Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

Утвержден на заседании Президиума

Курганского областного суда

29 января 2007 года

 

ОБЗОР

СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ГРАЖДАНСКИМ

ДЕЛАМ ЗА 2 ПОЛУГОДИЕ 2006 ГОДА

 

Отказывая в принятии заявления об оспаривании постановления о взыскании недоимки по страховым взносам и пени за неподведомственностью спора суду общей юрисдикции, суд не установил, имеет ли заявитель статус индивидуального предпринимателя.

 

Б. обратился в суд с заявлением об оспаривании постановления ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в г. Кургане о взыскании недоимки по страховым взносам и пени.

Определением  судьи Б. отказано в принятии заявления и разъяснено право обращения с заявлением в Арбитражный суд Курганской области.

Судебная коллегия отменила определение судьи в связи с неправильным применением норм процессуального права (п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Из материалов дела усматривается, что Б. обратился в суд с заявлением об оспаривании постановления ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в г. Кургане о взыскании недоимки по страховым взносам и пени.

В силу ч. 2 ст. 27 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке (далее - индивидуальные предприниматели), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

Определением судьи отказано в принятии заявления на основании ст. 134 ГПК РФ со ссылкой на подведомственность дел арбитражному суду, установленную ст. 27 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Вывод судьи о подведомственности данного спора арбитражному суду не мотивирован.

Б. в заявлении указывал, что заявление о регистрации прекращения предпринимательской деятельности было им подано в 2006 г. К заявлению Б. приобщал копию уведомления о снятии 28.06.2006 с учета в налоговом органе в качестве лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность без образования юридического лица. В частной жалобе Б. также указывал, что не осуществляет предпринимательскую деятельность.

Отказывая в принятии заявления Б., суд не установил, имеет ли он статус индивидуального предпринимателя.

Однако без выяснения указанного обстоятельства невозможно правильно определить подведомственность данного спора суду.

Допущенные нарушения повлекли отмену определения судьи и направление заявления Б. с приобщенными документами в тот же суд на стадию принятия заявления.

 

В соответствии со ст.ст. 44 - 45 Федерального закона "Об общественных объединениях", общественное объединение может быть ликвидировано по решению суда на основании заявления прокурора или соответствующего территориального органа федерального органа государственной регистрации.

Отказывая в принятии заявления о ликвидации общественного объединения в связи с неподведомственностью дела, суд не учел, что специальным законом данная категория дел отнесена к подведомственности судов общей юрисдикции.

 

Управление Федеральной регистрационной службы по Курганской области обратилось в суд с иском к районной общественной организации инвалидов о ликвидации общественного объединения.

Определением судьи в принятии искового заявления отказано в связи с неподведомственностью дела суду.

Судом кассационной инстанции определение суда отменено в связи с нарушением норм процессуального права (ст.ст. 362, 374 ГПК РФ).

Из искового заявления истца следует, что исковые требования о ликвидации общественного объединения в соответствии со ст. 61 ГК РФ предъявлены к ответчику в связи с нарушением требований ст. 29 Федерального закона "Об общественных объединениях".

В соответствии со ст.ст. 44 - 45 Федерального закона "Об общественных объединениях" общественное объединение может быть ликвидировано по решению суда на основании заявления прокурора или соответствующего территориального органа федерального органа государственной регистрации.

Таким образом, специальным законом данная категория дел отнесена к подведомственности судов общей юрисдикции.

Арбитражным процессуальным кодексом РФ не предусмотрено рассмотрение дел в отношении общественных объединений, поэтому ссылка в определении судьи на ст. 27 АПК РФ неправомерна.

В силу п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.12.2002 N 11 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса РФ", дела по спорам о ликвидации некоммерческих организаций, в том числе общественных объединений и организаций, политических партий, общественных фондов, религиозных объединений и других, не имеющих в качестве основной цели своей деятельности извлечение прибыли, не подлежат рассмотрению арбитражными судами.

Допущенное нарушение повлекло отмену определения суда об отказе в принятии искового заявления и направление заявления в тот же суд для рассмотрения по существу.

 

При передаче мировому судье дела об оспаривании договора судом допущено нарушение правил подсудности гражданских дел (ст. 23, 24 ГПК РФ).

 

Б. обратился в суд с исковым заявлением к Департаменту государственного имущества и промышленной политики Курганской области о признании трудовым договором договора от 06.06.2001, заключенного между сторонами по делу.

Определением городского суда дело передано мировому судье по месту нахождения ответчика.

Судебная коллегия отменила определение суда как постановленное с нарушением норм процессуального права (п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

В силу ст. 33 ГПК РФ, суд передает дело на рассмотрение другого суда, если при рассмотрении дела в данном суде выяснилось, что оно было принято к производству с нарушением правил подсудности.

В соответствии со ст. 23 ГПК РФ, мировой судья рассматривает в качестве суда первой инстанции дела по имущественным спорам при цене иска, не превышающей пятисот минимальных размеров оплаты труда, установленных федеральным законом на день подачи заявления; дела, возникающие из трудовых отношений, за исключением дел о восстановлении на работе и дел о разрешении коллективных трудовых споров.

Из искового заявления видно, что истец оспаривает гражданско-правовой договор - договор подряда на управление делами предприятия в процессе его ликвидации, считая, что фактически между ним и ответчиком был заключен трудовой договор.

Поэтому данный спор не относится к категории дел, возникающих из трудовых отношений, и поскольку он не носит имущественного характера, он подлежит рассмотрению районным (городским) судом на основании ст. 24 ГПК РФ.

Допущенное нарушение повлекло отмену определения суда о передаче дела мировому судье по месту нахождения ответчика и направление дела в городской суд для рассмотрения по существу.

 

Согласно ч. 1 ст. 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Вопрос о достаточности и допустимости представленных доказательств решается судом при их исследовании в судебном заседании.

 

Прокурор обратился в суд с иском в интересах несовершеннолетней Б., 1992 года рождения, к родителям ребенка о лишении их родительских прав и взыскании алиментов.

Определением суда исковое заявление прокурора оставлено без движения. Истцу установлен срок для исправления недостатков искового заявления, указано, что в противном случае заявление будет считаться неподанным и возвращено ему.

В частном представлении прокурор выразил несогласие с определением суда, указал, что суд необоснованно сослался на отсутствие доказательств, обосновывающих исковые требования, и оставил исковое заявление без движения, в том числе и по причине того, что к нему приложена копия свидетельства о рождении ребенка, заверенная ненадлежащим образом.

Судебной коллегией определение суда отменено как постановленное с нарушением норм процессуального права (п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Из представленных прокурором материалов, приложенных к исковому заявлению, усматривается, что Б., 1992 года рождения, содержится в детском учреждении с 04.11.2004, администрация данного учреждения обращалась к прокурору и в комиссию по делам несовершеннолетних с просьбой о лишении родителей девочки родительских прав. Имеется объяснение ответчицы, бытовые характеристики на обоих ответчиков, согласно которым они злоупотребляют спиртными напитками, имеют еще одну дочь, 2003 года рождения, воспитанием детей не занимаются, не работают, не имеют никакого хозяйства, не обеспечивают нормальное питание детей, ответчики живут в доме матери отца ребенка. Отец ребенка устраивает пьяные скандалы, драки, дочь Б. сбежала из дома, родители не интересуются ее судьбой, не навещают ее и не звонят ей.

К исковому заявлению прокурором также приложены справки-характеристики на родителей от участкового уполномоченного районного ОВД, отрицательно характеризующие родителей ребенка. Имеется акт обследования материально-бытовых условий жизни семьи Б. Управлением образования администрации района от 16.10.2006 и заключение этого же Управления от 17.10.2006, в которых изложены доводы, свидетельствующие о необходимости лишения ответчиков родительских прав.

Исковое заявление содержит ходатайство о допросе свидетелей.

Указанные доказательства прокурор представил суду в подтверждение обстоятельств, на которых он основывает свои требования (п. 5 ч. 1 ст. 131 ГПК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Вопрос о достаточности и допустимости представленных доказательств решается судом при их исследовании в судебном заседании.

В силу ст. 136 ГПК РФ, судья, установив, что исковое заявление подано в суд без соблюдения требований, установленных в статьях 131 и 132 настоящего Кодекса, выносит определение об оставлении заявления без движения, о чем извещает лицо, подавшее заявление, и предоставляет ему разумный срок для исправления недостатков. В случае, если заявитель в установленный срок выполнит указания судьи, перечисленные в определении, заявление считается поданным в день первоначального представления его в суд. В противном случае заявление считается неподанным и возвращается заявителю со всеми приложенными к нему документами.

Поскольку истцом представлены доказательства в обоснование заявленных исковых требований, указанные в определении суда основания для оставления искового заявления без движения не могут быть признаны правильными, а определение суда законным и обоснованным, что повлекло его отмену.

 

В силу ч. 3 ст. 263 ГПК РФ, в случае, если при подаче заявления или рассмотрении дела в порядке особого производства устанавливается наличие спора о праве, подведомственного суду, суд выносит определение об оставлении заявления без рассмотрения, в котором разъясняет заявителю и другим заинтересованным лицам их право разрешить спор в порядке искового производства.

 

Г. обратился в суд с заявлением об установлении факта родственных отношений с Х., умершей 31.06.2004.

Определением суда производство по делу прекращено.

Судом кассационной инстанции определение суда отменено в связи с нарушением норм процессуального права (п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Из материалов дела видно, что Г. обращался в суд с исковым заявлением, в котором указывал, что между ним и Л. возник спор по поводу наследства, поэтому установить факт родственных отношений в порядке особого производства невозможно.

В судебном заседании представитель Г. подтвердила наличие спора о наследстве и пояснила суду, что в производстве суда имеется дело по его заявлению о признании факта принятия им наследства и признании выданного Л. свидетельства о праве на наследство недействительным.

В силу ч. 3 ст. 263 ГПК РФ, в случае, если при подаче заявления или рассмотрении дела в порядке особого производства устанавливается наличие спора о праве, подведомственного суду, суд выносит определение об оставлении заявления без рассмотрения, в котором разъясняет заявителю и другим заинтересованным лицам их право разрешить спор в порядке искового производства.

В данном случае имеет место спор о праве, и суду следовало обсудить вопрос об объединении данного дела с имеющимся в производстве суда другим делом искового производства по спору между теми же сторонами и о том же предмете.

При указанных обстоятельствах судом сделан неправильный вывод о необходимости прекращения производства по данному делу, поэтому определение суда не может быть признано законным и обоснованным.

 

В силу ст. 442 ГПК РФ, предъявление иска об освобождении имущества от ареста возможно лицом, оспаривающим принадлежность имущества, на которое обращено взыскание. Такой иск предъявляется к должнику и взыскателю.

 

С. обратился в суд с иском к Катайскому районному отделу Управления Федеральной службы судебных приставов по Курганской области об исключении имущества из описи.

Решением суда исковые требования С. удовлетворены в полном объеме.

В кассационном порядке судебное решение отменено в связи с неправильным применением норм процессуального права (п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Из материалов дела видно, что решением Калининского районного суда г. Челябинска от 19.10.2006 с С. в пользу Б. взысканы денежные средства в сумме 2819880 рублей, из которых 1119000 рублей - сумма долга по договору займа, 1700880 рублей - проценты за пользование денежными средствами по договору, а также 1000 рублей в счет возмещения расходов по госпошлине.

Данное решение не вступило в законную силу, дело с кассационной жалобой находится в Челябинском областном суде.

В целях обеспечения иска определением Калининского районного суда г. Челябинска от 14.04.2006 наложен арест на имущество, принадлежащее С.

На основании определения суда судебным приставом-исполнителем Катайского районного отдела Управления Федеральной службы судебных приставов составлен акт описи и ареста имущества от 21.04.2006, принадлежащего С.

Не согласившись с данным актом, С. предъявил иск об освобождении имущества от ареста, тогда как такое право ему законом не предоставлено.

В силу ст. 442 ГПК РФ, предъявление иска об освобождении имущества от ареста возможно лицом, оспаривающим принадлежность имущества, на которое обращено взыскание. Такой иск предъявляется к должнику и взыскателю.

С. является должником перед Б., о чем свидетельствует решение Калининского районного суда г. Челябинска от 19.10.2006. Законом не предоставлено право должнику предъявлять в исковом порядке требования об освобождении имущества от ареста.

Если описанное имущество приобретено С. в браке и является совместной собственностью с супругой, то иск об освобождении своей доли имущества от ареста вправе предъявить его супруга С.

Действия судебного пристава-исполнителя по оценке имущества обжалованы С. в порядке ст. 441 ГПК РФ, и решением районного суда от 26.06.2006 в удовлетворении жалобы ему отказано.

Поскольку иск предъявлен лицом, не наделенным законом таким правом, судебная коллегия отменила решение суда и прекратила производства по делу на основании ст. 220 ГПК РФ.

 

В силу ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку, то есть определение его психического состояния в момент совершения сделки.

 

Прокурор обратился в суд в интересах Г. к ответчикам М. и Т. о признании сделки недействительной.

Решением суда прокурору отказано в иске за необоснованностью.

Судом кассационной инстанции решение суда отменено в связи с неправильным определением судом обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1 ч. 2 ст. 362 ГПК РФ).

Из материалов дела видно, что в соответствии со свидетельством о праве на наследство по завещанию от 24.07.2004 Г. и М. являлись собственниками двухкомнатной благоустроенной квартиры в г. Кургане по   доле каждый.

12.10.2004 Г. и М. продали принадлежащую им квартиру супругам Т. за 390000 руб.

Оспаривая заключенную сделку, в качестве обоснования иска прокурор ссылался на невозможность Г. в момент заключения сделки в силу имеющегося у нее психического заболевания осознавать значение своих действий.

В силу ч. 1 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Отказывая прокурору в иске о признании сделки недействительной по данному основанию, суд сослался в решении на то обстоятельство, что оспариваемой сделкой права Г. не нарушены. Вместе с тем, необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку, то есть определение его психического состояния в момент совершения сделки.

Однако судом вопрос о соответствии волеизъявления Г. в момент совершения сделки ее воле должным образом исследован не был.

В материалах дела имеются сведения о том, что с 1993 г. истица состоит на учете у психиатра, ей была установлена третья группа инвалидности, а с 15.03.2006 - вторая. Г. регулярно проходит лечение в стационарном режиме в КОПНБ, в момент совершения сделки она также проходила курс лечения, находясь на дневном стационаре. Допрошенный в судебном заседании врач-психиатр КОПНБ пояснил, что в период прохождения лечения Г. на дневном стационаре КОПНБ ей назначались психотропные препараты.

Таким образом, вывод суда о способности Г. в момент заключения сделки понимать значение своих действий и руководить ими является неубедительным.

Кроме того, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 14.04.1988 г. N 2 (в ред. от 25.10.1996 г.) "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству"  указано, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, в том числе при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими.

Прокурор заявлял ходатайство о назначении по делу экспертизы, однако судом в его удовлетворении было отказано.

Поскольку не были определены юридически значимые обстоятельства по делу, то решение суда не могло быть признано законным и обоснованным.

 

В силу ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Рассматривая спор о признании права собственности, суд не установил, кто являлся собственником спорного имущества до заключения договора купли-продажи.

 

А. обратился в суд с иском к ЗАО "А", администрации Круглянского сельского совета о признании права собственности на гараж, расположенный в с. Круглое Звериноголовского района.

Решением суда А. в иске отказано.

Судом кассационной инстанции судебное решение отменено в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

В силу ст. 218 ГПК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

А. заявлены требования о признании за ним права собственности на здание гаража, которое им было приобретено по договору купли-продажи от 04.09.2001 у ЗАО "А". В подтверждение данных требований истцом представлены копия договора, счета-фактуры о получении товара, копии квитанций к приходным кассовым ордерам, а также акт приема-передачи имущества. При этом истцом также указано, что государственная регистрация перехода права невозможна в связи с отсутствием регистрации данного имущества за продавцом.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд пришел к выводу о том, что на момент заключения сделки купли-продажи здания гаража ЗАО "А" не являлась собственником имущества, поэтому гараж не мог быть предметом гражданской сделки. Однако данный вывод суда сделан без выяснения всех обстоятельств по делу.

Судом не установлено, кто являлся собственником спорного имущества до заключения договора с А., не истребованы книги либо карточки учета основных средств ЗАО "А", а также иные доказательства принадлежности данного имущества продавцу. В случае, если здание гаража получено ЗАО "А" при реорганизации других предприятий, суду следовало истребовать разделительный баланс либо передаточные акты, решения правлений обществ о передаче имущества и т.д., проверить полномочия лица, подписавшего договор, а также предложить истцу представить постановление собрания акционеров общества, по поручению которого подписан договор.

Кроме того, из пояснений истца следует, что здание гаража было описано при исполнении судебного решения. В связи с чем в целях получения доказательств в рамках рассматриваемого спора судом могут быть исследованы материалы исполнительного производства, в котором имеется квитанция АП N 216143 о получении денежных средств от ЗАО "А" через А. 04.09.2001.

Допущенные нарушения повлекли отмену судебного решения с направлением дела на новое рассмотрение в тот же суд.

 

В силу ч. 1, 2 ст. 244, ч. 1, 2 ст. 252 ГК РФ, имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность). Имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними. Участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества.

Отказывая в иске о признании права собственности на жилой дом, суд не учел, что надворные постройки следуют судьбе главной вещи, в данном случае жилому дому.

 

О. обратилась в суд с иском к А. и П. о признании права собственности на долю домовладения или просила взыскать стоимость 1/2 доли дома.

Х. обратилась в суд с иском к А. о признании права собственности на долю этого же домовладения.

Исковые требования Х. и О. удовлетворены частично. Признано право собственности Х. на   долю незавершенного строительства жилого дома, общей площадью 63,4 кв. м, жилой площадью 37,2 кв. м. Признано право собственности О. на баню, железные ворота, сарай из шлакоблоков, расположенных около спорного дома. В остальной части иска О. отказано.

В кассационном порядке решение суда отменено в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

В силу ч. 1, 2 ст. 244, ч. 1, 2 ст. 252 ГК РФ, имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность). Имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними. Участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества.

Согласно ч. 2 ст. 218 ГК РФ, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Из материалов дела следует, что Постановлением Главы города N 127 от 03.04.2006 А. предоставлен в аренду земельный участок площадью 267 кв. м для ведения личного подсобного хозяйства сроком на 11 месяцев.

На основании данного постановления А. заключил с МО города договор аренды земельного участка на период с 03.04.2006 по 02.03.2007. Ранее 26.01.1989 А. заключил с отделом по делам строительства и архитектуры горисполкома договор на возмещение индивидуального жилого дома на праве личной собственности на земельном участке 600 кв. м по этому же адресу, общей площадью 47,3 кв. м, жилой площадью 35,7 кв. м с надворными постройками: баня, гараж и сарай. Договор нотариально удостоверен 17.02.1989. Согласно заключения судебной экспертизы, проведенной 30.08.2006 ООО "Геосервис", рыночная стоимость спорного дома без надворных построек и земельного участка составляет 135000 руб. Рыночная стоимость бани, сарая и железных ворот составляет 23000 руб. Раздел дома в натуре на две или три равные части невозможен.

Принимая во внимание указанные доказательства, судебная коллегия пришла к выводу, что их недостаточно для вынесения законного и обоснованного решения.

При рассмотрении дела суд не установил возведен ли спорный дом на выделенном А. земельном участке или является самовольной постройкой. Если земельный участок под строительство дома А. не выделялся, то признание его права собственности по ст. 222 ГК РФ (в редакции, действующей до 01.09.2006) возможен только в случае, если данный участок будет в установленном порядке предоставлен А. под возведенную постройку.

Суд, удовлетворяя иски частично, пришел к выводу о том, что спорный дом в эксплуатацию не введен, следовательно, является незавершенным строительством.

Признавая право собственности Х. на 1/2 долю незавершенного строительством жилого дома по наследству, суд не установил, каков был процент готовности строительства дома на момент смерти К. Возможно ли завершение строительства после его раздела, какое имущество подлежало разделу и наследованию: незавершенный строительством дом с указанием степени незавершенности и произведенных видов работ или стройматериалы. Суду следовало предложить сторонам представить доказательства и обсудить вопрос о назначении экспертизы по данному вопросу.

В ходе судебного разбирательства суд пришел к выводу о том, что между А. и О. не было соглашения о создании общей собственности, но О. вкладывала в строительство бани, сарая и железных ворот личные средства. При таких обстоятельствах суд неправомерно признал право собственности О. на надворные постройки. Отказывая в иске о признании права собственности на жилой дом, суд не учел, что надворные постройки следуют судьбе главной вещи, в данном случае жилому дому.

Решение суда о признании права собственности на долю в недвижимом имуществе является основанием для государственной регистрации права собственности на это имущество, следовательно, в резолютивной части решения должны быть указаны данные о праве собственности всех собственников на весь объект в целом и технические данные, необходимые для государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество.

С учетом изложенного, решение суда не может быть признано законным и обоснованным.

 

Разрешая спор о взыскании стоимости транспортного средства, поврежденного в дорожно-транспортном происшествии, суд не установил, кто является собственником автомобиля и вправе обращаться в суд за защитой нарушенного права.

 

М. и С. обратились в суд с иском к Н. о взыскании компенсации морального вреда, указав, что 02.02.2006 в результате дорожно-транспортного происшествия, совершенного по вине ответчика, погиб их отец и муж М.

М. предъявила требования к Администрации Баксарского сельского совета Лебяжьевского района, владельцу автомобиля, которым управлял водитель Н., о возмещении материального ущерба и взыскании стоимости поврежденного в дорожно-транспортном происшествии транспортного средства, принадлежащего погибшему отцу, а также расходов на погребение и оплату проезда.

Ответчик Н. в судебном заседании свою вину в дорожно-транспортном происшествии не оспаривал, просил суд уменьшить размер ущерба.

Представитель Администрации Баксарского сельского совета Лебяжьевского района иск признал частично, считая требования завышенными.

Решением суда истцам в удовлетворении исковых требований к Н. о компенсации морального вреда отказано. С Администрации Баксарского сельского совета Лебяжьевского района в пользу М. взыскана сумма в возмещение материального ущерба 94638 руб. 65 коп., компенсация морального вреда 100000 руб., в пользу М. и С. взыскана компенсация морального вреда каждой по 100000 руб.

Судом кассационной инстанции судебное решение отменено в связи с нарушением судом норм процессуального права (п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Из материалов дела видно, что 02.02.2006 Н., состоящий в трудовых отношениях с Баксарским сельским советом Лебяжьевского района и управляющий автомобилем пожарной охраны, принадлежащим данному сельскому совету, нарушил п. 13.12 Правил дорожного движения и допустил столкновение с автомобилем ВАЗ-21074, под управлением водителя М., который в результате дорожно-транспортного происшествия погиб.

Приговором суда от 22.05.2006 Н. по факту дорожно-транспортного происшествия признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

При разрешении исковых требований М. материального характера, суд не принял во внимание, что она просила взыскать стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля, принадлежащего ее погибшему отцу. В материалах дела нет доказательств, подтверждающих, что она в порядке наследования получила право собственности на транспортное средство, что предполагает возможность обращения ее в суд за защитой нарушенного права. Более того, из объяснений истца М. на заседании судебной коллегии следует, что им как наследником получено свидетельство о праве собственности на поврежденный в дорожно-транспортном происшествии автомобиль отца. Суд данный вопрос не выяснил, не установил, кто является собственником автомобиля после смерти М. и кто имеет право на предъявление такого иска, при этом взыскал стоимость восстановительного ремонта в пользу М., которая не является собственником транспортного средства.

Кроме того, в материалах дела нет никаких доказательств, подтверждающих исковые требования истцов: сметы о стоимости восстановительного ремонта автомобиля ВАЗ-21074, других письменных доказательств, на которые сослался суд в решении. Из материалов уголовного дела копии документов по делу не приобщены. Вместе с тем, из приговора Лебяжьевского районного суда от 22.05.2006 в отношении Н. видно, что при постановлении приговора суд не мог разрешить гражданский иск, поскольку ответчик оспаривал стоимость ремонта, на одном из товарных чеков, подтверждающих расходы на погребение, отсутствует подпись продавца. Однако при рассмотрении гражданского дела суд данные вопросы не исследовал.

При рассмотрении дела суд не учел, что требования истцов о взыскании компенсации морального вреда были предъявлены непосредственно к Н., однако суд взыскал данную компенсацию с Администрации сельского совета.

В этом случае, поскольку характер спорного правоотношения предполагает привлечение по данным искам в качестве ответчика Администрацию сельского совета как владельца источника повышенной опасности, суд должен был по своей инициативе привлечь надлежащего ответчика и выяснить у истцов их согласие на замену ответчика (ч. 3 ст. 40 ГПК РФ). Только после выполнения этих процессуальных действий и вынесения определения, суд вправе был решить вопрос о взыскании с Администрации сельского совета компенсации морального вреда.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству суд должен был определить круг доказательств и предложить истцам М. подтвердить наличие родственных связей с погибшим, представив копию свидетельства о рождении.

По требованию о взыскании материального ущерба, связанного с повреждением транспортного средства, предложить представить документ, подтверждающий право собственности (свидетельство о праве собственности и т.д.).

Допущенные нарушения повлекли отмену решения суда.

 

В силу ст. 82 СК РФ, виды заработка и (или) иного дохода, которые получают родители в рублях и (или) иностранной валюте и из которых производится удержание алиментов, взыскиваемых на несовершеннолетних детей, определяются Правительством РФ.

Постановлением Правительства РФ от 18.07.1996 N 841 утвержден Перечень видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей.

Согласно подп. "и" п. 1 Перечня (в редакции от 06.02.2004), удержание алиментов на содержание несовершеннолетних детей производится с суммы, равной стоимости выдаваемого (оплачиваемого) питания, кроме лечебно-профилактического питания, выдаваемого в соответствии с законодательством РФ о труде.

 

С. обратился в суд с жалобой на действия начальника финансовой части ОВД района по удержанию с него алиментов на двух несовершеннолетних детей с денежных компенсаций за продовольственный паек и санаторно-курортное лечение.

Решением суда действия начальника финансовой части ОВД района по удержанию алиментов из денежной компенсации продовольственного пайка С. признаны незаконными.

В кассационном порядке решение суда не обжаловалось.

Президиум отменил состоявшееся по делу судебное решение как постановленное с существенным нарушением норм материального права (ст. 387 ГПК РФ).

Из материалов дела видно, что С. работает участковым уполномоченным в ОВД района. Из его денежного довольствия удерживаются алименты на содержание двух несовершеннолетних детей в пользу Т. и Г. в размере 1/6 части каждой.

При этом в доход, из которого удерживаются алименты, финансовая часть ОВД включает денежную компенсацию продовольственного пайка.

В силу ст. 82 СК РФ, виды заработка и (или) иного дохода, которые получают родители в рублях и (или) иностранной валюте и из которых производится удержание алиментов, взыскиваемых на несовершеннолетних детей, определяются Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства РФ от 18.07.1996 N 841 утвержден Перечень видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей.

Согласно подп. "и" п. 1 Перечня (в редакции от 06.02.2004), удержание алиментов на содержание несовершеннолетних детей производится с суммы, равной стоимости выдаваемого (оплачиваемого) питания, кроме лечебно-профилактического питания, выдаваемого в соответствии с законодательством РФ о труде.

Таким образом, выплата компенсации взамен продовольственного пайка военнослужащим и сотрудникам органов внутренних дел носит постоянный характер, алименты из сумм указанных компенсаций подлежат удержанию.

В связи с этим вывод суда о том, что продовольственный паек начисляется только на сотрудника органов внутренних дел и поэтому Перечень видов зарплаты и иного дохода, из которых удерживаются алименты на содержание детей в данном случае не применяется, не может быть признан правильным.

Удержание финансовой частью ОВД района алиментов из суммы компенсации продовольственного пайка С. производится обоснованно.

При рассмотрении жалобы С. суд дал неправильное толкование ст. 82 СК РФ и Постановления Правительства РФ от 18.07.1996 г. N 841 с изменениями и дополнениями, внесенными Постановлением Правительства РФ от 20.05.1998 г. N 465 "Об утверждении Перечня видов заработной платы и иного дохода, их которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей", что является существенным нарушением норм материального права.

 

При рассмотрении дела о взыскании задолженности по оплате коммунальных услуг суд не принял во внимание положения федерального законодательства и законодательства Курганской области, которыми предусмотрены меры социальной поддержки специалистов, проживающих и работающих в сельской местности (в том числе медицинских работников организаций здравоохранения, находящихся в ведении Курганской области) в виде компенсации расходов на оплату жилого помещения и коммунальных услуг.

 

МУП "Мокроусовские тепловые сети" обратилось в суд с иском к С. о взыскании задолженности по оплате коммунальных услуг в размере 5334 руб. 40 коп.

Решением мирового судьи исковые требования истца удовлетворены.

Судом апелляционной инстанции решение мирового судьи отменено и в удовлетворении иска истцу отказано.

Президиумом апелляционное решение суда отменено, как постановленное с существенным нарушением норм материального права, с направлением дела на новое рассмотрение на стадию апелляционного производства (ст. 387 ГПК РФ).

Из материалов дела усматривается, что С. проживает в с. Мокроусово. Согласно справке МУП "Мокроусовские тепловые сети", занимаемая С. квартира приватизирована.

С. работает врачом в районной больнице.

В соответствии с п. 9 ст. 63 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22.07.1993, до января 2005 года ответчице предоставлялась льгота в виде бесплатного предоставления жилья, отопления и освещения.

Отменяя решение мирового судьи о взыскании с С. задолженности по оплате коммунальных услуг за 11 месяцев 2005 г., апелляционная инстанция пришла к выводу о том, что до 1 января 2006 г. в отношении ответчицы должен сохраняться прежний порядок предоставления льгот медицинским работникам организаций здравоохранения (находящихся в ведении муниципального образования), действовавший до принятия изменений, внесенных Федеральным законом N 122-ФЗ от 22.08.2004. При этом суд сослался на ст. 153 Федерального закона от 22.08.2004 "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов..." и то обстоятельство, что Мокроусовской районной Думой установлены меры социальной поддержки указанным работникам только с 01.01.2006 г.

Данные выводы суда апелляционной инстанции постановлены без учета ряда положений федерального законодательства и законодательства Курганской области.

Федеральным законом N 122-ФЗ от 22.08.2004 (вступившим в силу с 01.01.2005) признан утратившим силу п. 9 ст. 63 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан. При этом в указанную статью введено новое положение, по которому меры социальной поддержки медицинских и фармацевтических работников муниципальных организаций здравоохранения устанавливаются органами местного самоуправления.

Судом установлено, что органами местного самоуправления в 2005 г. не были установлены меры социальной поддержки медицинским работникам муниципальных организаций здравоохранения.

Законом Курганской области N 75 от 07.09.2005 "О социальной поддержке лиц, проживающих и работающих в сельской местности и в рабочих поселках (поселках городского типа) на территории Курганской области" были предусмотрены меры социальной поддержки указанных лиц, в том числе медицинских работников организаций здравоохранения, находящихся в ведении Курганской области. Действие закона распространено на правоотношения, возникшие с 01.01.2005.

В целях реализации указанного закона Администрацией (Правительством) Курганской области Постановлением от 18.10.2005 N 379 (с последующими изменениями) утвержден "Порядок предоставления и финансирования мер социальной поддержки лиц, проживающих и работающих в сельской местности и в рабочих поселках (поселках городского типа) на территории Курганской области", действие которого также распространено на правоотношения, возникшие с 01.01.2005.

Указанными нормативными актами предусмотрены меры социальной поддержки специалистов, проживающих и работающих в сельской местности (в том числе медицинских работников организаций здравоохранения, находящихся в ведении Курганской области) в виде компенсации расходов на оплату жилого помещения и коммунальных услуг.

В силу п. 6 ст. 53 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", осуществление расходов местных бюджетов на финансирование полномочий федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации не допускается, за исключением случаев, установленных федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации.

Наделение органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями осуществляется только федеральными законами, законами субъектов РФ. Финансовое обеспечение отдельных государственных полномочий, переданных органам местного самоуправления, осуществляется только за счет предоставляемых местным бюджетам субвенций из соответствующих бюджетов (п. 2, п. 5 ст. 19 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ").

Законом Курганской области от 03.11.2005 "О внесении изменений и дополнений в Закон Курганской области "О социальной поддержке лиц, проживающих и работающих в сельской местности и в рабочих поселках (поселках городского типа) на территории Курганской области" органы местного самоуправления были наделены отдельными государственными полномочиями Курганской области по предоставлению мер социальной поддержки лиц, проживающих и работающих в сельской местности на территории Курганской области, в том числе медицинских работников организаций здравоохранения, находящихся в ведении муниципальных образований Курганской области.

Таким образом, меры социальной поддержки были распространены на работников муниципальных организаций и учреждений, в том числе МО Мокроусовский район. Данная редакция действовала до вступления в силу Закона Курганской области от 30.12.2005 "О наделении органов местного самоуправления муниципальных образований Курганской области отдельными государственными полномочиями Курганской области по предоставлению мер социальной поддержки лицам, проживающим и работающим в сельской местности и в рабочих поселках (поселках городского типа) на территории Курганской области".

Суд апелляционной инстанции, разрешая спор о взыскании с С. задолженности по оплате коммунальных услуг и квартирной платы за 11 месяцев 2005 г., не учел указанный выше нормативный акт о наделении МО Мокроусовский район отдельными государственными полномочиями по предоставлению мер социальной поддержки специалистам, проживающим и работающим в сельской местности, а также компенсационный характер указанных мер.

Допущенные нарушения повлекли отмену апелляционного решения суда и направление дела на новое рассмотрение в суд на стадию апелляционного производства.

 

В силу ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимание обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда.

 

М. обратился в суд с иском к П. о выселении, признании утратившей право пользования квартирой в г. Кургане. П. предъявила встречный иск к М. о сохранении права пользования жилым помещением за ней и ее несовершеннолетней дочерью, вселении и устранении препятствий в пользовании жилым помещением.

Решением суда иск М. удовлетворен, П. признана утратившей право пользования спорной квартирой, на УФМС РФ по Курганской области возложена обязанность снять ответчицу с регистрационного учета по данному адресу. Встречный иск П. удовлетворен частично, за несовершеннолетней В. сохранено право пользования спорной квартирой сроком на 4 года, в части сохранения права пользования этой квартирой за П., вселении, устранении препятствий в пользовании встречный иск оставлен без удовлетворения.

Судебной коллегией по гражданским делам Курганского областного суда решение суда отменено в части в связи с неправильным применением норм материального права (п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Из материалов дела следует, что М. является собственником двухкомнатной квартиры в г. Кургане на основании договора дарения от 28.02.1994 и зарегистрирован в квартире с 25.02.1994.

27.11.1998 М. заключил брак с П., которая была вселена им в квартире в качестве члена семьи и зарегистрирована по этому адресу 11.03.1999.

12.07.2001 у них родилась дочь В., которая также зарегистрирована в спорной квартире.

Решением суда от 17.12.2001 брак сторон расторгнут.

В силу ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимание обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда.

Поскольку семейные отношения сторон были прекращены, с М. в пользу П. взысканы алименты на содержание несовершеннолетнего ребенка, и М. выражено согласие на сохранение за дочерью В. права пользования квартирой на определенный срок, суд обоснованно удовлетворил исковые требования П. и в этой части решение суда является законным.

В остальной части решение суда отменено судом кассационной инстанции по следующим основаниям:

Судом не принято во внимание, что по взаимному согласию сторон после прекращения семейных отношений несовершеннолетний ребенок осталась проживать с матерью, с отца ребенка в пользу матери взысканы алименты на содержание ребенка. Поэтому проживание ребенка, 2001 года рождения, отдельно от матери невозможно.

Отказывая в удовлетворении иска П. о сохранении за ней права пользования жилой площадью и вселении ее и дочери, суд ограничил реализацию самим несовершеннолетним ребенком сохраненного права на проживание в спорной квартире.

Доводы П. о чинимых препятствиях в пользовании квартирой подтверждены в судебном заседании М., пояснившим, что замки на входной двери им заменены дважды в августе 2006 года.

Поскольку обстоятельства дела установлены в полном объеме и не требовалось представления дополнительных доказательств, судебная коллегия отменила решение суда в части с вынесением нового решения по существу заявленных требований. В удовлетворении иска о признании П. утратившей право пользования квартирой и снятии ее с регистрационного учета по указанному адресу М. отказано. За П. сохранено право пользования жилым помещением сроком на 4 года, П. и В. вселены в квартиру. На М. возложена обязанность не чинить П. и В. препятствий в пользовании квартирой и передать П. ключи от замка входной двери квартиры.

 

Разрешая жилищный спор о выселении по ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, суд не выяснил, прекращены ли семейные отношения ответчика с собственниками жилого помещения.

 

О. и В. обратились в суд с иском к С. о признании утратившей право пользования жилым помещением, выселении из квартиры. Впоследствии истцы уточнили исковые требования, просили выселить ответчицу из спорной квартиры на основании ст.ст. 31, 35 ЖК РФ.

С. обратилась со встречным иском, просила признать за ней право пользования спорной квартирой, определить порядок пользования жилым помещением, закрепив за ней и дочерью комнату размером 12 кв. м.

Решением суда первоначальный иск удовлетворен, встречный иск оставлен без удовлетворения.

Судом кассационной инстанции решение суда отменено ввиду неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Выселяя С. из спорной квартиры, суд исходил из того, что ее семейные отношения с собственниками спорной квартиры прекратились.

Однако такой вывод не обоснован судом и не подтвержден материалами дела.

Из материалов дела видно, что С. была вселена в спорную квартиру в 2000 году в качестве супруги О. - сына В. - нанимателя указанной квартиры.

При вселении в указанную квартиру С. сохранила регистрацию по месту прежнего места жительства - в однокомнатной квартире своей матери.

В спорной квартире с момента вселения проживали О. и С., 05.01.2001 у них родилась дочь К.

На основании договора бесплатной передачи жилого помещения в общую собственность граждан РФ спорная квартира была передана в собственность В., его сыну О. и дочери О. К. по 1/3 доли каждому.

Согласно свидетельству о расторжении брака от 21.07.2005 брак между О. и С. расторгнут.

В силу ст. 247 ГК РФ, владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности осуществляется по соглашению всех его участников, а при недостижении согласия - в порядке, установленном судом.

На основании п. 1 ст. 28 ГК РФ, за несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), сделки, за исключением указанных в пункте 2 настоящей статьи, могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны.

В соответствии с ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Принимая решение о выселении С. из спорной квартиры, суд не учел, что ее несовершеннолетняя дочь К. является сособственником этой квартиры.

Также судом не принято во внимание, что судебным приказом мирового судьи от 16.05.2005 с О. в пользу С. взысканы алименты на содержание ребенка, что свидетельствует о совместном проживании несовершеннолетней К. со своей матерью.

Кроме того, судом не рассмотрены встречные исковые требования С., заявленные в интересах несовершеннолетней дочери, об определении порядка пользования спорной квартирой.

Нарушения, допущенные судом первой инстанции, повлекли отмену судебного решения.

 

При разрешении жилищного спора суд вышел за пределы заявленных истцом исковых требований, тогда как в силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд может выйти за пределы заявленных требований лишь в случаях, предусмотренных законом.

 

Л. и К. обратились в суд с иском к Администрации г. Кургана о признании жилого помещения в г. Кургане непригодным для проживания и о возложении на Администрацию г. Кургана обязанности предоставить им благоустроенное жилое помещение не менее 30 кв. м общей площади, отвечающее санитарным и техническим требованиям в пределах г. Кургана.

Администрация г. Кургана иск не признала, предъявила встречный иск о расторжении договора найма служебного жилого помещения с Л. и К. в г. Кургане, о признании Л. и К. утратившими право пользования данным служебным помещением, снятии их с регистрационного учета по указанному адресу.

Решением суда Л. и К. в иске отказано за пропуском срока исковой давности. Встречный иск Администрации г. Кургана удовлетворен частично. К. признан не приобретшим право пользования жилым помещением и снят с регистрационного учета. В остальной части встречных исковых требований отказано за необоснованностью.

Определением судебной коллегии решение суда отменено в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Л. работал в МУП "Прометей" в должности юрисконсульта.

На основании списков МУП "Прометей", утвержденных распоряжением мэра г. Кургана N 4469-р от 24.08.1998, Л. отделом по учету и распределению жилой площади Администрации г. Кургана выдан ордер N 470 на право занятия квартиры.

С должности юрисконсульта Л. уволен 09.09.2002.

В соответствии со ст. 107 ЖК РСФСР, действовавшего на момент предоставления Л. жилого помещения, рабочие и служащие, прекратившие трудовые отношения с предприятием, учреждением, организацией, подлежат выселению из служебного жилого помещения со всеми проживающими с ними лицами без предоставления другого жилого помещения.

Суд пришел к выводу о том, что спорная квартира получена Л. на общих основаниях и с ним не может быть расторгнут договор найма жилого помещения в связи с прекращением трудовых отношений.

Данный вывод суда является ошибочным, поскольку он сделан на непроверенных обстоятельствах дела. Суд не выяснил, почему Л., работая на предприятии юрисконсультом, получил жилье как мастер. Не связано ли это с тем, что должность мастера на момент получения квартиры была включена в перечень лиц, имеющих право на получение служебного жилья, утвержденного Решением Курганского облисполкома N 320 от 12.09.1989. Поскольку в списках на предоставление жилья занимаемая Л. должность указана не юрисконсульт, а мастер, следовательно, не исключается, что спорная квартира действительно имела статус служебной.

Для выяснения данного обстоятельства суду следовало предложить ответчику представить дополнительные доказательства, поскольку имеющаяся в материалах дела копия Решения исполкома Советского района г. Кургана N 40 от 06.03.1991, не подтверждает и не опровергает доводов ответчика, при этом в корешке ордера N 470, где имеется подпись Л., указано, что спорная квартира является служебной.

Если в судебном заседании выяснится, что спорная квартира является служебной, то суду необходимо выяснить, не нарушен ли порядок предоставления служебного жилья.

Судом не дано оценки тому обстоятельству, что Л. поступил на работу в МУП "Прометей" 12.05.1997, ордер на спорную квартиру получил 26.08.1998, то есть через один год и 3 месяца. Если суд посчитал, что спорная квартира получена на общих основаниях, то следовало проверить, состоял ли Л. на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий в Администрации г. Кургана, не нарушен ли порядок и условия предоставления спорного жилья, для чего при необходимости предложить ответчику уточнить встречные исковые требования.

Суд признал К. не приобретшим право пользования спорной квартирой, хотя ответчиком таких требований не заявлялось.

Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд может выйти за пределы заявленных требований лишь в случаях, предусмотренных законом.

Суду следовало установить вселялся ли в спорную квартиру и проживал ли в ней Л., так как на момент получения им квартиры она уже была непригодной для проживания, а также выяснить, приобрел ли он право на жилье в спорной квартире, какой у него состав семьи, не имеет ли он в собственности другое жилье.

Отказ суда Л. и К. в удовлетворении иска о предоставлении жилья по мотиву истечения срока исковой давности не основан на законе, поскольку данные отношения являются длящимися. Поэтому заявленные требования суду следовало рассмотреть по существу.

Допущенные нарушения повлекли отмену судебного решения.

 

В порядке реализации Федеральной целевой программы "Жилище" на 2002 - 2010 годы производятся мероприятия по обеспечению жильем отдельных категорий граждан в целях реализации Закона РФ "О вынужденных переселенцах". В рамках подпрограммы "Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством" на 2006 - 2010 годы формой государственной финансовой поддержки указанной категории граждан жильем является предоставление им за счет средств федерального бюджета субсидий на приобретение жилья, право на получение которого удостоверяется государственным жилищным сертификатом.

 

Я. обратилась в суд с иском к Управлению по делам миграции УВД Курганской области о предоставлении жилья, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указала, что 08.02.1996 ей предоставлен статус вынужденного переселенца, с 19.09.1996 она включена в сводный список вынужденных переселенцев, состоящих в органах местного самоуправления на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий, имеющих право на первоочередное получение жилья.

Решением суда иск Я. удовлетворен частично. На Управление по делам миграции УВД Курганской области возложена обязанность предоставить Я. благоустроенное жилое помещение, отвечающее санитарно-техническим нормам, в черте г. Кургана на состав семьи три человека, общей площадью не менее 45 кв. м. В удовлетворении исковых требований о взыскании денежной компенсации морального вреда отказано.

В кассационном порядке решение суда не обжаловалось.

Президиум отменил решение суда как постановленное с существенным нарушением норм материального права (ст. 387 ГПК РФ).

Разрешая спор и удовлетворяя требования истицы, суд исходил из того, что такая обязанность ответчика предусмотрена Законом РФ "О вынужденных переселенцах" и Положением о жилищном обустройстве вынужденных переселенцев, утвержденным Постановлением Правительства РФ 08.11.2000 N 845.

В соответствии с п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 7 Закона РФ "О вынужденных переселенцах", федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления в пределах своих полномочий оказывают вынужденному переселенцу помощь при вступлении в жилищный кооператив, помощь в индивидуальном жилищном строительстве, включая предоставление (приобретение) земельного участка и приобретение строительных материалов в установленном порядке, предоставляют вынужденному переселенцу, нуждающемуся в улучшении жилищных условий, безвозмездные субсидии на строительство (приобретение) жилья в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу п. 3 ч. 3 ст. 7 указанного Закона, территориальные органы федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, участвуют в финансировании строительства (приобретении) и распределении жилья для постоянного проживания вынужденных переселенцев.

Во исполнение Закона РФ "О вынужденных переселенцах" Правительством РФ принято Постановление N 845 "Об утверждении Положения о жилищном обустройстве вынужденных переселенцев в Российской Федерации", согласно п. 35 которого финансирование строительства (приобретения) жилья для постоянного проживания вынужденных переселенцев осуществляется за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации, местных бюджетов, а также на долевой основе с участием личных средств вынужденных переселенцев и средств иных законных источников.

В соответствии с п. 43 данного Положения, жилые помещения для постоянного проживания, в финансировании строительства (приобретении) которых принимал участие территориальный орган Министерства по делам Федерации, национальной и миграционной политики Российской Федерации, предоставляются вынужденным переселенцам по мере их строительства (приобретения), как правило, на территории населенного пункта по месту принятия вынужденных переселенцев на учет граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий (постоянное жилье).

Решение о предоставлении вынужденным переселенцам указанных жилых помещений принимается органом местного самоуправления совместно с территориальным органом Министерства по делам Федерации, национальной и миграционной политики Российской Федерации.

В ходе судебного разбирательства установлено, что в 2005 и 2006 годах ответчику финансовые средства для строительства и приобретения жилья для вынужденных переселенцев не выделялись.  Не было установлено и то обстоятельство, что в указанный период ответчик участвовал в финансировании строительства жилья для вышеназванной категории граждан.

Кроме того, в 2005 г. закончился первый этап реализации Федеральной целевой программы "Жилище" на 2002 - 2010 годы, в рамках которой проводились мероприятия по обеспечению жильем отдельных категорий граждан в целях реализации Закона РФ "О вынужденных переселенцах".

На втором этапе осуществления указанной программы (2006 - 2010 годы) мероприятия по реализации данного Закона будут проводиться в рамках подпрограммы "Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством".

В рамках указанной подпрограммы формой государственной финансовой поддержки обеспечения указанной категории граждан жильем является предоставление им за счет средств федерального бюджета субсидий на приобретение жилья, право на получение которого удостоверяется государственным жилищным сертификатом.

Возлагая на ответчика обязанность по предоставлению жилья, суд не учел вышеназванные положения Закона, вследствие чего решение не может считаться законным и обоснованным.

Суд возложил обязанность по предоставлению жилого помещения на Управление по делам миграции УВД Курганской области, при этом не учел положения Указа Президента РФ N 314 от 09.03.2004, согласно которому вновь созданной Федеральной миграционной службе России переданы правоприменительные функции, функции по контролю и надзору и функции по оказанию государственных услуг в сфере миграции Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Допущенные нарушения повлекли отмену судебного решения в части возложения обязанности на Управление по делам миграции УВД Курганской области предоставить Я. жилье и направление дела на новое рассмотрение в тот же суд.

 

В соответствии со ст. 31.9 Кодекса РФ об административных правонарушениях постановление о назначении административного наказания не подлежит исполнению в случае, если это постановление не было приведено в исполнение в течение года со дня его вступления в законную силу.

Согласно подп. 5 п. 1 ст. 14 Федерального закона от 21.07.1997 "Об исполнительном производстве" (в редакции от 27.12.2005), постановления органов (должностных лиц), уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях, могут быть предъявлены к исполнению в течение трех месяцев со дня вынесения постановления.

 

П. обратился в суд с заявлением об обжаловании действий судебного пристава-исполнителя. В обоснование требований указал, что судебным приставом-исполнителем у него была изъята денежная сумма в размере 107 рублей по постановлению ГИБДД от 05.08.2004, однако срок давности для исполнения данного постановления истек.

Решением суда жалоба П. удовлетворена. Признаны незаконными действия судебного пристава-исполнителя по изъятию денежных средств у П. в сумме 107 рублей 28.08.2006.

Судебная коллегия признала решение суда законным и обоснованным и оставила его без изменения по следующим основаниям:

Из материалов дела видно, что жалоба на действия судебного пристава-исполнителя подана П. в суд в порядке статьи 441 ГПК РФ.

Постановлением ОГИБДД УВД Курганской области от 05.08.2004 П. привлечен к административной ответственности, на него наложен административный штраф в размере 100 рублей.

Постановление об административном правонарушении было передано на исполнение в службу судебных приставов 11.04.2005.

13.04.2005 судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство.

03.08.2006 П. было направлено требование о явке его к судебному приставу в срок до 11.08.2006 и предоставлении информации об уплате штрафа. В этот же день П. в объяснительной записке отказался оплачивать штраф. 28.08.2006 судебным приставом-исполнителем по акту были изъяты денежные средства в сумме 107 рублей.

В силу ст. 31.4 Кодекса РФ об административных правонарушениях, постановление по делу об административном правонарушении приводится в исполнение уполномоченным на то органом, должностным лицом в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Законом, регулирующим порядок приведения в исполнение постановления по делу об административном правонарушении, является Федеральный закон "Об исполнительном производстве".

В соответствии с подп. 5 п. 1 ст. 14 Федерального закона от 21.07.1997 "Об исполнительном производстве" (в редакции от 27.12.2005), постановления органов (должностных лиц), уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях могут быть предъявлены к исполнению в течение трех месяцев со дня вынесения постановления.

Согласно ст. 31.9 Кодекса РФ об административных правонарушениях, постановление о назначении административного наказания не подлежит исполнению в случае, если это постановление не было приведено в исполнение в течение года со дня его вступления в законную силу.

Таким образом, указанными нормативными актами предусмотрены два разных срока, соблюдение каждого из которых обязательно: первый из них касается срока предъявления исполнительного документа (постановления по делу об административном правонарушении) к исполнению, а второй применяется для исполнения данного постановления.

Поскольку органом ГИБДД был нарушен срок предъявления постановления о наложении на П. административного штрафа, данный исполнительный документ не подлежал принятию к исполнению службой судебных приставов и, соответственно, исполнению.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что решение суда не противоречит собранным по делу доказательствам и требованиям закона.

 

Судебная коллегия

по гражданским делам

Курганского областного суда

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь