Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

АРХАНГЕЛЬСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

Дело N 2-6/0

2 февраля 2000 года

 

ПРИГОВОР

 

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе:

председательствующего Козлова А.В.,

народных заседателей Н., П.

при секретаре С.

с участием прокурора Никитина В.В. и адвоката Клочкова М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Архангельске уголовное дело по обвинению:

Н., <...>, русского, гражданина Российской Федерации, со средним образованием, военнообязанного, холостого, не работающего, проживающего в <...>, ранее не судимого,

содержащегося под стражей с 7 июля 1999 года,

в совершении преступлений, предусмотренных ст. 105 ч. 2 пункты "д", "з" и ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ.

Заслушав показания подсудимого, потерпевших и свидетелей, исследовав другие доказательства по делу, выслушав судебные прения и последнее слово подсудимого, судебная коллегия

 

установила:

 

Н. в процессе ссоры с особой жестокостью совершил убийство М., после чего тайно похитил ее ювелирные украшения при следующих обстоятельствах.

19 июня 1999 года в средней школе N 70 на острове Кегостров г. Архангельска проходил выпускной вечер.

В начале 23-го часа выпускники Б., Ш., Б., М. и Н. пришли на квартиру N <...> дома N <...>, корпус <...>, пос. Кегостровского лесопильно-деревообрабатывающего комбината (КЛДК), где проживала находившаяся в больнице бабка Н.Т.

Во время продолжившегося застолья Б. ушел, Ш. уединился в маленькой комнате с М., а Н. остался в большой комнате с Б., которую пытался целовать.

Около 00 час. 10 мин., когда М. стало рвать, Б. и Ш. оставаться в квартире не захотели и вернулись в школу.

Оказавшись наедине с М., Н. стал домогаться ее половой близости; из-за чего около 00 час. 50 мин. между ними произошла ссора, в процессе которой Н. умышленно с целью убийства, сознавая, что путем нанесения большого количества телесных повреждений причиняет потерпевшей особые страдания, действуя с особой жестокостью, нанес ей ножом, а затем обухом и лезвием топора множественные удары в голову, шею, грудь и руки, причинил на лице: 3 резаные раны, 3 колото-резаные раны, 3 рубленые раны с переломами нижней челюсти, 3 ушибленные раны с кровоподтеками и переломами лобной кости, а также ушибленную рану волосистой части головы с переломом левой теменной кости и повреждением головного мозга, 2 резаные раны шеи, 2 кровоподтека и 2 колото-резаных раны груди, 9 колото-резаных ран рук, после чего одиннадцатью воздействиями ножа причинил 3 глубокие резаные раны шеи с повреждениями щитовидного хряща, трахеи, сонной артерии и яремной вены, от которых потерпевшая в результате острой массивной кровопотери и острого малокровия внутренних органов на месте скончалась.

До 3 часов ночи Н. сходил за водой и замыл в квартире все видимые следы крови. Затем для создания себе алиби пригласил на кухню квартиры Т. и сходил в школу, а вернувшись в квартиру, в оставшееся ночное время, выбрав момент, когда за его действиями никто не наблюдал, с целью инсценировки безвестного исчезновения девушки переместил ее труп в прибрежный кустарник находящегося у дома Т. водоема и накрыл труп найденной неподалеку раковиной. Впоследствии уничтожил одежду и обувь М.

Кроме того, после убийства Н. из корыстных побуждений тайно похитил с трупа М. золотую цепочку с кулоном стоимостью 2 тыс. руб. и серебряный перстень за 200 руб., всего на 2200 руб. Впоследствии привез эти украшения в свою комнату в квартире N <...> дома N <...>, корпус <...>, по <...> в г. Архангельске, спрятал их там и скрылся от следствия.

В судебном заседании Н. вину не признал и показал, что 19 июня 1999 года после 22 час. он, М., Ш., Б. и Б. после употребления спиртного на выпускном школьном вечере пришли в квартиру его бабки Т. Там они стали распивать водку. М. и Ш. уединились в маленькой комнате, а он с Б. остался в большой. Б. ушел. Примерно через 30 - 40 минут Ш. сообщил, что М. вырвало. После этого Ш. и Б. ушли, а он остался в квартире с М., которая заявила, что ей надо поспать. Он после этого тоже уснул, а проснулся от того, что у М. случилась пьяная истерика и она разбила на столе посуду. Для успокоения М. он нанес ей две пощечины. Девушку еще раз вырвало. После этого М. около получаса спала, а затем ушла в сторону центральной дороги.

Он же, оставшись в квартире один, поскользнулся на рвотных массах или запнулся о порог большой комнаты и при падении разбил нос, после чего сходил за водой на расположенный сразу за домом водоем, прибрался в квартире и лег спать.

Через какое-то время к квартире подошла его мать, но он ей дверь не открыл и попросил подождать в течение 5 - 6 минут, объяснив свое поведение нахождением у него "человека".

После ухода матери к нему зашел Т., и они примерно 2 минуты посидели на кухне.

Затем к нему зашел Б., с которым он разговаривал на лестничной площадке.

В конце их разговора с Б. вернулась мать. Он рассказал ей о случившемся и вместе с ней сходил в школу поесть.

Пробыв в школе непродолжительное время, он захотел спать и в 3 часа 30 мин. вернулся в квартиру бабки, где проспал до утра.

Драгоценностей М. он не похищал и, как они оказались в его квартире, не знает.

Однако, несмотря на непризнание, вина Н. в убийстве и краже нашла в судебном заседании свое полное подтверждение следующей совокупностью согласующихся между собой доказательств.

Так, свидетель Б. показала, что в квартире Т.Ш. и М. уединились в маленькой комнате, а она в большой комнате смотрела по телевизору концерт. Н., оставшись с ней наедине, попытался ее поцеловать, а затем стал рассказывать историю об убийстве, к которому он каким-то образом был причастен, отчего ей стало страшно.

После того как М. в маленькой комнате вырвало, она предложила всем вернуться в школу. Ш. согласился. М. сказала, что ей необходимо поспать. Н. пообещал привести М. в школу через 20 минут.

Она вместе с Ш. из квартиры ушла в 00 час. 10 мин. и больше М. не видела.

В школе она находилась до 6 час. утра. Видела там мать Н.Д., которая куда-то отлучалась и вернулась в 3 часа ночи, при этом была бледна и взволнованна. Вместе с ней появился Н., который был совершенно трезв и переодет в другую одежду: рубашку и брюки. На ее расспросы о местонахождении М.Н. заявил, что от него девушка ушла в сторону центральной дороги.

Свидетель Б. показал, что он в квартире Т. в ночь на 20 июня 1999 года находился непродолжительное время и ушел оттуда в клуб. После клуба он подходил к этой квартире еще три раза.

В первый раз он стучал в квартиру около 00 час. 50 мин., но дверь ему никто не открыл.

Во второй раз он ходил к квартире после 1 часа ночи вместе с Ш., но и после их настойчивых звонков и стука дверь также никто не открыл.

В третий раз он подошел к квартире после 2 часов ночи. На этот раз Н. дверь ему открыл, но для разговора вышел на лестничную площадку. Там на его вопросы о местонахождении М.Н. сообщил, что, пока он спал, девушка куда-то ушла.

Свидетель Ш. подтвердил, что подходил к двери квартиры Т. вместе с Б. В квартиру он звонил, стучал и даже кричал в замочную скважину в течение около 5 минут, но дверь так никто и не открыл, хотя внутри были слышны шаги.

Свидетель Б. показала, что в ночь на 20 июня 1999 года, во время трансляции телевизионного концерта, она из маленькой комнаты квартиры Т. отчетливо слышала скрип кровати. Затем она перешла в кухню и примерно через 20 минут слышала из квартиры Т. два голоса. Сначала женский голос произнес: "С., что же ты со мной сделал, ты же обещал", на что мужской голос ответил: "На, возьми нож!".

Впоследствии она из окна видела, как Н. ходил за водой на озеро, а затем - в сарай.

Около 2 час. ночи в квартиру Т. настойчиво стучалась Д. и просила сына ничего не замывать.

Свидетель Х. показала, что в ночь на 20 июня 1999 года она проснулась от происходившей в квартире Т. ссоры, при этом посмотрела на часы. Времени было около 00 час. 50 мин. Из квартиры раздавались звуки бьющегося стекла и быстрых шагов. На этом фоне были слышны произнесенная встревоженным женским голосом фраза: "С., не надо! Ты же обещал" и сказанное затем мужским голосом слово: "Убью". Далее грохот слышался со стороны туалета. Затем мужчину рвало. Впоследствии из квартиры Т. доносились звуки происходившей там уборки.

Свидетель Т. показала, что 20 июня 1999 года около 1 час. 10 мин. Н. со следами крови на груди ходил из дома на озеро за водой.

Свидетель Т. пояснил, что, возвращаясь домой в ночь на 20 июня 1999 года, он увидел Н. в окне квартиры Т. Тот тоже увидел его и пригласил на кухню. Их разговор длился около 2 минут. Н., держа в руках тряпку, рассказал, что в квартире "гуляли", он разбил нос, а М. вырвало. Он во время этого разговора очень плохо себя чувствовал. Поэтому на одежду Н. и обстановку в квартире внимание не обратил, а сразу же поднялся к себе и уснул.

Свидетель М. показал, что 20 июня 1999 года около 8 часов он растапливал свою расположенную на берегу водоема баню и обратил внимание на лежавшую в прибрежных кустах белую раковину, которая ранее находилась совсем в другом месте. Посчитав, что раковину в кусты перетащили дети, он этому обстоятельству значения не придал, а в ночь на 23 июня 1999 года именно под этой раковиной был обнаружен труп М.

Свидетель С. подтвердил, что труп М. 22 июня 1999 года около 23 час. был обнаружен в прибрежном кустарнике водоема под белой раковиной.

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы, смерть М. наступила от острой массивной кровопотери и острого малокровия внутренних органов, развившихся в результате трех резаных ранений передней поверхности шеи, причиненных не менее чем одиннадцатью режущими воздействиями и повредивших яремную вену, сонную артерию; трахею и щитовидный хрящ.

Перед смертью М. были причинены на лице: 3 резаные раны, 3 колото-резаные раны, 3 рубленые раны с переломами костей нижней челюсти, 3 ушибленные раны с кровоподтеками и переломами лобной кости, а также ушибленная рана волосистой части головы с переломом левой теменной кости и повреждением головного мозга; 2 резаные раны шеи; 2 колото-резаных раны и 2 кровоподтека груди; 9 колото-резаных ранений рук.

Всего потерпевшей прижизненно было причинено 29 ран и 4 кровоподтека (т. 1 листы дела 178 - 202).

При осмотре квартиры Т., в обеих комнатах и в коридоре, были изъяты множественные похожие на кровь следы (т. 1 листы дела 22 - 23).

При обыске квартиры Т. в коридоре был изъят топор, а в стоявшем в коридоре шкафу обнаружена рубашка с похожими на кровь пятнами (т. 1 листы дела 118 - 120).

Согласно заключению биологической экспертизы, следы, изъятые в обеих комнатах и коридоре квартиры Т., а также на топоре и рубашке, являются кровью, происхождение которой возможно от М. (т. 1 листы дела 147 - 150 и 163 - 167).

В соответствии с заключением цитологической экспертизы, обильные следы крови на рубашке из шкафа относятся к женскому генетическому полу (т. 1 листы дела 159 - 161), а следы крови в большой комнате, согласно заключению медико-криминалистической экспертизы, имеют форму брызг (т. 1 листы дела 151 - 152).

Как это видно из заключения медико-криминалистической экспертизы, рубленые и ушибленные раны на трупе М. могли быть причинены изъятым в квартире Т. топором (т. 1 листы дела 168 - 172).

При обыске в квартире Н., в его комнате, обнаружены поврежденная цепочка из желтого металла с кулоном и перстень, на которых также имелись похожие на кровь следы (т. 1 листы дела 112 - 114).

Потерпевшей М. изъятые в комнате Н. украшения были опознаны как принадлежавшие ее убитой дочери (т. 1 листы дела 106 - 111).

Проведенной биологической экспертизой на всех украшениях была обнаружена кровь, происхождение которой возможно от М. (т. 1 листы дела 140 - 143).

Все исследованные в судебном заседании протоколы следственных действий и заключения экспертов составлены в соответствии с законом. Установленные ими фактические данные согласуются между собой и нашли подтверждение при осмотре вещественных доказательств в суде. Поэтому судебной коллегией все имеющиеся в деле протоколы следственных действий, заключения экспертиз и вещественные доказательства признаются допустимыми.

Проанализировав приведенные доказательства в их совокупности, судебная коллегия приходит к выводу, что убийство М. было совершено в промежуток времени между 00 час. 50 мин. и 1 час. 10 мин. 20 июня 1999 года именно в квартире Т. и именно Н., который после совершения преступления с целью последующей инсценировки безвестного исчезновения девушки сходил за водой и, никого не впуская в квартиру, замыл следы крови. Затем, переодевшись в другую одежду: рубашку и брюки, около 3 час. для создания алиби пригласил на кухню квартиры Т. и сходил в школу. После этого вернулся в квартиру Т. и в оставшееся ночное время, выбрав момент, когда за его действиями никто не наблюдал, переместил труп в прибрежный кустарник расположенного у дома Т. водоема и накрыл труп раковиной.

Кроме того, после убийства Н. тайно завладел золотой цепочкой с кулоном и серебряным перстнем М., о чем достоверно свидетельствует факт обнаружения этих окровавленных украшений убитой в комнате Н. в его квартире в центральной части г. Архангельска.

К показаниям Н. и к утверждениям допрошенной в качестве свидетеля его матери Д. о том, что ни трупа, ни следов крови в квартире Т. она не видела, судебная коллегия относится критически и считает их заведомо ложными.

Сопоставив показания свидетелей Б. и Х. о том, что в квартире Т. произошла бурная ссора, чему предшествовала возня на кровати, судебная коллегия приходит к выводу, что убийство М. было совершено Н. во время ссоры на почве сексуальных домогательств. Поэтому предусмотренный п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ корыстный мотив убийства, как того и просил государственный обвинитель, судебная коллегия из обвинения Н. исключает.

Избранный Н. способ убийства путем нанесения ножом, обухом и лезвием топора большого количества телесных повреждений: 29 ран и 4 кровоподтеков на голове, шее, груди и руках потерпевшей, заведомо для виновного был связан с причинением жертве особых страданий. Поэтому квалификацию убийства с особой жестокостью по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ судебная коллегия находит правильной.

Совершенную Н. после убийства кражу украшений Мерц судебная коллегия квалифицирует по ст. 158 ч. 1 УК РФ. По п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ данное хищение, как того просил прокурор, квалифицироваться не может, поскольку обвинение в причинении гражданину значительного ущерба Н. не предъявлялось.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, Н. следует считать вменяемым (т. 1 листы дела 144 - 145).

Выводы судебно-психиатрической экспертизы судебная коллегия находит правильными.

За совершенные преступления Н. подлежит уголовному наказанию, при назначении которого судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, личность виновного, а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

В соответствии со ст. 15 части 3 и 5 УК РФ, одно из совершенных Н. преступлений относится к категории средней тяжести, а второе - к категории особо тяжких преступлений.

Характеризуется он положительно (т. 1 листы дела 246 - 249 и т. 2). Обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, нет. С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что исправление Н. и иные цели наказания могут быть достигнуты лишь при его длительном лишении свободы.

Потерпевшая М. заявила гражданский иск о взыскании с виновного 2800 руб. - стоимости приобретенной ею одежды дочери, уничтоженной после убийства, а также компенсации морального вреда, связанного с нравственными страданиями по поводу убийства, в сумме 500000 руб.

При разрешении гражданского иска в части возмещения стоимости уничтоженной одежды судебная коллегия, руководствуясь ст. 1064 ГК РФ, взыскивает с Н. всю сумму этого имущественного вреда, поскольку уничтожение одежды было непосредственно связано с убийством.

При разрешении гражданского иска в части компенсации морального вреда судебная коллегия, в соответствии со статьями 151, 1099 - 1101 ГК РФ, с учетом характера убийства и руководствуясь требованием разумности, приходит к выводу о необходимости взыскания с виновного денежной компенсации морального вреда в размере 100 тыс. руб., а в остальном в удовлетворении гражданского иска М. отказывает.

В соответствии со ст. 86 УПК РСФСР вещественные доказательства: топор, как орудие преступления, подлежит уничтожению; цепочка, кулон и перстень - возврату М., а корпус электровыключателя, отщепы древесины, фрагмент обоев, занавеска, 2 рубашки и расческа - возврату Д.

Изъятые по делу биологические объекты после вступления приговора в законную силу подлежат уничтожению.

Руководствуясь статьями 300 - 317 УПК РСФСР, судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда

 

приговорила:

 

Н. признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 105 ч. 2 п. "д" и ст. 158 ч. 1 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы:

по ст. 105 ч. 2 п. "д" УК РФ сроком на 13 (тринадцать) лет 6 (шесть) месяцев;

по ст. 158 ч. 1 УК РФ сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

В соответствии со ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем полного сложения назначенных наказаний окончательное наказание Н. определить в виде 15 (пятнадцати) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, исчислив срок отбывания наказания с 7 июля 1999 года.

Меру пресечения на кассационный период Н. оставить прежней, в виде заключения под стражу.

В счет возмещения имущественного вреда взыскать с Н. в пользу М. 2800 (две тысячи восемьсот) рублей.

В качестве компенсации морального вреда взыскать с Н. в пользу М. 100000 (сто тысяч) рублей, а в остальной части в удовлетворении гражданского иска отказать.

Признанные вещественными доказательствами: топор уничтожить; корпус электровыключателя, отщепы древесины, фрагмент обоев, занавеску, 2 рубашки и расческу вернуть Д.; цепочку, кулон и перстень вернуть М.

Изъятые по делу биологические объекты уничтожить.

Приговор может быть обжалован и опротестован в Верховный Суд РФ через Архангельский областной суд в течение семи суток со дня провозглашения, а осужденным - в тот же срок со дня вручения копии приговора.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь