Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

АРХАНГЕЛЬСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

Судья Шабанов Н.А. Дело N 22-1383
Докладчик Никифоров В.И. 9 июня 2000 года

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе:

председательствующего Кашутина В.И.,

судей Никифорова В.И., Филимоновой А.Н.

с участием прокурора Мыльниковой Т.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Архангельске 9 июня 2000 года дело по кассационному протесту прокурора г. Северодвинска на приговор Северодвинского городского суда Архангельской области от 6 мая 2000 года, по которому:

О., <...>, ранее не судимый,

оправдан за недоказанностью совершения им преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Заслушав доклад судьи областного суда Никифорова В.И., заключение прокурора Мыльниковой Т.И., поддержавшей доводы протеста, просившей приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение, судебная коллегия

 

установила:

 

О. органами следствия обвиняется в том, что 9 февраля 2000 года около 16 часов, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в доме N <...> по <...> в с. Ненокса, из личных неприязненных отношений, умышлено, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, поднял лежащее возле печи полено и нанес им не менее 8 ударов по голове П., причинив тяжкий вред здоровью, опасный для жизни и повлекший смерть потерпевшей. Действия О. были квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Суд, оправдывая О. в совершении указанного преступления за недоказанностью, исходил из того, что согласно протоколу осмотра места происшествия в кухне дома потерпевшей обнаружены многочисленные брызги и пятна вещества бурого цвета, похожие на кровь, однако, как видно из показаний свидетелей Я., Ф., Е., они каких-либо пятен, похожих на кровь, на одежде О. в тот день не видели. Одежда эта органами предварительного следствия не изымалась и не исследовалась. В ходе осмотра места происшествия изъяты окурки, но, кем они оставлены, следствием не выяснялось. Был ли кто у П. в доме до прихода туда О., достоверно не установлено. Потерпевшая С. и свидетель Н. показали, что О. из военного городка, расположенного в нескольких километрах от села Ненокса, ушел в 15 час. - 15 час. 30 мин. Свидетель Я. подтвердил, что 9 февраля 2000 года около 16 час. 30 мин., когда они проходили по ул. Октябрьской и прошли уже дом П., то их догнал О. и сообщил, что в доме лежит без сознания, вся в крови П., и просил оказать помощь. Из показаний свидетелей Ф. и Е. усматривается, что смерть потерпевшей наступила примерно в 17 час. 30 - 40 мин. И им также рассказывал О., что он П. обнаружил на кухне ее дома в крови, без сознания и в доме был дым, в связи с чем подсудимый открыл дверь и вьюшки на печи. Вывод органов следствия о том, что дыма в доме не могло быть и дверь О. не открывал, является предположительным. То обстоятельство, что О. в присутствии Ф. пытался с холодильника стереть кровь, не является доказательством вины О., поскольку не опровергнуты его объяснения о том, что он не может видеть кровь. Вывод органов следствия о том, что орудием преступления было полено, которое О. в последующем сжег в печи, также предположительный. На предварительном следствии О. заявлял, что он ударил несколько раз потерпевшую "чуркой", но данная "чурка" ни в явке с повинной, ни в протоколе допроса О. в качестве подозреваемого не описана, также не указано, как по отношению друг к другу находились О. и П., когда ей О. наносил удары, что не позволяет суду сделать вывод о правдивости показаний О. в явке с повинной и протоколе допроса в качестве подозреваемого. Заявление О. о самооговоре на предварительном следствии не опровергнуто и нашло свое косвенное подтверждение в показаниях свидетеля - сотрудника ОУР О. о том, что первоначально подсудимый отрицал свою причастность к преступлению, а вызванный через несколько дней в милицию, после "беседы" в течение полутора часов и разъяснения, что в случае признания своей вины может остаться на подписке и не будет арестован, О. написал явку с повинной.

В кассационном протесте прокурора ставится вопрос об отмене оправдательного приговора в связи с несоответствием его фактическим обстоятельствам дела, поскольку выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. В протоколе явки с повинной и в протоколе допроса в качестве подозреваемого О. вину свою признал полностью и указал такие обстоятельства, которые, кроме него, никто не мог знать. Выводы суда о каком-либо принуждении в отношении О., давлении со стороны работника милиции являются неосновательными. Указанные судом свидетели в категоричной форме не заявляли, что не видели крови на одежде подсудимого. Суд по собственной инициативе мог изъять одежду у О. и исследовать ее, а также выяснить, кому принадлежали окурки. В деле имеются данные о том, что 9 февраля 2000 года никого, кроме О., в доме потерпевшей не было. Судом не выяснялось у людей, близко знавших О., как он переносит вид крови. Не допрашивался судебно-медицинский эксперт, в связи с чем противоречия в показаниях свидетелей и заключении эксперта относительно времени причинения П. телесных повреждений не были устранены.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного протеста прокурора, судебная коллегия находит приговор суда в отношении О. подлежащим отмене, а протест удовлетворению - по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 20 УПК РСФСР суд обязан принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, выявить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отягчающие его ответственность обстоятельства. При этом по смыслу закона подлежат установлению и оценке все возможные версии совершенного преступления, тщательному исследованию - обстоятельства как их подтверждающие, так и устраняющие их или подвергающие сомнению.

В полной мере эти требования закона при рассмотрении данного дела судом не учтены, вывод о недоказанности вины О. во вмененном ему преступлении сделан по недостаточно полно и всесторонне исследованным материалам дела. При этом, не выполнив требований ст. 71 УПК РСФСР, суд не дал надлежащей оценки показаниям О. на следствии, не проанализировал их в совокупности с другими доказательствами по делу, что касается и деталей совершенного преступления - времени, способа и орудия, которым были причинены телесные повреждения потерпевшей.

Вывод суда о имевшем место самооговоре со стороны О. сделан также на неполно исследованных доказательствах по делу, как и в части оказания на него давления.

В связи с этим нельзя сделать однозначный вывод о том, что не доказано совершение О. преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Вследствие этого приговор не может быть признан законным и обоснованным, поэтому он подлежит отмене, а уголовное дело - направлению на новое судебное рассмотрение.

Руководствуясь ст. 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

Приговор Северодвинского городского суда Архангельской области от 6 мая 2000 года в отношении О. отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей со стадии судебного разбирательства.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь