Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ХАКАСИЯ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 ноября 2004 г. N 22-1699/2004

 

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Хакасия рассмотрела в судебном заседании 24 ноября 2004 года кассационную жалобу адвоката на приговор Черногорского городского суда от 14 сентября 2004 года, которым

К. <...>, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции ФЗ от 08.12.2003 N 162-ФЗ) на 6 месяцев лишения свободы; по п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции ФЗ от 08.12.2003 N 162-ФЗ) на 8 месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год.

На основании ст. 73 УК РФ наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 1 (один) год.

На осужденного возложены обязанности: не менять постоянного места жительства и работы без уведомления органов, ведающих исполнением наказания; являться на регистрацию в органы, ведающие исполнением наказания; не покидать дома с 22 до 06 часов.

Заслушав доклад председательствующего, мнение прокурора, полагавшей приговор оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения, судебная коллегия

 

установила:

 

К. осужден за покушение на тайное хищение 800 килограммов каменного угля общей стоимостью 248 рублей, совершенное 20 января 2003 года по предварительному сговору группой лиц, а также за кражу 20 новых переводных брусьев, совершенную в период с 23 часов 3 февраля 2003 года до 02 часов 4 февраля 2003 года по предварительному сговору группой лиц.

В кассационной жалобе адвокат просит приговор отменить и прекратить уголовное дело в отношении К. за отсутствием в его действиях состава преступления.

Кассатор отмечает, что при постановлении приговора суд исходил только из показаний свидетеля К., отца подсудимого, согласно которым он, со слов сына, знает, что в его присутствии производилось взвешивание угля, вес его составил 800 кг. Однако суд не проверил показания К., Г. и К. о том, что сотрудники охраны заставили их сгрузить весь уголь, находившийся в кучах. Не истребованы акт инвентаризации угля, акт ревизии, которыми устанавливается количество наличествующего и похищенного имущества. Адвокат делает вывод, что предварительным и судебным следствием не установлен имущественный ущерб, причиненный К.

При постановлении приговора суд не учел, что стоимость имущества, на хищение которого покушался К., составляет 248 рублей, что дает основание для применения ст. 14 УК РФ, в соответствии с которой не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

Суд неверно оценил доказательства, а также не принял во внимание обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, что в соответствии с п. 1 ст. 379 УПК РФ, полагает кассатор, является основанием к отмене или изменению судебного решения в кассационном порядке.

В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель - Абаканский транспортный прокурор - просит приговор в отношении К. оставить без изменения, а кассационную жалобу адвоката - без удовлетворения, полагая, что вина К. доказана, действия осужденного квалифицированы правильно, наказание назначено справедливо и законно.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассатора, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению ввиду неправильного применения судом уголовного закона (п. 3 ч. 1 ст. 379 УК РФ и п. 2 ст. 382 УК РФ).

Признавая К. виновным в краже переводного бруса, совершенной в период с 23 часов 3 февраля 2003 года до 02 часов 4 февраля 2003 года, суд обоснованно сослался на показания подсудимых К. и К., свидетелей С., Г., Л., протокол осмотра места происшествия и другие доказательства, проверенные в судебном разбирательстве с соблюдением требований ст. 87 УПК РФ.

Вместе с тем, вывод суда о том, что К. совершил кражу (оконченное преступление), не соответствует приведенным доказательствам и их оценке, содержащейся в приговоре.

Так, подсудимый К. показал, что в ночь на 4 февраля 2003 года он, К. и Г. по предложению последнего на автомашине с самодельным прицепом поехали к станции, чтобы взять там 20 шпал. На самодельных санках подвозили к оставленной на дороге машине по одной шпале, загружали в нее. Отвезли 10 шпал к Г., после чего вернулись за остальными. Также на санках отвезли 9 шпал к машине, а когда грузили 10-ю шпалу, их заметил охранник. Они бросили шпалу и санки, сели в автомобиль и уехали.

Из показаний подсудимого К. следует, что всего они хотели взять 20 шпал. Погрузили в прицеп 10 шпал, которые подвозили на санках, увезли к Г. Снова поехали за шпалами. Оттащили 10 шпал к дороге для последующей загрузки в прицеп. Когда стали грузить на санки 10-ю шпалу, их увидел охранник. Он, К. и Г. скрылись.

Свидетель С. показал, что 3 февраля 2003 года он находился на дежурстве. Со ст. Черногорские Копи поступило сообщение о попытке украсть шпалы. По прибытии на место от охранника узнали, что он пытался задержать людей, которые хотели вывезти шпалы. Недалеко от железнодорожного полотна, примерно в 2-х метрах, были складированы шпалы. Несколько шпал лежало метрах в полутора от общей кучи, еще несколько штук - в поле, метрах в 500-х. Сотрудник охраны сообщил номер машины, по которому они нашли дом.

Согласно протоколу осмотра места происшествия - участка железнодорожного пути N 18 - одна из пачек переводного бруса развязана, один брус находится в стороне от пачки, а 9 брусьев - у проселочной дороги.

Свидетель Г. рассказал, что 3 февраля 2003 г. около 2 часов в парке "Б" ст. Черногорские Копи он увидел автомобиль "Жигули" с самодельным прицепом. Когда подошел к парку "Б", увидел трех убегавших от пачек с брусом парней. На двух пачках металлическая увязка была нарушена, часть бруса отсутствовала, а рядом находились самодельные санки, на которых уложен 1 брус. По следам волочения он прошел к грунтовой дороге, где у дороги обнаружил еще 9 брусьев. Затем прошел к машине и записал номер. Когда он уходил в караульное помещение, машина уехала.

Из оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля К. следует, что его сын К. признался ему в том, что 03.02.2003 в 3 часа ночи он с К. и Г. ездил на ст. Черногорские Копи за шпалой. Их заметил стрелок ВОХР. Они, бросив машину и санки, убежали. Шпалу выгрузили в ограде дома Г. Он видел шпалу в ограде у Г.

Оценив приведенные доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о том, что у подсудимых имелся единый умысел на тайное хищение 20 шпал, действия по незаконному завладению 20 переводными брусьями совершены из одного источника, в течение небольшого промежутка времени, а потому являются одним продолжаемым преступлением, которое надлежит квалифицировать одним уголовным законом.

Вместе с тем, приведенная в приговоре квалификация действий К. по п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ как оконченного преступления противоречит приведенным в приговоре доказательствам и выводу суда о совершении одного продолжаемого преступления, целью которое являлось хищение 20 переводных брусьев. Приговором установлено, что преступление не было доведено до конца по не зависящим от подсудимого и других участников обстоятельствам. Как указано в описательно-мотивировочной части приговора, подсудимые были замечены сотрудниками ВОХР ст. Абакан, бросили сани и брус, скрылись с места происшествия. Таким образом, имущество не было выведено из владения собственника, и подсудимые не имели реальной возможности распорядиться им по своему усмотрению.

Кроме того, квалифицируя все действия К. по эпизоду хищения переводного бруса как оконченное преступление, суд ухудшил положение подсудимого и нарушил его право на защиту. Согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительному заключению, К. предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 158 УК РФ по факту кражи 10 переводных брусьев, вывезенных к месту жительства Г., и по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 158 УК РФ по факту покушения на кражу 10 переводных брусьев, которые обвиняемые не успели вывезти с территории ст. Черногорские Копи. Суд применил уголовный закон о более тяжком преступлении к действиям, которые органом предварительного расследования квалифицированы как неоконченное преступление.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что действия К., направленные на тайное хищение 20 переводных брусьев, совершенные в период с 23 часов 3 февраля 2003 года до 02 часов 4 февраля 2003 года, следует квалифицировать по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 N 162-ФЗ) как покушение на тайное хищение чужого имущества, совершенное по предварительному сговору, не доведенное до конца по не зависящим от подсудимого обстоятельствам.

Доводы кассатора о прекращении уголовного преследования К. по факту покушения на хищение каменного угля за отсутствием в действиях состава преступления удовлетворению не подлежат.

Вина К. в совершении преступления установлена приведенными в приговоре доказательствами, которые проверены в судебном разбирательстве с соблюдением требований ст. 87 УПК РФ и оценены судом по правилам ст. ст. 17, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

В обоснование вывода о виновности К. суд обоснованно сослался и подробно изложил в приговоре показания подсудимого К., свидетелей А., К., Б., Б., протокол осмотра места происшествия и другие доказательства.

Количество и стоимость угля, на кражу которого покушался К., установлены справкой о стоимости 1 тонны угля ЗАО "Разрез Степной", актом взвешивания от 21.01.2003, справкой о размере материального ущерба, протоколом осмотра места происшествия.

Действия К., по предварительному сговору группой лиц покушавшегося на кражу 800 килограммов каменного угля на общую сумму 248 рублей, правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Судебная коллегия не может согласиться с доводом адвоката о том, что совершенное К. деяние малозначительно и в силу этого преступлением не является.

В соответствии с ч. 2 ст. 14 УК РФ не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

Действия К. по способу совершения деяния, форме вины, с учетом совершения преступления в группе лиц по предварительному сговору и предварительной подготовки к изъятию чужого имущества являются общественно опасными, противоправными, наказуемыми и виновными, а, следовательно, содержат все признаки, при наличии которых деяние признается преступлением.

При назначении наказания К. судом соблюдены требования ст. 60 УК РФ. Наказание, назначенное приговором, является законным и справедливым.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377 - 378, ст. 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

Приговор Черногорского городского суда от 14 сентября 2004 года в отношении К. изменить:

действия по эпизоду в период с 23 часов 03.02.2003 до 02 часов 04.02.2003 переквалифицировать с п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 N 162-ФЗ), по которой считать осужденным на 8 (восемь) месяцев лишения свободы.

Его же считать осужденным по эпизоду 20.01.2003 по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции ФЗ от 08.12.2003 N 162-ФЗ) на 6 месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний К. считать осужденным на 1 год лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ - условно с испытательным сроком 1 год.

В остальной части приговор оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий

 

Судьи

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь