч. 5 УК РФ) в виде лишения свободы в ИК общего режима.

При этом суд нарушил требования ст. 58 ч. 1 п. "а" УК РФ о том, что лицам, осужденным за преступления средней тяжести, надлежит отбывать наказание в колонии-поселении. Только с учетом обстоятельств совершения преступлений и личности виновного суд может назначить данным лицам отбывать наказание в ИК общего режима с обязательным указанием мотивов принятого решения.

Поскольку в приговоре отсутствовала такая мотивировка, то СК изменила осужденному вид исправительного учреждения на колонию-поселение.

Приговором Отрадненского горсуда Ж. (которому исполнилось на момент осуждения 18 лет) назначено наказание по ст. 158 ч. 1 УК РФ (с применением ст. 69 ч. 5 УК РФ) в виде лишения свободы в воспитательной колонии.

При этом суд нарушил требования ст. 58 ч. 3 УК РФ о том, что наказание в виде лишения свободы в воспитательной колонии назначается, когда осужденный на момент вынесения приговора являлся несовершеннолетним.

Приговором Хворостянского райсуда С. (ранее осужденному к условному наказанию) назначено наказание по ст. 161 ч. 2 п. "а, в" УК РФ с применением ст. 74 ч. 3 УК РФ в виде лишения свободы в колонии-поселении.

При этом судом нарушены требования ст. 58 ч. 1 п. "б" УК РФ, поскольку мужчинам, ранее не отбывавшим лишение свободы, осужденным к лишению свободы за тяжкое преступление, назначается отбывание наказания в ИК общего режима.

Приговором Кировского райсуда П., ранее судимому за тяжкое преступление, назначено наказание по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 158 ч. 3 УК РФ в ИК общего режима.

Суд обоснованно усмотрел в действиях осужденного опасный рецидив преступлений, поэтому должен был назначить ему отбывать наказание в ИК строгого режима.

СК данная ошибка исправлена по представлению прокурора.

 

Следует остановиться на продолжающихся ошибках

при рассмотрении гражданских исков в уголовном деле

 

В соответствии со ст. 309 УПК РФ суд при постановлении обвинительного приговора обязан принять решение по предъявленному гражданскому иску. Только при необходимости произвести дополнительные расчеты, требующие отложения судебного разбирательства, суд может передать вопрос о размере возмещения иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, но обязательно должен признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска.

Советский райсуд, постановив в отношении Б. обвинительный приговор по ст. 163 ч. 2 п. "а, в" УК РФ, необоснованно отказал потерпевшему Ж. в иске о взыскании 3 000 рублей, затраченных на лечение. Такое право у потерпевшего сохраняется при предоставлении суду доказательств понесенных затрат на лечение.

Поэтому СК уточнила приговор признанием за потерпевшим Ж. права на предъявление иска о взыскании затрат на лечение в порядке гражданского судопроизводства.

Приговором Центрального райсуда П. и М. признаны виновными и осуждены по ст. 158 ч. 2 п. "а, в" УК РФ. Взыскано с осужденных в пользу потерпевшей М. солидарно 18 200 рублей.

Согласно ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать мотивы, обосновывающие решение суда в отношении гражданского лица.

Данные требования закона судом нарушены. Осужденные были лишены реальной возможности возражать против заявленных М. исковых требований. Суд не выяснил позиции сторон без соблюдения принципа состязательности, в нарушение требований ст. ст. 54, 73 ч. 1 п. 4 УПК РФ разрешил данный вопрос. Удовлетворяя исковые требования, суд не определил фактическую стоимость похищенного имущества и размер удовлетворенного иска ничем не мотивировал.

Поэтому СК приговор отменила в части взыскания с осужденных в пользу М. 18 200 рублей и дело направила в этой части на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

 

Зам. председателя Самарского областного суда

Ю.В.ДОМИНОВ

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь