Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

 

РЕШЕНИЕ

 

Верховный суд Республики Бурятия в составе: председательствующего судьи Мурзиной Е.А., при секретаре Шомоевой Т.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Улан-Удэ 17 ноября 2000 г. дело по заявлениям Прокурора Республики Бурятия и Заместителя Генерального прокурора Российской Федерации о признании противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению ч. 1 и ч. 2 ст. 1, ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 8, ч. 1 и ч. 2 ст. 12, ч. 2 ст. 13, ч. 5 ст. 30 в части осуществления Бурятией покровительства гражданам Бурятии за пределами РФ, ст. 54, ст. 58, ч. 4 ст. 60, ст. 61, п. "л" ст. 63, ч. 1 ст. 64, ч. 1 ст. 65, ч. 1 ст. 71, п. "н" ст. 74, ст. 84, ч. 3 ст. 91, п. "б" ч. 1 ст. 101, ч. 2 и ч. 4 ст. 102, ч. 4 ст. 103, ст. 122 Конституции Республики Бурятия,

 

установил:

 

Конституция Республики Бурятия принята Верховным Советом Республики Бурятия 22 февраля 1994 г., действует в редакции Закона Республики Бурятия от 19.06.1996 N 308-I и Закона Республики Бурятия от 22.06.1999 N 194-II.

Прокурор Республики Бурятия и Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации, обращаясь в суд с вышеуказанными заявлениями, указали, что ряд положений Конституции Республики Бурятия противоречит федеральному законодательству, обосновывая свои доводы следующими обстоятельствами.

В заявлении Прокурора Республики Бурятия указано, что часть 1 статьи 1 Конституции Республики Бурятия, закрепляющая Республику Бурятия суверенным государством в составе Российской Федерации, противоречит статье 1 Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации, Договору о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Бурятия от 28.08.1995, согласно которым суверенитет Российской Федерации распространяется на всю ее территорию. Республика Бурятия является лишь равноправным субъектом Российской Федерации.

Часть 2 статьи 1 Конституции Республики Бурятия предусматривает, что Республика Бурятия определяет и проводит внешнюю политику. По мнению Прокурора РБ, данное положение противоречит статьям 13, 21 Федерального конституционного закона "О Правительстве Российской Федерации", относящим реализацию внешней политики к полномочиям Правительства Российской Федерации.

Часть 1 статьи 8 Конституции Республики Бурятия закрепляет положение о том, что земля, недра и их богатства, воды, леса, растительный и животный мир, другие природные ресурсы на территории Республики Бурятия являются достоянием (собственностью) народа республики. Данная норма, как указано в заявлении, противоречит Федеральным законам "О недрах", "О животном мире", Лесному и Водному кодексам Российской Федерации, Договору о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Бурятия от 29.08.1995, в соответствии с которым вопросы владения, пользования и распоряжения недрами и животным миром, об установлении условий экономической деятельности и природопользования на территории республики, прилегающей к озеру Байкал, находятся в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов.

Части 1 и 2 статьи 12 Конституции Республики Бурятия устанавливают гражданство Республики Бурятия и предусматривают, что гражданином Республики Бурятия может быть человек, родившийся или постоянно проживающий на территории республики. Данное положение противоречит Закону Российской Федерации "О гражданстве Российской Федерации", согласно ст. 2 которого граждане Российской Федерации, постоянно проживающие на территории республики в составе Российской Федерации, являются одновременно гражданами этой республики; гражданство по признаку рождения не предусмотрено.

Согласно части 1 статьи 71 Конституции Республики Бурятия, Президентом Республики Бурятия может быть избран гражданин Республики Бурятия, обладающий избирательным правом и владеющий государственными языками Республики Бурятия. Указанная норма, по мнению Прокурора РБ, противоречит Федеральному закону "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации", в соответствии с которым гражданин Российской Федерации может избирать, быть избранным, участвовать в референдуме независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств (часть 2 статьи 4).

Часть 4 статьи 60 Конституции Республики Бурятия гласит, что государственно - правовой статус и территория Республики Бурятия не могут быть изменены без ее согласия. Изменение государственно - правового статуса республики, а также ее территории осуществляется путем референдума, при этом решение считается принятым, если за него проголосовало более половины граждан республики, в том числе половины граждан бурятской национальности, принявших участие в голосовании. Заявитель считает, что закрепленный порядок принятия решения на референдуме противоречит Федеральному закону "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации", согласно которому вопрос о принятии решения референдума решается в зависимости от количества проголосовавших участников референдума, внесенных в списки участников референдума, на территории проведения референдума. Кроме того, согласно пункту 2 статьи 4 указанного Закона, гражданин Российской Федерации может участвовать в референдуме независимо от национальности, в связи с чем положение о принятии решения на референдуме при условии голосования более половины граждан бурятской национальности, принявших участие в голосовании, нарушает равенство прав и свобод граждан.

В заявлении Заместителя Генерального прокурора Российской Федерации указано, что часть 1 статьи 3 Конституции Республики Бурятия, предусматривающая носителем суверенитета и единственным источником государственной власти в Республике Бурятия ее многонациональный народ, противоречит Федеральному закону "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации)", устанавливающему, что существование какого-либо иного государственного суверенитета помимо суверенитета Российской Федерации исключается.

Часть 1 статьи 64 Конституции Республики Бурятия устанавливает, что Бурятия обладает всей полнотой государственной власти на своей территории, за исключением тех полномочий, которые ею добровольно переданы в ведение федеральных органов государственной власти России. Норма статьи 61 Конституции Республики Бурятия предусматривает признание Бурятией предметов ведения России, а положения части 1 статьи 65 Конституции Республики Бурятия устанавливают верховенство законов Бурятии. Данные нормы Конституции Республики Бурятия противоречат Федеральному закону "О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и субъектов Российской Федерации" (п. 1 статьи 3), согласно которому конституции, уставы, законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, договоры и соглашения не могут передавать, исключать или иным образом перераспределять установленные Конституцией Российской Федерации предметы ведения Российской Федерации, предметы совместного ведения.

Статья 84 Конституции Республики Бурятия устанавливает, что депутатом Народного Хурала Республики Бурятия может быть гражданин Республики Бурятия, обладающий избирательным правом. Заявитель оспаривает данную норму в связи с тем, что она ограничивает пассивное избирательное право граждан России, предусмотренное статьей 4 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации", в которой установлено, что гражданин России (каковым является и житель Бурятии) может быть избранным в органы государственной власти независимо от национальности, происхождения, места жительства.

Частью 2 статьи 13 Конституции Республики Бурятия предусмотрено, что Бурятия в пределах своего ведения заключает международные договоры. Пункт "н" статьи 74 Конституции Республики Бурятия относит к ведению Президента Республики Бурятия подписание международных договоров. Пункт "б" части 1 статьи 101 Конституции Республики Бурятия предусматривает, что Конституционный Суд Республики Бурятия дает заключение о соответствии Конституции Республики Бурятия не вступивших в силу международных договоров Республики Бурятия. Данные нормы противоречат статьям 3 и 4 Федерального закона "О международных договорах РФ", а также статьям 1, 2, 7 Федерального закона "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации", в соответствии с которыми Республика Бурятия не может заключать договоры международно - правового характера.

Частью 5 статьи 30 Конституции Республики Бурятия предусмотрено, что Республика Бурятия покровительствует своим гражданам, находящимся на территории иностранного государства. Данное положение противоречит статье 5 Закона Российской Федерации "О гражданстве Российской Федерации", предусматривающей, что граждане Российской Федерации за ее пределами пользуются защитой и покровительством Российской Федерации, обеспечиваемыми государственными органами и дипломатическими учреждениями Российской Федерации.

Статья 54 Конституции Республики Бурятия предусматривает ограничение в соответствии с законодательством Бурятии прав и свобод человека в условиях чрезвычайного положения для обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя. По мнению заявителя, данная норма противоречит Закону РСФСР "О чрезвычайном положении" и Закону Российской Федерации "О безопасности", относящих вопросы чрезвычайного положения и ограничений в связи с ним прав и свобод человека к ведению федеральных органов власти.

Статья 58 Конституции Республики Бурятия, закрепляющая, что защита отечества является долгом и обязанностью гражданина Бурятии и несение военной службы гражданином Бурятии за пределами Российской Федерации возможно только при его личном согласии на основе договора или контракта, по мнению заявителя, принята с превышением полномочий республики и противоречит Федеральному закону "О воинской обязанности и военной службе", который предусматривает правовой основой воинской обязанности и военной службы Конституцию Российской Федерации, федеральные законодательство в области обороны, воинской обязанности, военной службы и статуса военнослужащих, международные договоры Российской Федерации. Названный Закон не содержит норм о заключении договора при обязательной военной службе, в том числе за пределами России, о согласии гражданина на такую службу.

Пункт "л" статьи 63 Конституции Республики Бурятия относит к ведению Бурятии установление отношений собственности, порядка владения, пользования и распоряжения землей, недрами, лесами и водами, охраны окружающей среды. Данная норма противоречит Земельному кодексу РСФСР, Лесному кодексу РФ, Водному кодексу РФ, Закону РФ "О недрах", Закону РСФСР "Об охране окружающей природной среды".

Часть 3 статьи 91 Конституции Республики Бурятия, закрепляющая возможность отрешения от должности Президента Республики Бурятия представительным органом власти, а также часть 2 статьи 102 Конституции Республики Бурятия, устанавливающая, что Верховный суд Республики Бурятия дает заключение о наличии в действиях Президента Республики Бурятия признаков состава преступления в связи с возбуждением вопроса об отрешении его от должности, противоречат Федеральному закону "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов власти субъектов Российской Федерации", согласно которому правом отрешения от должности высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации наделен только Президент Российской Федерации. При этом в случае предъявления указанному лицу обвинения в совершения тяжкого или особо тяжкого преступления вопрос о временном отрешении указанного высшего должностного лица субъекта Российской Федерации решает Президент Российской Федерации по мотивированному представлению Генерального прокурора Российской Федерации.

Часть 4 статьи 102, часть 4 статьи 103 Конституции Республики Бурятия, предусматривающие установление полномочий, порядка образования и деятельности Верховного суда Республики Бурятия, Высшего Арбитражного суда Республики Бурятия, а равно прокуратуры Республики Бурятия, в том числе и Конституцией Республики Бурятия; статья 122 Конституции Республики Бурятия, устанавливающая осуществление судами в Республике Бурятия правосудия в соответствии с их полномочиями, установленными, в том числе Конституцией и законами Республики Бурятия, по мнению заявителя, противоречат Федеральному конституционному закону "О судебной системе Российской Федерации", согласно которому судебная система Российской Федерации устанавливается Конституцией Российской Федерации и настоящим Федеральным конституционным законом, а также Закону Российской Федерации "О прокуратуре Российской Федерации", статья 3 которого предусматривает, что организация и порядок деятельности прокуратуры Российской Федерации и полномочия прокуроров определяются Конституцией Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, международными договорами Российской Федерации.

В судебном заседании представители Прокурора Республики Бурятия - прокуроры отдела Прокуратуры Республики Бурятия Астраханцева Е.П. и Сангаева Г.Б., действующие на основании доверенностей, уточнили объем заявленных требований, просили признать противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению часть 1 статьи 1 Конституции Республики Бурятия в части установления суверенитета Республики Бурятия; часть 2 статьи 1 - в части определения и проведения республикой внешней политики; часть 2 статьи 12 - в части установления гражданства республики по признаку рождения; часть 4 статьи 60 - в части процедуры принятия решения, начиная со второго предложения оспариваемой нормы, устанавливающего, что "изменение государственно - правового статуса республики, а также ее территории осуществляется путем референдума, при этом решение считается принятым, если за него проголосовало более половины граждан республики, в том числе более половины граждан бурятской национальности, принявших участие в голосовании"; часть 1 статьи 71 - в части предъявления кандидату в Президенты Республики Бурятия требований о наличии гражданства Республики Бурятия и владения государственными языками Республики Бурятия. Отказались от заявленного требования о признании противоречащей федеральному законодательству части 1 статьи 12 Конституции Республики Бурятия, устанавливающей гражданство Республики Бурятия. В остальной части поддержали заявленные Прокурором Республики Бурятия требования в полном объеме, приводя те же доводы, что изложены в заявлении.

Представитель Заместителя Генерального прокурора Российской Федерации - прокурор Управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации в Сибирском федеральном округе Чуньков А.Н., действующий на основании доверенности, поддержал заявленные Заместителем Генерального прокурора Российской Федерации требования в полном объеме, приводя доводы, содержащиеся в заявлении, просил обязать официальное печатное издание Республики Бурятия опубликовать сообщение о результате рассмотрения настоящего заявления.

Представители Народного Хурала Республики Бурятия: начальник Правового управления Народного Хурала Республики Бурятия Усенов К.О., Председатель Комитета Народного Хурала Республики Бурятия по государственному устройству, местному самоуправлению и законности Батуев Ц.Б., главный специалист Комитета Народного Хурала Республики Бурятия по государственному устройству, местному самоуправлению и законности Дандарон Б.Г., представитель Хамнуев Ю.Г., действующие на основании распоряжения Председателя Народного Хурала Республики Бурятия, заявленные требования признали частично.

Выразили согласие с заявленными требованиями в отношении части 2 статьи 12 Конституции Республики Бурятия в части установления гражданства по признаку рождения; части 2 статьи 13 - в части заключения Республикой Бурятия международных договоров; части 4 статьи 58, предусматривающей возможность несения военной службы гражданином Республики Бурятия за пределами Российской Федерации только при его личном согласии на основе договора или контракта; части 4 статьи 60 - только в части признания решения референдума принятым, если за него проголосовало более половины граждан бурятской национальности, принявших участие в голосовании; части 1 статьи 71 - только в части наличия гражданства Республики Бурятия для кандидата в Президенты Республики Бурятия; статьи 84; части 3 статьи 91; п. "б" части 1 статьи 101 - в части рассмотрения Конституционным Судом Республики Бурятия дел о соответствии Конституции Республики Бурятия не вступивших в законную силу международных договоров Республики Бурятия; части 2 статьи 102.

В остальной части с заявленными требованиями не согласились, считая оспариваемые нормы не противоречащими федеральному законодательству. Кроме того, пояснили, что в настоящее время проводится работа по приведению республиканского законодательства в соответствие с федеральным законодательством с учетом предоставленного Федеральным законом "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" двухгодичного срока.

Представители Президента Республики Бурятия - начальник Государственно - правового управления Президента Республики Бурятия Магомедова М.А., действующая на основании генеральной доверенности, и заместитель начальника Государственно - правового управления Президента Республики Бурятия Будацыренов А.П., действующий на основании постоянной доверенности, признали частично заявленные требования.

Выразили согласие с заявленными требованиями о противоречии федеральному законодательству следующих положений Конституция Республики Бурятия: части 1 статьи 1 - в части установления суверенитета Республики Бурятия; части 2 статьи 1 - в части определения и проведения Республикой Бурятия внешней политики; части 1 статьи 3; части 1 статьи 8; части 2 статьи 13 в части заключения Республикой Бурятия в пределах своего ведения международных договоров; статьи 54; части 4 статьи 58; второго предложения части 4 статьи 60; п. "л" статьи 63; части 1 статьи 71 - в части установления таких требований к кандидату в Президенты Республики Бурятия, как гражданство Республики Бурятия и владение государственными языками республики; статьи 84; части 3 статьи 91; п. "б" части 1 статьи 101 - в части рассмотрения Конституционным Судом Республики Бурятия дел о соответствии Конституции Республики Бурятия не вступивших в силу международных договоров Республики Бурятия; части 2 статьи 102; части 4 статьи 102 - в части установления Конституцией Республики Бурятия полномочий, порядка образования и деятельности Верховного и Арбитражного судов Республики Бурятия; части 4 статьи 103 - в части установления Конституцией Республики Бурятия полномочий, организации и порядка деятельности прокуратуры Республики Бурятия; частей 2 и 3 статьи 122 Конституции Республики Бурятия.

В остальной части с заявленными требованиями не согласились, пояснив, что часть 2 статьи 12, часть 5 статьи 30, части 1, 2, 3 статьи 58, часть 1 статьи 64, часть 1 статьи 65, п. "н" статьи 74, часть 1 статьи 122 Конституции Республики Бурятия не противоречат федеральному законодательству. Отметили, что процесс приведения Конституции Республики Бурятия в соответствие с Конституцией Российской Федерации и федеральным законодательством в республике продолжается, завершение его планируется в апреле 2001 года.

Выслушав пояснения представителей заявителей, а также заинтересованных лиц, исследовав представленные материалы, Верховный суд Республики Бурятия находит законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению заявления Прокурора Республики Бурятия и Заместителя Генерального прокурора Российской Федерации в следующем объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Конституции Российской Федерации суверенитет Российской Федерации распространяется на всю ее территорию. Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации, согласно части 1 статьи 3 Конституции Российской Федерации, является ее многонациональный народ.

Согласно статье 1 Федерального закона от 06.10.1999 N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" деятельность органов государственной власти субъектов Российской Федерации осуществляется на основе принципов распространения суверенитета Российской Федерации на всю ее территорию; верховенстве Конституции Российской Федерации и федеральных законов на всей территории Российской Федерации.

Доводы представителей Народного Хурала Республики Бурятия о соответствии федеральному законодательству положений части 1 статьи 1 Конституции Республики Бурятия в части закрепления суверенитета республики, а также части 1 статьи 3 Конституции Республики Бурятия, устанавливающей носителем суверенитета и единственным источником власти многонациональный народ республики, со ссылкой на самостоятельность республик в решении вопросов установления государственных языков и гражданства, других вопросов, находящихся в исключительном ведении республики, возможностью в связи с этим применения понятия "ограниченный суверенитет", не могут быть признаны состоятельными.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июня 2000 г. N 10-П по делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" изложена правовая позиция, согласно которой суверенитет, предполагающий по смыслу статей 3, 4, 5, 67 и 79 Конституции Российской Федерации, верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти, полноту законодательной, исполнительной и судебной власти государства на его территории и независимость в международном общении, изначально принадлежит Российской Федерации в целом. Республики как субъекты Российской Федерации не имеют статуса суверенного государства и решить этот вопрос иначе в своих конституциях они не могут, а потому не вправе наделить себя свойствами суверенного государства, - даже при условии, что их суверенитет признавался бы ограниченным. С учетом данной правовой позиции положения Конституции Республики Алтай о суверенитете республики, а также взаимосвязанные с ним положения о народе республики как носителе этого суверенитета и единственном источнике государственной власти республики, признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации.

Согласно статье 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации, части 3 статьи 79 и части 2 статьи 87 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", признание нормативного акта или отдельных его положений неконституционными влечет утрату ими юридической силы и является основанием отмены в установленном порядке положений других нормативных актов, содержащих такие же положения, какие были предметом рассмотрения; положения этих нормативных актов не могут применяться судами, другими органами, должностными лицами.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 147-О по делу об отказе в принятии к рассмотрению запроса Иркутского областного суда о проверке конституционности ряда положений Закона Иркутской области "О статусе депутата Законодательного собрания Иркутской области" (пункт 6) сформулирована правовая позиция, согласно которой суды общей юрисдикции при проверке законов субъектов Российской Федерации на соответствие федеральным законам и признании их недействующими вправе подтверждать недействительность законов субъектов Российской Федерации ввиду их неконституционности, когда они содержат такие же положения, какие уже были признаны неконституционными Конституционным Судом Российской Федерации. При этом суд общей юрисдикции основывает свое решение на соответствующем решении Конституционного Суда Российской Федерации.

На основании изложенного подлежат удовлетворению заявленные требования о признании противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению положения части 1 статьи 1 Конституции Республики Бурятия, в части объявления Республики Бурятия суверенной, части 1 статьи 3 Конституции Республики Бурятия о том, что многонациональный народ республики является носителем суверенитета и единственным источником государственной власти в Республике Бурятия, поскольку по своей сути они являются такими же положениями, какие постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июня 2000 года уже были признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации.

Во взаимосвязи с принципом суверенитета необходимо рассматривать и положения части 1 статьи 64, части 1 статьи 65 Конституции Республики Бурятия об обладании Республики Бурятия всей полнотой государственной власти на своей территории и о верховенстве законов Республики Бурятия на ее территории.

В силу статей 5 (часть 3), 73 и 76 (часть 4) Конституции Российской Федерации вне пределов ведения Российской Федерации и "полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов республика может обладать всей полнотой государственной власти на своей территории, а законы республики - верховенством на ее территории. В связи с этим содержание вышеуказанных оспариваемых норм Конституции Республики Бурятия без конкретизирующего положения о полноте государственной власти и верховенстве законов республики в пределах ее ведения не могут быть признаны соответствующими федеральному законодательству.

Согласно статье 71 (пункт "к") Конституции Российской Федерации в ведении Российской Федерации находятся внешняя политика и международные отношения Российской Федерации, международные договоры Российской Федерации. Вопросы координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации, выполнения международных договоров Российской Федерации отнесены к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (пункт "о" статьи 72 Конституции Российской Федерации).

Данные конституционные положения конкретизированы Федеральным конституционным законом от 17.12.1997 N 2-ФКЗ (в ред. от 31.12.1997 N 3-ФКЗ) "О Правительстве Российской Федерации", согласно которому Правительство Российской Федерации организует реализацию и осуществляет меры по обеспечению реализации внешней политики Российской Федерации, Федеральным законом от 15.07.1995 N 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации" и Федеральным законом от 04.01.1999 N 4-ФЗ "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации", согласно которым только Российская Федерация вправе заключать международные договоры, приоритет которых признается в ее правовой системе.

Анализ содержания указанных законов позволяет признать обоснованными доводы Прокурора Республики Бурятия и Заместителя Генерального прокурора Российской Федерации о противоречии федеральному законодательству таких норм Конституции Республики Бурятия, как часть 2 статьи 1 - в части определения и проведения Республикой Бурятия внешней политики, часть 2 статьи 13 - в части заключения Республикой Бурятия в пределах своего ведения международных договоров, пункт "н" статьи 74 - о наделении Президента Республики Бурятия полномочием подписания международных договоров, пункт "б" части 1 статьи 101 - в части рассмотрения Конституционным Судом Республики Бурятия дел о проверке на соответствие Конституции Республики Бурятия не вступивших в силу международных договоров Республики Бурятия.

Деятельность органов государственной власти Республики Бурятия, согласно пункту "е" статьи 1 Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации", осуществляется в соответствии с принципом разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации.

Отнесение Конституцией Российской Федерации и федеральным законодательством полномочия по осуществлению внешней политики, заключению международных договоров к исключительному ведению Российской Федерации не допускает закрепления данного полномочия за Республикой Бурятия, являющейся субъектом Российской Федерации.

Исходя из изложенного, доводы представителей Народного Хурала Республики Бурятия о том, что часть 2 статьи 1 Конституции Республики Бурятия, устанавливающая определение и проведение Республикой Бурятия внешней политики, не противоречит федеральному законодательству, поскольку Федеральным законом "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации" предусматривается право субъектов Российской Федерации осуществлять международные и внешнеэкономические связи с субъектами иностранных федеративных государств, административно - территориальными образованиями иностранных государств, а также участвовать в деятельности международных организаций в рамках органов, созданных специально для этой цели, не могут быть признаны состоятельными.

Согласно части второй статьи 1 Федерального закона "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации" под международными и внешнеэкономическими связями субъектов Российской Федерации понимаются осуществляемые в торгово - экономической, научно - технической, экологической, гуманитарной, культурной и иных областях связи с указанными выше иностранными партнерами. Статья 2 данного Закона предоставляет субъектам Российской Федерации при осуществлении названных выше связей заключать соглашения с иностранными партнерами, которые не могут содержать положения, противоречащие, в том числе и международным договорам Российской Федерации.

Не может быть признана состоятельной ссылка представителей Президента Республики Бурятия на статью 4 Федерального закона "О международных договорах Российской Федерации", как основание соответствия федеральному законодательству полномочия Президента Республики Бурятия по подписанию международного договора, предусмотренного пунктом "н" статьи 74 Конституции Республики Бурятия. Заключение международных договоров отнесено к исключительному ведению Российской Федерации, статьи 13 указанного Федерального закона регламентирован порядок наделения полномочиями на ведение переговоров и подписание международных договоров Российской Федерации, с учетом данных требований федерального законодательства республика как субъект Российской Федерации не вправе самостоятельно заключать международные договоры.

Таким образом, подлежат удовлетворению заявленные требования о признании противоречащими федеральному законодательству, не действующими и не подлежащими применению следующие положения Конституции Республики Бурятия: часть 2 статьи 1 - в части организации и проведения Республикой Бурятия внешней политики, часть 2 статьи 13 - в части заключения Республикой Бурятия в пределах своего ведения международных договоров, пункт "н" статьи 74 - в части подписания Президентом Республики Бурятия международных договоров, пункт "б" части 1 статьи 101 - в части рассмотрения Конституционным Судом Республики Бурятия дел о проверке на соответствие Конституции Республики Бурятия не вступивших в силу международных договоров Республики Бурятия.

Заявленные требования о признании противоречащими федеральному законодательству положений части 1 статьи 8, пункта "л" статьи 63 Конституции Республики Бурятия являются обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Статья 72 (пункты "в", "г", "д", "к" части 1) Конституции Российской Федерации относит вопросы владения, пользования и распоряжения землей, недрами, водными и другими природными ресурсами, разграничение государственной собственности, лесное законодательство к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов. По предметам совместного ведения принимаются федеральные законы, на основе которых может также осуществляться разграничение полномочий между Российской Федерацией и ее субъектами, при этом в соответствии с требованиями статьи 76 (части 2 и 5) Конституции Российской Федерации законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, принятые по предметам совместного ведения, не могут противоречить соответствующим федеральным законам.

По вопросам собственности на землю и другие природные ресурсы в Российской Федерации, порядка ее разграничения и регулирования Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 9 января 1998 года по делу о проверке конституционности Лесного кодекса Российской Федерации и от 7 июня 2000 года по делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" сформулирована правовая позиция, в соответствии с которой субъект Российской Федерации не вправе объявить своим достоянием (собственностью) природные ресурсы на своей территории и осуществлять такое регулирование отношений собственности на природные ресурсы, которое ограничивает их использование в интересах всех народов Российской Федерации, а также закреплять положения, относящие к ведению республики (а не к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов) установление отношений собственности на природные ресурсы поскольку этим нарушается суверенитет Российской Федерации. Сформулирована также правовая позиция о недопустимости отнесения к ведению республики как субъекта Российской Федерации вопросов владения, пользования и распоряжения природными ресурсами, охраны окружающей среды, поскольку регулирование этих вопросов статьей 72 (пункты "в", "д", "к" части 1) Конституции Российской Федерации отнесено к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, а не к ведению республик.

При таких обстоятельствах довод представителей Народного Хурала Республики Бурятия о том, что федеральным законодательством могут быть переданы в собственность субъекта Федерации природные ресурсы после разграничения полномочий Российской Федерации и ее субъектов, в связи с чем часть 1 статьи 8 и п. "л" статьи 63 Конституции Республики Бурятия не могут быть признаны противоречащими федеральному законодательству, является несостоятельным и не может быть принят во внимание.

В соответствии с пунктом "в" статьи 71 Конституции Российской Федерации вопросы гражданства отнесены к исключительной компетенции Российской Федерации и правовой режим гражданина Российской Федерации, независимо от того, в каком именно субъекте Федерации он проживает, в вопросах взаимосвязи с государством определяется именно федеральным законодательством.

Закон Российской Федерации от 28.11.1991 N 1948-1 (в ред. Закона РФ от 17.06.1993 N 5206-1; Федерального закона от 06.02.1995 N 13-ФЗ) "О гражданстве Российской Федерации" в статье 2 предусматривает, что граждане Российской федерации, постоянно проживающие на территории республики в составе Российской федерации, являются одновременно гражданами этой республики. Прекращение гражданства Российской Федерации влечет за собой прекращение гражданства республики (ст. 22 названного Закона). Данные положения федерального законодательства означают, что основы гражданства республик регулируются на федеральном уровне. Федеральным законодательством основание приобретения гражданства республики в составе Российской Федерации по признаку рождения не предусмотрено.

В связи с этим доводы представителей Президента Республики Бурятия о соответствии части 2 статьи 12 Конституции Республики Бурятия об установлении гражданства республики по признаку рождения федеральному законодательству являются не состоятельными, а заявленные требования о признании противоречащей федеральному законодательству указанной нормы Конституции Республики Бурятия подлежат удовлетворению.

Пунктом "в" статьи 71 Конституции Российской Федерации к ведению Российской Федерации отнесены вопросы регулирования и защиты прав и свобод человека и гражданина. Пунктом "б" статьи 72 Конституции Российской Федерации к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов отнесены вопросы защиты прав и свобод человека и гражданина.

В силу части 2 статьи 76 Конституции Российской Федерации принимаемые субъектами Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов законы и иные нормативные правовые акты должны соответствовать федеральному законодательству.

Закон Российской Федерации "О гражданстве Российской Федерации" в статье 5 предусматривает, что граждане Российской Федерации за пределами Российской Федерации пользуются защитой и покровительством Российской Федерации, которые обеспечиваются государственными органами, дипломатическими представительствами и консульскими учреждениями Российской Федерации. Данным Законом республикам в составе Российской Федерации не предоставлено право обеспечивать покровительство гражданам Российской Федерации, каковыми являются граждане этих республик.

С учетом изложенных требований федерального законодательства, на которые обоснованно ссылается заявитель, часть 5 статьи 30 Конституции Республики Бурятия в части осуществления Республикой Бурятия покровительства своим гражданам, находящимся на территории иностранного государства, подлежит признанию противоречащей федеральному законодательству, а доводы представителей Народного Хурала Республики Бурятия и Президента Республики Бурятия о возможности обеспечения республикой покровительства своим гражданам при наличии представительств республики за рубежом и использовании своих бюджетных средств - несостоятельными, тем более что Республика Бурятия не является субъектом международного права.

Согласно пункту "м" статьи 71 Конституции Российской Федерации, вопросы безопасности отнесены к исключительному ведению Российской Федерации. Часть 1 статьи 56 Конституции Российской Федерации предусматривает, что в условиях чрезвычайного положения в соответствии с федеральным конституционным законом могут устанавливаться отдельные ограничения прав и свобод с указанием пределов и срока их действия.

Законы РФ от 17.05.1991 N 1253-1 "О чрезвычайном положении" и от 05.03.1992 N 2446-1 "О безопасности" относят вопросы чрезвычайного положения и ограничений в связи с ним прав и свобод человека к ведению федеральных органов власти. Кроме того, предусматривают перечень и пределы чрезвычайных мер, применяемых в условиях чрезвычайного положения, включая исчерпывающий перечень временных ограничений прав и свобод граждан, устанавливаемый Указом Президента Российской Федерации о введении чрезвычайного положения.

Ссылаясь на указанные положения федерального законодательства, Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации в своем заявлении обоснованно указывает на противоречие им статьи 54 Конституции Республики Бурятия, предусматривающей возможность ограничения в соответствии с законодательством Республики Бурятия прав и свобод человека в условиях чрезвычайного положения для обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя.

Довод представителей Народного Хурала Республики Бурятия о том, что Закон РФ "О чрезвычайном положении" принят в 1991 году и содержит нормы, противоречащие Конституции Российской Федерации, является несостоятельным, поскольку данный Закон является действующим в части, не противоречащей Конституции Российской Федерации, положения его об отнесении к ведению федеральных органов государственной власти вопросов чрезвычайного положения и установления в связи с ним ограничений прав и свобод человека соответствуют статьи 71 пункт "м", части 1 статьи 56 Конституции Российской Федерации.

Статья 54 Конституции Республики Бурятия с учетом изложенного подлежит признанию противоречащей федеральному законодательству, недействующей и не подлежащей применению.

Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации в своем заявлении ставит вопрос о признании противоречащей федеральному законодательству статьи 58 Конституции Республики Бурятия в целом, указывая на то, что нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации не могут служить правовой основой воинской обязанности и военной службы.

Вместе с тем, части 1, 2 и 3 статьи 58 Конституции Республики Бурятия фактически воспроизводят положения статьи 59 Конституции Российской Федерации, содержат отсылку на федеральное законодательство, говорят о долге и обязанности Гражданина Республики Бурятия, являющегося одновременно и, прежде всего, гражданином Российской Федерации, по защите Отечества - России так, как это предписывают федеральные законы. В связи с этим указанные нормы не могут расцениваться правовой основой воинской обязанности и военной службы. В этой части заявленные требования о признании противоречащими федеральному законодательству частей 1, 2, 3 статьи 58 Конституции Республики Бурятия подлежат отказу в удовлетворении.

Доводы заявителя в отношении части 4 статьи 58 Конституции Республики Бурятия, устанавливающей возможность несения военной службы гражданином Республики Бурятия за пределами Российской Федерации только при его личном согласии на основе договора или контракта, являются обоснованными и подлежат удовлетворению, поскольку Федеральный закон от 28.03.1998 N 53-ФЗ "О воинской обязанности и военной службе" не предусматривает наличие согласия гражданина Российской Федерации на несение военной службы за пределами Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 66 Конституции Российской Федерации статус республики определяется Конституцией Российской Федерации и конституцией республики. Часть 5 этой же статьи предусматривает возможность изменения статуса субъекта Российской Федерации по взаимному согласию Российской Федерации и субъекта Российской Федерации в соответствии с федеральным конституционным законом.

Во втором предложении части 4 статьи 60 Конституции Республики Бурятия предусмотрена возможность решения вопроса о согласии на изменение государственно - правового статуса республики, а также ее территории путем референдума, при этом решение считается принятым, если за него проголосовало более половины граждан республики, в том числе более половины граждан бурятской национальности, принявших участие в голосовании.

Довод представителей Народного Хурала Республики Бурятия о том, что изложенная в оспариваемой норме процедура принятия решения на референдуме за исключением положения о принятии решения референдума при условии голосования более половины граждан бурятской национальности, принявших участие в голосовании, не противоречит федеральному законодательству, является необоснованным и опровергается частью 6 статьи 58 Федерального закона от 19.09.1997 N 124-ФЗ (в ред. Федерального закона от 30.03.1999 N 55-ФЗ) "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации". В соответствии с данной нормой референдум признается соответствующей комиссией референдума не состоявшимся в случае, если в нем приняло участие менее половины участников референдума, внесенных в списки участников референдума на территории его проведения, а решение - не принятым на референдуме в случае, если за него проголосовало менее половины участников референдума, принявших участие в голосовании.

Кроме того, часть 2 статьи 4 указанного Федерального закона предусматривает право гражданина Российской Федерации участвовать в референдуме независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. В связи с этим положение оспариваемой нормы о принятии решения референдума при условии голосования за него более половины граждан бурятской национальности, принявших участие в голосовании, нарушает равенство прав и свобод граждан.

С учетом изложенного суд находит подлежащим удовлетворению заявленное требование о признании не соответствующей федеральному законодательству части 4 статьи 60 Конституции Республики Бурятия в части процедуры принятия решения референдума по вопросу изменения государственно - правового статуса и территории Республики Бурятия.

В статье 61 Конституции Республики Бурятия указано, что республика признает предметы ведения Российской Федерации, однако в соответствии с п. 1 статьи 3 Федерального закона от 24.06.1999 N 119-ФЗ "О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и субъектов Российской Федерации" изменение исключительного ведения Российской Федерации или совместное ведение Российской Федерации и ее субъектов конституциями, уставами, законами или иными нормативными правовыми актами не допускается, на что обоснованно ссылается заявитель.

Исходя из изложенного, слова в статье 61 Конституции Республики Бурятия "Республика Бурятия признает, что" не могут быть признаны соответствующими федеральному законодательству, поскольку предмет ведения Российской Федерации установлен Конституцией Российской Федерации, имеющей верховенство на всей территории Российской Федерации. Доводы представителей Народного Хурала Республики Бурятия о том, что слово "признает" должно восприниматься как факт знания (осведомления) Республики Бурятия о полномочиях Российской Федерации в соответствии с вышеизложенным не могут быть признаны состоятельными.

Часть 3 статьи 18 Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" устанавливает, что высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации (руководителем высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) может быть избран гражданин Российской Федерации, обладающий в соответствии с федеральным законом, конституцией (уставом) и (или) законом субъекта Российской Федерации пассивным избирательным правом. В соответствии с частью 2 статьи 4 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" гражданин Российской Федерации может быть избранным независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения и других обстоятельств. Ограничения пассивного избирательного права законами субъектов Российской Федерации данным федеральным законом допускается только в отношении возрастного ценза.

В нарушение изложенных выше требований федерального законодательства часть 1 статьи 71 Конституции Республики Бурятия предусматривает ограничения пассивного избирательного права для кандидата в Президенты Республики Бурятия требованием наличия гражданства Республики Бурятия и владения государственными языками республики.

Ссылки представителей Народного Хурала Республики Бурятия на Конституцию Российской Федерации, предоставляющую республикам в составе Российской Федерации устанавливать свои государственные языки, не может быть принята во внимание, поскольку в данном случае речь идет о нарушении равенства избирательных прав граждан - конституционном праве граждан Российской Федерации избирать и быть избранным в органы государственной власти. Вопросы обязательного владения государственными языками республики могут быть разрешены в положениях Конституции и законов Республики Бурятия в отношении действующего Президента республики.

С учетом изложенного часть 1 статьи 71 Конституции Республики Бурятия в части установления для кандидата в Президенты Республики Бурятия требования о наличии гражданства Республики Бурятия и владения государственными языками республики подлежит признанию противоречащей федеральному законодательству, недействующей и не подлежащей применению.

По этим же основаниям подлежит признанию не соответствующей федеральному законодательству статья 84 Конституции Республики Бурятия в части установления к кандидату в депутаты Народного Хурала Республики Бурятия ограничения по наличию гражданства Республики Бурятия.

Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" устанавливает исчерпывающий перечень оснований досрочного прекращения полномочий высшего должностного лица субъекта Российской Федерации (статья 19), а также предусматривает право только Президента Российской Федерации на отрешение от должности высшего должностного лица субъекта Российской Федерации и условия принятия им такого решения (статья 29-1).

Законодательный орган субъекта Российской Федерации, согласно указанному Закону, вправе выразить недоверие высшему должностному лицу субъекта Российской Федерации, такое решение влечет немедленную отставку этого должностного лица.

Часть 3 статьи 91 Конституции Республики Бурятия противоречит данному Федеральному закону, предусматривая право Народного Хурала Республики Бурятия на отрешение Президента Республики Бурятия на основании выдвинутого обвинения после получения заключения Конституционного Суда Республики Бурятия, Верховного Суда Республики Бурятия о нарушении Президентом Конституции Республики Бурятия, в связи с чем заявленные требования в этой части подлежат удовлетворению.

Обоснованными являются и требования о признании противоречащей федеральному законодательству части 2 статьи 102 Конституции Республики Бурятия, устанавливающей полномочия Верховного суда Республики Бурятия по запросу Народного Хурала Республики Бурятия дать заключение о наличии в действиях Президента Республики Бурятия признаков состава преступления в связи с возбуждением вопроса об отрешении его от должности.

Судоустройство, уголовное и уголовно - процессуальное законодательство Конституцией Российской Федерации отнесены к ведению Российской Федерации (пункт "о" статьи 71). Федеральное законодательство не допускает подтверждение совершения преступления заключением суда, виновность в совершении преступления может быть установлена только в предусмотренном федеральным законом порядке на основании приговора суда.

С учетом изложенного, принимая во внимание статью 29-1 Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерацию", учитывая согласие с заявлением представителей заинтересованных лиц, суд считает подлежащим удовлетворению заявление Заместителя Генерального прокурора Российской Федерации в отношении части 2 статьи 102 Конституции Республики Бурятия.

Часть 4 статьи 102 Конституции Республики Бурятия предусматривает, что полномочия, порядок образования и деятельности Верховного Суда Республики Бурятия, Высшего Арбитражного Суда республики Бурятия устанавливаются Конституцией Республики Бурятия и федеральным законодательством. По мнению заявителя, данные нормы противоречат Федеральному конституционному закону "О судебной системе Российской Федерации". Данные доводы являются обоснованными по следующим обстоятельствам.

Конституция Российской Федерации относит к ведению Российской Федерации судоустройство, установление системы федеральных органов судебной власти, порядка их организации и деятельности (статья 71 пункты "о", "г"). В силу части 3 статьи 118 Конституции Российской Федерации установление судебной системы Российской Федерации в целом определяется исключительно Конституцией Российской Федерации и федеральными конституционными законами. Данное конституционное положение конкретизируется Федеральным конституционным законом от 31.12.1996 N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", устанавливающим полномочия, порядок образования и деятельности судов, составляющих судебную систему Российской Федерации.

Исходя из этого, часть 4 статьи 102 Конституции Республики Бурятия подлежит признанию противоречащей федеральному законодательству. Кроме того, анализ ее содержания не дает оснований признать состоятельными доводы представителей Народного Хурала Республики Бурятия о том, что положения данной статьи предполагают регулирование вопросов о полномочиях, порядке образования и деятельности Конституционного Суда Республики Бурятия и мировых судей, отнесенных названным Федеральным конституционным законом к судам субъекта Российской Федерации.

По аналогичным основаниям подлежат удовлетворению заявленные требования о противоречии федеральному законодательству статьи 122 Конституции Республики Бурятия, предусматривающей осуществление судами в Республике Бурятия правосудия в соответствии с их полномочиями, установленными, в том числе Конституцией и законами Республики Бурятия.

Статья 129 Конституции Российской Федерации устанавливает, что полномочия, порядок образования и деятельности прокуратуры Российской Федерации определяется федеральным законом.

Федеральный закон от 17.01.1992 N 2202-1 (в редакции Федерального закона от 17.11.1995) "О прокуратуре Российской Федерации" предусматривает, что организация, порядок деятельности прокуратуры Российской Федерации и полномочия прокуроров определяются Конституцией Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, международными договорами Российской Федерации. На прокуратуру Российской Федерации не может быть возложено выполнение функций, не предусмотренных федеральными законами.

С учетом данных требований федерального законодательства, на которые обоснованно ссылается заявитель, часть 4 статьи 103 Конституции Республики Бурятия подлежит признанию противоречащей федеральному законодательству.

Доводы представителей Народного Хурала Республики Бурятия о том, что участие законодательного органа в форме дачи согласия на назначение на должность прокурора республики означает участие в организации прокуратуры республики и предполагает необходимость регулирования такого участия в Конституции Республики Бурятия, не могут быть признаны обоснованными.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.05.2000 N 19 "О внесении изменений и дополнений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации" в случае удовлетворения заявления прокурора о признании противоречащим федеральному закону закона субъекта Российской Федерации в резолютивной части решения должно быть указано об этом, а также о том, что данный закон признается не действующим и не подлежащим применению со дня вступления решения в законную силу.

Согласно статье 35 Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации", решение по делу о признании противоречащим закону нормативного правового акта или сообщение о таком решении должно быть опубликовано в средствах массовой информации, в котором был опубликован данный нормативный правовой акт.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 191 - 194, 196, 197 ГПК РСФСР, суд

 

решил:

 

По заявлению Прокурора Республики Бурятия признать противоречащими федеральному законодательству, не действующими и не подлежащими применению следующие положения Конституции Республики Бурятия: часть 1 статьи 1 - в части объявления Республики Бурятия суверенной; часть 2 статьи 1 - в части определения и проведения Республикой Бурятия внешней политики; часть 1 статьи 8; часть 2 статьи 12 - в части установления гражданства республики по признаку рождения; часть 4 статьи 60 - в части процедуры принятия решения референдума по вопросу изменения государственно - правового статуса и территории Республики Бурятия; часть 1 статьи 71 - в части установления для кандидата в Президенты Республики Бурятия требования о наличии гражданства Республики Бурятия и владения государственными языками.

По заявлению Заместителя Генерального прокурора Российской Федерации признать противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению следующие положения Конституции Республики Бурятия: часть 1 статьи 3; часть 2 статьи 13 - в части заключения Республикой Бурятия в пределах своего ведения международных договоров; часть 5 статьи 30 - в части осуществления Республикой Бурятия покровительства своим гражданам, находящимся на территории иностранного государства; статью 54; часть 4 статьи 58; статью 61 - слова "Республика Бурятия признает, что"; пункт "л" статьи 63; часть 1 статьи 64; часть 1 статьи 65; пункт "н" статьи 74 - в части подписания международных договоров; статью 84 - в части установления ограничения о наличии гражданства Республики Бурятия; часть 3 статьи 91; пункт "б" части 1 статьи 101 - в части проверки не вступивших в силу международных договоров Республики Бурятия; часть 2 статьи 102; часть 4 статьи 102; часть 4 статьи 103; статью 122.

В остальной части заявленных требований отказать.

Сообщение о данном решении подлежит опубликованию в газете "Бурятия".

Решение может быть обжаловано и опротестовано в Верховный Суд Российской Федерации в течение 10 дней со дня оглашения через Верховный суд Республики Бурятия.

 

Председательствующий

Е.А.МУРЗИНА

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2017       |       Обратая связь