Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

АРХАНГЕЛЬСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

Дело N 2-31

12 апреля 2000 года

 

ПРИГОВОР

 

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе:

председательствующего Кирюха С.И.,

народных заседателей Е., Ф.

при секретаре А.

с участием прокурора Цаплина В.Б.

адвоката Кожевникова С.Н.

рассмотрела в закрытом судебном заседании в г. Архангельске 12 апреля 2000 года дело по обвинению

Ч., <...>, русского, холостого, образование среднее специальное, проживающего: <...>, работающего оперуполномоченным ОУР Октябрьского РОВД УВД Архангельской области, ранее не судимого,

в совершении преступлений, предусмотренных ст. 286 ч. 3 п. "а", ст. 302 ч. 2 УК РФ,

Л., <...>, русского, холостого, образование среднее специальное, проживающего: <...>, работающего оперуполномоченным ОУР Октябрьского РОВД УВД Архангельской области, ранее не судимого,

в совершении преступлений, предусмотренных ст. 286 ч. 3 п. "а", ст. 302 ч. 2 УК РФ.

Судебная коллегия

 

установила:

 

Л. и Ч. виновны в совершении действий, явно выходящих за пределы своих полномочий как должностных лиц, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, общества и государства, с применением насилия.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

11 сентября 1999 года за кражу цветного металла со складов АО "Артелеком" были задержаны Б., Т. и Ч., доставлены в Октябрьский РОВД и после допроса задержаны в порядке ст. 122 УПК РСФСР следователем П.

14 сентября 1999 года после предъявления обвинения и полного при допросе признания вины Б. был отпущен на подписку о невыезде следователем Б.

Оперуполномоченные отделения уголовного розыска Октябрьского ОВД Ч. и Л., являющиеся должностными лицами, управомоченными в соответствии со ст. 8 ч. 1, ч. 2; ст. 10 п. 4; ст. 11 п. 16 Федерального закона "О милиции" осуществлять оперативно-розыскные мероприятия, выявлять и раскрывать преступления, имея оперативную информацию о возможном причастии Б. и к иным кражам, пригласили последнего к себе в кабинет, где стали требовать признания в совершении иных преступлений.

При этом Ч. и Л. в нарушение требований статей 3, 4, 5, ч. 2 ст. 8 Федерального закона "О милиции", статей 3, 4, 5 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" и ст. 21 Конституции РФ, в соответствии с которыми деятельность сотрудников милиции должна производиться в соответствии с принципами законности, гуманизма, уважения и обеспечения прав человека, требований о том, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому унижающему человеческое достоинство обращению, стали избивать Б., нанося удары кулаками и ногами по телу, Ч. первый нанес удар кулаком в грудь, а затем оба также наносили удары канцелярским журналом по голове, выбивали из-под сидящего потерпевшего стул, а Ч. также наносил по телу потерпевшего удары кулаком в перчатке для рукопашного боя. Данное избиение происходило на протяжении 2 часов.

В результате этого подсудимые причинили потерпевшему побои и телесные повреждения характера множественных кровоподтеков плечевых суставов, плеч, предплечий, грудной клетки и бедер, не повлекшие за собой утраты трудоспособности и не расценивающиеся как вред здоровью. Не выдержав физических и нравственных страданий, Б. написал явку с повинной о совершении еще ряда краж, после чего был отпущен.

Допрошенный в судебном заседании в качестве подсудимого Ч. виновным себя признал частично и показал, что 11 сентября 1999 года в составе оперативной группы выезжал на склады АО "Артелеком" в связи с совершенной кражей цветного металла. По возвращению с осмотра места происшествия он и Л. беседовали с Б. по данной краже и последний признал свою вину в ее совершении, после чего был передан для допроса следователю.

14 сентября 1999 года около 16 часов он прибыл в отдел для беседы с Б., так как знал, что последнего должны выпустить, а у него имелась информация о его причастности и к иным кражам. Вместе с Л. стали беседовать с Б. по данным кражам, однако тот вину свою не признавал, был агрессивен. С целью получения признательных показаний он нанес Б. удар кулаком в грудь, а потом с Л. нанесли каждый по несколько ударов кулаками и ногами по телу потерпевшего. Он при этом также наносил удары канцелярским журналом по голове Б. и кулаком в перчатке для рукопашного боя удары по телу. Показания Б. в настоящее время подтверждает. Свои показания на следствии в этой части признает ложными.

Допрошенный в судебном заседании в качестве подсудимого Л. виновным себя признал также частично и показал, что 11 сентября 1999 года с Объездной дороги привезли несколько человек в связи с совершением кражи цветного металла. Он и Ч. беседовали с Б. по данному факту, и последний признал свою вину в совершении кражи, после чего был передан для допроса следователю.

14 сентября 1999 года около 17 часов Ч. сообщил, что Б. из-под стражи выпустили и с ним нужно побеседовать, так как у него имелась информация о его причастности и к иным кражам. Вместе с Ч. стали беседовать с Б. по данным кражам, однако тот свою вину в их совершении не признавал, был агрессивен. С целью получения признательных показаний он совместно с Ч. стал наносить Б. удары кулаками и ногами по телу. Это продолжалось около 40 минут, после чего он стал вновь беседовать с Б. и тот добровольно написал явку с повинной. Показания Б. в части избиения подтверждает. Свои показания на следствии в этой части признает ложными.

Потерпевший Б. показал, что 11 сентября 1999 года со своим двоюродным братом Т. и соседом Ч. совершил хищение цветного металла, после чего они были задержаны работниками милиции и доставлены в Октябрьский райотдел милиции.

Сначала с ним разговаривали оперативные работники милиции, а затем следователь П., которым он все рассказал об обстоятельствах совершения хищения металла, после чего был задержан и отправлен в изолятор временного содержания, где и находился до 14 сентября. В этот день его вновь доставили в отдел милиции, где следователь Б. предъявил ему обвинение, допросил и отпустил, избрав в качестве меры пресечения подписку о невыезде. При допросе он вину в совершении кражи признал.

Пока он завязывал в коридоре шнурки, за ним вышел следователь и сказал, что ему нужно пройти в 7 кабинет, где с ним хотят побеседовать оперативники. В кабинете находились два сотрудника милиции по имени С. и А. (находящиеся в зале подсудимые Ч. и Л.), которые у него стали требовать признания в совершении еще ряда краж. Так как более никаких краж не совершал, он стал все отрицать, тогда С. нанес ему удар в грудь, к нему присоединился А. и стали избивать его, нанося удары кулаками и ногами по телу, также наносили удары канцелярским журналом по голове, выбивали из-под сидящего потерпевшего стул, а Ч. также наносил удары кулаком в перчатке для рукопашного боя. Данное избиение с перерывами продолжалось около 2 часов. Не выдержав боли, он написал явку с повинной, указав в ней, что им в сентябре 1999 года со склада совершен еще ряд краж цветного металла. Данные эпизоды им выдуманы с целью прекращения избиения. После этого он был отпущен, пешком пришел домой к сестре, которой рассказал о случившемся, а затем к Т., которой также рассказал о происшедшем. В связи с сильными болями Т. делала ему уколы обезболивающих лекарств, применяла мази. О происшедшем он рассказал адвокату Ситилину, который посоветовал написать заявление в прокуратуру.

Им подано заявление прокурору, проведено опознание сотрудников милиции, и он уверенно опознал лиц, которые его избили - это Ч. и Л.

Согласно протоколу опознания Б. уверенно опознаны Ч. и Л., как лица, избившие его 14 сентября 1999 года.

При проведении очных ставок Б. подтвердил свои показания.

Как видно из заключения судмедэксперта, Б. причинены телесные повреждения характера множественных кровоподтеков в области обоих плечевых суставов, плеч, предплечий, грудной клетки, бедер, а именно на наружной поверхности правого плечевого сустава в количестве двух, на наружной поверхности средней трети правого плеча - 3, на задней поверхности в верхней трети правого предплечья - 1, на наружной поверхности левого плечевого сустава - 2, на передненаружной поверхности средней трети левого плеча - 1, на наружной поверхности левого предплечья - 2, на передней поверхности грудной клетки справа в проекции первого межреберья по средней ключичной линии - 3, в проекции нижней трети грудины - 2, на задней поверхности грудной клетки на участке 30 x 32 см в количестве не менее 32 и на задней поверхности обоих бедер - 2.

Данные повреждения образовались от неоднократных ударных травматических воздействий твердыми тупыми предметами. Локализация, форма и размеры всех повреждений свидетельствуют о том, что они могли образоваться от ударных воздействий руками, ногами в обуви. Данные телесные повреждения не расцениваются как вред здоровью.

Вина Ч. и Л. в совершении избиения Б. с целью получения от него явки с повинной также подтверждается показаниями свидетелей и иными материалами дела. Эти доказательства также опровергают показания подсудимых, данные в ходе предварительного следствия, о непричастности к избиению потерпевшего.

Свидетель Т. показала, что 10 сентября 1999 года она видела своего брата Б., причем на теле у него никаких повреждений не было. 14 сентября Б. пришел к ней домой, был сильно избит и рассказал, что его задержали работники милиции за совершение кражи цветных металлов. После допроса следователь его отпустил, однако оперативные работники пригласили в кабинет, стали требовать признания в совершении иных краж, при этом избили его. Позднее она видела на теле брата множество телесных повреждений.

Из показаний свидетеля Т., данных на предварительном следствии и оглашенных в ходе судебного заседания на основании ст. 286 УПК РСФСР, видно, что 14 сентября в одиннадцатом часу вечера к ней домой пришел Б. и сообщил, что его избили работники милиции, требуя признания в совершении краж. На теле Б. она видела опухоли и синяки, смазывала их обезболивающей мазью и делала инъекции анальгина с димедролом.

Свидетель С. показал, что 15 сентября 1999 года к нему обратился знакомый с просьбой помочь человеку, которого избили работники милиции. Утром 16 сентября он встретился с этим человеком, его фамилия Б., который рассказал, что его задержали за совершение кражи цветного металла. После предъявления обвинения, его направили в 7 кабинет Октябрьского РОВД, где два оперативных работника его избили, требуя признания в совершении иных краж. Он посоветовал Б. обратиться в прокуратуру, позднее узнал, что он опознал избивших его работников милиции.

Судебная коллегия считает доказанным получение телесных повреждений Б. 14 сентября в 7 кабинете Октябрьского РОВД при его избиении Ч. и Л. Получение телесных повреждений в ином месте исключено и опровергается следующими доказательствами. Сразу же после выхода из райотдела Б. направился к своей сестре, которая и обнаружила данные повреждения. Из его показаний следует, что в ходе движения он ни с кем не встречался, никто его не избивал. До прихода в кабинет N 7 у Б. телесных повреждений не было, что подтверждается следующими показаниями.

Из показаний свидетеля Т., оглашенных в судебном заседании в соответствии со ст. 286 УПК РСФСР, видно, что 11 сентября он с Ч. и Б. совершил кражу цветного металла. Никаких конфликтов и драк ни в процессе кражи, ни в процессе задержания, ни при доставлении в РОВД и последующих допросах не было.

Свидетели М. и К. показали, что в составе группы ДПС ОБ ГИБДД задерживали воров цветного металла, в том числе и Б. Задержанные сопротивления не оказывали, силу к ним не применяли. Никаких телесных повреждений у задержанных не было.

Свидетель П. показал, что в составе автопатруля забирал у сотрудников ГИБДД задержанных воров металла. Сопротивления они не оказывали, физического воздействия к ним не применяли, телесных повреждений у задержанных не было.

Свидетель П., следователь Октябрьского РОВД, показал, что допрашивал задержанного Б., который дал признательные показания о совершенной краже. Никакого насилия к нему не применялось, жалоб на здоровье не было.

Дежурный Г. и помощник дежурного П. показали, что ни 11, ни 14 сентября ни к кому из задержанных сила не применялась. Жалоб на здоровье от них и драк между заключенными также не было.

Свидетели Г., Г., Ф. - сотрудники ИВС, показали, что все задержанные при доставлении в ИВС осматриваются на предмет наличия телесных повреждений, при этом их раздевают до трусов. Если имеются какие-либо повреждения, не отмеченные в протоколе, то задержанные не принимаются, а направляются в больницу, где их осматривают и выдают справку о возможности содержания данного человека в ИВС. С 11 по 14 сентября в ИВС никаких драк, конфликтов между задержанными не было. Физическая сила со стороны работников ИВС также ни к кому не применялась.

Свидетель Д. показал, что 12 сентября 1999 года был доставлен в ИВС, где обнаружили рану на руке, в связи с чем направили в больницу, где рану осмотрели, врач выписал справку, а при возвращении раздели до трусов и осмотрели тело. В камере было несколько человек, в том числе и парень по имени А., сидевший за кражу металла. 14 сентября их вместе доставили в Октябрьский РОВД. Ни в ИВС, ни в комнате задержанных Октябрьского РОВД драк и конфликтов не было. А. на наличие телесных повреждений жалоб не высказывал.

Свидетель П., содержавшийся с Б. в комнате задержанных Октябрьского ОВД 14 сентября, также подтвердил, что никаких драк и конфликтов не было, на здоровье Б. жалоб не высказывал.

Свидетель Б. показал, что предъявлял обвинение Б. и допрашивал его 14 сентября 1999 года. Б. вину признал полностью, и он его выпустил на подписку о невыезде, жалоб при этом на здоровье не было. Когда Б. вышел в коридор, то ему позвонил Ч., которого он узнал по голосу, и попросил привести к ним в кабинет Б., так как они хотели с ним поработать. Он довел Б. до первого этажа и направил его в кабинет N 7, а сам ушел в дежурную часть.

Доводы подсудимых в ходе предварительного следствия о том, что 14 сентября после 16 часов их не было в отделе, опровергаются показаниями свидетелей Р. и П., работавших с подсудимыми по карманным кражам, о том, что Ч. после 16 часов 15 минут ушел в райотдел, показаниями свидетеля Е. о том, что в ноябре 1999 года Л. обратился к нему с просьбой подтвердить, что 14 сентября после 16 часов его в райотделе не было, что он сделал, хотя не помнит достоверно, в какой день он с Л. фактически встречался и находился в кафе.

Таким образом, вина подсудимых в совершении избиения Б. с целью получения от него явки с повинной нашла свое полное подтверждение.

Действия Ч. и Л. по ст. 286 ч. 3 п. "а" УК РФ квалифицированы правильно, так как они, являясь должностными лицами (оперуполномоченными уголовного розыска Октябрьского РОВД УВД АО), избив Б. с целью получения от него явки с повинной в совершении иных краж, совершили действия, явно выходящие за пределы их полномочий, которые повлекли существенное нарушение прав и законных интересов гражданина, общества и государства, с применением насилия.

Вместе с тем судебная коллегия считает необходимым исключить из обвинения как излишне вмененную ст. 302 ч. 2 УК РФ, так как все действия подсудимых охватываются ст. 286 ч. 3 п. "а" УК РФ и дополнительной квалификации не требуют.

Кроме того, оперуполномоченные уголовного розыска не являются следователями или лицами, производящими дознание, то есть не являются субъектом данного преступления.

Избивая Б., подсудимые желали получить показания не по конкретному делу, а в совершение любых иных преступлений. Перечень потерпевших строго ограничен диспозицией статьи 302 УК РФ:

подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, свидетель, эксперт. Ни под одну из указанных категорий, как видно из определений, данных статьями 46, 52, 53, 72 УПК РСФСР, при выбивании из него подсудимыми явки с повинной о совершении преступлений вне рамок какого-либо уголовного дела, Б. не подходит.

При назначении наказания судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновных и обстоятельства, влияющие на их ответственность.

Ч. и Л. характеризуются положительно, ранее не судимы, судебная коллегия учитывает при назначении наказания отсутствие тяжких последствий.

Смягчающим обстоятельством судебная коллегия признает раскаяние подсудимых, признание ими в судебном заседании своей вины и, с учетом их личности, считает возможным назначить наказание без лишения свободы, минимальное по данной статье.

В связи с наличием отягчающего обстоятельства - совершение преступления в составе группы лиц, оснований для назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ не имеется.

Иск потерпевшего Б. к Ч. и Л., с учетом реальности его выплаты, финансового положения подсудимых, вреда, причиненного потерпевшему, судебная коллегия считает подлежащим удовлетворению частично в сумме 6 тысяч рублей в соответствии с ч. 1 ст. 1080 ГК РФ солидарно.

Руководствуясь статьями 301 - 303 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

приговорила:

 

Ч. и Л. признать виновными в совершении преступления, предусмотренного ст. 286 ч. 3 п. "а" УК РФ и назначить им наказание в виде 3 лет лишения свободы с лишением права занимать должности, связанные со следственной и оперативно-розыскной деятельностью сроком на 2 года каждому.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное основное наказание в части лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года, возложив на Ч. и Л. обязанность не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденных.

Взыскать с Ч. и Л. в пользу Б. 6 тысяч рублей солидарно.

На кассационный период оставить меру пресечения подписку о невыезде. Приговор может быть обжалован и опротестован в Верховный Суд Российской Федерации в течение 7 суток со дня провозглашения приговора, а осужденными Ч. и Л. в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь