Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

 

ОБЗОР

КАССАЦИОННОЙ ПРАКТИКИ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ

ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА ЗА 2001 ГОД

от 8 января 2002 года

 

 

В течение 2001 года судебная коллегия по уголовным делам рассмотрела в кассационном порядке 5589 дел на 6652 лица, что на 913 лиц больше, чем в 2000 году (4176 дел на 5739 человек).

По кассационным жалобам и протестам рассмотрено 5172 дела на 5163 человека, что по сравнению с 2000 годом больше на 26,6%.

По частным жалобам и протестам рассмотрено 626 дел на 1387 лиц.

В отношении 3835 человек приговоры оставлены без изменения. В отношении 652 человек вынесены другие кассационные определения с удовлетворением жалобы или протеста без отмены или изменения приговора в части квалификации деяния или меры наказания.

Как и ранее, много ошибок допускалось по делам о кражах, грабежах, разбоях, убийствах: отменены и изменены приговоры по ст. 105 УК в отношении 11,1% лиц, по ст. 111 УК - 18,6%, по ст. 158 УК - 32,4%, по ст. 162 УК - 28,2%.

При кассационном рассмотрении были отменены приговоры в отношении 508 лиц - 9,8% от числа обжалованных.

В 26 районах отмена приговоров (в процентном отношении) была выше среднекраевой, т.е. 9,3%.

Конкретно: в Железнодорожном 11,1%, Кировском 10,4%, Центральном 10,5%, Солнечной п/с 12,5%, Октябрьском 14,3%, Богучанском 24,3%, Б-Улуйском 28,2%, Дзержинском 10,7%, Емельяновском 20,9%, Канском (районном) 11,6%, Кежемском 17,9%, Краснотуранском 20%, Мотыгинском 10%, Манском 25,6%, Назаровском 12,5%, Н-Ингашском 11,8%, Н.Пойме 17,6%, Партизанском 24,4%, Рыбинском 11,7%, С-Енисейском 25%, Тасеевском 22,8%, Туруханском 12,5%, Ужурском 21,5%, Шушенском 10,9%, Дудинке 11,7%.

Приговоры не отменялись за истекший период в 14 судах, в том числе в Абанском, Балахтинском, Бирилюсском, Б-Муртинском, Ирбейском, Игарском, Курагинском, Тюхтетском, Шарыповском (районном), Сухобузимском, Хатангском, Диксонском, Байкитском, Т-Чунском.

О хорошем качестве работы свидетельствуют показатели стабильности приговоров. Наиболее высокие показатели в Ачинском (80,8%), Балахтинском (91,7%), Дивногорском (87,8%), Енисейском (83,1%), Ермаковском (85,2%), Иланском (89,5%), Игарке (90%), Казачинском (83,3%), Козульке (83,9%), Лесосибирске (84,4%). Сосновоборске (90,2%).

И одновременно с этим в значительном количестве судов стабильность приговоров приближена к 50%, в то время как среднекраевой показатель составляет 74,3% (Железнодорожный 62,1%, Бородино 57,7%, Богучаны 59,5%, Б.Улуй 56,3%, Дзержинский 60,7%, Емельяново 60,5%, Железногорск 58,9%, Идринский 55,6%, Кежма 60,7%, Манский 59%, Назарово 60,1%, Новоселово 50%, С-Енисейск 50%.

Всего отменены приговоры в отношении 508 лиц (9,8%), из них обвинительные приговоры в отношении 475 осужденных - 9,3% от числа осужденных.

Оправдательные приговоры отменены в отношении 33 человек - 38,8% от всех оправданных, обжаловавших приговор.

Изменены в кассационном порядке приговоры в отношении 820 лиц, что составляет 15,9%.

За истекший год рассмотрены частные жалобы и протесты на определения о направлении дел на дополнительное расследование в отношении 603 человек. Из них в отношении 53,2% определения отменены.

Судебной коллегией в кассационном порядке рассмотрены жалобы на постановления об аресте и продлении срока содержания под стражей в отношении 102 человек, из них удовлетворены жалобы и протесты в отношении 7 человек, или 6,8%.

Изучение качества рассмотрения уголовных дел свидетельствует, что большинство из них разрешается в соответствии с действующим законодательством.

Вместе с тем имеют место случаи вынесения незаконных и необоснованных приговоров. Наряду с неправильной оценкой доказательств и поверхностным исследованием материалов дела, причинами отмены приговоров являются и факты незнания законов и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, проявления невнимательности или даже небрежности при исполнении судебных функций.

 

ОТМЕНА

ПРИГОВОРОВ С НАПРАВЛЕНИЕМ ДЕЛ НА НОВОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ

И НОВОЕ СУДЕБНОЕ РАССМОТРЕНИЕ

 

Как видно из статистических данных, за последние годы количество приговоров, отмененных с направлением дел на новое расследование, уменьшается.

Это объясняется действием Постановления Конституционного Суда РФ от 20 апреля 1999 года N 7-П, согласно которому суд по своей инициативе не может направлять дело для дополнительного расследования по мотивам неполноты и односторонности предварительного следствия.

Так, если в 2000 году с направлением дела на новое расследование отменены приговоры в отношении 21,7% лиц, то в 2001 году - всего лишь 18,9%, и в основном в тех случаях, когда по делу еще в стадии предварительного следствия были допущены существенные нарушения уголовно - процессуального закона.

В 2001 году, как и прежде, наиболее часто отменялись приговоры в связи с невыполнением требований закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела, в том числе влияющих на квалификацию действий подсудимых.

Приговор по делу К., осужденного Курагинским районным судом по ч. 1 ст. 107 УК РФ, коллегия отменила в связи с тем, что вывод суда о совершении К. убийства в состоянии аффекта недостаточно мотивирован, основан на доказательствах, нуждающихся в более тщательном исследовании и оценке. В частности, судом не обсуждался вопрос о том, что поведение потерпевшего Ч., характер его отношений с осужденным могли способствовать возникновению умысла на убийство, а не являться обстоятельствами, вызвавшими у осужденного состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения. Суд не аргументировал свой вывод о внезапности возникновения сильного душевного волнения осужденного и его причине. Кроме того, остались непроверенными показания К. об отсутствии у него умысла на убийство потерпевшего.

Протокол судебного заседания составлен небрежно, показания свидетелей изложены поверхностно и неполно, в связи с чем судебная коллегия не могла использовать его как источник доказательств.

Установление времени совершения преступления - обстоятельство, подлежащее доказыванию по уголовному делу.

Невыполнение этого положения закона влечет нарушение права обвиняемого на защиту.

Центральным районным судом г. Красноярска осужден за подделку студенческого билета Ч. по ч. 1 ст. 327 УК РФ. Ни органы следствия, ни суд в своих обвинительных процессуальных актах не конкретизировали время совершения Ч. инкриминируемого ему деяния. Тогда как это существенное обстоятельство прямо связано со сроком давности привлечения Ч. к уголовной ответственности.

Не всегда тщательно исследуется направленность и содержание умысла.

Наиболее часто эти упущения встречаются о преступлениях против жизни и здоровья, в частности когда речь идет о разграничении покушения на убийство и умышленного причинения тяжкого вреда здоровью.

Например, Назаровским городским судом осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью П.

Суд в приговоре не привел убедительных мотивов переквалификации действий П. с ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 111 УК РФ, сославшись на показания П. о том, что он не имел умысла на причинение смерти Ю. Однако при этом не дал оценки показаниям П., допрошенного в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого, о том, что когда Ю. отказался вернуть ему куртку, он решил убить его и забрать свою куртку, для чего достал нож, разложил его и ударил Ю. ножом в грудную клетку в область сердца.

Эти показания П. в части умысла на причинение смерти потерпевшего согласовались с материалами дела, в частности размерами лезвия ножа, нанесения удара в жизненно - важные органы.

Приговор отменен с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

Или пример другого плана, когда ненадлежащее исследование умысла виновного повлекло переквалификацию действий на статью по менее тяжкому обвинению.

Минусинским городским судом осуждены за разбой по ч. 2 ст. 162 УК РФ О. и Г. Рассмотрев дело по кассационным жалобам, судебная коллегия указала, что вывод суда о том, что О. и Г. по предварительному сговору между собой совершили нападение на Д., применив насилие, опасное для здоровья, с целью завладения имуществом, не соответствовал обстоятельствам дела.

О. и Г. последовательно утверждали, что вместе с Д., с которым распивали спиртное в одной компании, пошли к ларькам, для приобретения спиртного. По дороге поссорились, и Д. первым ударил Г. рукой по лицу, поэтому началась драка, в процессе которой с Д. сползла куртка и он убежал, оставив ее и пакет, которыми они завладели.

В первоначальных показаниях Д. также утверждал, что на улице он поссорился с О. и Г., первым ударил Г. рукой по лицу, началась драка, в процессе которой с него сползла куртка, оставив которую, а также пакет с вещами, он убежал.

Таким образом, по делу было установлено, что драку спровоцировал Д. и примененное к нему в связи с этим насилие со стороны О. и Г. не свидетельствовало об умысле осужденных на хищение чужого имущества путем разбоя, поэтому действия их по этому эпизоду были переквалифицированы на ст. 115 УК РФ, 161 УК РФ.

Подобные ошибки допускались судами Назаровского, Ленинского, Канского, Октябрьского, Свердловского и др. районов.

Неоднократно обращалось внимание судов на необходимость исследования алиби обвиняемого. Тем не менее суды не всегда тщательно подходили к выяснению этих обстоятельств, нарушая требования ст. 20 УПК РСФСР.

Отменяя приговор Октябрьского районного суда по делу З., осужденного за разбой, коллегия указала следующее.

Не признавая себя виновным в совершении разбойного нападения, подсудимый утверждал, что в день происшествия в указанный час находился в гостях у знакомой Т., и называл конкретных лиц, которые могли бы подтвердить его алиби.

Ходатайство об исследовании алиби было поддержано адвокатом. Суд же безмотивно отклонил его и в нарушение ст. 314 УПК РСФСР не дал ему оценки в приговоре.

Сославшись на показания потерпевшей И., которая в З. опознала нападавшего, суд не учел данные о ее состоянии здоровья и способность в силу возраста правильно оценить обстановку и изложить произошедшее.

Не всегда надлежаще исследуется механизм причинения телесных повреждений потерпевшим, хотя это обстоятельство, имеющее значение для юридической квалификации действий виновного, необходимо выяснять для установления причинной связи между действиями осужденного и наступившими последствиями.

Приговор Емельяновского районного суда по делу К., осужденного за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, отменен в связи с тем, что в основу приговора суд положил противоречивые показания осужденного о способе причинения телесных повреждений, согласно которым он нанес куском шифера множество ударов по голове потерпевшего.

При этом суд не учел имеющиеся в деле заключения о том, что смерть наступила не от черепно - мозговой травмы, а в результате механической асфиксии от сдавления органов шеи, что подтверждается наличием двух полосовидных ссадин на шее, перелома подъязычной кости, а также картиной быстро наступившей смерти.

Вывод суда о механизме причинения телесных повреждений как образовавшихся при превышении пределов необходимой обороны К. от ударов куском шифера, от которых наступила смерть потерпевшего, очевидно противоречит заключению экспертизы.

Назаровским городским судом за умышленное убийство осужден Б.

В обоснование выводов о виновности Б. суд в приговоре сослался на заключение судебно - медицинской экспертизы, согласно которому смерть Б. наступила от механической асфиксии от сдавления органов шеи руками.

Б. вину в убийстве потерпевшего путем удушения отрицал. Заключение судебно - медицинской экспертизы не содержит научно - обоснованных выводов, указывающих на признание механической асфиксии от сдавления шеи руками, описание телесных повреждений в области шеи не соответствует выводам эксперта о причине смерти.

Вместе с тем суд при наличии противоречий и отсутствия должной мотивировки причин смерти потерпевшего в заключении экспертизы не принял мер к устранению недостатков заключения путем проведения дополнительных судебно - медицинских экспертиз.

Неполное выяснение существенных обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, и отсутствие на них ссылки в приговоре также являются нарушением ст. ст. 68, 314 УПК РСФСР.

К этим обстоятельствам необходимо отнести и данные о психическом состоянии обвиняемого, которые в ряде случаев должны выясняться при экспертном исследовании.

Кировским районным судом осужден Ш. по ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Коллегия приговор отменила, сославшись на то, что психическое состояние Ш. должным образом не исследовано, хотя в деле имеются данные о том, что он страдает олигофренией, в связи с чем не был призван в армию, начальные классы закончил в спецшколе - интернате, однако его экспертное обследование не проводилось.

По аналогичным основаниям отменялись приговоры: Ленинского суда по делу К., Зеленогорского городского суда по делу Г., Советского районного суда по делу С., Козульского районного суда по делу С.

Невыполнение судами требований ст. ст. 20, 68 УПК РСФСР негативно сказывается на соблюдении судами положений ст. ст. 314 и 315 УПК РСФСР о содержании приговора.

В связи с этим в приговорах иногда отсутствуют описание преступного деяния, характера вины, мотивы, по которым суд отверг или принял те или иные доказательства, мотивы изменения обвинения, обоснование выводов о квалификации содеянного.

Из числа приговоров, отмененных с направлением дела на новое судебное рассмотрение, немало - ввиду нарушений судами положений ст. 301 - 305 УПК РСФСР и Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 года "О судебном приговоре", в которых четко определены требования, предъявляемые к содержанию приговора.

Тасеевский районный суд, признав Д. виновным по ст. 116 УК РФ, в описательной части приговора не указал на это деяние и не описал его.

Рыбинским районным судом Г.В.К. и Г.С.К. осуждены за разбой по предварительному сговору группой лиц и за покушение на кражу.

Тем не менее в приговоре не указано, когда и при каких обстоятельствах осужденные вступили в сговор на совершение разбойного нападения, кто из них и какие конкретные действия совершал.

Как видно из приговора, фактически судом обвинение было изменено, поскольку суд указал, что все насильственные действия в отношении потерпевшего были совершены Г.С.К., но при этом не привел мотивы изменения обвинения, осудив за разбой как Г.С., так и Г.В., не указав роль и действия последнего при совершении преступления.

Вследствие нарушения требований ст. 301 - 314 УПК РСФСР отменялись приговоры Березовского, Б-Улуйского, Ачинского, Канского, Назаровского и др. судов края.

Статистические данные свидетельствуют, что в 2001 году увеличилось число приговоров, отмененных в связи с нарушением судами требований ст. ст. 240 и 286 УПК РСФСР, регламентирующих непосредственность исследования доказательств в судебном заседании и порядок оглашения показаний лиц, не явившихся в судебное заседание.

Приговор Абанского районного суда в отношении О., осужденного за нарушение правил движения и эксплуатации транспортных средств, отменен, так как суд в обоснование своего вывода о виновности О. сослался в приговоре на показания свидетелей С., Д., Н., Б., М.

Между тем указанные лица в последнем судебном заседании не допрашивались, их показания, данные в предыдущем судебном заседании, не оглашались и не исследовались.

Кроме того, в нарушение ст. 314 УПК РСФСР, суд в описательной части приговора не указал, какие именно правила нарушены осужденным, а также время совершения преступления, хотя в данном случае это имело существенное значение.

Причиной необоснованного осуждения невиновных лиц порой становилось нарушение судами уголовно - процессуального закона, в частности ст. 309 УПК РСФСР, согласно которой обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии доказанности виновности подсудимого.

Так, Енисейский районный суд осудил В. за причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей, в то время как из дела следовало, что гражданин И., по собственной инициативе забравшись под трактор, управляемый В., стал замерять ось с целью производства дальнейших ремонтных работ. В. по делу не предполагал и не мог предполагать, что И. может находиться под его трактором, тем более что двигатель у трактора был включен.

Смерть И. произошла не в результате преступных действий В., а в результате несчастного случая, и в действиях В. отсутствует состав преступления.

Приговор отменен, дело прекращено за отсутствием состава преступления.

Центральный районный суд г. Красноярска вынес обвинительный приговор по п. "в" ч. 3 ст. 228 УК РФ в отношении С., признав его виновным в незаконном изготовлении наркотических средств в крупном размере, поскольку в квартире П., где проживал С., был обнаружен ацетилированный опий, но не были обнаружены предметы со следами уксусного ангидрида, необходимого для изготовления ацетилированного опия.

Никто из допрошенных свидетелей не указал на С. как на лицо, изготовившее из опия новое наркотическое средство - ацетилированный опий.

Приговор отменен с прекращением производства по делу за недоказанностью.

Отменялись с прекращением приговоры Сухобузимского, Курагинского районных судов.

Суды не всегда учитывают сроки давности привлечения к уголовной ответственности.

Приговор Центрального районного суда г. Красноярска в отношении Б., осужденного по ч. 1 ст. 200 УК РФ, был отменен на основании п. "е" ч. 1 ст. 78 УК РФ за истечением срока давности, поскольку со дня совершения преступления прошло более двух лет.

Аналогичные факты допускались другими судами края - Боготольским, Норильским, Советским и т.д.

Несколько приговоров в отношении лиц, осужденных по ст. 222 УК РФ, отменены с прекращением производства по делу ввиду применения примечания к ст. 222 УК РФ.

Суды, несмотря на многочисленные публикации и упоминания в предыдущих обобщениях, забывают о том, что в случае добровольной выдачи оружия или боеприпасов освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления.

Суды не всегда правильно трактуют понятие добровольной выдачи оружия и иногда считают, что поскольку органам следствия было известно о наличии оружия ими были приняты меры к отысканию орудия убийства, то выдача его не может считаться добровольной.

Однако эта позиция не соответствует требованиям закона.

Приговор Емельяновского районного суда в части осуждения Д. по ст. 222 УК РФ отменен с прекращением производства по делу.

Как видно из дела Д., явившийся после совершенного преступления в органы милиции по вызову, сделал явку с повинной, в которой, как и на первом допросе, когда органам милиции еще не было известно о месте нахождения оружия, добровольно сообщил, что после убийства пистолет спрятал в районе гостиницы "Огни Енисея" в г. Красноярске, где он и был изъят.

При таких обстоятельствах, когда осужденный имел реальную возможность хранить оружие, но добровольно сообщил о месте его нахождения, его действия следует расценивать как добровольную сдачу оружия.

Подобная ситуация наблюдалась по делу Б., осужденного Курагинским судом.

В силу п. 4 ч. 1 ст. 54 УПК РСФСР уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное дело подлежит прекращению вследствие акта амнистии, если он устраняет применение наказания за совершенное деяние. Однако Новоселовский районный суд, признав В.П.Л. виновным по ч. 1 ст. 158 УК РФ, не принял во внимание, что преступление совершено в августе 1999 года, а дело возбуждено 11 августа 2000 года.

Поскольку Постановление Государственной Думы от 26 мая 2000 года "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов" устраняло применение наказания за данное преступление, уголовное дело не может быть возбуждено. Поэтому приговор отменен, а дело прекращено.

В практике имелись факты необоснованного вынесения оправдательных приговоров.

Причинами отмены оправдательных приговоров, вынесенных судами, как за отсутствием состава преступления, так и за недоказанностью участия в преступлении, являлись неполнота исследования доказательств обвинения, представленных органами предварительного следствия (вызываются и допрашиваются не все лица, перечисленные в списке при обвинительном заключении; ряд доказательств признается недопустимым на основании ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР без их всестороннего исследования, оценка им в приговоре не дается; в нарушение ст. 314 УПК РСФСР в приговоре не приводятся мотивы, по которым отвергаются доказательства обвинения, в основу оправдательного приговора кладутся доказательства крайне избирательно, без оценки их в совокупности).

Всего за 2001 год в кассационном порядке отменены оправдательные приговоры в отношении 33 человек.

Оправдывая Е. и М. по ч. 1 ст. 186 УК РФ за недоказанностью участия в совершении преступления, Октябрьский районный суд не дал оценки показаниям подсудимых на предварительном следствии, где они неоднократно и последовательно указывали на то, что похитив 10 поддельных купюр достоинством 500 рублей каждая с целью их дальнейшего сбыта, Е. передал одну из них М., а тот, в свою очередь, сбыл ее в магазине, но был задержан.

Показания их находились в полном соответствии с другими материалами дела, в частности показаниями свидетеля Х., протоколом изъятия фальшивых купюр и заключением судебно - криминалистических экспертиз.

Кассационная инстанция в связи с нарушением судом требований ст. 20 УПК РСФСР по протесту прокурора приговор отменила и направила дело на новое судебное рассмотрение.

Встречаются факты необоснованного вынесения оправдательных приговоров за отсутствием состава преступления.

Так, по приговору Большеулуйского районного суда от 16 августа 2001 года Х. и К. необоснованно оправданы по ч. 3 ст. 30 и п. "а", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ за отсутствием в их действиях состава преступления.

Органами следствия они обвинялись в том, что пытались похитить со склада СПК "Бобровское" электрический кабель, алюминиевую посуду на общую сумму 586 рублей 90 копеек.

Основанием для оправдания Х. и К. явилось то, что суд признал, что умысел их был направлен на кражу 10 метров медного кабеля на сумму 90 рублей, что не превышает минимальный размер оплаты труда и поэтому не образует состав уголовно наказуемого деяния.

Кассационная инстанция, отменяя оправдательный приговор в определении, указала, что суд не дал оценки показаниям обвиняемых о том, что они намеревались похитить из склада N 1 алюминиевую посуду, но не нашли ее там, однако увидев через щель наличие медного кабеля в складе N 2, проникли туда, но были задержаны. Вопрос о том, что за материальные ценности хранились в складе N 2, судом не выяснялся.

Из-за нарушений требований ст. ст. 20, 240, 73 УПК РСФСР приговор отменен.

 

ПРОТОКОЛ СУДЕБНОГО ЗАСЕДАНИЯ

 

Вышеуказанные нарушения норм уголовно - процессуального закона, касающиеся содержания приговора, тесно связаны и с качеством составления протокола судебного заседания.

Кассационной инстанцией за 2001 год нередко обращалось внимание на то, что качество составления протокола судебного заседания как важного процессуального документа, отражающего ход судебного разбирательства, не соответствует предъявляемым требованиям. Иногда в протоколах не приводятся доказательства, положенные в основу приговора, показания допрошенных на предварительном следствии лиц не соответствуют их показаниям в приговоре, отсутствуют ссылки на оглашенные в порядке ст. 286 УПК РСФСР показания потерпевших и свидетелей.

По делу Р., осужденной Минусинским городским судом за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшей, суд обосновал обвинительный приговор показаниями потерпевшего Д., свидетелей Н., Щ., М., однако их показания, изложенные в приговоре, кардинально отличаются от показаний, зафиксированных в протоколе судебного заседания.

С учетом того, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, приговор отменен.

 

НАРУШЕНИЯ УПК

 

Нередко причиной отмены приговоров является нарушение судами требований уголовно - процессуального закона, регламентирующих права подсудимых и других участников процесса.

Нарушение права подсудимых на защиту является наиболее часто встречающимся основанием к отмене приговора.

Такие нарушения были допущены например, Кировским районным судом, Свердловским, Березовским, Назаровским, Канским городским судом.

Во всех указанных случаях подсудимые в судебных заседаниях отказались от помощи адвокатов в условиях, когда защитники не вызывались и подсудимые не имели реальной возможности воспользоваться их услугами. Вызывает сожаление то обстоятельство, что на это нарушение указывается в каждом обзоре судебной практики, но судьи, причем со стажем, продолжают допускать аналогичные ошибки.

Уярским судом осужден О., который был доставлен в зал судебного заседания из Уярской центральной больницы без согласия лечащего врача и медицинского заключения о возможности участия в процессе. Судебная коллегия согласилась с доводами осужденного о том, что он не мог в полной мере осуществлять свое право на защиту, т.к. находился на стационарном лечении по поводу черепно - мозговой травмы.

По делу Х.О.Г. и Х.В.Г., осужденных Партизанским районным судом, выявлены признаки умственного недоразвития в форме умственной отсталости легкой степени, в связи с чем на следствии им в силу ст. 49 УПК РСФСР были предоставлены защитники.

В судебное заседание защитники не явились, и суд, в нарушение ст. 50 ч. 2 УПК РСФСР, принял отказ подсудимых от защитников.

Железногорский городской суд не предоставил слово для самозащиты А.

Имелись факты невыполнения судами общих условий судебного разбирательства.

Кировский районный суд рассмотрел дело М. ранее трех суток с момента вручения подсудимым копии обвинительного заключения.

Енисейский районный суд дело О. и Партизанский суд дело С. рассмотрели без участия подсудимого, нарушив требования ст. ст. 246, 247 УПК РСФСР, что являлось в конкретных ситуациях не только грубым нарушением закона, но и лишало суд возможности установления истины по делу.

По делу Г. (Кировский суд), по делу М. (Емельяновский суд), по делу Г. (Ужурский суд), вопреки требованию ч. 1 ст. 315 УПК РСФСР (в резолютивной части обвинительного приговора должен быть указан уголовный закон, по которому подсудимый признан виновным), при постановлении приговора суд не сослался на пункты части закона, по которой он был признан виновным.

Не всегда суды соблюдали права участников процесса. Чаще это касалось потерпевших, гражданских истцов, что во многих случаях препятствовало установлению истины по делу и постановлению законного, обоснованного и справедливого решения.

По делу К. по ч. 1 ст. 105 УК РФ судья Железногорского городского суда нарушил тайну совещательной комнаты, что повлекло отмену приговора.

Весьма распространены случаи отмены приговоров, когда обвинительное заключение было составлено за пределами сроков расследования, а суды на это существенное нарушение закона не обращали внимание: Октябрьский суд - дело С. (судья С.Л.А.) Ужурский суд - дело Ф. (судья Л.С.) Тасеевский суд - дело Ю. (судья С.А.В.), Свердловский суд - дело Г. (судья П.Г.М.), а также суды Уярского, Саянского, Советского и др. районов.

Рассмотрение дела без участия прокурора, в то время как он, направляя дело в суд, сообщил о своем намерении поддерживать обвинение (о времени судебного разбирательства он извещен не был), кассационная инстанция признавала нарушением ч. 2 ст. 288 УПК РСФСР, влекущим отмену приговора.

 

ИЗМЕНЕНИЕ ПРИГОВОРОВ

 

За 2001 год кассационной инстанцией были изменены приговоры в отношении 820 лиц.

Наибольшее число приговоров изменено в связи с неправильным применением судами материального закона.

По этим основаниям были изменены приговоры в отношении 320 лиц, из них 181 лицу наказание смягчено. В отношении 610 осужденных в приговоры внесены другие изменения.

Анализируя причины изменения приговоров, можно выделить наиболее часто встречающиеся ошибки судов.

В частности, существуют проблемы в квалификации действий осужденных по признаку неоднократности.

Ошибки, повлекшие изменение приговоров по указанному признаку, связаны с изменениями, внесенными в Положение о порядке погашения судимости с введением Уголовного Кодекса РФ.

Из-за того, что не были учтены положения ст. 86 УК РФ, только во 2-м полугодии 2001 года были изменены приговоры в отношении 297 человек.

В основном это связано с переквалификацией действий осужденных с п. "в" ч. 3 ст. 158 или 162 УК РФ на ч. 2 указанных статей.

Только один пример:

Судебная коллегия изменила приговор Железнодорожного районного суда в отношении Р., осужденного по п. "в" ч. 3 ст. 158 и 161 УК РФ, и переквалифицировала его действия на п. "б", "в", г" ч. 2 ст. 158, в связи с тем, что предыдущие судимости были погашены и это аннулировало все правовые последствия, связанные с судимостью.

Аналогичные ошибки допускались практически всеми судами края.

При решении вопроса о погашении судимости судом необходимо обращать внимание на то, к какой категории преступлений (по старому кодексу) относилось первое преступление, а срок погашения судимости исчислять либо в соответствии со ст. 86 УК РФ или ст. 57 УК РСФСР, в зависимости какая из статей применительно к конкретной ситуации дела содержит более благоприятные положения для осужденного. Это обеспечит правильное применение закона при решении вопросов о наличии и виде рецидива в действиях лиц, привлеченных к ответственности.

Не всегда суды правильно решают вопросы о форме соучастия в преступлении, не принимая во внимание положения ст. 33 УК РФ.

В соответствии с ч. 5 ст. 33 УК РФ поведение пособника лежит за пределами объективной стороны преступления, в котором он соучаствует. Тем не менее данное обстоятельство порой не учитывается судами при квалификации действий осужденных.

Кировским районным судом осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ С. за разбойное нападение. По делу установлено, что С. предложил совершить разбойное нападение, разведал, кто находится в доме, о чем сообщил участникам разбойного нападения. В дальнейшем он находился в машине и участия в непосредственном проникновении в жилище потерпевших и изъятии их имущества не принимал, т.е. не являлся соисполнителем разбоя.

При кассационном рассмотрении действия С. были переквалифицированы на ч. 5 ст. 33 и ч. 2 ст. 162 УК РФ.

В некоторых случаях судьи при квалификации содеянного, совершенного группой лиц, оставляли без внимания вопрос о наличии либо отсутствии согласованности действий всех участников преступления и умысла на применение насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, при эксцессе исполнителя ошибочно квалифицировали действия всех виновных как разбой.

По указанным делам судебной коллегией действия осужденных, умыслом которых не охватывалось применение насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевших, переквалифицированы на статью, предусматривающую ответственность за грабеж.

Рассматривая дела, по которым имеется квалифицирующие признаки совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, суды в нарушение ст. 314 УПК РСФСР не указывают, где и когда состоялся предварительный сговор на совершение преступления, а также была ли вообще такая договоренность.

Это обстоятельство ведет к тому, что суды не различают квалифицирующие признаки - совершение преступления группой лиц по предварительному сговору и просто группой лиц.

Ссылка в приговоре о действии осужденных согласованно и одновременно свидетельствует не о наличии предварительного сговора, а о совершении преступления группой лиц.

Передача лицу наркотических средств, приобретенных для него, по его просьбе и на его деньги, не образует сбыта, поскольку с момента приобретения наркотических средств это лицо является их фактическим владельцем, а лицо, их приобретшее, - лишь временно хранящим наркотики до непосредственной их передачи владельцу.

Однако многочисленные ошибки продолжают иметь место.

Так, Свердловским районным судом М. осужден за сбыт героина в количестве 0,23 грамма к 7 годам лишения свободы с конфискацией имущества.

Суд признал установленным, что М. по просьбе Г. и на ее деньги приобрел три пакета с героином, которые передал Г.

Кассационная инстанция приговор изменила, переквалифицировав действия М. на ч. 1 ст. 228 УК РФ, ссылаясь на установленные судом обстоятельства.

Довольно распространены случаи излишней квалификации действий обвиняемых, что отражается на назначении им наказания.

К примеру, Е. и И. с целью кражи бензина проникли в операторскую автозаправки, но бензин не похитили, т.к. не смогли привести в рабочее состояние бензоколонку. Тогда, уходя, они украли калькуметр, часы и другое имущество на сумму 658 рублей.

Уярский суд квалифицировал их действия по ст. 30 и ч. 2 ст. 158 и по ст. 158, ч. 2, УК РФ, в то время как они, проникнув в операторскую автозаправки, хотя и не смогли похитить бензин, но похитили другое имущество. Указанные действия были охвачены единым умыслом, между этими действиями отсутствовал разрыв во времени и их надлежало квалифицировать только как оконченное преступление, квалификация по ч. 3 ст. 30 и 158, ч. 2, УК РФ являлась излишней.

Подобные ошибки допускались судами Рыбинского, Дудинского, Туруханского и других районов.

К числу характерных ошибок относятся и нарушения требований ст. 254 УПК РСФСР.

Дудинский городской суд в нарушение требований ст. 254 УПК РСФСР, согласно которой не допускается изменение обвинения в суде на более тяжкое или существенно отличающееся от обвинения, по которому обвиняемый предан суду, переквалифицировал действия С. с ч. 2 ст. 228 на часть четвертую ст. 228 УК РФ, т.е. признал его виновным в совершении более тяжкого преступления.

Аналогичные ошибки допускались судами Ленинского, Центрального, Минусинского районов.

Судебная коллегия вносила в приговоры и другие изменения, не связанные с квалификацией действий осужденных.

В некоторых случаях это касалось смягчения меры наказания вследствие его суровости, как это было по делу Б., осужденного Б-Муртинским районным судом за кражу имущества у Г. на сумму 600 рублей. С учетом первой судимости, заболевания туберкулезом, наличия на иждивении матери - инвалида 2 группы, беременной сожительницы, количества и значимости похищенного (мешка картошки, шарфа и электробритвы) кассационная инстанция применила ст. 73 УК РФ, определив наказание условным.

Всего за 2001 год со снижением наказания были изменены приговоры в отношении 610 человек.

Изменение приговоров и смягчение по ним наказания в ряде случаев связано с неправильным применением судами положений ст. ст. 61, 62 УК РФ, касающихся явки с повинной.

Ошибочной признана позиция судов, которые не считают явку с повинной смягчающим наказание обстоятельством в том случае, когда впоследствии лица, привлекающиеся к уголовной ответственности, меняют свою позицию, не признают свою вину, особенно по тем делам когда суды в основу доказанности вины кладут явку с повинной обвиняемого.

К. осужден Шушенским районным судом по ст. ст. 15, 17, ч. 6, ст. 218-1, ч. 3, УК РСФСР к 10 годам лишения свободы.

При назначении наказания суд не учел в качестве смягчающего обстоятельства явку с повинной, связав это с последующим изменением поведения К.

Вместе с тем материалы дела свидетельствовали о том, что преступление было раскрыто благодаря явке с повинной К. и суд в приговоре сослался на доказательства, добытые в результате поступления явки с повинной обвиняемого. Заявление о явке с повинной оглашено, но не учтено при назначении наказания.

Кассационная инстанция смягчила К. наказание до 6 лет лишения свободы.

По-прежнему не изжиты факты, когда суды вопреки закону усиливают наказание после отмены приговора, на что реагировала судебная коллегия, принимая решение о снижении наказания.

Только во втором полугодии 2001 года это наблюдалось по пяти делам.

Краснотуранский районный суд, по приговору которого осужден Е. по ч. 1 ст. 111 УК РФ, вопреки требованиям ст. 382 УПК РСФСР, рассмотрев дело после отмены первоначального приговора в связи с нарушениями норм УПК РСФСР и не установив новых обстоятельств, свидетельствующих о совершении обвиняемым более тяжкого обвинения, усилил наказание, назначенное по первому приговору.

Как и ранее, судами не всегда выполнялись требования ст. 17 УК РФ при назначении наказания по совокупности преступлений.

В соответствии с ч. 1 ст. 17 УК РФ совокупностью преступлений признается совершение лицом двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями или частями статьи Уголовного кодекса, ни за одно из которых оно не было осуждено.

Квалификация при реальной совокупности по отдельным частям или пунктам одной статьи УК РФ возможна, если такие части (пункты) не только предусматривают самостоятельные составы преступлений, но и имеют свои санкции.

Зеленогорский городской суд признал С. виновным в совершении разбойного нападения неоднократно, с незаконным проникновением в жилище, с применением предметов, используемых в качестве оружия, и назначил ему наказание в виде лишения свободы по п. "в" ч. 2 ст. 162 УК РФ сроком на 7 лет, по п. "б", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ - на 8 лет и на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ на 9 лет лишения свободы.

Коллегия исключила указание о назначении С. наказания по совокупности преступлений с учетом того, что все пункты ч. 2 ст. 162 УК РФ, по которой он осужден, входят в одну часть данной статьи и не имеют своих санкций, в связи с чем суд не вправе был назначить наказание отдельно по каждому пункту одной части статьи, а затем по совокупности преступлений.

Чрезвычайно широко распространены факты назначения наказания по совокупности приговоров, когда лицо по предыдущему приговору наказание уже отбыло либо подлежало освобождению от отбытия наказания по амнистии.

Продолжаются нарушения закона о назначении наказания по совокупности преступлений по правилам, предусмотренным ч. 5 ст. 69 УК РФ, в соответствии с которыми сложение не допускается, если в отношении условно осужденного лица будет установлено, что оно виновно еще и в другом преступлении, совершенном до вынесения приговора по первому делу. В таких случаях приговоры по первому и второму делу исполняются самостоятельно.

Неединичны случаи, когда лицам, совершившим тяжкие преступления, представляющие повышенную общественную опасность, необоснованно назначались мягкие меры наказания.

Так, по приговору Талнахской сессии Норильского городского суда К. осуждена по ч. 4 ст. 228 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно за четыре эпизода сбыта героина в особо крупном размере.

Дудинским городским судом к условной мере наказания осуждена П., хроническая алкоголичка, которая совместно с Ч. на почве пьянки и ссоры избила П. и нанесла ему удар бутылкой по голове, причинив тяжкий вред здоровью, что повлекло наступление смерти по неосторожности (ч. 4 ст. 111 УК РФ).

Судебная коллегия отменила данные приговоры, указав на несоответствие наказания тяжести и общественной опасности совершенных преступлений.

Допускались ошибки, связанные с определением режима исправительного учреждения.

Курагинский суд назначил Р., осужденному по ч. 1 ст. 105 УК РФ, отбывание лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, тогда как преступление Р. совершил в несовершеннолетнем возрасте и потому как лицо, достигшее к моменту вынесения приговора совершеннолетия, подлежал направлению в колонию общего режима.

Свердловский районный суд назначил А., осужденному по ч. 1 ст. 228 УК РФ, для отбывания наказания колонию - поселение, но не учел, что наказание ему назначено по совокупности приговоров, в которую входит преступление не только средней тяжести, но и тяжкое (ст. 158 УК РФ). Поэтому А. должен отбывать наказание в колонии общего режима.

Свердловский же суд назначил осужденной по ч. 1 ст. 105 УК РФ РФ колонию строгого, а не общего режима, при отсутствии особо опасного рецидива.

 

ОТМЕНА

ОПРЕДЕЛЕНИЙ О НАПРАВЛЕНИИ ДЕЛ ДЛЯ ПРОИЗВОДСТВА

ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ

 

Согласно статистическим данным в 2001 году отменено 321 определение о направлении дел на доследование.

Как известно, основания для направления дел на дополнительное расследование несколько изменились, и это связано с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 1999 года N 7-П, в соответствии с которым суду запрещено по собственной инициативе направлять дела для дополнительного расследования по мотивам неполноты односторонности предварительного следствия.

В то же время некоторые суды вопреки этому Постановлению продолжали практику, по существу направляя дело для дополнительного расследования по мотиву неполноты предварительного следствия, а формально ссылаясь на существенные нарушения УПК РСФСР, но не приводя никаких аргументов для дополнительного расследования.

Так, отменено определение Свердловского районного суда г. Красноярска по делу В. и М.

Вынося определение, суд первой инстанции ограничился констатацией того, что, по их мнению, органы следствия не конкретизировали действия обвиняемых.

Однако, по мнению кассационной инстанции, постановления о привлечении в качестве обвиняемых и обвинительное заключение не дают основание для такого вывода.

Октябрьский районный суд, направляя дело по обвинению С. по ч. 2 ст. 158 УК РФ на дополнительное расследование, указал в определении, что ходатайство адвоката о направлении дела на доследование в связи с неполнотой предварительного расследования и существенным нарушением норм УПК является обоснованным. Но при этом вообще не указал, в чем выразилась неполнота предварительного следствия, а также какие нарушения уголовно - процессуального закона были допущены при расследовании. В связи с немотивированностью определения оно было отменено.

Ачинский городской суд по собственной инициативе направил для дополнительного расследования дело в отношении Е. по мотиву необходимости предъявления Е. более тяжкого обвинения.

Как отметила судебная коллегия, отменяя данное определение, ставить вопрос о предъявлении более тяжкого обвинения могли лишь потерпевшие и представитель государственного обвинения.

Ошибки судов при направлении дел для производства дополнительного расследования выражались в преждевременности выводов о необходимости проведения дополнительного расследования без исследования всех доказательств, представленных органами следствия, попытке переложить на органы следствия проведение тех мероприятий, которые суд сам мог провести в ходе судебного заседания, указание на необходимость выяснения следствием тех обстоятельств, которые требуют лишь оценки суда.

Ленинский районный суд возвратил дело по обвинению П. в незаконном приобретении и хранении наркотических средств без цели сбыта в крупном размере в связи с неустановлением данных о личности обвиняемого.

Как видно из дела, обвиняемый первоначально назвался по фамилии Б., а впоследствии, в том числе копией свидетельства о рождении, было установлено, что фамилия его по отцу П. С целью установления данных о личности обвиняемого были допрошены его родственники - мать, тетя, проведено опознание и судебно - медицинская экспертиза, вследствие чего органы предварительного расследования пришли к выводу, что П. и Б. - одно и то же лицо, и вынесли постановление об уточнении анкетных данных.

При таких обстоятельствах кассационная инстанция, соглашаясь с доводами протеста, определение суда отменила.

Преждевременным признано определение Кировского районного суда о направлении на дополнительное расследование дела в отношении Р., обвиняемого в грабеже и краже.

Суд, фактически не начав исследование доказательств, не допросив свидетелей, предложил органам следствия увеличить объем обвинения, вменив Р. дополнительно квалифицирующий признак кражи: совершение преступления группой лиц по предварительному сговору. Предложив восполнить неполноту следствия, суд, однако, свои задачи по данному делу не выполнил.

Не всегда коллегия соглашалась с выводом суда первой инстанции о направлении дела на дополнительное расследование ввиду существенного нарушения уголовно - процессуального закона.

Несмотря на то что в обзоре кассационной практики за 1 полугодие 2001 года обращалось внимание судей на то, что компенсация морального вреда, причиненного хищением имущества, законом не предусмотрена, некоторые судьи продолжали эту практику, приводящую к изменению приговоров.

Следует иметь в виду, что в соответствии со ст. 151 и ст. 1099 ГК РФ компенсация морального вреда допускается, когда совершаются действия, посягающие на личные неимущественные права гражданина либо на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Возможность компенсации морального вреда, причиненного хищением, законом не предусмотрена.

В соответствии с законом характер и размер ущерба, причиненного преступлением, подлежат доказыванию, о чем суды в отдельных случаях забывают.

Так, Кировским судом осужден Н., который завладел автомобилем "Мицубиси - галант", не справился с управлением и врезался в дерево, причинив потерпевшему крупный ущерб в сумме 335265 рублей.

Взыскивая с осужденного указанную сумму, суд не учел, что в деле имелось два заключения автотехнической экспертизы, по одному из которых затраты на ремонт автомобиля составляют 288078 рублей, а по другому - 335265 рублей.

Указанные противоречия подлежали устранению при разрешении гражданского иска, что судом сделано не было.

Кроме того, вопреки ч. 2 ст. 15 и ст. 1082 ГК РФ судом не было выяснено у потерпевшего, намеревался ли он восстановить поврежденный автомобиль или согласен на возмещение его стоимости. Выяснение этого обстоятельства влияло на правильное разрешения вопроса на возмещение ущерба.

Ленинский районный суд по делу Б. взыскал с осужденного в пользу Л. 2000 рублей, в то время как судом установлено, что Е. помог неустановленной женщине, похитившей плащ Л., сбыть его. Действия его были квалифицированы по ч. 2 ст. 175 УК РФ.

Поскольку Б. хищение не совершал, ущерб потерпевшей не причинял, он не мог нести материальной ответственности за ущерб, причиненный хищением. Указание о взыскании с него 2000 рублей исключено из приговора.

В данном обзоре нашли отражение наиболее характерные факты нарушения уголовного и уголовно - процессуального законодательства, послужившие основанием к отмене или изменению приговоров.

Судам необходимо принять меры по повышению качества рассмотрения уголовных дел, обратить внимание на необходимость точного соблюдения закона.

 

Обзор составила

судья

Красноярского краевого суда

Е.Г.КИЕВСКАЯ

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь