Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

КЕМЕРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

ОБЗОР

от 11 октября 2004 г. N 01-19/474

 

ОБЗОР НАДЗОРНОЙ ПРАКТИКИ КЕМЕРОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ЗА ПЕРИОД 1-ГО ПОЛУГОДИЯ 2004 ГОДА

 

Статистические данные движения надзорных жалоб и надзорных представлений свидетельствуют о наличии тенденции увеличения количества поступающих на рассмотрение в Кемеровский областной суд надзорных жалоб и представлений.

Так, за период 1-го полугодия 2004 года в Кемеровский областной суд поступило 1909 надзорных жалоб и представлений (1 полугодие 2003 года - 1325, 2 полугодие 2003 года - 1790).

Прежде всего, это связано с существенными изменениями и дополнениями уголовного и уголовно-процессуального законодательства, принятыми федеральными законами от 08.12.03 N 161-ФЗ и N 162-ФЗ, и возникшей в связи с этим необходимостью приведения приговоров в соответствие с новым законом.

Глава 47 УПК РФ устанавливает порядок рассмотрения и разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, в том числе и о приведении приговора в соответствие с действующим законодательством.

 

ГЛАВА 1. Ошибки, допускаемые судами при разрешении вопросов,

связанных с исполнением приговора:

 

1.1. Ошибки при приведении приговоров в соответствие с новым уголовным законом

 

Обобщение надзорной практики областного суда показало, что судами области при приведении приговоров в соответствие с новым законом допускаются многочисленные ошибки, являющиеся основанием как к изменению, так и отмене принятых постановлений.

В соответствии с п. 13 ст. 397 УПК РФ вопросы об освобождении от наказания или о смягчении наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, в соответствии со ст. 10 УК РФ, разрешаются судом по месту отбывания наказания осужденным. При этом судами не всегда учитываются пределы рассмотрения заявленных ходатайств.

Так, имеют место случаи, когда судьи, приводя приговоры в соответствие с новым уголовным законом, принимают решение о снижении наказания осужденному, несмотря на то, что назначенное осужденному лицу наказание находится в пределах санкции статьи, изложенной в новой редакции. Существует мнение, что поскольку при исключении квалифицирующих признаков, к примеру "неоднократно", "с причинением значительного ущерба", объем обвинения уменьшается, суд, приводящий приговор в соответствие с новым законом, вправе снизить размер назначенного наказания.

Однако данное мнение ошибочно, поскольку вопросы снижения наказания, как ввиду ошибочной позиции суда, постановившего приговор, так и ввиду уменьшения объема обвинения, являются прерогативой суда надзорной инстанции, за исключением двух случаев:

Судом, приводящим приговор в соответствие с новым законом, наказание может быть снижено в случае, когда размер наказания, назначенного приговором осужденному лицу, выходит за пределы санкции статьи, по которой постановлено считать данное лицо осужденным в соответствии с новым законом. К примеру, санкция ч. 2 ст. 158 УК РФ в редакции 1996 года предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от 2 до 6 лет. Если лицу, признанному виновным по п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. 1996 г.), назначено наказание в виде 6 лет лишения свободы, то при приведении приговора в соответствие новым законом суду надлежит снизить наказание до 5 лет лишения свободы, поскольку новая редакция предусматривает наказание за кражу, совершенную с причинением значительного ущерба гражданину, на срок до 5 лет лишения свободы.

Кроме того, наказание может быть снижено судом, приводящим приговор в соответствие с новым законом, также в случаях, когда частичное снижение наказания за одно деяние влияет на окончательное наказание, назначенное по совокупности преступлений либо совокупности приговоров (ст. ст. 69, 70 УК РФ).

 

Основаниями отмены постановлений в большинстве случаев служили нарушения норм материального права.

 

Так, постановлением президиума отменено постановление судьи Кировского районного суда г. Кемерово от 17.11.03 в отношении К.

К. приговором от 03.12.01 был осужден за кражу имущества К.Й. стоимостью 1100 руб., совершенную 11.08.01. На день совершения кражи стоимость похищенного не превышала пяти МРОТ (300 руб. х 5 = 1500 руб.).

Суд сделал правильный вывод о том, что К. вследствие декриминализации его деяния подлежит освобождению от наказания. Однако суд не освободил К. от наказания, указав, что в приговоре не указана точная присоединенная часть наказания по предыдущему приговору, хотя, как указал президиум, это обстоятельство не должно влиять на вопрос об освобождении от наказания.

 

Приговором Кинешемского городского суда Ивановской области от 07.12.99 Ш.в осужден по п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ. Постановлением судьи Кировского районного суда г. Кемерово от 20.12.02 постановлено считать Ш. осужденным по п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ, т.к. сумма похищенного превышает 1 МРОТ, установленный законом на день совершения преступления, и наказание назначено в пределах санкции п. "в" ч. 4 ст. 158 УК РФ в редакции от 31.10.02.

Отменяя указанное постановление, президиум указал, что решение суда не основано на законе, поскольку в соответствии с изменениями, внесенными в КоАП РФ с 01.07.02, действия, совершенные Ш., декриминализированы, т.к. стоимость похищенного не превышает 5 МРОТ. Применение судом норм КоАП РФ в редакции от 31.10.02, а не в редакции от 01.07.02 является нарушением ст. 10 УК РФ.

 

Постановление Тайгинского городского суда от 25.12.03 в отношении С. отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

Приговором от 04.12.00 С. осужден по пп. "б, в, г" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года. Приговором от 26.04.01 - по пп. "б, г" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 4 годам лишения свободы без штрафа. На основании ст. 70 УК РФ к наказанию, назначенному по данному приговору, частично присоединено наказание по приговору от 04.12.00 и окончательно определено наказание в виде 4 лет 1 месяца лишения свободы без штрафа с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Осужденный обратился в суд с ходатайством о пересмотре приговора от 26.04.01 в связи с изданием закона, устраняющего преступность деяния, смягчающего наказание за совершенные им преступления. Постановлением от 25.12.03 ходатайство оставлено без удовлетворения.

Отказывая в удовлетворении ходатайства, суд указал в постановлении, что все эпизоды хищений связаны квалифицирующим признаком "неоднократно", а поэтому при наличии этого признака эпизоды хищений на сумму менее пяти МРОТ исключению не подлежат. Сам же признак "неоднократно" исключен лишь 08.12.03, а на момент осуждения С. этот признак применен к нему правильно.

Президиум, отменяя постановление, указал, что отказ в удовлетворении ходатайства противоречит требованиям ст. 10 УК РФ, в соответствии с которой закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу и распространяется на всех лиц, совершивших соответствующее деяние до вступления такого закона в силу. Поэтому суду следовало решить вопрос об исключении из приговора квалифицирующего признака "неоднократно" на основании закона от 08.12.03.

 

Кузнецкий районный суд г. Новокузнецка в постановлении от 09.04.04 в отношении Б. ошибочно переквалифицировал его действия с п. "а" ч. 2 ст. 132 УК РФ на ч. 1 ст. 131 УК РФ, вместо ч. 1 ст. 132 УК РФ. Материал направлен на новое рассмотрение в тот же суд иным судьей.

 

Чебулинский районный суд (постановление от 15.03.04) при приведении приговоров Яшкинского районного суда от 19.04.01, 29.01.02 и 17.04.02 в отношении М. необоснованно оставил без внимания приговор от 29.01.02, хотя данный приговор также подлежит приведению в соответствие с действующим УК РФ.

Кроме того, переквалифицировав действия М. по приговору от 17.04.02 на ч. 1 ст. 158 УК РФ, исключив признак "неоднократно", суд, тем не менее, не учел, что преступление декриминализировано в соответствии с примечанием ст. 7.27 КоАП РФ (в ред. от 30.12.01), в связи с чем М. подлежит освобождению от наказания по данному приговору.

 

Имеют место также единичные случаи нарушения норм процессуального права.

 

Выводы Кировского районного суда г. Кемерово, изложенные в постановлении от 19.01.04 о приведении приговора Промышленновского районного суда от 17.05.01 в отношении Ф. в соответствие с изменениями, внесенными в УК РФ Законом РФ от 08.12.03, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Так, в материале отсутствуют копии приговоров, в том числе и копии приговора от 17.05.01, который суд приводил в соответствие с изменениями в УК РФ. Из протокола судебного заседания не следует, что судом оглашались либо исследовались указанные документы.

Кроме того, приводя в соответствие вышеназванный приговор от 17.05.01, суд не исключил квалифицирующий признак "совершение деяния лицом, ранее два раза судимым за хищение".

 

Однако в большинстве случаев допущенные судами ошибки служили основанием для изменения постановлений ввиду неправильного применения норм материального права. Наиболее распространенными ошибками при этом являются:

 

1. Суд применил закон, ухудшающий положение осужденного либо не улучшающий его.

Приговором Таштагольского городского суда от 03.12.01 М.К. был осужден по пп. "а", "б" ч. 2 ст. 162 УК РФ к 9 годам лишения свободы с конфискацией имущества. Постановлением президиума от 06.05.02 из резолютивной части приговора исключено осуждение М.К. по п. "б" ч. 2 ст. 162 УК РФ.

Постановлением Анжеро-Судженского городского суда от 04.02.04 приговор в отношении М.К. приведен в соответствие с ФЗ от 08.12.03: суд постановил считать М.К. осужденным по п. "а" ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 08.12.03) к 8 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 2500 рублей.

Как следует из постановления Анжеро-Судженского городского суда от 04.02.04, суд, исключив из наказания конфискацию имущества, необоснованно назначил М.К. штраф в размере 2500 рублей, в то время как санкцией ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 1996 г.) штраф предусмотрен не был. Следовательно, судом нарушены требования ч. 1 ст. 10 УК РФ, в соответствии с которыми уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Президиум также отметил, что указание на осуждение М.К. по п. "а" ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 08.12.03) подлежит исключению, поскольку квалифицирующий признак "группой лиц по предварительному сговору", предусмотренный п. "а" ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 1996 г.), охватывается диспозицией ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 08.12.03).

Президиум постановил считать М.К. осужденным по ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 08.12.03) к 8 годам 6 месяцам лишения свободы без штрафа.

 

Внесены изменения в постановление Яйского районного суда от 24.03.04 в отношении Г.

Г. осужден по пп. "а", "б", "в", "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. от 1996 г.). Суд обоснованно пришел к выводу о необходимости исключения квалифицирующего признака "неоднократно", однако ошибочно переквалифицировал действия Г. на ч. 3 ст. 158 УК РФ, поскольку указанный закон в редакции от 08.12.03 не улучшает положение Г.

Постановление Яйского районного суда было дополнено указанием - оставить без изменения приговор в части осуждения Г. по пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. от 1996 г.). Указание о переквалификации действий Г. на ч. 3 ст. 158 УК РФ исключено.

 

2. Суд необоснованно не исключил квалифицирующий признак либо указание на рецидив преступлений, подлежащие исключению.

Чебулинский районный суд, приводя приговор Заводского районного суда г. Кемерово от 28.12.99 в отношении Л. в соответствие с новым законом, исключил из ее осуждения квалифицирующий признак "неоднократно". Вместе с тем, не исключил другой квалифицирующий признак "с причинением значительного ущерба", в то время как, из приговора видно, что Л. совершила кражу на 854 рубля, что в соответствии с законом от 08.12.03 не может быть признано значительным ущербом, т.к. составляет менее 2500 рублей.

Кроме того, суд не исключил из приговора указание суда о наличии в действиях Л. опасного рецидива, т.к. в соответствии с ч. 4 ст. 18 УК РФ в редакции от 08.12.03 при признании рецидива не учитываются судимости за преступления, осуждение за которые признавалось условным. Поскольку ранее Л. осуждалась к лишению свободы условно, в ее действиях отсутствует рецидив преступлений.

Х. осужден приговором Анжеро-Судженского городского суда от 20.08.01 по пп. "б", "в", "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ. Постановлением Центрального районного суда г. Новокузнецка от 01.04.04 квалифицирующий признак "неоднократно" исключен.

Однако суд не учел, что сумма похищенного Х. составляет 1737 рублей, в связи с чем признак "с причинением значительного ущерба гражданину" необходимо было также исключить, поскольку значительный ущерб не может составлять менее 2500 рублей (в ред. ФЗ от 08.12.03).

 

Та же ошибка допущена и в постановлении Кировского районного суда г. Кемерово от 14.04.04 в отношении М.Р. Как видно из материалов дела, М.Р. совершил покушение на кражу имущества на сумму 700 рублей.

Из приговора также ошибочно не исключено указание на наличие в действиях М.Р. опасного рецидива (предыдущим приговором М.Р. осуждался к лишению свободы условно).

 

Центральный районный суд г. Новокузнецка при приведении приговора судебной коллегии Алтайского краевого суда от 13.07.00 в отношении Ш. в соответствие с новым законом не учел, что Федеральным законом от 08.12.03 из Уголовного кодекса РФ исключена ст. 52 УК РФ, предусматривающая конфискацию имущества. Кроме того, суд не принял решения об исключении квалифицирующего признака "в целях завладения имуществом в крупном размере", хотя в соответствии с ФЗ от 08.12.03 крупным размером признается стоимость имущества, превышающая 250000 рублей, а по приговору стоимость составила 90000 рублей.

 

Заводский районный суд г. Кемерово при приведении приговора Ленинского районного суда г. Кемерово от 11.10.02 в отношении П. исключил указание о назначении дополнительного наказания в виде конфискации имущества, переквалифицировал действия П. на ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 08.12.03), исключив квалифицирующий признак "разбой, совершенный лицом, ранее два раза судимым за хищение". Однако суд не учел, что преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 08.12.03) относится к тяжким преступлениям. Рецидива в действиях П. не имеется, т.к. предыдущие судимости П. - за преступления в несовершеннолетнем возрасте. Поэтому он должен отбывать наказание в исправительной колонии общего режима в соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 58 УК РФ, а не строгого, как это определено приговором.

 

Изменено постановление Беловского городского суда от 24.02.04 в отношении Х., исключено указание на осуждение Х. по приговору Заводского районного суда г. Новокузнецка от 09.06.03 по ч. 1 ст. 158 УК РФ, поскольку размер похищенного составляет 450 рублей, что не превышает 1 МРОТ, который на момент совершения преступления - 12.12.02 - составлял 450 рублей.

Кроме того, изменен режим отбывания наказания в исправительной колонии строго режима на общий, поскольку Х. ранее судим в 1998 году за преступления, совершенные им в несовершеннолетнем возрасте, а в 2002 году - к лишению свободы условно. В соответствии же с п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ исправительное учреждение строгого режима назначается мужчинам, осужденным за совершение особо тяжкого преступления, ранее не отбывавшим наказание, а также при рецидиве или опасном рецидиве, если осужденный ранее отбывал лишение свободы. Из материалов дела усматривается, что в действиях Х. отсутствует рецидив преступлений, а преступление, за которое он осужден, относится к категории тяжких, следовательно, наказание он должен отбывать в исправительной колонии общего режима.

 

1.2. Нарушение пределов разрешения сомнений и неясностей, возникающих при исполнении приговора (уточнение приговора)

 

Закон не раскрывает содержания и характера сомнений и неясностей, которые судья вправе разрешать в порядке исполнения приговора. Однако из смысла уголовно-правового законодательства к таковым могут быть отнесены лишь сомнения и неясности, возникающие в результате недостатков приговора, разрешение которых не затрагивает существа приговора и не влечет ухудшения положения осужденного.

 

Отменены постановления Анжеро-Судженского городского суда от 22.10.03 и от 03.12.03 в отношении О.

Приговором Анжеро-Судженского городского суда от 30.05.03 О. в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 5 лет 6 месяцев лишения свободы.

Президиум установил, что постановлениями Анжеро-Судженского городского суда от 22.10.03 и от 03.12.03, которыми уточнялся приговор, внесены изменения, ухудшившие положение осужденного, т.к. наказание определено в виде 5 лет 7 месяцев лишения свободы.

Кроме этого, изменение наказания О. со ссылкой на ч. 5 ст. 69 УК РФ было разрешено уже после вынесения приговора, что не предусмотрено уголовно-процессуальным законом.

В соответствии с законом наказание в приговоре во всех случаях должно быть обозначено таким образом, чтобы при его исполнении не возникало никаких сомнений относительно вида и размера наказания, назначенного судом.

 

Президиум отменил определения Крапивинского районного суда от 21.12.01 и 22.11.02 в отношении Б.

Судья при вынесении определения от 21.12.01 необоснованно изменил приговор от 12.02.01, которым на Б. не возлагались обязанности, предусмотренные ч. 5 ст. 73 УК РФ. Такие обязанности были возложены на Б. указанным определением.

Принятие такого решения не соответствует требованиям закона. В соответствии с ч. 7 ст. 73 УК РФ суд может дополнить только ранее установленные для осужденного обязанности.

Вследствие этого отменено определение от 22.11.02, которым отменено условное осуждение, и Б. направлен для отбывания наказания в исправительную колонию общего режима. Данное определение является незаконным, поскольку суд изначально незаконно вменил осужденному обязанности, а затем и отменил условное осуждение.

 

1.3. Основания отмены судебных постановлений об отмене условного осуждения, об отказе в условно-досрочном освобождении, о возврате на прежний вид режима

 

Основные причины отмены указанных постановлений - их немотивированность и необоснованность, неисследованность обстоятельств, которые свидетельствуют о систематичности или злостности неисполнения осужденным возложенных на него обязанностей, а также нарушение прав на защиту.

 

Отменено постановление Анжеро-Судженского городского суда от 23.10.03 в отношении К. в части отмены условного осуждения.

Из протокола судебного заседания видно, что в нарушение требований ч. 7 ст. 399 УПК РФ, в судебном заседании не принимал участие представитель органа, подавшего представление, и не были исследованы документы представленного материала.

Кроме этого, в нарушение требований ч. 3 ст. 74 УК РФ, суд в постановлении не указал, в чем конкретно выражается систематичность и злостность неисполнения К. возложенных на него обязанностей, поскольку отмена условного осуждения возможна только при установлении этих признаков и является правом суда, а не обязанностью.

 

Также отменено постановление Ленинск-Кузнецкого городского суда от 18.05.01 об отмене условного осуждения в отношении С.Л.

Материалы об отмене условного осуждения С.Л. рассмотрены в его отсутствие. Данных, что С.Л. извещался о рассмотрении материалов судом, нет. Его право предоставить доказательства нарушено.

С принятием решения об отмене условного осуждения объявлен розыск С.Л. Данных, что место нахождения его неизвестно, нет. Розыск объявлен без достаточных на то оснований.

Рассмотрение материалов об отмене условного осуждения в отсутствие осужденного С.Л. повлияло на вынесение законного и обоснованного постановления.

Выводы суда, что С.Л. является злостным нарушителем, не мотивированы, из постановления суда также нельзя сделать таких выводов. Причины неявки С.Л. на регистрацию не установлены.

Кроме этого, протокол судебного заседания председательствующим не подписан, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

 

Отменено постановление судьи Яйского районного суда от 16.12.03 в отношении И.Д., которым отказано в удовлетворении представления УН 1612/37 об условно-досрочном освобождении.

Решение о применении условно-досрочного освобождения от отбывания наказания либо об отказе в этом должно быть мотивированным и содержащим подробное обоснование выводов, к которым пришел суд в результате рассмотрения представления по данному делу. Судом эти требования закона нарушены.

Отказывая в условно-досрочном освобождении от наказания И.Д., суд не привел убедительных доводов, каких-либо фактов в подтверждение вывода о том, что цель исправления и перевоспитания не достигнута.

Из материалов дела видно, что И.Д. отбыт срок наказания, необходимый для условно-досрочного освобождения, в представлении администрации указано, что И.Д. характеризуется положительно, примерным поведением и честным отношением к труду доказал свое исправление, переведен на бесконвойное передвижение, нарушений режима не допускал, в дальнейшем отбывании наказания не нуждается. Всем этим обстоятельствам суд оценки не дал.

 

Президиум отменил постановление Мариинского городского суда от 18.06.03 в отношении Ю.

В соответствии со ст. 79 УК РФ лицо, отбывающее лишение свободы, подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания.

Критериями определения возможности окончательного исправления осужденного без полного отбытия назначенного наказания могут служить только поведение осужденного и его отношение к исполнению обязанностей во время отбывания наказания. В связи с чем не основана на законе ссылка в постановлении суда в обоснование отказа на то, что Ю. вину признал частично.

Не могут служить основанием для отказа в условно-досрочном освобождении и гражданско-правовые обязательства осужденного, тем более что Ю. работает и поощрялся за добросовестный труд и примерное поведение.

Других мотивов отказа в условно-досрочном освобождении в постановлении не приведено.

 

Отменено постановление Заводского районного суда г. Кемерово от 25.02.04 в отношении Л.Ы.

Из представленного материала видно, что Л.Ы. был осужден по ч. 2 ст. 127, ст. 115 УК РФ, которые относятся к преступлениям средней и небольшой тяжести, суд же, отказывая в условно-досрочном освобождении, сослался на тяжесть совершенного преступления.

Кроме того, судом не дано оценки тому обстоятельству, что Л.Ы., находясь в колонии с 03.04.00, не имеет взысканий, а имеет 10 поощрений, что характеризуется администрацией колонии положительно, что право на условно-досрочное освобождение у Л.Ы. возникло еще 16.06.02 и за этот период он имеет благодарности.

Исходя из вышеизложенного, президиум считает, что суд, сделав вывод о том, что Л.Ы. не доказал своего исправления и нуждается в дальнейшем отбывании наказания, не указал, по каким основаниям он пришел к такому выводу. Поскольку судом не дано надлежащей оценки собранным доказательствам, постановление подлежит отмене с направлением на новое рассмотрение.

 

Отменено постановление судьи Междуреченского городского суда от 24.10.03 в отношении К.У., о возврате его на прежний вид режима.

При вынесении постановления суд указал лишь, что К.У. совершил ряд грубых нарушений порядка отбывания наказания, за что 23.10.03 постановлением начальника УН-1612/11 признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. Как следует из материалов, осужденный К.У. еще в колонии оспаривал факты каких-либо нарушений и приводил оправдывающие его мотивы.

К.У. давал объяснения по факту наложения на него дисциплинарных взысканий постановлениями начальника ИК-11 от 28.08.03, 06.09.03, 11.09.03, 30.09.03, 08.10.03, 23.10.03. В одних случаях он приводил оправдывающие его мотивы. Так, 06.09.03 на К.У. было наложено дисциплинарное взыскание за то, что он спал на рабочем месте, К.У. же по этому поводу пояснял, что находился долгое время за рулем, в связи с чем чувствовал себя плохо. В других случаях он вообще отрицал факты совершения нарушений режима отбывания. Так, на К.У. было наложено дисциплинарное взыскание за то, что он вступил в пререкания с начальником ИК, однако осужденный объяснил, что в пререкания с начальником ИК он не вступал, а прежде чем зайти в кабинет к начальнику, постучался и спросил разрешения войти.

Однако, несмотря на то, что и в судебном заседании К.У. не признавал того, что допускал нарушения и давал объяснения, суд не проверил его доводов.

 

ГЛАВА 2. Основания отмены приговоров районных и городских

судов области

 

2.1. Нарушение уголовно-процессуального закона

 

Одним из оснований отмены приговоров является рассмотрение дела незаконным составом суда (п. 2 ч. 2 ст. 381 УПК РФ). Однако следует отметить наличие тенденции к снижению количества указанных нарушений.

В соответствии с ч. 3 ст. 8 УПК РФ подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение его уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено Уголовно-процессуальным кодексом РФ.

Постановлением президиума от 16.02.04 отменен приговор Орджоникидзевского районного суда г. Новокузнецка от 01.10.03 в отношении Ш.Н. с направлением дела по подсудности.

Ш.Н. осуждена районным судом по ч. 1 ст. 130 УК РФ, в то время как, согласно ч. 4 ст. 30, ч. 1 ст. 31 УПК РФ, уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст. 130 УК РФ, подсудны мировому судье.

 

Незаконным составом суда рассмотрено также и дело Б.С., осужденного приговором Кировского районного суда г. Кемерово от 02.08.02.

Президиум указал, что приговор был вынесен с участием народных заседателей коллегиальным составом суда.

Дело назначено к слушанию постановлением от 15.07.02 без ходатайства Б.С. о коллегиальном рассмотрении. В судебном заседании такого ходатайства Б.С. также не заявлял. В таком случае согласно требованиям ст. 30 УПК РФ дело должно было рассматриваться судьей федерального суда общей юрисдикции единолично.

 

Один приговор отменен ввиду нарушения требований процессуального закона, касающихся рассмотрения дела в особом порядке судебного разбирательства.

Так, приговор Таштагольского городского суда от 15.08.03 в отношении Э., К.Ю. и М.Э. постановлен без проведения судебного разбирательства.

Осужденный Э. как на момент совершения преступлений, так и на момент вынесения приговора являлся несовершеннолетним.

Судам следует учитывать, что закон не предусматривает возможности применения особого порядка принятия судебного решения в отношении несовершеннолетнего, поскольку в силу ч. 2 ст. 420 УПК РФ производство по уголовному делу о преступлении, совершенном несовершеннолетним, осуществляется в общем порядке, установленном ч. 2 и 3 УПК РФ, с изъятиями, предусмотренными гл. 50 УПК РФ. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с законом по делам о преступлениях несовершеннолетних при производстве судебного разбирательства с участием законного представителя несовершеннолетнего необходимо установить условия его жизни и воспитания, уровень психического развития и иные особенности личности подсудимого, влияние на него старших по возрасту лиц. При постановлении приговора наряду с вопросами, указанными в статье 293 УПК РФ, суд обязан решить вопрос о возможности освобождения подсудимого от наказания (п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 05.03.04).

Согласно п. 27 Постановления, если по делу обвиняется несколько лиц, а ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства заявил лишь один обвиняемый, такое дело в отношении всех обвиняемых должно рассматриваться в общем порядке. Такие же последствия влечет и наличие каких-либо препятствий для рассмотрения дела в особом порядке в отношении хотя бы одного из обвиняемых по делу лиц (как в данном случае, несовершеннолетний возраст одного из обвиняемых).

 

2.2. Наиболее распространенным основанием отмены приговоров в 1-м полугодии 2004 года является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела

 

Кировским районным судом г. Кемерово 02.08.02 постановлен обвинительный приговор в отношении Б.С.

Установив, что Б.С. угрожал потерпевшей применением насилия, опасного для жизни и здоровья, суд квалифицировал его действия как совершение разбоя с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшей, хотя таких обстоятельств судом не было установлено.

Суд установил, что 04.04.02 по адресу: <...> г. Кемерово Б.С. совершил нападение в целях хищения чужого имущества с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия - ножа, причинив потерпевшей К.Й. ущерб на сумму 2200 руб. Однако данные обстоятельства не подтверждены доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

По версии осужденного, К.Й. задолжала, продавая спиртное, и вышла из комнаты за деньгами, а он из хулиганских побуждений выпрыгнул в окно, забрав с собой кепку и пейджер, которые отдал потерпевшей по первому требованию.

Осужденный считает, что в судебном заседании К.Й. изменила бы свои показания, однако самой потерпевшей в суде не было.

При наличии противоречий в показаниях потерпевшей и Б.С. относительно применения оружия и угрозы применения насилия судом не было принято мер для их устранения. Ходатайство государственного обвинителя о приводе потерпевшей было не выполнено и сведений о надлежащем извещении потерпевшей о дне рассмотрения дела в материалах дела нет.

 

Отменен приговор Беловского городского суда от 25.09.03 в отношении Р.Л.

Признавая Р.Л. виновным по ч. 1 ст. 111 УК РФ, суд сослался на показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, письменные материалы дела и сделал вывод, что тяжкий вред здоровью И.О. Р.Л. причинил в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений с целью причинения вреда здоровью, нанес 6 ударов шилом по телу И.О.

Однако при этом судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда:

- показания подсудимого Р.Л. о том, что в ночное время И.О. выбил дверь, зайдя в дом, стал ругаться нецензурно и нанес ему удар в лицо, испугавшись, что потерпевший может ударить и внучку, он взял со стола шило и стал наносить ему удары по телу;

- показания потерпевшего И.О., что когда он пришел домой, то ему дверь никто не открыл, и Р.Л. сказал прийти домой, когда он проспится, он обиделся, поэтому пнул дверь и она открылась. Он зашел в дом и допускает, что мог ругаться нецензурно и мог ударить Р.Л., но этого не помнит. Когда находился на кухне, то Р.Л. стал наносить удары по телу шилом;

- показания свидетеля И.О., подтвердившей показания Р.Л. о конфликте и поведении И.О.

Указанные обстоятельства о поведении И.О. и о применяемом насилии в отношении Р.Л., которому почти 80 лет, не оценены судом, не дана оценка доводам Р.Л. и его защитника о наличии в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ.

В нарушение ст. 307 УПК РФ в приговоре не приведены мотивы, по которым суд отверг доказательства позиции подсудимого.

Поэтому приговор суда является незаконным ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела (п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ).

 

Приговором Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка от 18.09.03 К. признан виновным в незаконном приобретении и хранении наркотических средств в крупном размере без цели сбыта.

Органами дознания К. обвинялся в незаконном приобретении 08.04.03 без цели сбыта, для личного потребления наркотического средства - опия, массой не менее 0,62 г, что является крупным размером, и которое хранил при себе до задержания его сотрудниками милиции. Суд же в приговоре установил, что К. 29.12.02 приобрел опий массой 0,34 г.

Таким образом, суд, установив иные фактические обстоятельства совершения преступления и осудив К., в то же время по предъявленному К. органами дознания обвинению не вынес никакого суждения.

 

Приговором Междуреченского городского суда от 05.11.02 С.И. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ за то, что в ходе совместного распития спиртных напитков с З. в квартире последнего, в процессе ссоры, с целью умышленного убийства из неприязни, нанес З. удар табуреткой в голову, причинив последнему открытую черепно-мозговую травму, убив его.

Определением судебной коллегии по уголовным делам от 21.01.03 приговор оставлен без изменений.

Отменяя приговор и определение судебной коллегии, президиум указал, что суд первой инстанции не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на вывод суда. Судебная коллегия данные нарушения не устранила, оставив приговор без изменения по жалобам осужденного и его адвоката на данные обстоятельства.

Опровергая версию С.И. о необходимой обороне, суд первой инстанции сослался на показания единственного свидетеля обвинения - И.Ж., которая являлась сожительницей З.

Из показаний в суде данного свидетеля следовало, что З. не наносил ударов осужденному, что только С.И. наносил удары З.

Однако в судебном заседании свидетель Ф.Ч. (врач скорой помощи, который оказывал З. экстренную медицинскую помощь) показал, что И.Ж. сказала, что сожитель пришел домой сильно пьяный с бутылкой водки и сел за стол. Она ушла спать. Неожиданно услышала шум от падающего тела, зайдя в кухню, увидела лежащего на полу сожителя и разбитую бутылку, после чего позвонила своему знакомому (С.И.), и они вызвали скорую помощь.

Объясняя суду эти показания, свидетель И.Ж. показала, что дала их, так как боялась С.И. Каким образом С.И. повлиял на И.Ж. с целью дачи ею таких объяснений врачу, суд первой инстанции не выяснил.

В ходе следствия И.Ж. показала, что между З. и С.И. была обоюдная драка и этому предшествовала необоснованная ревность ее сожителя З.

Дочь И.Ж. также показала суду, что после случившегося мать ей сказала, что была драка между С.И. и З.

После оглашения показаний И.Ж. в ходе следствия и показаний в суде дочери свидетель И.Ж. подтвердила то обстоятельство, что имела место обоюдная драка.

Отвечая на вопрос прокурора о непоследовательности ее показаний, И.Ж. пояснила, что "показания мои разные, так как я была расстроена, не могла собраться с мыслями".

Таким образом, свидетель трижды давала разные показания об обстоятельствах гибели сожителя: в результате падения; в результате обоюдной драки; в результате нанесения ударов С.И. не сопротивлявшемуся погибшему.

Суд первой инстанции не дал оценки этим показаниям и не мотивировал свой вывод - почему он положил в основу обвинительного приговора одно из трех показаний свидетеля И.Ж.

Кроме того, в опровержение версии С.И. о том, что погибший угрожал ему вилкой и даже причинил ею ему телесные повреждения, суд сослался на показания И.Ж., которая утверждала, что в руках погибшего ничего не было.

Однако в материалах дела имеется заключение судебно-медицинской экспертизы, где указывается, что С.И. были причинены ссадины грудной клетки слева, которые могли образоваться в том числе и от вилки, один зуб которой несколько отогнут. Поясняя эксперту обстоятельства случившегося, С.И. показал, что в ходе ссоры с З. последний ударил его вилкой и кулаком по голове.

Президиум указал, что суд первой инстанции вместо проверки версии осужденного о самообороне усомнился в соответствии СМЭ показаниям осужденного, не привел доказательств в подтверждение своего вывода и не дал оценки показаниям С.И.

Дело направлено на новое судебное рассмотрение.

 

2.3. Распространенными являются нарушения требований уголовно-процессуального законодательства при постановлении приговора (ст. 307, 308 УПК РФ)

 

Так, отменен приговор Таштагольского городского суда от 29.11.01 в отношении О.Е., осужденного по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

В описательной части приговора суд указал, что преступление О.Е. совершено 02.08.01 ночью. Однако, по данным судебно-медицинской экспертизы трупа К.Н., проведенной 03.08.01, смерть потерпевшего наступила за 3 - 5 суток до момента проведения экспертизы.

Как видно из протокола осмотра места происшествия, труп К.Н., обнаруженный на берегу реки Кондомы, осматривался в 21 час 20 минут 02.08.01.

Таким образом, вывод суда о времени совершения преступления не согласуется с данными, содержащимися в материалах дела.

Описывая преступное деяние, признанное доказанным, суд в приговоре не указал о наличии в действиях осужденного умысла на убийство, установив, что смерть потерпевшего К.Н. наступила от телесных повреждений, причиненных осужденным О.Е. В мотивировочной части приговора суд квалифицировал действия осужденного по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку. Противоречия, содержащиеся в описательной и мотивировочной частях приговора, также судом не устранены.

Кроме того, экспертным заключением не установлена причина смерти потерпевшего и не определена степень тяжести телесных повреждений. При таких обстоятельствах суду следовало в соответствии с ч. 2 ст. 207 УПК РФ назначить повторную экспертизу для разрешения указанных вопросов.

 

Ряд нарушений уголовно-процессуального законодательства допущен в приговоре Мысковского городского суда от 04.08.03 в отношении Р.М., Ф.Х. и М.Ф.

В нарушение требований ст. 240 УПК РФ суд в приговоре сослался, как на доказательства, на показания свидетелей Р.М., Ш.М., Б.К., протоколы очных ставок между осужденными, протокол выдачи куртки, заключение судебно-медицинского эксперта. Однако эти доказательства, согласно протоколу судебного заседания, судом не оглашались и не исследовались, и суд был не вправе на них ссылаться в приговоре.

Признав М.Ф. и Ф.Х. виновными в краже часов "Сейко" стоимостью 700 руб., суд вышел за пределы предъявленного обвинения, поскольку данная кража им не инкриминировалась.

В нарушение требований ст. 307 УПК РФ суд в описательной части приговора не отразил показания осужденных, не дал оценки их доводам, приведенным в свою защиту.

В приговоре допущены противоречия. В описательной части приговора указано, что М.Ф. и Ф.Х. причинили тяжкий вред здоровью М. группой лиц, а при квалификации их действий - группой лиц по предварительному сговору.

 

ГЛАВА 3. Основания изменения приговоров районных

и городских судов области

 

3.1. Нарушение судами первой инстанции требований материального права, касающихся назначения наказания

 

Довольно распространенными являются ошибки, допускаемые судами, при применении ст. ст. 69, 70, 74 УК РФ. При этом учитываются судимости, по которым применена амнистия, неверно применяется принцип сложения наказаний и др.

Так, постановлением президиума изменен приговор Центрального районного суда г. Новокузнецка от 21.02.03 и определение судебной коллегии от 06.05.03 в отношении В.П., осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 12 годам лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Президиум постановил исключить из вводной части приговора указание на судимость по приговору Зенковского районного суда г. Прокопьевска от 04.07.00, которым В.П. был осужден по п. "г" ч. 2 ст. 112 УК РФ, ст. 70 УК РФ к 3 годам лишения свободы, поскольку он подлежит освобождению от наказания на основании п. 8 Постановления ГД ФС РФ "Об объявлении амнистии" от 26.05.00. В связи с чем подлежит исключению из приговора от 21.03.03 назначение наказания по правилам ст. 70 УК РФ.

 

Приговор Орджоникидзевского районного суда г. Новокузнецка от 01.08.00 и определение судебной коллегии по уголовным делам от 24.08.00 в отношении З.Ш. изменены по следующим основаниям.

З.Ш. ранее осуждался условно приговором от 03.04.00. Указанный приговор подпадает под действие п. 6 Постановления ГД РФ от 26.05.00 "Об объявлении амнистии". Однако суд не освободил З.Ш. от наказания, назначенного приговором от 03.04.00, а отменил условное осуждение по данному приговору и назначил наказание по правилам ст. 70 УК РФ.

Судебная коллегия ошибку суда не исправила.

 

Изменен приговор Заводского районного суда г. Кемерово в отношении С.Я.

Суд, назначая наказание, исходил из того, что осужденный совершил новое преступление в период неотбытого наказания по приговору от 18.12.96, однако не учел, что в соответствии с п. 7 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 26.05.00 "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 г.г." С.Я. подлежал освобождению от наказания, неотбытая часть которого составляла менее года на момент окончания действия данного постановления. Исходя из этого, подлежит исключению из приговора указание суда о назначении наказания по правилам ст. 70 УК РФ.

По тому же основанию изменен приговор Ленинского районного суда г. Кемерово от 31.10.00 в отношении А.Ж.

 

Постановлением Президиума изменен приговор Осинниковского городского суда от 25.09.03 и определение судебной коллегии по уголовным делам от 18.11.03 в отношении Х.Л.

Как следует из материалов дела, Х.Л. приговором от 18.01.01 был осужден по ч. 1 ст. 157 УК РФ к реальному наказанию в виде 1 года исправительных работ с удержанием 10% заработка в доход государства, т.е. к реальной мере наказания, а по приговору от 25.09.03 к условной мере наказания, а значит принцип сложения не допустим, тем более, что, назначив окончательное наказание по правилам полного сложения с приговором от 18.01.01, суд, в нарушение уголовно-процессуального закона (ч. 5 ст. 308 УПК РФ) не указал, по правилам какой статьи назначено окончательное наказание.

Исходя из изложенного, президиум посчитал, что приговор суда и определение судебной коллегии в отношении Х.Л. подлежат изменению, а именно: из резолютивной части приговора подлежит исключению наказание, назначенное по правилам полного сложения с приговором от 18.01.01.

Приговор от 18.01.01 должен исполняться самостоятельно.

 

Постановлением Президиума изменен приговор Центрального районного суда г. Новокузнецка от 28.11.01 и определение судебной коллегии от 10.01.02 в отношении А.Р.

Как видно из материалов дела, А.Р. совершил тяжкое преступление в течение испытательного срока. Назначая наказание в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, суд, в нарушение ч. 5 ст. 74 УК РФ, не отменил условное осуждение по приговору от 14.02.01.

При таких обстоятельствах, по мнению президиума, из осуждения А.Р. следует исключить указание суда о назначении наказания в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров. Приговор Центрального районного суда г. Новокузнецка от 14.02.01 надлежит исполнять самостоятельно.

 

Президиумом Кемеровского областного суда изменен приговор Орджоникидзевского районного суда г. Новокузнецка от 23.06.99 в отношении О.А.

В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока умышленного преступления средней тяжести, умышленного тяжкого или особо тяжкого преступления суд отменяет условное осуждение и назначает ему наказание по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ.

В нарушение данной нормы закона суд не отменил О.А. условное осуждение по приговору от 11.09.98, однако назначил наказание по совокупности приговоров в соответствии со ст. 70 УК РФ, присоединив частично наказание по приговору от 11.09.98 в виде одного года лишения свободы.

Таким образом, суд неправильно применил уголовный закон, нарушив требования Общей части УК РФ, что в соответствии со ст. ст. 409, 379 УПК РФ является основанием изменения приговора.

По тому же основанию изменен приговор Таштагольского городского суда от 22.07.03 в отношении П.З. и Е.

 

Изменен приговор Заводского районного суда г. Кемерово от 10.09.01 в отношении И.О. На основании ст. 70 УК РФ частично присоединено неотбытое наказание по приговору от 09.06.00.

Как видно из материалов дела, И.О. был осужден 09.06.00 Центральным районным судом г. Кемерово по ч. 1 ст. 228 УК РФ к двум годам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ - условно, с испытательным сроком один год. Постановлением Заводского районного суда г. Кемерово от 13.09.00 от назначенного наказания по приговору от 09.06.00 Центрального районного суда г. Кемерово И.О. освобожден.

Поэтому частичное присоединение наказания по правилам ст. 70 УК РФ является незаконным и подлежит исключению из приговора.

 

Изменен приговор Юргинского городского суда от 06.09.01 в отношении С.Д., Т.Г., С.В.

Суд при определении С.Д., Т.Г. и С.В. окончательного наказания по ч. 5 ст. 69 УК РФ незаконно применил принцип частичного сложения наказаний по настоящему приговору и по приговорам от 23.08.01 (в отношении С.Д.) и от 28.05.01 (в отношении Т.Г. и С.В.), в соответствии с которыми С.Д., Т.Г. и С.В. были осуждены к лишению свободы условно. При этом приговором от 06.09.01 С.Д., Т.Г. и С.В. были осуждены за преступление, совершенное до вынесения приговоров от 23.08.01 и 28.05.01.

В соответствии с п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда от 11.06.99 "О практике назначения судами уголовного наказания", если в отношении условно осужденного лица будет установлено, что оно виновно еще и в другом преступлении, совершенном до вынесения приговора по первому делу, правила ст. 69 УК РФ применены быть не могут. В таких случаях приговоры по первому и второму делу исполняются самостоятельно.

 

Изменены приговор Мысковского городского суда от 20.11.02 и определение судебной коллегии по уголовным делам от 22.04.03 в отношении П.Б.

Согласно ч. 2 ст. 383 УПК РФ приговор может быть отменен в связи с необходимостью назначения более строгого наказания ввиду признания наказания, назначенного судом первой инстанции, несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости лишь в тех случаях, когда по этим основаниям имеется представление прокурора, жалоба потерпевшего или его представителя.

Таким образом, при отмене приговора по жалобам осужденных и их защитников новым приговором по тому же обвинению положение осужденных не может быть ухудшено по сравнению с первоначальным приговором.

Приговором Мысковского городского суда от 20.11.02 П.Б. осуждена по п. "в" ч. 4 ст. 158 УК РФ к 5 годам лишения свободы, по п. "в" ч. 3 ст. 161 УК РФ к 6 годам лишения свободы с конфискацией имущества, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к 6 годам 6 месяцам лишения свободы.

Из материалов дела видно, что первоначальный приговор Мысковского городского суда от 01.11.01, которым П.Б. по п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ назначено 4 года лишения свободы, по п. "в" ч. 3 ст. 161 УК РФ П.Б. оправдана, отменен судебной коллегией 10.04.02 по представлению прокурора о необоснованном оправдании П.Б. по п. "в" ч. 3 ст. 161 УК РФ. Отменяя этот же приговор по жалобам осужденной и ее адвоката, в которых ставится вопрос о неправильной квалификации действий П.Б. по п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ, судебная коллегия указала суду на необходимость проверки обоснованности осуждения П.Б. по п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ ввиду отсутствия в деле приговора суда от 27.07.95.

Таким образом, после отмены приговора при рассмотрении дела 20.11.02 суд не должен был назначать П.Б. за кражи более строгое наказание, чем было назначено по первому приговору.

Судебная коллегия указанную ошибку не устранила, оставив приговор без изменения.

 

3.2. Ошибки при определении рецидива преступлений и вида исправительного учреждения

 

Изменен приговор Междуреченского городского суда от 18.12.03 в отношении М.А.

При назначении наказания суд в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, учел опасный рецидив преступлений и назначил наказание в соответствии с ч. 2 ст. 68 УК РФ - не менее одной трети максимального срока наиболее строгого вида наказания.

Однако в действиях М.А. отсутствует рецидив преступлений. Так, из материалов дела видно, что М.А. ранее был судим: 15.05.97 по пп. "а", "б", "в", "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, освобожден 04.03.99 по отбытию срока наказания; 10.06.03 по пп. "б", "в", "г", "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ, ст. 73 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года.

Судимость по приговору от 15.05.97 погасилась в марте 2002 г., т.к. согласно имеющегося в деле приговора М.А. был осужден за преступление средней тяжести, срок для погашения которой согласно п. "в" ч. 3 ст. 86 УК РФ три года. М.А. освободился 04.03.99, следовательно, на момент совершения преступления 05.07.03 данная судимость была погашена, и не могла учитываться при установлении рецидива преступлений.

По приговору от 10.06.03 М.А. был осужден к условной мере наказания и в соответствии с п. "в" ч. 4 ст. 18 УК РФ указанная судимость также не может учитываться при признании рецидива преступлений.

Таким образом, суд неправильно установил в действиях М.А. опасный рецидив преступлений и неправильно применил ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Поскольку осужденный является лицом, совершившим тяжкое преступление и ранее не отбывавшим лишение свободы, ему в соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание следует отбывать не в исправительной колонии строгого режима, а в исправительной колонии общего режима.

 

Президиум изменил приговор Центрального районного суда г. Новокузнецка от 20.11.03 в отношении М.Я.

Суд в нарушение требований закона установил в действиях М.Я. рецидив преступлений.

Как видно из материалов дела, М.Я. был судим 24.08.95 и 19.12.95 за преступления, совершенные им в возрасте до 18 лет.

В соответствии с требованиями п. 4 ст. 18 УК РФ судимости за преступления, совершенные лицом в возрасте до 18 лет, не учитываются при признании рецидива преступлений. Поэтому назначенное судом М.Я. наказание с учетом требований ст. 68 УК РФ является незаконным.

По тому же основанию изменен приговор Ленинск-Кузнецкого районного суда от 04.11.02 в отношении Д.Ю.

 

Изменен приговор Ленинск-Кузнецкого городского суда от 21.01.04 в отношении К.Э.

Суд необоснованно установил в действиях К.Э. наличие особо опасного рецидива и в связи с этим необоснованно назначил отбытие наказания в колонии особого режима, вместо строгого, по следующим основаниям.

Приговором Ленинск-Кузнецкого городского суда от 03.03.97 К.Э. осужден к лишению свободы с применением ст. 44 УК РСФСР - условно. Условное осуждение отменено не в связи с систематическим или злостным неисполнением К.Э. в течение испытательного срока возложенных на него обязанностей, а в связи с совершением нового преступления. Поэтому судимость по приговору от 03.03.97 по смыслу ч. 4 ст. 18 УК РФ не должна учитываться при признании рецидива преступлений.

При таких обстоятельствах в действиях К.Э. в соответствии с п. "б" ч. 2 ст. 18 УК РФ содержится опасный рецидив преступлений, и согласно п. "в" ч. 2 ст. 58 УК РФ ему должна быть назначена для отбывания наказания в виде лишения свободы исправительная колония строгого, а не особого режима.

 

 

При постановлении приговора от 30.08.01 в отношении И.Е. Беловский городской суд признал в ее действиях наличие опасного рецидива и учел в качестве отягчающего обстоятельства то, что И.Е. ранее была судима приговором от 01.12.99.

Однако на основании Постановления ГД ФС от 26.05.00 "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в ВОВ 1941 - 1945 г.г." И.Е. подлежала амнистированию, т.к. была осуждена по п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно.

 

Заводский районный суд г. Новокузнецка (приговор от 03.09.03) допустил ошибку при назначении Щ. для отбывания наказания вида исправительного учреждения, назначив колонию строгого режима.

Щ. совершил преступление в несовершеннолетнем возрасте. Президиум указал, что лицу, совершившему тяжкое или особо тяжкое преступление в несовершеннолетнем возрасте, достигшему к моменту постановления приговора совершеннолетия, для отбывания лишения свободы назначается исправительная колония общего режима.

 

Постановлением президиума изменены приговор Промышленновского районного суда от 25.12.03 и определение судебной коллегии по уголовным делам от 19.02.04 в отношении Б.Ч.

В соответствии с п. "в" ч. 4 ст. 18 УК РФ при признании рецидива преступлений не учитываются, в частности, судимости, снятые или погашенные в порядке, установленном ст. 86 УК РФ.

Бч. ранее судим приговорами от 02.10.91, 27.02.92, 25.05.95, 09.12.97 и 26.07.99 (на момент вынесения данного приговора назначенное наказание отбыл и освобожден из зала заседания).

По приговорам от 27.02.92, от 25.05.95, от 09.12.97 и от 26.07.99 наказание Бч. назначалось судом каждый раз с учетом неотбытой части наказания, назначенного предыдущим приговором суда, по совокупности приговоров на основании ст. 41 УК РСФСР либо по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 40 УК РСФСР, или ч. 5 ст. 69 УК РФ. В связи с этим он полностью отбыл срок последнего окончательного наказания только 26.07.99.

Исходя из смысла ч. 3 ст. 86 УК РФ, с данного дня и должен исчисляться срок погашения перечисленных судимостей и судимости по приговору от 02.10.91.

По всем этим приговорам Б.Ч. был осужден за кражи чужого имущества, совершенные до введения в действие нового Уголовного кодекса РФ от 13.06.96.

При этом наказание за вновь совершенное преступление по каждому из указанных приговоров назначалось ему в виде лишения свободы сроком на 3 года.

Согласно положений ст. 9 УК РФ о действии уголовного закона во времени и в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 57 УК РСФСР, не имеющими судимости признаются лица, осужденные к лишению свободы на срок не более трех лет, если они в течение трех лет со дня отбытия наказания (основного и дополнительного) не совершают нового преступления.

По приговору от 26.07.99 Б.Ч. осужден к 4 годам лишения свободы за кражу чужого имущества, совершенную неоднократно, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину.

Федеральным законом РФ от 08.12.03 N 162-ФЗ из норм действующего Уголовного кодекса была исключена "неоднократность преступлений" как общее понятие (ст. 16 УК РФ), так и применение ее в качестве обстоятельства, влекущего за собой более строгое наказание, когда она предусматривалась квалифицирующим признаком ряда преступлений, в том числе кражи.

Наказание за кражу, совершенную с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище, а также совершенную с причинением значительного ущерба гражданину, было смягчено еще Федеральным законом РФ от 31.10.02 N 133-ФЗ, в соответствии с которым максимальное наказание по санкции ч. 2 ст. 158 УК РФ, предусматривающей ответственность за такое преступление, снижено с 6 до 5 лет лишения свободы. Таковым оно является и по санкции ч. 2 ст. 158 УК РФ в редакции ФЗ РФ от 08.12.03.

На основании ч. 3 ст. 15 УК РФ умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное Уголовным кодексом, не превышает пяти лет лишения свободы, признается преступлением средней тяжести.

В соответствии с п. "в" ч. 3 ст. 86 УК РФ судимость в отношении лиц, осужденных к лишению свободы за преступления небольшой или средней тяжести, погашается по истечении трех лет после отбытия наказания.

Согласно ч. 1 ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

Б.Ч. был освобожден по отбытии наказания 26.07.99. Новое преступление, за которое он осужден приговором Промышленновского районного суда от 25.12.03, он совершил 17.04.03.

Исходя из изложенного, следует вывод о том, что все прежние судимости Б.Ч., включая судимость по приговору от 20.07.99, погашаются по истечении трех лет после отбытия наказания и являются погашенными на момент совершения нового преступления. Срок погашения судимости 26.07.02.

Суд первой инстанции при постановлении приговора в отношении Б.Ч. от 25.12.03 не учел вышеуказанных изменений положений закона, в связи с этим допустил неправильное применение уголовного закона в части исчисления срока погашения судимостей, в результате необоснованно установил их наличие и признал опасный рецидив преступлений, совершенных Б.Ч.

Суд кассационной инстанции, оставивший приговор своим определением от 19.02.04 без изменения, не имел законной возможности произвести необходимые поправки, поскольку был ограничен пределами рассмотрения уголовного дела, установленными ч. 2 ст. 360 УПК РФ, проверяя в кассационном порядке законность, обоснованность и справедливость приговора лишь в той части, в которой он обжалован.

 

3.3. Ошибки квалификации, повлекшие изменение приговоров

 

Обобщение показало, что довольно распространенными ошибками, допускаемыми судьями области при квалификации деяний, являются:

1. излишняя квалификация;

2. ошибки при разграничении грабежа и разбоя;

3. ошибочное вменение квалифицирующих признаков, не нашедших своего подтверждения в судебном заседании.

 

1. Не всегда судьи учитывают положения ч. 3 ст. 17 УК РФ, в соответствии с которыми, если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме. Часто суды ошибочно дополнительно квалифицируют действия, которые охватываются основным либо квалифицированным составом, что ведет к двойному осуждению за одно и то же деяние.

 

Изменен приговор Ленинск-Кузнецкого городского суда от 03.08.99 в отношении О.Р., исключено указание на осуждение О.Р. по ст. 125 УК РФ.

При постановлении приговора суд квалифицировал действия О.Р. по ст. 125, ч. 2 ст. 264, ст. 265 УК РФ. При этом суд не учел, что действия О.Р. по оставлению места происшествия полностью охватываются составом ст. 265 УК РФ, предусматривающей ответственность за оставление места дорожно-транспортного происшествия лицом, управляющим транспортным средством и нарушившим правила дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, в случае наступления последствий, предусмотренных ст. 264 УК РФ, и не требуют дополнительной квалификации по ст. 125 УК РФ.

Таким образом, суд ошибочно дважды осудил О.Р. за совершение одного и того же преступления.

Следует, однако, иметь в виду, что Федеральным законом N 162-ФЗ от 08.12.03 деяние, предусмотренное ст. 265 УК РФ, декриминализировано. В связи с чем, по действующему закону, в случае оставления места дорожно-транспортного происшествия лицом, виновным в совершении деяния, предусмотренного ст. 264 УК РФ, действия виновного надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 125, 264 УК РФ.

 

Другим примером излишней квалификации является измененный приговор Центрального районного суда г. Новокузнецка от 24.11.03 в отношении Б.Р., осужденного по ч. 1 ст. 264 УК РФ и ч. 2 ст. 168 УК РФ.

Б.Р. нарушил правила дорожного движения, причинив потерпевшему Б. вред здоровью средней тяжести, уголовная ответственность за который на период постановки приговора предусматривалась ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Уголовная ответственность за повреждение чужого имущества в крупном размере при ДТП не предусмотрена.

Квалификация действий Б.Р. по ч. 2 ст. 168 УК РФ является необоснованной, поскольку Б.Р. причинил крупный ущерб автомобилю "Тойота Ленд Крузер" в результате ДТП, нарушив Правила дорожного движения.

В ст. 168 УК РФ предусмотрена ответственность за нарушение правил безопасности другими, кроме автомобиля, источниками повышенной опасности. К тому же из приговора не усматривается, в чем выразился умысел осужденного, направленный на уничтожение или повреждение чужого имущества в крупном размере источником повышенной опасности.

В данной ситуации нет идеальной совокупности, а имеется единое преступление, ответственность за последствия по которому предусмотрена как уголовным, так и гражданским законодательством.

Следовательно, квалификация действий Б.Р. по ч. 2 ст. 168 УК РФ является излишней.

 

2. Трудности при разграничении грабежа и разбоя возникают на практике, как правило, при квалификации групповых преступлений.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 29 от 27.12.02 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", если умыслом виновных, совершивших разбойное нападение группой лиц по предварительному сговору, охватывалось применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, все участники совершенного преступления несут ответственность также по пункту "г" части второй статьи 162 УК РФ (ч. 2 ст. 162 УК РФ в ред. от 08.12.03) как соисполнители и в том случае, когда оружие и другие предметы были применены одним из них.

Однако наличие умысла на применение оружия либо предметов, используемых а качестве оружия, должно быть установлено в судебном заседании, подтверждено доказательствами и отражено в приговоре.

Приговором Центрального районного суда г. Новокузнецка от 27.10.03 Г. осуждена по п. "г" ч. 3 ст. 162 УК РФ.

Суд признал Г. виновной в разбойном нападении с применением предмета, используемого в качестве оружия, по предварительному сговору, однако в приговоре не привел доказательств, подтверждающих наличие данных квалифицирующих признаков.

В суде Г. пояснила, что она не знала, что у Д.Ц. имеется топорик. Потерпевшей он нанес удар неожиданно для нее.

Осужденный Д.Ц. в суде также подтвердил, что Г. не знала, что у него есть топорик и что он будет наносить потерпевшей удары.

Поскольку умыслом Г. не охватывалось применение предметов, используемых в качестве оружия, и применение насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшей, действия ее, по мнению президиума, следует переквалифицировать с п. "г" ч. 3 ст. 162 УК РФ на п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ в ред. 08.12.2003, как открытое хищение чужого имущества по предварительному сговору группой лиц.

 

В тех случаях, когда группа лиц предварительно договорилась о совершении кражи (грабежа) чужого имущества, но кто-либо из соисполнителей вышел за пределы состоявшегося сговора, совершив действия, подлежащие правовой оценке как грабеж или разбой, содеянное им следует квалифицировать по соответствующим пунктам и частям статей 161, 162 УК РФ.

Постановлением президиума изменен приговор Междуреченского городского суда от 25.12.01 и определение судебной коллегии по уголовным делам от 28.02.02 в отношении С.Х., З.У. и К.Т.

Квалифицируя действия всех осужденных по ст. 162 УК РФ, суд и судебная коллегия сослались на то, что З.У. и К.Т. сознавали характер угрозы пистолетом. Однако эти показания какими-либо доказательствами не подтверждены.

Поскольку не установлено, что действия С.Х., угрожавшего применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, охватывались умыслом З.У. и К.Т., следует признать, что С.Х. действовал самостоятельно, и имел место эксцесс исполнителя разбоя.

При таких обстоятельствах президиум счел необходимым действия З.У. и К.Т. квалифицировать по п. "а", "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ как грабеж, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, а действия С.Х. - по ч. 1 ст. 162 УК РФ, как разбой с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего.

 

3. Ряд приговоров изменен ввиду необоснованного вменения квалифицирующих признаков.

Распространенным основанием исключения квалифицирующего признака "группой лиц по предварительному сговору" является его немотивированность в приговоре.

Например, необоснованно вменен квалифицирующий признак "группой лиц по предварительному сговору" Г. (приговор Осинниковского городского суда от 28.10.03).

Суд, вменив Г. совершение преступления группой лиц по предварительному сговору, указал лишь на согласованность действий Г. с другим лицом. Однако, по мнению президиума, одно это обстоятельство еще не свидетельствует о наличии предварительного сговора.

 

Из осуждения Ч.Р. и А.О. по ч. 4 ст. 111 УК РФ исключен квалифицирующий признак "группой лиц", как не нашедший подтверждения в материалах дела (приговор Рудничного районного суда г. Прокопьевска от 19.07.02 и определение судебной коллегии от 05.09.02 изменены).

Как видно из материалов дела, Ч.Р. и А.О. совместно не участвовали в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Б., повлекшего по неосторожности его смерть. Их действия, направленные на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, не носили согласованный характер в отношении потерпевшего. Между действиями Ч.Р. и А.О. имелся значительный промежуток времени. Во время причинения тяжких телесных повреждений потерпевшему Ч.Р., А.О. спал, затем, узнав от Ч.Р., что она избила потерпевшего, А.О. самостоятельно без участия Ч.Р. причинил потерпевшему тяжкий вред здоровью, опасный для жизни.

 

Изменен приговор Рудничного районного суда г. Кемерово от 23.12.02 в отношении Л.Н., осужденного по п. "а" ч. 2 ст. 175 УК РФ, и Мастерова, осужденного по ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Установив, что М. совершил хищение группой лиц по предварительному сговору, суд в приговоре необоснованно указал, что преступление совершено в группе лиц с К., уголовное дело в отношении которого было выделено в отдельное производство, поэтому указание на К., как совершившего кражу группой лиц по предварительному сговору с М., подлежит исключению из приговора. Необходимо считать, что М. совершил хищение чужого имущества группой лиц по предварительному сговору с неустановленным лицом.

Также учитывая, что Л.Н. осознавал, что сбывал имущество с лицом, совершившим хищение этого имущества, его действия по сбыту имущества, заведомо добытого преступным путем, не могут быть квалифицированы как совершенные группой лиц по предварительному сговору.

В этой связи действия Л.Н. должны быть квалифицированы по ч. 1 ст. 175 УК РФ.

 

Решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, грабеж или разбой, признака незаконного проникновения в жилище, помещение или иное хранилище, судам необходимо выяснять, с какой целью виновный оказался в помещении (жилище, хранилище), а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом. Если лицо находилось там правомерно, не имея преступного намерения, но затем совершило кражу, грабеж или разбой, в его действиях указанный признак отсутствует.

Этот квалифицирующий признак отсутствует также в случаях, когда лицо оказалось в жилище, помещении или ином хранилище с согласия потерпевшего или лиц, под охраной которых находилось имущество, в силу родственных отношений, знакомства либо находилось в торговом зале магазина, в офисе и других помещениях, открытых для посещения гражданами (п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 29 от 27.12.02).

Президиум изменил приговор Кировского районного суда г. Кемерово от 20.09.02 в отношении Л.Л. и С.К.

Л.Л. и С.К. необоснованно признаны виновными в совершении разбойного нападения с незаконным проникновением в помещение, т.к. из материалов дела видно, что разбойное нападение было совершено в торговом павильоне в период его работы, когда доступ в него не был ограничен. Поэтому незаконного проникновения в помещение при разбойном нападении не было.

 

3.4. В 1-м полугодии 2004 года имели место случаи изменения приговоров и по процессуальным основаниям, когда судами:

- нарушены требования ст. 252 УПК РФ - суд вышел за пределы предъявленного обвинения;

- нарушены требования ст. 246 УПК РФ - признание лица виновным при отказе государственного обвинителя от обвинения.

Суды не всегда учитывают, что полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части. Кроме того, государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может также изменить обвинение в сторону смягчения путем:

1) исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих наказание;

2) исключения из обвинения ссылки на какую-либо норму УК РФ, если деяние подсудимого предусматривается другой нормой УК РФ, нарушение которой вменялось ему в обвинительном заключении или обвинительном акте;

3) переквалификации деяния в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание.

 

Так, изменен приговор Юргинского городского суда от 25.06.03 в отношении Т.И.

В соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится лишь по предъявленному обвиняемому обвинению.

Органами предварительного расследования Т.И. предъявлено обвинение в совершении покушения на кражу неоднократно, с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба потерпевшей.

В судебном заседании государственный обвинитель в соответствии с полномочиями, предоставленными ему ч. 7, п. 1 ч. 8 ст. 246 УПК РФ, полагая недоказанным обвинение Т.И. в причинении потерпевшей Б. значительного ущерба, отказался от поддержания в этой части обвинения и просил квалифицировать действия подсудимого как покушение на кражу, совершенную неоднократно, с незаконным проникновением в жилище.

Суд в нарушение требований ст. 252 УПК РФ вышел за пределы поддержанного государственным обвинителем обвинения и осудил Т.И. помимо иных квалифицирующих признаков кражи еще и за причинение значительного ущерба потерпевшей, чем ухудшил его положение, что является незаконным и влечет изменение приговора.

 

Из приговора Ленинск-Кузнецкого городского суда от 21.01.04 в отношении К.Э. и З.Ф. исключено осуждение по квалифицирующему признаку кражи, как совершенной группой лиц по предварительному сговору.

Из материалов дела видно, что в постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых К.Э. и З.Ф. указано, что каждый из них совершил кражу с причинением значительного ущерба, с незаконным проникновением в жилище. Квалифицирующий признак "группой лиц по предварительному сговору" не указан. Таким образом, квалифицировав действия К.Э. и З.Ф. по указанному признаку, суд вышел за пределы предъявленного обвинения.

 

Президиум изменил приговор Центрального районного суда г. Кемерово от 15.02.00 в отношении К.Ж.

В мотивировочной части приговора суд указал, что квалифицирует действия К.Ж. по эпизоду от 04.10.99 как грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья. Однако суд не указал, по каким основаниям был сделан вывод о наличии в содеянном данного признака.

Как видно из протокола судебного заседания, потерпевший Б.Щ. и его законный представитель не явились в судебное заседание, а показания, данные ими на предварительном следствии по факту применения насилия со стороны К.Ж., в суде не оглашались и не исследовались.

Кроме того, государственный обвинитель в заключительной речи указал, что из обвинения К.Ж. по факту ограбления потерпевшего Б.Щ. следует исключить п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ.

При таких обстоятельствах подлежит исключению осуждение К.Ж. по п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, т.е. по признаку совершения грабежа с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья.

 

Изменение президиумом областного суда приговоров в связи с нарушениями норм процессуального законодательства выражалось также в исключении из приговоров указаний на доказательства, не исследованные в судебном заседании, исключении из приговоров эпизодов, связанных с обвинением, ввиду того, что выводы суда о виновности лиц по данным эпизодам основаны на предположениях.

Постановлением президиума изменен приговор Центрального районного суда г. Новокузнецка от 13.08.03 и определение судебной коллегии от 02.10.03 в отношении П.Д.

Президиум указал, что вина П.Д. в совершении покушения на завладение с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевшего Т.Р., деньгами в сумме 500 руб. доказана.

Вместе с тем в судебном заседании не добыто доказательств, подтверждающих вину П.Д. в том, что он покушался на завладение олимпийкой и трико, принадлежащих потерпевшему Т.Р.

Суд, признавая П.Д. виновным в покушении на завладение указанными вещами, сослался в приговоре на показания потерпевшего и свидетелей. Однако из показаний данных лиц не следует, что П.Д. покушался на завладение трико и олимпийкой потерпевшего Т.Р. Так, потерпевший Т.Р. в судебном заседании пояснил, что олимпийку натянули ему на голову, чтобы он не видел, кто его бьет, порвали олимпийку при этом, трико при избиении его было снято с него наполовину.

Свидетель Д.Ч. по указанным обстоятельствам вообще ничего не пояснял. Свидетель О.В. пояснил следующим образом: "... в процессе драки П.Д. содрал с потерпевшего олимпийку, П.Д. тащил Т.Р. по асфальту, и трико, которое было на Т.Р., сползло ...". Указанные показания не свидетельствуют о том, что П.Д. пытался завладеть олимпийкой и трико Т.Р.

Таким образом, из приговора исключено осуждение П.Д. за покушение на завладение олимпийкой и трико потерпевшего.

Президиум также отменил приговор в части гражданского иска, касающегося взыскания в пользу Т.Р. 800 руб. (за трико и олимпийку), дело в этой части направлено в суд на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

 

ГЛАВА 4. Основания отмены определений судебной коллегии

по уголовным делам с направлением дела

на новое кассационное рассмотрение

 

Ошибками, послужившими основанием к отмене определений судебной коллегии, являлись:

1. нарушение права на защиту;

2. ошибочное возложение на суд функции обвинения;

3. отсутствие мотивов принятого решения;

4. принятие решения без учета требований ч. 5 ст. 355 УПК РФ;

5. выводы судебной коллегии не соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

 

В 1-м полугодии 2004 года президиумом Кемеровского областного суда отменено 2 определения судебной коллегии по уголовным делам ввиду нарушения права на защиту.

Так, отменено кассационное определение от 19.08.03 в отношении В.Р.

Приговором Осинниковского городского суда от 24.01.03 В.Р. признан виновным по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Кассационным определением приговор оставлен без изменения.

В надзорных жалобах осужденный и его защитник указали на нарушение судебной коллегией ч. 2 ст. 376 УПК РФ - ни адвокат, ни осужденный не были надлежащим образом извещены о дне слушания дела.

В подтверждение своих доводов адвокат представил акт от 15.09.03, подтверждающий, что извещения о назначении к слушанию уголовного дела по обвинению В.Р. по ч. 4 ст. 111 УК РФ на 19.08.03 в коллегию адвокатов г. Осинники не поступало.

Доводы осужденного В.Р. о том, что он не был извещен о дне слушания дела в кассационной инстанции, также заслуживают внимания, поскольку согласно телефонограмме из СИЗО N 2 г. Новокузнецка осужденный В.Р. убыл из СИЗО N 2 г. Новокузнецка в г. Нижний Тагил 28.02.03, а извещение о назначении дела к слушанию было направлено в СИЗО N 2 г. Новокузнецка 28.07.03.

Таким образом, президиум признал доводы адвоката и осужденного о нарушении требований ч. 2 ст. 376 УПК РФ обоснованными.

Кроме того, оставляя кассационную жалобу адвоката без удовлетворения, судебная коллегия не привела в определении мотивов, по которым она оставила без удовлетворения довод адвоката о незаконном оглашении судом в судебном заседании показаний, данных на предварительном следствии и предыдущем судебном заседании.

 

Ввиду нарушения требований ст. 376 УПК РФ отменено также и определение судебной коллегии от 22.04.04 в отношении М.Р.

Из материалов видно, что М.Р. в кассационной жалобе ходатайствовал о своем присутствии при рассмотрении уголовного дела, однако коллегия областного суда в соответствии с требованиями ст. 376 УПК РФ ходатайство осужденного не рассмотрела и жалоба была рассмотрена без его личного участия.

Президиум указал, что в данном случае согласно ч. 1 ст. 409, п. 2 ч. 1 ст. 379, п. 3 ч. 2 ст. 381 УПК РФ рассмотрение уголовного дела в отсутствие подсудимого является основанием отмены судебного решения.

 

Одно определение судебной коллегии отменено ввиду нарушения требований ч. 3 ст. 15 УПК РФ.

Приговором Тисульского районного суда от 24.07.03 П. осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 158 УК РФ, ст. 70 УК РФ, Н. и О.Г. осуждены по ч. 3 ст. 30, пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением ст. 73 УК РФ. Этим же приговором Н., О.Г., Ш., П. оправданы в совершении преступления, предусмотренного пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ, а П. - ч. 3 ст. 158 УК РФ, в связи с непричастностью.

Определением судебной коллегии по уголовным делам от 23.10.03, рассмотревшей дело по кассационному представлению государственного обвинителя, жалобам адвоката и представителя гражданского истца, приговор был отменен в полном объеме и дело направлено на новое судебное рассмотрение за нарушением требований ст. 373, п. 3 ч. 1 ст. 379 УПК РФ.

Президиум указал, что, отменяя приговор, судебная коллегия нарушила требования ч. 3 ст. 15 УПК РФ, фактически возложив на суд функцию обвинения.

Так, коллегия указала, что суд не принял мер к вызову и допросу лица, производившего допрос обвиняемого О.Г., не исследовал вопрос о восполнении доказательств, не принял во внимание и не исследовал в судебном заседании показания О.Г. в качестве подозреваемого (л. д. 27 - 28). Однако ни стороной обвинения, ни стороной защиты в судебном заседании не заявлялось ходатайств о вызове и допросе указанного лица и об оглашении и исследовании показаний О.Г. на л. д. 27 - 28. Не было указано таких оснований и в кассационном представлении прокурора.

В кассационном определении суду необоснованно указано на существенное нарушение им норм УПК, выразившееся в неустранении противоречий между показаниями подсудимых на предварительном следствии и в судебном заседании, поскольку в судебном заседании подсудимые показания не давали, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ.

 

Значительное количество нарушений содержит определение судебной коллегии по уголовным делам от 09.03.04, которым отменено постановление Кировского районного суда г. Кемерово от 24.12.03 в отношении П.Е. Указанное определение отменено президиумом в связи с отсутствием мотивов принятого решения, принятие решения без учета требований ч. 5 ст. 355 УПК РФ, а также ввиду того, что выводы судебной коллегии не соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Так, указанным определением отменено с прекращением производства по делу постановление Кировского районного суда г. Кемерово от 24.12.03 о назначении дополнительной стационарной судебно-психиатрической экспертизы и изменении меры пресечения на заключение под стражу в отношении П.Е. Этим же определением оставлено без изменения постановление Кировского районного суда г. Кемерово от 23.12.03 об отказе в удовлетворении ходатайств, заявленных П.Е. и его защитником в судебном заседании.

Президиум указал, что, прекратив производство по делу без указания мотивов и оснований такого решения в определении, судебная коллегия нарушила требования ст. ст. 254, 384 УПК РФ, которые регламентируют основания прекращения уголовного дела судом, а также п. 6 ч. 1 ст. 388 УПК РФ об обязательном приведении в кассационном определении мотивов принятого решения.

Не учтены коллегией также и требования п. 2 ч. 5 ст. 355 УПК РФ о том, что не подлежат обжалованию определения или постановления, вынесенные в ходе судебного разбирательства, об удовлетворении или отклонении ходатайств участников судебного разбирательства.

Ряд выводов судебной коллегии, приведенных в определении, не соответствует установленным по делу обстоятельствам.

Вывод коллегии о том, что вопрос о проведении экспертизы не ставился и не обсуждался в ходе судебного заседания, противоречит протоколу судебного заседания, из которого видно, что государственным обвинителем заявлено ходатайство о назначении стационарной судебно-психиатрической экспертизы, приложены письменные вопросы для разрешения их экспертом, при этом в обсуждении этого вопроса участвовали подсудимый, оба защитника, которые возражали против назначения экспертизы.

Выводы судебной коллегии о том, что решение суда первой инстанции об изменении меры пресечения П.Е. на содержание под стражей продиктовано лишь назначением в отношении него дополнительной экспертизы также вызывают сомнение, поскольку судом в постановлении приведены и другие мотивы в обоснование своего решения, в частности, оказание давления на свидетеля.

Кроме того, судебная коллегия указывает, что не были судом полно учтены при изменении меры пресечения П.Е. его возраст, семейное положение и "другие обстоятельства". Между тем, из материалов дела видно, что П.Е. 42 года, он разведен. Каким образом эти обстоятельства ставят под сомнение решение суда об изменении меры пресечения П.Е., в кассационном определении не мотивировано.

 

Кроме того, в 1-м полугодии 2004 года постановлением и.о. председателя Кемеровского областного суда отменено 1 решение судьи Кемеровского областного суда, принятое в нарушение норм Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Так, решением судьи Кемеровского областного суда от 11.03.04 по жалобе представителя отдела ГИБДД УВД г. Кемерово отменено решение судьи Центрального районного суда г. Кемерово от 29.01.04, которым отменено постановление старшего инспектора по АИ ОГАИ г. Кемерово о наложении административного наказания в виде штрафа на Д.Ч. и прекращено производство по делу.

В соответствии со ст. 25.1 КоАП РФ дело об административном правонарушении может быть рассмотрено в отсутствие лица, в отношении которого ведется производство по делу, лишь в случае, если имеются данные о его надлежащем извещении о месте и времени рассмотрения дела и от него не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела.

Как следует из материалов дела, в нем отсутствуют данные, свидетельствующие о том, что Д.Ч. была надлежащим образом извещена о месте и времени рассмотрения дела. Письмо с извещением, направленное Д.Ч. из областного суда 02.03.04, получено последней не было, что подтверждается сообщением заместителя начальника почтамта.

 

ГЛАВА 5. Основания изменения определений судебной коллегии

по уголовным делам

 

Основаниями внесения изменений послужили:

- ухудшение положения осужденного;

- неправильное применение материального закона.

 

Так, Постановлением Президиума изменено определение судебной коллегии по уголовным делам от 16.12.03 в отношении Г.В.

Приговором Заводского районного суда г. Кемерово от 15.09.03 Г.В. осуждена по п. "в" ч. 4 ст. 158 УК РФ к 5 годам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров - к 5 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Определением судебной коллегии по уголовным делам от 16.12.03 приговор изменен, действия Г.В. переквалифицированы на пп. "а", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции 2003 г.), назначено по данному закону 2 года лишения свободы. В соответствии со ст. 70 УК РФ окончательно определено 5 лет 1 месяц лишения свободы.

Изменяя определение, президиум указал, что судебная коллегия, назначая наказание по правилам ст. 70 УК РФ, присоединила из не отбытого по предыдущему приговору 3 года 1 месяц лишения свободы, когда как согласно приговору суд присоединил 6 месяцев, тем самым судебная коллегия ухудшила положение осужденной, чего делать была не вправе.

Постановлением президиума наказание Г.В. снижено до 2 лет 6 месяцев лишения свободы.

 

Изменено определение судебной коллегии по уголовным делам от 18.12.03 в отношении Л.М.

Приговором Междуреченского городского суда от 04.11.03 Л.М. осужден по п. "в" ч. 3 ст. 159 УК РФ в ред. 1996 г., с применением ст. 64 УК РФ к 3 годам лишения свободы, по п. "в" ч. 3 ст. 161 УК РФ в ред. 1996 г. с применением ст. 64 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Судебная коллегия по уголовным делам изменила приговор и переквалифицировала действия Л.М. на ч. 1 ст. 161, ч. 2 ст. 159 УК РФ в связи с изменениями, внесенными в УК РФ ФЗ РФ от 08.12.03, и назначила наказание по совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ - 4 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Однако судебная коллегия не учла, что Л.М. совершил преступления, относящиеся к категории средней тяжести. В связи с этим, назначая наказание по совокупности преступлений, коллегия должна была руководствоваться правилами ч. 2 ст. 69 УК РФ, которая предусматривает как принцип поглощения, так и принцип частичного сложения наказаний, при этом окончательное наказание не может превышать более чем наполовину максимальный срок или размер наказания, предусмотренный за более тяжкое преступление.

Поскольку судебная коллегия неправильно применила закон, подлежащий применению, то постановлением президиума определение изменено, при назначении наказания Л.М. по совокупности преступлений в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ применен принцип частичного сложения наказаний.

 

ГЛАВА 6. Пересмотр вступивших в законную силу постановлений

по делам об административных правонарушениях, решений

по результатам рассмотрения жалоб, протестов

 

Наиболее распространенным основанием отмены постановлений по делам об административных правонарушениях является отсутствие состава правонарушения. Чаще всего судебные решения отменяются за отсутствием признаков объективной стороны правонарушения, а также за отсутствием события правонарушения.

Так, председателем Кемеровского областного суда было отменено постановление мирового судьи судебного участка N 3 Рудничного района г. Кемерово от 03.02.04 в отношении У., которым он на основании ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ был подвергнут административному аресту сроком на 3 суток.

У. привлечен к административной ответственности за то, что, находясь на остановке "<...>", в присутствии посторонних выражался нецензурной бранью, чем нарушил общественный порядок.

Судом всесторонне, полно и объективно не исследованы все обстоятельства по делу.

Согласно п. 1 ст. 26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении выяснению подлежит наличие события административного правонарушения. Из материалов административного производства видно, что время совершения правонарушения различно. В рапортах работников милиции указано 16 часов 30 минут, а в заявлении, написанном от имени свидетеля Ш. - 12 часов 05 минут. Судьей данное противоречие устранено не было.

Вывод судьи о том, что У. выражался в присутствии посторонних граждан нецензурной бранью, не подтвержден материалами дела. Так, из объяснения прокурору единственного свидетеля Ш. следует, что он заявления о привлечении к административной ответственности У. не писал, подпись под данным заявлением ему не принадлежит. Других свидетелей, подтверждавших, что У. выражался в присутствии посторонних граждан нецензурной бранью, по делу нет.

 

По тому же основанию заместителем председателя Кемеровского областного суда было отменено постановление Заводского районного суда г. Кемерово от 21.02.04, которым Д. подвергнут административному аресту сроком на 10 суток за отправление естественных надобностей около дома по <...> в дневное время.

Судья не принял меры к полному и объективному выяснению всех обстоятельств дела, имеющих значение для принятия законного решения, поскольку доказательств, достоверно подтверждающих факт совершения Д. указанного правонарушения, не установлено, а рапорты сотрудников милиции при отсутствии других доказательств, перечисленных в ст. 26.2 КоАП РФ, достаточными доказательствами признать нельзя.

 

Имеют место случаи, когда в постановлениях не указывается часть статьи, по которой привлекается правонарушитель.

Председателем Кемеровского областного суда отменено постановление Беловского районного суда от 07.04.04 в отношении Ч.С., которому назначено наказание в виде административного ареста на 5 суток за то, что он 07.04.04 в здании Беловского районного суда, в нетрезвом состоянии, вел себя вызывающе, на неоднократные требования судебного пристава не реагировал, чем совершил неисполнение распоряжения судьи и судебного пристава.

Ст. 17.3 КоАП РФ предусматривает ответственность за два самостоятельных правонарушения, и состоит из двух частей, поэтому суд, назначив наказание на основании ст. 17.3 КоАП РФ (без указания части статьи), нарушил административный закон.

Кроме того, согласно протоколу об административном правонарушении Ч.С. обвинялся в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 17.3 КоАП РФ, т.е. в неисполнении законного требования судебного пристава, а санкция ч. 2 ст. 17.3 КоАП РФ предусматривает наказание в виде штрафа, а не ареста. В протоколе нет сведений о неисполнении законного распоряжения судьи о прекращении действий, нарушающих установленные в суде правила, а также не указано, какие именно действия Ч.С. нарушали установленные правила.

 

Практика показывает, что дела часто рассматриваются в отсутствие лица, в отношении которых возбуждено дело.

Так, председателем Кемеровского областного суда отменено решение Анжеро-Судженского городского суда от 09.03.04, которым отменено постановление государственного инспектора труда в Кемеровской области в отношении А.П., подвергнутого штрафу в соответствии с ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ.

В нарушение ч. 2 ст. 25.1 КоАП РФ суд рассмотрел дело по жалобе в отсутствие заявителя А.П., не известив последнего о месте и времени рассмотрения дела. Кроме того, суд не допустил представителя Государственной инспекции труда Кемеровской области к участию в деле, сославшись на отсутствие у него надлежаще оформленной доверенности на участие в деле. Отсутствие заявителя и представителя Государственной инспекции труда в рассмотрении дела повлекло неполноту в исследовании всех обстоятельств, имеющих значение для дела.

В 1-м полугодии 2004 года президиумом Кемеровского областного суда отменялись также и иные судебные решения, в частности, принятые в порядке досудебного производства (ст. 125 УПК РФ).

Анализ показал, что судами области не всегда проводится всесторонняя и полная проверка доводов жалобы заявителей, зачастую выносятся немотивированные решения об оставлении жалобы без удовлетворения.

К примеру, отменено постановление судьи Юргинского городского суда от 24.09.03 об оставлении без удовлетворения жалобы С.А. об отмене постановления следователя СО при ОВД Юргинского района от 01.09.03 о прекращении уголовного дела по факту ДТП.

В жалобе на постановление следователя СО при Юргинском РОВД от 01.09.03 С.А. указывала не только на необъективность дополнительной автотехнической экспертизы от 27.07.03, но и оспаривала достоверность схемы ДТП, несоответствие ее показаниям очевидцев ДТП - К., Р.

Судом же обсуждался только довод жалобы С.А. о необходимости назначения повторной комплексной автотехнической экспертизы по делу, в полном объеме все доводы жалобы не проверены, в связи с чем постановление судьи нельзя признать законным и обоснованным и оно подлежит отмене.

 

Имели место также случаи отмены постановлений, принятых в порядке подготовки к судебному заседанию. Особое внимание следует обратить на наиболее распространенные ошибки, связанные с разрешением заявленных ходатайств о составе суда на стадии назначения судебного заседания.

Так, президиум отменил постановления Мысковского городского суда от 30.07.03, от 09.02.04 и от 18.02.04 в отношении С.Б. и К.З.

Постановлением Мысковского городского суда от 06.11.02 уголовное дело было назначено и рассмотрено с участием народных заседателей.

Приговор от 25.03.03 в отношении С.Б. и К.З. определением судебной коллегии по уголовным делам от 08.07.03 был отменен с направлением на новое судебное рассмотрение.

Осужденные до начала судебного заседания заявляли ходатайство о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей, однако суд рассмотрел дело с народными заседателями, а вопрос на участие народных заседателей судом не обсуждался. Постановлением от 30.07.03 дело было назначено к рассмотрению единолично судьей после отмены приговора. До начала судебного заседания судья не выяснил у С.Б. и К.З., имеется ли у них ходатайство о рассмотрении уголовного дела в составе судьи и двух народных заседателей. Судьей было оставлено без внимания ходатайство К.З. от 29.07.03 о рассмотрении уголовного дела коллегией из 3-х судей.

Исходя из вышеизложенного, судьей были нарушены требования ч. 3 ст. 8 УПК РФ, так как подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение его уголовного дела, в том числе и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

В судебном заседании от 09.02.04 К.З. и С.Б. заявляли ходатайство о рассмотрении дела коллегией из 3-х судей, судья удовлетворил их ходатайства, дело слушанием отложил, и 18.02.04 судьей было вынесено постановление о назначении судебного заседания в составе трех судей.

В соответствии со ст. ст. 227, 231 УПК РФ ходатайства о составе суда разрешаются в стадии назначения судебного заседания, поэтому постановления от 9 и 18 февраля 2004 года являются незаконными. Кроме того, незаконными они являются еще и потому, что в деле имеется не отмененное постановление о назначении судебного заседания от 30.07.03 о единоличном рассмотрении уголовного дела, поэтому указанные постановления подлежат отмене.

 

Президиум

Кемеровского областного суда

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь