Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

БЮЛЛЕТЕНЬ

ЛИПЕЦКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ЗА 2 КВАРТАЛ 2007 ГОДА

 

КВАЛИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

 

Вывод суда о наличии между подсудимыми предварительного

сговора на совершение преступления должен быть основан

на фактических обстоятельствах

 

Приговором Октябрьского районного суда от 13.03.2007 С. и М. осуждены по ст. 161, ч. 2, п. "а" УК РФ.

Они признаны виновными в совершении грабежа группой лиц по предварительному сговору.

При квалификации действий виновных как совершения хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору следует выяснить, имел ли место такой сговор соучастников до начала действий, непосредственно направленных на хищение имущества, состоялась ли договоренность о распределении ролей в целях осуществления преступного умысла, а также какие конкретно действия совершены каждым исполнителем и другими соучастниками преступления.

Эти обстоятельства не были выяснены ни в период предварительного следствия, ни в судебном заседании.

В основу обвинительного приговора в подтверждение предварительного сговора на открытое хищение чужого имущества суд положил показания подозреваемого М., которые тот давал в период предварительного следствия и из которых следует, что когда они с С. находились на пл. Петра I, то решили кого-нибудь ограбить, чтобы получить деньги. Когда они шли по пр. Победы у фонтана, то увидели двух девушек. У одной из них он вырвал сумку, девушка упала. С. побежал за ним, подбежав к нему, взял сумку, закрыл ее своей майкой и сказал, чтобы он шел за ним. С. достал из сумки сотовый телефон, блокнот, деньги и забрал себе. Остальное - сотовый телефон, паспорт, деньги в сумме 150 руб. он забрал себе.

Из этих показаний подозреваемого М. следует лишь то, что у фонтана они с С. решили кого-нибудь ограбить. Однако из его показаний не видно, где, в каком месте, в какое время, кого именно они решили ограбить, какие действия каждый из них будет совершать.

Затем, уже будучи допрошенным в качестве обвиняемого, М. изменил свои показания, утверждал то, что он решил похитить сумку у девушки, когда они шли по пр. Победы. Об этом же он показал и в судебном заседании.

С. как в период предварительного следствия, так и в судебном заседании утверждал то, что М. неожиданно для него вырвал сумку у девушки и побежал.

Обвинение одного из осужденных не может считаться доказанным, если оно основано на неконкретных, противоречивых показаниях другого осужденного, не подтвержденных другими доказательствами по делу.

Следовательно, непоследовательные, неконкретные показания М. нельзя положить в основу обвинительного приговора в подтверждение предварительного сговора на хищение между ним и С., поскольку никаких других доказательств данному обстоятельству не представлено, а показания потерпевших не подтверждают наличие предварительного сговора на хищение.

Более того, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Суд в приговоре привел дословно показания подозреваемого С. в подтверждение предварительного сговора. Однако из приведенных показаний следует, что никакого предварительного сговора на совершение грабежа между ним и М. не было.

При таких обстоятельствах все сомнения в отношении доказанности предварительного сговора должны быть истолкованы в пользу подсудимых, т.к. устранить сомнения не представляется возможным.

Поскольку бесспорных, достаточных доказательств того, что грабеж совершен по предварительному сговору группой лиц, не имеется, то действия М. следует переквалифицировать на ст. 161, ч. 1 УК РФ как грабеж, т.е. открытое хищение чужого имущества.

Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что С. сам не совершал открытого хищения чужого имущества. Однако он достоверно знал, что М. открыто похитил у потерпевшей сумку, принял от него похищенные телефон, деньги и записную книжку, все это положил себе в карманы, с чем и был задержан работниками милиции.

При таких обстоятельствах действия С. следует квалифицировать по ст. 175, ч. 1 УК РФ, т.е. приобретение имущества, заведомо добытого преступным путем.

03.05.2007 приговор изменен судебной коллегией, действия С. переквалифицированы со ст. 161, ч. 2, п. "а" УК РФ на ст. 175, ч. 1 УК РФ, а действия М. переквалифицированы со ст. 161, ч. 2, п. "а" УК РФ на ст. 161, ч. 1 УК РФ.

 

Описание преступного деяния, признанного судом доказанным,

должно соответствовать выводу суда

как в описательно-мотивировочной части приговора

при квалификации инкриминируемого преступления,

так и в резолютивной части приговора

 

Приговором Чаплыгинского районного суда от 02.04.2007 П. осужден по ст. 158, ч. 3, п. "а" УК РФ к лишению свободы сроком на 1 год 6 месяцев без штрафа; по ст. 158 ч. 1 УК РФ - к лишению свободы сроком на 6 месяцев.

На основании ст. 69, ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем полного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года без штрафа. На основании ст. 73, ч. 3 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в 12 месяцев.

Как следует из обвинительного заключения, органами предварительного расследования несовершеннолетний П. обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158 УК РФ - тайное хищение чужого имущества и п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ - тайное хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в жилище.

Суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, в описательно-мотивировочной части пришел к выводу о том, что действия П. по одному из преступлений следует квалифицировать по ст. 158, ч. 3, п. "а" УК РФ как тайное хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище.

Согласно резолютивной части приговора П. признан виновным в совершении указанного преступления по ст. 158, ч. 3, п. "а" и ст. 158, ч. 1 УК РФ.

Таким образом, суд допустил в приговоре существенные противоречия, описание преступного деяния, признанного судом доказанным, не соответствует окончательному выводу суда как в описательно-мотивировочной части приговора при квалификации инкриминируемого преступления, так и в резолютивной части приговора.

Кроме этого, суд, признавая П. виновным по ст. 158, ч. 3, п. "а" УК РФ, назначил ему наказание 1 год 6 месяцев лишения свободы. Этот срок - ниже низшего предела санкции статьи, по которой квалифицированы действия виновного, однако суд не мотивировал свой вывод, что является нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона.

Также, согласно приговору суда, несовершеннолетнему П. за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы на срок 6 месяцев.

В соответствии с требованиями ч. 6 ст. 88 УК РФ наказание в виде лишения свободы не может быть назначено несовершеннолетнему осужденному, совершившему в возрасте до 16 лет преступление небольшой и средней тяжести.

Как усматривается из материалов уголовного дела, на момент совершения преступления, предусмотренного ст. 158, ч. 1 УК РФ, П. возраста 16 лет не достиг и судимости не имел.

В связи с несоответствием выводов суда, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, а также в связи с существенными нарушениями уголовного закона при назначении наказания судебной коллегией 22.05.2007 приговор отменен.

 

НАЗНАЧЕНИЕ НАКАЗАНИЯ

 

При назначении наказания после отмены приговора

суд не вправе усиливать наказание, если приговор

не отменялся за мягкостью

 

Приговором Правобережного районного суда от 15.03.2007 Г. осужден по ст. 158, ч. 1 УК РФ, по ст. 158, ч. 2, п. "а" УК РФ, и в соответствии со ст. 69, ч. 2 УК РФ путем поглощения менее строгого наказания более строгим назначено наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы, в соответствии со ст. 70 УК РФ частично присоединено неотбытое наказание по приговору Добровского районного суда от 24.06.2004, и окончательно к отбытию наказания назначено 2 года 3 месяца лишения свободы (т.е. фактически присоединено 9 мес.).

Назначая наказание в соответствии со ст. 70 УК РФ, суд ухудшил положение осужденного по сравнению с предыдущим приговором, который отменялся.

Приговором того же суда от 24.08.2006 Г. был осужден по ст. 158, ч. 1, ст. 158, ч. 2, п. "а" УК РФ на основании ст. 69 УК РФ к 2 годам лишения свободы, в соответствии со ст. 70 УК РФ частично присоединено неотбытое наказание по приговору суда от 24.06.2004 (в виде 6 месяцев лишения свободы), и окончательно назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы.

Данный приговор был отменен судебной коллегией 17.10.2006, и дело направлено на новое судебное рассмотрение в связи с тем, что в отношении Г. не была назначена судебно-психиатрическая экспертиза, и нарушением требований закона о рассмотрении дела в особом порядке.

При таких обстоятельствах при новом рассмотрении дела суд не вправе был после отмены первоначального приговора при новом рассмотрении дела усилить наказание, поскольку первоначальный приговор был отменен не за мягкостью назначенного наказания по представлению прокурора или по жалобе потерпевшего в соответствии со ст. 383, ч. 2 УПК РФ, а по другим основаниям.

Суд кассационной инстанции, отменяя первоначальный приговор, не давал суду первой инстанции указание о присоединении более строгого наказания по предыдущему приговору, а поэтому суд при новом рассмотрении дела не вправе был присоединять по ст. 70 УК РФ более 6 месяцев лишения свободы и ухудшать положение Г.

10.05.2007 судебной коллегией приговор изменен, присоединено по ст. 70 УК РФ 6 месяцев лишения свободы, и окончательно назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы.

 

Если отягчающее обстоятельство предусмотрено статьей

особенной части УК РФ в качестве признака преступления,

оно не может повторно учитываться при назначении наказания

 

Приговором Липецкого районного суда от 16.05.2007 Т. осужден по ст. 264 ч. 3 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права на управление транспортным средством сроком на 3 года.

Судом не в полном объеме выполнены требования ст. 60 ч. 3 УК РФ, согласно которой при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд, указывая в приговоре на отсутствие обстоятельств, отягчающих ответственность, учел совершение Т. преступления в нетрезвом состоянии, а также то, что в результате преступления погибло два человека, что фактически отягчает наказание осужденного.

Однако в соответствии с требованиями ст. 63 ч. 2 УК РФ, если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей особенной части УК РФ в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания.

Ссылка суда в приговоре при назначении наказания на совершение преступления в нетрезвом состоянии, гибель в результате преступления двух человек противоречит вышеуказанным требованиям закона, поскольку нарушение лицом правил дорожного движения, в частности, управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, повлекшее смерть двоих человек, предусмотрено в качестве признаков преступления, предусмотренного ст. 264, ч. 3 УК РФ.

Судебной коллегией 26.06.2007 приговор изменен, исключено указание суда при назначении наказания на совершение преступления в нетрезвом состоянии, в результате преступления погибло два человека, смягчено назначенное Т. наказание до 2 лет лишения свободы.

 

При назначении наказания несовершеннолетнему

судом не учтены требования ст. 88, ч. 6-1 УК РФ

 

Приговором Октябрьского районного суда от 16.03.2005 Ф. осужден по ст. 162, ч. 2, п. "а", "в", "г" УК РФ (в ред. Закона 1996 года) с применением ст. 64 УК РФ к 5 годам лишения свободы, по ст. 162, ч. 3 УК РФ (в ред. Закона от 08.12.2003) с применением ст. 64 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, а на основании ст. 69, ч. 3 УК РФ - окончательно к 7 годам лишения свободы.

Совокупность смягчающих обстоятельств признана судом исключительной, в связи с чем суд пришел к выводу о возможности назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ - ниже низшего предела санкции статьи.

Однако суд не учел, что в соответствии со ст. 88, ч. 6-1 УК РФ при назначении несовершеннолетнему осужденному наказания в виде лишения свободы за совершение тяжкого либо особо тяжкого преступления низший предел наказания, предусмотренный соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса, сокращается наполовину.

Низший предел санкции ст. 162, ч. 2, п. "а", "в", "г" УК РФ (в ред. Закона от 13.06.1996) и ст. 162, ч. 3 УК РФ (в ред. Закона от 08.12.2003) - 7 лет лишения свободы, следовательно, низший предел наказания для несовершеннолетнего осужденного будет составлять 3 года 6 месяцев лишения свободы.

Однако, указав о назначении наказания с применением ст. 64 УК РФ, суд фактически положения ст. 64 УК РФ не применил, назначив за каждое совершенное Ф. преступление по 5 лет лишения свободы, тогда как низший предел за совершенные преступления для несовершеннолетнего осужденного, как указано выше, - 3 года 6 месяцев лишения свободы.

Постановлением президиума областного суда от 10.05.2007 приговор изменен, наказание смягчено с применением ст. 64 УК РФ.

 

При замене одного вида наказания на другой

необходимо учитывать общие нормы назначения наказания

 

Приговором Елецкого городского суда от 14.08.2006 Г. осужден по ст. 158, ч. 3 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к штрафу в размере 15000 рублей с рассрочкой выплаты на 6 месяцев.

Постановлением того же суда от 16.03.2007 неотбытое наказание в виде штрафа в размере 15000 рублей заменено на 2 года лишения свободы.

Судебная коллегия 03.05.2007 постановление изменила, замененное наказание снизила до 6 месяцев лишения свободы по следующим основаниям:

как усматривается из приговора суда, при назначении по ч. 3 ст. 158 УК РФ Г. наказания в виде штрафа суд применил ст. 64 УК РФ и назначил штраф ниже низшего предела, предусмотренного санкцией данной статьи.

Соответственно, при замене штрафа на иной вид наказания суд должен был учитывать указанное обстоятельство и заменить штраф на лишение свободы с учетом ст. 64 УК РФ.

 

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ НАРУШЕНИЯ

 

Приговор может быть основан лишь на доказательствах,

исследованных в судебном заседании

 

По-прежнему судами допускаются ошибки, связанные с нарушением ст. 240 УПК РФ, согласно которой приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

При постановлении приговора судами используются доказательства, которые не исследовались.

По данному основанию во 2-м квартале 2007 года судебной коллегией были отменены следующие судебные решения:

постановление Чаплыгинского суда (суда апелляционной инстанции) от 10.04.2007 в отношении М.;

приговор Усманского суда от 11.04.2007 в отношении Р., Н.Е., Н.А., Я.;

постановление Добринского суда (суда апелляционной инстанции) от 12.03.2007 в отношении З.

 

ВОЗВРАЩЕНИЕ ДЕЛА ПРОКУРОРУ

 

При решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору

необходимо проверять, препятствуют ли вынесению приговора

допущенные нарушения

 

Постановлением Октябрьского районного суда от 22.03.2007 уголовное дело в отношении Ф.В. возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Основанием для возвращения уголовного дела прокурору послужило то обстоятельство, что представителем потерпевшего Ф.А., у которого наступило временное психическое расстройство, была признана его мать Ф.М., а не адвокат, как предусмотрено ст. 45 УПК РФ.

В связи с чем суд посчитал, что в ходе предварительного расследования были существенно нарушены права потерпевшего, что создает препятствия для рассмотрения дела судом.

Судебная коллегия 24.04.2007 постановление суда отменила.

Вывод суда о том, что согласно ч. 1 ст. 45 УПК РФ представителем потерпевшего может быть только адвокат, ошибочен.

Часть 1 ст. 45 УПК РФ в ее конституционно-правовом смысле, сформулированном в определении Конституционного Суда РФ от 5 февраля 2004 года N 25-О, предполагает, что представителями потерпевшего и гражданского истца могут быть адвокаты и иные лица, в том числе близкие родственники, о допуске которых ходатайствует потерпевший или гражданский истец.

А в силу ст. 45, ч. 2 УПК РФ для защиты прав и законных интересов потерпевших, являющихся несовершеннолетними или по своему физическому или психическому состоянию лишенных возможности самостоятельно защищать свои права и законные интересы, к обязательному участию в уголовном деле привлекаются их законные представители или представители.

По делу в качестве представителя потерпевшего была привлечена мать потерпевшего Ф.А., которой были разъяснены права потерпевшего, предусмотренные частью второй ст. 42 УПК РФ, в том числе и право иметь представителя.

Отсюда суд необоснованно пришел к выводу, что права потерпевшего были существенно нарушены.

Кроме этого, суд в постановлении указал, что нарушения прав потерпевшего создают препятствия для рассмотрения дела судом. Однако в чем выражаются эти препятствия, суд не указал.

В то время как в силу ст. 237, ч. 1, п. 1 УПК РФ судья возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В соответствии с конституционно-правовым смыслом ст. 237 УПК РФ, сформулированным в постановлении Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 года N 18-П, возвращение дела прокурору в случае нарушений требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место по инициативе сторон или суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей, о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия. При этом основанием для возвращения дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, то есть такие, которые не могут быть устранены в судебном заседании и в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения, отвечающего требованиям справедливости.

Согласно п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 года N 1 "О применении судами норм УПК РФ" под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта. В частности, исключается возможность вынесения судебного решения в случаях, когда обвинение, изложенное в обвинительном заключении или в обвинительном акте, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого; когда обвинительное заключение или обвинительный акт не подписан следователем, дознавателем либо не утвержден прокурором; когда в обвинительном заключении или обвинительном акте отсутствуют указания на прошлые судимости обвиняемого, данные о месте нахождения обвиняемого, данные о потерпевшем, если он был установлен по делу.

Судебная коллегия пришла к выводу, что обстоятельства, которые суд привел в постановлении как основания для возвращения дела прокурору, не исключают возможность постановления судом приговора или иного решения, отвечающего требованиям справедливости, существенных нарушений прав потерпевшего нет.

 

Доказательства, собранные по уголовному делу, возбужденному

с нарушением требований закона, являются недопустимыми

 

Приговором Усманского районного суда от 26.03.2007 Ш., директор ГОУ СППО "П", осужден по ст. 159, ч. 3 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права занимать руководящие должности в государственных образовательных учреждениях сроком на 3 года, в силу ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком на 2 года.

Определением судебной коллегии от 15.05.2007 приговор суда отменен в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуальных норм, допущенными в период предварительного следствия, которые не могут быть устранены в судебном заседании.

Уголовное дело возбуждено в отношении Ш. 30.01.2006 по ст. 290, ч. 1 УК РФ.

17.07.2006 уголовное преследование в отношении Ш. по предъявленному ему обвинению по ст. 290, ч. 1 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

21.07.2006 без возбуждения уголовного дела по ст. 159, ч. 3 УК РФ вынесено постановление о привлечении Ш. в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 159, ч. 3 УК РФ.

Поскольку уголовное дело в отношении Ш. по ст. 290, ч. 1 УК РФ прекращено, а по ст. 159, ч. 3 УК РФ уголовное дело не возбуждалось в соответствии со ст. 146 УПК РФ, то и обвинение по ст. 159, ч. 3 УК РФ Ш. предъявлено незаконно, а в связи с этим все доказательства являются полученными с нарушением требований УПК РФ, в соответствии со ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми доказательствами и не могут быть положены в основу обвинения.

Кроме того, оперативный эксперимент в отношении Ш. проведен с нарушением Закона "Об оперативно-розыскной деятельности".

По запросу суда в связи с рассмотрением уголовного дела в отношении Ш. была истребована копия постановления о проведении оперативного эксперимента в отношении директора "П" Ш.

В суд представлена копия постановления о проведении оперативного эксперимента от 20.09.2005 в "П" в связи с тем, что директор "П" Ш. получает незаконные денежные вознаграждения от лиц, желающих перевестись в "П".

Из справки-меморандума следует, что подозрение Ш. в получении незаконных денежных вознаграждений не нашло своего подтверждения, в связи с чем ОРЧ БЭП УВД в целях исключения провокационных моментов отказалось от оперативной разработки в данном направлении и перенесло встречи с Ш. на январь 2006 г.

Вручая Ш. 30.01.2006 лечебно-профилактическое белье и лежак за положительную оценку по истории, выставленную К., сотрудник ОРЧ БЭП УВД действовал за рамками уже реализованного постановления от 20.09.2005, и на тот период Ш. не подозревался в содействии К. в выставлении положительной оценки, в чем впоследствии предъявлено обвинение.

Постановления же о проведении оперативного эксперимента в отношении Ш. в январе 2006 г. в связи с получением незаконного вознаграждения за выставление положительной оценки по истории учащемуся К. не имеется, а согласно ст. 8 Закона "Об оперативно-розыскной деятельности" оперативный эксперимент проводится на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-разыскную деятельность.

Согласно ст. 89 УПК РФ в результате доказывания запрещается использование результатов оперативно-разыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявленным к доказательствам.

Следовательно, результаты оперативного эксперимента являются незаконными, а полученные доказательства в результате оперативного эксперимента следует признать недопустимыми.

Поскольку предварительное расследование по уголовному делу проведено по невозбужденному уголовному делу и процедура судопроизводства не соблюдена, а результаты оперативно-разыскной деятельности являются недопустимыми доказательствами, то обвинительный приговор в отношении Ш. отменен, а уголовное дело прекращено по ст. 27, ч. 1, п. 1 УПК РФ.

 

Суд не вправе выходить за пределы предъявленного обвинения

 

21.03.2007 приговором мирового судьи Елецкого городского судебного участка N 1 П.Э. осуждена по ст. 129, ч. 1 УК РФ, то есть за распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь, достоинство и подрывающих деловую репутацию Б.К.

Постановлением Елецкого городского суда от 23.04.2007 приговор мирового судьи оставлен без изменения.

Из заявления Б.К. о привлечении к уголовной ответственности П.Э. следует: "28 июня 2006 года она проходила по рынку вместе с комиссией, к ним подошла П.Э., стала обвинять ее в присутствии членов комиссии в том, что она торгует вином, спиртом, оскорбляет людей, избивает, стравливает кого-то с кем-то. Жаловалась комиссии на то, что суд по ее заявлению привлек П.Э. к уголовной ответственности. П.Э. своими действиями совершила преступление, предусмотренное ст. 129 ч. 1 УК РФ".

Мировой судья в приговоре признал П.Э. виновной в том, что она совершила распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь, достоинство и подрывающих деловую репутацию Б.К. (клевету), при следующих обстоятельствах: "28 июня 2006 года в первой половине дня на территории мини-рынка, расположенного на ул. Радиотехнической в г. Ельце, на почве личных взаимоотношений в присутствии неопределенного круга лиц, заведомо зная, что распространяемые ею сведения не соответствуют действительности, порочат честь, достоинство и деловую репутацию потерпевшей, публично и утвердительно стала заявлять окружающим, что Б.К. занимается на рынке поборами и торгует фальсифицированными спиртными напитками".

В соответствии с правилами ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

П.Э. не вменялось то, что она распространяла о Б.К. заведомо ложные сведения о том, что та занимается поборами и торгует именно фальсифицированными спиртными напитками.

То есть мировой судья вышел за пределы предъявленного обвинения.

Также из материалов дела следует, что мировой судья не дал оценку всем доказательствам (показаниям свидетеля С.С.). Суд апелляционной инстанции также огласил показания данного свидетеля, но оценку его показаниям не дал.

Мировой судья и суд апелляционной инстанции в обоснование вины П.Э. сослались на свидетельские показания П.П., С.О. и Ф.А., признав их не противоречащими и соответствующими обстоятельствам дела.

Однако показания свидетелей П.П. и С.О., изложенные в приговоре, не соответствуют их показаниям, изложенным в протоколе судебного заседания.

Мировой судья в приговоре указал, что свидетели П.А. и С.К. по существу предъявленного обвинения пояснить что-то конкретное не могли, так как П.Э. они в тот день на рынке не видели.

Однако оценку показаниям данных свидетелей мировой судья не дал, несмотря на то что частный обвинитель Б.К. в своем заявлении о привлечении к уголовной ответственности П.Э. и в судебном заседании указывала, что П.Э. распространяла заведомо ложные, позорящие ее сведения в присутствии членов комиссии. При этом установлено, что членами комиссии являлись как раз П.А. и С.К.

В силу ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

При рассмотрении уголовных дел должен соблюдаться закрепленный в ст. 49 Конституции РФ принцип презумпции невиновности, согласно которому каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. При этом с учетом положений данной конституционной нормы недопустимо возлагать на обвиняемого (подсудимого) доказывание своей невиновности.

По смыслу ст. 129, ч. 1 УК РФ обязательным элементом клеветы является распространение заведомо ложных, позорящих другое лицо сведений о конкретных фактах, касающихся потерпевшего, данные сведения должны касаться именно фактов, но не представлять собой оценочные суждения.

В связи с этим постановление суда апелляционной инстанции отменено судебной коллегией 14.06.2007 и дело направлено на новое рассмотрение.

 

РАССМОТРЕНИЕ МАТЕРИАЛОВ

 

При решении вопроса о даче судебного разрешения на обыск

требуется проверять наличие оснований для его проведения

 

Постановлением Октябрьского районного суда от 17.04.2007 отказано в производстве обыска в жилище С. по адресу: <...>.

Из материалов дела следует, что 11.04.2007 следователем возбуждено уголовное дело по факту неправомерного доступа к охраняемой законом компьютерной информации ЭВМ ОАО "Ц", что привлекло модификацию информации и нарушение работы ЭВМ с использованием компьютера, телефона 45-81-83, установленного по адресу: <...>.

12.04.2007 вынесено постановление о возбуждении перед судом ходатайства о производстве обыска в жилище С. по вышеуказанному адресу.

Суд в ходатайстве отказал, мотивируя тем, что ему не представлены документы, подтверждающие процессуальное положение С.; в тексте постановления о возбуждении уголовного дела и заявлении заместителя генерального директора ОАО "Ц" не указано, какие именно предусмотренные ст. 272 УПК РФ последствия повлек неправомерный доступ в Интернет, т.е. не отражено, в чем именно заключается преступление неизвестных лиц, по которому возбуждено уголовное дело; в заявлении директора не содержится дата - когда именно совершено преступление, за которое он просит привлечь к уголовной ответственности; не указано, чем именно причинен ОАО материальный ущерб в сумме 600 рублей 33 копейки.

С указанными выводами суда судебная коллегия не согласилась и постановление отменила по следующим основаниям:

Положения ст. 182 УПК РФ не требуют устанавливать процессуальное положение лица, у которого будет производиться обыск, поскольку он может быть проведен не только у участника уголовного судопроизводства, но и у других лиц.

При решении вопроса о наличии оснований для производства обыска суд должен проверить следующее: возбуждено ли уголовное дело, находится ли оно в производстве должностного лица, которое вынесло постановление о возбуждении перед судом ходатайства о проведении обыска в жилище, и имеются ли достаточные данные полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия преступления, предметы, документы, ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела.

Вместе с тем суд дал оценку не указанным обстоятельствам и основаниям, а поводу для возбуждения уголовного дела и обстоятельствам, подлежащим доказыванию, что не относится к предмету ст. 182 УПК РФ.

 

При рассмотрении жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ

осужденные к лишению свободы заявители могут

реализовывать свои права через представителя

 

Г. обратился в Измалковский районный суд с жалобой на бездействие прокурора Измалковского района Липецкой области.

Постановлением Измалковского районного суда от 12.04.2007 Г. отказано в удовлетворении жалобы.

22.05.2007 судебная коллегия отменила постановление суда ввиду нарушения уголовно-процессуального закона.

В соответствии со ст. 14, п. 8 Уголовно-исполнительного кодекса РФ для получения юридической помощи осужденные могут пользоваться услугами адвокатов, а также иных лиц, имеющих право на оказание такой помощи. Ст. 125 УПК РФ также предусматривает возможность участия при рассмотрении жалобы защитника, представителя.

Суд в постановлении о назначении судебного заседания от 04.04.2007 разъяснил осужденному Г. право защищать свои интересы посредством допуска к участию в деле его адвокатов или иных представителей, однако названное постановление было вручено Г. 23.04.2007, то есть после принятия решения по его жалобе.

Таким образом, при рассмотрении жалобы осужденного Г. было нарушено гарантированное ему законом право защищать свои интересы посредством допуска к участию в деле его адвоката или иных представителей. Данное нарушение уголовно-процессуального закона в соответствии с ч. 2 п. 4 ст. 381 УПК РФ является основанием для отмены судебного решения.

З. обратился в Измалковский районный суд с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ на бездействие прокурора Измалковского района.

Постановлением Измалковского районного суда от 12.04.2007 в удовлетворении жалобы З. отказано.

05.06.2007 судебная коллегия отменила постановление суда ввиду нарушения уголовно-процессуального закона.

Согласно ч. 3 ст. 125 УПК РФ жалоба подлежит рассмотрению в судебном заседании с участием заявителя и его защитника или представителя, а также с участием прокурора. Неявка лиц, своевременно извещенных о времени рассмотрения жалобы и не настаивающих на ее рассмотрении с их участием, не является препятствием для рассмотрения жалобы судом.

Согласно разъяснениям в определении Конституционного Суда РФ от 16.10.2003 N 478-О лица, отбывающие наказание, в случае невозможности явки в суд могут защищать свои интересы посредством допуска к участию в деле их адвокатов или иных представителей.

Заявитель З. является осужденным и отбывает наказание в местах лишения свободы, не имея возможности явиться в суд лично.

Из материалов дела следует, что 11.04.2007 в адрес начальника ФГУ ИК-3 направлена копия постановления суда от 04.04.2007 о назначении судебного заседания по жалобе для вручения осужденному З.

Данное постановление было направлено формально, поскольку судебное заседание назначено на 12.04.2007 и в этот же день жалоба З. была рассмотрена.

З. получил копию постановления суда от 04.04.2007 о назначении судебного заседания по его жалобе лишь 20.04.2007, т.е. после рассмотрения его жалобы.

Таким образом, при рассмотрении жалобы З. нарушено его право. Извещенный ненадлежащим образом, он был лишен возможности заявить, при невозможности явки его в суд, о защите его интересов посредством допуска к участию в деле адвоката или иного представителя.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь