Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ АДЫГЕЯ

 

РЕШЕНИЕ

от 25 декабря 2000 г. N 3-43

 

Именем Российской Федерации

 

Верховного Суда Республики Адыгея в составе:

 

    председательствующего                          Эльдарова М.И.,

    с участием прокурора                                 Гук В.К.,

    представителей

    Государственного Совета - Хасэ РА              Дорофеева А.А.,

                                                   Бородаева Н.В.,

    Президента РА                                    Гармоза П.В.,

    при секретаре                                  Кабаковой Г.Н.,

                                                       Делок М.М.,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению заместителя прокурора Республики Адыгея Шебзухова М.Х. в государственных интересах о признании противоречащими федеральному законодательству п. 2 ст. 3, п. 3 ст. 5, п. 1 ст. 7, п. 4 ст. 21, п. 8 ст. 21, п. 2 ст. 25, п. 1 ст. 27 Закона Республики Адыгея N 25 от 01.01.1996 "О Государственном Совете - Хасэ Республики Адыгея",

 

установил:

 

заместитель прокурора РА обратился в Верховный Суд РА с просьбой о признании противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению п. 2 ст. 3 Закона РА N 25 от 01.01.1996 "О Государственном Совете - Хасэ Республики Адыгея", не допускающего приостановление или прекращение досрочно деятельности Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея ни по каким основаниям и никакими органами государственной власти федерального и республиканского уровня, п. 3 ст. 5 Закона, устанавливающего, что объем вопросов и порядок взаимодействия Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея с Президентом РА, Кабинетом Министров и Конституционной Палатой РА определяется только Конституцией РА, п. 1 ст. 7 Закона, не включающего в перечень субъектов законодательной инициативы органы местного самоуправления, п. 4 ст. 21 Закона, относящего к компетенции Государственного Совета - Хасэ РА установление принципов и основ внешней политики республики, п. 8 ст. 21 Закона, относящего к компетенции Государственного Совета - Хасэ РА избрание, назначение, дачу согласия на назначение должностных лиц, указанных в ст. 70 Конституции РА, п. 2 ст. 25 Закона, относящего к полномочиям Государственного Совета - Хасэ РА установление статуса чрезвычайных ситуаций и ликвидации их последствий, п. 1 ст. 27 Закона, устанавливающего требование, предъявляемое к депутату Государственного Совета - Хасэ РА - проживание на территории РА ко дню выборов не менее одного года.

В судебном заседании дело в части признания противоречащим федеральному законодательству, недействующим и не подлежащим применению п. 8 ст. 21 Закона РА N 25 от 01.10.1996, производством прекращено определением суда ввиду отказа прокурора от заявления в этой части.

В остальной части заявленные требования прокурор, участвующий в деле, поддержал в полном объеме.

Представители Государственного Совета - Хасэ РА Дорофеев А.А. и Бородаев Н.В. с претензиями прокурора по п. 3 ст. 5, п. 2 ст. 25 указанного Закона не согласились, признав остальные.

Аналогичную позицию занял представитель Президента РА Гармоза П.В.

Выслушав объяснения прокурора, представителей Государственного Совета - Хасэ РА, Президента РА, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Норма п. 2 ст. 3 Закона РА N 25 от 01.01.1996 "О Государственном Совете - Хасэ Республики Адыгея" (в дальнейшем - Закона о Госсовете РА), не допускающего приостановление или прекращение досрочно деятельности этого органа законодательной власти РА ни по каким основаниям и никакими органами, противоречит п.п. 1, 2, 4 ст. 9 Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" от 06.10.1999 с изменениями и дополнениями от 29.07.2000, которыми предусматривается перечень оснований, по которым могут быть досрочно прекращены полномочия указанных законодательных органов и порядок решения вопроса о досрочном прекращении.

Норма п. 1 ст. 7 Закона о Госсовете РА, не включающего в перечень субъектов законодательной инициативы органы местного самоуправления, противоречит п. 1 ст. 6 вышеуказанного Федерального закона от 06.10.1999 и п. 2 ст. 45 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" от 28.08.1995, в которых представительные органы местного самоуправления наделены правом законодательной инициативы в законодательном (представительном) органе государственной власти субъекта РФ.

Норма п. 4 ст. 21 Закона о Госсовете РА, относящего к компетенции Государственного Совета - Хасэ РА установление принципов и основ внешней политики РА, придает республике статус субъекта международного права в качестве суверенного государства и противоречит ст.ст. 1, 3, 4, 11 Федерального закона "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов РФ" от 04.01.1999.

Норма п. 1 ст. 27 Закона о Госсовете РА, устанавливающая требование к депутату Государственного Совета - Хасэ РА - проживание на территории РА не менее одного года, противоречит ч.ч. 2, 5 ст. 4 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" от 19.09.1997. в редакции Федерального закона от 30.03.1999., согласно которым гражданин Российской Федерации может избирать и быть избранным независимо от места жительства. Ограничения пассивного избирательного права, связанные с постоянным или преимущественным проживанием на определенной территории Российской Федерации, могут устанавливаться только Конституцией Российской Федерации. Установление Федеральным законом, законом субъекта Российской Федерации продолжительности и срока постоянного или преимущественного проживания гражданина Российской Федерации на территории субъекта РФ, муниципального образования в качестве основания для приобретения пассивного избирательного права не допускается.

Вместе с тем нет оснований для вывода о противоречии федеральному законодательству п. 3 ст. 5 и п. 2 ст. 25 Закона РА о Госсовете.

В соответствии с п. 3 ст. 5 этого Закона, объем вопросов и порядок взаимодействия Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея с Президентом Республики Адыгея, Кабинетом Министров Республики Адыгея и Конституционной Палатой Республики Адыгея определяются Конституцией Республики Адыгея.

Прокурором усматривается противоречие этой нормы абзацу 2 преамбулы и п. 2 ст. 23 Федерального Закона от 06.10.1999. "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" с изменениями и дополнениями от 29.07.2000, предусматривающих регулирование деятельности законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов федерации Конституцией РФ, федеральными законами, Конституцией субъекта, его законами и иными нормативными правовыми актами.

Проанализировав оспариваемую норму, суд приходит к выводу, что ссылка в ней на Конституцию РА не исключает иные источники правового регулирования объема вопросов и порядка взаимодействия Высших органов законодательной (представительной), исполнительной и судебной власти РА, и поэтому она не противоречит указанным прокурором нормам Федерального закона.

Прокурором также усматривается противоречие нормы п. 2 ст. 25 Закона РА о Госсовете, предусматривающей компетенцию последнего в области осуществления правового регулирования статуса чрезвычайных ситуаций и ликвидации их последствий, нормам ст.ст. 5, 8, 9, 10 и 11 Федерального закона от 21.12.1994 "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, природного и техногенного характера", которым предусматривается, что введение чрезвычайного положения, принятие решения по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций, а также преодоление их последствий относится к ведению органов государственной власти Российской Федерации.

При этом прокурор безосновательно указывает в заявлении, что оспариваемая норма относит к полномочиям Государственного Совета - Хасэ РА установление статуса чрезвычайных ситуаций и ликвидации их последствий, в то время как на самом деле она относит к полномочиям Государственного Совета - Хасэ РА осуществление правового регулирования статуса чрезвычайных ситуаций и ликвидации их последствий, как это и предусмотрено ч. 1 ст. 11 Федерального Закона от 21.12.1994 "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера", согласно которой органы государственной власти субъектов Российской Федерации принимают в соответствии с федеральными законами законы и иные нормативные правовые акты в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций.

Изложенное свидетельствует об отсутствии противоречия оспариваемой нормы Закона Республики Адыгея федеральному законодательству.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 231, 232, 191 - 194, 196 - 197 ГПК РСФСР, суд

 

решил:

 

признать п. 2 ст. 3, п. 1 ст. 7, п. 4 ст. 21 и п. 1 ст. 27 Закона Республики Адыгея N 25 от 01.10.1996 "О Государственном Совете - Хасэ Республики Адыгея" противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению со дня вступления решения в законную силу, о чем опубликовать в республиканской газете "Советская Адыгея".

В остальной части заявление заместителя прокурора РА оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации через Верховный Суд Республики Адыгея в течение 10 дней со дня провозглашения.

 

Председательствующий

М.ЭЛЬДАРОВ

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2017       |       Обратая связь