Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ПРЕЗИДИУМ ПЕРМСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 18 января 2008 г. по делу N 44-у-48, 44-у-49, 44-у-50

 

Президиум Пермского краевого суда рассмотрел по надзорному представлению заместителя прокурора Пермского края, надзорным жалобам осужденной А. и Т. о пересмотре приговора Мотовилихинского районного суда г. Перми от 23 апреля 2007 года, которым

А., не судимая;

- осуждена по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы; по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ - к 2 годам лишения свободы; в соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно наказание назначено в виде лишения свободы сроком на 10 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислен с 23 апреля 2007 года. Зачтено время содержания под стражей с 22 июля 2006 года по 22 апреля 2007 года.

Т., ранее судимый:

31 мая 1993 года Пермским областным судом по ст. 15, ст. 145 ч. 2 УК РСФСР, ч. 1 ст. 103 УК РСФСР, в силу ст. 40 ч. 1 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы, освобожден по отбытии наказания 5 июля 2002 года;

- осужден по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ к 2 годам лишения свободы; по ст. 158 ч. 3 УК РФ (в редакции ФЗ от 8.12.2003 г.) - к 2 годам 6 месяцам лишения свободы; по ст. 316 УК РФ - к 1 году лишения свободы; в соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно наказание назначено в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен с 23 апреля 2007 года. Изменена мера пресечения с подписки о невыезде на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 28 июня 2007 года приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 23 апреля 2007 года в отношении А. и Т. оставлен без изменения.

В надзорном представлении заместителем прокурора Пермского края М. поставлен вопрос о переквалификации действий осужденных по краже.

В надзорной жалобе осужденная А. просит приговор суда отменить, либо изменить.

В надзорной жалобе осужденный Т. просит приговор суда отменить.

Заслушав доклад члена президиума Пермского краевого суда по материалам уголовного дела, изложившего доводы надзорного представления, надзорных жалоб осужденных, мотивы вынесения постановления о возбуждении надзорного производства по доводам надзорного представления, выслушав осужденных А. и Т. в поддержание доводов своих надзорных жалоб, выслушав заместителя прокурора Пермского края об изменении состоявшихся судебных решений по доводам надзорного представления, об оставлении без удовлетворения доводов надзорных жалоб осужденных об отмене судебных решений, президиум

 

установил:

 

А. признана виновной в том, что 21 июля 2006 года в неустановленное время, находясь в квартире по адресу г. Пермь ул. М., в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений после совместного распития спиртного, с целью умышленного убийства нанесла К. множественные удары ногами по различным частям тела, в том числе по голове.

После чего, взяв на кухне нож, прошла с ним в комнату и данным ножом нанесла удар в живот потерпевшему, а затем нанесла ему множественные удары ножом по телу. После этого, взяв на кухне другой нож, нанесла этим ножом потерпевшему также множественные удары по телу.

От причиненных множественных колото-резаных ранений /не менее 16/, из них проникающих ранений грудной клетки не менее 5, живота не менее 11, - тяжкого вреда здоровью, через непродолжительное время наступила смерть К. на месте происшествия.

Т. признан виновным в том, что, достоверно зная от А. о совершенном ею убийстве К., согласился с предложением А. помочь ей скрыть труп потерпевшего.

Помогая А. избежать ответственности и наказания за совершение особо тяжкого преступления, осознавая, что своими действиями он укрывает следы совершенного убийства, изменяет обстановку на месте происшествия и создает видимость, что убийство К. совершено не в квартире последнего, вместе с А. вынес труп потерпевшего на улицу, где положили его около подъезда по ул. М. г. Перми, после чего с места происшествия скрылись.

Кроме того, А. и Т. признаны виновными в том, что 21 июля 2006 года, в вечернее время, после совершения А. умышленного убийства К., находясь в квартире потерпевшего по ул. М. г. Перми, вступили между собой в сговор на совершение тайного хищения имущества потерпевшего.

Действуя, согласно договоренности, А. и Т. похитили из указанной квартиры телевизор не установленной модели стоимостью 4 000 рублей, с которым с места преступления скрылись, распорядились им по своему усмотрению, причинив представителю потерпевшего П. материальный ущерб на указанную сумму.

Т. также признан виновным в том, что 21 июля 2006 года, в вечернее время, после совершения совместно с А. кражи телевизора К. из квартиры последнего, имея умысел на тайное хищение чужого имущества, взял у А. ключи от квартиры К., расположенной по ул. М. Продолжая реализовывать свой преступный умысел, Т. проник в указанную квартиру и тайно похитил телевизор "Шиваки" стоимостью 4 000 рублей. С похищенным телевизором Т. с места совершения преступления скрылся, распорядился им по своему усмотрению, причинив Б. материальный ущерб на указанную сумму.

В судебном заседании А. признала вину полностью, как в умышленном убийстве, так и в хищении имущества потерпевшего.

Т. вину в укрывательстве преступления и в кражах не признал.

В надзорном представлении заместитель прокурора края М., не оспаривая обоснованность осуждения Т. и А., а также доказанность их вины в совершенных преступлениях, считает, что приговор и определение судебной коллегии подлежат изменению, поскольку вывод суда о наличии у осужденных предварительного сговора на хищение имущества потерпевшего до начала их действий не подтверждается материалами уголовного дела, и этот квалифицирующий признак кражи подлежит исключению из приговора. Действия осужденных по данному преступлению предлагается квалифицировать по ч. 1 ст. 158 УК РФ.

Кроме того, указывается, что суд обоснованно усмотрел в действиях Т. опасный рецидив преступлений, однако во вводной части приговора не указал на наличие у него судимости по приговору Пермского областного суда от 31 мая 1993 года по ст. 15-145 ч. 2, 103 УК РСФСР.

В надзорной жалобе осужденная А., признавая свою вину, высказывает несогласие с состоявшимися в отношении нее судебными решениями. Указывает, что при производстве уголовного дела ее защиту осуществляли семь адвокатов, которые за исключением последнего, проявили пассивность в ее защите, в сущности отказались от ее защиты. Полагает, что имело место нарушение ее права на защиту.

Указывает, что судом необоснованно отклонено ее ходатайство об исключении из числа доказательств протокола ее допроса по краже телевизора К., поскольку в ходе допроса следователем были заданы наводящие вопросы.

Считает, что достаточных оснований для избрания в отношении нее исключительной меры пресечения не имелось, т.к. она имела постоянное место жительства и вину признала полностью. Полагает, что при производстве данного дела были нарушены ее права на свободу и неприкосновенность.

Считает, что суд нарушил ее право на судебное разбирательство в разумные сроки, к тому же суд незаконно вернул дело прокурору, в результате ей предъявили еще обвинение по ч. 2 ст. 158 УК РФ, ухудшив ее положение.

Указывает об отсутствии предварительного сговора с Т. на хищение телевизора К., у нее вообще не было умысла на хищение телевизора.

По факту убийства К. заявляет, что ее действия являлись самообороной от конкретных противоправных и аморальных действий К. - его сексуального домогательства.

Указывает, что решение суда кассационной инстанции не содержит ответы на доводы ее кассационной жалобы, поэтому является незаконным.

Просит с учетом доводов надзорной жалобы отменить судебные решения по ее делу.

В надзорной жалобе и дополнениях к ней осужденный Т. просит состоявшиеся в отношении него судебные решения отменить, поскольку преступлений не совершал. Указывает, что о непричастности его к преступлениям свидетельствуют показания Б., М. Заявляет о нарушениях в ходе следствия требований уголовно-процессуального закона. Указывает, что в протоколе судебного заседания доказательства выглядят не так как в приговоре. Указывает, что в ходе расследования и рассмотрения судом дела у него не было адвоката.

Считает, что незаконно признан в его действиях опасный рецидив преступлений, с учетом его непогашенной судимости 1993 года у него - рецидив преступлений.

Он утверждает, что на момент, когда он вытаскивал К. на улицу, тот еще был жив. Обвинение же его в укрывательстве убийства построено лишь на показаниях А. и домыслах государственного обвинителя.

Обвинение его в кражах ничем не подтверждено, является сфабрикованным.

Просит отменить судебные решения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы надзорного представления и надзорных жалоб осужденных, президиум находит, что обвинение А. в умышленном убийстве К., Т. в заранее не обещанном укрывательстве данного особо тяжкого преступления, А. и Т. в совершении тайного хищения имущества, принадлежащего К., а также Т. - в тайном хищении имущества Б., совершенного путем незаконного проникновения в жилище, нашло подтверждение при исследовании в судебном заседании доказательств, обоснованно признанных судом достоверными.

Так, осужденная А. не отрицает факта причинения потерпевшему К. множества ударов по различным частям тела сначала руками и ногами, а затем ножами, от которых наступила смерть потерпевшего, об обстоятельствах совершенного убийства она дала подробные и последовательные показания.

Изложенный осужденной А. механизм причинения телесных повреждений К. подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего, которым также определена тяжесть полученных им телесных повреждений, их нахождение в прямой причинной связи с наступлением его смерти.

Кроме того, вина А. подтверждается протоколами осмотра места происшествия; заключением судебно-биологической экспертизы; показаниями свидетеля Б. в ходе предварительного расследования, оглашенными в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, о том, что А. сообщила ей о том, что кого-то убила, принесла в квартиру ее сына - Т. нож, положила его под кровать; протоколом выемки ножа из квартиры Т.

Доводы осужденной о том, что ее действия по нанесению телесных повреждений К. были вызваны противоправным, аморальным поведением потерпевшего, что она была вынуждена защищаться от его сексуальных домогательств, обоснованно признаны судом несостоятельными.

Из показаний дочери погибшего - потерпевшей П. в суде и свидетеля Б., данных в ходе предварительного расследования, видно, что потерпевший К. был человеком спокойным, неконфликтным, больным - плохо передвигался, поскольку перенес инсульт.

Кроме того, из показаний самой осужденной А. также следует, что защищаться от потерпевшего не было необходимости. Так, она поясняла о том, что после нанесенного ею удара по лицу, К. упал на пол, она лежачего К. пинала ногами по голове и телу; вернувшись с кухни с ножом, она увидела, что К. идет на нее, в связи с чем она нанесла ему удар ножом в живот, отчего К. упал на кровать, тем не менее она нанесла ему ножом еще несколько ударов по телу.

Довод надзорной жалобы о том, что К. ей были причинены побои и это подтверждается справкой, находящейся в материалах дела, следует признать несостоятельным.

Действительно, как видно из сообщения и журнала медицинского осмотра лиц, содержащихся в ИВС УВД г. Перми, истребованных следствием, при поступлении в ИВС 22 июля 2006 года А. на ее руках и ногах были видны синяки, жалоб на состояние здоровья она не высказывала. Из протоколов допроса А. в качестве подозреваемой и обвиняемой в ходе следствия следует, что заявлений о том, что потерпевший причинил ей побои, она не делала. Справка же о наличии у А. гематомы желтого цвета в области ягодицы при поступлении 25 июля 2006 года в СИЗО N 1 г. Перми, представленная стороной защиты в суд кассационной инстанции, не свидетельствует о причинении данного повреждения в день происшествия 21 июля 2006 года потерпевшим К.

Суд правильно пришел к выводу о том, действия А. были вызваны ссорой, возникшей между ней и потерпевшим на почве личных неприязненных отношений.

Действия А. по ч. 1 ст. 105 УК РФ квалифицированы верно.

При этом суд сделал правильный вывод о том, что об умысле А. на лишение жизни потерпевшего К. свидетельствуют характер и количество нанесенных ударов, использование орудия преступления - двух ножей, а также нанесение множества ударов ногами, в том числе в жизненно важную часть тела.

Обвинение Т. в заранее не обещанном укрывательстве особо тяжкого преступления также нашло свое подтверждение при исследовании в судебном заседании таких доказательств, как показания осужденной А., свидетеля Б., данные в ходе предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании в соответствии с положениями ч. 3 ст. 281 УПК РФ, а также показания самого осужденного Т., не отрицающего того, обстоятельства, что он перетащил К. из квартиры последнего к подъезду дома.

Доводы осужденного о том, что он перетаскивал К., когда тот был еще жив, а не труп последнего с целью сокрытия следов преступления, опровергаются вышеуказанными доказательствами.

Так, сам осужденный Т. в ходе предварительного расследования при допросе в присутствии защитника после разъяснения ему прав, предусмотренных ст. 47 УПК РФ и ст. 51 Конституции Российской Федерации, признавал то обстоятельство, что помогал А. скрыть следы убийства К., чтобы создать видимость того, что преступление совершено не в квартире, вынес труп на улицу. Данные показания в суде оглашены в соответствии со ст. 276 УПК РФ.

Осужденная А. в суде поясняла, что после того как она нанесла множество ударов потерпевшему, в том числе ножами, поняв, что К. мертв, она пошла к Т., сообщила, что убила потерпевшего. С Т. вернулась в квартиру, где произошло убийство, Т. предложил ей вынести труп К. на улицу в лог, чтобы создать видимость, что убийство произошло там. Т. взял труп за ноги, стащил по лестнице вниз, но перед подъездом бросил его, так как у него не хватило сил тащить труп далее.

Из показаний свидетеля Б. в ходе следствия, оглашенных в судебном заседании в связи с наличием противоречий в показаниях даваемых в судебном заседании, следует, что А. говорила ее сыну Т. о том, что она убила кого-то, при этом принесла нож, который положила под кровать, сын ушел вместе с А., в окно она видела, как сын и А. вытаскивали труп на улицу.

Показаниям свидетеля в судебном заседании суд дал критическую оценку, признав, что они даны с целью освобождения от ответственности сына-осужденного Т., первичные показания суд признал правдивыми и достоверными. Получены они с соблюдением требований УПК РФ и положений ст. 51 Конституции РФ. Данные показания согласуются с показаниями осужденной А. об обстоятельствах совершения преступлений и другими доказательствами по делу.

Обоснованно судом сделан вывод о том, что показания свидетеля М. не свидетельствуют о том, что Т. не совершал укрывательства убийства.

Заявления осужденного Т. о том, что потерпевший К. к моменту его перемещения из квартиры на улицу к подъезду дома был еще жив, опровергаются, кроме того, заключением судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего о времени наступления его смерти. Так, судебно-медицинская экспертиза указывает на то, что характер ранений, в результате которых были повреждены внутренние органы, что вызвало кровотечение, свидетельствуют о том, что после причинения повреждений смерть потерпевшего наступила быстро, в течение короткого промежутка времени, исчисляемого несколькими минутами-десятками минут.

Судом же установлено, что осужденные вынесли потерпевшего К. из квартиры к подъезду дома через несколько часов после того, как потерпевшему были причинены телесные повреждения.

Суд пришел к обоснованному выводу о том, что действия Т. по перемещению трупа потерпевшего с места преступления являются заранее не обещанным укрывательством особо тяжкого преступления, по ст. 316 УК РФ они квалифицированы правильно.

Президиум полагает, что обвинение А. и Т. в хищении из квартиры потерпевшего К. телевизора, принадлежащего последнему, а также обвинение Т. в хищении телевизора "Шиваки", принадлежащего Б. совершенном путем незаконного проникновения в квартиру К., - нашло подтверждение при исследовании в судебном заседании доказательств, достоверность которых сомнений не вызывает.

Президиум находит несостоятельными доводы надзорной жалобы осужденного Т. о его непричастности к данным преступлениям.

Как следует из материалов дела, подсудимая А., полностью признав себя виновной в совершении преступлений, показала, в том числе в судебном заседании, что после убийства К., она пришла к Т., которому рассказала о совершенном убийстве. Он не поверил и предложил сходить в квартиру потерпевшего, чтобы посмотреть. В квартире потерпевшего Т. стал ходить по квартире. Она поняла, что он хочет что-то похитить. Т. взял телевизор и сказал, что оставит телевизор у нее в квартире, по поводу его заявления она не возражала, его действиям не препятствовала. После чего она и Т. с телевизором пришли к ней домой, Т. в оставил телевизор у не дома, а сам ушел договариваться о его продаже. Т. долго не возвращался, она сходила к нему домой, но его дома не оказалось. В дальнейшем данный телевизор она продала за 500 рублей двум мужчинам, которых встретила на улице. На вырученные деньги они с Т. приобрели спиртные напитки, которые распили совместно.

Кроме того она поясняла о том, что Т., забрав у нее ключи от квартиры К., сходил в нее и забрал второй телевизор, который принес в свою квартиру.

В судебном заседании Т., отрицал свою вину в совершении инкриминируемых преступлений - краж телевизоров из квартиры К.

Однако, из показаний Т., данных им в ходе предварительного следствия и исследованных в судебном заседании в соответствии с требованиями ст. 276 УПК РФ, следует, что, А., придя к нему домой, в вечернее время 21 июля 2006 года, рассказала ему об убийстве К., также она сообщила что вынесла из квартиры К. телевизор и продала его, при этом достала деньги в сумме 1300 рублей и передала ему. Примерно в 2 часа ночи А. предложила сходить ему в квартиру К., он согласился. Находясь в квартире последнего, А. сказала забрать ему телевизор, что он и сделал. Этот телевизор он принес в свою квартиру, впоследствии они хотели его продать. В ходе очной ставки, проведенной между А. и Т., Т. подтвердил, что решил забрать телевизор по своей инициативе.

Суд, проанализировав показания осужденных, изобличающих друг друга в совершении преступления, а также исследовав протокол выемки из квартиры осужденного Т. телевизора "Шиваки", пришел к правильному выводу о виновности осужденных в краже телевизора, принадлежащего К., а Т. - в краже телевизора, принадлежащего Б.

Однако, установленные судом фактические обстоятельства совершенного А. и Т. преступления не свидетельствуют о наличии у них предварительного сговора на совершение кражи, за которую они осуждены.

Показаниями осужденной А., которые ничем не опровергнуты, установлено, что осужденные пришли в квартиру к К., с целью убедиться в том, жив ли потерпевший, а не с целью хищения имущества.

Таким образом, вывод суда о наличии у осужденных до начала их действий предварительного сговора на хищение телевизора, принадлежащего К., не подтверждается материалами дела, в связи с чем действия осужденных А. и Т. по краже телевизора не установленной модели стоимостью 4 000 рублей из квартиры К. надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 158 УК РФ.

К тому же в нарушение требований ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора отсутствует указание о том, что сговор на совершение хищения между осужденными был предварительным.

Доводы надзорной жалобы осужденной А. о том, что она не может нести ответственность за хищение по данному эпизоду, поскольку кража была совершена Т., а она лишь позже распорядилась украденным им имуществом, следует признать несостоятельными.

Судом достоверно установлено: что А. явилась соучастником данного хищения, т.к. она не возражала на предложение Т. унести телевизор из квартиры потерпевшего в ее квартиру; что фактически А. присоединилась к действиям Т. по его изъятию; что ее умыслом охватывалось то обстоятельство, что она совершает тайное хищение чужого имущества. Наличие у А. умысла на хищение подтверждается также ее действиями по распоряжению похищенным телевизором.

Действия Т. по краже телевизора путем незаконного проникновения в квартиру, совершенную с использованием ключей от квартиры, находившихся у А., правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену состоявшихся по делу судебных решений, не усматривается.

Доводы надзорных жалоб осужденных о нарушении их права на защиту являются несостоятельными.

Действительно, интересы осужденной А. в ходе предварительного расследования в соответствии с ч. 2 ст. 50 УПК РФ представляли несколько адвокатов, замене адвокатов она не возражала; как следует из протоколов следственных действий, заявлений о том, чтобы ее защищал какой-то конкретный адвокат, она не делала.

Доводы осужденного Т. о том, что у него при производстве по делу не было защитника, являются несостоятельными. Он также был следователем обеспечен защитой, первоначально с участием адвоката ему было предъявлено обвинение, и он был допрошен в качестве обвиняемого. Впоследствии от услуг адвоката он отказался, что подтверждается его заявлениями. Судом он также был обеспечен защитником, отказ Т. от адвоката был принят судом в соответствии со ст. 52 ч. 1 УПК РФ. В ходе судебного разбирательства Т. было обеспечено его право на защиту, в прениях ему предоставлялось слово для защиты и последнее слово.

Доводы осужденной А. о необоснованности избрания в отношении нее такой меры пресечения как содержание под стражей следует признать не состоятельными. Арест и продление срока содержания под стражей А. осуществлялись в соответствии и с соблюдением требований ст. 108, 109 УПК РФ, при наличии обоснованного подозрения ее в совершении особо тяжкого преступления.

С доводами надзорной жалобы осужденной А. о нарушении ее права на судебное разбирательство в разумные сроки согласиться нельзя.

Дело поступило в суд 11 декабря 2006 года, 9 января 2007 года возвращено прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ; после устранения недостатков дело повторно поступило в суд 8 февраля 2007 года; судебное разбирательство начато 12 марта 2007 года, по делу объявлялись перерывы по ходатайству обвиняемого Т. с целью обеспечения в судебном заседании участия лиц, о допросе которых он ходатайствовал. Судебное заседание закончено 23 апреля 2007 года, по делу постановлен приговор.

При этом установив, что обвинительного заключение в части обвинения А. по п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ, составлено с нарушением ст. 220 УПК РФ, с целью соблюдения прав обвиняемой, суд возвратил дело прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ для устранения недостатков. Доводы надзорной жалобы о том, что этим обстоятельством суд ухудшил ее положение, являются несостоятельными.

Нельзя согласиться с доводами надзорной жалобы осужденной А. о несоответствии требованиям закона кассационного определения. Изложенные осужденной в кассационной жалобе и в дополнениях к ней доводы нашли полное отражение и разрешение в данном судебном решении, которое является мотивированным, обоснованным и законным.

Доводы, содержащиеся в надзорной жалобе осужденного Т. о несоответствии доказательств, изложенных в приговоре суда, протоколу судебного заседания, не могут быть проверены судом надзорной инстанции, поскольку как видно из материалов дела ни самим осужденным, ни другими участниками судебного разбирательства замечания на протокол судебного заседания не приносились.

Доводы его жалобы о наличии по делу других нарушений требований уголовно-процессуального закона не конкретны, отсутствует даже указание статей УПК РФ.

Надзорная жалоба осужденной А. содержит ссылки на различные статьи Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в то же время доводы жалобы о нарушении отдельных статей Конвенции являются не конкретными и голословными.

Наказание в виде лишения свободы осужденным назначено с учетом общественной опасности и тяжести совершенных преступлений, данных о личности виновных.

Отсутствие оснований для применения ст. 64, 73 УК РФ судом мотивировано.

С учетом вносимых изменений в квалификацию действий осужденных, подлежит снижению наказание, назначенное А. и Т. по совокупности преступлений.

Вывод суда о наличии в действиях Т. опасного рецидива преступлений является правильным, сделан он в соответствии с п. "б" ч. 2 ст. 18 УК РФ с учетом того обстоятельства, что Т. имея непогашенную судимость за тяжкие преступления, вновь совершил тяжкое преступление /ст. 158 ч. 3 УК РФ/.

О наличии судимости указано в вводной части приговора.

Из материалов дела, исследованных судом, следует, что Т. судим по приговору Пермского областного суда от 31 мая 1993 года по ст. 15-145 ч. 2, 103, в силу ст. 40 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы, освободился 5 июля 2002 года по отбытии срока наказания.

Президиум находит возможным удовлетворить представление прокурора и дополнить вводную часть приговора указанием о данной судимости Т.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 408-410 УПК РФ,

 

постановил:

 

надзорное представление заместителя прокурора Пермского края удовлетворить.

Надзорные жалобы осужденных А. и Т. удовлетворить частично.

Приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 23 апреля 2007 года и определение судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 28 июня 2007 года в отношении Т. и А. изменить:

- указать во вводной части приговора о том, что Т. ранее судим по приговору Пермского областного суда от 31 мая 1993 года по ст. 15-145 ч. 2, 103 УК РСФСР, с применением ст. 40 ч. 1 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы, освобожден по отбытии наказания 5 июля 2002 года;

- действия осужденных с п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ переквалифицировать на ч. 1 ст. 158 УК РФ, по которой назначить каждому по 1 году 6 месяцам лишения свободы;

- в соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ А. по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 105 ч. 1 УК РФ и ст. 158 ч. 1 УК РФ назначить наказание 10 лет лишения свободы;

- в соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ Т. по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 158 ч. 1 УК РФ, ст. 316 УК РФ, ст. 158 ч. 3 УК РФ (в редакции от 08.12.2003 г.) назначить 3 года лишения свободы.

В остальной части судебные решения в отношении А. и Т. оставить без изменения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь