Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

НОВОСИБИРСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 января 2009 г. по делу N 22-371/2009

 

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда

в составе:

председательствующего Золотаревой СВ.,

судей областного суда Сосниной Е.В., Турченко А.В.,

рассмотрела в судебном заседании от "28" января 2009 года кассационное представление прокурора Мошковского района Новосибирской области Ашифина К.А., кассационную жалобу адвоката Д.А.А., кассационную жалобу осужденной Г. на приговор Федерального суда общей юрисдикции Мошковского района Новосибирской области от 11 сентября 2008 года, которым -

Г. осуждена по ст. ст. 30 ч. 3 - 228.1 ч. 3 п. "г" УК РФ к 8 годам лишения свободы; по ст. ст. 33 ч. 4, 30 ч. 3 - ст. 228.1 ч. 3 п. "г" УК РФ к 8 годам лишения свободы; по ст. 150 ч. 4 УК РФ к 5 годам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно к отбытию Г. назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Срок наказания исчислен с 11 сентября 2008 года.

У. осужден по ст. ст. 30 ч. 3 - 228.1 ч. 3 п. "г" УК РФ с применением ст. 88 ч. 6.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы; по ст. 228 ч. 1 УК РФ с применением ст. 88 ч. 6.1 УК РФ к 1 году лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно к отбытию У. назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев.

В соответствии со ст. 73 УК РФ, назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком на 4 года.

На осужденного возложены дополнительные обязанности: ежемесячно являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль над исправлением осужденных.

С. осужден по ст. ст. 30 ч. 3 - 228.1 ч. 3 п. "г" УК РФ с применением ст. 88 ч. 6.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ, назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком на 3 года.

На осужденного возложены дополнительные обязанности: ежемесячно являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль над исправлением осужденных.

Приговором суда Г. признана виновной и осуждена за покушение на незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере, а также за подстрекательство в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере и вовлечение несовершеннолетнего в совершение особо тяжкого преступления путем обещаний, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста.

У. и С. признаны виновными и осуждены за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а У. также осужден за незаконное приобретение и хранение наркотических средств без цели сбыта в крупном размере.

Как указано в приговоре, преступления Г. совершены 29 августа 2006 года и 01 сентября 2006 года, а У. и С. 01 сентября 2006 года в с. У. Мошковского района Новосибирской области.

В судебном заседании подсудимый У. и С. вину признали, Г. вину признала частично.

Заслушав доклад судьи областного суда Сосниной Е.В., объяснения осужденной Г., поддержавшей доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Новосибирской областной прокуратуры Быковой О.С., поддержавшей доводы кассационного представления, судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационном представлении и дополнениях к нему прокурор района Ашифин К.А. просит приговор суда отменить и дело направить в тот же суд для рассмотрения в ином составе суда, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

В обоснование прокурор ссылается на то, что суд, приведя в приговоре показания свидетеля А., данные им в судебном заседании, о том, что наркотические средства в с. У. ему продавали не У. и С., а Г. и мужчина старше 40 лет, а также его показания в этой части в стадии предварительного следствия, которые им подтверждены не были, в нарушение ст. 307, 380 УПК РФ не привел в приговоре мотивов о том, какие из показаний А. он принял в качестве достоверных и положил в основу обвинения, а какие отверг.

Полагает также, что судом допущены противоречия в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ. Так, указав, что Г. совершила вовлечение несовершеннолетних в совершение преступления путем обещания, суд в приговоре свои выводы в этой части надлежащим образом не мотивировал, и не указал, в чем выразились обещания, и что именно было обещано подсудимой.

Кроме того, указав вначале в описательно-мотивировочной части приговора, что Г. предложила несовершеннолетним У. и С. совершить преступление, суд впоследствии в мотивировочной части приговора указал, что Г. подтолкнула У. и С. к совершению преступления путем уговора. Данные противоречия, по мнению автора представления, не позволяют достоверно установить форму совершенного Г. подстрекательства.

Считает также, что назначенное осужденным У. и С. наказание в виде условного лишения свободы, является чрезмерно мягким. При этом суд не принял во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, совершение ими особо тяжкого преступления, количество и вид наркотического средства, которое они намеревались сбыть.

В кассационной жалобе адвокат Д.А.А. в защиту осужденной Г. просит приговор суда отменить, с прекращением уголовного дела, указывая на то, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

По доводам жалобы, в материалах дела отсутствуют полученные в соответствии с требованиями УПК РФ доказательства, подтверждающие сведения об имеющейся в отношении Г. оперативной информации относительно сбыта ею марихуаны. Считает, что со стороны сотрудников милиции в отношении Г. имели место провокационные действия.

Судом не были опровергнуты показания Г. о том, что обратившемуся к ней А. с просьбой собрать дикорастущую на ее участке коноплю, она предложила сделать это самостоятельно, однако тот сделать это отказался, сославшись на чистую одежду, и пообещал ей за помощь 100 рублей. На ее попытку нарвать коноплю полными стеблями, А. сделал ей замечание, попросив рвать только листья.

По мнению защиты, материалами дела не доказан умысел Г. на незаконный сбыт наркотического средства и вовлечение несовершеннолетних У. и С. в преступную деятельность. Полагает, что Г. была введена А. в заблуждение относительно целей и содержания, совершаемых ею действий, поскольку ранее к уголовной ответственности за незаконный оборот наркотических средств она не привлекалась, сбор конопли производила под непосредственным руководством закупщика А.

В кассационной жалобе осужденная Г., не соглашаясь с приговором суда, считает его необоснованным и несправедливым.

Считает, что уголовное дело в отношении ее было сфабриковано работниками милиции. Сбором конопли, которая свободно растет на территории их деревни, и ее продажей, она никогда не занималась, о наркотических свойствах не знала и покупателей не подыскивала. Ранее пришедшего к ней А., который уговорил ее нарвать конопли, она не знала. Последний при этом учил ее, как следует это делать, и спровоцировал на сбыт конопли. Своего сына У. она также собирать коноплю для А. не уговаривала.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления и кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать не только описание преступного деяния, признанного судом доказанным, но и доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, а также мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

При этом выводы обвинительного приговора относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, должны быть бесспорны и однозначны.

Данные требования процессуального закона судом нарушены.

Так, судом признано установленным, что Г. вовлекла несовершеннолетних У. и С. в совершение особо тяжкого преступления, пообещав им впоследствии материальное вознаграждение.

Давая юридическую оценку действиям Г. в этой части, суд указал, что она совершила вовлечение несовершеннолетнего в совершение особо тяжкого преступления путем обещаний.

Однако в описательно-мотивировочной части приговора, делая вывод о доказанности вины Г. в данном преступлении, суд допустил противоречие, указав, что вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность было совершено ею путем уговора.

Допущенное судом противоречие, по мнению судебной коллегии, является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку из приговора непонятно каким именно способом Г. было совершено данное преступление.

Кроме того, в соответствии с требованиями ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, то есть должен основываться на материалах дела, которые расследованы и рассмотрены судом в точном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а выводы суда построены на достоверных доказательствах в совокупности, которая исключает другое решение, кроме принятого судом.

Эти требования закона судом по данному делу выполнены не в полной мере.

В соответствии со ст. 88 ч. 1 УПК РФ, каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Суд, исследовав материалы дела, указанные требования ст. 88 УПК РФ не выполнил, не дал оценки собранным по делу доказательствам с точки зрения их допустимости и относимости.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами" от 15 июня 2006 года, необходимыми условиями законности проведения проверочной закупки являются соблюдение оснований и требований для проведения оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных ст. 7 и ч. 7 ст. 8 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", в соответствии с которыми проверочная закупка веществ, свободная реализация которых запрещена, проводится на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

Как видно из материалов дела, такие постановления о проведении оперативно-розыскных мероприятий были приобщены к делу лишь в процессе его рассмотрения судом, однако в судебном заседании они не исследовались, вопрос о том, кем именно данные постановления утверждались, в суде не проверялся.

Кроме того, согласно вышеуказанному Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 года, результаты оперативно-розыскного мероприятия могут быть положены в основу приговора, если они получены в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у виновного умысла на незаконный оборот наркотических средств или психотропных веществ, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений, а также о проведении лицом всех подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния.

А согласно части 8 ст. 5 Федерального закона РФ "Об оперативно-розыскной деятельности" от 05 июля 1995 года с изменениями, внесенными 24 июля 2007 года - органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается "подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий (провокация); фальсифицировать результаты оперативно-розыскной деятельности.

Между тем, из показаний осужденной Г. следует, что на совершение преступления 29 августа 2006 года ее спровоцировал свидетель А., просивший нарвать ее дикорастущей конопли, объясняя это тем, что сам он сделать этого не может, так как одет в чистую одежду и может замараться. Она вначале отказывалась, но А. пообещал ей заплатить 100 рублей. При этом А. учил ее, как следует рвать коноплю. По его указанию она нарвала верхушек конопли, которые сложив в пакет, передала А., получив от него за это 100 рублей.

Из показаний подсудимого С. также следует, что 01 сентября 2006 года А. и их с У. просил нарвать ему конопли, пообещав дать им за это денег, на что они согласились.

Однако и этим обстоятельствам судом в нарушение требований ст. 307 УПК РФ в приговоре оценка не дана.

Версия Г., С. о том, что умысел на незаконный оборот наркотических средств сформировался у них под воздействием лица, участвующего при проведении оперативно-розыскных мероприятий - проверочная закупка, не получила должной оценки в приговоре. Суд не привел мотивы, по которым признал показания Г. и С. в этой части не достоверными, а также не дал оценки их показаниям в совокупности с другими доказательствами.

Кроме того, в соответствии с требованиями ст. 240 ч. 3 УПК РФ, приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Эти требования закона судом также не выполнены.

Как видно из приговора, суд в обоснование своего вывода о виновности Г., У. и С., сослался в приговоре на показания У., данные в стадии предварительного следствия.

Однако как следует из протокола судебного заседания, данные показания У. не были оглашены в порядке ст. 276 УПК РФ, а потому суд не мог ссылаться на них в приговоре.

Из протокола судебного заседания также видно, что У., не признав свою вину в предъявленном ему обвинении, от дачи показаний не отказывался. Между тем, суд, при согласии подсудимого У. дать показания, не предоставил ему такой возможности, и в нарушение ст. 276 УПК РФ, как следует из протокола судебного заседания, указал, что огласил его показания на л. д. 000. Однако, как видно из материалов дела, данным листам соответствуют постановление об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении У. и его подписка о невыезде и надлежащем поведении.

Допущенные судом нарушения требований уголовно-процессуального закона являются существенными, а потому приговор суда нельзя признать законным и обоснованным, он подлежит отмене, а уголовное дело - направлению в суд на новое рассмотрение, при котором суду первой инстанции надлежит учесть изложенное выше, тщательно проверить представленные доказательства, дать им соответствующую оценку и в зависимости от установленного, принять по делу законное и обоснованное решение, надлежащим образом мотивировав в приговоре свои выводы.

Что касается доводов кассационного представления о том, что назначенное У. и С. наказание с применением ст. 73 УК РФ является чрезмерно мягким, то согласиться с ними нельзя, поскольку приведенные государственным обвинителем в обоснование этого довода обстоятельства суду были известны. Эти обстоятельства согласно ст. 63 УК РФ не могут учитываться в качестве отягчающих. А потому, при новом рассмотрении дела, в случае признания У. и С. виновными в совершении преступления, суду не следует учитывать доводы представления государственного обвинителя в этой части.

Поскольку мера пресечения в виде заключения под стражу избрана Г. приговором суда, судебная коллегия, отменяя приговор, изменяет Г. названную меру пресечения на подписку о невыезде.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Федерального суда общей юрисдикции Мошковского района Новосибирской области от 11 сентября 2008 года в отношении Г., У., С. отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, в ином составе суда.

Меру пресечения Г. содержание под стражей изменить на подписку о невыезде. Г. из-под стражи освободить.

Кассационное представление прокурора Мошковского района Ашифина К.А., кассационные жалобы адвоката Д.А.А. и осужденной Г. удовлетворить частично.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь