Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

БЮЛЛЕТЕНЬ

КАССАЦИОННОЙ И НАДЗОРНОЙ ПРАКТИКИ

ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

СВЕРДЛОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

(ТРЕТИЙ КВАРТАЛ 2004 ГОДА)

 

НАДЗОРНАЯ ПРАКТИКА

 

1. Необоснованное применение мер по обеспечению иска повлекло утрату ответчиками права собственности на свое имущество.

 

В. и А. обратились в суд с иском к ООО "Инвест-групп", ООО "Инвест-систем", гражданам Г., К. и другим о признании недействительными сделок купли-продажи ценных бумаг, применении последствий недействительности сделок, истребовании акций из чужого незаконного владения. В обоснование иска указали, что сделки по отчуждению акций ООО "Инвест-групп" и ООО "Инвест-систем" являются крупными сделками, по которым решение общего собрания акционеров не принималось.

По заявлению истцов об обеспечении иска определением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 27.04.2004 было постановлено списать: с лицевого счета К. 6571 обыкновенную акцию ОАО "Уральский научно-исследовательский технологический институт" и зачислить на лицевой счет ООО "Инвест-групп"; с лицевого счета К. 2216 обыкновенных акций ОАО "Уральский научно-исследовательский технологический институт" и зачислить их на лицевой счет ООО "Инвест-групп" и с его же лицевого счета - 2670 обыкновенных акций ОАО "Уральский научно-исследовательский технологический институт" и зачислить их на лицевой счет ООО "Инвест-систем".

Определениями этого же суда от 11.05.2004 был принят отказ истцов от иска, прекращено производство по делу и отменены меры обеспечения иска. Определением от 19.05.2004 произведен поворот исполнения определения о мерах обеспечения иска.

Отменяя вышеназванные судебные постановления, президиум Областного суда указал, что в соответствии со ст. 139 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска допускается во всяком положении дела, если непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

В нарушение требований данной правовой нормы суд удовлетворил заявление истцов, однако не учел, что под видом принятия мер обеспечения иска была заявлена просьба, по результату соответствующая заявленным суду исковым требованиям. В связи с немедленным исполнением этого определения от 27.04.2004 акции перешли к ООО "Инвест-групп" и ООО "Инвест-систем", а затем были проданы третьим лицам. В результате этого суд фактически удовлетворил иск, лишив ответчиков прав собственности на акции, приняв тем самым "участие" в незаконном переделе собственности.

 

2. Ненадлежащее извещение сторон повлекло отмену апелляционного определения с направлением дела на новое рассмотрение.

 

Решением мирового судьи судебного участка N 3 г. Алапаевска от 13 марта 2003 г. с К. в пользу Ш. в возмещение вреда от ДТП взыскано 7169 руб. 13 коп., а в иске к М. отказано. Апелляционная жалоба К. оставлена без рассмотрения по мотиву неявки сторон на апелляционное рассмотрение дела 6 и 12 мая 2003 г.

Отменяя указанное определение, президиум со ссылкой на ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указал, что рассмотрение дела судом апелляционной инстанции проводится по правилам производства в суде первой инстанции, поэтому в случае неявки сторон в заседание апелляционной инстанции апелляционный суд вправе оставить апелляционную жалобу без рассмотрения (ст. 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Однако это допустимо, если стороны надлежащим образом извещены об апелляционном рассмотрении дела. Оставляя апелляционную жалобу К. без рассмотрения, суд апелляционной инстанции не установил, извещен ли он надлежащим образом о рассмотрении дела 12.05.2003. Ответчик утверждает о неизвещении его о рассмотрении дела в Алапаевском суде по его жалобе. В деле таких данных (об извещении) также не имеется. Поэтому определение Алапаевского городского суда от 12.05.2003 является незаконным, подлежащим отмене, а дело - направлению в суд для рассмотрения дела по апелляционной жалобе К. по существу.

 

3. Расторжение договора найма жилого помещения допустимо лишь при наличии доказательств выбытия ответчика на другое постоянное место жительства.

 

Решением Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила от 28.07.2003 К. признан утратившим право на жилое помещение в квартире, в которой он был зарегистрирован, паспортно-визовая служба Тагилстроевского РОВД обязана снять его с регистрационного учета по данному адресу.

Удовлетворяя иск, суд сослался на ст. 89 Жилищного кодекса РСФСР, указав, что ответчик в 1995 г. добровольно выехал из жилого спорного помещения, за квартиру не платит и не выполняет иные обязанности по договору социального найма, что свидетельствует о переезде его на другое постоянное место жительства.

Однако с таким выводом президиум не согласился.

В соответствии с ч. 2 ст. 89 Жилищного кодекса РСФСР, в случае выезда нанимателя и членов его семьи на постоянное жительство в другое место договор найма считается расторгнутым со дня выезда. Применяя указанную норму права, суд не учел, что она подлежит применению только при выезде нанимателя и членов его семьи из жилого помещения, занимаемого по договору социального найма, в жилое помещение с таким же правовым статусом на постоянное место жительства. Суд в соответствии со ст. 56 - 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не получил от истца таких доказательств и не установил, в какое жилое помещение и когда выехал ответчик, приобрел ли он на это жилое помещение право постоянного пользования по договору социального найма. Суд также оставил без внимания, что истец не знает о наличии у ответчика такого постоянного места жительства и указывала в исковом заявлении его место жительства по месту прописки. Не учел суд и того, что наличие прописки у ответчика в спорной квартире и предъявление иска, которым подтверждается существование такого права до принятия судом решения о его прекращении, сами по себе подтверждают отсутствие добровольного выбытия ответчика с данного места жительства.

 

4. Мировое соглашение отменено ввиду его неопределенности и невозможности принудительного исполнения.

 

И. обратился в суд с иском к бывшей супруге о принудительном обмене жилого помещения. В обоснование иска указал, что совместно с ответчиком и несовершеннолетним сыном имеет право пользования однокомнатной квартирой жилой площадью 15,1 кв. м. Поскольку совместное проживание в квартире после расторжения брака стало затруднительным, просил произвести принудительный обмен жилого помещения, переселить ответчика с несовершеннолетним сыном в комнату жилой площадью 17,9 кв. м в трехкомнатной квартире, а его переселить в комнату жилой площадью 9 кв. м в двухкомнатной квартире.

Определением Синарского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 21 июня 2003 г. утверждено мировое соглашение, по условиям которого ответчик в срок до 20 сентября 2003 г. обязуется купить для истца благоустроенную комнату, площадью не менее 9 кв. м в г. Верхнем Тагиле Свердловской области, а истец обязуется в течение недели с момента приобретения для него жилья сняться с регистрационного учета в спорной квартире. Производство по делу прекращено.

Отменяя это определение, президиум Областного суда со ссылкой на ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указал, что стороны могут окончить дело мировым соглашением. Однако суд не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону, нарушает права и законные интересы других лиц. В соответствии со ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по делу в случае заключения сторонами мирового соглашения и утверждения его судом.

По смыслу и содержанию вышеприведенных правовых норм, распорядительные действия сторон по заключению мирового соглашения происходят под контролем суда, мировое соглашение может быть утверждено судом, если его условия не противоречат закону, не нарушают прав и законных интересов других лиц. Предметом спора являлся принудительный обмен однокомнатной квартиры, занимаемой сторонами на условиях договора жилищного найма. Условия мирового соглашения, по которому ответчик обязалась приобрести для истца комнату, по существу, выходят за пределы предмета спора между сторонами. Кроме того, ответчик обязалась купить для истца комнату, однако условия приобретения комнаты и то, на каком праве будет занимать ее истец, не соответствуют признаку определенности, что делает мировое соглашение фактически принудительно неисполнимым.

 

5. Нормы трудового права, в частности, ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающая срок на обращение в суд, не могут быть применены к спорам, вытекающим из условий военной службы.

 

Н. обратился в суд с иском к ГУВД Свердловской области о взыскании денежной суммы, причитающейся за участие в боевых действиях на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации.

В обоснование иска указал, что в период с 21 августа 2000 г. по 21 ноября 2000 г. находился в служебной командировке в Ленинском ВОВД г. Грозного, где выполнял служебно-боевые задачи в составе Объединенной группировки войск по проведению контртеррористических операций. В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 августа 1999 г. N 920-54 "О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим и сотрудникам органов внутренних дел, сотрудникам уголовно-исполнительной системы, выполняющим задачи по обеспечению правопорядка и общественной безопасности в Республике Дагестан" ему должны быть произведены выплаты в размере 850 руб. за каждый день фактического участия в боевых действиях и иных мероприятиях по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Он принимал участие в боевых действиях с 21 августа 2000 г. по 21 ноября 2000 г. Однако указанные выплаты ему были произведены не полностью. Просил взыскать 23850 руб.

Решением мирового судьи судебного участка N 2 Верх-Исетского района г. Екатеринбурга от 21.08.2003 Н. в иске отказано в связи с пропуском срока на обращение в суд и отсутствием уважительных причин для его восстановления без исследования других фактических обстоятельств по делу.

Определением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 19.01.2004 решение оставлено без изменения.

Отменяя указанные судебные постановления, президиум указал, что при принятии судебных постановлений мировым судьей и судом апелляционной инстанции не принято во внимание следующее.

В соответствии с ч. 6 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации, Трудовой кодекс, законы и иные правовые акты, содержащие нормы трудового права, не распространяются на военнослужащих при исполнении ими своих обязанностей военной службы, если в установленном Трудовым кодексом Российской Федерации порядке они не выступают в качестве работодателей или их представителей. Поскольку в рассматриваемый период истец в Чеченской Республике фактически проходил службу во время командировки в особых условиях вооруженного конфликта немеждународного характера, на него распространяются предусмотренные законодательством Российской Федерации дополнительные гарантии и компенсации. Выплата этих сумм за дни фактического участия в боевых действиях не является заработной платой истца, обусловленной трудовым договором, и осуществляется не за непосредственное выполнение им его трудовых функций. Поэтому применение судами трехмесячного срока обращения в суд за защитой своего нарушенного права, предусмотренного трудовым законодательством, нельзя считать правильным. Каких-либо специальных сроков исковой давности законодательством, регулирующим предоставление дополнительных гарантий и компенсаций военнослужащим, сотрудникам органов внутренних дел и иным лицам, выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах, по проведению контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации, не предусмотрено. В силу ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года. Таким образом, срок исковой давности в настоящем случае должен быть разумным, но не может быть менее трех лет.

На основании изложенного решение мирового судьи и апелляционное определение не могут быть признаны законными в связи с неправильным применением норм материального права и в соответствии со ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение по существу в Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга в качестве суда первой инстанции.

 

6. Иски о защите прав потребителей, вытекающие из договоров перевозки, могут быть предъявлены также в суд по месту жительства или месту пребывания истца либо по месту заключения или исполнения договора.

 

С. обратился в суд с иском к ОАО "Аэрофлот - российские авиалинии" (сокращенно именуемое ОАО "Аэрофлот") о взыскании убытков в сумме 2415 руб., неустойки в сумме 774 руб. 18 коп. и компенсации морального вреда в сумме 10000 руб.

Определением мирового судьи судебного участка N 6 Кировского района г. Екатеринбурга от 18.12.2003 дело передано по подсудности в Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга. Апелляционным определением от 10.03.2004 вышеназванное определение мирового судьи оставлено без изменения, частная жалоба ОАО "Аэрофлот" - без удовлетворения.

Отменяя определение мирового судьи в порядке надзора, президиум указал, что, как видно из искового заявления, истец обратился в суд с иском о защите прав потребителя, ссылаясь в обоснование своих требований о возмещении убытков и компенсации морального вреда на Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей", п. 2 ст. 17 которого предоставляет потребителю право выбора подсудности по месту жительства истца либо по месту нахождения ответчика, либо по месту причинения вреда. Следовательно, указанный иск подлежит рассмотрению как иск о защите прав потребителей, для которого в соответствии с ч. 7 ст. 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации также предусмотрена альтернативная подсудность: такие иски могут быть предъявлены также в суд по месту жительства или месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора. В соответствии с п. 10 данной статьи выбор между несколькими судами, которым подсудно дело, принадлежит истцу.

Из искового заявления следует, что истец проживает на территории судебного участка N 6 Кировского района г. Екатеринбурга, цена заявленного им иска составляет 13189 руб., поэтому он вправе был обратиться к мировому судье судебного участка по месту своего жительства.

Доводы о том, что в соответствии со ст. 30 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для исков к перевозчикам, вытекающих из договоров перевозки, установлена исключительная подсудность, и такие иски предъявляются в суд по месту нахождения перевозчика, к которому в установленном порядке была предъявлена претензия, не основаны на правильном толковании и применении Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", содержащего исключение из общего правила, установленного ст. 30 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для иных участников спора о перевозке, кроме потребителей. Поэтому обжалуемые судебные постановления подлежат отмене с направлением дела для рассмотрения по существу мировому судье судебного участка N 6 Кировского района г. Екатеринбурга.

 

7. Отказ Управления Пенсионного фонда включить в трудовой стаж, дающий право на получение пенсии в связи с педагогической деятельностью, период работы воспитателем детского сада негосударственного (немуниципального) образовательного учреждения, признан незаконным.

 

Г. обратилась в суд с иском к государственному учреждению Управление Пенсионного фонда Российской Федерации по г. Краснотурьинску о признании незаконным отказа в назначении досрочной пенсии. В обоснование иска указала, что 27.06.2002 ответчик отказал ей в назначении досрочной трудовой пенсии, исключив из специального стажа, дающего право на назначение пенсии, период ее работы с 08.10.1992 по 11.09.2001 воспитателем детского сада ОАО "Богословский алюминиевый завод" со ссылкой на пп. 10 п. 1 ст. 28 Федерального закона N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации". По мнению истца, исключение из ее стажа работы указанного периода является незаконным, нарушает ее гарантированное законом право на досрочную трудовую пенсию.

Решением Краснотурьинского городского суда от 30.12.2002 в иске отказано.

Отменяя указанное решение с вынесением нового об удовлетворении иска, президиум областного суда указал следующее.

В соответствии со ст. 80 Закона Российской Федерации "О государственных пенсиях в Российской Федерации" пенсия в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей устанавливается при выслуге не менее 25 лет. Согласно статьям 118 - 119 этого же Закона пенсия назначается со дня обращения за ней. Днем обращения за пенсией считается день подачи заявления со всеми необходимыми документами. В случаях, когда к заявлению приложены не все необходимые для назначения пенсии документы, обратившемуся за пенсией дается разъяснение, какие документы он должен представить дополнительно. Если они будут представлены не позднее трех месяцев со дня получения соответствующего разъяснения, днем обращения считается день подачи заявления. Во всех случаях пенсия назначается не ранее чем со дня возникновения права на нее.

Судом на основании исследования и оценки представленных сторонами и дополнительно истребованных по ходатайству сторон доказательств установлено, что истец с заявлением о назначении досрочной трудовой пенсии и всеми необходимыми документами (уточняющими справками) обратилась к ответчику 24 мая 2002 г., то есть после введения в действие с 01.01.2002 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации". На этом основании суд пришел к выводу о том, что отказ в назначении такой пенсии является обоснованным, поскольку у истца на момент обращения к ответчику не возникло право на досрочную трудовую пенсию, так как в силу пп. 10 п. 1 ст. 28 вышеназванного Закона в ее специальный стаж не подлежит включению период ее работы воспитателем детского сада ОАО "Богословский алюминиевый завод", то есть период работы в негосударственном (немуниципальном) образовательном учреждении, составляющий 8 лет 11 мес. 4 дня.

Данный вывод суда является ошибочным, поскольку основан на неправильном применении и толковании норм пенсионного законодательства. Из материалов дела следует, что у истца имелось по состоянию на 29.11.2001 необходимое условие для назначения пенсии за выслугу лет, предусмотренное ст. 80 Закона Российской Федерации "О государственных пенсиях в Российской Федерации", - 25-летний стаж педагогической деятельности, при условии включения спорного периода работы. Следовательно, при обращении к ответчику в установленном законом порядке до 01.01.2002 ей могла быть назначена такая пенсия.

Судом при рассмотрении данного дела необоснованно не были приняты во внимание доводы истца о том, что абз. 1 пункта 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 22.09.1999, которым утверждены Правила исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей, предусматривающий в качестве основания для назначения пенсии лишь стаж педагогической деятельности в государственных и муниципальных школах и других государственных и муниципальных учреждениях для детей, признан недействительным и не порождающим правовых последствий Решением Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2001. Следовательно, на момент возникновения у истца права на пенсию действовавшее законодательство не устанавливало каких-либо ограничений в зависимости от вида учреждения для детей, поэтому период ее работы воспитателем детского сада ОАО "Богословский алюминиевый завод" должен был засчитываться в специальный стаж, дающий право на пенсию. То обстоятельство, что с заявлением о назначении пенсии истец обратилась 24 мая 2002 г., то есть на момент действия Федерального закона N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", не является основанием для отказа в иске, поскольку данный Закон не имеет обратной силы.

Выводы президиума соответствуют правовой позиции, изложенной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 05.11.2002 N 320-О и от 06.03.2003 N 107-О, на основании которых изданы Разъяснения Минтруда России от 17.10.2003 N 4, утвержденные Постановлением Минтруда России N 70 от 17.10.2003 (зарегистрировано в Минюсте России 27.11.2003 N 5284). Согласно указанным разъяснениям, при исчислении продолжительности страхового стажа и (или) стажа на соответствующих видах работ в целях определения права на пенсию по старости, в том числе досрочно назначаемую в соответствии со ст. 27 и 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", в указанный стаж включаются все периоды работы и иной общественно-полезной деятельности, которые засчитывались соответственно в общий трудовой стаж и в специальный трудовой стаж при назначении пенсии по законодательству, действовавшему в период выполнения данной работы (деятельности).

Кроме того, Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 03.06.2004 N 11-П признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 39 (части 1 и 2) и 55 (части 2 и 3), взаимосвязанные нормативные положения подпунктов 10, 11, 12 пункта 1 ст. 28 и пунктов 1 и 2 ст. 31 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", устанавливающие для лиц, осуществлявших педагогическую деятельность в учреждениях для детей, в качестве условия назначения трудовой пенсии по старости ранее достижения пенсионного возраста осуществление этой деятельности в соответствующих государственных и муниципальных учреждениях, - в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования пенсионного обеспечения данные положения не позволяют засчитывать в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, занимавшимся педагогической деятельностью в учреждениях для детей, периоды осуществления ими этой деятельности в учреждениях, не являвшихся государственными или муниципальными, которые включались в соответствующий стаж ранее действовавшим законодательством, при том что законодательное регулирование порядка сохранения и реализации пенсионных прав, уже приобретенных указанными лицами в результате длительной профессиональной деятельности, до настоящего времени отсутствует. Придание обратной силы предписаниям ст. 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", ухудшающим положение граждан, осуществлявших педагогическую деятельность и имевших на момент введения в действие названного Федерального закона стаж, необходимый для установления пенсии ранее достижения общего пенсионного возраста (пенсии за выслугу лет), или часть необходимого для назначения досрочной пенсии стажа педагогической деятельности, приобретенного в период до принятия нового пенсионного законодательства, означает, по существу, отмену для этих лиц права на назначение пенсии, приобретенного ими в соответствии с ранее действовавшим законодательством, что несовместимо с требованиями Конституции Российской Федерации.

 

8. Действия генерального директора ОАО не могут быть обжалованы в суд по правилам главы 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Решением Новоуральского городского суда Свердловской области от 05.12.2003 жалоба М. удовлетворена: признаны незаконными действия генерального директора ОАО "Невьянскмежрайгаз", связанные с подачей газа по присоединенному газопроводу к дому <...> в пос. Калиново Невьянского района, он обязан отключить указанную ветку газопровода.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Отменяя судебное решение и прекращая производство по делу, президиум указал следующее. Разрешая жалобу М. на действия генерального директора ОАО "Невьянскмежрайгаз" по правилам главы 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд исходил из того, что он является публичным должностным лицом.

Между тем к должностным лицам, находящимся с гражданами и организациями в публичных отношениях, относятся лица, постоянно или временно занимающие в государственных органах, органах местного самоуправления должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций либо исполняющие такие обязанности по специальному полномочию. Работники хозяйственных обществ и товариществ, в том числе и руководящие, к таким лицам не относятся. Понятие должностного лица, данное в Уголовном кодексе Российской Федерации для должностных преступлений, к главе 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не применимо, поскольку оно включает и должностных лиц, не вступающих в публичные отношения. Поэтому жалоба об оспаривании действий генерального директора ОАО "Невьянскмежрайгаз", поданная в суд по правилам главы 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не подлежала рассмотрению в порядке главы 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Производство по делу подлежало прекращению.

В связи с изложенным решение суда является незаконным и в силу ст. 387, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отмене с прекращением производства по делу по ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (применительно к п. 1 ч. 1 ст. 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). М. вправе обращаться в суд с соответствующим иском о защите ее нарушенного права к ОАО "Невьянскмежрайгаз" либо к иным лицам с соблюдением правил подсудности.

 

9. Иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось ее исполнение.

 

А. обратился в суд с иском к М. и П. о признании недействительными договора о передаче квартиры в собственность и договора пожизненного содержания с иждивением, ссылаясь в обоснование иска на то, что указанными договорами нарушены его жилищные права. В обоснование иска указано, что в 1972 году его семье была предоставлена квартира, которая была приватизирована без его согласия и передана в собственность отца и матери. В 2002 г. мать истца заключила с П. (сестрой истца) договор пожизненного содержания с иждивением, в соответствии с которым право собственности на спорную квартиру перешло П. О приватизации М. квартиры узнал в 1995 году после смерти отца при оформлении у нотариуса отказа от наследства. В период приватизации квартиры в ней не проживал, сохраняя прописку, заявлений на приватизацию квартиры не подписывал и в домоуправление не ходил.

Ответчики с иском не согласились, просили применить срок исковой давности.

Решением Серовского районного суда Свердловской области от 28.08.2003, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 18.11.2003, А. в удовлетворении иска отказано.

Отменяя вышеназванные судебные постановления, президиум Областного суда указал, что, отказывая А. в иске о признании недействительными договора о передаче квартиры в собственность и договора пожизненного содержания с иждивением, суды первой и кассационной инстанций указали, что истцом пропущен предусмотренный ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации трехлетний срок исковой давности, о применении которого заявлено ответчиками.

Вместе с тем применение судом трехлетнего срока исковой давности к спорным отношениям сторон не основано на законе. Согласно ст. 10 Федерального закона "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" от 30.11.1994 N 52-ФЗ установленные частью первой Кодекса сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к тем требованиям, сроки предъявления которых, предусмотренные ранее действовавшим законодательством, не истекли до 1 января 1995 года. В силу ст. 42 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, действовавших до вступления в силу ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (исковая давность), устанавливается в три года.

Из материалов дела следует, что предусмотренный указанной правовой нормой трехлетний срок исковой давности для предъявления иска А. о применении последствий недействительности ничтожной сделки (договора о передаче квартиры в собственность) к 01.01.1995 не истек, поэтому к его исковому требованию надлежало применять сроки исковой давности, предусмотренные частью первой Гражданского кодекса Российской Федерации, в частности, ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации. Судом же ошибочно применена ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось ее исполнение. Иск о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности может быть предъявлен в течение года со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Из смысла данной нормы следует, что Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрены специальные сроки исковой давности по требованиям о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, в связи с чем общий (трехлетний) срок исковой давности, предусмотренный ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, к требованиям о признании сделок недействительными, не применяется.

Как видно из содержания искового заявления, истец просил признать недействительными договор о передаче квартиры в собственность и договор пожизненного содержания с иждивением, ссылаясь на то обстоятельство, что передача квартиры в собственность была осуществлена без его письменного согласия и договор приватизации заключен без его участия.

В силу ст. 2 Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" N 1541-1 от 4 июля 1991 года (в ред. Закона Российской Федерации от 23.12.1992 N 4199-1, действовавшей на момент передачи спорной квартиры в собственность) граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору найма или аренды вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую, на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации.

Таким образом, А., заявляя исковые требования о признании сделок недействительными, по сути предъявил требование о признании договора передачи квартиры в собственность от 16.03.1993 и последующего договора пожизненного содержания с иждивением ничтожными сделками и применении последствий недействительности ничтожных сделок, поскольку они не соответствуют требованиям закона.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима и не предусматривает иных последствий нарушения. Закон Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" N 1541-1 от 4 июля 1991 г. не содержит оговорки о том, что сделки, совершенные без согласия кого-либо из лиц, проживающих в жилых помещениях, передаваемых в собственность, являются оспоримыми. Более того, данным Законом не предусмотрена возможность оспаривания отказа в даче согласия на приватизацию квартиры кого-либо из проживающих в ней лиц. Следовательно, если передача квартиры в собственность состоялась без письменного согласия кого-либо из лиц, в ней проживающих, договор приватизации является ничтожной сделкой, недействительной в силу самого факта ее заключения.

Однако в решении суда первой инстанции не содержится вывода о наличии или отсутствии письменного согласия А. на заключение договора приватизации и подлинности его подписи в представленных в суд ксерокопиях заявлений. Суд ограничился лишь рассмотрением вопроса о применении срока исковой давности, который в данном случае разрешен неправильно.

Из материалов дела следует, что договор передачи квартиры в собственность был заключен 16.03.1993 и зарегистрирован в исполнительном комитете Серовского городского совета народных депутатов 11.05.1993. Иск о признании сделок недействительными А. предъявил 10.02.2003, т.е. в пределах десятилетнего срока исковой давности.

Неправильное применение нормы материального права повлекло вынесение решения, законность и обоснованность которого вызывает сомнения, поскольку исковые требования А. судом по существу не разрешены. Вопрос о назначении почерковедческой экспертизы судом не обсуждался, несмотря на то, что в материалах дела имеются ксерокопии двух заявлений о приватизации спорного жилого помещения от 02.11.1992 и от 26.10.1992, подпись от имени А. в которых визуально отличается от его подписи на других имеющихся в материалах дела документах. Судом в нарушение ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не дана оценка каждому из них, не установлено, какое из этих заявлений явилось основанием для заключения договора приватизации и содержало ли оно письменное согласие истца на приватизацию квартиры без его участия. Как следует из протокола судебного заседания, подлинные документы о приватизации квартиры судом не истребованы и в судебном заседании не исследовались, другая сторона сделки к участию в деле в качестве ответчика судом не привлечена. Поэтому нельзя признать обоснованным вывод о том, что А. не представил достаточных доказательств того, что его согласия на приватизацию квартиры не было.

 

10. В апелляционной жалобе не могут содержаться требования, не заявленные мировому судье, поэтому суд второй инстанции не вправе их рассматривать.

 

Б. обратилась к мировому судье с иском к Д. о взыскании стоимости ремонта квартиры в размере 3902 руб. и компенсации морального вреда в сумме 7000 руб. В обоснование иска указала, что вред был причинен в результате затопления принадлежащей ей квартиры горячей водой по вине ответчика.

Решением мирового судьи судебного участка N 3 Кировского района г. Екатеринбурга от 17.03.2003 иск Б. удовлетворен частично, с Д. взыскано 2722 руб. в возмещение материального ущерба и 500 руб. - в качестве компенсации морального вреда. В суде апелляционной инстанции Б. увеличила размер исковых требований и просила взыскать с Д. в возмещение материального ущерба 10242 руб., и 300 руб. - расходы на составление сметы, требование о компенсации морального вреда осталось неизменным.

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 17.12.2003 решение мирового судьи отменено, постановлено новое решение, которым с Д. в пользу Б. взыскано 5310 руб., в том числе 5000 руб. в возмещение имущественного вреда, 300 руб. - судебные расходы, 10 руб. - в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Президиум Свердловского областного суда отменил апелляционное решение суда по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе увеличить размер исковых требований. В силу ч. 1 ст. 194 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело разрешается по существу решением суда первой инстанции. Согласно ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей вопросы, разрешаемые при принятии решения суда первой инстанции, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Из данных норм следует, что право рассматривать по существу исковые требования предоставлено суду первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации (глава 39) наделен правом проверять законность и обоснованность решения мирового судьи: при нарушении судом первой инстанции норм материального или процессуального права суд второй инстанции вправе отменить решение мирового судьи и вынести новое решение (ст. 328, 329, 330, 362 - 364 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 2 ст. 322 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в апелляционной жалобе не могут содержаться требования, не заявленные мировому судье. Указанной нормой законодатель устанавливает запрет на рассмотрение судом второй инстанции ранее не заявленных истцом требований, подчеркивая характер апелляционного производства (проверка законности и обоснованности уже принятого судебного постановления). Статья 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающая рассмотрение дела судом апелляционной инстанции по правилам производства в суде первой инстанции, ошибочно применена судом при решении вопроса о возможности увеличения истцом размера исковых требований в суде второй инстанции.

Судом не принято во внимание положение ч. 2 ст. 322 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку, несмотря на то, что жалоба подана ответчиком и не содержала (не могла содержать) новых требований, истец увеличила размер требований в отдельном заявлении (а не в апелляционной жалобе). Однако право на заявление требования изначально принадлежит истцу, вследствие чего именно истец не вправе заявлять новых требований в суде апелляционной инстанции.

Б. заявлены требования о взыскании материального ущерба в сумме 3902 руб. и компенсации морального вреда в сумме 7000 руб., которые мировой судья удовлетворил частично. В суде апелляционной инстанции Б. увеличила размер исковых требований и просила взыскать 10242 руб. в возмещение материального ущерба от затопления квартиры, 300 руб. - в возмещение расходов по оплате услуг по составлению сметы. Судом дело рассмотрено по увеличенным исковым требованиям, при этом взысканная в возмещение материального ущерба сумма превышает сумму иска, заявленную Б. в суде первой инстанции.

Данное нарушение судом норм процессуального права является существенным, поскольку повлекло неправильное разрешение дела (ч. 1 ст. 364 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В соответствии со ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, существенное нарушение норм процессуального права является основанием для отмены судебного постановления в порядке надзора.

Апелляционное решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 17.12.2003 в части взыскания материального ущерба отменено с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение.

 

11. Иски об изменении формулировки причины увольнения подлежат рассмотрению районным судом, поскольку по существу предметом проверки в этом случае является законность увольнения.

 

Л. обратился в суд с иском к ОАО об изменении формулировки увольнения. В обоснование иска указал, что с 1 августа 2001 года работал в должности специалиста по маркетингу в ОАО. За период работы работодатель постоянно выплачивал заработную плату с задержкой. 15 января 2003 года он подал работодателю заявление о приостановке работы до полного погашения задолженности по заработной плате. Одновременно, на основании ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, просил расторгнуть с ним трудовой договор после выплаты задолженности по заработной плате и компенсации за неиспользованный отпуск. С 16 января 2003 года по 31 января 2003 года Л. находился в отпуске без сохранения заработной платы, по окончании которого на работу не вышел, поскольку заработная плата за ноябрь 2002 года ему не выплачена, 11 марта 2003 года получил по почте уведомление об увольнении с работы за прогулы, совершенные с 3 февраля 2003 года по 6 февраля 2003 года (п. 6 "а" ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации). Увольнение за прогулы, по мнению истца, является незаконным, т.к. он приостановил работу, о чем уведомил администрацию. В связи с выплатой задолженности по заработной плате только в феврале 2003 года истец полагал, что должен быть уволен по собственному желанию, согласно поданному им заявлению от 15.01.2003.

Решением мирового судьи судебного участка N 2 Кировского района г. Екатеринбурга от 21 мая 2003 года, оставленным без изменения апелляционным определением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 6 ноября 2003 года, в иске об изменении формулировки увольнения и компенсации морального вреда отказано.

Президиум Свердловского областного суда отменил судебные постановления по следующим основаниям.

В соответствии с п. 6 ст. 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации мировой судья рассматривает в качестве суда первой инстанции дела, возникающие из трудовых отношений, за исключением дел о восстановлении на работе и дел о разрешении коллективных трудовых споров.

Как видно из искового заявления и объяснений Л., обращаясь к суду с просьбой об изменении формулировки увольнения, истец оспаривает законность увольнения его с работы по п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", дела по искам работников, трудовые отношения с которыми прекращены, о признании увольнения незаконным и об изменении формулировки причины увольнения подлежат рассмотрению районным судом, поскольку по существу предметом проверки в этом случае является законность увольнения.

Мировым судьей в нарушение вышеуказанных норм дело принято к производству и рассмотрено им по существу.

В силу ст. 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если хотя бы одно из требований не подсудно мировому судье, дело должно быть рассмотрено районным судом.

Учитывая, что при рассмотрении дела мировым судьей нарушены правила подсудности рассмотрения гражданских дел, установленные нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решение мирового судьи подлежит отмене как незаконное. Подлежит отмене и определение апелляционной инстанции, согласившейся с незаконными выводами мирового судьи, изложенными в решении.

 

12. Удовлетворяя заявление об установлении факта состояния в фактических брачных отношениях, суд не учел, что установленный факт не порождает для заявителя никаких правовых последствий.

 

Д. обратилась в суд с заявлением об установлении фактических брачных отношений с С., умершим 21 ноября 2003 г., указав, что с 1987 года по 21 ноября 2003 г. проживала с С. одной семьей без регистрации брака. В период совместного проживания в 1993 г. ими была приобретена в общую собственность квартира. При обращении в отдел ЗАГСа г. Алапаевска ей было отказано в выдаче свидетельства о заключении брака. Установление данного факта, как указала заявительница, ей необходимо для оформления прав на наследственное имущество С.

Решением Алапаевского городского суда от 13 апреля 2004 г. заявление Д. удовлетворено. Установлены фактические брачные отношения Д. и С. с 1987 года по 21.11.2003 (день смерти).

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Президиум Свердловского областного суда отменил решение суда по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. В судебном порядке могут быть установлены не любые факты (события и действия), а только влекущие в соответствии с законом определенные правовые последствия.

Наличие фактических брачных отношений, возникших после 1944 года, в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. "Об увеличении государственной помощи беременным женщинам, многодетным и одиноким матерям, усилении охраны материнства и детства, об установлении почетного звания "Мать-героиня" и учреждении ордена "Материнская слава" и медали "Медаль материнства" не порождает юридических последствий.

Как видно из материалов дела, заявитель Д. просила установить факт состояния в фактических брачных отношениях с С. в период с 1987 года по 2003 год. Удовлетворяя заявление Д., суд не учел, что установленный судом факт не порождает для заявителя никаких правовых последствий.

Решение суда, постановленное с существенным нарушением норм материального и процессуального права, является незаконным и подлежит отмене с вынесением нового решения по делу об отказе Д. в удовлетворении заявления об установлении фактических брачных отношений с С. с 1987 года по 2003 год.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 25 августа 2004 г., дело N 44-Г-267

 

13. Судом безосновательно удовлетворены исковые требования о внеочередном предоставлении жилого помещения, поскольку отсутствуют доказательства того, что пожар в доме истцов носил характер стихийного бедствия.

 

И. и ее дочь Ж. обратились в суд с иском к Администрации МО "Богдановичский район" о предоставлении во внеочередном порядке жилого помещения, соответствующего санитарным, техническим требованиям и социальным нормам. В обоснование иска указали, что 14.05.1994 в доме, принадлежащем И. и ее бывшему мужу на праве собственности, произошел пожар; она неоднократно обращалась к ответчику с заявлением о внеочередном предоставлении жилья, однако была включена в общий список лиц, нуждающихся в предоставлении жилья; полагает, что имеет право на внеочередное получение жилья по п. 1 ст. 37 Жилищного кодекса РСФСР, поскольку ее жилище стало непригодным для проживания в результате стихийного бедствия (пожара).

Решением Богдановичского городского суда Свердловской области от 15.04.2004 иски И. и Ж. удовлетворены: Администрация МО "Богдановичский район" обязана предоставить на семью из двух человек благоустроенное жилое помещение, отвечающее санитарным, техническим требованиям и социальным нормам жилья.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Президиум Свердловского областного суда отменил решение суда, указав следующее. В соответствии с п. 1 ст. 37 Жилищного кодекса РСФСР вне очереди жилое помещение предоставляется гражданам, жилище которых в результате стихийного бедствия стало непригодным для проживания. Из содержания данной нормы следует, что для удовлетворения требования о внеочередном предоставлении жилья необходима совокупность двух условий: непригодность жилища для проживания и наступление указанного обстоятельства по причине стихийного бедствия. При этом стихийным бедствием является событие природного характера, которое происходит помимо воли человека и без его вины.

Удовлетворяя исковые требования И. и Ж., суд исходил из того, что их жилище стало непригодным для проживания из-за стихийного бедствия - пожара, произошедшего по неустановленной причине. Единственным документом, указывающим на невозможность установления причин пожара, является письмо Прокуратуры Свердловской области от 29.09.1997, в котором отмечено, что "проведенной по делу в ходе дополнительного расследования пожарно-технической экспертизой истинная причина возгорания не установлена". Судом заключение пожарно-технической экспертизы не было затребовано и исследовано.

Вывод суда не может быть признан законным и потому, что опровергается имеющимися в деле доказательствами причин пожара. Так, из справки 81 пожарной части УГПС от 04.03.2003 N 96 усматривается, что причиной пожара дома явилась неисправная электропроводка. Это обстоятельство признавалось и самой И.

Судом оценка этим доказательствам по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не дана, хотя из названных доказательств усматривается вина истца (неосторожность) в повреждении дома пожаром, поскольку в соответствии со ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества. Более того, невозможность установить причину пожара сама по себе не может быть расценена как доказательство утраты дома в результате стихийного бедствия. Никаких доказательств того, что пожар в доме истцов являлся стихийным бедствием, в материалах дела не имеется.

При таких обстоятельствах решение суда о возложении на ответчика обязанности по внеочередному предоставлению истцам жилья по нормам ст. 37 Жилищного кодекса РСФСР не основано на соответствующих доказательствах, поскольку не подтверждено юридически значимое обстоятельство - повреждение дома в результате стихийного бедствия. Суд неправомерно удовлетворил требования истцов, руководствуясь ст. 37 Жилищного кодекса РСФСР.

При отсутствии оснований для признания пожара стихийным бедствием обеспечение истцов жильем должно производиться в общем порядке (ст. 33 Жилищного кодекса РСФСР).

 

14. В порядке п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут рассматриваться требования об опровержении сведений, содержащихся в судебных решениях, приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других официальных документах, для обжалования которых предусмотрен иной установленный законом порядок.

 

М. обратился в суд с иском к отделению Федерального казначейства Российской Федерации по г. Новоуральску, УВД г. Новоуральска, В. о защите чести и достоинства, деловой репутации и компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указал, что 17 сентября 2003 года следователем СО при УВД г. Новоуральска В. в адрес председателя президиума Свердловской областной коллегии адвокатов, прокурора ЗАТО г. Новоуральск, заведующего юридической консультацией N 1 в порядке ч. 2 ст. 158 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации направлено представление, содержащее не соответствующие действительности сведения, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию.

Решением Новоуральского городского суда от 28 октября 2003 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам от 8 января 2004 года, признаны не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию адвоката М. сведения, изложенные в представлении следователя СО при УВД г. Новоуральска от 17.09.2003 N 9/8551, направленном председателю президиума Свердловской областной коллегии адвокатов, прокурору ЗАТО г. Новоуральска, зав. юридической консультацией N 1 г. Новоуральска. На УВД г. Новоуральска и следователя В. возложена обязанность в течение пяти дней со дня вступления в законную силу решения суда направить письмо должностным лицам, которым направлено представление, с указанием на несоответствие действительности сведений, указанных в представлении, о том, что "адвокат М. отказался осуществлять защиту подозреваемого О. в связи с отсутствием у него денежных средств для оплаты адвоката и что адвокат М. ненадлежаще исполняет свои обязанности по защите подозреваемых, которые не имеют средств к оплате услуг адвоката", отозвать вынесенное представление. В пользу М. за счет средств казны Российской Федерации взыскана компенсация морального вреда в сумме 10000 руб.

Президиум Свердловского областного суда отменил решение суда и определение судебной коллегии по гражданским делам по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 августа 1992 года N 11 "О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 1993 года N 11, от 25 апреля 1995 года N 6, в порядке, определенном п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, не могут рассматриваться требования об опровержении сведений, содержащихся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других официальных документах, для обжалования которых предусмотрен иной установленный законом порядок.

Удовлетворяя иск по основаниям ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд признал установленным, что сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца, содержатся в представлении, направленном следователем СО при УВД г. Новоуральска В. в адрес председателя президиума Свердловской областной коллегии адвокатов, прокурору ЗАТО г. Новоуральск, заведующему юридической консультацией N 1 г. Новоуральска. Между тем суд не учел, что представление вынесено следователем с целью принятия мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления (других нарушений закона) в порядке ст. 51 - 52 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в рамках расследования уголовного дела, возбужденного по факту открытого хищения имущества Г.

Таким образом, М. заявлен иск на основании ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации об опровержении сведений, порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию, содержащихся в процессуальном документе - представлении следователя, вынесенном в рамках Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, для обжалования которого установлен иной судебный порядок (ст. 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение суда, рассмотревшего дело в порядке гражданского судопроизводства, является незаконным и подлежит отмене с прекращением производства по делу. Подлежит отмене и определение кассационной инстанции, согласившейся с незаконными выводами суда.

 

15. Частным постановлением президиум Областного суда обратил внимание судьи на нарушение прав ребенка при разрешении спора об определении его места жительства.

 

К. обратился в суд с иском к Ж. об определении места жительства их общего ребенка.

Определением Заречного районного суда от 29.09.2003 утверждено мировое соглашение, согласно которому К. отказывается от исковых требований, а Ж. не возражает против определения места жительства несовершеннолетней дочери с К. Производство по данному делу прекращено.

Указанное определение суда отменено в порядке надзора, как незаконное, постановлением президиума Свердловского областного суда от 01.09.2004.

При рассмотрении дела на заседании президиума установлено, что судьей при принятии искового заявления К. и последующем утверждении мирового соглашения по данному делу допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права.

Как следует из материалов дела, исковое заявление К., датированное 21.08.2003, поступило в суд 21.08.2003, определение о принятии заявления к производству постановлено судьей 08.09.2003, определение о подготовке дела к судебному разбирательству и назначении дела к судебному разбирательству - 15.09.2003.

29.09.2003, в отсутствие сторон и представителя органа опеки и попечительства, формально привлеченного к участию в деле, но не извещенного надлежащим образом о рассмотрении данного дела, судом утверждено мировое соглашение, производство по данному делу прекращено.

Основанием для вынесения обжалуемого определения послужила ксерокопия мирового соглашения, датированного 29.08.2003. При этом вопрос о том, не противоречит ли мировое соглашение сторон закону и соответствует ли интересам ребенка, судом не выяснялся. Обязанности представить заключение по данному делу на орган опеки и попечительства суд при вынесении определения о подготовке дела к судебному разбирательству от 15.09.2003 не возлагал.

В нарушение правил исследования и оценки письменных доказательств, предусмотренных ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом достоверность мирового соглашения не проверена: в материалах дела отсутствует оригинал документа, в протоколе судебного заседания не указано, что подлинное мировое соглашение, подписанное обеими сторонами, судом исследовалось, подписи сторон мирового соглашения никем не удостоверены. Сведений о том, кем и когда представлена в суд указанная ксерокопия, в материалах дела не содержится, что в силу ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не позволяет установить достоверность данного документа, послужившего основанием для принятия обжалуемого судебного постановления. По утверждению ответчика в надзорной жалобе, подпись от имени Ж. в "мировом соглашении" фальсифицирована, она никогда и никакого мирового соглашения не писала. Она написала лишь заявление о согласии на рассмотрение дела об определении места жительства ребенка в ее отсутствие, которое подписала под угрозой истца, перед выездом в г. Волгодонск. При этом была уверена, что без нее и органа опеки дело просто не может быть рассмотрено, так как должны быть исследованы все обстоятельства дела, выяснено, кто может дать ребенку лучшее воспитание, кто более обеспечен и с кем проживает ребенок, к кому он более привязан. Уезжая в г. Волгодонск и зная, что в суде находится иск К., она в своем заявлении от 04.09.2003 указала суду адрес, куда срочно выезжала из-за болезни своей бабушки, сообщив об этом К., у матери которого находилась девочка. Суд о слушании дела ответчика не известил. Определения суда ответчик не получала, о его вынесении узнала лишь, когда к ней в явился судебный пристав, отобрал ребенка и увез в г. Заречный, сообщив, что исполняет определение суда. При написании надзорной жалобы она готова была провести графологическую экспертизу, которая подтвердила бы подделку подписи, произведенной от ее имени в "мировом соглашении", если таковое в деле действительно имеется. Однако, оформив отпуск без сохранения заработной платы и прибыв в г. Заречный, ответчик получила определение суда, но дело для ознакомления ей не выдали.

Указанные доводы надзорной жалобы ответчик подтвердила при рассмотрении дела в суде надзорной инстанции, отрицая свою подпись в имеющейся ксерокопии мирового соглашения.

По объяснению К. в суде надзорной инстанции, мировое соглашение написано им, текст мирового соглашения записан "под диктовку" судьи, но Ж. расписалась в указанном документе сама.

При проверке доводов надзорной жалобы по материалам дела у президиума возникли сомнения в подлинности подписи от имени Ж., которая исполнена карандашом и обведена чернилами, визуально отличается от ее подписи на исполненном ею собственноручно заявлении о рассмотрении дела в ее отсутствие, адресованном суду.

Кроме того, из материалов дела следует, что при заключении сторонами 29.08.2003 мирового соглашения, у судьи, при отсутствии спора между сторонами, не имелось бы оснований для вынесения определения от 08.09.2003 о возбуждении гражданского дела, поскольку исковое заявление К., поступившее в суд 21.08.2003, судьей к своему производству принято 08.09.2003.

В своем заявлении от 04.09.2003 Ж. об утверждении мирового соглашения суд не просила и на факт заключения такого соглашения в заявлении не ссылалась. Поэтому суд, в отсутствие сторон и представителя органа опеки и попечительства, без непосредственного выяснения их подлинного волеизъявления, направленного на заключение мирового соглашения, без разъяснения правовых последствий совершаемого процессуального действия, не мог утвердить мировое соглашение и обязан был рассмотреть спор по существу заявленных требований.

Учитывая, что установленные при рассмотрении данного дела в порядке надзора обстоятельства свидетельствуют о грубейших нарушениях норм материального и процессуального права, допущенных при рассмотрении данного дела, президиум счел необходимым обратить внимание судьи Заречного районного суда В. на недопустимость подобных нарушений при рассмотрении дел, связанных с воспитанием детей, необходимость устранения причин и условий, порождающих такие нарушения.

 

КАССАЦИОННАЯ ПРАКТИКА

 

16. Суд применил положения части второй Гражданского кодекса Российской Федерации к правоотношениям, возникшим до введения ее в действие.

 

Х. на основании договора мены являлся собственником квартиры, 1/2 доли которой он 07.02.1994 по нотариально удостоверенному договору подарил своей бывшей жене З. В 2001 г. Х. обратился в суд с иском к З. об отмене данного договора дарения, ссылаясь на то, что З. в 1996 г. причинила ему телесные повреждения.

Красногорским районным судом г. Каменска-Уральского 22.01.2004 постановлено решение об удовлетворении иска.

Судебная коллегия по гражданским делам отменила решение суда и постановила новое, об отказе в иске, указав следующее.

При разрешении спора суд руководствовался положениями п. 1, 5 ст. 578 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими право дарителя отменить дарение в случае умышленного причинения ему одаряемым телесных повреждений. Установив, что умышленное причинение телесных повреждений З. истцу имело место 23.02.1996, суд не учел то обстоятельство, что указанная норма закона стала действовать только с 01.03.1996, а Федеральный закон "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" не распространяет ее применение на отношения, возникшие до введения Гражданского кодекса Российской Федерации в действие.

 

16. Оснований для удовлетворения жалобы заявителя на отказ в регистрации сына не имелось, поскольку права и законные интересы самого заявителя не были нарушены.

 

Т. обратился с жалобой на действия командира войсковой части 47051, отказавшего ему в регистрации его сына в занимаемой им двухкомнатной квартире. Решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 13 апреля 2004 г. на командира войсковой части 47051 возложена обязанность поставить на регистрационный учет в указанной квартире сына истца.

Судебная коллегия отменила решение суда в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела.

Суд рассмотрел требования Т. как жалобу на действия должностного лица. В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации и 255 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к решениям, оспариваемым в порядке гражданского судопроизводства, относятся такие коллегиальные и единоличные решения, в результате которых нарушены права и свободы гражданина.

Разрешая спор, суд пришел к выводу о том, что нарушены законные права и интересы заявителя, однако не указал, какие конкретно права и интересы заявителя нарушены.

Из объяснения самого заявителя следует, что сын проживает с ним одной семьей, они ведут общее хозяйство. Его проживанию в спорной квартире никто по существу не препятствует. Отказ в регистрации в квартире отца сам сын не обжалует.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения жалобы Т. не имелось, поскольку никаких прав и законных интересов самого заявителя не нарушено. Сын заявителя не лишен возможности самостоятельно обратиться в суд с жалобой на действия должностного лица, либо с иском о признании за ним права на спорную жилую площадь.

Судебной коллегией вынесено новое решение, которым в удовлетворении требований заявителя отказано.

 

17. Взыскивая с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами, суд исходил из средневзвешенной ставки рефинансирования, тогда как подлежала применению учетная ставка банковского процента, действовавшая на день предъявления иска или на день вынесения решения.

 

П. обратился в суд с иском к В. о взыскании суммы долга, процентов, указав, что 10.09.2002 дал ответчику взаймы на 2 месяца 20000 долларов США. Поскольку ответчик обязательство по возврату долга не исполнил до настоящего времени, просил взыскать с него в счет основного долга с учетом курса доллара 635512 руб., а также в счет процентов за пользование чужими денежными средствами 143652 руб. за период просрочки с 11.11.2002 по день подачи искового заявления из расчета средневзвешенной ставки рефинансирования 17,5%, полученной как среднее арифметическое между ставками банка на ноябрь 2002 г. - 21% и на февраль 2004 г. - 14%.

Первоуральским городским судом Свердловской области от 3 июня 2004 г. постановлено взыскать с В. в пользу П. сумму основного займа - 635512 руб., проценты - 152576 руб. 26 коп.

Судебная коллегия изменила решение в части суммы процентов, подлежащих взысканию в пользу истца.

В соответствии с требованиями ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации суд пришел к правильному выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку доказана просрочка исполнения денежного обязательства. Ответчик также не оспаривал наличие правовых оснований для взыскания процентов в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации и период просрочки.

Однако судебная коллегия не может согласиться с взятым судом для расчета размером банковского процента в виде средневзвешенной ставки рефинансирования 17,5%, полученной как среднее арифметическое между ставками банка на ноябрь 2002 г. - 21% и на февраль 2004 г. - 14%.

Согласно ч. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации при взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения. Материалами дела подтверждается, что на день предъявления иска и на день вынесения решения учетная ставка банковского процента составляла одну величину - 14%. Именно эту ставку коллегия полагает необходимым применить при расчетах. Применение средневзвешенной ставки в размере 17,7% не основано на законе.

В связи с этим коллегия изменила решение суда, снизив взысканную сумму процентов с 152576 руб. 26 коп. до 122088 руб. 91 коп.

 

18. Действие договора поручительства прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обязательства не предъявит иска к поручителю.

 

Д. обратилась в суд с иском к С. и М. о взыскании суммы займа в размере 150000 руб., процентов по договору в размере 27000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 22000 руб., всего 199000 руб. В обоснование иска указала, что 31.01.2003 М. взяла у нее заем в сумме 150000 руб. сроком до 01.05.2003 с ежемесячной выплатой 6% от суммы. Поручителем за М. выступила С. В указанный срок заем не возвращен и до настоящего времени ни М., ни ее поручитель С. долг не вернули, в связи с чем Д. просит взыскать с ответчиков (должника и поручителя) сумму основного долга в размере 150000 руб., проценты, предусмотренные договором, в сумме 27000 руб., проценты в размере ставки рефинансирования ЦБ Российской Федерации с 01.05.2003 за 360 дней просрочки исходя из 14% годовых - 22000 руб. и расходы по госпошлине 100 руб. Впоследствии сумма исковых требований была снижена на 1500 руб.

Решением Первоуральского городского суда Свердловской области от 18.06.2004 иск Д. удовлетворен, взыскано с С. и М. солидарно в пользу Д. 197500 руб., а также возврат госпошлины по делу в сумме 100 руб., всего 197600 руб.

Судебная коллегия отменила решение суда в части взыскания денежных сумм с С., указав следующее.

Согласно п. 4 ст. 367 Гражданского кодекса Российской Федерации поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю.

В данном случае срок исполнения обязательства - 01.05.2003, соответственно иск к С. как к поручителю мог быть предъявлен только до 01.05.2004, а как следует из материалов дела, исковое заявление было подано Д. в суд только 07.05.2004, т.е. после того, как договор поручительства С. прекратил свое действие. При таких обстоятельствах правовые основания для возложения на С. какой-либо гражданско-правовой ответственности по долгам М. отсутствуют.

В связи с этим судебная коллегия, отменяя решение суда в части взыскания с С. в пользу Д. денежных сумм, приняла в этой части новое решение об отказе Д. в удовлетворении исковых требований к С.

 

19. Имеющееся вступившее в законную силу и принятое между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска является основанием к прекращению производства по делу.

 

ОАО "Свердловский завод гипсовых изделий" обратилось в суд с иском к супругам Д. о выселении из общежития, указав в обоснование иска, что ответчику в связи с трудовыми отношениями с ЗАО "Агентство коммерческой безопасности" по договоренности была предоставлена комната в общежитии. 07.05.2002 Д. уволился с работы по собственному желанию, поэтому подлежит выселению вместе с семьей из комнаты без предоставления другой жилой площади.

Кировским районным судом г. Екатеринбурга постановлено решение, которым исковые требования ОАО "Свердловский гипсовый завод" удовлетворены, ответчики выселены из общежития без предоставления другого жилого помещения.

Отменяя указанное решение и прекращая производство по делу, судебная коллегия указала следующее.

Из материалов дела усматривается, что ответчик с истцом в трудовых отношениях не состоял, поэтому истец не имеет права требовать выселения ответчика из общежития в связи с прекращением трудовых отношений по основаниям, предусмотренным ст. 110 Жилищного кодекса РСФСР.

Кроме того, к кассационной жалобе приобщена копия искового заявления ОАО, из которого усматривается, что аналогичный иск по тому же предмету и по тем же основаниям ранее предъявлялся в суд первой инстанции и определением от 18.02.2004 производство по делу было прекращено в связи с отказом истца от иска. Определение не отменено. В соответствии с п. 3 ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по делу в случае, если имеется вступившее в законную силу и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска. Вывод суда о том, что изменился предмет и основания иска в связи с получением истцом свидетельства о государственной регистрации права ОАО на спорное помещение является неправильным, поскольку предмет спора и основания иска не изменились.

 

20. Выдел участнику общей собственности на жилое помещение, представляющее собой отдельную квартиру, принадлежащей ему доли допустим, если имеется техническая возможность передачи истцу изолированной части не только жилых, но и подсобных помещений (кухни, коридора, санузла и др.), оборудования отдельного входа.

 

С. обратился в суд с иском о разделе трехкомнатной квартиры. Просил выделить ему в натуре комнату 17,7 кв. м, а ответчику комнаты 8,2 кв. м и 11,6 кв. м, при этом был согласен, что его доля незначительно уменьшится. Ответчик С. с иском не согласилась.

Решением Дзержинского районного суда г. Нижнего Тагила иск удовлетворен, за истцом С. признано право собственности на комнату площадью 17.7 кв. м.

Отменяя указанное решение, судебная коллегия указала следующее.

В силу ст. 252 Гражданского кодекса Российской Федерации при недостижении участниками общей долевой собственности соглашения о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из них участник долевой собственности вправе в судебном порядке требовать выдела в натуре своей доли из общего имущества. Если выдел в натуре не допускается законом или не возможен без несоразмерного ущерба имуществу, находящемуся в общей собственности, выделяющийся собственник имеет право на выплату ему стоимости его доли другими участниками долевой собственности.

Выплата участнику долевой собственности остальными собственниками компенсации вместо выдела его доли в натуре допускается с его согласия.

Как правильно установил суд, доля истца в квартире (1/2) является значительной, имеет для него существенный интерес, на получение компенсации за долю не согласен.

В то же время у суда не было оснований и для удовлетворения его иска о реальном разделе квартиры. Постановляя такое решение, суд не учел, что в соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 г. N 8, в редакции Постановлений Пленума от 21 декабря 1993 г. N 11 и от 26 октября 1996 г. N 10 "О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", выдел участнику общей собственности на приватизированное жилое помещение, представляющее собой отдельную квартиру, принадлежащей ему доли допустим, если имеется техническая возможность передачи истцу изолированной части не только жилых, но и подсобных помещений (кухни, коридора, санузла и др.), оборудования отдельного входа. При отсутствии такой возможности суд вправе по просьбе истца определить порядок пользования квартирой.

Суд первой инстанции без выяснения возможности раздела квартиры с соблюдением вышеуказанных требований фактически произвел только закрепление за истцом права собственности на комнату, судьбу остальных помещений не решил. Не решил вопрос и о праве собственности ответчика на квартиру (ее части), хотя принял решение о разделе квартиры в натуре, т.е. о прекращении общей долевой собственности.

Поскольку судом неправильно применены нормы материального права, решение суда первой инстанции отменено.

 

21. Исправление описок, явных арифметических ошибок, вынесение дополнительных решений возможны только судом, принявшим решение по делу.

 

Решением Кировского районного суда города Екатеринбурга, постановленного под председательством судьи М., частично удовлетворены требования С. к ОАО "Уралэнергочермет" о восстановлении нарушенных трудовых прав.

С. обратился с заявлениями о вынесении дополнительного решения в части взыскания с ответчика 591 руб. 96 коп.; о разъяснении решения суда; о вынесении дополнительного решения по его дополнительному исковому заявлению; об исправлении описок в решении суда; о внесении исправления в определение суда. Часть указанных заявлений была удовлетворена судом, а в большинстве случаев в удовлетворении заявлений отказано, при этом определения выносились другими судьями, так как судья М. ушел в отставку. На все указанные определения истцом поданы частные жалобы.

Судебная коллегия, отменяя все определения, указала следующее.

Решение суда постановлено под председательством судьи М., полномочия которого прекращены.

В соответствии со статьями 200, 201 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вопросы, касающиеся исправления описок и явных арифметических ошибок, вынесения дополнительного решения должны решаться судом, принявшим решение по делу.

Поскольку к моменту разрешения заявлений С. полномочия судьи М., под председательством которого постановлено решение, были прекращены, судьи Кировского районного суда г. Екатеринбурга в силу вышеприведенного Закона не вправе были рассматривать заявления С., касающиеся совершения процессуальных действий по вышеуказанным вопросам. Эти заявления С. должны быть приобщены к материалам дела, направлены в суд кассационной инстанции и учтены судом кассационной инстанции при проверке решения суда по кассационным жалобам сторон.

 

22. Отселение граждан из сносимых жилых домов и прекращение их права собственности на эти дома может быть осуществлено только с согласия собственников путем заключения соответствующего договора.

 

ЗАО "Трансстройзапчасть" обратилось в суд с иском к Администрации г. Екатеринбурга о принятии на баланс квартиры в доме по ул. Б-ой, выселении С. и членов его семьи из занимаемой ими на праве собственности 1/2 части жилого дома по ул. К-ая с предоставлением им благоустроенной квартиры по вышеуказанному адресу. В обоснование иска указано, что земельный участок, на котором находится жилое помещение ответчиков, передан истцу в аренду для последующей застройки.

Судом постановлено решение, по которому иск ЗАО "Трансстройзапчасть" удовлетворен. Администрация г. Екатеринбурга обязана принять на баланс квартиру в доме по ул. Б-ой в г. Екатеринбурге с условием последующей передачи ее по ордеру на условиях социального найма семье С., которые в свою очередь выселены из занимаемого ими жилого помещения с предоставлением указанной квартиры на условиях социального найма.

Отменяя такое решение и постановляя новое об отказе в иске, коллегия указала следующее.

Удовлетворяя требования истца, суд первой инстанции указал, что в соответствии со ст. 137 Жилищного кодекса РСФСР в случае сноса находящихся в личной собственности граждан жилых домов в связи с изъятием земельных участков для общественных нужд указанным гражданам, членам их семей, а также другим гражданам, постоянно проживающим в этих домах, предоставляются по установленным нормам квартиры в домах государственного или общественного жилого фонда. Поскольку ЗАО "Трансстройзапчасть" является коммерческой организацией, она не может в соответствии с действующим жилищным законодательством предоставить гражданам жилые помещения на условиях договора социального найма, поэтому квартира в доме по ул. Б-ой в г. Екатеринбурге подлежит передаче в муниципальную собственность для последующего предоставления семье С. на условиях социального найма.

Однако с таким выводом согласиться нельзя.

В силу ч. 3 ст. 35 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения. В соответствии с п. 1 ст. 239 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда изъятие земельного участка для государственных или муниципальных нужд невозможно без прекращения права собственности на здания, сооружения или другое недвижимое имущество, находящиеся на данном участке, это имущество может быть изъято у собственника путем выкупа государством или продажи с публичных торгов в порядке, предусмотренном соответственно ст. 279 - 282 и 284 - 286 настоящего Кодекса. Требование об изъятии недвижимого имущества не подлежит удовлетворению, если государственный орган или орган местного самоуправления, обратившийся с этим требованием в суд, не докажет, что использование земельного участка в целях, для которых он изымается, невозможно без прекращения права собственности на данное недвижимое имущество.

Таким образом, согласно приведенным нормам права принудительное отчуждение жилого дома, находящегося в собственности граждан, допускается с соблюдением установленных условий и порядка лишь в случае изъятия земельного участка для государственных или муниципальных нужд по требованию государственного органа или органа местного самоуправления. Статья 137 Жилищного кодекса РСФСР не может применяться в отрыве от правовых норм, регулирующих отношения собственности. Согласно ст. 4 Федерального закона от 30 ноября 1994 г. "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" впредь до приведения законов и иных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с частью первой Кодекса законы и иные правовые акты Российской Федерации, а также Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик и иные акты законодательства Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в предусмотренных пределах и порядке, применяются постольку, поскольку они не противоречат части первой Кодекса. Часть первая Гражданского кодекса Российской Федерации не допускает принудительного отчуждения недвижимого имущества по основанию изъятия земельного участка для общественных нужд. Поэтому ст. 137 Жилищного кодекса РСФСР в той мере, в какой она предусматривает возможность выселения в случае сноса находящихся в собственности граждан жилых домов в связи с изъятием земельных участков для общественных нужд, применению не подлежит.

Земельный участок, на котором расположена принадлежащая ответчикам на праве собственности 1/2 часть жилого дома, не изымалась для государственных или муниципальных нужд. Как видно из постановления главы г. Екатеринбурга от 24.07.1997 N 545-р, этот участок находится в составе земель, предоставленных в аренду коммерческой организации, которой предложено отселить проживающих в жилых домах на этом участке граждан в соответствии с действующим законодательством. Следовательно, отселение граждан из сносимых жилых домов и прекращение их права собственности на эти дома может быть осуществлено только с согласия собственников путем заключения соответствующего договора, что соответствует положениям п. 1 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей основания прекращения права собственности. Между тем такой договор с ответчиками заключен не был, поэтому они могли быть выселены из принадлежащего на праве собственности дома в другие жилые помещения только с их согласия и в то жилое помещение, которое устраивает их по благоустройству.

Противоречит смыслу ст. 239 Гражданского кодекса Российской Федерации вывод суда и о том, что жилье ответчикам должно быть предоставлено только на условиях договора социального найма. Если ответчики не возражают, то такое жилье может быть предоставлено им и в собственность.

 

23. Судом неправильно истолкованы понятия подведомственности и подсудности.

 

Л. обратилась в суд с иском к ООО "М", О. и Я. о признании недействительной сделки купли-продажи нежилого помещения, совершенной между ООО "М" и гражданами О. и Я., применении последствий недействительности сделки. В обоснование иска указала, что О. является дочерью участника ООО "М", владеющей более 20% голосов в обществе, что позволяет классифицировать сделку как сделку с заинтересованностью. Согласно ст. 45 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" решение о совершении такой сделки принимается общим собранием участников общества большинством голосов от общего числа участников общества, не заинтересованных в ее совершении. На дату совершения сделки участниками ООО "М" являлись О. с размером доли 70% от уставного капитала общества и Л. с размером доли 30% от уставного капитала общества. Следовательно, решение о совершении обществом данной сделки могла принять только Л., однако она такого согласия не давала.

Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга постановлено определение, по которому исковое заявление возвращено Л. ввиду неподсудности дела данному суду.

Отменяя названное определение, судебная коллегия указала следующее.

Как следует из материалов дела, при вынесении определения суд исходил из того, что согласно п. 1 ч. 1 ст. 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исковое заявление Л. не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку подлежит рассмотрению и разрешению в другом судебном порядке, т.к. в данном случае имеет место спор между обществом с ограниченной ответственностью и его участником, что отнесено к исключительной компетенции арбитражного суда (ст. 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Однако суд не учел, что в исковом заявлении в качестве соответчиков указаны двое граждан, в отношении которых отсутствуют сведения, что они являются участниками общества с ограниченной ответственностью или зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей. При этом их участие в деле обязательно, поскольку они являются стороной в сделке, действительность которой оспаривается Л.

Согласно ст. 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд рассматривает дела с участием граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, только в случаях, предусмотренных законом, что в данном случае не имеет место.

Таким образом, суд необоснованно пришел к выводу, что исковое заявление Л. не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

Кроме того, признав, что исковое заявление Л. подлежит рассмотрению в арбитражном суде, т.е. неподведомственно суду общей юрисдикции, суд необоснованно применил п. 2 ч. 1 ст. 135 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому суд возвращает исковое заявление, если заявление неподсудно данному суду.

В то же время, согласно Федеральному конституционному закону "О судебной системе Российской Федерации" арбитражные суды и суды общей юрисдикции являются различными юрисдикционными органами. При этом по смыслу ст. 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданские дела между арбитражными судами и судами общей юрисдикции разграничиваются правилами подведомственности, а по смыслу статей 23 - 32 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданские дела между судами общей юрисдикции разграничиваются правилами подсудности.

Следовательно, если заявление подлежит рассмотрению и разрешению в арбитражном суде, то оно является неподведомственным суду общей юрисдикции; соответственно, при его возвращении заявителю не подлежит применению п. 2 ч. 1 ст. 135 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

 

24. Вопросы об отмене, изменении и продлении применения принудительных мер медицинского характера решаются в соответствии со статьей 445 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и не подлежат рассмотрению по нормам Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

 

ПНД ЦМСЧ-91 обратился в суд с заявлением о продлении принудительных мер медицинского характера в отношении Т., указывая, что он длительное время страдает тяжелым психическим расстройством - шизофренией с непрерывно-прогредиентным течением, параноидной формы, парафренным этапом на фоне резко выраженного дефекта личности.

Решением Городского суда г. Лесного от 23.05.2003 было удовлетворено заявление ПНД ЦМСЧ-91 г. Лесного о принудительной госпитализации Т., который, являясь инвалидом по психическому заболеванию, ранее неоднократно проходившим лечение в связи с наличием галлюцинаторной симптоматики, опасным поведением в периоды обострения, страдая тяжелым психическим расстройством в форме шизофрении, отказываясь от прохождения добровольного лечения, представлял опасность для себя и окружающих, 16.05.2003 обратился в ЦМСЧ-91 с требованием сделать ему эвтаназию.

По постановлению мирового судьи от 22.12.2003 Т. был освобожден от уголовной ответственности за совершение преступления, к нему были применены принудительные меры медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа, о продлении которых ставится вопрос в заявлении.

Т. не согласен с заявлением, больным себя не считает.

Решением Городского суда г. Лесного Свердловской области от 6 июля 2004 года постановлено: удовлетворить заявление ПНД ЦМСЧ-91 о продлении принудительной госпитализации Т. в психиатрический стационар.

Судебная коллегия отменила решение суда, указав на нарушение норм процессуального права.

Главой 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации урегулирован порядок решения вопросов о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар, продлении срока принудительной госпитализации гражданина, страдающего психическим расстройством, и принудительного психиатрического освидетельствования.

Как следует из материалов дела и установлено судом, Т. находится в психиатрическом стационаре в связи с применением к нему по постановлению суда от 22.12.2003 принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре.

Суд, ссылаясь на нормы ст. 29, 32, 33 Закона Российской Федерации "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" и ст. 305 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, удовлетворил заявление ПНД ЦМСЧ-91 о продлении принудительных мер медицинского характера в отношении Т., в то время как вопросы об отмене, изменении, продлении применения принудительной меры медицинского характера решаются в соответствии со ст. 445 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, т.е. не подлежат рассмотрению по нормам Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение суда является незаконным, подлежит отмене, и в соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст. 220, п. 1 ч. 1 ст. 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации производство по делу подлежит прекращению.

 

25. Право на пенсию в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения возникает у лиц, осуществлявших ее в учреждениях здравоохранения, тогда как суд, разрешая спор, ошибочно полагал, что юридическое значение имеет только тождественность самой выполняемой работы.

 

В июне 2004 года В., медицинская сестра физиотерапевтического кабинета муниципального дошкольного образовательного учреждения города Лесного "Детский сад "Теремок", обратилась в суд с заявлением, в котором просила признать ее должностные обязанности тождественными обязанностям лица, занимающего аналогичную должность в Центральной медико-санитарной части того же населенного пункта; признать стаж своей работы с 1992 года медицинским; признать тождественность права на получение льготной пенсии и взыскать с органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, сумму неполученной пенсии с февраля 2001 года, когда, по мнению истца, она приобрела такое право.

Решением городского суда г. Лесного Свердловской области от 09.08.2004 иск В. удовлетворен.

Судебная коллегия по гражданским делам отменила решение суда, указав следующее.

Согласно п. 7 ст. 18 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" предметом обжалования в суде может являться решение пенсионного органа об установлении или отказе в установлении трудовой пенсии, о выплате указанной пенсии, об удержаниях из этой пенсии и о взыскании излишне выплаченных сумм такой пенсии. Однако, разрешая спор, суд не уточнил его предмет и формально-юридический повод в виде соответствующего решения органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, само это решение представить сторонам не предложил и не исследовал его в судебном заседании, то есть не проверил действительные основания отказа В. в назначении пенсии.

Кроме того, суд неправильно истолковал нормативные положения пп. 11 п. 1 ст. 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", определяющие основания (условия) для досрочного назначения трудовой пенсии в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения.

Согласно указанной норме трудовая пенсия по старости назначается ранее достижения установленного ст. 7 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" пенсионного возраста (для мужчин - 60 лет, для женщин - 55 лет) лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и в поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста. В соответствии с п. 3 ст. 28 того же Федерального закона списки работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии утверждаются Правительством Российской Федерации.

Из содержания приведенных статей Федерального закона следует, что право на пенсию в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения возникает у лиц, осуществлявших ее в учреждениях здравоохранения, тогда как суд, разрешая спор, ошибочно полагал, что юридическое значение имеет только тождественность самой выполняемой работы (ее характера).

Между тем, в оспариваемые ответчиками периоды В. работала не в медицинских, а в педагогических (образовательных) учреждениях, не отнесенных Правительством Российской Федерации к перечню учреждений (структурных подразделений учреждений), для которых сделаны исключения из общих правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения.

К тому же в судебном заседании не обсуждался вопрос об общем количестве (величине) специального трудового стажа истца, хотя указанное обстоятельство (наличие стажа соответствующей работы не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и в поселках городского типа либо только в городах) также является одним из обязательных условий досрочного назначения трудовой пенсии.

 

Исполнительное производство

в практике судов общей юрисдикции

 

Ответы на вопросы

 

Подведомственность

 

1. Вопрос: Подведомственны ли судам общей юрисдикции заявления об оспаривании организацией действий судебного пристава-исполнителя, связанных с исполнением исполнительных документов, выданных налоговым органом?

 

Ответ: Согласно п. 1 ст. 90 Федерального закона "Об исполнительном производстве" на действия судебного пристава-исполнителя по исполнению исполнительного документа, выданного арбитражным судом, или отказ в совершении указанных действий, взыскателем или должником может быть подана жалоба в арбитражный суд по месту нахождения судебного пристава-исполнителя. Во всех остальных случаях жалоба на совершение исполнительных действий судебным приставом-исполнителем или отказ в совершении таких действий подается в суд общей юрисдикции по месту нахождения судебного пристава-исполнителя.

В соответствии с ч. 1 ст. 329 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решения и действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя могут быть оспорены в арбитражном суде в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом и другим федеральным законом. Согласно ч. 1 ст. 27, п. 2 ст. 29 и ч. 1 ст. 197 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражному суду подведомственны дела об оспаривании затрагивающих права и законные интересы лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, в том числе судебных приставов-исполнителей. В связи с этим после введения в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации п. 1 ст. 90 Федерального закона "Об исполнительном производстве" должен применяться с учетом положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым организации и граждане, осуществляющие предпринимательскую и иную экономическую деятельность, могут оспорить в арбитражном суде решения, действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя, осуществляемые им при исполнении судебных актов арбитражных судов, исполнительных документов иных органов, за исключением судебных актов судов общей юрисдикции.

 

2. Вопрос: Подведомственны ли судам общей юрисдикции заявления об оспаривании действий судебного пристава-исполнителя, связанных с исполнением исполнительных документов, если в сводном исполнительном производстве объединены исполнительные производства по исполнению исполнительного листа суда общей юрисдикции и исполнительного листа арбитражного суда?

 

Ответ: Согласно п. 4 ст. 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при обращении в суд с заявлением, содержащим несколько связанных между собой требований, из которых одни подведомственны суду общей юрисдикции, другие - арбитражному суду, если разделение требований невозможно, дело подлежит рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции. В случае, если возможно разделение требований, судья выносит определение о принятии требований, подведомственных суду общей юрисдикции и об отказе в принятии требований, подведомственных арбитражному суду.

Поскольку действия судебного пристава-исполнителя связаны с исполнением как исполнительного листа арбитражного суда, так и исполнительного листа суда общей юрисдикции, исполнительные производства по которым объединены в одно сводное исполнительное производство, представляется, что разделение требований невозможно.

Следовательно, заявление об оспаривании действий судебного пристава-исполнителя, связанных с исполнением указанных исполнительных документов, подлежит рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст. 441 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, независимо от того, кто из участников сводного исполнительного производства обращается в суд.

 

3. Вопрос: Каким судом (арбитражным или общей юрисдикции) подлежит рассмотрению заявление судебного пристава-исполнителя об отсрочке исполнения по сводному исполнительному производству до возбуждения в арбитражном суде дела о несостоятельности (банкротстве) должника-организации, если в сводном исполнительном производстве объединены исполнительное производство по исполнительному документу, выданному налоговым органом, и исполнительное производство по исполнительному листу арбитражного суда?

 

Ответ: Согласно ст. 18 Федерального закона "Об исполнительном производстве" при наличии обстоятельств, препятствующих совершению исполнительных действий, судебный пристав-исполнитель по своей инициативе или заявлению сторон, а также сами стороны вправе обратиться в суд или другой орган, выдавший исполнительный документ, с заявлением об отсрочке исполнения. Однако п. 3 ст. 60 Федерального закона "Об исполнительном производстве" предусматривает, что, получив уведомление компетентного органа об осуществлении им действий по возбуждению в арбитражном суде производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника-организации, судебный пристав-исполнитель обращается в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации с заявлением об отсрочке исполнения исполнительного документа до возбуждения арбитражным судом производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника. В связи с этим при принятии заявления судебного пристава-исполнителя об отсрочке исполнения по сводному исполнительному производству, в котором объединены исполнительные производства по исполнению исполнительного листа арбитражного суда и исполнительного документа, выданного налоговым органом, следует исходить из положений ч. 1 ст. 27 и ч. 1 ст. 324 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 324 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при наличии обстоятельств, затрудняющих исполнение судебного акта, арбитражный суд, выдавший исполнительный лист, по заявлению взыскателя, должника или судебного пристава-исполнителя, вправе отсрочить исполнение судебного акта.

 

Подсудность

 

4. Вопрос: Вправе ли мировой судья рассматривать вопросы, связанные с исполнением исполнительного документа (исполнительного листа или судебного приказа), выданного на основании его судебного акта?

 

Ответ: Из содержания раздела VII Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вытекает, что все процессуальные вопросы, связанные с исполнением судебных постановлений, рассматриваются судом, соответствующим уровню суда, вынесшего судебное постановление и на основании постановления которого выдан исполнительный документ. Следовательно, если исполнительное производство возбуждено по исполнительному листу, выданному на основании постановления мирового судьи, то мировой судья по месту нахождения судебного пристава-исполнителя вправе рассматривать вопросы, связанные с исполнением такого постановления.

 

Субъекты исполнительного производства

 

5. Вопрос: Вправе ли судебный пристав-исполнитель своим постановлением произвести замену стороны исполнительного производства ее правопреемником?

 

Ответ: Согласно ст. 32 Федерального закона "Об исполнительном производстве" в случае выбытия одной из сторон судебный пристав-исполнитель обязан своим постановлением произвести замену этой стороны ее правопреемником, определенным в порядке, установленном федеральным законом. В силу ст. 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства. На определение суда о замене или об отказе в замене правопреемника может быть подана частная жалоба. Следовательно, на стадии исполнительного производства замена стороны ее правопреемником производится судебным приставом-исполнителем на основании судебного акта суда общей юрисдикции.

 

6. Вопрос: Необходимо ли привлечение судебного пристава-исполнителя к участию в деле о признании незаконным его бездействия?

 

Ответ: Согласно ч. 2 ст. 441 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации жалоба на действия судебного пристава-исполнителя рассматривается в судебном заседании. Взыскатель, должник и судебный пристав-исполнитель извещаются о времени и месте заседания, однако их неявка не является препятствием к разрешению жалобы. Следовательно, судебный пристав-исполнитель является лицом, участвующим в деле по жалобе на его действия (бездействие). Представляется, что такой вывод также вытекает из того, что, признав оспариваемое бездействие судебного пристава-исполнителя незаконным, суд общей юрисдикции вправе обязать его совершить определенные действия.

 

7. Вопрос: Может ли лицо, не являющееся участником исполнительного производства, оспаривать в суде действия судебного пристава-исполнителя, если полагает, что такие действия нарушают его права и законные интересы?

 

Ответ: Исходя из положений п. 1 ст. 90 Федерального закона "Об исполнительном производстве", ст. 441 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правом обжалования действий судебного пристава-исполнителя в порядке, предусмотренном указанными нормами, наделены только стороны исполнительного производства - взыскатель и должник. Следовательно, другие лица, чьи права и законные интересы нарушаются при исполнении судебного постановления либо постановления государственного или иного органа, могут обращаться в суд по общим правилам гражданского судопроизводства, т.е. в порядке искового производства.

 

Общие правила исполнительного производства

 

8. Вопрос: Препятствует ли возбуждению исполнительного производства обращение заявителя с надзорной жалобой на вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции, если исполнение обжалуемого судебного акта не приостановлено судьей надзорной инстанции?

 

Ответ: В соответствии со статьями 20, 21 Федерального закона "Об исполнительном производстве" обращение заявителя с жалобой на решение суда первой инстанции в суд надзорной инстанции не является препятствием к исполнению исполнительного листа и, следовательно, возбуждению исполнительного производства.

 

9. Вопрос: Обязан ли судебный пристав-исполнитель приостановить исполнение, если судьей надзорной инстанции вынесено определение о приостановлении исполнения?

 

Ответ: Согласно п. 4 ст. 381 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае истребования дела судья вправе приостановить исполнение решения суда до окончания производства в суде надзорной инстанции при наличии об этом просьбы, содержащейся в жалобе, представлении или ином ходатайстве. В соответствии с абз. 8 ст. 436 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья обязан приостановить исполнительное производство в случае вынесения определения судьей, которому федеральным законом предоставлено право приостанавливать исполнение судебного постановления. Следовательно, определение о приостановлении исполнения, вынесенное судьей надзорной инстанции, само по себе не является для судебного пристава-исполнителя основанием для прекращения исполнительных действий по возбужденному исполнительному производству. Такое определение является основанием для рассмотрения в судебном заседании вопроса о приостановлении исполнительного производства судом по месту нахождения судебного пристава-исполнителя.

 

10. Вопрос: Вправе ли судебный пристав-исполнитель отменить свое постановление о возбуждении исполнительного производства?

 

Ответ: Закон не запрещает судебному приставу-исполнителю принять мотивированное постановление об отмене или изменении своего ранее принятого необоснованного постановления. Согласно ст. 88 Федерального закона "Об исполнительном производстве", если решения судебного пристава-исполнителя, принимаемые при совершении исполнительных действий, затрагивают интересы сторон и иных лиц, судебный пристав-исполнитель выносит соответствующее постановление.

 

11. Вопрос: Вправе ли судебный пристав-исполнитель окончить исполнительное производство на основании того, что должник заложенное имущество, на которое судом обращено взыскание, продал другому лицу?

 

Ответ: Согласно ст. 353 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае перехода права собственности на заложенное имущество или права хозяйственного ведения им от залогодателя к другому лицу в результате возмездного или безвозмездного отчуждения этого имущества либо в порядке универсального правопреемства право залога сохраняет силу. Следовательно, если должник продал заложенное имущество, на которое судом обращено взыскание, судебный пристав-исполнитель обязан в установленном порядке принять меры к реализации заложенного имущества и в том случае, когда это имущество находится у третьих лиц.

При этом следует учитывать, что в соответствии со ст. 48 Федерального закона "Об исполнительном производстве" обращение взыскания на имущество должника, находящееся у других лиц, производится по определению суда.

 

12. Вопрос: Может ли судебный пристав-исполнитель произвести взыскание за счет имущества, арестованного в порядке обеспечения иска, если об этом не указано в исполнительном листе, выданном на основании решения суда общей юрисдикции о взыскании с ответчика долга в пользу истца?

 

Ответ: Согласно п. 3 ст. 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда. В связи с этим судебный пристав-исполнитель при отсутствии денежных средств может в установленном порядке обратить взыскание на имущество должника, арестованное с целью обеспечения иска. При этом в решении об удовлетворении имущественного иска не требуется указывать на обращение взыскания на арестованное имущество должника.

 

13. Вопрос: Является ли основанием для возвращения исполнительного листа взыскателю применение арбитражным судом процедуры наблюдения по делу о несостоятельности (банкротстве) должника?

 

Ответ: В соответствии с п. 1 ст. 63 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" введение арбитражным судом наблюдения по делу о несостоятельности (банкротстве) должника является основанием для приостановления исполнения исполнительных документов по имущественным взысканиям, связанным с исполнением денежных обязательств. Согласно абз. 2 ст. 436 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан приостановить исполнительное производство в случае возбуждения арбитражным судом производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

 

14. Вопрос: Вправе ли судебный пристав-исполнитель передать конкурсному управляющему исполнительные документы, исполнение которых прекратилось в соответствии с Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"?

 

Ответ: Согласно ст. 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства исполнительные документы, исполнение по которым прекратилось в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежат передаче судебными приставами-исполнителями конкурсному управляющему в порядке, установленном федеральным законом. Следовательно, судебный пристав-исполнитель обязан передать конкурсному управляющему исполнительные документы, исполнение которых прекратилось в соответствии с Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)".

 

15. Вопрос: Подлежит ли прекращению исполнительное производство в связи с принятием арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства?

 

Ответ: В соответствии со ст. 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращается исполнение по исполнительным документам, в том числе по исполнительным документам, исполнявшимся в ходе ранее введенных процедур банкротства, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. В то же время ст. 439 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не предусматривает такого основания для прекращения исполнительного производства. Представляется, что следует различать "прекращение исполнения" и "прекращение исполнительного производства", прежде всего, по последствиям. По смыслу ст. 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" после прекращения исполнения исполнительных документов последние передаются судебным приставом-исполнителем конкурсному управляющему для последующего исполнения вне исполнительного производства. В соответствии с п. 3 ст. 439 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 25 Федерального закона "Об исполнительном производстве" после вступления определения суда о прекращении исполнительного производства в законную силу судебный пристав-исполнитель отменяет все назначенные им меры по исполнению. Указанное определение и исполнительный документ, в котором судебный пристав-исполнитель должен произвести соответствующие отметки, возвращаются в суд или другой орган, выдавший этот документ, т.е. в дальнейшем не подлежат исполнению. С учетом изложенного принятие арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства не является основанием для прекращения исполнительного производства судом общей юрисдикции.

 

16. Вопрос: Вправе ли судебный пристав-исполнитель вынести постановление об аресте всех денежных средств должника, находящихся на его счете в банке, если размер денежных средств, на которые наложен арест, значительно превышает как сумму, указанную в исполнительном листе, так и сумму, названную в пункте 6 статьи 46 Федерального закона "Об исполнительном производстве"?

 

Ответ: Согласно п. 3 ст. 46 Федерального закона "Об исполнительном производстве" при наличии сведений об имеющихся у должника денежных средствах и иных ценностях, находящихся на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях, на них налагается арест. Пунктом 6 данной статьи предусмотрено, что взыскание на денежные средства, находящиеся в наличности либо на счетах в банках и иных кредитных организациях, обращается в том размере и объеме, которые необходимы для исполнения исполнительного документа с учетом взыскания исполнительского сбора и расходов по совершению исполнительных действий. Следовательно, арест денежных средств должника сверх указанного выше размера свидетельствует о необоснованном ограничении его права и является неправомерным.

 

17. Вопрос: Является ли пропуск срока наложения ареста на имущество должника основанием для признания постановления судебного пристава-исполнителя об аресте имущества должника незаконным?

 

Ответ: Согласно п. 1 ст. 51 Федерального закона "Об исполнительном производстве" арест на имущество должника налагается не позднее одного месяца со дня вручения должнику постановления о возбуждении исполнительного производства, а в необходимых случаях - одновременно с его вручением. Представляется, что установление месячного срока для наложения ареста является организационной процедурой для судебного пристава-исполнителя в целях быстрейшего исполнения исполнительных документов и направлено исключительно на защиту интересов взыскателя. Исполнительные действия проводятся судебным приставом-исполнителем до окончания исполнительного производства в соответствии со ст. 27 Федерального закона "Об исполнительном производстве". Поэтому по смыслу Федерального закона "Об исполнительном производстве" несоблюдение упомянутого срока не влечет за собой утрату взыскателем права на удовлетворение своих требований за счет имущества, принадлежащего должнику.

Следовательно, сам по себе пропуск срока наложения ареста на имущество должника не является основанием для признания постановления судебного пристава-исполнителя об аресте имущества должника незаконным.

 

18. Вопрос: Вправе ли судебный пристав-исполнитель при применении мер исполнительного производства вынести постановление, обязывающее должника перечислять на депозитный счет подразделения судебных приставов денежные средства не позднее следующего дня после их поступления в кассу до полного погашения задолженности по исполнительному листу, выданному судом общей юрисдикции?

 

Ответ: Статья 45 Федерального закона "Об исполнительном производстве" не содержит исчерпывающего перечня мер принудительного исполнения. Поскольку возложение на должника обязанности перечислять на депозитный счет подразделения судебных приставов наличные денежные средства, поступившие в кассу должника, направлено на обеспечение исполнения исполнительного документа, оно является правомерным.

 

19. Вопрос: Может ли судебный пристав-исполнитель отказать в объявлении розыска имущества должника при наличии согласия взыскателя на авансирование им будущих расходов по розыску?

 

Ответ: Согласно п. 2 ст. 28 Федерального закона "Об исполнительном производстве" судебный пристав-исполнитель вправе объявить розыск должника или его имущества при наличии согласия взыскателя нести бремя расходов по розыску и авансировать указанные расходы в соответствии со ст. 83 настоящего Федерального закона. По смыслу данной нормы представляется, что при наличии предусмотренного в ней условия, т.е. при наличии согласия взыскателя нести бремя расходов по розыску и авансировать указанные расходы, судебный пристав-исполнитель должен объявить розыск имущества должника или его имущества.

 

20. Вопрос: Обязан ли банк представить сведения о наличии денежных средств, находящихся на счетах его клиентов - должников, по требованию судебного пристава-исполнителя при исполнении исполнительного листа?

 

Ответ: Согласно ч. 1 ст. 6 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации" вступившие в законную силу постановления федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2003 N 8-П). В соответствии со ст. 14 Федерального закона "О судебных приставах" требования судебного пристава обязательны для всех органов, организаций, должностных лиц и граждан на территории Российской Федерации. Информация, документы и их копии, необходимые для осуществления судебными приставами своих функций, предоставляются по их требованию безвозмездно и в установленный ими срок. Невыполнение требований судебного пристава-исполнителя и действия, препятствующие исполнению возложенных на него обязанностей, влекут ответственность в порядке, установленном законом. Исходя из смысла п. 3 ст. 46 Федерального закона "Об исполнительном производстве" налоговый орган может представить судебному приставу-исполнителю сведения об имеющихся счетах должника в банке, а не сведения о наличии на них денежных средств. Соответственно, непредоставление банком запрошенной информации влечет за собой невозможность исполнения судебных актов, что является основанием для привлечения банка и (или) его должностных лиц к ответственности, предусмотренной действующим законодательством. Следовательно, если все необходимые документы, подтверждающие обоснованное возбуждение исполнительного производства в отношении клиента банка, судебным приставом-исполнителем представлены кредитной организации, последняя обязана представить сведения о наличии на них денежных средств в пределах суммы, подлежащей взысканию согласно исполнительному листу, выданному судом общей юрисдикции.

 

21. Вопрос: Вправе ли судебный пристав-исполнитель обязать организацию перечислять сумму ее долга должнику по исполнительному производству на депозитный счет подразделения судебных приставов?

 

Ответ: Согласно п. 1 ст. 29 Федерального закона "Об исполнительном производстве" сторонами исполнительного производства являются взыскатель и должник. Организация в данном случае не является лицом, участвующим в исполнительном производстве.

Следовательно, судебный пристав-исполнитель не имеет права обязать ее перечислять платежи по задолженности не должнику, а на депозитный счет подразделения судебных приставов. При наличии дебиторской задолженности судебный пристав-исполнитель мог наложить арест на право (требование), приняв меры к его продаже в установленном порядке.

 

22. Вопрос: В каких случаях оценка имущества в исполнительном производстве должна осуществляться по правилам, установленным Федеральным законом "Об оценочной деятельности в Российской Федерации"?

 

Ответ: Согласно ст. 8 Федерального закона "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" проведение оценки объектов оценки является обязательным в случае вовлечения в сделку объектов оценки, принадлежащих на праве собственности полностью или частично Российской Федерации, субъектам Российской Федерации либо муниципальным образованиям. Следовательно, положения упомянутого Закона должны соблюдаться и при обращении взыскания на имущество, например муниципального образования, на основании исполнительного листа суда общей юрисдикции.

 

23. Вопрос: В каком порядке возмещается вред, причиненный взыскателю, в случае несвоевременного перечисления судебным приставом-исполнителем денежной суммы по исполнительному листу?

 

Ответ: Согласно п. 2 ст. 90 Федерального закона "Об исполнительном производстве", если заявителю причинен вред судебным приставом-исполнителем в результате ненадлежащего исполнения своих обязанностей, этот вред подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством. Представляется, что при решении вопроса о возмещении вреда необходимо руководствоваться статьями 16, 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

 

24. Вопрос: Возможно ли взыскание процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае несвоевременного перечисления судебным приставом-исполнителем денежной суммы по исполнительному листу?

 

Ответ: В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами" если должник, используя право, предоставленное ст. 327 Гражданского кодекса Российской Федерации, внес в установленный срок причитающиеся с него деньги на депозитный счет подразделения судебных приставов, денежное обязательство считается исполненным своевременно и проценты, в том числе предусмотренные ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, на сумму долга не начисляются. Между взыскателем по исполнительному листу и подразделением службы судебных приставов в таких случаях возникают отношения, не основанные на нормах обязательственного права, в связи с чем оснований для взыскания процентов, предусмотренных ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, не имеется.

 

Исполнительский сбор

 

25. Вопрос: Подлежит ли взысканию исполнительский сбор при принудительном исполнении исполнительных документов за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации, местных бюджетов, федеральных органов исполнительной власти?

 

Ответ: Согласно ст. 143 Федерального закона "О федеральном бюджете на 2000 год" впредь до внесения изменений в статьи 77 и 81 Федерального закона "Об исполнительном производстве" при принудительном исполнении исполнительных документов за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации, местных бюджетов, федеральных органов исполнительной власти взыскание исполнительского сбора не производится. Представляется, что поскольку изменения в статьи 77, 81 Федерального закона "Об исполнительном производстве" до настоящего времени не внесены, то ст. 143 Федерального закона "О федеральном бюджете на 2000 год" следует считать действующей.

 

26. Вопрос: Подлежит ли взысканию исполнительский сбор, если судебный пристав-исполнитель не уведомил должника в установленном законом порядке о необходимости добровольного исполнения исполнительного документа в определенный срок?

 

Ответ: Согласно п. 1 ст. 81 Федерального закона "Об исполнительном производстве" судебный пристав-исполнитель выносит постановление, по которому с должника взыскивается исполнительский сбор в случае неисполнения исполнительного документа без уважительных причин в срок, установленный для добровольного исполнения указанного документа. Следовательно, если судебный пристав-исполнитель в предусмотренном законом порядке (п. 3 ст. 9 Федерального закона "Об исполнительном производстве") не установил должнику срок для добровольного исполнения исполнительного листа, исполнительский сбор не подлежит взысканию.

 

27. Вопрос: Необходимо ли утверждение старшим судебным приставом постановления судебного пристава-исполнителя о взыскании с должника исполнительского сбора?

 

Ответ: Федеральным законом "Об исполнительном производстве" необходимость утверждения такого постановления старшим судебным приставом не предусмотрена.

Однако, согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 30.07.2001 N 13-П, исполнительскому сбору как штрафной санкции присущи признаки административной штрафной санкции: он имеет фиксированное, установленное Федеральным законом денежное выражение, взыскивается принудительно, оформляется постановлением уполномоченного должностного лица, взимается в случае совершения правонарушения.

Как следует из указанного Постановления, по смыслу п. 1, 2 и 5 ст. 81 Федерального закона "Об исполнительном производстве" во взаимосвязи с подпунктами 6 и 7 п. 1 ст. 7, п. 6 ст. 9, п. 4 ст. 20, п. 2 ст. 87 и п. 1 ст. 90 постановление судебного пристава-исполнителя, поскольку оно является актом о применении меры взыскания штрафного характера, налагаемой в порядке осуществления административно-юрисдикционных полномочий, должно утверждаться старшим судебным приставом.

 

28. Вопрос: Вправе ли суд общей юрисдикции по заявлению должника уменьшить размер исполнительского сбора, установленный постановлением судебного пристава-исполнителя?

 

Ответ: Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 30.07.2001 N 13-П предусмотренная ст. 81 Федерального закона "Об исполнительном производстве" сумма, исчисляемая в размере семи процентов от взыскиваемых по исполнительному документу денежных средств, представляет собой санкцию штрафного характера, т.е. возложение на должника обязанности произвести дополнительную выплату в качестве меры его публично-правовой ответственности, возникшей в связи с совершенным им правонарушением в процессе исполнительного производства. Установление конкретных размеров штрафных санкций за нарушение правил принудительного исполнения судебных и иных актов является прерогативой законодателя. Однако размер штрафного взыскания - поскольку такое взыскание связано с ограничением конституционного права собственности - должен отвечать критерию соразмерности, вытекающему из ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации. Установленный в п. 1 ст. 81 Федерального закона "Об исполнительном производстве" размер взыскания представляет собой лишь допустимый его максимум, верхнюю границу, и с учетом характера совершенного правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя, его имущественного положения и иных существенных обстоятельств может быть снижен правоприменителем.

Следовательно, суд общей юрисдикции вправе по заявлению должника уменьшить размер исполнительского сбора, установленный постановлением судебного пристава-исполнителя. При этом в решении должно быть указано, какие именно причины явились основанием для снижения размера исполнительского сбора.

 

29. Вопрос: Правомерно ли вынесение судебным приставом-исполнителем постановления о взыскании исполнительского сбора по истечении двух месяцев после окончания срока, установленного должнику для добровольного исполнения исполнительного документа?

 

Ответ: В соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 30.07.2001 N 13-П исполнительский сбор следует считать административной санкцией. Согласно ст. 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях должник не может быть привлечен к административной ответственности после истечения двух месяцев со дня совершения административного проступка.

Однако взыскание судебным приставом-исполнителем исполнительского сбора не является наказанием должника в смысле, придаваемом понятию "наказание" Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях. Статьей 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлена давность привлечения лица к указанному в нем административному наказанию, к которому взыскание исполнительского сбора не относится. Следовательно, вынесение судебным приставом-исполнителем постановления о взыскании исполнительского сбора по истечении двух месяцев после окончания срока, установленного должнику для добровольного исполнения исполнительного документа, правомерно.

 

30. Вопрос: Освобождается ли должник от уплаты исполнительского сбора, если сумма задолженности по исполнительному документу уплачена должником после истечения срока, установленного для добровольного исполнения указанного документа?

 

Ответ: Согласно ст. 81 Федерального закона "Об исполнительном производстве" в случае неисполнения исполнительного документа без уважительных причин в срок, установленный для добровольного исполнения указанного документа, с должника взыскивается исполнительский сбор в размере семи процентов от взыскиваемой суммы или стоимости имущества должника. Взыскание исполнительского сбора является санкцией за неисполнение указаний судебного пристава-исполнителя, а не возмещением расходов судебного пристава-исполнителя, связанных с исполнением исполнительного документа. Следовательно, уплата должником без уважительных причин суммы задолженности по исполнительному документу после истечения срока, установленного судебным приставом-исполнителем для добровольного исполнения указанного документа, не освобождает должника от уплаты исполнительского сбора.

 

31. Вопрос: Правомерно ли взыскание исполнительского сбора при частичном исполнении исполнительного документа?

 

Ответ: Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 30.07.2001 N 13-П исполнительский сбор является санкцией. В связи с этим он удерживается с должника после полного погашения требований взыскателя. Следовательно, если исполнительный документ исполнен частично, взыскание исполнительского сбора неправомерно.

 

32. Вопрос: Прекращается ли исполнение постановления судебного пристава-исполнителя о взыскании исполнительского сбора в случае прекращения исполнительного производства в связи с заключением взыскателем и должником мирового соглашения после истечения срока, установленного должнику для добровольного исполнения исполнительного документа?

 

Ответ: Исполнительский сбор согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 30.07.2001 N 13-П является санкцией, взыскиваемой после полного удовлетворения требований взыскателя. Следовательно, заключение взыскателем и должником мирового соглашения само по себе не освобождает должника от ответственности за неисполнение указаний судебного пристава-исполнителя о добровольном исполнении исполнительного документа. С учетом того, что в соответствии с подпунктом 7 п. 1 ст. 7 Федерального закона "Об исполнительном производстве" постановление судебного пристава-исполнителя является исполнительным документом, оно подлежит самостоятельному принудительному исполнению после прекращения исполнительного производства по исполнению исполнительного документа, взыскатель и должник по которому заключили мировое соглашение.

 

33. Вопрос: Прекращается ли исполнение постановления судебного пристава-исполнителя о взыскании исполнительского сбора в случае окончания исполнительного производства в связи с отзывом взыскателем исполнительного документа после истечения срока, установленного должнику для добровольного исполнения исполнительного документа?

 

Ответ: Исполнительский сбор согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 30.07.2001 N 13-П является санкцией, взыскиваемой после полного удовлетворения требований взыскателя. Следовательно, отзыв взыскателем исполнительного документа само по себе не освобождает должника от ответственности за неисполнение указаний судебного пристава-исполнителя о добровольном исполнении исполнительного документа. С учетом того, что в соответствии с подпунктом 7 п. 1 ст. 7 Федерального закона "Об исполнительном производстве" постановление судебного пристава-исполнителя является исполнительным документом, оно подлежит самостоятельному принудительному исполнению после окончания исполнительного производства по исполнению исполнительного документа, по которому взыскатель отозвал исполнительный документ.

Примечание. Вопросы и ответы подготовлены с использованием информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21 июня 2004 г. N 77 "Обзор практики рассмотрения дел, связанных с исполнением судебными приставами-исполнителями судебных актов арбитражных судов".

 

Вправе ли налоговые органы требовать в суде гражданские дела для проверки правильности взимания государственной пошлины?

 

Ответ: В соответствии со статьей 10 Конституции Российской Федерации, государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны. Согласно статье 5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам, подведомственным судам общей юрисдикции, осуществляется только этими судами по правилам, установленным законодательством о гражданском судопроизводстве. Из этого следует, что органы исполнительной власти, к которым относится налоговая служба, не вправе контролировать деятельность судов по осуществлению правосудия и проводить в них проверки. Государственная пошлина по делам, рассматриваемым судами, взыскивается ими путем вынесения соответствующих судебных постановлений (определений, решений) по конкретным гражданским делам. Проверить правильность взыскания государственной пошлины возможно только путем изучения гражданских дел и оценки законности вынесенных по ним судебных постановлений. Между тем законность судебных постановлений, в том числе и по вопросам взыскания государственной пошлины, может проверить только вышестоящий суд в порядке, установленном главами 39 - 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Следовательно, работники налоговых органов не вправе проверять в судах гражданские дела и решать вопросы о законности взыскания судами государственной пошлины. Более того, в силу статьи 46 Конституции Российской Федерации, действия и решения органов и должностных лиц налоговой службы могут быть обжалованы в суд. Исходя из изложенного, предоставление налоговым органам права проверки деятельности судов, даже по вопросам взыскания государственной пошлины, противоречило бы конституционному принципу независимости суда, установленному статьей 120 Конституции Российской Федерации.

Примечание. Вопрос обсужден на заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации 18.08.2004.

 

Каким образом стороны могут изменить территориальную подсудность?

 

Статья 32 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Договорная подсудность.

Стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность для данного дела до принятия его судом к своему производству. Подсудность, установленная статьями 26, 27 и 30 настоящего Кодекса, не может быть изменена соглашением сторон.

Территориальная подсудность определяет, в какой конкретный суд из однородных судов одного и того же уровня (звена) системы судов с учетом его территориальной юрисдикции следует обратиться за разрешением определенного гражданского дела.

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации различает следующие виды территориальной подсудности: 1) общую; 2) альтернативную; 3) исключительную; 4) договорную; 5) по связи дел. Установленную законом территориальную подсудность стороны вправе изменить соглашением между собой. Такая подсудность по конкретному делу именуется договорной (добровольной). Соглашение о подсудности иначе называется пророгацией или пророгационным договором. Следует иметь в виду, что соглашение сторон о подсудности носит смешанный характер: материально-правовой (вопросы правоспособности и дееспособности сторон, полномочий лиц, заключающих такое соглашение, действительности такого соглашения); процессуальный (последствия заключения такого соглашения).

 

Форма соглашения о подсудности.

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации не содержит требований к форме соглашения о подсудности. Исходя из того, что лишь последствия такого соглашения носят процессуальный характер, следует, что требования к его форме вытекают из общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о форме сделок (ст. 158 - 163 Гражданского кодекса Российской Федерации). Соответственно, договор об изменении подсудности может быть заключен в любом виде: как оговорка о подсудности, включенная отдельным пунктом в договор, в отношении тех споров, которые могут возникнуть из данного договора; как самостоятельное соглашение сторон в отношении как возникших споров, так и могущих возникнуть в будущем из заключенного договора.

Следовательно, договор о подсудности дела определенному суду может быть заключен как до, так и после возникновения спора между сторонами. При этом предметом соглашения может быть одно или несколько дел. Из общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации следует также то, что при заключении соглашения о подсудности стороны не обязаны его мотивировать (статьи 1, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации - свобода договора). Поэтому, если соглашение о подсудности включено в договор, на который распространяется действие Закона "О защите прав потребителей", то данное условие не может рассматриваться как нарушающее право потребителя, предусмотренное ст. 17 Закона "О защите прав потребителей", а также п. 7 ст. 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Необходимо отметить, что в случае если соглашение о подсудности включено в договор в качестве составной части, то при замене одной из сторон данного договора в порядке цессии (ст. 382 - 389 Гражданского кодекса Российской Федерации) к другой стороне переходят, в том числе, права и обязанности в части определения подсудности споров, вытекающих из такого договора.

 

Ограничения договорной подсудности.

1. Заключение соглашения об изменении подсудности возможно только до принятия дела судом к своему производству.

Соответственно, после предъявления иска с соблюдением правил подсудности, установленных статьями 28, 29, ч. 1 ст. 31 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и принятии судом искового заявления к производству (ст. 133 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) заключение сторонами соглашения об изменении подсудности не допускается. Фактически соглашение о подсудности может быть заключено до даты вынесения определения о принятии заявления к производству суда.

Соглашение, заключенное после указанной даты, не влечет правовых последствий и не должно приниматься во внимание судом при определении подсудности заявленного иска. Исключение составляет случай, предусмотренный п. 2 ч. 2 ст. 33 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, т.е. если обе стороны заявили ходатайство о рассмотрении дела по месту нахождения большинства доказательств. Однако такое ходатайство должно быть мотивировано.

2. Соглашением сторон не может быть изменена или отменена родовая подсудность.

Соответственно, в каждом случае в силу прямого указания в законе следует учитывать правила статей 26, 27 и 30 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В то же время, судебная коллегия полагает, что необходимо учитывать и правила статей 23, 24, 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Так, если соглашение о подсудности содержится в трудовом договоре, то следует учитывать разграничение трудовых споров между мировым судьей и районным судом в зависимости от предмета иска (п. 6 ч. 1 ст. 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Если соглашение о подсудности содержится в гражданско-правовом договоре, то следует учитывать разграничение имущественных споров между мировым судьей и районным судом в зависимости от цены иска (п. 5 ч. 1 ст. 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Следовательно, соглашение сторон, изменяющее родовую подсудность, является недействительным и не влечет каких-либо правовых последствий.

3. Соглашением сторон не может быть изменена исключительная подсудность.

Соответственно, в каждом случае в силу прямого указания в законе следует учитывать правила ст. 30 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Следовательно, соглашение сторон, изменяющее исключительную подсудность, является недействительным и не влечет каких-либо правовых последствий.

4. Правила ст. 32 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации также следует применять с учетом: ч. 1 ст. 31 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (если иск подан к нескольким ответчикам, но только с одним из них у истца имеется соглашение о подсудности, то подсудность данного иска не может быть определена на основании такого соглашения); ч. 2 ст. 31 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (встречный иск предъявляется в суд по месту рассмотрения первоначального иска).

Таким образом, по смыслу ст. 32 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороны вправе изменить только общую (ст. 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и альтернативную (ст. 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) подсудность.

 

Обязательность соглашения о подсудности.

1. Соглашение о подсудности является обязательным для сторон.

Соответственно, если истец предъявит требование в каком-либо другом суде, не оговоренном в договоре, то ответчик вправе заявить возражения о неподсудности. В этом случае, если ответчик представит соглашение о подсудности, заключенное до принятия судом заявления к своему производству, то суд обязан передать дело в другой суд по подсудности, определенной соглашением сторон, на основании п. 3 ч. 2 ст. 33 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

2. Соглашение о подсудности является обязательным для суда, если оно не противоречит закону.

Соответственно, суд, избранный сторонами, не вправе возвратить исковое заявление истцу на основании п. 2 ч. 1 ст. 135 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В то же время, если истец предъявил иск в другой суд, не указанный в договоре о подсудности, то суд обязан возвратить исковое заявление на основании п. 2 ч. 1 ст. 135 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Информация

 

Бюллетень разработан на основании материалов:

1. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации (Под общей ред. В.И. Радченко. М: Издательство НОРМА, 2003);

2. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) (Под ред. Г.А. Жилина. М.: ТК Велби, 2003);

3. Гражданское процессуальное право. Учебник (Под ред. М.С. Шакарян. М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2004);

4. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19.11.1999 (Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации, 2000, N 8, с. 8 - 9).

 

Судебная коллегия по гражданским делам

Свердловского областного суда

 

17 октября 2004 года

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь