Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

за II полугодие 2006 года

 

1. Лицо не может быть выселено из жилого помещения в соответствии с ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ, если на момент приватизации жилого помещения оно имело с истцом равные права по пользованию жилым помещением.

 

К. обратилась в суд с иском к бывшему мужу о выселении без предоставления другого жилого помещения, мотивируя свои требования тем, что в 1987 году истице, ее матери и несовершеннолетней дочери истицы была предоставлена двухкомнатная квартира в г. Питкяранта. В 1993 году истица зарегистрировала ответчика в спорную квартиру. 18.10.2002 года истица оформила спорную квартиру в собственность в порядке приватизации. Ответчик от участия в приватизации отказался. Истица просила выселить ответчика из указанной квартиры без предоставления другого жилого помещения, поскольку он в квартире длительное время не проживает, не является членом ее семьи. Истица намерена распорядиться своей собственностью.

Питкярантский городской суд отказал в удовлетворении иска.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Карелия не нашла оснований для отмены решения суда, указав следующее.

В соответствии с ч. 4 ст. 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также, если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" действие положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Как следует из материалов дела, ответчик с 1993 года зарегистрирован в спорной квартире. В 2002 году истица приватизировала спорную квартиру, что подтверждается договором безвозмездной передачи жилого помещения в собственность. На момент приватизации квартиры ответчик был зарегистрирован и проживал в квартире, но от участия в приватизации отказался, о чем свидетельствует его подпись в заявлении о передаче жилья в собственность. В настоящее время истица является единственным собственником спорной квартиры, полученной ею в собственность в порядке приватизации, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права.

При таких обстоятельствах суд обоснованно сделал вывод о том, что ответчик не может быть выселен из спорной квартиры в соответствии со ст. 31 п. 4 ЖК РФ, поскольку на момент приватизации имел равные с истицей права по пользованию жилым помещением.

Решение суда основано на правильном применении норм материального права.

 

2. Решение суда о взыскании среднего заработка за время обучения отменено ввиду неправильного применения норм материального права.

 

ООО "Кемский ЛДЗ" обратилось в суд с иском к Б. о взыскании суммы за обучение по тем основаниям, что ответчица после окончания высшего учебного заведения обязана была отработать в ООО "Кемский ЛДЗ" не менее четырех лет. По окончании учебного заведения ответчица отработала в ООО "Кемский ЛДЗ" с февраля по июнь 2006 года и уволилась 14.07.2006 года по собственному желанию. Истец просил взыскать с Б. затраты предприятия, произведенные на ее обучение, а именно: оплату услуг Беломорского филиала ПетрГУ и средний заработок за время обучения.

Кемский городской суд удовлетворил иск.

Суд кассационной инстанции отменил решение суда в части, указав следующее.

В соответствии со ст. 249 ТК РФ работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем при направлении его на обучение за счет средств работодателя, в случае увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении работника за счет средств работодателя.

В соответствии с ч. 3 ст. 198 ТК РФ ученический договор с работником организации является дополнительным к трудовому договору и регулируется трудовым законодательством и иными актами, содержащими нормы трудового договора.

Как следует из материалов дела, 01.09.2002 года между Петрозаводским ГУ Министерства общего и профессионального образования РФ с одной стороны и ООО "Кемский ЛДЗ" с другой стороны и Б. был заключен договор, по которому ВУЗ обязуется осуществить полный цикл обучения студента по программам и учебному плану названной специальности, предприятие обязуется оплачивать стоимость обучения студента, предоставить студенту после завершения полного курса обучения в ВУЗе работу на предприятии в соответствии с полученной специальностью, студент обязуется: пройти в полном объеме курс обучения, оплачивать получаемые услуги, в случае не поступления оплаты от Предприятия, после окончания ВУЗа отработать на предприятии не менее 4 лет.

Между Б. и ООО "Кемский ЛДЗ" было заключено соглашение, которым предусмотрено, что предприятие направляет на учебу в Беломорский филиал ПГУ на заочное отделение по специальности юриспруденция Б. Предприятие обязуется перечислять ПГУ стоимость обучения Б., а Б. обязуется отработать на предприятии не менее 4 лет, выплатить Предприятию в случае отчисления из университета по неуважительной причине (академическая неуспеваемость, дисциплинарные нарушения, неуспеваемость, увольнение с работы по уважительным причинам или нарушение трудовой дисциплины) до срока отработки после окончания учебы суммы расходов предприятия на его подготовку.

После окончания ВУЗа Б. нарушила условия договора и 14.07.2006 года была уволена по собственному желанию.

При таких обстоятельствах суд обоснованно сделал вывод о том, что Б. обязана возместить работодателю расходы, связанные с ее обучением в ВУЗе.

Решение суда в части взыскания с Б. в пользу предприятия среднего заработка за время обучения суд кассационной инстанции отменил по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 173 Трудового кодекса РФ работникам, направленным на обучение работодателем в имеющие государственную аккредитацию образовательные учреждения высшего профессионального образования независимо от их организационно-правовых форм по заочной форме обучения, успешно обучающимся в этих учреждениях, работодатель предоставляет дополнительные отпуска с сохранением среднего заработка.

В соответствии с ч. 1 ст. 177 Трудового кодекса РФ гарантии и компенсации работникам, совмещающим работу с обучением, предоставляются при получении образования соответствующего уровня впервые.

Как следует из материалов дела, Б. получала первое высшее образование, что не оспаривалось истцом.

Таким образом, предприятие было обязано в силу трудового законодательства предоставлять Б. учебный дополнительный отпуск с сохранением среднего заработка.

В указанной части решение суда отменено и вынесено новое решение об отказе в иске.

 

3. Решение суда об отказе в иске о восстановлении на работе отменено ввиду неправильного применения норм материального права.

 

Л. обратился в суд с иском к ООО "Страховая компания "Наста" о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что 29 ноября 2005 г. он был принят на работу в указанную организацию с испытательным сроком на 3 месяца, в период этого срока был ознакомлен с уведомлением работодателя об истечении срока испытания и расторжении с ним трудового договора по соглашению сторон в связи с недобросовестным выполнением трудовых обязанностей; 28 февраля 2005 г. он был уволен по соглашению сторон в соответствии со ст. 78 Трудового кодекса РФ. Истец считает увольнение незаконным, так как согласие на увольнение по указанному основанию не давал.

Решением Петрозаводского городского суда в удовлетворении исковых требований отказано. Изменена формулировка увольнения Л. на увольнение по ч. 1 ст. 71 Трудового кодекса РФ в связи с неудовлетворительным результатом испытания.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РК отменила решение суда по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, Л. 29 ноября 2006 г. был принят на работу в ООО "Страховая компания "Наста" с испытательным сроком на три месяца. 3 февраля 2006 г. он был ознакомлен с уведомлением директора организации об истечении испытательного срока и расторжении с ним трудового договора в соответствии со ст. 78 Трудового кодекса РФ. В последующем истец был ознакомлен с уведомлением директора об истечении испытательного срока и расторжении с ним трудового договора в соответствии со ст. 78 Трудового кодекса РФ по причине недобросовестного выполнения должностных обязанностей, и 28 февраля 2006 г. он был уволен по указанному основанию.

Суд, отказывая в удовлетворении исковых требований истцу и изменяя формулировку увольнения, исходил из того, что ответчиком соблюден порядок увольнения истца в связи с неудовлетворительным результатом испытания.

Однако с таким выводом суда согласиться нельзя.

В соответствии со ст. 71 Трудового кодекса РФ при неудовлетворительном результате испытания работодатель имеет право до истечения срока испытания расторгнуть трудовой договор с работником, предупредив его об этом в письменной форме не позднее, чем за три дня с указанием причин, послуживших основанием для признания этого работника не выдержавшим испытание.

Из материалов дела видно, что работодатель 26 февраля 2005 г. уведомил истца об истечении испытательного срока и увольнении через два дня в связи с недобросовестным выполнением им должностных обязанностей в соответствии со ст. 78 Трудового кодекса РФ. Между тем для увольнения по соглашению сторон (ст. 78 Трудового кодекса РФ) необходимо взаимное волеизъявление сторон, то есть как работника так и работодателя.

Поскольку истец согласия на увольнение по соглашению сторон не давал, следовательно, у ответчика не имелось правовых оснований для увольнения истца по указанному основанию.

По мнению судебной коллегии, не имелось правовых оснований и для увольнения истца в связи с неудовлетворительными результатами испытания, поскольку указанное выше уведомление ответчика от 26 февраля 2006 г. не может рассматриваться как предусмотренное ст. 71 Трудового кодекса РФ надлежащее предупреждение Л. об увольнении его как не выдержавшего испытание. При этом изменение формулировки увольнения истца по соглашению сторон на увольнение в связи с неудовлетворительным результатом испытания противоречит общепризнанному принципу недопустимости ухудшения судом положения лица, обратившего за судебной защитой.

При таких обстоятельствах решение суда отменено как постановленное с нарушением норм материального права.

 

4. Стаж работы в качестве заместителя заведующего дошкольных образовательных учреждений включается в стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии в соответствии с пп. 10 п. 1 ст. 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", только за период до 1 ноября 1999 года.

 

Х. обратилась в суд с иском к ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в Беломорском районе о признании права на досрочную пенсию по тем основаниям, что она работала в муниципальном дошкольном образовательном учреждении "Беломорский детский сад комбинированного вида "Солнышко", в начале воспитателем - 18 лет 5 месяцев, а с 1 сентября 1998 г. в качестве заместителя заведующей, имеет педагогический стаж работы 26 лет 4 месяца; однако пенсионный орган отказал ей в назначении досрочной трудовой пенсии по тем основаниям, что работа в должности заместителя заведующего дошкольного образовательного учреждения включается в педагогический стаж только за период до 1 ноября 1999 года. Истица с таким решением не согласна, просила включить в стаж работы, дающий право на досрочную трудовую пенсию по старости в связи с педагогической деятельностью период с 01.11.1999 г. по 01.04.2005 г., установить ее право на получение досрочной трудовой пенсии по старости в связи с педагогической деятельностью.

Решением Беломорского районного суда в удовлетворении исковых требований отказано.

Суд кассационной инстанции оставил решение суда без изменения, указав следующее.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, Х. была назначена на должность воспитателя ясли-сада N 1 г. Беломорска 1 апреля 1980 г., в последующем с 1 сентября 1998 года она была переведена на должность заместителя заведующей по воспитательной и методической работе указанного дошкольного учреждения.

В соответствии с пп. 10 п. 1 ст. 28 ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" трудовая пенсия назначается ранее достижения установленного возраста лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в государственных и муниципальных учреждениях для детей, независимо от их возраста.

Постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 г. N 781 утвержден Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в государственных и муниципальных учреждения для детей, в соответствии с пп. 10 п. 1 ст. 28 ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской федерации" и Правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии указанным лицам. В соответствии с пп. "в" пункта 8 указанных Правил работа в качестве заместителя заведующего дошкольных образовательных учреждений включается в стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии, только за период до 1 ноября 1999 г.

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о том, что в стаж работы истицы, дающей право на досрочное назначение пенсии в связи с осуществлением педагогической деятельности, подлежит включение период ее работы с 1 апреля 1980 г. по 1 ноября 1999 г.

Поскольку указанный период работы составляет менее 25-летнего стажа педагогической деятельности, суд правомерно отказал в удовлетворении иска о назначении досрочной пенсии.

Судебной коллегией не приняты во внимание доводы истицы о том, что Постановление Правительства РФ N 781 от 29 октября 2002 г., исключившее педагогическую деятельность в должности заместителя заведующей дошкольным учреждением, противоречит Конституции РФ; она работает заместителем заведующей детским садом с 1 сентября 1998 г. и после 1 ноября 1999 г. характер ее работы не изменился. В соответствии со ст. 28 ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" списки соответствующих работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых назначается трудовая пенсия, правила исчисления периодов работы и назначения указанной пенсии утверждаются правительством Российской Федерации.

Таким образом, правительство Российской Федерации утвердило соответствующие списки и правила в пределах предоставленных законодателем полномочий. Кроме того, постановление Правительства РФ N 781 в части работы в должности заместителя заведующей дошкольным учреждением подтвердило то, что было установлено ранее Постановлением Правительства РФ от 22 сентября 1999 г. N 1067 "Об утверждении Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу лет, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей", в силу которых работа в качестве заместителя заведующего детским дошкольным учреждением засчитывается в выслугу лет, дающую право на досрочную пенсию в связи с педагогической деятельностью, за период до 1 ноября 1999 г.

При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что у истицы не возникло право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с пп. 10 п. 1 ст. 28 ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".

 

5. Требование о признании сделки недействительной может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных обстоятельствах.

 

Т. обратилась в суд с иском к Т., ОАО АКБ "Связь-банк" о признании договора залога автомобиля недействительным по тем основаниям, что 29.04.05 г. между Петрозаводским филиалом ОАО АКБ "Связь-банк" и супругом истицы Т., ответчиком по делу, был заключен договор залога, предметом которого явилась автомашина "Фольксваген-Транспортер", зарегистрированная на имя ее супруга и являющаяся их совместной собственностью. О договоре залога она узнала только 4 мая 2006 г., когда получила требование банка о передаче заложенного имущества для последующей реализации. Однако она не давала согласие на этот залог. Ссылаясь на ст. ст. 34, 39, п. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ и ст. 160 ГК РФ, истица просила признать недействительным договор залога, заключенный между банком и ее супругом, и применить последствия недействительности этой сделки.

Решением Петрозаводского городского суда исковые требования удовлетворены.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РК отменила решение суда, указав следующее.

Судом установлено, что истица Т. и ответчик Т. состоят в браке с 1968 г., в 2002 г. на имя ответчика приобретен автомобиль "Фольксваген-Транспортер". 29 апреля 2005 г. между ответчиком Т. и ОАО АКБ "Связь-банк" заключен договор о залоге транспортного средства в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору.

Удовлетворяя иск и признавая оспариваемый договор залога недействительным, суд исходил из того, что банк при заключении договора залога с Т., делая исключение из установленного им правила о получении письменного согласия супруга при совершении сделки по распоряжению имуществом, заведомо знал об отсутствии согласия истицы на заключение договора залога.

Однако с таким выводом суда согласиться нельзя.

В соответствии с п. 2 ст. 35 Семейного кодекса РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Таким образом, в силу п. 2 ст. 35 и п. 3 ст. 253 ГК РФ требование о признании сделки недействительной может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона по сделке знала или заведомо должна была знать об указанных обстоятельствах.

При этом бремя доказывания недобросовестности банка при заключении договора залога возлагается на истца.

Между тем, истица Т. такие доказательства в судебном заседании не представила и ничем не подтвердила, что банку было известно о ее несогласии на заключение договора залога.

Вывод суда о том, что банк, заключая договор залога и не истребовав у ответчика согласия на это его супруги, как сторона договора знал или заведомо должен был знать о ее несогласии на это, основан на неправильном толковании и применении норм материального права. Согласно п. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ нотариально удостоверенное согласие супруга требуется на совершение другим супругом сделки по распоряжению недвижимостью или сделки, требующей нотариального удостоверения. В данном случае в силу п. 2 ст. 339 ГК РФ договор залога транспортных средств не требует нотариального удостоверения, так как кредитный договор, в обеспечение исполнения которого был заключен договор залога, согласно п. 2 ст. 163 ГК РФ и ст. 820 ГК РФ также не требует такого удостоверения. Таким образом, в данной ситуации действующее законодательство не возлагает на банк, как на залогодержателя, обязанность истребовать письменное согласие истицы.

Вместе с тем, в силу п. 2 ст. 35 Семейного кодекса РФ предполагалось, что ответчик Т., передавая транспортное средство в залог, действует с согласия своей супруги.

При таких обстоятельствах решение суда отменено в связи с неправильным применением норм материального права и принято новое решение об отказе в иске.

 

6. Суд обоснованно отказал в иске о признании утратившим право пользования жилым помещением.

 

В. обратилась в суд к В. с иском о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета по тем основаниям, что ее бывший муж В., ответчик по делу, выехал с места регистрации с жилого помещения в пос. Новая Вилга Прионежского района, где она проживает; ответчик длительное время в квартире не проживает, бремя коммунальных расходов не несет.

Прионежский районный суд в удовлетворении иска отказал.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РК оставила решение суда без изменения, указав следующее.

Согласно ст. 71 Жилищного кодекса РФ временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

В соответствии с ч. 3 ст. 83 Жилищного кодекса РФ в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Суд установил, что ответчик В. зарегистрирован в спорной квартире. В 2004 году ответчик выехал из данного жилого помещения в связи с семейными обстоятельствами. Истицей не представлены доказательства, что ответчик имеет другое постоянное место жительства и отказался от своих прав и обязанностей по спорной квартире.

При таких обстоятельствах суд обоснованно отказал в удовлетворении иска о признании ответчика утратившим право пользования спорным жилым помещением.

 

7. В случае, если лицо на момент действия нового правового регулирования приобрело право в соответствии с действующим законодательством, то новый правовой акт, ухудшающий его положение, не подлежит применению.

 

Ц. обратился в суд к Федеральной службе ветеринарного и фитосанитарного надзора по РК с иском о взыскании надбавки к заработной плате по тем основаниям, что с 19.07.2005 года по 20.02.2006 года он работал в должности ведущего специалиста Лоухского отдела Федеральной службы ветеринарного и фитосанитарного надзора по РК.

Ежемесячно к заработной плате ему начислялся районный коэффициент, а процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера не начислялась. Он родился и вырос в Лоухском районе Карелии, поэтому считает, что право на получение 80% надбавки за работу в районах Крайнего Севера у него имеется.

Кроме того, с 03.03.2003 г. по 24.04.2003 года он работал в ООО "Инжтехстрой" в г. Петрозаводске. Просил взыскать с ответчика процентную надбавку к заработной плате за период с июля 2005 года по февраль 2006 года.

Петрозаводский городской суд отказал в удовлетворении иска.

Суд кассационной инстанции отменил решение суда ввиду неправильного применения норм материального права и указал следующее.

При вынесении решения об отказе в иске суд исходил из того, что у истца при поступлении на работу не имелось права на получение процентной надбавки к заработной плате за работу в районах Крайнего Севера, а наиболее благоприятный порядок начисления такой надбавки лицам до 30 лет был отменен Федеральным законом N 122-ФЗ от 22.08.2004 г.

Однако с таким выводом суда первой инстанции согласиться нельзя.

В соответствии со ст. 11 Закона РФ от 19.02.1993 года N 4520-1 (в редакции от 10.01.2003 года) "О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях" молодежи (лицам в возрасте до 30 лет) процентная надбавка к заработной плате выплачивалась в полном размере с первого для работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, если они прожили в указанных районах и местностях не менее пяти лет.

С 1 января 2005 года Федеральным законом N 122-ФЗ от 22.08.2004 г. в статью 11 вышеназванного Закона были внесены изменения, исключившие из нее указанные положения,

Судом установлено, что истец родился и вырос в Лоухском районе, проходил обучение по очной форме в Петрозаводском государственном университете, то есть на 31.12.2004 года прожил в местности, отнесенной к районам Крайнего Севера, более 5 лет.

После получения высшего образования 19.07.2005 года был принят на должность ведущего специалиста Лоухского отдела Федеральной службы ветеринарного и фитосанитарного надзора по РК, уволен с должности 20.02.2006 года.

Из анализа законодательных норм (ст. ст. 146, 148, 315 и 317 ТК РФ) и их места в системе норм Трудового кодекса усматривается, что процентная надбавка к заработной плате является составной частью оплаты труда и по своему характеру относится не к стимулирующим выплатам за достижение определенных результатов, а к гарантиям и компенсациям, предоставляемым за проживание и работу в особых климатических условиях.

Прожив 5 лет в местности с особыми климатическими условиями и приобретя тем самым право на получение процентной надбавки к заработной плате, гражданин может поменять место жительства, однако, принимая то или иное решение, он ориентируется на нормы, определяющие правовые последствия, наступающие при наличии выполнения тех условий, которые были предусмотрены действующим в этот период законодательством.

Вопрос о конституционности норм, в силу которых граждане утрачивают права, приобретенные ими в соответствии с ранее действовавшим законодательством, являлся предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ.

При этом Конституционный Суд РФ подтвердил право законодателя вносить изменения в действующее правовое регулирование, оказывающее неблагоприятное воздействие на правовое положение граждан, однако обеспечивая при этом соблюдение конституционных требований, в частности вытекающих из принципа доверия граждан к закону и действиям государства.

На необходимость реализации данного принципа путем сохранения стабильности правового регулирования указано и в преамбуле Федерального закона N 122-ФЗ от 22.08.2004 г., внесшего изменения в ст. 11 Закона РФ "О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях".

Согласно сформулированной Конституционным Судом РФ правовой позиции, внесение законодателем изменений в условия приобретения права, касающиеся граждан, уже выполнивших ранее установленные требования и исходя из них до вступления в силу нового регулирования совершивших юридически значимые действия, по существу означает отказ государства от выполнения в конкретных правоотношениях своих публично-правовых обязательств, возникших из ранее действовавшего регулирования и состоявшихся правоприменительных актов, что не только подрывает доверие к действиям государства, к закону, но и приводит к нарушению конституционного принципа равенства, поскольку в таком случае не обеспечиваются равные условия реализации гражданами приобретенного ими права.

 

8. Решение суда отменено ввиду неподведомственности суду общей юрисдикции.

 

Б. обратился в суд к К. с иском о передаче доли помещения с компенсацией ее стоимости по тем основаниям, что является индивидуальным предпринимателем, осуществляет деятельность в салоне красоты, половина площади салона принадлежит ему, вторая половина - бухгалтеру К., ответчице по делу. Истец просил передать ему принадлежащую ответчице К. 1\2 долю спорного помещения с компенсацией ответчице стоимости указанной доли.

Решением Петрозаводского городского суда в удовлетворении иска отказано.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РК отменила решение суда по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, истец Б. и ответчица К. являются сособственниками, каждый по 1\2 доле, нежилого помещения. В указанном помещении расположен салон красоты, который оказывает населению парикмахерские и иные услуги. Б. является индивидуальным предпринимателем с 1996 г., с ответчицей К. у него был оформлен трудовой договор о работе в должности бухгалтера, который действовал до 1 мая 2006 г. В октябре 2005 г. К. также зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя.

Разрешая спор, суд исходил из того, что правила подведомственности не нарушены.

Однако с данным выводом суда согласиться нельзя.

В соответствии с частями 1 и 3 ст. 22 ГПК РФ, ст. ст. 27, 28 АПК РФ судам общей юрисдикции подведомственны споры с участием граждан, организаций, органов государственной власти и другие, возникающие из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений, а арбитражным судам подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности с участием организаций, являющихся юридическими лицами, и граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя.

В данном случае сторонами по делу являются лица, которые зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей и в настоящее время осуществляют предпринимательскую деятельность. Спор между ними возник по поводу нежилого помещения, принадлежащего им на праве совместной долевой собственности и которое используется для осуществления предпринимательской деятельности и получения прибыли.

Учитывая изложенное, исходя из характера спорного правоотношения и его субъектного состава, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что данное дело подлежит рассмотрению и разрешению в арбитражном суде и неподведомственно суду общей юрисдикции, в связи с чем решение суда отменено и производство по делу прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 134 и абзаца 2 статьи 220 ГПК РФ.

 

9. В период действия гарантийного срока за недостатки товара отвечает продавец, если не докажет, что они возникли по вине потребителя.

 

У. обратился в суд с иском к ООО Компания "Палома-Авто" о защите прав потребителей по тем основаниям, что 27.10.2005 года он заключил с ответчиком договор поставки автомобиля Greet Wall G3 СС1022 SY. При передаче ему автомобиля истец поставил ответчика в известность о том, что лакокрасочное покрытие автомобиля имеет следы (повреждения) от воздействия клейкого слоя фиксирующих лент.

Специалисты ответчика заверили его, что указанные дефекты в дальнейшем при мойке автомобиля исчезнут, однако этого не произошло, наоборот, дефекты стали еще более ярко выраженными.

22.06.06 г. истец направил в адрес ответчика претензию с требованием уменьшения покупной цены автомобиля. Однако ответчик в течение 10 дней его требование не удовлетворил, в связи с чем он был вынужден обратиться в суд.

Истец просил, ссылаясь на ст. 18 Федерального закона "О защите прав потребителей", взыскать с ответчика в его пользу сумму уменьшения покупной цены автомобиля, неустойку за невыполнение его требований в соответствии со ст. 23 п. 1 Федерального закона "О защите прав потребителей", компенсацию морального вреда.

Петрозаводский городской суд иск удовлетворил.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РК оставила решение суда без изменения, указав следующее.

Суд правомерно удовлетворил требования истца в части уменьшения покупной цены по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 18 Федерального закона "О защите прав потребителей" потребитель, которому продан товар ненадлежащего качества, если оно не было оговорено продавцом, вправе по своему выбору требовать, в том числе и соразмерного уменьшения покупной цены.

В соответствии с п. 6 ст. 18 вышеназванного закона в отношении товара, на который установлен гарантийный срок, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что они возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения последним правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Аналогичные требования содержатся в п. 2 ст. 476 ГК РФ.

Судом установлено, что истец по договору поставки приобрел у ООО Кампании "Палома-Авто" автомобиль импортного производства.

Из объяснений истца усматривается, что при приемке автомашины от ответчика он ставил последнего в известность о наличии на лакокрасочном покрытии автомобиля следов от воздействия клейкого слоя фиксирующих лент.

В кассационной инстанции представитель ответчика не отрицал отсутствие акта приема-передачи автомобиля и обращение истца с претензией в период гарантийного срока.

В период гарантийного срока истец обратился к ответчику с претензией, в которой просил соразмерного уменьшения покупной цены автомобиля, поскольку при покупке были выявлены повреждения лакокрасочного покрытия автомобиля, которые в дальнейшем не устранились, а напротив, стали более ярко выраженными.

Согласно заключению эксперта указанные повреждения не являются эксплуатационными. Данные выводы, а также факт того, что автомобиль не был участником ДТП, эксперт подтвердил в судебном заседании.

26.06.2006 г. ответчик отказал истцу в удовлетворении претензии со ссылкой на то, что спорный автомобиль получил повреждения в результате ДТП, истцу было отказано в дальнейшем гарантийном обслуживании.

С учетом изложенного требования истца в части уменьшения покупной цены на сумму восстановительного ремонта правомерно подлежали удовлетворению, поскольку ответчик не представил доказательств того, что недостатки товара возникли после передачи его покупателю, вместе с тем бремя доказывания указанных обстоятельств в отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, законом возложено на продавца.

С учетом требований ст. ст. 22, 23 Федерального закона "О защите прав потребителей" судом обоснованно удовлетворены и требования истца о взыскании неустойки за невыполнение правомерного требования покупателя, заявленного в претензии.

Суд, руководствуясь ст. 15 ФЗ "О защите прав потребителей", вследствие нарушения прав потребителя правомерно взыскал с ответчика в пользу истца и компенсацию морального вреда.

 

Судебная коллегия по гражданским делам

Верховного Суда Республики Карелия

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь