Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

СВЕРДЛОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 3 июля 2007 г. по делу N 33-4257/2007

 

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

 

    председательствующего                          Мазановой Т.П.,

    судей                                       Калимуллиной Е.Р.,

                                                    Шаламовой И.Ю.

 

рассмотрела в судебном заседании 3 июля 2007 г. гражданское дело по искам М., И. к ФГУП "Комбинат "Электрохимприбор" о взыскании вознаграждения за использование изобретения по кассационной жалобе ответчика на решение городского суда г. Лесного Свердловской области от 24 апреля 2007 г., которым постановлено: исковые требования удовлетворить.

Заслушав доклад судьи Шаламовой И.Ю., объяснения представителя ответчика - Ш. (по доверенности), судебная коллегия

 

установила:

 

М., И. обратились в суд с исками к ФГУП "Комбинат "Электорохимприбор", патентообладателю по изобретению "Способ получения карбоната кальция", авторами которого являются истцы, о взыскании авторского вознаграждения за 2005 г., пеней в связи с просрочкой выплаты вознаграждения в соответствии с условиями договоров и соглашений сторон, указав на новизну продукта, полученного с использованием изобретения: полагали, что ответчик, применяя коэффициенты по методике расчетов за 2006 г., нарушает условия договора. Просили взыскать пени по день вынесения решения.

Ответчик иск не признал. Не оспаривая прав истцов на получение вознаграждения, указал, что применение коэффициентов является правомерным, поскольку при использовании указанного изобретения для получения исходного продукта по технологии изменены только операции выделения и очистки карбоната кальция, а не создан новый продукт. Базой для расчета размера вознаграждения авторам за использование изобретения является прибыль (часть дохода), полученная от использования изобретения, от полезного эффекта, связанного непосредственно с инновацией, а не от продукции, изготовленной с использованием изобретения. Заявленный истцами размер вознаграждения завышен, поскольку безосновательно определен из прибыли комбината от реализации продукции, а не из экономического эффекта от самого изобретения.

Судом было вынесено вышеприведенное решение, которым исковые требования удовлетворены в полном объеме.

В кассационной жалобе ответчик - ФГУП "Комбинат "Электрохимприбор" просит отменить решение суда как незаконное ввиду допущенных при рассмотрении дела существенных нарушений норм материального и процессуального права, указывает, что суд неправильно применил ст. 32, 33 Закона СССР "Об изобретениях в СССР" и неверно истолковал договор, заключенный с авторами, неправильно определил прибыль, полученную от использования изобретения, для исчисления вознаграждения, незаконно удовлетворил требования истцов.

 

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит решение суда первой инстанции подлежащим отмене в связи с недоказанностью установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, существенным нарушением норм процессуального права по следующим основаниям.

В качестве оснований иска по данному делу истцы ссылались на положения п. 2 ст. 8 Патентного закона Российской Федерации, ст. 32 Закона СССР "Об изобретениях в СССР", обязывающие работодателя выплатить им вознаграждение в процентах прибыли от использования изобретения с определением величины процентов соглашением сторон, на заключенный в соответствии с приведенными нормами законов договор с патентообладателем, которым величина процента прибыли от использования изобретения установлена в размере 15 процентов.

В прилагаемом к исковому заявлению расчете вознаграждения прибыль от использования изобретения определяется как прибыль от реализации продукции - карбоната кальция.

Представители ответчика признают право авторов изобретения на получение вознаграждения как предусмотренное нормами законов и соответствующими им условиями договора и соглашения, но оспаривают расчет суммы вознаграждения в части определения размера прибыли от использования изобретения, ссылаясь на то, что прибыльное производство карбоната кальция существовало на предприятии до изобретения истцов, истцы лишь улучшили способ выделения и очистки, сделав продукт более чистым.

Согласно п. 6 Постановления Верховного Совета Российской Федерации "О введении в действие Патентного закона Российской Федерации" спорные правоотношения, касающиеся вопросов льгот и материального стимулирования авторов изобретений их работодателями, получившими патент, до настоящего времени регулируются ст. 32 Закона СССР "Об изобретениях в СССР", в соответствии с которой вознаграждение за использование изобретения в течение срока действия патента выплачивается автору работодателем на основе договора в размере не менее 15 процентов прибыли (соответствующей части дохода), ежегодно получаемой патентообладателем от его использования. Вознаграждение за использование изобретения, полезный эффект от которого не выражается в прибыли или доходе, выплачивается автору в размере не менее 2 процентов от доли себестоимости продукции (работ или услуг), приходящейся на данное изобретение. Величина процента определяется предприятием по соглашению с автором изобретения.

Аналогичные положения содержит абзац второй пункта 3 Постановления Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 14 августа 1993 г. N 822 "О порядке применения на территории Российской Федерации некоторых положений законодательства бывшего СССР об изобретениях и промышленных образцах". Сторонами не оспаривается, что те же нормы воспроизведены в договоре между работодателем и работниками.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по делу являлось наличие полезного эффекта в виде прибыли (соответствующей части дохода), ежегодно получаемой работодателем от использования изобретения, по которому между сторонами возник спор.

Суд правильно указал в решении, что спор сводится к различному толкованию сторонами понятия прибыли, получаемой патентообладателем от использования изобретения, как исходной базы для исчисления вознаграждения, подлежащего выплате авторам изобретения.

Поскольку установление этого обстоятельства требовало специальных знаний в области науки и техники, которых суд не имел, суд назначил по делу экспертизу, выводы которой положил в основу принятого по делу решения.

Признавая обоснованность исковых требований об исчислении авторского вознаграждения по заявленному истцами варианту, суд сослался в том числе на заключение экспертизы.

Выводы суда сделаны с нарушением закона. В соответствии с ч. 2 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд был обязан обеспечить ответчику возможность получить доказательства в виде комплексного экспертного заключения для установления фактических обстоятельств дела и правильного применения законодательства. Судом это сделано не было.

В соответствии со ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

В силу ст. 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза проводится экспертами судебно-экспертных учреждений по поручению руководителей этих учреждений или иными экспертами, которым она поручена судом. Согласно ст. 41 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами. На судебно-экспертную деятельность указанных лиц распространяется действие статей 2, 4, 6 - 8, 16 и 17, части второй статьи 18, статей 24 и 25 настоящего Федерального закона.

Из содержания указанных правовых норм следует, что суд может поручить проведение экспертизы либо государственному судебно-экспертному учреждению, либо конкретным специалистам, назначенным судом в качестве экспертов. К такому выводу приводит и содержание ст. 25 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", устанавливающей, что в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены сведения о государственном судебно-экспертном учреждении или об эксперте, которым поручено производство судебной экспертизы.

В нарушение указанных требований закона суд, как следует из определения о назначении по делу патентно-экономической экспертизы, поручил ее проведение специалистам Высшей школы приватизации. Как видно из материалов дела, экспертное заключение, подписанное директором ООО "Бюро интеллектуальной собственности", преподавателем Высшей школы приватизации Г.Н., было проведено ООО "Бюро интеллектуальной собственности", которое не является государственным судебно-экспертным учреждением, которому, так же как и конкретному эксперту Г.Н., проведение экспертизы судом не поручалось.

В силу ст. 82 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации комплексная экспертиза назначается судом, если установление обстоятельств по делу требует одновременного проведения исследований с использованием различных областей знания или с использованием различных научных направлений в пределах одной области знания. Комплексная экспертиза поручается нескольким экспертам. По результатам проведенных исследований эксперты обязаны сформулировать общий вывод об обстоятельствах, изложить его в заключении, которое подписывается всеми экспертами.

Согласно ст. 8, 25 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. В заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены, в частности, сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам.

Выводы экспертов не содержат обоснования со ссылкой на общепринятые научные и практические данные, в заключении отсутствуют ссылки на методическую литературу, которая использовалась экспертами, имеется лишь ссылка на правовые нормы, толкование которым должен давать сам суд, нет экономического обоснования изложенных в заключении выводов, в то время как согласно определению данная экспертиза судом назначалась именно с целью уяснения экономического содержания понятия прибыли, получаемой патентообладателем от использования изобретения, или иного полезного эффекта в виде прибыли (соответствующей части дохода), ежегодно получаемой работодателем от использования изобретения, по которому между сторонами возник спор.

При таких обстоятельствах указанное экспертное заключение не может быть допустимым доказательством.

Из материалов дела следует, что в ходатайстве о назначении по делу патентно-экономической экспертизы, возражениях представители ответчика заявили о необходимости определения полезного эффекта в виде прибыли от использования изобретения. Указанное обстоятельство, имеющее значение для дела, судом было оставлено без внимания, и на разрешение экспертов данный вопрос поставлен не был.

Разрешение судом настоящего спора сводилось к толкованию понятий, но не содержания прибыли (соответствующей части дохода), ежегодно получаемой патентообладателем от использования изобретения, а также правомерности применяемых ответчиком методик. Указанные вопросы суд перед экспертами не поставил и не предложил произвести расчет прибыли, полезного эффекта от использования конкретного изобретения, в то время как определение размера прибыли, получаемой от использования изобретения, которому стороны придают различное толкование, является обстоятельством, имеющим значение для дела, и суду следовало перед экспертами поставить вопрос о порядке определения прибыли от использования изобретения, получаемом от него полезном эффекте.

При этом суд, считая обязательным назначение экспертизы, полагая необходимым использование специальных познаний, в то же время, не получив ответов на поставленные вопросы, неполноту экспертного исследования не устранил: вопрос о назначении повторной комплексной экспертизы, привлечении к участию в деле для дачи разъяснений экспертов, для чего имелись основания, на обсуждение не поставил; без привлечения специалистов, самостоятельно оценивая техническую документацию, суд посчитал установленным, что полученный в результате использования изобретения продукт является новым, поскольку принципиально отличается от ранее выпускаемого на комбинате карбоната кальция, и сделал вывод о том, что при таких обстоятельствах прибыль от использования изобретения равнозначна прибыли от реализации продукции.

Хотя оценка этих доводов также требует специальных познаний, а в определении суда о назначении экспертизы такой вопрос сформулирован не был, заключение экспертов такой вывод не содержит, суд посчитал данное обстоятельство установленным.

В то же время в силу приведенных положений ст. 32 Закона СССР "Об изобретениях в СССР", продублированных в договоре сторон, размер вознаграждения автора определяется в процентах прибыли от использования изобретения, а не прибыли от реализации продукции, произведенной с использованием изобретения.

При таких обстоятельствах выводы суда не могут быть признаны убедительными, а решение суда законным и обоснованным.

Ввиду существенного нарушения норм процессуального права, неполноты установления юридически значимых обстоятельств по делу судебная коллегия полагает необходимым решение суда первой инстанции отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку отмеченные недостатки не могут быть устранены судом кассационной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду надлежит обсудить со сторонами вопрос о назначении в соответствии с законом патентно-экономической экспертизы, предоставив истцам и ответчику возможность реализовать в полном объеме права, предусмотренные ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предложить сторонам представить дополнительные доказательства, проверить их доводы, в зависимости от установленного разрешить спор в соответствии с требованиями закона.

Руководствуясь ст. 361, 362, 367 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

 

определила:

 

решение городского суда г. Лесного от 27 апреля 2007 г. отменить. Дело направить на новое рассмотрение в тот же суд.

 

Председательствующий

МАЗАНОВА Т.П.

 

Судьи

КАЛИМУЛЛИНА Е.Р.

ШАЛАМОВА И.Ю.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь