Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

РЯЗАНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

 

ОБЗОР НАРУШЕНИЙ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНА,

ДОПУСКАЕМЫХ ОРГАНАМИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ

 

Во исполнение указания Верховного Суда Российской Федерации о необходимости постоянного и систематического анализа нарушений процессуального закона, допускаемых органами предварительного расследования, которые влияют на сроки и качество рассмотрения судами уголовных дел, Рязанский областной суд направил соответствующее задание районным (городским) судам - представить информацию за первое полугодие 2003 года о выявленных недостатках при расследовании дел.

Не представили требуемой информации Захаровский, Путятинский и Сараевский районные суды.

Председатели пяти районных судов (Кадомского, Пронского, Путятинского, Чучковского и Шацкого) ответили, что следователи и работники органов дознания нарушений процессуального законодательства при расследовании не допускали.

Председатель Спасского районного суда сообщил, что отдельные нарушения процессуального законодательства в стадии предварительного расследования имели место, но существенного влияния на качество и сроки рассмотрения дел и материалов они не оказали, так как были устранены в установленном законом порядке.

Из полученных справок-информаций явствует, что случаи разнообразных нарушений процессуального законодательства со стороны следственных работников, которые снижают качество судопроизводства в целом и являются в ряде случаев неустранимыми при отсутствии института дополнительного расследования, наблюдались в большинстве районов области на всех этапах предварительного расследования, начиная от доследственной проверки и возбуждения уголовных дел и вплоть до направления их в суды и возвращения прокурору после проведенного предварительного слушания.

Эти нарушения выражались в следующем:

1. В ряде случаев не соблюдались сроки и порядок рассмотрения сообщений о преступлениях.

Согласно ст. 144 УПК РФ органы расследования и прокурор обязаны проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении и принять по нему решение в срок не позднее 3 суток со дня поступления сообщения. Прокурор, начальник следственного отдела и органа дознания вправе по ходатайству следователя, дознавателя продлить до 10 суток срок доследственной проверки. Однако установленные законом сроки зачастую нарушаются.

В Старожиловском районе по делу Б-ко, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ, материалы проверки из органа дознания поступили в следственное отделение ОВД через 13 дней после принятого сообщения, а дело возбуждено еще через несколько дней.

В отношении П-ова дело возбуждено через 8 дней после регистрации сообщения, причем продление срока проверки с начальником органа дознания согласовано не было.

Это дело было возбуждено 23 августа 2002 года, а в качестве подозреваемого П-ов допрошен был в нарушение п. 1 ч. 2 ст. 46 УПК РФ только через неделю - 30 августа, тогда как закон предписывает делать это в течение 24 часов.

Аналогичные нарушения допускались и по иным делам, а также в других районах области.

2. Требования закона, обязывающие органы дознания при наличии признаков преступления возбуждать уголовное дело и производить неотложные следственные действия по закреплению следов преступления и установлению лица, его совершившего, не всегда соблюдаются. Это же правило о необходимости оперативного проведения следственных действий распространяется и на следователей по делам, подследственным следователям МВД, прокуратуры и др. следственных органов, которые первоначальные действия проводят нередко с существенными нарушениями.

По делу Б-ова (Октябрьский район г. Рязани), обвиняемого по п. "б, в" ч. 2 ст. 131 УК РФ, осмотр места происшествия вместо немедленного проведения после поступившего от потерпевшей заявления об изнасиловании 9 августа 2002 года был произведен только 28 октября и, естественно, результаты его не имели никакого доказательственного значения.

В нарушение ст. 176 УПК следователь прокуратуры Сасовского района осмотр места происшествия по делу Ч-ева, обвиняемого по ч. 4 ст. 111 УК РФ, провел поверхностно, схему не составил, фотографирование в доме не производил.

При расследовании дела в отношении Ч-ина (ст. 264 ч. 3) следователь Сасовского ОВД в протоколе осмотра не отразил состояние дорожного покрытия, что имело существенное значение для правильного разрешения дела.

По двум последним делам при рассмотрении в суде для установления обстоятельств, касающихся места происшествия, пришлось допрашивать следователей, а по второму делу после допроса назначать автотехническую экспертизу, что привело к значительной затяжке рассмотрения дела по существу.

В ряде случаев, когда по "горячим следам" требовалось проведение очных ставок для устранения значительных противоречий в показаниях потерпевшего и подозреваемого, они не проводились, что привело к отказу обвиняемого от своих первоначальных показаний или к их изменению.

3. Нередко в протоколах допроса данные о личности обвиняемых, потерпевших, свидетелей заполняются небрежно, в них не отражаются важные сведения, а сами допросы производятся схематично, поверхностно, без выяснения необходимых подробностей, имеющих существенное доказательственное значение.

Предъявив обвинение Б-ову и С-ову по ст. 162 ч. 2 и 163 ч. 2 УК РФ, следователь, игнорируя требования ст. 171, 173 УПК РФ, тактические и методические правила допроса обвиняемого, по существу не допросил обоих обвиняемых по вмененным им эпизодам вымогательства, ограничившись записью в протоколе допроса, что "в постановлении все указано правильно". В судебном заседании подсудимые виновными себя по этим эпизодам не признали и были оправданы по ч. 2 ст. 163 УК РФ - из-за отсутствия в деле показаний их на предварительном следствии и невозможности в связи с этим их оглашения в судебном заседании.

В отношении подсудимого К-ова (ст. 158 ч. 2 УК) в обвинительном заключении было указано, что он содержится под стражей в учреждении ИЗ-62/1 г. Рязани. В судебном заседании установлено, что еще во время проведения предварительного следствия по делу К-ов был осужден Моршанским судом Тамбовской области за другое преступление и отбывает наказание в учреждении ЯМ-401/4, а по данному делу в отношении него избрана мера пресечения - подписка о невыезде. Поэтому на неоднократные требования суда конвой его не доставлял, ибо в следственном изоляторе г. Рязани его не было. При направлении дела в суд прокурор за судом его в соответствующем исправительном учреждении не перечислил, что повлекло неоднократное отложение дела слушанием (Сасовский район).

Нередко в справках, приложенных к обвинительному заключению, неправильно указываются адреса потерпевших, свидетелей и др. участников процесса, что также оказывает отрицательное влияние на сроки рассмотрения уголовных дел судами (Советский суд г. Рязани, Шиловский районный суд и др.).

4. Со стороны многих следователей наблюдается достаточно невнимательное отношение к подготовке и проведению таких важных следственных действий, как составление постановления о привлечении в качестве обвиняемого, допрос лица в качестве обвиняемого по каждому эпизоду и составу преступления, предъявление нового обвинения в случае его изменения или необходимости указания в формулировке новых отягчающих или смягчающих обстоятельств, что является нарушением требований ст. 171, 173, 174, 175 УПК РФ.

В частности, в п. 4 ст. 171 УПК содержится положение о том, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого должно найти отражение описание преступного деяния с указанием места, времени, способа совершения преступления, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ (предмет доказывания).

По делу в отношении Т-ева, обвиняемого по ст. 158 ч. 3 УК РФ, в заседании Шиловского районного суда установлено, что временем кражи являлась ночь на 20 октября 2002 года, а не 20 ноября, как было указано в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, в связи с чем действия его следовало квалифицировать по п. "а, б, в" ч. 2 ст. 158 УК РФ в редакции Федерального закона от 05.06.1996.

Однако из-за допущенной следователем ошибки новое обвинение Т-еву предъявлено не было (как требует ст. 175 УПК РФ) в соответствии с правильной квалификацией содеянного и изменением законодательства от 05.11.2002.

По делу, рассмотренному тем же судом в отношении Х-ова, Д-та, Т-ева, в сумму ущерба, причиненного кражей, включены товары, которые были не похищены, а испорчены; в числе вещественных доказательств указаны деньги и вещи, которые по материалам дела ни у кого не изымались, оценка стоимости вещественных доказательств не производилась; товары, пригодные для реализации, потерпевшей стороне не возвращены. В результате реальный размер причиненного ущерба, подлежащего взысканию с виновных, следователем в обвинительном заключении определен неправильно.

Обвиняемому М-ину, который из дома своей знакомой С-вой совершил кражу денег в сумме 10 тысяч рублей и куртки, следователь в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого не вменил в вину квалифицирующий признак "неоднократность", хотя в материалах дела имелись сведения о том, что в 1999 году он был судим за аналогичные преступления к лишению свободы и судимости за эти преступления не погашены и не сняты.

Судом возвращено прокурору из предварительного слушания дело по обвинению Г-вой по ч. 1 ст. 199 УК РФ. В постановлении о привлечении ее в качестве обвиняемой сущность обвинения не изложена. Ей вменялось в вину то обстоятельство, что, являясь частным предпринимателем без образования юридического лица, она нарушила отдельные положения Закона Рязанской области "О едином налоге на вмененный доход для определенных видов деятельности". Однако, какие нарушения аналогичного федерального закона и Налогового кодекса ею были допущены, в постановлении не указано.

Повторно в суд данное дело не направлялось (Кораблинский район).

По делу С-ова и В-ина (Сасовский район) формулировка предъявленного обвинения по ч. 2 ст. 158 УК отличалась от резолютивной части обвинительного заключения. В частности, не был указан квалифицирующий признак кражи "проникновение в жилое помещение".

После проведения предварительного слушания дело было возвращено прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом. Вторично дело поступило в суд через месяц вместо установленных ст. 237 УПК РФ 5 суток. Все это время обвиняемые значились за судом, так как следователем срок следствия не продлевался.

Предъявив обвинение З-еву по ч. 1 и 4 ст. 228 УК РФ, следователь следственного отделения Скопинского ОВД в нарушение ст. 171 и 220 УПК РФ в процессуальных документах не указал точное место, где обвиняемый собирал растения мака, его конкретные действия по изготовлению наркотика, т.е. способ получения, не провел такое следственное действие, как проверка показаний обвиняемого на месте; в ходе расследования не устанавливались знакомые З-ева, которые обучали его перерабатывать экстракт маковой соломки.

Подобные же нарушения отмечены в деятельности следственных работников Советского района г. Рязани, а также Пителинского, Михайловского, Касимовского, Шиловского и др. районов области.

5. Недостаточно ответственно относятся некоторые следователи к избранию меры пресечения обвиняемым, совершившим тяжкие преступления.

По уголовному делу в отношении П-ова, привлеченного к ответственности по п. "а" ч. 2 ст. 162 УК РФ (разбой), избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде.

П-ов, извещенный заблаговременно и надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, 30 декабря 2002 года в суд не явился, в связи с чем Рыбновским судом мера пресечения ему была изменена на заключение под стражу. Он был объявлен в розыск, производство по делу приостановлено. Дело до сего времени не рассмотрено.

Аналогичные факты имели место в Старожиловском районе, где розыск объявлен по двум делам в начале текущего года в связи с тем, что подсудимые С-ов и О-ина скрылись от суда.

В Касимовском районе приостановлено производство по 5 делам в отношении обвиняемых, совершивших тяжкие преступления в период испытательного срока при условном осуждении и находившихся до направления дел под подпиской о невыезде.

Отсюда следует, что мера пресечения в ряде случаев избиралась обвиняемым в нарушение требований ст. 97 - 99 УПК РФ (без учета личности обвиняемых, тяжести предъявленного обвинения и перспективы назначения им наказания).

6. В новом УПК РФ по-иному, чем в ранее действовавшем УПК РСФСР, решается вопрос о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям:

- в связи с примирением сторон (ст. 25);

- в связи с изменением обстановки (ст. 26);

- в связи с деятельным раскаянием (ст. 28).

Соответственно Уголовный кодекс РФ в гл. 11 "Освобождение от уголовной ответственности" (ст. 76, 77 и 75) предусматривает аналогичные основания, когда на любой стадии уголовного судопроизводства дело может быть прекращено.

Предоставлено такое право в силу указанных статей и должностным лицам органов расследования, но только с согласия прокурора.

Однако следователи и дознаватели нередко оставляют без ответа ходатайства о прекращении уголовного дела при наличии юридических и фактических оснований к их удовлетворению (в нарушение ст. 159 УПК) и направляют дела в суд, где они прекращаются в предварительном слушании, в судебном заседании или на более поздних стадиях уголовного процесса.

По делу А-ева (ст. 213 ч. 1 УК РФ) от потерпевшей М-вой поступило несколько письменных ходатайств о прекращении дела за примирением сторон. Однако в нарушение ст. 122 и ч. 3 ст. 159 УПК РФ дознаватель ОВД Сасовского района никакого постановления не вынес, чем нарушил права потерпевшей на обжалование. Дело направили в суд, и судья вынужден был назначить судебное разбирательство, где дело было прекращено, хотя основания для этого возникли еще в процессе дознания.

Аналогичные факты отмечены и в Ермишинском районе, в связи с чем суд вынес частное определение.

Касимовским районным судом в 2002 году прекращено 47 уголовных дел (25 % от числа рассмотренных), поступивших с обвинительным заключением (актом), в том числе 33 дела - за примирением сторон, 9 дел - в связи с изменением обстановки.

Вместе с тем в справках судов отмечается немало фактов противоположного характера, когда должностные лица органов расследования отказывают в возбуждении уголовного дела или выносят постановления о прекращении дела беззаконных оснований, при наличии в действиях отдельных лиц признаков преступлений, в том числе тяжких, т.е. по существу безосновательно освобождают виновных лиц от уголовной ответственности по своему произволу. Иногда это делается под видом выделения материалов в отдельное производство, причем обычно в дальнейшем расследование по делу и розыск подозреваемых не производится, а некоторое время спустя дело прекращается.

К сожалению, подобные решения работниками следствия практикуются при попустительстве прокурорского надзора, чем нарушается процессуальный принцип обязательности уголовного преследования от имени государства, закрепленный в ст. 21 и других статьях УПК РФ.

Следователем прокуратуры Железнодорожного района г. Рязани предъявлено обвинение М-ову в совершении изнасилования и насильственных действий сексуального характера вместе с Л-вым, однако последнему п. "б" ч. 2 ст. 131 УК РФ, т.е. квалифицирующий признак совершения данных преступлений "группой лиц по предварительному сговору", вменен не был, что повлекло по инициативе прокурора смягчение обвинения и М-ову.

По данному делу в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства установлено, что во время совершения осужденными преступлений в отношении потерпевших В. и К. там же присутствовал К-ов, который удерживал их на даче Л-ова, угрожал им ножом, демонстрируя его и приставив к горлу одной из потерпевших. Однако уголовное преследование в отношении его было прекращено по мотивам добровольного отказа от изнасилования, а фактически совершенным им действиям никакой юридической оценки не дано.

Подобные же факты незаконного прекращения уголовных дел отмечены в Новодеревенском, Старожиловском, Касимовском, Рыбновском и др. районах.

А-ев осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ за приобретение у П-ова Р.Ю. 0,061 гр. героина, т.е. в крупном размере.

Материалы в отношении П-ова следователь Касимовского ОВД выделил в отдельное производство. Однако дело на него в течение года после осуждения А-ева в суд не поступило.

7. В ряде случаев следователи необоснованно смягчали фактические действия лиц, совершивших преступления, давая им неправильную юридическую оценку в нарушение интересов потерпевших.

Действия Ж-ова и В-ко, совершивших ограбление с избиением потерпевшего, были квалифицированы по п. "а, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, хотя судебно-медицинская экспертиза на предмет установления характера и степени интенсивности насилия, примененного к потерпевшему, и причиненного вреда его здоровью в нарушение ст. 196 УПК РФ, предусматривающей обязательные случаи назначения экспертизы, не проводилась, что повлияло на возмещение вреда потерпевшему и правильную квалификацию преступления (Железнодорожный район г. Рязани).

Следователь Ермишинской прокуратуры квалифицировал действия А-ина как покушение на изнасилование без отягчающих обстоятельств, хотя потерпевшая М. являлась заведомо несовершеннолетней, 1988 года рождения, что давало основание для более тяжкой квалификации данного преступления.

По этому делу следователь в нарушение ч. 3 и 4 ст. 42 УПК РФ не разъяснил потерпевшей и ее законному представителю М-вой Н.И. их право на предъявление гражданского иска в рамках уголовного дела, что повлекло нарушение их прав, поскольку по действующему процессуальному закону (ч. 2 и 3 ст. 44 УПК РФ) гражданский иск предъявляется после возбуждения уголовного дела, но до окончания предварительного расследования. Только при таком условии он должен быть разрешен при рассмотрении уголовного дела.

В противном случае для потерпевших возникают дополнительные трудности при рассмотрении иска в порядке гражданского судопроизводства.

8. Важнейшее место в процессуальной деятельности должностных лиц органов расследования занимает обеспечение прав участников судопроизводства, своевременное и правильное рассмотрение заявленных ходатайств и жалоб. В особенности это касается потерпевших, свидетелей, гражданских истцов и ответчиков, их представителей, понятых, поскольку они в большинстве случаев лишены возможности пользоваться услугами и консультациями адвокатов.

Формальное отношение к положениям закона и игнорирование прав и интересов этих граждан приводит к неполноте расследования, которая не может быть восполнена в судебном заседании, и вследствие этого причиняется непоправимый ущерб правосудию.

По делу Г-ева, обвиняемого по ч. 4 ст. 111 УК РФ, потерпевшая умерла через 3 дня после причиненных ей телесных повреждений, однако в ходе расследования следователь Сасовской прокуратуры не принял мер к установлению ее родственников и признанию кого-либо из них ее законным представителем, что пришлось делать суду.

В ходе рассмотрения уголовного дела по обвинению К-ина (ст. 264 ч. 2 УК РФ) следователь Милославского ОВД отказал потерпевшему в приеме искового заявления о возмещении материального ущерба и неправильно разъяснил ему, что с заявлением следует обратиться в суд, что является существенным нарушением прав потерпевшего (ст. 42, 44 УПК) и свидетельствует о незнании следователем закона, который в этой части претерпел изменение.

В отношении В-ова, которому обвиняемый С-ов нанес на почве ревности удар консервным ножом, угрожая убийством, дознаватель Кораблинского ОВД не оформил постановление о признании его потерпевшим, не разъяснил процессуальные права и обязанности, предусмотренные ст. 42 УПК РФ, не ознакомил его с постановлением о назначении судебно-медицинской экспертизы, с заключением эксперта и с материалами проведенного дознания, чем нарушил требования ст. 198 и 216 УПК РФ.

При расследовании уголовного дела М-ика по п. "а, в" ч. 2 ст. 158 УК РФ следователь не разъяснил права потерпевшего представителю юридического лица ДГУП "П" Приокского завода цветных металлов г. Касимова, в результате гражданский иск при его очевидности на предварительном следствии предъявлен не был.

Аналогичные факты нарушения процессуальных прав потерпевших и гражданских истцов отмечались в практике работы следственных органов Новодеревенского, Шиловского, Московского, Ермишинского, Советского и др. районов.

При рассмотрении уголовного дела в отношении К-ева и других, обвиняемых по п. "а" ч. 2 ст. 213 УК РФ, выяснилось, что потерпевшему Г-ну право на ознакомление с материалами уголовного дела по окончании предварительного расследования не разъяснено, подпись в протоколе ознакомления выполнена другим лицом, а из материалов дела исчезло исковое заявление потерпевшего. По поводу этих нарушений судья вынес частное постановление (Московский район г. Рязани).

По уголовным делам о преступлениях против личности, общественной безопасности, имущественных преступлениях при наличии оснований для проведения различного рода экспертиз таковые органами предварительного расследования не проводились, а заявленные стороной защиты ходатайства необоснованно отклонялись, что является нарушением ст. 159 УПК РФ. Поэтому суды были вынуждены возвращаться к рассмотрению ходатайств, что, как правило, приводит к значительному затягиванию судебных процессов, а нередко и к длительному содержанию под стражей подсудимых в следственном изоляторе.

По делу Р-ова, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. "в" ч. 3 ст. 132 УК РФ, Касимовский городской суд назначил по делу амбулаторную психолого-психиатрическую экспертизу, ходатайство о проведении которой заявлялось защитой на предварительном следствии, но было необоснованно отклонено.

Без достаточных оснований отказывается в удовлетворении ходатайств о проведении других необходимых следственных действий в нарушение ч. 2 ст. 159 УПК РФ, что влечет за собой нарушение прав участников процесса и сроков разрешения уголовных дел.

9. В наибольшей степени на соблюдение судами сроков рассмотрения уголовных дел влияют нарушения, допускаемые должностными лицами органов предварительного расследования, связанные с выполнением положений закона об обязательном назначении судебных экспертиз (ст. 196 УПК РФ) и прав участников процесса при назначении и производстве судебной экспертизы.

Указанные нарушения чаще всего вызваны тем, что следствие по некоторым делам проводится беспланово, и следователи вспоминают о необходимости назначения экспертизы лишь к концу установленного срока расследования и содержания обвиняемого под стражей, а обращаться к прокурору с ходатайством о продлении срока чревато для них неблагоприятными последствиями. В свою очередь прокуроры должным образом надзор за расследованием сложных и многоэпизодных дел не осуществляют.

По этим же причинам отклоняются правомерные ходатайства со стороны защиты и потерпевших о проведении других следственных действий в целях объективного установления важных для дела обстоятельств.

По делу К-ева и других, обвиняемых по ч. 4 ст. 111 и п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ, следствие по которому проводилось прокуратурой Ряжского района, Ухоловский районный суд по ходатайству защиты назначил две экспертизы - судебно-психиатрическую и почерковедческую, хотя необходимость их проведения была очевидна и во время предварительного расследования. Обе экспертизы дали заключение в пользу подсудимых. Невыполнение следствием своей обязанности привело к тому, что дело второй год находится в производстве районного суда.

Следственным органом Шиловского ОВД не были проведены судебно-психиатрическая и наркологическая экспертизы К-ову (ст. 162 ч. 2, п. "б, в, г" УК РФ), хотя обвиняемый вел себя неадекватно, имел травмы головы, заявлял о провалах памяти, стоял на учете у врача-нарколога (следствие по делу проводилось 3 месяца). Проведенная судом психиатрическая экспертиза дала заключение о невменяемости подсудимого в момент совершения инкриминируемых ему общественно-опасных действий и признала его нуждающимся в принудительном лечении в психиатрическом стационаре специального типа. В результате принятие судом решения затянулось более чем на 3 месяца.

После назначения тем же судом психиатрической экспертизы А-еву подсудимый скрылся и до сего времени не разыскан.

Советским районным судом г. Рязани была назначена судебно-медицинская экспертиза К-ову (ст. 166 ч. 1 УК РФ), так как в подготовительной части судебного заседания стало известно, что в связи с заболеванием в марте 2000 года органов слуха он не слышит задаваемых ему вопросов и разъяснения процессуальных прав. Эта экспертиза на предварительном следствии, которое проводилось около 2 лет, не назначалась.

По делу К-ова (ст. 105 ч. 1 УК РФ) Шиловский районный суд последовательно назначил сначала амбулаторную (28 ноября 2002 года), а затем стационарную (24 марта 2003 года) судебно-психиатрические экспертизы, хотя очевидно, что это должен был сделать следователь. Разумеется, все это время подсудимый числился за судом. Дело до сих пор не рассмотрено.

Следователем Сасовской прокуратуры были необоснованно отклонены ходатайства обвиняемых В-ева и А-ева (ст. 263 ч. 3 УК РФ) и их защитников о дополнительном осмотре места происшествия с участием обвиняемых и потерпевших, проведении комиссионной судебно-биологической экспертизы вещественных доказательств. Не проверялась в ходе следствия версия, выдвинутая обвиняемым В-вым, о принадлежности обнаруженных следов крови в автомобиле А-ева и на лестнице Сасовского ОВД его родственнице В-вой, в связи с чем потребовалось назначение судебно-медицинской экспертизы, проведению которой предшествовал тщательный медицинский осмотр свидетеля.

Суду пришлось за следователя проводить и судебно-биологическую экспертизу, и другие следственные действия, а также допрашивать в качестве свидетеля самого следователя относительно недобросовестно составленных протоколов. По поводу допущенных недостатков предварительного следствия вынесено частное определение. Аналогичные нарушения отмечены также в Кораблинском, Пителинском, Михайловском и ряде других районов.

Таким образом, разнообразные ошибки и нарушения закона со стороны должностных лиц следственных органов, неразъяснение и необеспечение прав участников процесса, формальное отношение к разрешению заявленных ходатайств, их игнорирование зачастую приводят к неполноте расследования, которая не может быть восполнена в судебном заседании, а также незаконному освобождению от ответственности отдельных участников преступных действий. Последствием таких пробелов следствия является нарушение сроков принятия окончательного решения по делам не по вине судов на несколько месяцев.

10. По большинству уголовных дел должностные лица органов предварительного расследования забывают об обязанности, возложенной на них ст. 115 УПК РФ, принимать меры к обеспечению исполнения приговора в части гражданского иска и с ходатайством в суд о наложении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или иных лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия, не выходят. Если же это делается, то работники следственных органов сами данное следственное действие, как правило, не проводят, поручая его оперативным сотрудникам милиции, которые фактически опись имущества надлежащим образом не проводят, ограничиваясь формальным составлением протокола об отсутствии у лица имущества, подлежащего описи, что впоследствии значительно затрудняет работу судебных приставов.

В справке Милославского районного суда отмечается, что по уголовным делам по обвинению М-ова (ст. 264 ч. 1 УК РФ); Ш-ова (ст. 264 ч. 2 УК РФ); П-ной (ст. 160 ч. 2 УК РФ) не были приняты меры, обеспечивающие возмещение материального и морального вреда, причиненного преступлениями, а по делу М-ова даже не устанавливалось лицо, которое должно нести ответственность за ущерб, причиненный виновным, что не позволило суду рассмотреть гражданский иск в рамках уголовного дела.

По делу К-ина (ст. 264 ч. 2 УК РФ), несмотря на то, что легковая автомашина, на которой было совершено дорожно-транспортное происшествие, находилась в милиции, следователь в течение более чем двухмесячного срока расследования в суд с ходатайством о наложении ареста на автомашину в обеспечение возмещения вреда потерпевшему не обратился, что сделало невозможным рассмотрение в суде гражданского иска.

В ряде случаев следователи не разъясняли гражданским истцам и потерпевшим требования ст. 44 УПК РФ - право на предъявление гражданского иска в процессе расследования уголовного дела.

По уголовному делу по обвинению несовершеннолетнего О-ва в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 158 УК РФ, к участию в деле в качестве гражданских ответчиков не были привлечены родители подростка, поскольку последний какого-либо имущества, необходимого для возмещения ущерба, не имеет.

Аналогичные нарушения наблюдались в практике следователей Новодеревенского, Кораблинского, Московского, Железнодорожного, Касимовского, Шиловского, Сасовского и др. районов.

11. При расследовании дел о преступлениях несовершеннолетних, а также при допросе несовершеннолетних и свидетелей не всегда соблюдаются установленные ст. 425 и 191 УПК РФ правила об участии педагога и законного представителя в проводимых следственных действиях с этими лицами.

Обвиняемому П-еву, имевшему возраст 14 лет, в ходе следствия обвинение предъявлялось без участия педагога. Кроме того, в нарушение требований ст. 421 УПК РФ не были выяснены условия его жизни и воспитания, уровень психического развития и иные особенности личности. В деле отсутствовали протоколы допроса его матери как законного представителя, учителей, характеристика из школы.

При допросе в судебном заседании педагог-психолог сделал вывод об его отставании в психическом развитии, а назначенная судебно-психологическая экспертиза установила у него отставание в психическом развитии, не связанное с психическим расстройством, в связи с чем дело в отношении П-ева, обвиняемого по ст. 158 ч. 2 УК РФ, было прекращено на основании ч. 3 ст. 20 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления (Сасовский район).

Несовершеннолетний П-ов, обвиняемый по ч. 3 ст. 131 УК РФ, также допрашивался на предварительном следствии без педагога, как и 13-летняя потерпевшая. В отношении подсудимого и потерпевшей была назначена судебно-психологическая экспертиза, хотя это являлось обязанностью органов предварительного следствия, что привело к отложению дела.

Такие же нарушения допускали следственные органы Ермишинского, Московского, Шиловского, Кораблинского и др. районов.

12. При нарушении сроков расследования следователи выносили постановления о приостановлении производства по надуманным основаниям, либо по некоторым эпизодам преступлений выделяли материалы дела в отдельное производство, занижая объем обвинения и освобождая известных соучастников преступных действий от ответственности.

По делу Б-ова (ст. 264 ч. 1 УК РФ), в связи с тем, что были нарушены сроки расследования и следствие незаконно приостанавливалось, адвокат заявил ходатайство о направлении дела на дополнительное расследование (Михайловский район).

Нарушения подобного характера допускались следственными органами Касимовского, Шиловского, Железнодорожного, Милославского, Советского и др. районов.

В уголовном деле Я-ова (ст. 228 ч. 1 УК РФ), являющегося инвалидом 2 группы по психическому заболеванию, отсутствовали данные об его психическом состоянии, и в нарушение ст. 51 УПК РФ ему на предварительном следствии не был назначен защитник. Такие же нарушения допущены на следствии по делу Б-ова, обвиняемого в совершении разбойного нападения (Михайловский район).

13. Много нарушений допускается должностными лицами органов расследования на заключительном этапе следствия: при ознакомлении участников процесса с материалами уголовного дела, направлении дела прокурору, а затем - на рассмотрение суда.

В ряде случаев обвиняемым, потерпевшим и другим участникам судопроизводства не разъясняется их право ходатайствовать о проведении предварительного слушания в порядке, предусмотренном главой 15 УПК РФ; о возможности рассмотрения дела коллегиальным составом суда или в условиях особого порядка принятия судебного решения в соответствии с положениями главы 40 УПК РФ.

Имеют место случаи несоответствия резолютивной части обвинительного заключения предъявленному обвинению в ходе расследования, в связи с чем в судебном заседании обвинение изменялось в сторону, благоприятную для подсудимого. Так, по делу Ш-вой доказательства в обвинительном заключении по каждому эпизоду преступной деятельности не разграничены (Ермишинский район).

При составлении обвинительного заключения по делу братьев Р-нко А. и Д., один из которых являлся несовершеннолетним, в списке лиц, подлежащих вызову в суд, не был указан законный представитель подростка, нет требования о судимости старшего брата. Копии приговоров не заверены, а по последнему обвиняемому не указана дата вступления приговора в законную силу; судебно-психиатрическая экспертиза, в назначении которой имелась необходимость, проведена не была, что сделал суд. Рассмотрение дела братьев Р-нко А. и Д., обвиняемых в совершении краж, разбоя, угоне транспортных средств, затянулось более чем на 3 месяца (Шиловский район).

В нарушение требований ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении не всегда указываются обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, вид рецидива преступлений.

Прокуроры при утверждении обвинительного заключения эти ошибки не устраняют.

Необходимо отметить, что далеко не все следственные и прокурорские работники твердо усвоили положения нового уголовно-процессуального закона о том, что при ознакомлении участников процесса с материалами уголовного дела следователь обязан разъяснить им право на возбуждение ходатайств: о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей; о применении особого порядка судебного разбирательства; о проведении предварительных слушаний, а также то, что вручение обвинительного заключения (акта) - обязанность прокурора. Эти процессуальные правила соблюдаются не по всем делам.

Имеется немало фактов, когда следователи и дознаватели в целях сокрытия нарушения сроков расследования обязывают обвиняемого, потерпевшего подписывать чистый бланк о вручении им обвинительного заключения, а затем ставят на нем любую дату, которую указывают в справке о движении уголовного дела как приложении к обвинительному заключению. В результате, когда суд, начав рассмотрение дела, убеждается в том, что обвинительное заключение участникам процесса не направлено, он вынужден возвратить дело прокурору для исправления допущенных недостатков.

Все это приводит к затяжке рассмотрения дела судом, поскольку обвиняемый перечислен за этим органом.

Рязанским транспортным прокурором было направлено в Касимовский районный суд уголовное дело по обвинению А-ова и Г-ова по ч. 3 ст. 256 УК РФ (незаконная добыча водных животных и растений), по которому проводилось дознание ЛУВД на речном транспорте. При изучении дела установлено, что обвинительный акт утвержден зам. начальника ЛУВД 1 ноября 2002 года, тогда как обвиняемые знакомились с материалами уголовного дела вплоть до 4 ноября включительно. Утвержден обвинительный акт прокурором 6 ноября, а согласно справкам копии обвинительных актов вручены обвиняемым 4 ноября, т.е. до утверждения их прокурором. В предварительном слушании суду стало известно, что обвинительные акты не вручались обвиняемым вообще.

В связи с описанными нарушениями дело было возвращено прокурору для устранения недостатков. В результате дело, поступившее первоначально 12 ноября, вторично поступило в суд 16 декабря 2002 года.

Подобный факт нарушений имел место по уголовному делу в отношении Ф-вой (ст. 200 ч. 1 УК РФ).

Согласно расписке, имеющейся в деле, обвинительный акт обвиняемой Б-ой (ст. 158 ч. 2 УК РФ) был вручен 10 декабря 2002 года. В судебном заседании 24 декабря подсудимая заявила, что обвинительный акт ей домой принес сотрудник милиции 21 декабря, когда она уже получила повестку из Сасовского суда.

В этом районе отсутствовали сведения о вручении копии обвинительного заключения по нескольким делам, в связи с чем были назначены предварительные слушания. Суд вынес частные определения в адрес органов предварительного следствия и прокурора.

Подобные же факты невручения копий обвинительных заключений по направленным в суд делам имели место в практике Новодеревенской, Рязанской, Пителинской, Милославской, Железнодорожной прокуратуры.

Советским судом г. Рязани в течение второго полугодия 2002 года возвращено прокурору 12 уголовных дел по причине невручения обвиняемым копии обвинительного заключения и для устранения других нарушений. Характерно, что устранялись эти недостатки с грубым нарушением установленного ст. 237 УПК РФ пятидневного срока, а дело по обвинению С-еко и других по ч. 1 ст. 228 и п. "а, б, в" ч. 3 ст. 228 УК РФ, возвращенное судом прокурору для устранения нарушений уголовно-процессуального закона 25 декабря 2002 года, повторно поступило в суд лишь 27 марта 2003 года, т.е. спустя 3 месяца.

По большинству из указанных дел этого суда обвиняемые содержались под стражей.

Недостатки и ошибки предварительного расследования, выражающиеся в односторонности и неполноте следствия, необоснованном освобождении отдельных лиц от уголовной ответственности и занижении объема обвинения, нарушении процессуальных норм, отмеченные в настоящей справке, ранее являлись основанием для направления дела на дополнительное расследование.

Они свидетельствуют о ненадлежащем контроле руководителей следственных отделений и органов дознания и существенных пробелах в организации прокурорского надзора за расследованием преступлений. В условиях работы с новым уголовно-процессуальным законодательством число таких нарушений не уменьшилось, что несомненно отрицательно влияет на результаты судебного рассмотрения уголовных дел в плане вынесения законного, обоснованного и справедливого приговора и сроки судебного разбирательства, приводит к ограничению и ущемлению прав и интересов участников уголовного судопроизводства.

 

Коллегия по уголовным делам

Рязанского областного суда

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь