Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ПРЕЗИДИУМ НИЖЕГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

 

ОБЗОР

СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

ПРЕЗИДИУМА НИЖЕГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ЗА ЧЕТВЕРТЫЙ КВАРТАЛ 2008 ГОДА

 

Процессуальные вопросы

 

1. Несоблюдение судом положений ст. 88 УПК РФ при оценке совокупности доказательств повлекло за собой отмену обвинительного приговора.

 

Приговором мирового судьи от 15 мая 2008 года К.А.М. признан виновным и осужден за злостное уклонение от уплаты по решению суда средств на содержание несовершеннолетних детей.

Президиум Нижегородского областного суда приговор мирового судьи отменил и направил на новое рассмотрение, указав следующее.

Согласно закону, обвинительный приговор постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, которым, в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, дана надлежащая правовая оценка с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а всем собранным доказательствам в совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 157 УК РФ, характеризуется прямым умыслом, а объективная сторона выражается в злостном уклонении родителя от уплаты по решению суда алиментов на содержание несовершеннолетних детей. Виновному известно о вступлении в законную силу решения суда об уплате средств на содержание несовершеннолетних детей, однако он от его исполнения сознательно и злостно уклоняется, всячески препятствуя поступлению от него материальных средств взыскателю.

Признавая доказанной вину К.А.М. в совершении указанного преступления и квалифицируя его действия по ч. 1 ст. 157 УК РФ, суд первой инстанции указал в приговоре на то, что К.А.М., зная о решении суда, являясь трудоспособным, от уплаты алиментов злостно уклоняется, поскольку в течение длительного времени, несмотря на неоднократные предупреждения со стороны судебного пристава-исполнителя о необходимости погашения долга, не работал и мер к трудоустройству не принимал, скрывал свои разовые заработки, никакой материальной помощи на содержание ребенка не оказывал.

Делая вывод о злостном уклонении осужденного К.А.М. от уплаты алиментов, суд не привел в приговоре достаточных доказательств, подтверждающих данное обстоятельство.

Так, из показаний осужденного К.А.М. в судебном заседании следует, что он не работает, поэтому имеет задолженность по уплате алиментов. От уплаты алиментов на содержание дочери он не отказывается, когда есть деньги, он платит алименты. В 2007 году он давал своей дочери примерно 1000 рублей, а бывшей жене 2000 рублей. Своей дочери он дает каждый месяц по 500 - 1000 рублей, она могла бы данное обстоятельство подтвердить. Расписок от дочери он никогда не брал.

Однако, данные доводы К.А.М., имеющие существенное значение для правильного разрешения уголовного дела, судом оставлены без внимания, в приговоре им никакой оценки не дано.

Согласно материалам дела, несовершеннолетняя потерпевшая и ее законный представитель в судебном заседании не допрашивались, их показания, данные на следствии, которые также имеют значение для правильного разрешения дела, судом не исследовались.

В удовлетворении ходатайства адвоката о повторном вызове в судебное заседание потерпевшей для дачи ею показаний с целью проверки указанных доводов К.А.М., судом отказано.

Таким образом, вывод суда о злостном уклонении К.А.М. от уплаты по решению суда средств на содержание несовершеннолетних детей является преждевременным.

 

Постановление президиума

от 9 октября 2008 года N 44-у-658/08

 

2. Доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, являются недопустимыми, а иные исследованные судом доказательства не свидетельствуют о причастности осужденного к совершению преступления, в связи с этим уголовное дело прекращено, за осужденным признано право на реабилитацию.

 

Приговором районного суда от 30 января 2006 года, с учетом внесенных кассационной инстанцией изменений, Р.В.И. осужден за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для здоровья.

Судом первой инстанции установлены следующие обстоятельства совершения преступления.

03.02.2005 года в 2 часа 25 минут Р.В.И. и Б.В.С., по предварительному сговору, с целью совершения разбойного нападения, подошли к дому и, увидев автомашину с находящимся в ней водителем С., стали ожидать, когда из указанного дома выйдет экспедитор Ш. В то время, когда Ш. стала подходить к автомашине, Б.В.С. подошел к автомашине со стороны водителя, открыл дверь кабины и приставил ствол ружья к С., при этом сказав: "Сиди тихо". Ш. в это время подошла к автомашине и положила свою сумку. Р.В.И., видя это, подбежал к Ш. и нанес ей удар кулаком по затылку, затем, когда Ш. упала, стал требовать передачи денег, произнеся при этом: "Где деньги?" и продолжая наносить удары по голове. Ш., выполняя требование Р.В.И., сказала, что деньги находятся в сумке. После этого Р.В.И. перестал избивать Ш. и забрал из сумки деньги в сумме 230000 рублей.

Признавая Р.В.И. виновным в инкриминируемом ему деянии суд сослался на показания потерпевшей Ш., рассказавшей об обстоятельствах совершения преступления так, как они установлены судом первой инстанции, и пояснившей в дальнейшем при проведении опознания, что по голосу опознает Р.В.И. как лицо, совершившее на нее нападение; на показания других лиц и исследованные материалы дела.

Совокупность доказательств судом первой инстанции признана достаточной для вынесения обвинительного приговора, при этом суд указал то, что приведенные в приговоре доказательства вины Р.В.И. соответствуют критерию относимости.

Президиум Нижегородского областного суда постановленные в отношении Р.В.И. судебные решения отменил по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 409 и п. 2 ч. 1 ст. 379 УПК РФ, а именно в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, указав следующее.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Указанные требования закона судом не выполнены, поскольку в приговоре доказательства, достаточные для разрешения уголовного дела по существу, стороной обвинения не представлены, а те, которые исследованы судом первой инстанции и положены в основу обвинительного приговора, не свидетельствуют о причастности Р.В.И. к совершенному преступлению.

Так, признавая Р.В.И. виновным в совершении преступления по ч. 2 ст. 162 УК РФ, суд в основу приговора положил протокол опознания потерпевшей Ш. обвиняемого Р.В.И., в ходе которого потерпевшая опознала Р.В.И. как человека, который совершил на нее нападение и похитил денежные средства 3 февраля 2005 года.

Как следует из материалов уголовного дела, оно было возбуждено 03.02.2005 г. по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ.

Р.В.И. 01.06.2005 г. был допрошен по уголовному делу в качестве свидетеля и в этот же день был предъявлен для опознания.

Указанные процессуальные действия свидетельствуют о том, что органы предварительного следствия имели против него подозрения, а уголовное преследование было направлено в отношении Р.В.И. с целью его изобличения в совершении преступления.

Поскольку такие действия были направлены на выявление фактов и обстоятельств уличающих лицо, в отношении которого ведется уголовное преследование, то ему должна быть безотлагательно предоставлена возможность обратиться за помощью к адвокату (защитнику).

На момент допроса в качестве свидетеля Р.В.И. уже отбывал наказание в местах лишения свободы по приговору от 08.06.2005 г. и как следствие был лишен возможности самостоятельно обратиться к защитнику.

В соответствии со ст. 11 УПК РФ, следователь обязан разъяснить подозреваемому, обвиняемому, а также другим участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав.

Во взаимосвязи со ст. 16 УПК РФ это означает необходимость обеспечения подозреваемому и обвиняемому права на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя.

Поскольку фактически Р.В.И. на момент допроса в качестве свидетеля и проведения его опознания находился в качестве подозреваемого и был, в силу отбывания наказания в местах лишения свободы, ограничен в самостоятельном выборе, назначение ему защитника являлось обязательным условием проведения в отношении него любого процессуального действия.

Обязательность участия защитника в уголовном судопроизводстве подтверждается и тем обстоятельством, что неразъяснение Р.В.И. его права на защиту повлекло нарушение п. 1 ч. 1 ст. 51 УПК РФ, согласно которому участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном ст. 51 УПК РФ.

Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 193 УПК РФ условием проведения такого следственного следствия, как предъявление для опознания, является необходимость предварительного допроса опознающих лиц об обстоятельствах, при которых они видели предъявленные для опознания лицо или предмет, а также о приметах и особенностях, по которым они могут его опознать.

Между тем, в уголовном деле не представлено каких-либо доказательств того, что процессуальные условия проведения опознания были соблюдены. Ш., будучи предварительно допрошенной об обстоятельствах преступления, не показывала, что может опознать Р.В.И. именно по голосу.

Однако при предъявлении для опознания, проведенного 01.06.2005 г. в 12 ч 40 мин., потерпевшая опознала нападавшего на нее парня только по голосу, пояснив, что именно человек с такими голосовыми характеристиками, причинил ей телесные повреждения и забрал деньги.

Только после проведения опознания, будучи дополнительно допрошенной в качестве потерпевшей в тот же день в 15 ч 10 мин., Ш. стала утверждать, что опознала нападавшего на нее не только по голосу, но и по телосложению.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что опознание Р.В.И. по голосу было проведено с нарушением требований, предусмотренных ч. 2 ст. 193 УПК РФ.

В соответствии со ст. 75 УПК РФ в основу обвинительного приговора не могут быть положены доказательства, полученные с нарушением норм уголовно-процессуального закона.

Таким образом, доказательства, положенные в основу обвинительного приговора в отношении Р.В.И., были получены с нарушением уголовно-процессуального закона и являются недопустимыми.

При этом имеющиеся в приговоре иные доказательства вины Р.В.И. в совершении инкриминируемого ему деяния свидетельствуют только о наличии события преступления, а не о причастности Р.В.И. к совершению преступления в отношении Ш.

Состоявшиеся в отношении Р.В.И. судебные решения отменены, уголовное дело прекращено, за Р.В.И., в соответствии с главой 18 УПК РФ, признано право на реабилитацию.

 

Постановление президиума

от 27 ноября 2008 года N 44-у-746/08

 

3. Постановление судьи об отказе в принятии к рассмотрению в порядке ст. 396, 397 УПК РФ ходатайства осужденного отменено, поскольку влечет нарушение гарантированного Конституцией РФ права осужденного на судебную защиту.

 

Осужденный М.С.В. обратился в районный суд с ходатайством о приведении приговора от 04.07.2003 года в соответствие с действующим уголовным законом.

Постановлением судьи районного суда от 9 апреля 2008 года осужденному отказано в принятии к рассмотрению данного ходатайства.

В обоснование своих доводов суд указал, что, вынося приговор от 20.09.2007 года и разрешая вопрос об отмене условно-досрочного освобождения и о присоединении на основании ст. 70 УК РФ не отбытого по приговору от 04.07.2003 года наказания, районный суд фактически дал свое суждение по судимости М.С.П. по приговору от 04.07.2003 года. Применение судом в отношении данной судимости правил ст. 10 УК РФ относится к вопросу законности вынесенного приговора. Принятие к рассмотрению ходатайства М.С.П. о пересмотре в порядке п. 13 ст. 397 УПК РФ приговора от 04.07.2003 года было бы проверкой законности приговора суда от 20.09.2007 года, что не входит в компетенцию районного суда.

Президиум Нижегородского областного суда постановление судьи отменил, указав следующее.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ, постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Отказывая в принятии к рассмотрению указанного ходатайства, судья районного суда нарушил права осужденного на судебную защиту, гарантированные ст. 46 и ч. 1 ст. 47 Конституции Российской Федерации, согласно которой никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Так, согласно закону - ч. 3 ст. 396, п. 13 ст. 397 УПК РФ, вопросы об освобождении от наказания или о смягчении наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, в соответствии со ст. 10 УК РФ, разрешаются судом по месту отбывания наказания осужденным.

Рассмотрение ходатайства М.С.В. о пересмотре в порядке п. 13 ст. 397 УПК РФ приговора суда от 04.07.2003 года не является проверкой законности и обоснованности приговора суда от 20.09.2007 года, поскольку указанным приговором приговор от 04.07.2003 года в соответствие с Федеральным законом РФ от 08.12.2003 года N 162-ФЗ не приводился. Соответственно, никакого суждения по судимости М.С.П. по приговору от 04.07.2003 года, в части применения ст. 10 УК РФ, районным судом в приговоре от 20.09.2007 года не было дано.

Таким образом, требования ст. 10 УК РФ, согласно которой уголовный закон, улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание, или отбывших наказание, но имеющих судимость, судом не выполнены.

Ходатайство осужденного направлено на новое рассмотрение.

 

Постановление президиума

от 2 октября 2008 года N 44-у-644/08

 

4. Нарушение процедуры судопроизводства, применительно к порядку пересмотра вступившего в законную силу судебного решения, повлекло отмену постановления о пересмотре приговора суда в порядке ст. 396, 397 УПК РФ.

 

Постановлением судьи районного суда от 26 августа 2004 года по ходатайству осужденного Ш.В.Г. приговор городского суда от 03 февраля 2003 года приведен в соответствие с изменениями, внесенными в Уголовный кодекс РФ.

Президиум Нижегородского областного суда постановление судьи отменил по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 379, ст. 381, п. 1 ст. 382, ч. 1 ст. 409 УПК РФ, указав следующее.

Статья 19 УПК РФ, закрепляя право на обжалование процессуальных решений, устанавливает, что решения суда могут быть обжалованы в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом РФ.

Согласно ч. 2 ст. 127 УПК РФ, вступившие в законную силу судебные решения, могут быть пересмотрены в порядке надзорного производства и в процедуре возобновления производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Указанные требования уголовно-процессуального закона по данному делу не выполнены.

Как усматривается из резолютивной части постановления от 26 августа 2004 года, судья, рассмотрев ходатайство осужденного Ш.В.Г. о приведении приговора городского суда от 03 февраля 2003 года в соответствие с действующим уголовным законом и установив, что внесенные им изменения затрагивают постановленный в отношении Ш.В.Г. приговор городского суда от 04 сентября 2003 года, внес изменения в ранее вынесенное им постановление от 28 мая 2004 года, которым приговор городского суда от 04 сентября 2004 года уже был приведен в соответствие с действующим законодательством.

Данное обстоятельство, в силу вышеприведенных положений закона, свидетельствует о нарушении судьей процедуры судопроизводства, применительно к порядку пересмотра вступившего в законную силу судебного решения.

В соответствии с ч. 1 ст. 381 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения являются такие нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения.

Кроме того, руководствуясь ч. 1 ст. 410 УПК РФ, президиум признал незаконным и необоснованным и постановление судьи районного суда от 28 мая 2004 года в связи с тем, что, в нарушение положений ст. 10 УК РФ, судьей изначально не в полной мере был разрешен вопрос о приведении приговоров в отношении Ш.В.Г. в соответствие с действующим законодательством.

Поскольку при новом рассмотрении ходатайства осужденного данное обстоятельство исключает вынесение законного и обоснованного судебного решения, постановления от 28 мая 2004 года и от 26 августа 2004 года отменены, ходатайство осужденного направлено на новое рассмотрение.

 

Постановление президиума

от 6 ноября 2008 года N 44-у-721/08

 

5. Постановление судьи об отказе в условно-досрочном освобождении осужденного от отбытия наказания в местах лишения свободы признано не отвечающим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

 

Приговором городского суда от 02 февраля 2005 года, с учетом внесенных изменений, М.А.А. осужден за 15 преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 158 УК РФ, за преступление, предусмотренное п. "б, в" ч. 2 ст. 158 УК РФ, и за 6 преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 158 УК РФ, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, к лишению свободы на срок 6 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

На момент обращения осужденного М.А.А. с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, неотбытый срок составил 3 года 29 дней.

Судья городского суда, рассмотрев ходатайство осужденного, пришел к выводу в постановлении от 7 апреля 2008 года, что цели назначенного наказания не достигнуты, и осужденный нуждается в дальнейшем отбывании наказания.

Президиум Нижегородского областного суда признал постановление судьи незаконным, необоснованным, немотивированным, поскольку оно не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

В соответствии со ст. 79 УК РФ лицо, отбывающее наказание в виде лишения свободы, подлежит условно-досрочному освобождению, если им отбыта установленная законом часть срока наказания и судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания.

Детализируя положения ст. 79 УК РФ, уголовно-исполнительное законодательство в ст. 9 УИК РФ нормативно определяет понятие исправления, а в ст. 175 УИК РФ законодательно закрепляет критерии, свидетельствующие о том, что для дальнейшего исправления осужденный не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания.

К таким критериям относится, в том числе, признание осужденным своей вины, полное или частичное возмещение вреда, причиненного преступлением, раскаяние в содеянном, обстоятельства, характеризующие личность осужденного и его поведение в период отбывания наказания.

Из представленных администрацией исправительного учреждения характеристик следует, что М.А.А. вину свою признал полностью, в содеянном раскаивается, за весь период отбывания наказания не имел ни одного взыскания, имеет поощрения, взыскания по исполнительному листу производились, характеризуется положительно, трудоустроен, к труду относится добросовестно, занимает должность бригадира, зарекомендовал себя как трудолюбивый и грамотный руководитель, посещает мероприятия воспитательного характера, реагирует на них правильно, в настоящее время обучается для получения полного среднего образования, педагогическим коллективом характеризуется положительно, получает положительные оценки. Ходатайство осужденного представителем администрации было поддержано.

Между тем, указав в постановлении, что М.А.А. нуждается в дальнейшем отбытии наказания, судья не привел в подтверждение этому каких-либо объективных данных.

Ссылка судьи на неоднократное привлечение М.А.А. к уголовной ответственности по его судимостям от 25 сентября 1996 года, 21 апреля и 22 мая 1998 года не основана на законе, поскольку указанные судимости погашены в установленном порядке, и соответственно, не могут учитываться при решении вопроса об условно-досрочном освобождении от наказания.

Необоснованно указание судьи и на поведение осужденного в период отбывания наказания по предыдущей судимости.

Постановление судьи отменено, ходатайство осужденного направлено на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

 

Постановление президиума

от 11 декабря 2008 года N 44-у-779/08

 

6. Постановление судьи должно быть законным, обоснованным, мотивированным, оформленным в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 227 УПК РФ.

 

Согласно материалам дела, органами предварительного следствия М.В.Б. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, т.е. в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

В ходе предварительного слушания по уголовному делу от потерпевшего М. поступило ходатайство о прекращении в отношении обвиняемого уголовного дела за примирением сторон. Участники процесса поддержали заявленное ходатайство.

Судья районного суда, заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, нашел совокупность процессуальных условий, достаточной для удовлетворения ходатайства потерпевшего и, как следствие, для прекращения уголовного дела за примирением сторон, на основании ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ.

Президиум Нижегородского областного суда решение судьи отменил, мотивировав свое решение следующим образом.

Как следует из описательно-мотивировочной части постановления судьи районного суда от 26 ноября 2007 года, судом установлено, что М.В.Б. обвиняется в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью.

Вместе с тем, согласно обвинительному заключению, М.В.Б. было предъявлено обвинение как лицу, управляющему автомобилем и нарушившему правила дорожного движения, что повлекло причинение тяжкого вреда здоровью человека.

В соответствии со ст. 7 УПК РФ, постановление должно быть законным обоснованным и мотивированным.

Однако в данном случае указание суда в описательно-мотивировочной части постановления на причинение потерпевшему в результате совершения преступления вреда здоровью средней тяжести не соответствует тому обвинению, которое было предъявлено органами предварительного следствия и изложено в обвинительном заключении.

Таким образом, из постановления судьи от 26 ноября 2007 года не ясно, по какому составу преступления уголовное дело в отношении М.В.Б. прекращено. Эта неясность указывает на противоречивость судебного решения в данной части.

Кроме того, согласно п. 2 ч. 2 ст. 227 УПК РФ и ч. 2 ст. 236 УПК РФ во вводной части постановления должно быть указано наименование суда, фамилия и инициалы судьи, вынесшего судебное решение.

В данном случае постановление указанному требованию уголовно-процессуального закона не отвечает, поскольку установочная часть постановления судьи от 26 ноября 2007 года не содержит наименования суда, вынесшего процессуальное решение.

При таких обстоятельствах, постановление судьи отменено по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 409 и п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ, а именно в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

 

Постановление президиума

от 13 ноября 2008 года N 44-у-724/08

 

Вопросы квалификации

 

1. Действия осужденного необоснованно квалифицированы судом по признаку грабежа "с применением насилия, не опасного для жизни".

 

Приговором городского суда от 31 мая 2007 года, с учетом внесенных кассационным определением изменений, действия осужденного К.Д.А. по фактам хищения 16 сентября 2006 года имущества потерпевшего К. и 22 сентября 2006 года имущества потерпевшего М. по каждому эпизоду квалифицированы по п. "а, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ - как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья.

Президиум Нижегородского областного суда судебные решения в отношении К.Д.А. изменил по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 379, п. 1 ст. 382, ч. 1 ст. 409 УПК РФ, а именно в связи с неправильным применением уголовного закона.

Из описания преступного деяния, приведенного в приговоре, следует, что 16 сентября 2006 года Х.С.А. и К.Д.А. договорились о хищении сотового телефона у К., при этом Х.С.А. остался стоять в стороне, а К.Д.А. подошел к К., попросил у последнего сотовый телефон, якобы позвонить, и когда К. передал К.Д.А. свой сотовый телефон, К.Д.А. ударил К. ногой в область живота и открыто завладел сотовым телефоном К., после чего убежал. Однако К.Д.А. был настигнут К., который пытался возвратить принадлежащий ему телефон. В этот момент к ним подбежал Х.С.А., который в целях удержания похищенного имущества напал на К., нанес ему несколько ударов руками и ногами в различные части тела. В результате примененного Х.С.А. и К.Д.А. насилия К. были причинены повреждения в виде кровоподтека лица, ссадины кожи левой кисти, которые какого-либо вреда здоровью К. не причинили.

22 сентября 2006 года Х.С.А. и К.Д.А. с целью открытого хищения чужого имущества стали избивать М., нанося ему удары руками и ногами по голове и другим частям тела. В ходе избиения Х.С.А. и К.Д.А. открыто похитили у М. сотовый телефон. М. было причинено повреждение в виде кровоподтека лица, которое вреда здоровью не причинило.

Таким образом, при совершении открытого хищения имущества потерпевших К. и М. к последним было применено насилие не опасное для здоровья, в связи с чем квалифицирующий признак грабежа "с применением насилия, не опасного для жизни" из квалификации действий осужденного исключен.

 

Постановление президиума

от 16 октября 2008 года N 44-у-681/08

 

2. Суд, квалифицируя действия виновного как вымогательство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, не учел, что совершение преступления с участием малолетнего, не достигшего возраста, с которого наступает уголовная ответственность, соучастия не создает.

 

Приговором городского суда Г.А.А. признан виновным и осужден за вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору с малолетним С.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Президиум Нижегородского областного суда приговор изменил и указал, что суд, квалифицируя действия Г.А.А. как вымогательство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, не учел следующие обстоятельства.

По смыслу закона, преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали два и более исполнителя, которые в силу ст. 19 УК РФ подлежат уголовной ответственности за содеянное.

Согласно ч. 2 ст. 33 УК РФ, исполнителем признается лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств. Совершение преступления с участием таких лиц не создает соучастия.

Субъектом преступления, предусмотренного ст. 163 УК РФ, является лицо, достигшее 14-летнего возраста.

Как видно из приговора суда, 04 марта 1998 года Г.А.А. совершил вымогательство денежных средств у потерпевшего В. совместно с С., <...> года рождения, который на момент совершения преступления не достиг возраста 14 лет и в этой связи субъектом данного преступления не является.

При таких данных Г.А.А. является непосредственным исполнителем преступления, поскольку совершение им преступления с участием малолетнего С., не достигшего возраста, с которого наступает уголовная ответственность, соучастия не создает.

Учитывая, что законом не предусмотрен квалифицирующий признак совершения вымогательства группой лиц без предварительного сговора, содеянное в таких случаях необходимо квалифицировать, при отсутствии иных квалифицирующих признаков, по ч. 1 ст. 163 УК РФ.

С учетом всех указанных обстоятельств, действия Г.А.А. следует квалифицировать по ч. 1 ст. 163 УК РФ - как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия.

 

Постановление президиума

от 23 октября 2008 года N 44-у-701/08

 

3. Суд не учел, что в силу положений ч. 2 ст. 30 УК РФ уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжким и особо тяжким преступлениям.

 

Приговором районного суда от 6 декабря 2006 года, с учетом внесенных кассационным определением изменений, П.К.Б. и Б.А.В. осуждены за похищение человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений, а также за приготовление к мошенничеству, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Президиум Нижегородского областного суда состоявшиеся судебные решения изменил и указал следующее.

Квалифицируя действия П.К.Б. и Б.А.В. по ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ суд не учел, что в силу положений ч. 2 ст. 30 УК РФ уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжким и особо тяжким преступлениям, в то время как ч. 2 ст. 159 УК РФ относится к категории преступлений средней тяжести.

Кроме того, согласно постановлению районного суда от 06 декабря 2006 года уголовное дело по обвинению Б.А.В. и П.К.Б. по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения.

В связи с данными обстоятельствами, из осуждения П.К.Б. и Б.А.В. исключены ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ и назначенное по ней наказание, указание на применение ч. 3 ст. 69 УК РФ и назначенное по ней наказание.

 

Постановление президиума

от 4 декабря 2008 года N 44-у-669/08

 

4. Действия осужденного, направленные на хищение имущества, должны быть квалифицированы как единое продолжаемое преступление - грабеж, поскольку действия виновного охватываются единым умыслом, направленным на изъятие имущества потерпевшей, и между первым и вторым проникновением в жилище потерпевшей прошел незначительный промежуток времени.

 

Приговором районного суда от 27 апреля 2008 года Г.М.А. осужден по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158, ч. 4 ст. 150, ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 3 ст. 158, ч. 4 ст. 150, п. "а, в, г" ч. 2 ст. 161, п. "а, б" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Президиум Нижегородского областного суда приговор в отношении Г.М.А. изменил ввиду неправильного применения уголовного закона.

Как следует из уголовного дела, у Г.М.А., Г.А.Н. и несовершеннолетнего Б. (осужденных по делу) возник умысел на завладение денежными средствами потерпевшей, с этой целью они проникли в дом С. Поняв, что потерпевшая обнаружила их присутствие, покинули дом, после чего решили продолжить реализацию преступного умысла. Переждав незначительное время, они вновь проникли в жилище потерпевшей. Г.М.А. удерживал потерпевшую, а Г.А.Н. и Б. искали деньги. Похитив денежные средства потерпевшей, соучастники поделили их между собой.

Такие действия Г.М.А. и Г.А.Н., Б. (осужденных по делу) квалифицированы судом как покушение на кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище (ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ) и грабеж, т.е. открытое хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище (п. "а, в, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ).

Согласно закону, если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабеж.

Открытым хищением чужого имущества, предусмотренным ст. 161 УК РФ (грабеж), является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества, либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали они меры к пресечению этих действий или нет.

Поскольку все действия Г.М.А., совершенные 16.01.2007 года в отношении потерпевшей С., охватываются единым умыслом, направленным на изъятие имущества потерпевшей, между первым и вторым проникновением в жилище С. прошел незначительный промежуток времени, президиум приходит к выводу, что такие действия должны быть квалифицированы как единое продолжаемое преступление - грабеж.

Таким образом, действия Г.М.А., совершенные в отношении потерпевшей С. 16.01.2007 года, следует квалифицировать как одно преступление по п. "а, в, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, а действия по вовлечению несовершеннолетнего Б. в преступную группу и в совершение тяжкого преступления путем обещаний и иным способом, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, надлежит квалифицировать по ч. 4 ст. 150 УК РФ (как один эпизод).

 

Постановление президиума

от 16 октября 2008 года N 44-у-690/08

 

5. Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд необоснованно квалифицировал действия пособника в совершении краж, как совершенные группой лиц по предварительному сговору.

 

М.Р.С. признан виновным и осужден за совершение двух преступлений - пособничества в кражах, то есть тайных хищениях имущества потерпевших Б., С. и П., группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в жилище.

Президиум Нижегородского областного суда пришел к выводу, что фактические обстоятельства дела установлены верно, однако суд первой инстанции дал неверную юридическую оценку действиям М.Р.С., сделав вывод о том, что преступления в отношении потерпевших совершены им группой лиц по предварительному сговору.

По смыслу уголовного закона, если организатор, подстрекатель или пособник непосредственно не участвовал в совершении хищения чужого имущества, содеянное исполнителем преступление не может квалифицироваться как совершенное группой лиц по предварительному сговору.

В приговоре городского суда от 26 декабря 2007 года суд обоснованно пришел к выводу о том, что М.Р.С. виновен в пособничестве в кражах, то есть тайных хищениях чужого имущества, поскольку сам в жилище потерпевших не проникал, их имущество не похищал, то есть сам непосредственно не выполнял объективную сторону этих преступлений, но предоставлял информацию и устранял препятствия для совершения краж К.В.А., обеспечивал безопасность К.В.А. в ходе непосредственного изъятия имущества из законного владения потерпевших.

При таких обстоятельствах квалифицирующий признак кражи "группой лиц по предварительному сговору" исключен из осуждения М.Р.С., из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание на совершение М.Р.С. преступлений группой лиц по предварительному сговору.

 

Постановление президиума

от 6 ноября 2008 года N 44-у-637/08

 

6. Судом сделан неверный вывод о том, что виновный в хищении имущества, проник в жилище потерпевшей незаконно.

 

Приговором городского суда от 23 июня 2008 года Г.Д.В. признан виновным и осужден за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Президиум Нижегородского областного суда приговор изменил по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 409, п. 3 ч. 1 ст. 379, п. 1 ст. 382 УПК РФ, а именно в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и неправильным применением уголовного закона.

В обоснование принятого решения президиум указал, что по смыслу закона под незаконным проникновением в жилище подразумевается вторжение в жилище без согласия собственника или владельца. Проникновение должно быть тайным или открытым с преодолением сопротивления людей и других препятствий, с целью совершения кражи, грабежа или разбоя.

Решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего разбой, признака незаконного проникновения в жилище, необходимо установить, с какой целью виновный оказался в жилище, а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом. Если лицо находилось там правомерно, не имея преступного намерения, но затем совершило разбой, в его действиях указанный признак отсутствует.

Как видно из приговора, квалификацию действий осужденного Г.Д.В. как разбой с незаконным проникновением в жилище суд обосновал тем, что, несмотря на отказ потерпевшей дать ему денег взаймы, подсудимый проник к ней в дом, после чего совершил хищение ее имущества.

Между тем, из показаний свидетеля Е., данных ею на предварительном следствии и полностью подтвержденных в судебном заседании, следует, что в начале февраля 2008 года она и Г.Д.В. подошли к дому потерпевшей В., чтобы попросить у нее денег взаймы. Г.Д.В. постучал в дверь, однако на стук ему никто не открыл. Тогда Г.Д.В. обошел вокруг дома, а затем вновь стал стучать в дверь каким-то предметом. Она видела, как дверь открыла пожилая женщина и впустила его в дом. После этого она услышала, как Г.Д.В. просил у женщины денег, затем стал кричать на нее, угрожая ей физической расправой. Потом она слышала крики женщины, какие-то удары.

Осужденный Г.Д.В. в судебном заседании показал, что ранее В. знал, поскольку потерпевшая проживает с ним по соседству, и он (Г.Д.В.) иногда занимал у нее денежные средства.

Таким образом, из приведенных выше показаний видно, что Г.Д.В. в дом знакомой ему В. вошел с ее согласия, с целью попросить у нее взаймы денежные средства, она сама впустила его в дом. Лишь после отказа потерпевшей он стал угрожать ей применением насилия, опасного для ее жизни и здоровья, а затем стал наносить потерпевшей удары, причинив тяжкий вред ее здоровью.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 06.02.2008 года, никаких следов взлома входной двери квартиры не имеется.

Таким образом, органами предварительного следствия не представлено, а в судебном заседании не добыто каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что умысел на завладение имуществом В. у осужденного Г.Д.В. возник до того, как он вошел в дом потерпевшей.

При таких данных квалифицирующий признак разбоя "с незаконным проникновением в жилище" в действиях осужденного Г.Д.В. своего подтверждения не нашел, в связи с чем подлежит исключению из его осуждения по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ.

С учетом всех указанных обстоятельств, президиум постановил действия Г.Д.В. по факту разбойного нападения на потерпевшую следует квалифицировать как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей, и соразмерно снизить назначенное наказание.

 

Постановление президиума

от 13 ноября 2008 года N 44-у-731/08

 

7. Приговор суда изменен, поскольку в нем не приведено доказательств, бесспорно свидетельствующих о наличии у осужденных предварительного сговора на применение к потерпевшей насилия, опасного для ее жизни, а также на применение предмета, используемого в качестве оружия, действия осужденного переквалифицированы с ч. 3 ст. 162 УК РФ на п. "а, в" ч. 2 ст. 161 УК РФ.

 

Приговором районного суда от 26 января 2006 года М.Р.В. признан виновным и осужден по ч. 3 ст. 158, по ч. 3 ст. 162, по ст. 119 УК РФ.

Президиум Нижегородского областного суда установил, что выводы суда о виновности М.Р.В. в совершении указанных преступлений подтверждены совокупностью имеющихся в уголовном деле доказательств.

Вместе с тем, приговор в отношении М.Р.В. президиум изменил по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ, преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Судом по эпизоду разбойного нападения на потерпевшую Л. установлено, что осужденные действовали группой лиц по предварительному сговору.

Между тем, делая вывод о наличии у осужденных предварительного сговора на разбой, в приговоре суд не привел доказательств, подтверждающих данное обстоятельство.

Признавая доказанной вину М.Р.В. в совершении разбойного нападения на потерпевшую Л. и квалифицируя его действия по ч. 3 ст. 162 УК РФ, суд пришел к выводу о том, что осужденные заранее договорились о совместном хищении имущества, с применением к потерпевшей насилия, опасного для ее жизни, а также с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Между тем, из показаний потерпевшей Л. следует, что 24.03.2004 года к ней в дом пришли М.Р.В. и К.И.И. - в маске, который сразу же ударил ее отверткой по голове, а М.Р.В. встал около двери, закрыв ее. После чего К.И.И. схватил ее за шею и начал душить, провел отверткой по шее. Она испугалась, стала бороться. К.И.И. схватил ее, тыкал отверткой в живот. Она одной рукой пыталась убрать отвертку, другой - стащила маску с К.И.И., после чего выбежала через дверь в огород.

Суд признал достоверными приведенные выше показания потерпевшей и сослался на них как на доказательство вины осужденных в совершении разбойного нападения.

Однако, как видно из показаний потерпевшей Л., лично М.Р.В. при завладении ее имуществом 24.03.2004 года насилия к ней, а также предмета, используемого в качестве оружия, не применял, содействия при совершении таких действий осужденным К.И.И. не оказывал.

Таким образом, в приговоре суда не приведено доказательств, бесспорно свидетельствующих о наличии предварительного сговора на применение к потерпевшей насилия, опасного для ее жизни, а также на применение предмета, используемого в качестве оружия, поэтому, в соответствии со ст. 36 УК РФ, в действиях осужденного К.И.И. усматривается эксцесс исполнителя.

За эксцесс исполнителя другие соучастники преступления уголовной ответственности не подлежат.

С учетом всех указанных обстоятельств, действия М.Р.В. по факту хищения имущества потерпевшей Л. 24.03.2004 года квалифицированы как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище.

 

Постановление президиума

от 27 ноября 2008 года N 44-у-761/08

 

8. Действия осужденного излишне квалифицированы по п. "в" ч. 2 ст. 163, ч. 2 ст. 162 УК РФ, поскольку судом первой инстанции установлено, что действия осужденного, совершенные в течение короткого промежутка времени, охватывались единым умыслом, направленным на завладение имуществом потерпевших.

 

Приговором районного суда от 24 октября 2005 года К.Т.Г. признан виновным и осужден за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 162 УК РФ, по п. "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ, по ч. 1 ст. 163 УК РФ.

Президиум Нижегородского областного суда изменил приговор в связи с неправильным применением уголовного закона по следующим основаниям.

Судом первой инстанции установлено, что 06 апреля 2005 года в 18 часов К.Т.Г., угрожая имевшейся у него дубинкой, потребовал от А. и Н. передать ему денежные средства, ценности и сотовые телефоны.

После этого, около 18 часов 30 минут, К.Т.Г., убедившись в том, что у потерпевших при себе не имеется денежных средств и ценностей, угрожая Н. дубинкой, потребовал от него съездить домой и передать ему деньги в сумме 500 рублей, после чего на автомашине совместно с Н. проехал к дому потерпевшего. В процессе следования К.Т.Г. с целью запугать Н. и заставить выполнить свои требования, нанес тому удар кулаком по лицу, сообщив при этом, что если тот обманет его и не передаст деньги, то он покалечит и его, и его товарища А.

Затем, около 20 часов К.Т.Г., убедившись, что Н. скрылся, вернулся к А., которому он ранее под угрозой применения насилия велел оставаться на том же месте, в продолжение своих действий, направленных на достижение единого преступного результата - завладение имуществом потерпевших, стал наносить удары дубинкой по голове и телу потерпевшего, причинив тем самым легкий вред здоровью А., после чего обыскал карманы его куртки и похитил кошелек-портмоне, стоимостью 100 рублей, в котором находились деньги в сумме 7 рублей.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что действия К.Т.Г., совершенные в отношении потерпевших А. и Н. в течение короткого промежутка времени - 06.04.2005 года с 18 до 20 часов - охватывались единым умыслом, направленным на завладение их имуществом.

Согласно закону, в случае совершения лицом ряда тождественных преступных действий, объединенных единым умыслом, направленным на завладение чужим имуществом из одного и того же источника, содеянное следует квалифицировать как одно продолжаемое преступление.

С учетом указанных обстоятельств, действия К.Т.Г. по преступлениям, совершенным 06.04.2005 года в 18, 18-30 и 20 часов в отношении потерпевших Н. и А., квалифицированы президиумом как одно преступление, совершенное с единым умыслом, направленным на завладение имуществом потерпевших, то есть по ч. 2 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

При таких данных квалификация действий К.Т.Г. по п. "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ по эпизоду от 06.04.2005 года в 18 часов 30 минут, как вымогательство денежных средств у Н., а также по ч. 2 ст. 162 УК РФ по эпизоду от 06.04.2005 года в 20 часов, как разбой в отношении А., является излишней.

 

Постановление президиума

от 23 октября 2008 года N 44-у-694/08

 

9. Суд не учел, что открытым хищением чужого имущества является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда виновное лицо сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет.

 

Приговором районного суда от 18 мая 2006 года М.Р.В. признан виновным и осужден за грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище; за совершение кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, из одежды, находившейся при потерпевшем, и кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище.

Президиум Нижегородского областного суда приговор изменил по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 409 и п. 2, 3 ч. 1 ст. 379, ч. 1 ст. 381 УПК РФ, в связи с неправильным применением уголовного и уголовно-процессуального законов.

В обоснование своего довода о правовой квалификации действий осужденного М.Р.В. по п. "а, в" ч. 2 ст. 161 УК РФ суд первой инстанции указал, что, несмотря на то, что потерпевший Л., находящийся в доме и осознающий, как следует из его оглашенных показаний, что происходит хищение в его доме, не предпринял никаких мер к пресечению незаконных действий подсудимых, их действия следует расценивать как открытое хищение чужого имущества.

Согласно закону - ч. 4 ст. 302 УПК РФ, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Мотивируя квалификацию действий как грабеж, суд первой инстанции сделал предположение, указав, что поскольку М.Р.В. осознавал, что потерпевший Л. находится в доме, и понимал, что не услышать, как отламываются доски со стороны туалета в тишине, невозможно, преступление следует считать совершенным в присутствии постороннего лица.

Тем самым суд при постановлении приговора нарушил указанную норму уголовно-процессуального закона.

Квалифицируя деяние осужденного М.Р.В. как грабеж, суд в основу обвинительного приговора положил показания потерпевшего Л. о том, что он проснулся от шума, подошел к окну, услышал мужские голоса и звук отрывающихся досок. Через некоторое время он увидел, как из калитки вышли двое мужчин. После их ухода он осмотрел дом и обнаружил, что сломаны доски туалета, о чем сообщил брату.

Как следует из приговора, осужденный М.Р.В. в судебном заседании, не отрицая факта хищения имущества у Л., показал, что полагал о неосведомленности потерпевшего о совершении хищения, считал, что потерпевший их не видел.

Таким образом, судом не добыто достаточных доказательств, подтверждающих совершение М.Р.В. открытого хищения имущества потерпевшего.

При квалификации деяний осужденного М.Р.В. суду следовало учесть, что открытым хищением чужого имущества является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет.

При таких обстоятельствах действия осужденного М.Р.В. президиум квалифицировал по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в жилище Л., группой лиц по предварительному сговору.

 

Постановление президиума

от 11 декабря 2008 года N 44-у-787/08

 

10. Действия осужденного переквалифицированы с ч. 1 ст. 161 УК РФ на ч. 1 ст. 159 УК РФ, поскольку из приведенных в приговоре доказательств следует, что хищение имущества потерпевшей совершено виновным путем злоупотребления доверием.

 

Приговором суда первой инстанции Н.С.Ю. осужден за совершение 10 февраля 2008 года мошенничества, то есть хищения имущества потерпевшей Т. на сумму 1500 рублей путем обмана и злоупотребления доверием, а также за совершение 18 февраля 2008 года грабежа, то есть открытого хищения имущества потерпевшей К. на сумму 4500 рублей.

Президиум Нижегородского областного суда приговор изменил по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 379, п. 2 ст. 382, ч. 1 ст. 409 УПК РФ, а именно в связи с неправильным применением уголовного закона, и указал следующее.

Правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд без достаточных оснований квалифицировал действия осужденного Н.С.Ю. по факту хищения 18 февраля 2008 года имущества потерпевшей К. по ч. 1 ст. 161 УК РФ - как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества.

Из показаний осужденного Н.С.Ю. следует, что он проживал совместно с К. и 18 февраля 2008 года он (Н.) взял сотовый телефон "Сони Эриксон" с тумбочки в комнате, пообещав К. данный телефон вернуть, однако телефон он (Н.) не вернул.

Из показаний потерпевшей К., данных в ходе предварительного следствия, видно, что когда она увидела, что Н.С.Ю. взял сотовый телефон, то сказала, чтобы он (Н.) данный телефон не брал, так как он принадлежит ее несовершеннолетнему сыну. Однако Н.С.Ю. сказал, чтобы она не переживала, поскольку через 40 минут он вернется и вернет ей сотовый телефон, после чего ушел вместе с сотовым телефоном. Однако Н.С.Ю. домой не вернулся. После этого она обнаружила, что пропала коробка из-под сотового телефона вместе с документами и поняла, что Н.С.Ю. сотовый телефон похитил.

Открытым хищением чужого имущества, предусмотренным ст. 161 УК РФ является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий.

Однако из приведенных доказательств следует, что Н.С.А. злоупотребив доверием потерпевшей, убедил К. в том, что телефон он (Н.С.А.) вернет через 40 минут. К. поняла, что Н.С.А. похитил у нее сотовый телефон лишь после того, как он (Н.) не вернулся домой и она обнаружила пропажу документов и коробки из-под сотового телефона.

Таким образом, юридические основания для квалификации действий осужденного Н.С.Ю. по факту хищения имущества потерпевшей как совершения открытого хищения чужого имущества отсутствуют.

При таких обстоятельствах президиум квалифицировал действия Н.С.Ю. по факту хищения имущества потерпевшей К. по ч. 1 ст. 159 УК РФ - как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием.

 

Постановление президиума

от 11 декабря 2008 года N 44-у-791/08

 

11. Отсутствие объективного подтверждения наличия в действиях виновного квалифицирующего признака грабежа "с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья потерпевшего" повлекло изменение приговора суда.

 

Приговором районного суда от 19 июня 2007 года К.А.Д. признан виновным и осужден за покушение на открытое хищение чужого имущества, совершенное с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья потерпевшего.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

21 февраля 2007 года подсудимый К.А.Д. с не установленным следствием лицом, находясь возле дома, подошли к припаркованной автомашине ВАЗ 2104, вскрыли замок передней левой двери и проникли в салон автомашины, пытаясь похитить имущество, принадлежащее потерпевшему Ш.: спортивную сумку с личными вещами, перчатки и базу автомагнитолы "Панасоник". Однако были обнаружены потерпевшим, который задержал К.А.Д.

Президиум Нижегородского областного суда пришел к выводу, что фактические обстоятельства уголовного дела судом установлены правильно, вместе с тем юридическая оценка действиям осужденного К.А.Д. дана неверно.

Из показаний, данных потерпевшим Ш. в ходе судебного следствия, следует, что, догнав К.А.Д., он схватил его (К.А.Д.) за куртку, но тот не остановился и, продолжая держать сумку, пытался отмахнуться от него (Ш.) свободной рукой, после чего Ш. свалил К.А.Д. на асфальт и стал удерживать, задержав его таким образом. Также из показаний Ш., данных им в ходе предварительного следствия, следует, что К.А.Д. продолжал бежать, держа сумку Ш. в руках, при этом пытаясь отмахнуться от Ш. От действий К.А.Д. никаких телесных повреждений у Ш. не было, физической боли он не испытывал.

Свидетель показала, что Ш., догнав К.А.Д., схватил его за одежду, но тот не останавливался и сумку не отпускал, при этом отмахиваясь свободной рукой, после чего Ш. уронил К.А.Д. на асфальт и стал удерживать, задержав его таким образом.

Из вышеизложенного следует, что квалифицирующий признак грабежа "с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья потерпевшего" объективно своего подтверждения не находит, является излишним и подлежит исключению из приговора.

Приговор суда президиумом изменен по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 409 и п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Действия осужденного К.А.Д. квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 УК РФ - как покушение на грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества.

 

Постановление президиума

от 25 декабря 2008 года N 44-у-814/08

 

12. Уголовное дело прекращено за отсутствием в деянии состава преступления, поскольку действия осужденного, хотя формально и содержат признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, но в силу малозначительности не представляют общественной опасности.

 

Приговором городского суда от 11 января 2008 года Ф.В.С. осужден за совершение 11 октября 2007 года умышленного причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, опасного для жизни человека; в один из дней конца августа 2007 года незаконного приобретения, хранения и ношения боеприпасов - патрона калибра 5,45 мм для нарезного боевого огнестрельного оружия.

Президиум Нижегородского областного суда пришел к выводу о том, что фактические обстоятельства дела судом установлены верно, вместе с тем приговор в отношении Ф.В.С. изменил по следующим основаниям.

Из показаний осужденного Ф.В.С. следует, что патрон он нашел в конце августа 2007 года на лавочке в парке и взял его себе, намереваясь сделать брелок, при этом он не знал, что патрон боевой.

В силу ч. 2 ст. 14 УК РФ, не является преступлением действие, хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного Уголовным кодексом РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

Действия Ф.В.С., хотя формально и содержат признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, но в силу малозначительности не представляют общественной опасности и не влекут уголовной ответственности, поскольку приобретение и хранение одного патрона без цели его использования по назначению нельзя признать деянием, содержащим общественную опасность.

Президиум исключил из приговора осуждение Ф.В.С. по ч. 1 ст. 222 УК РФ, дело производством прекратил за отсутствием в деянии состава преступления.

 

Постановление президиума

от 11 декабря 2008 года N 44-у-784/08

 

Вопросы назначения наказания

 

1. Неправильное применение уголовного закона, регламентирующего общие начала назначения наказания, а именно не признание в качестве смягчающих наказание обстоятельств явки с повинной виновного и противоправное поведение потерпевшего, повлекло изменение приговора суда.

 

Приговором районного суда от 6 июня 2005 года Т.А.И. осужден за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111, по п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ.

Президиум Нижегородского областного суда изменил приговор, указав следующее.

При назначении наказания осужденному Т.А.И. за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего Ч., суд не дал оценки противоправному поведению последнего.

Из протокола явки с повинной осужденного Т.А.И. и его показаний, данных в ходе предварительного следствия, следует, что 06 октября 2004 года около 22 часов 30 минут он (Т.) шел совместно с Ч.И.В. по дороге, по которой в том же направлении шел ранее не знакомый Ч. Ч.И.В. задел плечом Ч., у них возник спор и Ч. ударил ножом Ч.И.В., после чего сразу же побежал. Он (Т.) догнал Ч. и нанес ему несколько ударов ногой по голове. Ч.И.В. также нанес Ч. несколько ударов ногой по голове.

Осужденный Ч.И.В. дал аналогичные показания.

Данные показания осужденных Т.А.И. и Ч.И.В. судом не опровергнуты, напротив, подтверждены показаниями свидетелей.

Обстоятельства, установленные судом, свидетельствуют о том, что инициатором конфликта был потерпевший Ч., который нанес осужденному Ч.И.В. удар ножом.

Суд оценил показания осужденных Т.А.И. и Ч.И.В. только в части доказанности его (Т.) вины в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, однако при назначении наказания не учел противоправность поведения потерпевшего Ч., явившегося поводом для совершения преступления, в качестве обстоятельства смягчающего наказание Т.А.И., предусмотренного п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Таким образом, судом неправильно применен уголовный закон, регламентирующий общие начала назначения наказания.

В соответствии с п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ президиум признал противоправность поведения потерпевшего Ч., явившегося поводом для преступления, в качестве обстоятельства, смягчающего наказание Т.А.И.

Кроме того, суд в обоснование своих выводов о виновности осужденного Т.А.И. в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего Ч. привел в приговоре в качестве одного из доказательств явку с повинной Т.А.И., однако не принял во внимание, что если сообщение лица о совершенном им преступлении, оформленное органами следствия в письменном виде, положено в основу обвинительного приговора, то данное сообщение должно рассматриваться как явка с повинной.

В соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ явка с повинной является обстоятельством, смягчающим наказание.

Согласно ст. 6, 60 УК РФ наказание назначается с учетом обстоятельств, смягчающих наказание.

В соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ президиум признал явку с повинной Т.А.И. (по факту причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего Ч.) обстоятельством, смягчающим наказание.

Согласно ч. 1 ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами "и" и (или) "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.

В связи с вышеизложенным наказание, назначенное Т.А.И. по ч. 4 ст. 111 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшего Ч.) президиумом смягчено.

 

Постановление президиума

от 11 декабря 2008 года N 44-у-778/08

 

2. Судом необоснованно не учтена в качестве смягчающего обстоятельства явка с повинной и неправильно определено наличие рецидива в действиях виновного, что повлекло изменение приговора и смягчение назначенного осужденному наказания.

 

Приговором районного суда от 05 января 2003 года, с учетом внесенных изменений, Б.А.В. признан виновным за открытое хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, организованной группой, а также за тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину, организованной группой, в крупном размере, и за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью.

Приговором суда от 02 июля 2003 года Б.А.В. признан виновным и осужден за побег из-под стражи, совершенный группой лиц по предварительному сговору.

Президиум Нижегородского областного суда судебные решения изменил в связи с неправильным применением уголовного закона, указав следующее.

Как следует из приговора районного суда от 05 января 2003 года, суд в обоснование вины Б.А.В. в совершении тайного хищения чужого имущества сослался на явку с повинной, в которой осужденный сообщил о том, что в ночное время зимой 2000 года совершил хищение имущества из здания по ул. Б. Панина, г. Н.Новгорода, однако в качестве смягчающего обстоятельства не учел, при этом никак не мотивировал свое решение по данному вопросу.

При таких данных президиум учел явку с повинной Б.А.В. по эпизоду кражи в качестве обстоятельства, предусмотренного п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ и смягчил назначенное наказание.

Кроме того, из приговора также усматривается, что суд постановил взыскать гражданский иск с осужденного Б.А.В. в пользу потерпевшего Е. в сумме 121608 рублей, в пользу потерпевшей М. в сумме 27024 рублей.

Однако, при этом, суд не учел, что в судебном заседании потерпевший Е. поддержал исковые требования в сумме 99828 рублей, что эквивалентно 3600 долларов США, похищенных у него, а потерпевшая М. поддержала исковые требования в сумме 1500 рублей, 710 долларов США, что эквивалентно 21037,3 рублей.

В связи с этим, президиум снизил размер гражданского иска, подлежащего взысканию в пользу указанных потерпевших по приговору суда, до 99828 рублей - в пользу потерпевшего Е. и до 22537,3 рублей в пользу потерпевшей М.

Кроме того, президиум нашел обоснованными доводы надзорной жалобы осужденного Б.А.В. о том, что в его действиях по приговору от 02 июля 2003 года отсутствует рецидив преступлений.

Согласно ч. 1 ст. 86 УК РФ лицо, осужденное за совершение преступления, считается судимым со дня вступления обвинительного приговора суда в законную силу.

Однако, как видно из представленных материалов, преступление, за которое Б.А.В. осужден приговором от 02 июля 2003 года, совершено осужденным 07 февраля 2003 года, а приговор от 05 января 2003 года вступил в законную силу 20 июня 2003 года.

При таких обстоятельствах, указание на совершение преступления Б.А.В. по приговору от 02 июля 2003 года в условиях рецидива преступлений, исключено из приговора суда, назначенное наказание снижено.

Доводы надзорной жалобы осужденного о том, что при назначении наказания по приговору районного суда от 02 июля 2003 года необоснованно применена ст. 70 УК РФ, так как к моменту совершения нового преступления приговор по первому преступлению был провозглашен, но не вступил в законную силу, президиумом отклонены, поскольку, по смыслу закона, в данном случае имеет значение сам факт вынесения приговора, независимо от того, вступил ли данный приговор в законную силу.

 

Постановление президиума

от 6 ноября 2008 года N 44-у-673/08

 

3. При назначении наказания суд необоснованно учел, что преступление виновный совершил в состоянии алкогольного опьянения, не раскаивается, род его занятий, а также отягчающее обстоятельство, предусмотренное ст. 105 УК РФ в качестве признака преступления.

 

Приговором городского суда от 23 мая 2006 года У.В.В. осужден за совершение 06 октября 2005 года убийства, то есть умышленного причинения смерти потерпевшему М.

Президиум Нижегородского областного суда судебное решение изменил в связи с неправильным применением уголовного закона.

Суд, при назначении наказания осужденному У.В.В. учел, что преступление он совершил в состоянии алкогольного опьянения, в совершенном преступлении не раскаивается, его род занятий, а также то, что У.В.В. совершено преступление, повлекшее тяжкие последствия - смерть человека.

Согласно ч. 3 ст. 60 УК РФ, при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции РФ, труд в Российской Федерации свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Из установочной части приговора следует, что У.В.В. не работал, однако суд при назначении наказания У.В.В., в нарушение требований ст. 6, 60 УК РФ, учел названное обстоятельство.

Кроме того, ссылка суда в приговоре, в части, касающейся назначения наказания У.В.В., на то, что он не раскаялся в содеянном, не основана на законе, поскольку отрицание вины подсудимым является формой реализации права на защиту, предусмотренного ст. 51 Конституции РФ, права любого гражданина не свидетельствовать против себя самого.

В соответствии с ч. 2 ст. 63 УК РФ, если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса РФ в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания, таким образом, тот факт, что У.В.В. совершено преступление, повлекшее тяжкие последствия - смерть человека, не может учитываться при назначении ему наказания.

Не основана на законе также ссылка суда в приговоре, в части, касающейся назначения наказания осужденному У.В.В., на то, что преступление он совершил в состоянии алкогольного опьянения.

При таких обстоятельствах президиум исключил из описательно-мотивировочной части приговора указание на назначение наказания осужденному У.В.В. с учетом того, что преступление он совершил в состоянии алкогольного опьянения, в совершенном преступлении не раскаивается, указание на род его занятий, а также то, что У.В.В. совершено преступление, повлекшее тяжкие последствия - смерть человека, снизил назначенное наказание.

 

Постановление президиума

от 16 октября 2008 года N 44-у-689/08

 

4. Назначая наказание по правилам ст. 62 УК РФ, суду надлежит исчислять три четверти максимального срока наказания, которое может быть назначено несовершеннолетнему осужденному с учетом положений ч. 6 ст. 88 УК РФ.

 

Районным судом приговором от 9 октября 2006 года Н.А.А. признан виновным и осужден по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ к лишению свободы на срок 8 лет.

Президиум Нижегородского областного суда приговор изменил, указав следующее.

Как усматривается из приговора, суд, при назначении Н.А.А. наказания, учел наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ - явки с повинной, а также его несовершеннолетний возраст на момент совершения преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание Н.А.А., судом первой инстанции не установлено.

В соответствии со ст. 62 УК РФ, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. "и" и "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств, срок или размер наказания не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Данная норма закона в ее взаимосвязи с положениями ч. 6 ст. 88 УК РФ, устанавливающей, что максимальный срок наказания, назначенный осужденному, совершившему особо тяжкое преступление в несовершеннолетнем возрасте, не может превышать 10 лет лишения свободы, означает, что при назначении наказания по правилам ст. 62 УК РФ, суду надлежит исчислять три четверти максимального срока наказания, которое может быть назначено несовершеннолетнему осужденному с учетом положений ч. 6 ст. 88 УК РФ.

Таким образом, наказание, назначенное осужденному Н.А.А., совершившему в несовершеннолетнем возрасте особо тяжкое преступление, предусмотренное п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, с учетом положений ст. 62 УК РФ не могло превышать трех четвертей от 10 лет, то есть 7 лет 6 месяцев лишения свободы.

Назначенное осужденному наказание президиум снизил.

 

Постановление президиума

от 27 ноября 2008 года N 44-у-745/08

 

5. Назначая наказание по приговору, постановленному в особом порядке судебного решения, при наличии оснований, предусмотренных ст. 66 УК РФ, наказание виновному за неоконченное преступление назначается по правилам как этой статьи, так и части 7 статьи 316 УПК РФ.

 

Приговором городского суда от 15 апреля 2008 года Д.А.Н. признан виновным и осужден за совершение 27.02.2008 года покушения на кражу, то есть покушения на тайное хищение чужого имущества, из одежды, находившейся при потерпевшем.

Уголовное дело в отношении Д.А.Н. рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства.

Президиум Нижегородского областного суда приговор в отношении Д.А.Н. изменил по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 409, п. 3 ч. 1 ст. 379, п. 1 ст. 382 УПК РФ, а именно в связи с неправильным применением уголовного закона.

В силу ч. 7 ст. 316 УПК РФ, при особом порядке судебного разбирательства наказание не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Согласно закону, при рассмотрении дела в особом порядке, при наличии оснований, предусмотренных ст. 66 УК РФ, наказание виновному за неоконченное преступление назначается по правилам как этой статьи, так и части 7 статьи 316 УПК РФ.

При этом, назначая наказание по правилам, установленным ч. 3 ст. 66 УК РФ и ч. 7 ст. 316 УПК РФ, суд должен исчислять две трети срока наказания от трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

С учетом изложенного, максимальный срок наказания для осужденного Д.А.Н. за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ, при особом порядке судебного разбирательства составляет 2 года 6 месяцев.

Назначая осужденному Д.А.Н. наказание за совершение данного преступления, суд указал в приговоре на то, что, исходя из совокупности смягчающих обстоятельств, руководствуется правилами ч. 3 ст. 68 УК РФ и поэтому назначает наказание менее 1/3 части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Исходя из этого и учитывая, что максимальный срок наказания для осужденного Д.А.Н. за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ, при особом порядке судебного разбирательства составляет 2 года 6 месяцев, суд должен был назначить ему наказание не более 10 месяцев лишения свободы.

Вместе с тем, суд назначил Д.А.Н. наказание за совершенное им преступление в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В этой связи назначенное осужденному наказание снижено.

 

Постановление президиума

от 23 октября 2008 года N 44-у-704/08

 

6. Наказание по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ судом назначено неверно, поскольку по предыдущему приговору суда осужденному назначена условная мера наказания.

 

Приговором районного суда от 22 апреля 2008 года Г.А.В. осужден за кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору (эпизод от 15.01.2008 года), и незаконное приобретение, хранение без цели сбыта наркотических средств в особо крупном размере (эпизод от 13.02.2008 года).

Президиум Нижегородского областного суда, в связи с неправильным применением уголовного закона, приговор суда отменил.

Как следует из материалов уголовного дела, Г.А.В. осужден приговором мирового судьи от 17.01.2008 года по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, - условно, с испытательным сроком 6 месяцев.

Данное наказание полностью, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, присоединено к наказанию, назначенному приговором суда от 22.04.2008 года за преступление от 15.01.2008 года, предусмотренное п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ, окончательное наказание назначено по совокупности преступлений в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев.

Между тем, при назначении наказания суд не учел, что, если в отношении условно осужденного лица будет установлено, что оно виновно еще и в другом преступлении, совершенном до вынесения приговора по первому делу, правила ст. 69 УК РФ применены быть не могут, поскольку в ст. 74 УК РФ дан исчерпывающий перечень обстоятельств, на основании которых возможна отмена условного осуждения. В таких случаях приговоры по первому и второму делам исполняются самостоятельно.

При совершении в течение испытательного срока нового умышленного преступления, относящегося к категории средней тяжести, а также тяжкого или особо тяжкого преступления условное осуждение должно быть отменено. Наказание в этом случае назначается по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ, и должно быть реальным.

 

Постановление президиума

от 16 октября 2008 года N 44-у-692/08

 

7. Судом не принято во внимание, что по предыдущему приговору суда в срок отбытия наказания зачтено время нахождения виновного под стражей и неверно назначено наказание по правилам ст. 70 УК РФ, так как в приговоре указано, что при назначении наказания применяется принцип частичного сложения наказаний, однако фактически суд сложил наказания полностью.

 

Приговором городского суда от 14 ноября 2007 года П.М.А. осужден за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Президиум Нижегородского областного суда установил, что при назначении наказания судом допущены нарушения положений ст. 70 УК РФ.

Как следует из представленных материалов, приговором мирового судьи от 12 февраля 2007 года П.М.А. осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году исправительных работ, с удержанием 10% заработной платы в доход государства, что, согласно ст. 71 УК РФ соответствует 4 месяцам лишения свободы. Наказание по данному приговору П.М.А. не отбыто.

При назначении наказания по приговору городского суда от 14 ноября 2007 года суд указал, что в соответствии со ст. 70, 71 УК РФ к назначенному по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ наказанию в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы частично присоединяет наказание по приговору мирового судьи от 12 февраля 2007 года из расчета 3 дня исправительных работ за 1 день лишения свободы, в виде 4 месяцев лишения свободы, окончательно назначив наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Таким образом, суд полностью сложил назначенные наказания вопреки своему же собственному указанию на частичное сложение наказаний.

Кроме того, в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей до судебного разбирательства засчитывается в сроки исправительных работ из расчета один день за три дня.

Судом не принято во внимание, что по приговору мирового судьи от 12 февраля 2007 года постановлено зачесть в срок отбытия наказания П.М.А. срок нахождения его под стражей с 15 декабря 2006 года по 12 февраля 2007 года.

В связи с неправильным применением судом уголовного закона президиум приговор изменил, назначенное осужденному в соответствии со ст. 70 УК РФ наказание соразмерно снизил.

 

Постановление президиума

от 20 ноября 2008 года N 44-у-738/08

 

8. Судом не учтено, что осужденным за совершение умышленных преступлений средней тяжести, ранее не отбывавшим лишение свободы, назначается отбывание наказания в виде лишения свободы в колониях-поселениях.

 

Приговором районного суда от 25 мая 2007 года С.Д.Н. осужден за совершение двух краж, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в помещение.

Президиум Нижегородского областного суда внес в судебные решения следующие изменения.

В соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ лицам, осужденным за совершение умышленных преступлений средней тяжести, ранее не отбывавшим лишение свободы назначается отбывание наказания в виде лишения свободы в колониях-поселениях. С учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного суд может назначить указанным лицам отбывание наказания в исправительных колониях общего режима с указанием мотивов принятого решения.

Как следует из материалов уголовного дела на момент совершения преступлений средней тяжести, за которые С.Д.Н. осужден приговором районного суда от 25 мая 2007 года, он не был судим, то есть ранее лишение свободы не отбывал.

Вместе с тем, отбывание лишения свободы осужденному по приговору районного суда от 25 мая 2007 года суд назначил в колонии общего режима, мотивы принятого решения суд не указал.

В связи с неправильным применением судом уголовного закона, состоявшиеся судебные решения по данному делу изменены, постановлено для отбытия наказания осужденному определить колонию-поселение.

 

Постановление президиума

от 16 октября 2008 года N 44-у-675/08

 

9. Разрешая вопрос о наказании при приведении приговора суда в соответствие с изменениями в УК РФ, необходимо учитывать изменение категории преступления и изменение правил назначения наказания в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ.

 

Приговором районного суда от 1 ноября 2000 года З.Р.Х. признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного п. "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ.

Президиум постановление судьи отменил, указав следующее.

Согласно ч. 1 ст. 10 УК РФ, уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующее деяние до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание.

По ходатайству осужденного приговор от 1 ноября 2000 года в отношении З.Р.Х. приведен в соответствие с Федеральным законом N 162-ФЗ от 8 декабря 2003 года "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ" обоснованно.

Однако, судья районного суда, рассмотрев ходатайство З.Р.Х., переквалифицировав действия осужденного с п. "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 13.06.1996 года) на ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 08.12.2003 года) и установив, что изменилась категория совершенных осужденным преступлений, в постановлении от 29 апреля 2004 года вопрос о соразмерном снижении наказания не решил.

Кроме того, как усматривается из приговора районного суда от 1 ноября 2000 года, наказание З.Р.Х. назначено с учетом наличия в его действиях рецидива преступлений.

В соответствии с ч. 2 ст. 68 УК РФ (в редакции Федерального закона от 1996 года), срок наказания при рецидиве преступлений не может быть ниже половины максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Однако судья не принял во внимание, что Федеральным законом от 08 декабря 2003 года N 162-ФЗ правила назначения наказания при рецидиве преступлений смягчены, и не решил вопрос о соразмерном снижении осужденному наказания.

Ходатайство осужденного направлено на новое рассмотрение.

 

Постановление президиума

от 16 октября 2008 года N 44-у-685/08

 

10. При назначении по совокупности приговоров окончательного срока наказания суд должен засчитывать время нахождения лица под стражей в порядке задержания или избранной меры пресечения по предыдущему приговору суда.

 

Постановлением судьи районного суда от 14 марта 2008 года ходатайство С.Р.С. о зачете в срок отбытого наказания время его содержания под стражей оставлено без удовлетворения.

Президиум Нижегородского областного суда постановление судьи отменил по следующим основаниям.

Приговором районного суда от 27 сентября 2005 года С.Р.С. осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 161, п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, к лишению свободы на срок 3 года, условно, с испытательным сроком 2 года.

Согласно материалам дела, С.Р.С. в порядке ст. 91 УПК РФ содержался под стражей с 14 по 16 июля 2005 года по подозрению в совершении преступления, совершенного 04 июля 2005 года, затем 08 августа 2005 года в порядке ст. 91 УПК РФ задержан по подозрению в совершении преступления, совершенного 07 августа 2005 года.

12 августа 2005 года уголовные дела в отношении С.Р.С. за совершение указанных преступлений соединены в одно производство.

Постановлением судьи районного суда от 10 августа 2005 года в отношении С.Р.С. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

По приговору районного суда от 27 сентября 2005 года мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении С.Р.С. изменена на подписку о невыезде до вступления приговора в законную силу, из-под стражи он освобожден. 10 октября 2005 года приговор вступил в законную силу.

Таким образом, С.Р.С. по данному делу содержался под стражей с 14 по 16 июля 2005 года, а также с 08 августа по 27 сентября 2005 года.

По смыслу ст. 70 УК РФ, правила назначения наказания по совокупности приговоров применяются в случаях, когда осужденный после вынесения приговора, но до полного отбытия наказания совершил новое преступление.

Неотбытым наказанием следует считать весь срок назначенного наказания по предыдущему приговору при условном осуждении.

По смыслу уголовного закона, при присоединении наказания, назначенного по первому приговору, которое суд постановил считать условным, к наказанию, назначенному по последнему приговору, суд засчитывает в окончательный срок наказания по совокупности приговоров время нахождения лица под стражей в порядке избранной меры пресечения или задержания в случаях их применения.

Однако по приговору районного суда от 06 июня 2006 года время нахождения С.Р.С. под стражей по приговору от 27 сентября 2005 года - с 14 по 16 июля 2005 года, а также с 08 августа по 27 сентября 2005 года не зачтено.

В связи с данным обстоятельством ходатайство осужденного направлено на новое рассмотрение.

 

Постановление президиума

от 27 ноября 2008 года N 44-у-748/08

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь