Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

 

ОБЗОР

КАССАЦИОННОЙ ПРАКТИКИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

ВЕРХОВНОГО СУДА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ЗА 1 КВАРТАЛ 2009 ГОДА

 

В соответствии с планом работы Верховного Суда Чувашской Республики на первое полугодие 2009 года судебной коллегией по уголовным делам проведен анализ судебной практики в суде кассационной инстанции и изучены наиболее часто встречающиеся причины отмен и изменения приговоров, а также отмен постановлений судов в кассационном порядке за первый квартал 2009 года.

 

Вопросы квалификации

 

Действия осужденного переквалифицированы судом кассационной инстанции со ст. 111 ч. 4 УК РФ на ст. 109 ч. 1 УК РФ.

Приговором Вурнарского районного суда Чувашской Республики от 8 декабря 2008 г. А., судимый приговором мирового судьи судебного участка N 2 Вурнарского района ЧР от 10 октября 2007 г. по ст. 116 ч. 1 УК РФ к 160 часам обязательных работ, осужден по ст. 111 ч. 4 УК РФ к восьми годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором суда А. признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью И., опасного для жизни и повлекшего по неосторожности его смерть.

В кассационной жалобе защитник М. просил отменить приговор суда и прекратить уголовное преследование А. за отсутствием в его действиях состава преступления.

В кассационной жалобе защитник В. также выразил несогласие с приговором суда, указав, что вина А. в предъявленном обвинении не доказана.

В кассационной жалобе осужденный А. указал, что суд неправильно применил нормы уголовного и уголовно-процессуального законов, его действия квалифицированы по ст. 111 ч. 4 УК РФ неправильно, так как у него не было умысла на причинение тяжкого вреда здоровью И.

В возражениях на кассационные жалобы осужденного и его защитников заместитель прокурора Вурнарского района ЧР и представитель потерпевшей просили приговор оставить без изменения.

Судебная коллегия приговор изменила в части квалификации действий осужденного по следующим основаниям.

В описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния суд пришел к выводу о доказанности вины А. в совершении указанного преступления. Давая оценку доказательствам в совокупности и квалифицируя действия осужденного по ст. 111 ч. 4 УК РФ, суд пришел к выводу о том, что в его действиях содержится состав указанного преступления.

Однако как следует из материалов дела, доказательств совершения указанного преступления органами предварительного следствия не представлено. Ни в явке с повинной, ни в протоколе очной ставки подозреваемого А. с М., проведенной с участием защитника подозреваемого, ни в протоколе допроса А. в качестве обвиняемого также с участием защитника осужденным не указывалось, что он умышленно нанес тяжкие телесные повреждения И. Наоборот, он утверждал, что умысла на причинение тяжких телесных повреждений И. у него не было. С И. они боролись, и в ходе борьбы он неудачно уронил И., упав на его лицо грудью сверху. Он хотел применить прием, чтобы бросить И. через себя, но прием у него не получился, и вместе с И. они упали на землю. И. ударился затылочной частью головы о деревянные доски, которые лежали на земле, а он всем своим телом упал на него сверху и своей грудью ударился об его голову. После этого он встал и ушел, подумав, что И. отойдет от падения, встанет и уйдет. За то, что он нанес И. телесные повреждения ранее в период с 12 до 15 часов во дворе его матери, он был осужден по ст. 116 ч. 1 УК РФ. С И. они учились в одном классе, выросли вместе, были хорошими знакомыми и раньше с ним отношения не выясняли и не дрались.

Из показаний свидетеля М., данных в ходе предварительного расследования, следует, что ссора между А. и И. переросла в драку. При нем А. нанес много ударов кулаками по различным частям тела И. Потом А. уронил И., и они оба упали. Снизу лежал И., а сверху А., который при нем три раза ударил И. Затем он ушел домой, подумав, что они остановятся сами.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы от 25 мая - 11 августа 2008 г. N 49-к следует, что смерть И. наступила от закрытой спинномозговой травмы с вывихом 7-го шейного позвонка и повреждением вещества спинного мозга, кровоизлиянием в мозг и мягкие ткани. Смерть наступила следом за травмой быстро. Данная травма причинена травматическим воздействием тупым твердым предметом, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Кроме того, на лице И. имелись 5 ссадин и 1 кровоподтек на верхнем веке правого глаза. Данные телесные повреждения причинены травматическим воздействием тупым твердым предметом. Они не причинили вреда здоровью и по степени тяжести не квалифицируются. Повреждения на лице и в теменно-затылочной области головы И. могли быть причинены при любом положении потерпевшего - сидя, стоя, лежа. Закрытая спинномозговая травма в форме вывиха 7-го шейного позвонка с повреждением вещества спинного мозга, с разрывом межпозвонкового диска между УП шейным и 1 грудным позвонками и повреждением передней продольной связки, могла образоваться при любом положении потерпевшего, в котором было возможно резкое переразгибание позвоночного столба (запрокидывание головы назад).

Механизм причинения спинномозговой травмы свидетельствует о том, что, вероятнее всего, она образовалась при резком переразгибании позвоночника в шейном отделе, что могло иметь место при падении назад из положения стоя на неровную поверхность. Возможность причинения данной травмы при "резком повороте головы другим человеком, либо при нанесении ударов по лицу И." маловероятна.

При таких обстоятельствах судебная коллегия посчитала, что выводы эксперта о вероятности образования спинномозговой травмы, приведшей к смерти потерпевшего при резком переразгибании позвоночника в шейном отделе, что могло иметь место при падении назад из положения стоя на неровную поверхность, полностью соответствуют показаниям А. и М. о том, что А. неудачно уронил И., который упал на спину и ударился головой о неровную поверхность.

В соответствии с требованиями законодателя уголовная ответственность по ч. 4 ст. 111 УК РФ наступает при условии, если виновный, совершая противоправные действия, предвидел возможность причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, и желал либо сознательно допускал наступление такого результата.

В приговоре одним из доказательств вины осужденного суд привел указанное заключение судебно-медицинского эксперта о причинах смерти И., а мотивируя вывод о наличии в действиях А. умысла на причинение тяжкого вреда его здоровью, суд сослался на показания свидетелей М. и Ш. о том, что А., имея физическое преимущество, нанес И., который был в состоянии сильного алкогольного опьянения и практически не оказывал ему сопротивление, не менее 15 ударов кулаками по различным частям тела, невзирая на неоднократные попытки Ш. и М. пресечь эти действия осужденного. Кроме того, после падения И., осужденный также нанес потерпевшему несколько ударов, несмотря на то, что после падения И. не вставал и не двигался. Суд пришел к выводу, что А. мог и должен был предвидеть и осознавать, либо сознательно допускать, что совершает действия, которые могут быть опасны для здоровья И. В то же время, суд допустил, что наступление смерти И. умыслом осужденного не охватывалось.

Однако судебная коллегия посчитала, что данных о причинении А. тяжкого вреда здоровью И., повлекшего по неосторожности его смерть, в материалах дела не имеется. Выводы суда о том, что А. сознательно допускал возможность причинения И. тяжких телесных повреждений и желал этого, приведенными в приговоре доказательствами не подтверждаются и носят предположительный характер.

Из заключения эксперта видно, что на лице И. имелось всего 5 ссадин, а кровоподтек был причинен не травматическим воздействием каким-либо предметом. Других каких-либо телесных повреждений на теле И. кроме спинномозговой травмы не было. Приговором мирового судьи от 10 октября 2007 года А. уже был осужден по ст. 116 ч. 1 УК РФ за нанесение телесных повреждений, не причинивших вреда здоровью И. Данных, подтверждающих вывод суда о нанесении потерпевшему не менее 15 ударов кулаками по различным частям тела, в материалах дела не имеется. Механизм причинения потерпевшему спинномозговой травмы свидетельствует об образовании данной травмы при резком переразгибании позвоночника в шейном отделе, что и имело место при падении потерпевшего назад из положения стоя на неровную поверхность.

Согласно требованиям закона причинение смерти потерпевшему путем нанесения побоев или телесных повреждений, а равно наступление смерти потерпевшего в результате удара его о твердый предмет при падении от толчка или побоев, нанесенных виновным, квалифицируется как причинение смерти по неосторожности. При этом непременным условием является то, что действия виновным совершены без умысла на убийство или на причинение тяжкого вреда здоровью, когда установлено, что он по обстоятельствам дела мог и должен был предвидеть наступившие последствия.

Выводы суда о причинении А. потерпевшему И. умышленно тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности его смерть, и что об умысле, направленном на причинение тяжких телесных повреждений свидетельствуют показания свидетелей М. и Ш., судебная коллегия посчитала необоснованными.

Так, А. нанес потерпевшему удары кулаком в лицо, которые не причинили вреда здоровью потерпевшего, а затем уронил его. При падении в результате удара затылочной областью головы о неровную поверхность на земле потерпевший получил закрытую спинномозговую травму с вывихом 7-го шейного позвонка и повреждением спинного мозга, что явилось причиной его смерти. В ходе предварительного расследования дела А. показывал, что умысла на причинение тяжких телесных повреждений у него не было.

Судебная коллегия посчитала, что, применяя прием и роняя И. на землю, А. не желал и не предвидел тяжких последствий и смерти потерпевшего, хотя должен был и мог это предвидеть.

В связи с этим действия А. были переквалифицированы с ч. 4 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 109 УК РФ по признакам причинения смерти по неосторожности с назначением ему наказания в виде одного года шести месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

В остальной части приговор суда оставлен без изменения.

(Кассационное дело N 22-217)

 

Квалифицирующий признак "незаконная перевозка наркотического средства" исключен из квалификации действий осужденной по ст. 228 ч. 1 УК РФ, поскольку она хранила при себе наркотическое средство, предназначенное для личного потребления.

Приговором Московского районного суда г. Чебоксары от 28 ноября 2008 г. Н. осуждена по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году 6 месяцам исправительных работ с удержанием 15% заработка в доход государства.

Н. осуждена за незаконное приобретение, хранение и перевозку без цели сбыта наркотического средства героина в крупном размере.

В судебном заседании осужденная Н. виновной себя в предъявленном обвинении признала полностью.

В кассационном представлении прокурор района указал на то, что действия Н. не могут квалифицироваться как "перевозка наркотического средства", поскольку она хранила при себе героин, предназначенный для личного потребления. Назначенное осужденной наказание является несправедливым ввиду чрезмерной мягкости, так как преступление представляет повышенную общественную опасность, направлено против здоровья и нравственности.

Судебная коллегия, изменив приговор, указала в определении, что выводы суда о виновности Н. в совершении указанного в приговоре преступления основаны на имеющихся по делу доказательствах.

Анализ всех имеющихся по делу доказательств в их совокупности свидетельствует о правильности квалификации действий Н. по ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Наказание Н. назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ею преступления, данных, характеризующих ее личность, обстоятельств, влияющих на назначение наказания, и является справедливым.

Вместе с тем, действия Н. не могут квалифицироваться по признаку "незаконной перевозки наркотического средства", поскольку она хранила при себе наркотическое средство героин, предназначенный для личного потребления.

При таких обстоятельствах упомянутый квалифицирующий признак ст. 228 ч. 1 УК РФ был исключен из приговора.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

(Кассационное дело N 22-26)

 

Приговор в части осуждения лица по ст. 222 ч. 1 УК РФ был отменен судебной коллегией с прекращением производства по делу, поскольку осужденный добровольно выдал оружие и боеприпасы.

Приговором Московского районного суда г. Чебоксары от 13 ноября 2008 г. К. осужден по ст. 131 ч. 2 п. "в" УК РФ к 6 годам лишения свободы; по ст. 222 ч. 1 УК РФ к 2 годам лишения свободы без штрафа. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний ему назначено 6 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения оставлена без изменения - содержание под стражей.

К. осужден за изнасилование А., соединенное с угрозой убийством, а также за незаконное приобретение и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов.

В судебном заседании осужденный К. виновным себя не признал.

В кассационной жалобе К. просил приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение в связи с необоснованным осуждением его за изнасилование.

Адвокат Н. в защиту интересов осужденного также просил приговор отменить как вынесенный на противоречивых показаниях потерпевшей А., которая оговорила осужденного. Также просил приговор в части осуждения К. по ст. 222 ч. 1 УК РФ отменить и освободить К. от уголовной ответственности в связи с добровольной выдачей оружия и боеприпасов в виде трех патронов.

Судебная коллегия приговор в части осуждения К. по ст. 131 ч. 2 п. "в" УК РФ нашла законным и обоснованным.

Вместе с тем, в части осуждения К. по ст. 222 ч. 1 УК РФ приговор был отменен, а уголовное дело в этой части прекращено по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, а также показаний свидетеля И., являющегося оперуполномоченным УУР МВД по ЧР, сотрудникам правоохранительных органов стало известно о незаконном хранении К. револьвера в ходе его опроса по сообщению о совершенном им изнасиловании.

После чего он добровольно выдал работникам милиции револьвер и три патрона к нему.

При таких обстоятельствах выводы суда о том, что огнестрельное оружие и боеприпасы к нему осужденным выданы не добровольно, а под угрозой реального разоблачения, признаны судебной коллегией необоснованными.

Согласно примечанию к ст. 222 УК РФ (в ред. Федерального закона от 08.12.2003 N 162-ФЗ) лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в этой статье, освобождается от уголовной ответственности.

В связи с этим К., как лицо, добровольно сдавшее огнестрельное оружие и боеприпасы, был освобожден судебной коллегией от уголовной ответственности по ст. 222 ч. 1 УК РФ.

(Кассационное дело N 22-29)

 

Приговор в части осуждения четырех лиц по ст. 126 ч. 2 пп. "а, д" и ст. 127 ч. 2 пп. "а, д" УК РФ отменен и производство по уголовному делу в указанной части прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в их действиях состава преступления.

Приговором Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от 11 ноября 2008 г. М. осужден по ст. 330 ч. 2 УК РФ к 3 годам лишения свободы; по ст. 126 ч. 2 пп. "а, д" УК РФ к 6 годам лишения свободы. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено наказание в виде 6 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

А. осужден по ст. 330 ч. 2 УК РФ к 3 годам лишения свободы; по ст. 126 ч. 2 пп. "а, д " УК РФ к 6 годам лишения свободы; по ст. 163 ч. 1 УК РФ к 3 годам лишения свободы без штрафа. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено наказание в виде 6 лет 8 месяцев лишения свободы без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

П. осужден по ст. 330 ч. 2 УК РФ к 3 годам лишения свободы; по ст. 126 ч. 2 пп. "а, д " УК РФ к 6 годам лишения свободы. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено наказание в виде 6 лет 6 месяцев лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое наказание по приговору Шумерлинского районного суда ЧР от 15 февраля 2008 г. и окончательно назначено наказание в виде 7 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Л. осужден по ст. 330 ч. 2 УК РФ к 3 годам лишения свободы; по ст. 127 ч. 2 пп. "а, д" УК РФ к 3 годам лишения свободы. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

По приговору А., Л., М. и П. признаны виновными в самоуправстве, совершенном с применением насилия в отношении потерпевшего С. Кроме того, А., М., П. признаны виновными в похищении человека, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в отношении заведомо несовершеннолетнего, а Л. признан виновным в незаконном лишении человека свободы, совершенном группой лиц по предварительному сговору в отношении заведомо несовершеннолетнего. А., кроме того, признан виновным в вымогательстве, то есть в требовании передачи чужого имущества под угрозой применения насилия.

Согласно приговору указанные преступления ими совершены 21 марта 2008 г. в Шумерлинском районе и в городе Шумерля.

В судебном заседании осужденные А., Л., М. и П. признали вину в самоуправстве, в вымогательстве вину не признали; А., М., П. в похищении человека вину не признали, и Л. виновным себя в незаконном лишении человека свободы не признал.

В кассационных жалобах осужденные просили отменить приговор, и уголовное дело в части их осуждения за вымогательство, похищение человека и незаконное лишение свободы прекратить производством.

В кассационном представлении государственный обвинитель также поставил вопрос об отмене приговора с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, указав, что при доказанности в суде вины подсудимых в совершении преступления, предусмотренного пп. "а, в" ч. 2 ст. 163 УК РФ, содеянное ими судом необоснованно было квалифицировано по ч. 2 ст. 330 УК РФ, а действия А. по ч. 1 ст. 163 УК РФ, как эксцесс исполнителя. Несовершеннолетний С. какого-либо долга, денежных обязательств перед осужденными не имел, и поэтому в их действиях содержится состав вымогательства, а не самоуправства.

Судебная коллегия приговор изменила, указав в определении следующее.

Как установлено судом 12 марта 2008 г. М., являющийся таксистом службы такси г. Шумерля, по вызову обслуживал знакомого С. За указанную поездку С. по тарифу должен был заплатить таксисту М. 3800 рублей. Однако С. за предоставленные ему услуги такси оплату не произвел, на телефонные звонки не отвечал, встреч с М. избегал. 21 марта 2008 г. М. с целью получения долга договорился с А., также являющимся таксистом, о встрече с ним в г. Шумерля. Предварительно договорившись с потерпевшим С., А. на такси под управлением К. поехали с ним в г. Шумерля. По пути в машину сели М. и П., и все поехали на территорию бывшего кирпичного завода, где в ходе беседы М. и остальные стали требовать от С. расплатиться за предоставленные ему услуги такси. Когда он отказался от погашения долга за такси, М., А. и П. применили в отношении него насилие, нанесли ему удары руками и ногами по телу. Затем все вместе подъехали к дому N 47 по улице Сурская г. Шумерля, где к ним подошел Л., работавший до увольнения также таксистом. В подвальном помещении указанного дома они все вновь стали требовать вернуть долг, нанесли С. побои. Позвонив сожительнице, потерпевший договорился, что она отдаст им его долг в сумме 3000 рублей. После чего М. с А. поехали к сожительнице за деньгами. Вернувшись с деньгами, осужденные отпустили потерпевшего.

Находясь в подвале, А. угрожая применением насилия, высказывал требования о передаче ему дополнительно 5000 рублей.

Указанные обстоятельства в судебном заседании были подтверждены совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре: оглашенными на основании ст. 281 ч. 2 п. 4 УПК РФ последовательными показаниями потерпевшего С., показаниями осужденных М., П., Л., А., которые виновными признали себя частично, показаниями свидетеля П., протоколом осмотра места происшествия и другими указанными в приговоре доказательствами.

Суд всесторонне, полно и объективно исследовав имеющиеся по делу доказательства и оценив их, пришел к правильному выводу о том, что 21 марта 2008 г. осужденными было совершено самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение действий по требованию возврата долга у потерпевшего С., с причинением последнему существенного вреда, совершенного с применением насилия.

При этом судом первой инстанции действия осужденных обоснованно были переквалифицированы с пп. "а, в" ч. 2 ст. 163 УК РФ на ч. 2 ст. 330 УК РФ.

Однако, проанализировав собранные доказательства в совокупности, судебная коллегия посчитала, что судом первой инстанции действия осужденных М., А., П. по пп. " а, д " ч. 2 ст. 126 УК РФ как похищение человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в отношении заведомо несовершеннолетнего и Л. по пп. "а, д" ч. 2 ст. 127 УК РФ как незаконное лишение человека свободы, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в отношении заведомо несовершеннолетнего, квалифицированы без достаточных на то оснований.

Как видно из материалов дела, потерпевший С. был привезен М. и А. на такси в г. Шумерля с целью разговора о возврате долга за ранее оказанные ему услуги такси. С этой же целью к ним присоединились П. и Л. При этом цели похищения, захвата и незаконного лишения свободы С. у осужденных не было, их действия явились лишь способом возврата долга. После получения долга потерпевший сразу же был отпущен ими.

В связи с этим судебная коллегия осуждение по ст. 126 ч. 2 пп. "а, д" и по ст. 127 ч. 2 пп. "а, д" УК РФ исключила из приговора, а производство по делу в этой части прекратила за отсутствием в действиях осужденных состава преступления.

(Кассационное дело N 22-381)

 

При переквалификации действий осужденного со ст. 30 ч. 3, 105 ч. 1 УК РФ на ст. 112 ч. 1 УК РФ судом не были исследованы и устранены противоречия в показаниях осужденного и потерпевшего на предварительном следствии и в суде, им не дана какая-либо оценка. В связи с этим приговор в указанной части был отменен судом кассационной инстанции с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

Приговором Ибресинского районного суда Чувашской Республики от 23 января 2009 г. К. осужден к лишению свободы по ст. 222 ч. 1 УК РФ (по эпизоду незаконного хранения боеприпасов) на один год без штрафа; по ст. 222 ч. 1 УК РФ (по эпизоду незаконного хранения огнестрельного оружия) на один год без штрафа; по ст. 223 ч. 1 УК РФ на один год; по ст. 112 ч. 1 УК РФ на два года.

На основании ст. 69 ч. 2 УК РФ по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, окончательно назначено наказание в виде двух лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

К. признан виновным в незаконном хранении боеприпасов, в незаконном изготовлении огнестрельного оружия, его незаконном хранении и в умышленном причинении Ф. средней тяжести вреда здоровью путем производства выстрела из огнестрельного оружия.

Виновным себя К. признал частично.

В кассационном представлении прокурор поставил вопрос об отмене приговора в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела установленным судом, а также ввиду неправильного применения уголовного закона. Указал, что действия К. в отношении Ф. судом необоснованно переквалифицированы со ст. 30 ч. 3, 105 ч. 1 УК РФ на ст. 112 ч. 1 УК РФ.

Судебная коллегия приговор суда в части осуждения Ф. по ст. 112 ч. 1 УК РФ отменила, и дело в этой части направила в тот же суд на новое судебное рассмотрение в ином составе судей, указав в определении следующее.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ обвинительный приговор должен содержать всесторонний анализ доказательств, на основании которых суд обосновал свои выводы, при этом должны получить оценку все доказательства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимого, а имеющиеся противоречия выяснены и устранены.

Однако данные требования закона судом не были выполнены надлежащим образом, и приговор в части осуждения К. по ст. 112 ч. 1 УК РФ постановлен без учета всех обстоятельств дела.

К. органами следствия обвинялся в покушении на умышленное убийство Ф., то есть в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3, 105 ч. 1 УК РФ. При этом в основу обвинения положены и первоначальные показания К. на предварительном следствии об обстоятельствах совершения указанного преступления, протокол явки с повинной, показания в качестве подозреваемого, протокол допроса подозреваемого на месте совершения преступления. В данных показаниях осужденный указывал, что он, перед тем как выстрелить, произносил слова об убийстве. В показаниях потерпевшего Ф., данных им в ходе предварительного следствия, также утверждалось, что осужденный угрожал ему убийством, перед тем как выстрелить.

Из протокола судебного заседания усматривается, что эти показания судом оглашены ввиду наличия противоречий в показаниях подсудимого и потерпевшего, данных ими в судебном заседании и в ходе предварительного следствия.

Однако в приговоре судом данные противоречия не исследованы, не устранены, им не дана какая-либо оценка.

(Кассационное дело N 22-402)

 

Процессуальные вопросы

 

Судебная коллегия приговор отменила на основании п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции.

Приговором Ленинского районного суда г. Чебоксары от 24 ноября 2008 г. Л. осужден по ч. 2 ст. 290 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления сроком на 2 года.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное Л. наказание в части основного наказания постановлено считать условным с испытательным сроком на 3 года.

Л. признан виновным в получении должностным лицом лично взятки в виде денег за незаконные действия в пользу представляемого взяткодателем лица.

Преступление им совершено в период с декабря 2006 года по апрель 2007 года в г. Новочебоксарске.

В судебном заседании Л. вину в совершении вышеуказанного преступления не признал.

В кассационном представлении государственным обвинителем ставился вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование указывалось, что органом предварительного следствия осужденному предъявлено обвинение в получении взятки в сумме 3000 рублей и по делу добыты доказательства, подтверждающие получение осужденным от В., действующей в интересах осужденного П., денег в сумме 3000 рублей в виде взятки. Судом же Л. осужден за получение взятки в сумме 1000 рублей, а в отношении 2000 рублей, полученных им, суд пришел к выводу о законности его действий. При этом судом не дано какой-либо оценки тому обстоятельству, что указанная сумма денег им получена за то, чтобы не чинить осужденному П. каких-либо препятствий для условно-досрочного освобождения от отбывания наказания.

Осужденный Л. в кассационной жалобе выразил свое несогласие с приговором в полном объеме со ссылкой на то, что при его вынесении судом не в полной мере учтены показания свидетеля Б., основной свидетель П. в судебное заседание не явился, непосредственно судом не был допрошен, а свидетели Д. и Г. дали показания против него из личной неприязни. В связи этим осужденный просил направить дело на новое судебное рассмотрение.

Судебная коллегия приговор отменила по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что Л., работая в должности младшего инспектора отдела безопасности исправительной колонии, 4 апреля 2007 г. получил от В., знакомой осужденного П., отбывающего наказание в этой колонии, деньги в сумме 3000 рублей, а также сотовый телефон с зарядным устройством для проноса на территорию колонии и последующей передачи осужденному П.

Данный факт подтверждается показаниями осужденного Л., свидетеля В., свидетелей Д., Г., Н., Ш., а также письменными доказательствами, подтверждающими факты пометки 3 денежных купюр достоинством 1000 рублей и передачи их, а также сотового телефона "Моторолла" и зарядного устройства к нему для проведения ОРМ "оперативный эксперимент" свидетелю В., протоколами задержания и личного досмотра Л., в ходе которого у него было изъято вышеуказанное имущество.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что Л. из корыстной заинтересованности, вопреки интересам исправительного учреждения и в нарушение требований должностных инструкций в декабре 2006 года вступил во внеслужебные отношения с осужденным П. и потребовал передачи ему 1000 рублей за пронос для П. на территорию колонии сотового телефона, а 4 апреля 2007 года получил от В., знакомой П., взятку в сумме 1000 рублей за незаконные пронос на территорию ИК-3 и последующей передачи осужденному П. сотового телефона и зарядного устройства к нему. Из предъявленного обвинения судом исключено получение Л. взятки в сумме 2000 рублей за несоставление рапортов в отношении осужденного со ссылкой на то, что суду не представлено доказательств совершения осужденным П. дисциплинарных проступков, а равно не доказан факт совершения Л. общего покровительства либо попустительства осужденному П.

При этом, несмотря на очевидность для суда факта получения осужденным 3000 рублей, а не 1000 рублей, как отражено в приговоре, суд в приговоре не изложил суждений относительно факта получения им 2000 рублей.

Из предъявленного Л. обвинения следует, что указанная сумма им получена за незаконное бездействие - несоставление рапортов о выявленных нарушениях, совершенных осужденным П., которые могли послужить основанием для отказа в удовлетворении представления об условно-досрочном освобождении последнего. Соответственно Л. предъявлено обвинение в получении взятки за общее покровительство и попустительство по службе, что предполагает получение взятки-подкупа на перспективу. При этом получение взятки является оконченным с момента принятия предмета взятки независимо от того, было ли выполнено действие (бездействие), за которое она давалась.

Данным обстоятельствам судом первой инстанции какая-либо оценка не дана и суждений суда в этой части в приговоре не содержится. Оставлены без обсуждения и показания осужденного П. в той части, что Л. стал проявлять по отношению к нему особое внимание и придираться, что могло повлиять на разрешение вопроса о его условно-досрочном освобождении. В ходе разговора с ним Л. пояснил, что может изменить отношение к нему, но это будет стоить ему подарка в виде микроволновой печи, а затем они договорились, что за несоставление рапортов на него он должен будет передать Л. 2000 рублей. В марте 2007 г. Л. напомнил ему об этом разговоре, и дополнительно они договорились, что Л. пронесет ему в колонию сотовый телефон за 1000 рублей.

В связи с этим приговор был отменен на основании п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции.

(Кассационное дело N 22-48)

 

Другой приговор был отменен судебной коллегией ввиду нарушения судом требований ст. 307 п. 1 УПК РФ, согласно которой описательная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным судом.

Приговором Ленинского районного суда г. Чебоксары от 23 декабря 2008 г. В. осужден по ст. 330 ч. 2 УК РФ к лишению свободы на срок два года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком два года.

На В. возложены обязанности: встать на учет и являться на регистрацию в орган, осуществляющий контроль за исправлением осужденных в дни, определяемые данным органом, не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного.

В. признан виновным в самовольной, вопреки установленному законом и иными нормативными актами порядку реализации своих прав по истребованию имущества из чужого незаконного владения, совершенной с применением насилия и причинением существенного вреда. Преступление совершено 28 апреля 2006 г. в г. Чебоксары.

В судебном заседании В. виновным себя не признал.

В кассационной жалобе потерпевший С. просил приговор отменить и направить дело на новое рассмотрение в связи с тем, что суд необоснованно переквалифицировал действия В. на ст. 330 ч. 2 УК РФ, посчитав достоверными показания осужденного о наличии у него перед последним денежного долга.

В кассационном представлении прокурора приводились доводы о нарушении судом при составлении приговора положений ст. 307 УПК РФ.

Судебная коллегия приговор отменила и направила дело на новое рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 379, 380 УПК РФ основанием для отмены приговора в кассационном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. При этом приговор признается несоответствующим фактическим обстоятельствам дела, когда выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, на правильное применение уголовного закона.

Согласно ст. 307 п. 1 УПК РФ описательная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным судом.

По настоящему делу эти требования закона не выполнены.

Из резолютивной части приговора следует, что В. осужден по ст. 330 ч. 2 УК РФ.

Вместе с тем, при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, приведены доводы о совершении В. умышленного корыстного преступления и отсутствуют какие-либо указания на самовольное совершение действия по завладению имуществом потерпевшего С. Кроме того, в приговоре отсутствует мотивировка принятого судом решения о переквалификации действий осужденного со ст. 162 ч. 1 УК РФ на ст. 330 ч. 2 УК РФ.

(Кассационное дело N 22-241)

 

Вопросы назначения наказания

и вида исправительного учреждения осужденным

к лишению свободы

 

В первом квартале 2009 года значительно увеличилось количество приговоров, по которым осужденным назначался вид исправительного учреждения без учета требований статьи 58 УК РФ, что послужило основанием для изменения приговоров. В связи с чем, обращаем на это особое внимание.

Приговором Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от 31 декабря 2008 г. Г., судимый приговором Верховного Суда ЧР от 29 апреля 1997 г. с учетом переквалификации действий постановлением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 26 марта 2004 г. по ст. 103 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожденный постановлением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 20 января 2005 г. условно-досрочно на 1 год 8 месяцев 6 дней, осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ к десяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Приговором суда Г. признан виновным в умышленном причинении смерти Ф., совершенном 3 сентября 2008 г.

В судебном заседании осужденный свою вину в содеянном признал.

В кассационном представлении прокурор, считая вину в совершенном Г. преступлении доказанной и не оспаривая квалификацию содеянного, выразил свое несогласие с приговором суда в части назначения осужденному наказания и вида исправительного учреждения. Указал, что суд при назначении осужденному наказания ошибочно учел наличие в действиях виновного особо опасного рецидива преступлений и назначил отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Судебная коллегия, найдя в целом приговор законным и обоснованным, изменила его в части назначенного осужденному для отбывания наказания вида исправительного учреждения, указав в определении следующее.

В соответствии со ст. 58 ч. 1 п. "в" УК РФ отбывание лишения свободы назначается мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также при рецидиве или опасном рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы - в исправительных колониях строгого режима.

В соответствии со ст. 387 ч. 3 УПК РФ суд кассационной инстанции вправе назначить осужденному вид исправительного учреждения в соответствии с требованиями закона.

Из материалов дела следует, что Г. совершил преступление, законом отнесенное к категории особо тяжких. Ранее он отбывал наказание по предыдущему приговору за преступление, отнесенное к категории тяжких.

С учетом этого суд кассационной инстанции назначил ему для отбывания наказания исправительную колонию строгого режима.

(Кассационное дело N 22-279)

 

Приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 30 декабря 2008 г. Б. осуждена по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Б. осуждена за тайное хищение денежных средств в размере 13000 рублей, принадлежащих К.

По ходатайству Б. и в связи с полным признанием ею своей вины, приговор постановлен в особом порядке.

В кассационной жалобе осужденной была изложена просьба об изменении вида исправительного учреждения со строгого на общий и об исключении из приговора квалифицирующего признака п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ - причинение значительного ущерба.

В кассационном представлении прокурор указал, что приговор суда подлежит изменению ввиду неправильного определения осужденной вида исправительного учреждения. В соответствии с ч. 1 ст. 58 УК РФ Б. должна отбывать назначенное наказание в исправительной колонии общего режима.

Судебная коллегия изменила приговор в части назначенного осужденной для отбывания наказания вида исправительного учреждения, указав в определении следующее.

Виновность Б., кроме полного признания своей вины, полностью подтверждается собранными по делу доказательствами.

Действиям Б. дана надлежащая оценка, и они обоснованно квалифицированы по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Вместе с тем в соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы женщинам, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, в том числе при любом виде рецидива, назначается в исправительных колониях общего режима.

В связи с этим судебная коллегия определила для отбывания назначенного Б. наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор суда оставлен без изменения.

(Кассационное дело N 22-390)

 

Приговором Мариинско-Посадского районного суда Чувашской Республики от 23 декабря 2008 г. Г. осужден по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Г. признан виновным в тайном хищении имущества К., совершенном с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба потерпевшему.

В судебном заседании Г. полностью согласился с предъявленным обвинением, и по его ходатайству уголовное дело рассмотрено в особом порядке в соответствии с требованиями главы 40 УПК РФ.

В кассационной жалобе потерпевший К. просил снизить срок наказания, назначенного осужденному, назначить условное наказание.

Судебная коллегия не нашла оснований для изменения приговора по доводам, изложенным в кассационной жалобе, изменив тем не менее приговор в части назначенного осужденному для отбывания наказания вида исправительного учреждения по следующим основаниям.

Судом обоснованно в действиях осужденного признан рецидив преступлений, однако при этом осужденный в соответствии с п. 10 постановления Пленума ВС РФ N 14 от 12 ноября 2001 г. "О практике назначения судами видов исправительных учреждений" не может считаться лицом, ранее отбывавшим наказание в виде лишения свободы по приговору от 1 сентября 2006 г., поскольку исправительные работы ему заменялись на лишение свободы по основаниям, предусмотренным ч. 4 ст. 50 УК РФ.

В связи с этим осужденному для отбывания наказания в виде лишения свободы судебной коллегией определена исправительная колония общего режима.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

(Кассационное дело N 22-225)

 

Увеличилось и количество приговоров, измененных в связи с признанием судами в качестве отягчающего наказание обстоятельства рецидива преступлений без учета требований ст. 18 УК РФ.

Приговором Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 10 декабря 2008 г. В., судимая 7 апреля 2008 г. Новочебоксарским городским судом по ст. 228 ч. 1 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года, осуждена по ч. 1 ст. 228 УК РФ к лишению свободы на 1 год 6 месяцев.

На основании ч. 5 ст. 74, ч. 1 ст. 70 УК РФ к вновь назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 7 апреля 2008 г., и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в колонии-поселении.

В. признана виновной в приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства в крупном размере.

Преступление совершено в период с 15 до 18 часов 25 августа 2008 г. на территории г. Новочебоксарска.

По ходатайству В., признавшей вину в полном объеме, приговор постановлен в особом порядке без проведения судебного разбирательства.

В кассационном представлении государственный обвинитель просил изменить приговор, указав, что суд необоснованно признал в качестве отягчающего наказания обстоятельства рецидив преступлений.

Судебная коллегия изменила приговор, указав в определении следующее.

Виновность В. в инкриминируемом ей деянии подтверждается собранными доказательствами.

Действия подсудимой правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 228 УК РФ как незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Вместе с тем при назначении В. наказания в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, суд признал рецидив преступлений.

Однако в соответствии с п. "в" ч. 4 ст. 18 УК РФ при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за преступления, осуждение за которые признавалось условным либо по которым предоставлялась отсрочка исполнения приговора, если условное осуждение или отсрочка исполнения приговора не отменялись и лицо не направлялось для отбывания наказания в места лишения свободы, а также судимости, снятые или погашенные в порядке, установленном статьей 86 настоящего Кодекса.

Из материалов дела видно, что ранее В. была осуждена по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года.

Следовательно, в ее действиях отсутствует рецидив преступлений, и указание судом в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, наличие рецидива преступлений, является ошибочным.

С учетом этого судебная коллегия исключила из описательно-мотивировочной части приговора указание о признании в качестве обстоятельства, отягчающего наказание подсудимой, рецидива преступлений, а также снизила назначенное В. наказание до 1 года 9 месяцев лишения свободы.

(Кассационное дело N 22-195)

 

Приговором Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от 17 декабря 2008 г. К. осужден по ст. 161 ч. 2 пп. "а, в, г" УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, без штрафа.

На основании ст. 70 УК РФ окончательно определено наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Этим же приговором М. осужден по ст. 161 ч. 2 пп. "а, в, г" УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы; по ст. 158 ч. 2 п. "б" УК РФ к 2 годам лишения свободы; по ст. 158 ч. 2 пп. "а, б, в" УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы; по ст. 158 ч. 2 пп. "а, б, в" УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы; по ст. 158 ч. 2 пп. "а, б, в" УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения окончательно определено наказание в виде 5 лет лишения свободы без штрафа с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

К. и М. осуждены за грабеж, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, а М. также за ряд краж чужого имущества.

В судебном заседании осужденные виновными себя признали, и по ходатайству сторон дело рассмотрено в особом порядке.

В кассационных жалобах осужденные и их адвокаты просили смягчить назначенное наказание.

Судебная коллегия признала приговор законным и обоснованным и не нашла оснований для его изменения или отмены по доводам, изложенным в кассационных жалобах.

Однако приговор в отношении М. был изменен ввиду неправильного применения судом норм уголовного закона, касающегося вопроса рецидива преступлений.

При назначении наказания М. суд указал в приговоре, что наказание подсудимого М. отягчает опасный рецидив преступлений.

Между тем, в действиях М. не содержится опасного рецидива преступлений, поскольку у него имеются неснятые и непогашенные судимости за преступления, совершенные им в несовершеннолетнем возрасте, и в соответствии с требованиями ст. 18 ч. 4 п. "б" УК РФ их нельзя учитывать при решении вопроса о наличии в действиях осужденного рецидива преступлений.

В связи с этим данное указание суда исключено из приговора, и снижено наказание, отбывание лишения свободы осужденному определено в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

(Кассационное дело N 22-217)

 

Приговором Цивильского районного суда Чувашской Республики от 29 декабря 2008 г. Е., судимый 7 октября 2005 года по ст. 158 ч. 3 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года 6 месяцев со штрафом в размере 3000 рублей, осужден по ст. 158 ч. 3 п. "а" УК РФ к 2 годам 9 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 3000 рублей.

На основании ст. 70 ч. 5 УК РФ путем частичного присоединения к назначенному наказанию дополнительного наказания по приговору от 7 октября 2005 г. окончательное наказание по совокупности приговоров Е. назначено в виде 2 лет 9 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 4000 рублей.

Е. осужден за тайное хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба гражданину.

В кассационной жалобе осужденный Е. указал, что суд незаконно признал в его действиях рецидив преступлений. Просил отменить приговор и назначить ему более мягкое наказание, чем предусмотрено за данное преступление.

Судебная коллегия приговор суда изменила в части назначенного наказания, указав в определении следующее.

Уголовное дело в отношении Е. рассмотрено судом в особом порядке судебного разбирательства при согласии Е. с предъявленным ему обвинением.

Процедура судопроизводства, предусмотренная главой 40 УПК РФ, судом первой инстанции соблюдена.

Квалифицируя действия Е. по ст. 158 ч. 3 п. "а" УК РФ как хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба гражданину, суд первой инстанции исходил из того, что Е. полностью признал предъявленное ему обвинение в хищении чужого имущества, совершенном с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба гражданину. По согласованию с защитником ходатайствовал о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, государственный обвинитель и потерпевший П. заявили о своем согласии на применение особого порядка принятия судебного решения.

Наказание в виде реального лишения свободы осужденному назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, всех обстоятельств дела, данных о его личности.

Вместе с тем при назначении наказания суд учел в качестве отягчающего наказание обстоятельства рецидив преступлений.

В силу ст. 18 ч. 4 п. "в" УК РФ при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за преступления, осуждение за которые признавалось условным, если условное осуждение не отменялось и лицо не направлялось для отбывания наказания в места лишения свободы.

По приговору Ленинского районного суда г. Чебоксары от 7 октября 2005 г. Е. был осужден по ст. 158 ч. 3 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года 6 месяцев со штрафом в размере 3000 рублей.

Судом установлено, что на момент совершения Е. последнего преступления испытательный срок, назначенный по приговору Ленинского районного суда г. Чебоксары от 7 октября 2005 г., истек.

Из материалов дела видно, что условное осуждение по предыдущему приговору в отношении осужденного Е. не отменялось, он не направлялся для отбывания наказания в места лишения свободы.

Данное обстоятельство не получило надлежащей оценки при рассмотрении дела судом первой инстанции.

При таких обстоятельствах указание о признании отягчающим наказание Е. обстоятельством рецидива преступлений исключено из приговора, а назначенное осужденному Е. наказание в виде лишения свободы снижено судебной коллегией до 2 лет 7 месяцев.

В силу п. "б" ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы Е. назначено в исправительной колонии общего режима.

(Кассационное дело N 22-220)

 

Суд кассационной инстанции с учетом наличия по делу явки с повинной снизил назначенное судом наказание.

Приговором Ядринского районного суда Чувашской Республики от 24 декабря 2008 г. Ч. осужден по ст. 163 ч. 2 п. "в" УК РФ к 3 годам лишения свободы без штрафа, по ст. 163 ч. 2 п. "в" УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы без штрафа. На основании ст. 69 ч. 2 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательное наказание определено в виде 4 лет лишения свободы без штрафа с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Ч. осужден за два эпизода вымогательства, совершенного с применением насилия.

В суде осужденный вину признал полностью.

В кассационной жалобе осужденный Ч. указал, что приговор суда является излишне суровым. Суд, по его мнению, не учел, что он встал на путь исправления, работал, сделал явку с повинной. Также указал, что суд необоснованно признал в его действиях наличие рецидива преступлений, по делу не добыто доказательств о применении им насилия при совершении преступлений.

В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель просил приговор оставить без изменения, считая доводы жалобы несостоятельными.

Судебная коллегия, изменив приговор в части назначенного осужденному наказания, указала в определении следующее.

При принятии судом решения о проведении особого порядка судебного разбирательства и рассмотрении дела нарушений норм уголовно-процессуального закона допущено не было. Судом в полном объеме соблюдены положения ст. 314 ч. 2, 3 УПК РФ.

Имеющиеся в деле доказательства давали суду основания сделать вывод об обоснованности обвинения, с которым согласился Ч., и о квалификации его действий по ст. 163 ч. 2 п. "в" УК РФ по двум эпизодам.

Наказание осужденному в виде реального лишения свободы назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного (совершил тяжкие преступления), всех данных о его личности (ранее судим) и других обстоятельств. При этом вывод суда о наличии в действиях осужденного рецидива преступлений является правильным, поскольку Ч. ранее судим в совершеннолетнем возрасте за умышленное тяжкое преступление к лишению свободы, и судимость по предыдущему приговору не погашена.

Вместе с тем, при назначении осужденному размера наказания суд оставил без оценки имеющийся в материалах дела протокол явки Ч. с повинной, в котором последний дал признательные показания о совершенном преступлении.

В соответствии со ст. 61 ч. 1 п. "и" УК РФ указанное обстоятельство признается смягчающим наказание, в связи с чем наказание, назначенное Ч., снижено судебной коллегией по второму эпизоду, поскольку по первому эпизоду назначено минимальное наказание, и по совокупности преступлений определено наказание в виде 3 лет 9 месяцев лишения свободы.

Кроме того, суд кассационной инстанции уточнил в определении, что, назначая осужденному окончательное наказание по совокупности преступлений, суд допустил неправильное применение уголовного закона, сделав ссылку на часть 2 ст. 69 УК РФ, тогда как Ч. совершил умышленные тяжкие преступления, и наказание ему следовало назначать по правилам ст. 69 ч. 3 УК РФ.

(Кассационное дело N 22-309)

 

Вопросы прекращения уголовных дел

 

Прекращение дела судом за примирением сторон судебная коллегия посчитала необоснованным, отменив соответствующее постановление суда.

В. предъявлено обвинение в том, что он, работая начальником участка, допустил нарушение правил техники безопасности и иные правила охраны труда, в результате чего электросварщик данного участка Я. днем 1 августа 2008 г. на рабочем месте получил тяжкий вред здоровью.

Постановлением мирового судьи от 17 ноября 2008 г. уголовное дело в отношении В. по ст. 143 ч. 1 УК РФ прекращено за примирением сторон.

Постановлением Цивильского районного суда Чувашской Республики от 15 декабря 2008 г. в апелляционном порядке по представлению прокурора постановление мирового судьи оставлено без изменения.

В кассационном представлении прокурора ставился вопрос об отмене постановления суда, и указывалось, что суд необоснованно прекратил уголовное дело за примирением сторон, поскольку В. никакой помощи потерпевшему не оказывал и не загладил причиненный вред.

Судебная коллегия постановление суда отменила по следующим основаниям.

По смыслу ст. 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим является правом, а не обязанностью суда.

В силу ст. 25 УПК РФ одним из условий прекращения уголовного дела в связи с примирением потерпевшего с лицом, совершившим уголовно наказуемое деяние, является заглаживание причиненного потерпевшему вреда, которое может выражаться в возмещении потерпевшему понесенных в связи с содеянным расходов и т.п. При этом возмещение или устранение вреда должно быть адекватным причиненному вреду.

Как видно из материалов дела, суд, прекращая уголовное дело в отношении В. в связи с примирением с потерпевшим, указал, что подсудимый загладил причиненный вред и извинился перед потерпевшим, оказывал ему посильную помощь при лечении.

Между тем, данных, свидетельствующих о том, что В. оказывал потерпевшему материальную помощь при лечении, в материалах дела не содержится. Заглаживание причиненного вреда в форме извинения, по мнению судебной коллегии, не является адекватным причиненному вреду.

(Кассационное дело N 22-163)

 

Вопросы рассмотрения ходатайств

об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу

 

Б. подозревался в совершении преступлений, предусмотренных ст. 327 ч. 1 УК РФ.

Постановлением Ленинского районного суда г. Чебоксары от 18 февраля 2009 г. в удовлетворении ходатайства дознавателя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Б. отказано.

В кассационном представлении прокурора ставился вопрос об отмене постановления суда, и указывалось, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства, так как Б. находился в розыске, не работает, длительное время по месту жительства не появляется, может скрыться от следствия и суда.

Судебная коллегия постановление суда отменила, указав в определении следующее.

В соответствии со ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. В исключительных случаях эта мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет, при наличии одного из следующих обстоятельств:

1) подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации;

2) его личность не установлена;

3) им нарушена ранее избранная мера пресечения;

4) он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

Как видно из материалов дела, 30 апреля 2008 года в отношении Б. было возбуждено уголовное дело по статьям 327 ч. 1 УК РФ, 5 мая 2008 г. уголовное дело было приостановлено в связи с розыском подозреваемого, 16 февраля 2009 г. Б. был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ.

Отказывая в удовлетворении ходатайства, суд указал, что Б. не знал о возбужденном в отношении него уголовном деле и не имеется данных, свидетельствующих о том, что он может скрыться от следствия.

Между тем из представленных материалов следует, что Б. длительное время по месту жительства не проживает, в связи с чем не исключена вероятность того, что он может скрыться от органов дознания и суда.

(Кассационное дело N 22-418)

 

Другое постановление суда уже об удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, отменено на основании ст. 380 УПК РФ как вынесенное без проверки всех значимых для дела обстоятельств с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

А. подозревался в том, что в ночь с 15 на 16 февраля 2009 г. по предварительному сговору с не установленными лицами незаконно проник в помещение телятника на территории молочно-товарной фермы, откуда тайно похитил двух быков, принадлежащих колхозу.

Уголовное дело возбуждено 16 февраля 2009 г. по признакам преступления, предусмотренного п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

16 февраля 2009 г. в 22 часа 30 минут А. был задержан в порядке ст. 91, 92 УПК РФ.

Исполняющий обязанности начальника СО при ОВД по Ибресинскому району обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении А. меры пресечения в виде заключения под стражу, указав на невозможность применения иной меры пресечения.

Постановлением Ибресинского районного суда Чувашской Республики от 18 февраля 2009 г. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении А.

В кассационных жалобах адвоката Ф. в защиту интересов подозреваемого ставился вопрос об отмене постановления суда по тем основаниям, что выводы суда о том, что А. может воспрепятствовать производству по уголовному делу, скрыться от органов следствия, являются необоснованными, поскольку не подтверждаются объективными данными.

Судебная коллегия постановление суда отменила с направлением дела на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 108 УК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 2 лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения, которая не в состоянии обеспечить надлежащее поведение подозреваемого и его явку в орган дознания, к следователю или в суд, что определяется наличием оснований, указанных в ст. 97 УПК РФ.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ основанием для избрания одной из мер пресечения является наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемый:

1) скроется от дознания, предварительного следствия и суда;

2) может продолжать заниматься преступной деятельностью;

3) может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Принимая решение об избрании в отношении А. меры пресечения в виде заключения под стражу, суд исходил из того, что он подозревается в совершении преступления средней тяжести в группе лиц по предварительному сговору, а также и то, что имеются подозрения в его причастности к другим преступлениям и, оставаясь на свободе, он может воспрепятствовать производству по уголовному делу, скрыться от органов следствия и суда.

Однако данный вывод суда сделан без достаточных на то оснований. Суд лишь согласился с доводами руководителя следственного органа, не приведя при этом конкретных данных, позволивших прийти к такому выводу.

Между тем, в соответствии с требованиями ст. 99 УПК РФ одна лишь тяжесть совершенного преступления, без учета сведений о личности подозреваемого, его возраста, состояния здоровья, семейного положения, рода занятий и других обстоятельств, не может служить достаточным основанием для избрания в отношении подозреваемого меры пресечения в виде заключения под стражу.

Из постановления о привлечении в качестве обвиняемого следует, что А. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ, то есть квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору не был предъявлен.

Из материалов дела видно, что подозреваемый А. ранее не судим, имеет на иждивении малолетнего ребенка, супруга в настоящий момент беременна, проживает с родителями, являющимися инвалидами. Других данных, характеризующих подозреваемого как положительно, так и отрицательно, органами предварительного следствия не представлено. Этим обстоятельствам никакая оценка судом не дана.

(Кассационное дело N 22-446)

 

Вопросы рассмотрения материалов в порядке

главы 47 УПК РФ

 

Суд отказал в удовлетворении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении его от отбывания наказания по основаниям, не предусмотренным законом, что привело к отмене соответствующего постановления.

Осужденный И. обратился в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Постановлением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 16 декабря 2008 г. И. отказано в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

В своей кассационной жалобе осужденный И. просил постановление отменить и дело направить на новое судебное разбирательство, указав, что суд отказал ему в условно-досрочном освобождении по основаниям, которые не предусмотрены законом.

Судебная коллегия постановление суда отменила в связи с неправильным применением судом Общей части Уголовного кодекса РФ, указав в определении следующее.

По смыслу части 1 статьи 79 УК РФ лицо, отбывающее лишение свободы, подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания.

Суд, принимая решение, указал, что не отбытый осужденным И. срок наказания является большим, сведений о месте его проживания и работы в случае освобождения из мест лишения свободы в материалах дела не имеется.

Однако закон не предусматривает возможность отказа в условно-досрочном освобождении лицу, отбывающему лишение свободы, по указанным основаниям.

(Кассационное дело N 22-247)

 

Другое постановление суда, которым также было отказано в удовлетворении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, отменено ввиду нарушения права осужденного на защиту.

Осужденный К., отбыв 2/3 назначенного срока наказания, обратился в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Постановлением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 30 декабря 2008 г. К. отказано в удовлетворении указанного ходатайства.

В кассационной жалобе осужденный поставил вопрос об отмене постановления по тому основанию, что суд незаконно отказал в допуске в качестве защитника С., которому он доверил представлять свои интересы в суде, чем грубо нарушил его права на защиту. Кроме того, он дважды поощрен администрацией колонии, имеющиеся взыскания погашены и не влекут каких-либо последствий.

Судебная коллегия постановление суда отменила ввиду нарушения права осужденного на защиту, указав в определении следующее.

В соответствии с требованиями ст. 399 ч. 4 УПК РФ в ходе разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, в том числе при рассмотрении ходатайств об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, осужденные вправе пользоваться помощью адвоката.

Такое право им предоставляется и п. 8 ст. 12 УИК РФ (основные права осужденных), где предусмотрена возможность осужденных пользоваться услугами не только адвокатов, но и иных лиц, имеющих право на оказание такой помощи.

Из представленных суду материалов видно, что согласно доверенности от 24 июля 2008 г. С. представляет интересы осужденного К. в судебных учреждениях. С. и осужденный К. заблаговременно письменно ставили вопрос перед судом о допуске С. в качестве защитника. Из протокола судебного заседания видно, что К. отказался от услуг адвоката, посчитав, что его ходатайство о допуске в качестве защитника С. будет судом удовлетворено.

При таких обстоятельствах суду в целях реального обеспечения прав осужденного в судебном заседании следовало разъяснить не только его права, предусмотренные ст. 399 УПК РФ, но и содержание ч. 2 ст. 49 УПК РФ, предусматривающей порядок допуска по решению суда в качестве защитника наряду с адвокатом и иного лица, об участии которого ходатайствует осужденный.

(Кассационное дело N 22-308)

 

Постановление суда об отказе в удовлетворении ходатайства осужденного о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания отменено судом кассационной инстанции ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Д., осужденный приговором Канашского районного суда Чувашской Республики от 26 сентября 2007 г. по ст. 158 ч. 2 п. "б", 158 ч. 2 п. "б", 79 ч. 7 п. "в", 70 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, обратился в суд с ходатайством о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания. Начало срока отбывания наказания 2 августа 2007 г., конец срока - 1 февраля 2010 г.

Постановлением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 16 декабря 2008 г. в удовлетворении указанного ходатайства осужденного Д. отказано.

В кассационных жалобах осужденного Д. ставился вопрос об отмене постановления суда по мотивам несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Судебная коллегия постановление суда отменила, указав в определении следующее.

В соответствии со ст. 80 УК РФ лицу, отбывающему наказание в виде лишение свободы, суд с учетом его поведения в период отбывания наказания может заменить оставшуюся неотбытой часть наказания более мягким видом наказания. При этом неотбытая часть наказания может быть изменена более мягким видом наказания после фактического отбытия осужденным к лишению свободы за совершения преступления небольшой и средней тяжести - не менее 1/3 срока наказания; тяжкого преступления - не менее 1/2 срока наказания.

Суд, отказывая в удовлетворении ходатайства осужденного Д. о замене неотбытой части наказания на более мягкий вид, исходил из того, что он не проявил себя положительным образом, а именно, обучаться и трудоустраиваться не желает, ни разу не поощрялся, в совершенном преступлении свою вину признает только в части. Учитывая данные обстоятельства и характер нарушений установленного порядка отбывания наказания, суд пришел к выводу, что осужденный не встал на путь исправления и нуждается в дальнейшем отбывании наказания.

Вместе с тем, из материалов дела и представленных осужденным документов следует, что Д. фактически с 1 сентября 2008 г. обучается в училище, в ходе судебного разбирательства по уголовному делу вину в содеянном признал полностью, в период отбывания наказания нарушений установленного порядка не допускал, следовательно, суд не мог подвергнуть оценке допущенные нарушения и установить их характер.

Из указанного следует, что вывод суда о том, что осужденный не встал на путь исправления, основан на данных, противоречащих фактическим обстоятельствам дела.

(Кассационное дело N 22-306)

 

Постановление суда об отмене условного осуждения и реальном исполнении назначенного наказания в виде лишения свободы отменено судебной коллегией ввиду нарушения права осужденного на защиту.

Ч. осужден приговором Московского районного суда г. Чебоксары от 28 ноября 2007 г. по ст. 161 ч. 2 пп. "а", "г" УК РФ к 1 году лишения свободы без штрафа условно с испытательным сроком на 2 года.

На условно осужденного Ч. судом возложены предусмотренные законом обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного, регулярно являться на регистрацию в этот орган, находиться дома с 22 часов до 6 часов следующего дня.

Уголовно-исполнительная инспекция Московского района г. Чебоксары обратилась в суд с представлением об отмене условного осуждения в отношении Ч. и направлении его для реального отбывания наказания, назначенного приговором от 28 ноября 2007 г., со ссылкой на то, что осужденный Ч. злостно и систематически не исполняет возложенные на него судом обязанности, на путь исправления не встал, может вновь совершить преступление.

Постановлением Московского районного суда г. Чебоксары от 31 июля 2008 г. отменено условное осуждение Ч., 3 февраля 1993 г. рождения, и постановлено направить его для отбывания наказания в виде 1 года лишения свободы, назначенного приговором Московского районного суда г. Чебоксары от 28 ноября 2007 года, в воспитательную колонию.

В кассационной жалобе осужденный Ч. просил пересмотреть постановление, указав, что он никуда из г. Чебоксары не выезжал, представление рассмотрено без его участия, считал постановление несправедливым.

Судебная коллегия постановление суда отменила, а осужденного освободила из-под стражи ввиду нарушения права осужденного на защиту, указав в определении следующее.

В силу ст. 7 ч. 4 УПК РФ постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Проверяемое постановление не отвечает указанному положению УПК РФ.

В силу ч. 1 ст. 16 УПК РФ одним из принципов уголовного судопроизводства является обеспечение права на защиту, которое может осуществляться лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя.

Из содержания ст. 48 УПК РФ следует, что законные представители несовершеннолетнего являются участниками уголовного судопроизводства со стороны защиты.

В подготовительной части судебного заседания при неявке кого-либо из участников уголовного судопроизводства суд выслушивает мнение сторон о возможности судебного разбирательства в его отсутствие и выносит определение или постановление об отложении судебного разбирательства или о его продолжении, а также о вызове или приводе не явившегося участника (ст. 272 УПК РФ).

Из содержания п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 января 2007 г. N 2 (с изменениями от 3 апреля 2008 г.) следует, что вопрос об отмене условного осуждения разрешается в присутствии лица, в отношении которого принимается такое решение, за исключением случая, когда подтверждено, что условно осужденный скрылся от контроля.

В силу ч. 6 ст. 190 УИК РФ скрывающимся от контроля признается условно осужденный, место нахождения которого не установлено в течение более 30 дней.

Из протокола судебного заседания от 31 июля 2008 г. видно, что представление уголовно-исполнительной инспекции об отмене условного осуждения в отношении несовершеннолетнего Ч. рассмотрено судом без его участия и участия его законного представителя.

В представлении УИИ об отмене условного осуждения в отношении Ч. не указано, что он скрылся от контроля, отсутствуют сведения о результатах первоначальных розыскных мероприятий. При вынесении постановления об отмене условного осуждения в отсутствие условно осужденного Ч. суд не выяснял обстоятельства, подтверждающие то, что он скрылся от контроля.

Из письменных объяснений законного представителя Ч. видно, что осужденный выехал в п. Васнары Красноармейского района Чувашской Республики. Однако при вынесении постановления о приводе осужденного Ч. на судебное заседание 31 июля 2008 г. судом это обстоятельство не учтено.

При этом из рапорта инспектора ПДН ТОМ ОВД по Московскому району видно, что 11 июля 2008 г. Ч. был выявлен при проведении ночного рейда по г. Чебоксары.

В судебном заседании суд выяснил мнение явившихся участников судебного разбирательства о возможности рассмотрения представления в отсутствие несовершеннолетнего условно осужденного Ч. Однако вопрос о возможности рассмотрения представления без участия его законного представителя судом не обсужден и не решен. Суд также не принял меры для обеспечения участия защитника несовершеннолетнего осужденного Ч. в судебном заседании.

При этом судом не выяснялись причины неявки в судебное заседание несовершеннолетнего условно осужденного и его законного представителя. Сведения о получении ими извещения о дате, времени и месте судебного заседания в материалах отсутствуют.

В постановлении указано, что с 18 июня 2008 г. Ч. без уведомления УИИ выехал в п. Васнары Красноармейского района Чувашской Республики, за что ему также было вынесено предупреждение об отмене условного осуждения. Однако такое предупреждение в представленных материалах отсутствует.

(Кассационное дело N 22-116)

 

Другое аналогичное постановление суда было отменено ввиду неисполнения судом первой инстанции при повторном рассмотрении материала в отношении осужденного указаний суда кассационной инстанции.

Д. осужден 26 мая 2008 г. приговором Ленинского районного суда города Чебоксары Чувашской Республики по ч. 1 ст. 285 УК РФ с применением ст. 73 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года.

Уголовно-исполнительная инспекция обратилась в суд с представлением об отмене условного осуждения в отношении Д. и реальном исполнении наказания, назначенного приговором суда, мотивируя тем, что условно осужденный для постановки на учет не является, скрылся от контроля.

Постановлением Московского районного суда города Чебоксары от 12 декабря 2008 г. отменено условное осуждение по приговору Ленинского районного суда города Чебоксары от 26 мая 2008 г. в отношении Д. и постановлено направить его для отбывания наказания, назначенного приговором, в колонию-поселение.

В кассационной жалобе и дополнении к ней осужденный Д. просил отменить постановление суда, указывая, что при вынесении приговора он был уведомлен о том, что должен встать на учет и для этого его вызовут по повестке. Однако после этого он никаких известий и повесток о необходимости явки в уголовно-исполнительную инспекцию не получал, продолжал работать в ООО "Строммашавтоматика" слесарем. Уголовно-исполнительной инспекции было известно из приговора суда место его работы.

Судебная коллегия постановление суда отменила, а Д. из-под стражи освободила по следующим основаниям.

Отменяя первоначальное решение суда об удовлетворении представления уголовно-исполнительной инспекции об отмене условного осуждения в отношении Д. и направлении последнего для реального отбывания наказания, назначенного приговором, судебная коллегия указала суду первой инстанции на необходимость при новом судебном рассмотрении дела проверить доводы, изложенные в кассационной жалобе осужденного.

Однако судом при повторном рассмотрении указанного представления в отношении Д. указания суда кассационной инстанции не исполнены.

(Кассационное дело N 22-1)

 

Постановление о пересмотре приговора в связи с внесением изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ, имеющих обратную силу в соответствии со ст. 10 УК РФ, изменено судом кассационной инстанции как вынесенное без учета требований ст. 7.27 Кодекса РФ об административных правонарушениях, вступившего в силу с 1 июля 2002 г., согласно которой хищение чужого имущества признается мелким, если стоимость похищенного имущества не превышает пяти МРОТ, установленных законодательством на момент совершения хищения.

Приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2002 г. Н. осужден по ст. 158 ч. 2 пп. "б, в" УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года без штрафа с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Н. признан виновным в том, что 29 октября 2000 г. незаконно проник в жилой дом, из сеней которого совершил тайное хищение алюминиевой фляги стоимостью 700 рублей.

Он же в начале июля 2001 г. из хозяйства другого дома совершил тайное хищение чужого имущества на общую сумму 340 рублей, а в начале октября 2001 г. также незаконно проник в дом, откуда похитил предметы быта на общую сумму 565 рублей.

В кассационном порядке приговор суда не обжалован. Наказание не отбыто, так как после условно-досрочного освобождения на 1 год 8 месяцев 16 дней Н. вновь осужден приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 29 апреля 2005 г., которым к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 19 февраля 2002 г.

Осужденный Н. обратился в суд с ходатайством о пересмотре приговора от 19 февраля 2002 г. в связи с внесением 8 декабря 2003 г. изменений в УК РФ, имеющих обратную силу, и снижении срока назначенного наказания.

Постановлением Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 16 января 2009 г. пересмотрен приговор Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2002 г. в отношении Н. в связи с внесением изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ. Из приговора исключен квалифицирующий признак совершения кражи "неоднократно", в остальной части приговор оставлен без изменения.

В кассационной жалобе осужденный выразил свое несогласие с постановлением суда по тем основаниям, что верхний предел санкции по ч. 2 ст. 158 УК РФ в новой редакции снижен с 6 до 5 лет лишения свободы, поэтому при пересмотре приговора с исключением квалифицирующего признака кражи "неоднократно" суду следовало снизить назначенный срок наказания, и как следствие снизить срок наказания по приговору от 29 апреля 2005 г.

Судебная коллегия внесла изменения в постановление суда, указав в определении следующее.

В связи с внесением Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ изменений и дополнений в Уголовный кодекс суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о необходимости пересмотра приговора от 19 февраля 2002 года в отношении Н., однако, исключив из обвинения квалифицирующий признак совершения кражи "неоднократно", оставил без внимания то, что согласно ст. 7.27 Кодекса РФ об административных правонарушениях, вступившего в силу с 1 июля 2002 г., хищение чужого имущества признается мелким, если стоимость похищенного имущества не превышает пяти МРОТ, установленных законодательством на момент совершения хищения.

Похищенное Н. имущество на сумму 340 и 565 рублей каждое в отдельности не превышает пяти МРОТ, поскольку на момент совершения преступления в один из дней начала июля и начала октября 2001 года один МРОТ составлял 300 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

На основании изложенного судебной коллегией из приговора от 19 февраля 2002 г. исключено осуждение Н. за тайное хищение имущества по указанным фактам краж из хозяйства домов на сумму 340 и 565 рублей.

В связи с уменьшением объема обвинения и с учетом того, что совершенное Н. преступление относится к категории тяжких, наличия опасного рецидива преступлений, судебная коллегия снизила назначенное осужденному наказание до 3 лет лишения свободы, то есть не менее 1/3 части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, что соответствует требованиям ч. 2 ст. 68 действующего УК РФ.

(Кассационное дело N 22-389)

 

Вопросы рассмотрения жалоб в порядке

главы 16 УПК РФ

 

Постановление суда об отказе в удовлетворении жалобы заявителя, поданной в порядке статьи 125 УПК РФ, отменено судебной коллегией с прекращением производства по жалобе.

Постановлением старшего следователя Новочебоксарского МРСО СУ СК при прокуратуре РФ по ЧР от 9 октября 2008 г. в возбуждении уголовного дела по заявлению Ч. в отношении должностного лица ЗАГС г. Новочебоксарска за непредоставление копий документов о расторжении брака по приговору суда отказано за отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ст. 140 УК РФ.

Заявитель Ч. обратился в суд с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ, полагая, что постановление судьи является незаконным.

Постановлением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 14 января 2009 г. жалоба Ч. оставлена без удовлетворения.

В кассационной жалобе заявитель Ч. выразил свое несогласие с постановлением суда. В обоснование своей жалобы указал, что постановление суда является незаконным и необоснованным ввиду того, что суд обязан был вынести отдельное постановление и обязать руководителя следственного органа восстановить его конституционные права и законные интересы, устранить волокиту при проведении проверки.

Судебная коллегия постановление отменила с прекращением производства по жалобе по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 125 УПК РФ постановления дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту производства предварительного расследования.

По смыслу ст. 125 УПК РФ в случае, если по поступившей в суд жалобе будет установлено, что жалоба с теми же доводами уже удовлетворена руководителем следственного органа, то в связи с отсутствием основания для проверки законности и обоснованности действий (бездействия) или решений должностного лица, осуществляющего предварительное расследование, производство по жалобе подлежит прекращению.

Из материалов дела видно, что в своей жалобе, направленной в суд, Ч. просил постановление следователя признать незаконным.

Согласно постановлению заместителя руководителя Новочебоксарского МРСО СУ СК при прокуратуре РФ по ЧР от 13 января 2009 г. постановление следователя от 9 октября 2008 г. об отказе в возбуждении уголовного дела отменено по мотивам его необоснованности и неполноты проведенной проверки. По существу жалоба Ч. была удовлетворена заместителем руководителя следственного органа.

При таких обстоятельствах суду первой инстанции следовало прекратить производство по жалобе, а не оставлять ее без удовлетворения.

(Кассационное дело N 22-353)

 

Другое постановление суда, вынесенное по результатам рассмотрения жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, было отменено судебной коллегией ввиду нарушения судом требований закона о порядке ведения судебного заседания.

И. обратился в Московский районный суд г. Чебоксары с жалобой о признании незаконным постановления старшего следователя Чебоксарского МСО СУ СК при прокуратуре РФ по ЧР от 26 ноября 2008 г. об отказе в возбуждении уголовного дела по его обращению на незаконные действия сотрудников милиции и работников ООО "Вектор".

Постановлением Московского районного суда г. Чебоксары от 12 декабря 2008 г. в удовлетворении указанной жалобы И. отказано.

В кассационной жалобе заявитель И. поставил вопрос об отмене постановления суда в связи с нарушением судом норм уголовно-процессуального закона - тайны совещательной комнаты.

Судебная коллегия, изучив представленные материалы и проверив доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, отменила постановление суда по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ст. 298 УПК РФ приговор (постановление) постановляется в совещательной комнате, в которой могут находиться только судьи, входящие в состав суда по данному делу.

Если участники процесса во время прений сообщат о новых обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, или заявят о необходимости предъявить суду для исследования новые доказательства, то суд в соответствии со ст. 294 УПК РФ вправе возобновить судебное следствие. Судебное следствие возобновляется до удаления суда в совещательную комнату. О возобновлении судебного следствия суд выносит определение или постановление.

Из протокола судебного заседания видно, что указанные требования ст. 294 и 298 УПК РФ при возобновлении судебного следствия судом не соблюдены.

(Кассационное дело N 22-113)

 

Вопросы возвращения уголовных дел прокурору

в порядке ст. 237 ч. 1 п. 1 УПК РФ для устранения

допущенных при составлении обвинительного заключения

нарушений УПК РФ

 

В. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч. 3 п. "а" УК РФ, т.е. кражи чужого имущества, совершенной с незаконным проникновением в жилище.

Постановлением Мариинско-Посадского районного суда Чувашской Республики от 26 декабря 2008 г. уголовное дело в отношении В. возвращено прокурору района для устранения допущенных при составлении обвинительного заключения нарушений УПК РФ.

Государственный обвинитель в кассационном представлении просил отменить указанное постановление суда, считая обвинительное заключение соответствующим требованиям ст. 220 УПК РФ.

Судебная коллегия кассационное представление удовлетворила, указав в определении следующее.

Обвинительное заключение должно соответствовать требованиям ст. 220 УПК РФ.

Составление обвинительного заключения с нарушением требований ст. 220 УПК РФ, исключающим возможность постановления приговора или иного решения, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ является основанием для возвращения дела прокурору.

Основанием для возвращения дела прокурору суд посчитал отсутствие в материалах дела перечня доказательств, опровергающих обвинение, отсутствие указаний на способ проникновения обвиняемым в жилище и местонахождение похищенного имущества.

Однако с этим выводом суда судебная коллегия не согласилась, поскольку, по ее мнению, обвинительное заключение содержало все данные, необходимые для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ и соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. Оно содержит перечень доказательств, подтверждающих обвинение, указаны существо обвинения, место и время, способ, мотив совершения преступления и другие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Из материалов дела видно, что в стадии предварительного следствия обвиняемый и его защитник ни на какие доказательства в опровержение обвинения не ссылались, в связи с чем следователь в обвинительном заключении их не указал.

(Кассационное дело N 22-223)

 

Судебная коллегия по уголовным делам

Верховного Суда Чувашской Республики

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь