Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

 

ОБЗОР ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЗА 1 КВАРТАЛ 2009 ГОДА

 

Неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, а также применение закона, не подлежащего применению при разрешении правоотношений, регулируемых Федеральным законом "Об образовании", повлекло за собой отмену решения суда первой инстанции.

Ю. обратилась в суд с исковым заявлением к МОУ "Средняя общеобразовательная школа" г. Чебоксары о признании незаконным бездействия директора, понуждении устранить допущенные нарушения.

В обоснование исковых требований Ю. указала, что ее представителем в адрес директора школы направлено заявление о предоставлении возможности ознакомиться с документами, касающимися несовершеннолетнего сына, ученика указанной школы: уставом школы, журналом записи совета профилактики школы и другими, а также зафиксировать документы при помощи собственных технических средств. Однако в течение длительного времени указанное заявление ответчиком разрешено не было.

Судом исковые требования Ю. удовлетворены в полном объеме. Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия в числе других оснований указала, что судом при рассмотрении гражданского дела применен закон, не подлежащий применению при разрешении спорных правоотношений.

При вынесении решения по делу суд руководствовался положениями Федерального закона РФ от 02.05.2006 N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации". Между тем спорные правоотношения не подлежали регулированию указанным Федеральным законом, поскольку ответчик не является ни государственным органом, ни органом местного самоуправления, тогда как согласно ст. 1 Федерального закона "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации" данным законом регулируются правоотношения, связанные с реализацией гражданином Российской Федерации закрепленного за ним Конституцией Российской Федерации права на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, а также устанавливается порядок рассмотрения обращений граждан государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами.

Судебная коллегия пришла к выводу, что спорные правоотношения регулируются Законом РФ "Об образовании". Согласно ст. 16 этого Закона родители (законные представители) учащегося в образовательном учреждении вправе ознакомиться с уставом образовательного учреждения, лицензией на право ведения образовательной деятельности, свидетельством о государственной аккредитации образовательного учреждения, основными образовательными программами, реализуемыми этим образовательным учреждением, и другими документами, регламентирующими организацию образовательного процесса.

Кроме того, судом не было установлено, являлись ли истица или ее представитель в школу с целью ознакомления с документами, и было ли им в этом отказано. Вывод суда о том, что ответчиком осуществлялись препятствия в ознакомлении истицы или ее представителя с указанными документами, сделан только на основании их объяснений, не подтвержденных какими-либо допустимыми доказательствами.

Судебная коллегия признала также несостоятельной ссылку суда первой инстанции на положения главы 25 ГПК РФ, в том числе на ст. 258 ГПК РФ. Поскольку дело подлежало рассмотрению в порядке искового производства, а не в порядке оспаривания решений действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, так как МОУ "Средняя общеобразовательная школа" не является ни органом государственной власти, ни органом местного самоуправления, а директор этой школы соответственно не является ни должностным лицом указанных органов, ни государственным или муниципальным служащим (Калининский районный суд г. Чебоксары).

 

В соответствии с п. 1 ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) возникает, если солидарность обязанности предусмотрена договором или установлена законом, в частности, при неделимости предмета обязательства.

А. обратилась в суд с иском к супругам П. о взыскании в солидарном порядке переданных им денежных средств, процентов и другими требованиями.

В обоснование исковых требований указала, что она передала ответчикам 37500 руб. в счет оплаты земельного участка в садоводческом товариществе. Однако указанный участок в установленном законом порядке за продавцами зарегистрирован не был, в связи с чем П. выдала ей (истцу) доверенность для надлежащего оформления земельного участка. Впоследствии недвижимость подлежала передаче ей на основании договора купли-продажи. В подтверждение сделки ответчиками также были переданы все документы на участок и ключи от дачи. Поскольку расчет был произведен полностью, она на этом земельном участке за свой счет построила баню. За 2006 - 2007 гг. оплатила членские взносы, понесла расходы на межевание земельного участка, которые подлежат взысканию с ответчиков. Впоследствии ответчики от оформления договора купли-продажи отказались.

Судом первой инстанции исковые требования А. удовлетворены частично.

Взыскивая денежные средства в размере 37500 руб. с обоих ответчиков солидарно, суд исходил из того, что супруги П. получили их от истца вместе, согласовав свои действия.

Судебная коллегия признала, что вывод суда первой инстанции о необходимости взыскания 37500 руб. с обоих ответчиков является правильным. При этом не имеет значения, на кого из супругов оформлен земельный участок. Однако взыскание денег с них в солидарном порядке не соответствует нормам права.

По смыслу п. 1 ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) возникает, если солидарность обязанности предусмотрена договором или установлена законом, в частности, при неделимости предмета обязательства.

П. 2 ст. 45 Семейного кодекса РФ, на который сослался суд первой инстанции, регулирует вопросы, связанные с обращением взыскания на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов либо по обязательствам одного из супругов. В то время как из расписки, выданной истцу, наличие солидарной обязанности супругов П. перед А. не усматривается.

В связи с отсутствием обстоятельств, позволяющих возложить на супругов солидарную ответственность по вышеуказанной норме Семейного кодекса РФ, судебная коллегия изменила решение суда первой инстанции в части взыскания с ответчиков солидарно 37500 руб. и взыскала с супругов П. в пользу истицы неосновательно полученное в равных долях.

По указанным основаниям изменено решение и в части взыскания с ответчиков в солидарном порядке процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку в указанной части супруги П. также несут долевую ответственность. При этом коллегия указала, что в силу ч. 2 ст. 1107 ГК РФ проценты подлежат начислению с того времени, когда ответчики узнали или должны были узнать о неосновательности получения ими денежных средств. Как следует из материалов дела, на момент обращения истца в суд с иском по настоящему спору супруги П. уже знали о том, что деньги ими получены без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований. В связи с этим судебная коллегия пришла к выводу, что с ответчиков подлежали взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 28 мая 2008 г. по день вынесения решения суда (Калининский районный суд г. Чебоксары).

 

В соответствии со ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. Однако родители малолетних детей не являются лицами, совместно причинившими вред, в связи с этим солидарная ответственность на них возложена быть не может.

Граждане В. и А. обратились в суд с иском к гражданам И., О. и др. о взыскании в солидарном порядке материального ущерба, компенсации морального вреда, указав, что малолетние дети ответчиков устроили костер возле гаража в ГСК, в результате чего возник пожар, которым были приведены в негодность гараж и находившиеся в гараже вещи, поврежден автомобиль.

Решением суда первой инстанции требования истцов удовлетворены частично.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции установил, что малолетние дети ответчиков возле гаража подожгли автомобильную резину, огонь перекинулся на гаражи. В результате пожара было повреждено и уничтожено имущество истцов А. и В.

В силу ст. 1073 ГК РФ за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине.

Частично удовлетворяя исковые требования истцов, суд возложил на ответчиков солидарную ответственность.

Однако в соответствии со ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) возникает, если она предусмотрена договором или установлена законом, в частности, при неделимости предмета обязательства. Статьей 1080 ГК РФ предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. Однако родители малолетних детей не являются лицами, совместно причинившими вред, в связи с чем солидарная ответственность на них возложена быть не может (Московский районный суд г. Чебоксары).

 

При рассмотрении дела суду следует тщательно проверить доводы и возражения сторон, правильно установить обстоятельства, имеющие юридическое значение, дать им надлежащую правовую оценку, и при точном соблюдении требований действующего законодательства разрешить возникший спор.

П.В. обратился в суд с иском к П.Т. о взыскании денежных средств.

В обоснование исковых требований указал, что в августе 2007 г. оформил на ответчицу доверенность на продажу принадлежащей ему на праве собственности квартиры, за цену и на условиях по своему усмотрению.

С момента продажи квартиры прошел один год, однако вырученные деньги ответчицей до настоящего времени не переданы. Ему стало известно о покупке П.Т. квартиры. Считает, что оформленная им доверенность не давала ответчице права распоряжаться денежными средствами, вырученными от продажи квартиры, принадлежащей ему на праве собственности.

Удовлетворяя исковые требования в полном объеме, суд первой инстанции исходил из того, что действия П.Т. по распоряжению денежными средствами выходят за рамки предоставленных ей доверенностью полномочий, поскольку выданная истцом доверенность предоставляла ей право лишь на продажу данной квартиры и не наделяла правом распоряжаться полученными от продажи денежными средствами.

Судебная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции, указала, что при рассмотрении дела суд не дал надлежащей правовой оценки доводам ответчицы о том, что отчужденная квартира была приобретена сторонами в период нахождения в зарегистрированном браке.

Согласно ч. 1 ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Также в силу п. 2 ст. 34 СК РФ общим имуществом супругов являются приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, а также любое другое нажитое супругами в период брака имущество, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено.

Если иное не предусмотрено договором между супругами, их доли в общем имуществе признаются равными.

В связи с чем суду первой инстанции следовало выяснить правовой режим отчужденного имущества, а также установить причину, по которой квартира была зарегистрирована именно за истцом, а в случае установления, что квартира является общим имуществом супругов, разъяснить ответчице ее право предъявления встречного иска по определению долей супругов в квартире, как единственного процессуального средства защиты от первоначального иска, исходя из предусмотренного ст. 12 ГПК РФ принципа состязательности (Московский районный суд г. Чебоксары).

 

Лицо, привлекаемое к уголовной ответственности на основании заявления частного обвинителя, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, вправе требовать компенсацию морального вреда в соответствии со ст. 151 ГК РФ лишь в случае незаконного привлечения к уголовной ответственности при установлении вины причинителя вреда, то есть частного обвинителя, и противоправности его действий.

В то же время требование о взыскании процессуальных издержек, расходов на оплату услуг защитника, понесенных обвиняемым и являющихся для него неблагоприятными последствиями, подлежит возмещению за счет частного обвинителя.

Г. обратилась в суд с иском к К. о компенсации морального вреда в размере 200000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что приговором мирового судьи, вступившим в законную силу, по уголовному делу, возбужденному в отношении нее частным обвинителем К., она оправдана в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Уголовное преследование длилось более пяти месяцев, в результате чего она нервничала и переживала, приходилось выделять время для явки в судебные заседания, на которых истица чувствовала себя плохо, испытывала нравственные и физические страдания по вине К., безосновательно возбудившего в отношении нее уголовное дело.

Постанавливая решение о частичном удовлетворении исковых требований Г., суд первой инстанции пришел к выводу, что обращение в суд в частном порядке является конституционным правом потерпевшего и способом защиты его прав, нарушенных в результате действий, квалифицированных ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 129 и ст. 130 УК РФ. Одновременно суд пришел к выводу о злоупотреблении К. правом, выразившемся в необоснованном обращении в суд с заявлением о привлечении Г. к уголовной ответственности в частном порядке. Данный вывод послужил основанием для взыскания с ответчика в пользу Г. компенсации морального вреда.

Судебная коллегия согласилась с выводом суда, что лицо, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, вправе требовать компенсации морального вреда в случае незаконного привлечения к уголовной ответственности в соответствии со ст. 151 ГК РФ при установлении вины частного обвинителя и противоправности его действий.

Однако вывод суда о злоупотреблении К. правом ввиду отсутствия оснований для обращения в суд в порядке частного обвинения признала не соответствующим обстоятельствам дела.

Судебная коллегия указала, что на судебном заседании по делу, рассматриваемому мировым судьей, Г., опрошенная в качестве свидетеля, заявила, что видела, как К. причинил имущественный вред. Г. не отрицает, что давала такие показания, данное обстоятельство зафиксировано и в протоколе судебного заседания. К. категорически отрицает факт, причинения им имущественного вреда.

Поводом для возбуждения уголовного дела послужили конкретные сведения, сообщенные Г. в ходе судебного заседания, в связи с чем вывод суда об отсутствии оснований для обращения К. в суд в порядке частного обвинения в отношении Г. за клевету, судебная коллегия нашла не соответствующими обстоятельствам дела.

Ст. 33 Конституции РФ закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленные законом сроки.

Действующее законодательство не предусматривает иного способа защиты прав потерпевшего, нарушенных в результате действий, квалифицированных статьями 115 ч. 1, 116 ч. 1, 129 ч. 1, 130 УК РФ, кроме как обращения в суд в частном порядке.

При этом если при рассмотрении дела частного обвинения судом не установлен в действиях подсудимого состав преступления, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для возложения на частного обвинителя обязанности возместить оправданному компенсацию морального вреда, так как в данном случае со стороны частного обвинителя имела место реализация им конституционного права на обращение в органы, к компетенции которых относится рассмотрение подобного рода заявлений.

Требование оправданного по делу частного обвинения о взыскании компенсации морального вреда могут быть удовлетворены лишь при условии установления факта противоправности действий частного обвинителя, а именно, в случае, если заявление о привлечении к уголовной ответственности не имело под собой никаких оснований, а обращение в суд в частном порядке было направлено исключительно на причинение вреда другому лицу (злоупотребление правом).

Судебная коллегия пришла к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что обращение в суд в частном порядке было направлено исключительно на причинение вреда другому лицу (злоупотребление правом).

Судебная коллегия отменила решение суда первой инстанции, приняла по делу новое решение, которым в удовлетворении иска Г. отказала (Московский районный суд г. Чебоксары).

 

Договор возмездного оказания услуг является двусторонней сделкой, в связи с чем суду необходимо проверять выполнение обязательств по договору обеими сторонами.

И. обратилась в суд с иском к Ф. о взыскании денежных сумм.

В обоснование исковых требований указала, что ответчица получила от нее денежные средства в размере 58500 руб. для погашения долга по коммунальным платежам в квартире. Кроме того, Ф. обязалась оплатить ей 50000 руб. за оказание услуги по подбору покупателей на квартиру, о чем была составлена соответствующая расписка. Указанные услуги истицей были оказаны, однако обязательства по возврату и выплате указанных денежных сумм ответчицей исполнены лишь частично. С учетом частичного погашения долга в сумме 30000 руб., просила взыскать 78500 руб. и расходы на представителя в размере 10000 руб.

Судом исковые требования И. удовлетворены.

Проверив решение суда первой инстанции в пределах доводов кассационной жалобы, судебная коллегия пришла к следующему.

Из материалов дела следует, что гражданам Т., Ф., Ф.Е. на праве общей долевой собственности (по 1/3 доли каждому) принадлежала комната гостиничного типа в г. Новочебоксарске, отчужденная гражданам Б.

Из расписки, представленной в суд истицей, следует, что Ф. обязалась оплатить сумму в размере 50000 руб. за услуги по подбору потенциальных покупателей жилого помещения в момент подачи документов на государственную регистрацию в регистрирующий орган.

Исковые требования И. основаны на том, что она оказала указанные услуги, однако ответчица уклоняется от уплаты 50000 руб.

Взыскивая 50000 руб. за оказание услуги по подбору покупателя, суд исходил из общих положений об обязательствах (ст. 307, 309 ГК РФ) и пришел к выводу, что ответчица добровольно приняла на себя обязательство по оплате денежных средств, не представила доказательств об исполнении этого обязательства, являющегося односторонней сделкой.

Судебная коллегия решила, что выводы суда первой инстанции являются преждевременными, поскольку им выяснены не все обстоятельства, имеющие юридическое значение по делу.

Делая вывод о наличии обязательства у ответчицы по оплате спорной суммы, суд принял во внимание лишь те обстоятельства, на которые ссылается истица в обоснование заявленных требований.

Кроме того, суд первой инстанции не учел, что обязательства по уплате денежных средств исходят из обязательства другой стороны по подбору покупателя жилого помещения и отношения между сторонами должны регулироваться главой 39 ГК РФ о возмездном оказании услуг.

Согласно ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Договор возмездного оказания услуг является двусторонней сделкой, в связи с чем суду следовало проверить выполнение обязательств по договору обеими сторонами.

Согласно ст. 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Таким образом, суду следовало установить следующие юридически значимые обстоятельства: был ли заключен между сторонами договор возмездного оказания услуг по подбору покупателя, какая работа была проведена истицей по подбору покупателя, были ли приняты Ф. результаты работы И., и возникли ли у ответчицы обязательства по оплате выполненной работы.

Между тем, судом не исследованы доводы ответчицы о том, что поиск покупателей на жилое помещение она осуществляла самостоятельно, договор купли-продажи комнаты заключен через агентство "Корсар", также ею заключался договор на оказание посреднических услуг по продаже комнаты с агентством недвижимости "Поиск".

Судом не были привлечены к участию в деле ни агентство "Корсар", ни агентство "Поиск", не опрошены в суде покупатели Б. по факту продажи им комнаты, не были запрошены документы по факту обращения обеих сторон в указанные агентства, не выяснено, какое отношение истица имеет к указанным агентствам. Из содержания расписки Ф. об обязательстве уплатить 50000 руб. неясно, перед кем у нее возникло обязательство - перед агентствами или истицей, так как в расписке вообще не указано какое-либо лицо.

В связи с тем, что судом первой инстанции не выяснены обстоятельства, имеющие юридическое значение по делу, судебная коллегия пришла к выводу, что решение суда в оспариваемой части не может быть признано законным и обоснованным, подлежит отмене с возвращением дела в этой части на новое рассмотрение в тот же суд (Новочебоксарский городской суд).

 

Согласно Федеральному закону от 24 июля 2002 г. N 111-ФЗ "Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в Российской Федерации" выплата правопреемникам умершего застрахованного лица средств, учтенных в специальной части индивидуального лицевого счета умершего застрахованного лица, осуществляется при условии обращения за указанной выплатой в Пенсионный фонд РФ в течение шести месяцев со дня смерти застрахованного лица. При рассмотрении дел по заявлениям правопреемников о восстановлении им срока обращения в территориальные органы Пенсионного фонда РФ за выплатой указанных средств суду необходимо выяснить как причины пропуска указанного срока, так и их уважительность.

П. обратилась в суд с заявлением к Управлению Пенсионного фонда России (государственному учреждению) в г. Шумерля и Шумерлинском районе ЧР о восстановлении пропущенного срока обращения за выплатой средств, учтенных в специальной части индивидуального лицевого счета умершего застрахованного лица.

Заявление мотивировано тем, что в 2008 г. умер ее муж, на индивидуальный лицевой счет которого в системе обязательного пенсионного страхования уплачивались страховые взносы на финансирование накопительной части трудовой пенсии. Средства пенсионных накоплений должны выплачиваться правопреемникам при условии обращения за указанной выплатой в Пенсионный фонд РФ в течение шести месяцев со дня смерти застрахованного лица. Однако ею указанный срок пропущен.

Решением суда требования П. удовлетворены.

Проверив решение суда первой инстанции, судебная коллегия пришла к следующему.

Согласно п. 3 ст. 38 Федерального закона от 24 июля 2002 г. N 111-ФЗ "Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в Российской Федерации" выплата правопреемникам умершего застрахованного лица средств, учтенных в специальной части индивидуального лицевого счета умершего застрахованного лица, осуществляется при условии обращения за указанной выплатой в Пенсионный фонд РФ в течение шести месяцев со дня смерти застрахованного лица. При этом срок обращения за выплатой правопреемникам умершего застрахованного лица может быть восстановлен в судебном порядке по заявлению правопреемника умершего застрахованного лица, пропустившего срок.

При этом восстановление указанного срока зависит от усмотрения суда, которое, по общему правилу, обусловлено наличием или отсутствием исключительных обстоятельств, связанных с личностью правопреемника, повлекших пропуск названного срока. При рассмотрении дел по заявлениям правопреемников о восстановлении им срока обращения в территориальные органы Пенсионного фонда РФ за выплатой указанных средств необходимо выяснять как причины пропуска указанного срока, так и их уважительность.

Поскольку какого-либо перечня уважительных причин, дающих суду право восстановить пропущенный срок, законодательство не содержит, этот вопрос решается судом по каждому делу с учетом его конкретных обстоятельств.

Однако судом первой инстанции вопрос о причинах пропуска срока обращения заявителя в пенсионный орган и об уважительности указанных причин вообще не исследовался. Более того, причины пропуска срока не были указаны и в заявлении П., то есть в ее заявлении не указаны обстоятельства, на которых основаны требования, что препятствовало суду в рассмотрении дела ввиду невозможности определения круга обстоятельств, подлежащих исследованию.

Данное нарушение судом устранено не было.

Решение суда первой инстанции отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд (Шумерлинский районный суд).

 

Гражданское законодательство не предусматривает возможность понуждения собственника к заключению договора дарения, государственной регистрации договора дарения недвижимого имущества и перехода права собственности на недвижимое имущество, в том числе в судебном порядке против воли собственника.

П.Э., действующая в интересах несовершеннолетних детей, обратилась в суд с иском к П.А. о государственной регистрации договора дарения жилого дома и земельного участка и перехода права собственности на недвижимое имущество.

В обоснование исковых требований она указала, что ответчиком был совершен договор дарения, согласно которому ответчик подарил, а их несовершеннолетние дети приняли в дар земельный участок и жилой дом. Договор сторонами был предъявлен для государственной регистрации, однако впоследствии ответчик отказался от регистрации перехода права собственности. Тем самым ответчик нарушил права и законные интересы несовершеннолетних детей. Считает, что договор дарения был совершен в надлежащей форме, сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, который фактически был исполнен.

Судом исковые требования истицы были удовлетворены.

Отменяя указанное решение суда первой инстанции, судебная коллегия указала, что оно основано на неправильном применении норм материального права. Выводы суда первой инстанции о том, что указанный договор дарения считается исполненным сторонами с момента подписания договора, и с момента подписания договора одаряемые являются законными владельцами жилого дома и земельного участка, противоречат нормам материального права.

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность, либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации. И в соответствии со ст. 131, 223 ГК РФ право собственности у одаряемого возникает с момента такой регистрации.

До государственной регистрации договора дарения недвижимого имущества договор дарения является незаключенным (ст. 433 ГК РФ).

Удовлетворяя исковые требования истицы, суд первой инстанции сослался на п. 1 ст. 577 ГК РФ о неправомерности отказа дарителя от исполнения договора дарения. Однако эта ссылка является несостоятельной, поскольку данная норма права может быть применена к заключенным договорам. Кроме того, из содержания подписанного между сторонами договора дарения не следует, что по договору ответчик обязался передать принадлежащий ему жилой дом и земельный участок в будущем, т.е. договор не содержит в себе дарственное обещание в будущем.

Вынося решение о государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок и жилой дом к несовершеннолетним детям, суд свои выводы обосновал положениями ч. 3 ст. 551 ГК РФ. Однако нормы указанной статьи регламентируют государственную регистрацию перехода права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости. Гражданское законодательство не предусматривает возможность понуждения собственника к заключению договора дарения, государственной регистрации договора дарения недвижимого имущества и перехода права собственности на недвижимое имущество, в том числе в судебном порядке против воли собственника.

Судебной коллегией вынесено новое решение, которым в удовлетворении исковых требований П.Э. отказано (Чебоксарский районный суд).

 

Для решения вопроса о приобретении членом кооператива права собственности на кооперативную квартиру юридически значимым обстоятельством является установление факта выплаты паевого взноса за квартиру в полном объеме.

Д. обратился в суд с иском к ТСЖ о признании права собственности на квартиру, регистрации права собственности на квартиру, взыскании убытков и компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что между ним и ответчиком заключен договор на строительство двухкомнатной квартиры. Несмотря на то, что он обязательства по оплате строящегося жилья выполнил в полном объеме, в нарушение договорных обязательств ответчик отказывается предоставить в Управление Федеральной Регистрационной службы РФ по ЧР акт приема-передачи квартиры и справку об оплате полной стоимости жилья.

Решением суда в удовлетворении исковых требований Д. отказано.

Судом установлено, что в 2000 г. между сторонами заключен договор долевого участия в строительстве жилья, по которому ответчик обязался предоставить истцу, являющемуся членом ТСЖ, двухкомнатную квартиру согласно уплаченным паевым взносам в размере 109660 руб. В соответствии с п. 1.2 договора Д. обязался уплатить первоначальный взнос не менее 30% стоимости квартиры, а в дальнейшем уплачивать взносы на строительство данной квартиры согласно решениям общих собраний членов ТСЖ.

Суд сделал вывод, что возникшие между сторонами правоотношения вытекают из членства истца в ТСЖ, являющимся по существу жилищно-строительным кооперативом.

Судебная коллегия согласилась с выводами суда первой инстанции о том, что к спорным правоотношениям следует применять нормы гражданского и жилищного законодательства о жилищных (жилищно-строительных) кооперативах.

В соответствии с п. 4 ст. 218 ГК РФ член жилищного или жилищно-строительного кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внесшие свой паевой взнос за квартиру, предоставленную этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на занимаемое ими жилое помещение.

Согласно ч. 1 ст. 129 ЖК РФ член жилищного кооператива приобретает право собственности на жилое помещение в многоквартирном доме в случае выплаты паевого взноса полностью.

Следовательно, юридическое значение по делу имеют установление членства в кооперативе, пользование жилым помещением, предоставленным кооперативом и полная выплата паевого взноса.

Суд первой инстанции, отказывая Д. в удовлетворении исковых требований о признании права собственности на квартиру, исходил из того, что факт невыплаты истцом паевого взноса с 2002 по 2008 годы в размере 32231 руб. 42 коп. установлен вступившим в законную силу решением мирового судьи судебного участка N 1 Мариинско-Посадского района ЧР.

Однако выводы суда первой инстанции о наличии задолженности Д. по имущественным паевым взносам за строительство квартиры судебная коллегия признала преждевременными, поскольку указанным решением мирового судьи с Д. в пользу ТСЖ была взыскана общая задолженность по паевым, текущим взносам, включая услуги по ремонту и содержанию общего имущества в кооперативе, взносов на содержание и эксплуатацию дома, взносов на текущий ремонт дома, уплату кооперативом штрафов, налогов на имущество, исполнительных сборов, пеней за несвоевременную уплату кооперативом налогов, неоплату за отопление, в том числе после сдачи жилого дома в эксплуатацию.

В то время как паевой взнос в кооперативе является равным в общей сумме строительной или соответственно покупной стоимости жилого помещения, получаемого членом кооператива. В уставе ТСЖ закреплено, что размер пая каждого члена кооператива должен соответствовать фактической строительной стоимости предоставляемой ему квартиры. Соответственно для решения вопроса о приобретении членом кооператива права собственности на кооперативную квартиру юридическое значение имеет установление прежде всего обстоятельства того, выплачен ли паевой взнос за квартиру в полном объеме. Наличие других задолженностей члена кооператива по долгам за ремонт, текущее обслуживание, эксплуатацию жилого дома не являются юридически значимыми обстоятельствами для рассмотрения указанного спора.

Отменяя решение суда первой инстанции, и направляя дело на повторное рассмотрение в суд, судебная коллегия указала также, что судом первой инстанции не исследовался вопрос о стоимости построенной квартиры в связи с изменением ее площади по данным БТИ после сдачи жилого дома в эксплуатацию по сравнению с проектной площадью. Соответственно судом не исследовался вопрос о стоимости паевого взноса за квартиру. В материалах дела копии договоров между сторонами имеются только в форме незаверенных ксерокопий (Мариинско-Посадский районный суд).

 

Суду при рассмотрении дела о взыскании с поручителей в солидарном порядке задолженности по кредитному обязательству следует правильно определить размер имеющейся задолженности заемщика на момент вынесения судебного решения.

Банк ВТБ 24 (ЗАО) в лице филиала в г. Чебоксары обратился в суд с иском к гражданам М., Г., ООО и др. о взыскании в солидарном порядке задолженности по кредитному соглашению, обращении взыскания на заложенное имущество.

Требования мотивированы тем, что Банком и ООО было заключено кредитное соглашение об открытии заемщику (ООО) кредитной линии и предоставлении в ее рамках отдельных кредитов сроком на 36 месяцев по процентной ставке 17% годовых. Обязательства заемщика были обеспечены договорами о залоге движимого имущества с гражданами М. и др., а также договорами поручительства с М., Г., ООО и др. Заемщик ООО свои обязательства по соглашению не исполняет, в связи с чем образовалась задолженность перед Банком.

Судом вынесено заочное решение, которым исковые требования истца удовлетворены в полном объеме.

Судом кассационной инстанции установлено, что на момент рассмотрения дела судом первой инстанции имелось вступившее в законную силу решение арбитражного суда, которым расторгнуто кредитное соглашение, заключенное Банком и ООО; в пользу Банка солидарно взыскана задолженность по кредитному соглашению, проценты по договору, неустойка; обращено взыскание на заложенные нежилые здания, принадлежащие ООО.

Судебная коллегия указала, что юридическое значение для разрешения спора о взыскании задолженности с поручителей по долгам заемщика ООО имело установление наличия и размера задолженности заемщика на момент судебного разбирательства. Однако судом первой инстанции не исследовался вопрос о размере задолженности заемщика на момент вынесения решения, не проверено обстоятельство того, исполнено ли полностью или частично решение арбитражного суда о взыскании задолженности с заемщика.

Поручители солидарно несут ответственность по обязательствам заемщика в размере имеющейся у него задолженности. В связи с этим судебная коллегия нашла обоснованными доводы кассационной жалобы о том, что судом не определен размер имеющейся задолженности заемщика на момент вынесения судебного решения.

Заочное решение суда отменено с направлением дела в тот же суд на новое рассмотрение (Московский районный суд г. Чебоксары).

 

В соответствии со ст. 30 Закона РФ "О милиции" сотрудникам милиции, признанным нуждающимися в улучшении жилищных условий, жилая площадь в виде отдельной квартиры или дома по установленным законодательством нормам предоставляется соответствующими органами исполнительной власти, органами местного самоуправления и организациями в первоочередном порядке, а участковым уполномоченным милиции - не позднее шести месяцев с момента вступления в должность. Критериями для обеспечения жилой площадью участковых уполномоченных милиции являются назначение на должность и нуждаемость в улучшении жилищных условий.

С. обратился в суд с иском к администрации города о возложении обязанности предоставить жилое помещение по договору социального найма ему и членам его семьи.

В обоснование исковых требований указал, что нуждается в улучшении жилищных условий и, как участковый уполномоченный милиции, в соответствии со ст. 30 Закона РФ "О милиции" имеет право на получение благоустроенного жилого помещения. В ноябре 2006 г. на торжественном собрании, посвященном Дню милиции, транслировавшемся по телевидению, глава администрации сделал официальное заявление о предоставлении жилья двум участковым милиции, в том числе и ему. Администрацией города ему было предоставлено жилье в виде двух комнат в четырех комнатной квартире, которые оказались несвободными от прав прежних жильцов, и решением суда он из них выселен.

Решением суда первой инстанции С. в удовлетворении исковых требований отказано.

Отменяя указанное решение суда, судебная коллегия указала, что оно не отвечает требованиям ч. 1 ст. 195, ч. 4 ст. 198 ГПК РФ, в соответствии с которыми решение суда должно быть законным и обоснованным; в мотивировочной части решения должны быть указаны обстоятельства, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

В соответствии со ст. 30 Закона РФ "О милиции" сотрудникам милиции, признанным нуждающимися в улучшении жилищных условий, жилая площадь в виде отдельной квартиры или дома по установленным законодательством нормам предоставляется соответствующими органами исполнительной власти, органами местного самоуправления и организациями в первоочередном порядке, а участковым уполномоченным милиции - не позднее шести месяцев с момента вступления в должность. Критериями для обеспечения жилой площадью участковых уполномоченных милиции являются назначение на должность и нуждаемость в улучшении жилищных условий.

В связи с тем, что жилье участковым уполномоченным милиции предоставляется как органами исполнительной власти, местного самоуправления, так и организациями, суду следовало выяснить, обладает ли отдел внутренних дел, где проходит службу истец, жилищным фондом и может ли обеспечить истца жилым помещением.

Отказывая истцу в удовлетворении его исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что право на получение жилья от органа местного самоуправления по договору социального найма носит заявительный характер, а С. с таким заявлением в администрацию города не обращался.

Однако судом при разрешении спора не дана оценка доказательствам, представленным истцом в подтверждение доводов о том, что помимо того, что он состоит у ответчика на учете на получение жилья, начальник отдела внутренних дел в ноябре 2000 г. обращался к главе администрации с письменным ходатайством о представлении ему (истцу) как участковому уполномоченному милиции жилой площади.

Как следует из материалов дела, на указанном ходатайстве имеется резолюция должностного лица "на комиссию о выделении". В связи с этим суду первой инстанции следовало установить, кто из должностных лиц принял решение о передаче вопроса о предоставлении истцу жилого помещения на разрешение жилищно-бытовой комиссии, наложив данную резолюцию, какое юридически значимое действие она означала и результаты этого действия.

В нарушение требований ч. 4 ст. 198 ГПК РФ в решении судом не указаны основания, по которым суд отверг доказательства истца и, более того, эти доказательства оставлены судом без какого-либо исследования и надлежащей правовой оценки, хотя эти доводы истца основаны на положениях ст. 30 указанного выше Закона, являются существенными и подлежат оценке наряду с другими имеющимися в деле доказательствами.

Судебная коллегия пришла к выводу, что указанное свидетельствует о вынесении судом обжалуемого решения при существенных нарушениях норм процессуального права, по неполно исследованным обстоятельствам дела.

Дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд (Канашский районный суд).

 

В соответствии с п. 2 ст. 154 Жилищного кодекса РФ плата за жилое помещение и коммунальные услуги для собственника помещения в многоквартирном доме включает в себя плату за содержание и ремонт жилого помещения, включающую в себя плату за услуги и работы по управлению многоквартирным домом, содержанию, текущему и капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме; плату за коммунальные услуги. И при рассмотрении спора о взыскании задолженности по ее оплате, при наличии возражений со стороны собственника, суд должен проверять правильность ее начисления.

ТСЖ обратилось в суд с иском к гражданам Е. о взыскании в солидарном порядке задолженности по оплате за содержание жилья и коммунальных услуг.

Требования мотивированы тем, что ответчики, являясь собственниками по 1/2 доле в квартире и потребителями жилищно-коммунальных услуг, которыми их обеспечивает ТСЖ, не производят оплату за содержание принадлежащего им жилья и коммунальных услуг со дня сдачи дома в эксплуатацию.

Судом первой инстанции исковые требования ТСЖ удовлетворены в полном объеме.

Проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы, судебная коллегия указала, что, удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о принадлежности ответчикам на праве общей долевой собственности квартиры и возникновении у них на основании ст. 153 Жилищного кодекса РФ и ст. 210 ГК РФ обязанности по своевременной и полной оплате принадлежащего им жилого помещения и коммунальных платежей.

Доводы кассационной жалобы об отсутствии у ответчиков обязанности по содержанию спорной квартиры и оплате коммунальных платежей, поскольку у них не возникло право собственности на спорную квартиру ввиду непринятия квартиры по акту приема-передачи от заказчика и отсутствии зарегистрированного права собственности на квартиру, судебная коллегия нашла необоснованными по следующим основаниям.

Судом установлено, что ранее решением суда по другому гражданскому делу установлен факт принадлежности наследодателю Е. 1/3 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, и она включена в состав его наследства.

Согласно ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Ответчики в установленном законом порядке приняли данное наследство, следовательно, вся спорная квартира принята гражданами Е. во владение и пользование вне зависимости от подписания акта приема-передачи и государственной регистрации права собственности.

В силу ст. 153 Жилищного кодекса РФ граждане обязаны своевременно и полностью вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги. Обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги возникает у собственников жилого помещения с момента возникновения права собственности на жилое помещение.

В соответствии со ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

При таких обстоятельствах, уклонение ответчиков от оплаты содержания принадлежащего им имущества со ссылкой на неподписание акта приема-передачи и отсутствие государственной регистрации их права собственности на квартиру является злоупотреблением правом.

Вместе с тем судебная коллегия нашла обоснованными доводы жалобы о несогласии с взысканной суммой задолженности по содержанию жилья и коммунальным платежам.

В соответствии с п. 2 ст. 154 ЖК РФ плата за жилое помещение и коммунальные услуги для собственника помещения в многоквартирном доме включает в себя плату за содержание и ремонт жилого помещения, включающую в себя плату за услуги и работы по управлению многоквартирным домом, содержанию, текущему и капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме; плату за коммунальные услуги.

Согласно ч. 5 ст. 15 ЖК РФ общая площадь жилого помещения состоит из суммы площадей всех частей такого помещения, включая площадь помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в жилом помещении, за исключением балконов, лоджий, веранд и террас.

Хотя ответчики и не проживают в спорной квартире, у них возникает обязанность по своевременной и полной оплате за содержание принадлежащего им жилого помещения, отопление жилья, капитальный ремонт исходя из общей площади квартиры, которая за исключением лоджии составляет 74,5 кв. м.

Однако, как усматривается из расчета задолженности по содержанию жилья и коммунальным платежам, ТСЖ производило начисление платежей на содержание жилья, отопление, капитальный ремонт исходя из общей площади квартиры 75,40 кв. м, тогда как общая площадь квартиры составляет 74,5 кв. м. Необоснованно ответчикам произведено начисление за "наем" жилья. В то время как квартира принадлежит им на праве общей долевой собственности.

В расчет задолженности по содержанию жилья и коммунальным платежам были включены расходы по установке домофона, за содержание лифта. Судом не проверена обоснованность их начисления.

Из пояснений представителя истца следует, что начисление за отопление жилья осуществлялось по внутридомовому счетчику потребления горячей воды, однако в материалах дела отсутствуют доказательства количества потребленной горячей воды, которая пошла на отопление жилья, и обоснованности принятого тарифа по оплате отопления.

Решение суда первой инстанции отменено с направлением дела на новое рассмотрение в суд (Новочебоксарский городской суд).

 

При рассмотрении дела суду следует правильно определить имеющие значение для дела обстоятельства, в том числе предмет иска, более полно проверить доводы и возражения сторон, разрешить спор в соответствии с требованиями закона.

Д. обратился в суд с иском к администрации г. Чебоксары о возложении обязанности по предоставлению в собственность за плату и направлению в его адрес договора купли-продажи земельного участка, находящегося под принадлежащим ему гаражным боксом в гаражном кооперативе.

В обоснование исковых требований указал, что в соответствии со ст. 36 Земельного кодекса РФ имеет право на приватизацию земельного участка, на котором расположен его гаражный бокс.

Судом исковые требования Д. удовлетворены.

Судебная коллегия отменила решение суда первой инстанции по следующим основаниям.

Постанавливая решение, суд первой инстанции исходил из того, что Д., имея в собственности гаражный бокс, расположенный на спорном земельном участке, в соответствии со ст. 36 ЗК РФ имеет право на приватизацию данного земельного участка. При этом доводы стороны ответчика о неделимости земельного участка, на котором расположены гаражные боксы ГК, в том числе и гаражный бокс истца, а также о проведении межевания (установлении границ спорного земельного участка) с нарушением требований закона суд признал несостоятельными.

Судебная коллегия нашла выводы суда преждевременными. Так, постанавливая решение, суд не в полной мере проверил и не дал оценки доводам представителя гаражного кооператива о том, что въезд в гаражный бокс истца перекрывает въезд в соседний гаражный бокс, что межевание проведено с нарушением прав других лиц. Понуждая администрацию г. Чебоксары предоставить истцу в собственность земельный участок для эксплуатации гаражного бокса, суд не определил данный земельный участок, его площадь и границы. Не проверил, не были ли нарушены при определении межевой организацией границ спорного земельного участка права и законные интересы владельцев соседних гаражных боксов; не дал оценки в их совокупности имеющимся в материалах дела планам боксов, схемам и картам (плану) границ спорного земельного участка и т.д.

Решение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрение (Московский районный суд г. Чебоксары).

 

Объект незавершенного строительства, не принятый в эксплуатацию, не может быть признан объектом налогообложения по налогу на имущество физических лиц.

Межрайонная инспекция ФНС России N 2 по ЧР обратилась в суд с иском к А. о взыскании суммы налога на имущество физических лиц за 2008 г., пени.

Требования мотивированы тем, что А. является собственником двух объектов недвижимого имущества: жилого дома и незавершенного строительством одноэтажного панельного здания с четырехэтажным кирпичным пристроем. В силу Закона РФ "О налогах на имущество физических лиц" он обязан уплачивать налог на имущество физических лиц в зависимости от суммарной инвентаризационной стоимости указанных объектов. Ответчиком в установленные законом сроки суммы налога не уплачены.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что А. обязан уплачивать налог на указанные объекты, в том числе на объект незавершенного строительства, и удовлетворил требования налогового органа в полном объеме.

Отменяя указанное решение, судебная коллегия указала, что в соответствии с пунктом 1 статьи 1 и статьи 2 Закона РФ от 09.12.1991 N 2003-1 "О налогах на имущество физических лиц" плательщиками налогов на имущество физических лиц признаются физические лица - собственники имущества, признаваемого объектом налогообложения. Объектами налогообложения являются жилые дома, квартиры, дачи, гаражи и иные строения, помещения и сооружения.

Пункт 2 статьи 5 данного Закона устанавливает, что основой для исчисления налога на строения, помещения и сооружения, принадлежащие гражданам на праве собственности, является их инвентаризационная стоимость.

Пунктом 3 постановления Верховного Совета РСФСР от 09.12.1991 N 2004-1 "О порядке введения в действие Закона РФ "О налогах на имущество физических лиц" Правительству Российской Федерации поручено обеспечить проведение оценки строений, помещений и сооружений, принадлежащих гражданам на праве собственности.

Согласно пункту 2.1 Порядка оценки строений, помещений и сооружений, принадлежащих гражданам на праве собственности, утвержденного приказом Министра архитектуры, строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 04.04.1992 N 87, оценке подлежат строения, помещения и сооружения определенного функционального назначения, принятые в эксплуатацию и зарегистрированные в делопроизводстве органов исполнительной власти национально-государственных и административно-территориальных образований, как принадлежащие гражданам на праве собственности.

Оценке для целей налогообложения не подлежат, в частности, строящиеся или признанные по различным причинам непригодными для дальнейшей эксплуатации строения, помещения и сооружения (пункт 2.2 Порядка).

Судебная коллегия указала, что приобретенный ответчиком объект является объектом незавершенного строительства, данный объект не принят в эксплуатацию и, следовательно, не может быть признан объектом налогообложения по налогу на имущество физических лиц.

Судом кассационной инстанции вынесено новое решение, которым истцу в удовлетворении исковых требований отказано (Яльчикский районный суд).

 

Суд при рассмотрении дела в нарушение требований ст. 12 ГПК РФ об осуществлении правосудия по гражданским делам на основе состязательности и равноправия сторон не создал условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства.

П. обратился в суд с иском к Министерству градостроительства и развития общественной инфраструктуры ЧР, администрации Порецкого района ЧР о возложении обязанности по передаче рекультивированных земельных участков по акту приема-передачи, признании акта об установлении рекультивации земельного участка недействительным.

В обоснование исковых требований П. указал, что в 2004 - 2006 годах ответчику Министерству градостроительства и развития общественной инфраструктуры ЧР для временного использования при производстве работ по реконструкции автомобильной дороги "Бахмутово - Мишуково - Ардатов" был предоставлен земельный участок размером 0,3910 га, принадлежащий ему. Однако ответчик дополнительно без каких-либо юридических оснований использовал под складирование верхнего слоя почвы, изымаемого при строительстве автодороги, также часть принадлежащего истцу земельного участка площадью 0,36 га. Автомобильная дорога после реконструкции принята в эксплуатацию в октябре 2006 г., однако до настоящего времени использованные при реконструкции автодороги части принадлежащего ему земельного участка не рекультивированы и в пригодном для использования по назначению для производства сельскохозяйственной продукции состоянии ему не переданы.

21 мая 2008 г. рабочей комиссией администрации Порецкого района ЧР при приемке земельных участков после проведения рекультивации нарушенных земель на территории муниципального образования установлено проведение в октябре 2006 г. работ технического этапа рекультивации изъятого у него земельного участка площадью 0,3910 га, о чем составлен соответствующий акт, однако он к участию в работе комиссии не привлекался и не мог высказать свои возражения против выводов комиссии, которые не соответствуют действительности. Решением суда исковые требования П. удовлетворены частично. Постанавливая решение, суд первой инстанции исходил из того, что фактически рекультивация временно использованного при реконструкции автодороги земельного участка площадью 0,3910 га выполнена, но не передана истцу по акту приема-передачи, а в отношении земельного участка площадью 0,36 га истцом не представлены доказательства его захвата и использования его при реконструкции автодороги.

При этом, обосновывая свои выводы, суд сослался в качестве доказательства на показания свидетелей и акт от 21 мая 2008 г.

Судебная коллегия пришла к выводу, что суд первой инстанции в нарушение требований ст. 12 ГПК РФ об осуществлении правосудия по гражданским делам на основе состязательности и равноправия сторон не создал условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении данного гражданского дела.

Ссылаясь в подтверждение доводов ответчика о проведении рекультивации на акт от 21 мая 2008 г., суд не учел, что данный акт истцом оспаривается, а условия для представления им доказательств в подтверждение доводов о том, что земельный участок в пригодном для его использования по назначению ему не был передан в предусмотренном порядке, судом не созданы.

Суд отклонил ходатайства стороны истца о назначении комиссии для осмотра земельного участка, либо назначении судебной экологической экспертизы, либо непосредственного осмотра участка судом.

Фактически, обязывая ответчика передать рекультивированный земельный участок по акту приема-передачи, суд не разрешил возникший между сторонами спор, который заключается не в отсутствии официально составленного акта, а в том, что у истца имеются претензии по поводу качества проведенной рекультивации земельного участка.

Судебная коллегия указала, что при таких обстоятельствах простое составление акта не разрешает данного спора, в связи с чем вывод суда о возложении обязанности по передаче рекультивированного земельного участка противоречит его же выводу о том, что рекультивация данного земельного участка проведена надлежащим образом.

Преждевременным является и вывод суда о том, что истцом не представлены доказательства использования ответчиком при реконструкции автодороги земельного участка истца на площади 0,36 га.

В материалах дела имеются акт о складировании грунта верхнего слоя почвы, изымаемого из строящейся автодороги, на земельном участке истца на площади 0,36 га и акт, подписанный теми же лицами, из которого следует, что складирование грунта произведено на не отведенном месте в глубине участка на площади 0,36 га.

Также указанное подтверждается показаниями свидетелей.

Однако указанным актам и показаниям свидетелей судом в решении надлежащая правовая оценка не дана.

Решение суда первой инстанции отменено с направлением дела на новое рассмотрение в тот же суд (Порецкий районный суд).

 

Поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю.

Потребительский кооператив финансовой взаимопомощи предпринимателей обратился в суд с иском к Я., Л. и К. о взыскании задолженности по договору займа, в том числе основного долга, операционного паевого взноса, неустойки.

Требования мотивированы тем, что в соответствии с договором займа от 17 ноября 2006 г. ПКФВП предоставил Я. заем в размере 200000 руб. сроком на 12 месяцев. В обеспечение обязательств заемщика были заключены договоры поручительства с Л. и К.

В связи с истечением срока действия договора займа и неполной выплатой заемщиком суммы займа на основании заявления Я. действие договора было продлено до 31 октября 2008 г., с заемщиком был подписан новый информационный расчет ежемесячных платежей. Однако заемщик в установленные сроки сумму займа и операционные паевые взносы не уплатила.

Судом исковые требования ПКФВП удовлетворены в полном объеме.

Обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия пришла к следующему.

Судом установлено, что 17 ноября 2006 г. между ПКФВП и Я. был заключен договор займа, по которому Я. был предоставлен заем в сумме 200000 руб. на неотложные нужды сроком на 12 месяцев с уплатой операционных паевых взносов за пользование займом в размере 60% годовых. В соответствии с указанным договором с заемщиком Я. был подписан информационный расчет ежемесячных платежей по договору с ежемесячным погашением займа до 30 ноября 2007 г.

Обязательства по возврату займа по договору Я. исполнялись ненадлежащим образом. На основании ее заявления 28 ноября 2007 г. между сторонами подписан новый информационный расчет ежемесячных платежей сроком погашения займа до 30 октября 2008 г.

Новый информационный расчет по своей юридической природе является письменным соглашением между заимодавцем и заемщиком об изменении договора займа 17 ноября 2006 г. в части условий о сроках пользования займом с уплатой операционного взноса под 60% годовых и срока возврата займа 30 октября 2008 г.

17 ноября 2006 г. между ПКФВПП и Л., ПКФВПП и К. заключены договоры поручительства, в соответствии с которыми поручители обязались солидарно с заемщиком отвечать перед кооперативом за исполнение Я. обязательств по договору займа от 17 ноября 2006 г.

По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части (ст. 361 ГК РФ).

Согласно ст. 367 ГК РФ поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства, а также в случае изменения этого обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего. Поручительство также прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иска к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

Судебная коллегия пришла к выводу, что поскольку какие-либо изменения в договоры поручительства с Л. и К. не вносились, новый информационный расчет ежемесячных платежей между кооперативом и заемщиком от 28 ноября 2007 г. с поручителями не подписывался. В связи с этим на поручителей не распространяются изменения, внесенные между кооперативом и Я. в договор займа путем подписания информационного расчета от 28 ноября 2007 г. Сроки действия поручительства у К. и Л. определяются сроками обязательства, заключенного 17 ноября 2006 г.

Пункты договоров поручительства о том, что поручители обязуются отвечать перед кооперативом за исполнение обязательств пайщика Я. по договору займа от 17 ноября 2006 г. как существующих в настоящее время, так и тех, которые могут возникнуть в будущем, не свидетельствуют о том, что поручители несут ответственность по измененным между заимодавцем и заемщиком обязательствам по информационному расчету от 28 ноября 2007 г.

Судебной коллегией в удовлетворении исковых требований истца к Л. и К. отказано (Московский районный суд г. Чебоксары).

 

Производство по делам, возникающим из правоотношений

по имущественному страхованию

 

При рассмотрении гражданских дел, возникающих из правоотношений по имущественному страхованию, судам следует учитывать согласованные сторонами условия договора страхования.

М. обратился в суд с иском к ОАО "Военно-страховая компания" о взыскании страхового возмещения и процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами.

В обоснование исковых требований указал, что между сторонами заключен договор имущественного страхования автомобиля марки ВАЗ-21124 по риску "автокаско" (ущерб + хищение) сроком на 1 год.

В период с 24 часов 23 марта 2008 г. по 5 часов 24 марта 2008 г. указанный автомобиль похищен неустановленным лицом. Ответчик отказал истцу в выплате страхового возмещения, ссылаясь на отсутствие оснащения автомашины противоугонной системой. На указанной автомашине заводом-изготовителем установлена противоугонная система иммобилайзер N 6, что, по мнению истца, является достаточным для признания хищения страховым случаем. Согласно п. 9.6 Правил страхования наземного транспорта от 3 августа 2005 г. выплата страхового возмещения производится в течение 10-и дней после представления страхователем всех необходимых документов. В связи с тем, что страховщиком истцу страховое возмещение следовало выплатить не позднее 11 апреля 2008 г., истец просил также взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами.

Судом исковые требования М. удовлетворены. Рассматривая дело по кассационной жалобе ответчика, судебная коллегия пришла к следующему.

В соответствии со ст. 930 ГК РФ по договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества.

В силу ст. 943 Гражданского кодекса РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком или объединением страховщиков (правила страхования).

В соответствии с п. 7.1 Правил страхования наземного транспорта Заявитель обязан оборудовать транспортное средство электронной или механической противоугонной системой до наступления страхового события по рискам "Автокаско" и "Хищение", но не позднее 10-и календарных дней с даты заключения договора. Угон транспортного средства имел место на 7 день после заключения договора страхования.

В связи с тем, что установленные Правилами страхования сроки по оснащению автомашины электронной противоугонной системой для страхователя до момента хищения автотранспортного средства не истекли, судебная коллегия пришла к выводу, что доводы ответчика о нарушении страхователем Правил страхования не обоснованны.

На основании п. 10.2.2 Правил страхования, являющихся неотъемлемой частью договора страхования, размер страхового возмещения застрахованного имущества вследствие хищения определяется с учетом износа, определяемым в соответствии с п. 10.18 Правил. Согласно п. 10.18.2 износ застрахованного имущества определяется по принципу - неполный календарный месяц действия договора принимается за полный. При этом для транспортных средств отечественного производства за первый месяц действия договора предусматривается 5% износа.

Судебная коллегия согласилась с доводами кассационной жалобы о применении согласованных сторонами договорных условий определения размера страхового возмещения. С учетом указанного механизма расчета подлежащий выплате размер страхового возмещения составил 281200 руб.

Неправильно судом первой инстанции был определен срок, в течение которого ответчик должен был выплатить страховое возмещение. П. 9.8.5 Правил предусмотрены сроки возмещения убытков и расходов страхователя вследствие хищения - в течение 10-и рабочих дней после составления страхового акта по получении документального подтверждения приостановления уголовного дела по факту хищения; либо подписания абандона Страхователем (в зависимости от того, какое из двух упомянутых событий наступит позже во времени).

В связи с тем, что соглашение об абандоне между страхователем и страховщиком подписано 3 июня 2008 г., судебная коллегия пришла к выводу, что обязательства по выплате страхового возмещения наступили 18 июня 2008 г. Таким образом проценты подлежали начислению за период с 19 июня 2008 г. по 11 сентября 2008 г., а не с апреля месяца, как это было сделано судом (Калининский районный суд г. Чебоксары).

 

В соответствии с ч. 2 ст. 947, ч. 1 и 3 ст. 951 ГК РФ при страховании имущества страховая сумма не должна превышать его действительную стоимость (страховую стоимость). Если страховая сумма, указанная в договоре страхования имущества, превышает страховую стоимость, договор является ничтожным в той части страховой суммы, которая превышает страховую стоимость. Если завышение страховой суммы в договоре страхования явилось следствием обмана со стороны страхователя, страховщик вправе требовать признания договора недействительным.

Страховая компания обратилась в суд с иском к В. о признании договора страхования недействительным.

Исковые требования мотивированы тем, что 5 марта 2007 г. между сторонами был заключен договор страхования автомобиля марки БМВ Х3, принадлежащего В., с двумя предусмотренными страховыми случаями - "хищение" и "ущерб" на страховую сумму 2418700 руб. После обращения ответчика с заявлением о выплате страхового возмещения по факту возгорания указанного транспортного средства, было проведено расследование страхового события и установлено, что в отношении этого же транспортного средства уже был заключен аналогичный договор страхования между ООО "АЦИОС" и ООО "СК Оранта" на сумму 1998000 руб. В феврале 2007 г. указанное транспортное средство в результате ДТП получило механические повреждения, и ООО "АЦИОС" в лице генерального директора В. (ответчика) обратилось в страховую компанию ООО "СК Оранта" с заявлением о страховом событии.

В момент заключения договора страхования с истцом транспортное средство находилось в поврежденном состоянии. При этом страховщик добросовестно заблуждался относительно самого предмета договора, и сделка была совершена под влиянием заблуждения страховщика о ее предмете. Со стороны страхователя имел место обман, выразившийся в том, что он утаил сведения о факте значительного механического повреждения автомобиля, и страховая сумма фактически подлежала снижению на 871555 руб. (размер ущерба, причиненного транспортному средству в результате ДТП).

Судом истцу в удовлетворении исковых требований отказано.

Отказывая истцу в удовлетворении его требований о признании указанной сделки недействительной, суд первой инстанции мотивировал свое решение тем, что оснований для признания действий ответчика, как имеющих прямой умысел на обман страховщика при заключении договора страхования относительно состояния застрахованного имущества (автомобиля) и его стоимости на момент заключения договора страхования не имеется, поскольку ответчик хотя и знал на момент заключения договора страхования о том, что автомашина в результате ДТП получила механические повреждения, однако страховщик данные сведения у него не запрашивал, а страховая сумма определена в договоре страхования по соглашению сторон.

Судебная коллегия согласилась с выводами суда первой инстанции о том, что несообщение ответчиком при заключении договора страхования о том, что указанный автомобиль был поврежден в результате ДТП не является основанием для признания этого договора недействительным, поскольку страховщик сведений о техническом состоянии автомобиля от него не запрашивал, и не воспользовавшись своим правом, предусмотренным ч. 1 ст. 945 ГК РФ, на осмотр страхуемого имущества, заключил договор страхования. Согласно ч. 2 ст. 944 ГК РФ, если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо ответы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем.

Однако судебная коллегия отменила решение суда по тем мотивам, что судом первой инстанции при разрешении спора не были приняты во внимание положения ч. 2 ст. 947, ч. 1 и 3 ст. 951 ГК РФ, согласно которым при страховании имущества страховая сумма не должна превышать его действительную стоимость (страховую стоимость); если страховая сумма, указанная в договоре страхования имущества, превышает страховую стоимость, договор является ничтожным в той части страховой суммы, которая превышает страховую стоимость; если завышение страховой суммы в договоре страхования явилось следствием обмана со стороны страхователя, страховщик вправе требовать признания договора недействительным.

Из материалов дела следует, что страховая стоимость указанного автомобиля в договоре страхования указана в размере 2418700 руб., а между тем он был приобретен ООО "АЦИОС" еще до приобретения его ответчиком по цене 1885168 руб. Впоследствии автомобиль в результате ДТП получил значительные технические повреждения, размер ущерба от которых составлял 871555 руб.

Учитывая указанные факты, суду первой инстанции для всестороннего и полного разрешения дела необходимо было установить по чьей инициативе, страхователя или страховщика, в договоре страхования страховая стоимость автомобиля была определена в сумме 2418700 руб.; был ли автомобиль на момент заключения договора страхования восстановлен после ДТП; какова была его действительная стоимость на момент заключения договора страхования. Указанные обстоятельства имели существенное значение для разрешения следующих вопросов: превышала ли страховая стоимость автомобиля в момент заключения договора страхования его действительную стоимость, и, если превышала, был ли со стороны страхователя обман страховщика в части завышения страховой суммы указанного автомобиля в договоре страхования.

Судом данные обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, в нарушение требований ч. 2 ст. 56, ч. 1 ст. 196 ГПК РФ, определены не были, в связи с чем решение судебной коллегией отменено с направлением дела в тот же суд на новое рассмотрение (Московский районный суд г. Чебоксары).

 

Производство по делам, вытекающим

из публичных правоотношений

 

Нормы бывшего Союза ССР, регулирующие вопросы паспортизации граждан, должны применяться судом в части, не противоречащей законодательству РФ, предусматривающему вместо вклеивания в паспорт фотографии при достижении гражданином 45-и лет замену паспорта.

В. обратилась в суд с заявлением о признании действий отдела Управления Федеральной миграционной службы по ЧР в Ленинском районе г. Чебоксары по отказу во вклеивании фотографии по достижении ею 45-летнего возраста в паспорт образца 1974 года незаконными, возложении обязанности вклеить в ее паспорт фотографию по возрасту с проставлением гербовой печати, а также вклеить вкладыш о российском гражданстве.

В обоснование заявления указала, что отказ ответчика вклеить фотографию по достижении ею 45-летнего возраста в паспорт образца 1974 года мотивирован тем, что в соответствии с Административным регламентом Федеральной миграционной службы по предоставлению государственной услуги по выдаче, замене и по исполнению государственной функции по учету паспортов гражданина РФ, удостоверяющих личность гражданина РФ, на Отдел УФМС по ЧР возложена лишь функция обмена паспорта гражданина СССР образца 1974 года на паспорт гражданина РФ. Получить паспорт нового образца она не может по своим религиозным убеждениям. В связи с этим она не имеет возможности реализовать свои права в тех случаях, когда обязательно предъявление удостоверения личности.

Частично удовлетворяя заявленные В. требования, суд первой инстанции сослался на Постановление Совета Министров СССР от 28 августа 1974 года N 677 "Об утверждении Положения о паспортной системе в СССР", в соответствии с которым действие паспорта образца 1974 года не ограничивается сроком, и паспорт является недействительным только в случае отсутствия в нем фотографий гражданина после достижения им возраста 25 или 45 лет.

Также суд указал, что данное Положение не отменено и применяется в части, не противоречащей Конституции РФ и действующему законодательству РФ.

Постановление Правительства РФ от 8 июля 1997 г. N 828 "Об утверждении Положения о паспорте гражданина Российской Федерации, образца бланка и описания паспорта гражданина Российской Федерации", лишь обязывало МВД РФ осуществить до 1 июля 2004 г. поэтапную замену паспорта гражданина СССР на паспорт гражданина РФ, но не содержало указания на то, что по истечении указанного срока паспорта образца 1974 г. не могут использоваться, и не возлагало на граждан каких-либо обязанностей по обязательной замене паспорта.

В соответствии с Указом Президента РФ от 19 июля 2004 г. N 928 оформление основных документов, удостоверяющих личность гражданина РФ, возложены на Федеральную миграционную службу России, суд первой инстанции пришел к выводу, что структурные подразделения данной службы не лишены правовых оснований для отыскания способов вклеивания в паспорт старого образца фотографии.

Отменяя указанное решение суда первой инстанции в связи с ошибочным толкованием судом норм материального права, судебная коллегия указала, что согласно пункту 7 Положения о паспорте гражданина Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 8 июля 1997 г. N 282, срок действия паспорта гражданина предусмотрен: от 14 лет до достижения 20-летнего возраста; от 20 лет до достижения 45-летнего возраста; от 45 лет - бессрочно. Названным же пунктом предусмотрено, что по достижении гражданином (за исключением военнослужащих, проходящих службу по призыву) 20-летнего и 45-летнего возраста паспорт подлежит замене.

В соответствии с п. 5 Положения о паспортной системе в СССР, действие паспорта гражданина СССР не ограничивалось сроком. Вместе с тем устанавливалось, что по достижении 25 и 45-летних возрастов ОВД должны были вклеиваться в паспорта фотографии, соответствующие этим возрастам. Паспорта, не имеющие таких фотографий, являлись недействительными.

На момент достижения заявителем 45-летнего возраста, вопросы паспортизации граждан РФ регулировались уже Положением о паспорте гражданина РФ, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 8 июля 1997 г. N 282, которым вклеивание фотографии в паспорт гражданина СССР при достижении им 45-летнего возраста не предусмотрено, а предусмотрена замена паспорта.

Согласно ст. 11 Соглашения о создании Содружества Независимых Государств от 8 декабря 1991 г. с момента подписания Соглашения на территориях подписавших его государств не допускается применение норм третьих государств, в том числе бывшего Союза ССР.

Постановлением Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 г. N 2014-1 "О ратификации Соглашения о создании Содружества Независимых Государств" в целях создания условий, необходимых для реализации ст. 11 названного Соглашения, предусмотрено установить, что на территории РСФСР до принятия соответствующих законодательных актов РСФСР нормы бывшего Союза ССР применяются в части, не противоречащей Конституции, законодательству РСФСР и настоящему Соглашению.

Судебной коллегией сделан вывод, что нормы Положения о паспортной системе в СССР могут применяться лишь тогда, когда не противоречат законодательству РФ. Нормы законодательства РФ, регулирующие спорный вопрос, предусматривают вместо вклеивания в паспорт фотографии при достижении гражданином 45-ти лет замену паспорта.

Судебной коллегией по делу принято новое решение, которым в удовлетворении заявления В. отказано (Ленинский районный суд г. Чебоксары).

 

Гражданину, состоящему на учете в качестве нуждающегося в улучшении жилищных условий, не может быть ограничен доступ к информации, касающейся соблюдения органом местного самоуправления установленной на основании закона очередности предоставления жилья, в том числе доступ к сведениям, характеризующим выделенное администрацией города администрации района жилье, сведениям о количестве таких жилых помещений.

Н. обратился в суд с заявлением, в котором просил признать незаконным отказ администрации г. Чебоксары предоставить ему информацию о выделении администрацией города администрации Калининского района квартир в период с 2001 - 2006 гг. В заявлении указал, что обратился в администрацию г. Чебоксары с просьбой обеспечить ему возможность ознакомиться со всеми письмами и распоряжениями администрации о выделении квартир администрации Калининского района в период с 2001 по 2006 гг., но ему отказано со ссылкой на то, что истребованная информация не затрагивает его прав. В связи с тем, что он состоит в администрации Калининского района г. Чебоксары на учете в качестве нуждающегося в улучшении жилищных условий как инвалид Великой Отечественной войны, и ему жилье не предоставлено несмотря на то, что с февраля 2006 г. в списке очередников он значится под N 1, считает, что в целях защиты своих жилищных прав вправе получить информацию о распределении жилья среди очередников.

Судом в удовлетворении заявления Н. отказано.

Судебная коллегия нашла решение суда первой инстанции подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 46 Конституции РФ и главой 25 ГПК РФ граждане и организации вправе обратиться в суд за защитой своих прав и свобод с заявлением об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, в результате которых, по мнению указанных лиц, были нарушены их права и свободы или созданы препятствия к осуществлению ими прав и свобод либо на них незаконно возложена какая-либо обязанность или они незаконно привлечены к ответственности.

Обратившись в суд с заявлением, Н. исходил из того, что обжалуемые действия органа местного самоуправления нарушают его право на доступ к информации.

Согласно ст. 8 Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" граждане и организации вправе осуществлять поиск и получение любой информации в любых формах и из любых источников при условии соблюдения требований, установленных федеральными законами.

Гражданин имеет право на получение от государственных органов, органов местного самоуправления, их должностных лиц в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, информации, непосредственно затрагивающей его права и свободы. Судебная коллегия указала, что гражданину, состоящему на учете в качестве нуждающегося в улучшении жилищных условий, не может быть ограничен доступ к информации, касающейся соблюдения органом местного самоуправления установленной на основании закона очередности предоставления жилья. Соответственно, не может быть ограничен также доступ к сведениям, характеризующим выделенное администрацией города администрации района жилье, сведениям о количестве таких жилых помещений.

Выводы суда в обжалуемом судебном решении не соответствуют такому толкованию права граждан на доступ к информации применительно к рассматриваемому делу (Ленинский районный суд г. Чебоксары).

 

Производство по делам, возникающим из трудовых,

пенсионных и социальных правоотношений

 

Расчеты ежемесячных страховых выплат произведены судом без применения индексации, предусмотренной действующим законодательством, что повлекло за собой изменение решения суда по спору, вытекающему из правоотношений в сфере обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Х. обратилась в суд с иском к Региональному отделению Фонда социального страхования РФ по ЧР (Государственное учреждение) о назначении ежемесячных страховых выплат, взыскании единовременной страховой выплаты, взыскании задолженности по страховым выплатам.

В обоснование исковых требований указала, что в период обучения в Чебоксарском кооперативном профессионально-техническом училище Чувашпотребсоюза при прохождении производственной практики в 1972 г. ею получена травма - рвано-размозженная рана в области левого локтевого сустава. В связи с полученной травмой установлена 3 группа инвалидности. Решением суда от 1 декабря 2006 г. установлен факт несчастного случая на производстве. Заключением Бюро МСЭ с 1 июня 2007 г. установлено 40% утраты профессиональной трудоспособности. Ответчиком в назначении ей страховых выплат отказано в связи с тем, что она не относится к лицам (рабочим и служащим), получившим увечье или иное повреждение здоровья, связанное с их работой, и право на возмещение ущерба не имеет.

Удовлетворяя исковые требования истицы, суд первой инстанции исходил из требований п. 3 ст. 15 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в соответствии с которым ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются с того дня, с которого учреждением медико-социальной экспертизы установлен факт утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.

Ст. 8 указанного закона устанавливает виды обеспечения по страхованию, включая единовременную и ежемесячные страховые выплаты, оплату дополнительных расходов в соответствии с программой реабилитации потерпевшего.

Судебная коллегия признала, что выводы суда первой инстанции о необходимости назначения Х. обеспечения по страхованию в соответствии с нормами Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" являются законными и обоснованными. Размер причитающейся единовременной страховой выплаты в зависимости от 40% утраты профессиональной трудоспособности судом определен правильно.

Однако судом расчеты ежемесячных страховых выплат по состоянию на 1 ноября 2008 г. произведены без применения индексации, предусмотренной действующим законодательством.

П. 7 ст. 12 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" предусматривает, что при невозможности получения документа о размере заработка застрахованного сумма ежемесячной страховой выплаты исчисляется исходя из тарифной ставки (должностного оклада), установленной (установленного) в отрасли (подотрасли) для данной профессии, и сходных условий труда ко времени обращения за страховыми выплатами. Данные о размерах тарифных ставок (должностных окладов) работников предоставляются органами по труду субъектов РФ. В случае непредставления указанными органами необходимой информации следует учитывать в расчете величину прожиточного минимума на момент обращения за обеспечением по обязательному социальному страхованию.

Право на получение обеспечения по страхованию, соответственно право на обращение о назначении страховых выплат, у Х. возникло после определения ей степени утраты профессиональной трудоспособности, 1 июня 2008 г. Ежемесячная страховая выплата подлежит определению исходя из величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по РФ на момент установления истице степени утраты профессиональной трудоспособности и возникновения у нее права на обращение за страховыми выплатами. Постановлением Правительства РФ от 4 декабря 2007 г. N 841 установлена величина прожиточного минимума в целом по Российской Федерации за второй квартал 2007 г. для трудоспособного населения - 4116 руб. Соответственно с учетом 40% утраты профтрудоспособности ежемесячная страховая выплата истице на 1 июня 2007 г. должна была составлять 1646 руб. 40 коп. В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 19 ноября 2007 г. N 786 с 1 января 2008 г. размер ежемесячной страховой выплаты подлежал индексации на коэффициент 1,085, в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 18 августа 2008 г. N 615 с 1 июля 2008 г. - на коэффициент 1,019. Соответственно размер ежемесячной страховой выплаты с 1 января 2008 г. должен был составить 1646,40 X 1,085 = 1786,34 руб., с 1 июля 2008 г. должен был составить 1786,34 X 1,019 = 1820,28 руб. Задолженность по ежемесячным страховым выплатам за период с 1 июня 2007 г. по 31 октября 2008 г. составляет 29523 руб. 96 коп.

Решение суда изменено в части определения размера ежемесячных страховых выплат и взыскания задолженности по ежемесячным страховым выплатам (Ленинский районный суд г. Чебоксары).

 

Неправильное определение и не исследование всех юридически значимых обстоятельств, имеющих значение для дела, повлекло за собой отмену решения суда первой инстанции по трудовому спору.

ООО ПСПК обратилось в суд с иском к П. о взыскании ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей. Исковые требования мотивированы тем, что ответчица в период с 1 июля по 10 ноября 2006 г. работала продавцом в принадлежащем истцу магазине. П. был подписан договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности за необеспечение сохранности имущества, вверенного для розничной реализации. По результатам проведенной в магазине инвентаризации выявлена недостача материальных ценностей в сумме 591371 руб. 05 коп. Исходя из времени работы ответчицы сумма материального ущерба, причиненная П., составляет 27916 руб.

П. обратилась в суд со встречным иском к ООО ПСПК о взыскании заработка за задержку выдачи трудовой книжки, компенсации морального вреда. Встречные исковые требования мотивированы тем, что ООО ПСПК после увольнения не выдало ей трудовую книжку. Трудовая книжка получена ею 1 октября 2008 г. от своего представителя.

Решением суда в удовлетворении иска ООО ПСПК отказано, встречные исковые требования П. удовлетворены.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ООО ПСПК, суд первой инстанции исходил из того, что истец не доказал факт недостачи, противоправность поведения П., причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом, соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности, не представлен акт инвентаризации на день поступления П. на работу, не установлена вина П. в образовании недостачи.

Однако указанные выводы суда судебная коллегия нашла преждевременными.

Как следует из материалов дела, П. 1 июля 2006 г. была принята на работу продавцом-кассиром отдела хлебобулочных изделий магазина, принадлежащего ООО ПСПК. 1 января 2006 г. между работодателем и продавцами магазина заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, в соответствии с п. 5 которого договор не перезаключается при выбытии из состава коллектива (бригады) отдельных работников и приеме в коллектив (бригаду) новых работников. Из письменных объяснений П. оперуполномоченному ОРЧ БЭП МВД ЧР следует, что договор о полной коллективной материальной ответственности подписан в день ее трудоустройства.

Суд первой инстанции, не получив объяснения истца о времени подписания договора, сделал вывод о том, что невозможно определить, с какого момента П. взяла на себя обязательства совместно с другими работниками отвечать за причиненный ущерб. Судебная коллегия признала указанные выводы суда несостоятельными.

В соответствии с п. 27 Положения о бухгалтерском учете и отчетности в РФ, утвержденного Приказом Министерства финансов РФ от 26 декабря 1994 г. N 170, п. 1.6 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства финансов РФ от 13 июня 1995 г. N 49, предусмотрено обязательное проведение инвентаризации при коллективной (бригадной) материальной ответственности при смене руководителя коллектива (бригадира), при выбытии из коллектива (бригады) более пятидесяти процентов его членов, а также по требованию одного или нескольких членов коллектива (бригады). При исследовании вопроса о необходимости акта инвентаризации на момент трудоустройства П. судом первой инстанции не исследованы вопросы о том, имело ли место выбытие из коллектива (бригады) более пятидесяти процентов его членов, либо были ли ответчицей заявлены требования о проведении инвентаризации на момент подписания ею договора о полной коллективной материальной ответственности.

По результатам двух инвентаризаций от 29 сентября 2006 г. и 31 октября 2006 г. в магазине обнаружена недостача товаров на сумму 591372 руб. Суд первой инстанции без какого-либо исследования принадлежностей имеющихся 11 подписей в инвентаризационных описях отметил отсутствие подписей материально-ответственных лиц. Не установлены обстоятельства того, подписывалась ли П. в инвентаризационных листах.

В соответствии со ст. 245 ТК РФ по договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. При коллективной (бригадной) ответственности недостача товарно-материальных ценностей при ее подтверждении материалами инвентаризации возмещается членами бригады с учетом степени вины каждого работника. Освобождение кого-либо из членов коллектива (бригады) от ответственности создает обязательства других членов коллектива (бригады) по ее возмещению. Судом первой инстанции не исследовался вопрос о конкретном размере недостачи товарно-материальных ценностей в магазине, степени вины П. в образовании недостачи с учетом конкретных периодов работы членов коллектива (бригады).

Неправильно судом был разрешен и встречный иск П. о взыскании заработка за задержку выдачи трудовой книжки. Судом первой инстанции не был исследован вопрос о том, направлялось ли работодателем работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Юридическое значение для разрешения встречного иска имеет установление обстоятельств соблюдения либо несоблюдения работодателем обязательств по выдаче уволенному работнику трудовой книжки, предусмотренных ст. 84.1 ТК РФ, а также определение конкретного периода задержки трудовой книжки работнику.

Решение суда первой инстанции отменено, дело возвращено в суд для повторного рассмотрения (Калининский районный суд г. Чебоксары).

 

Период нахождения истицы в отпуске без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет подлежал включению в специальный стаж работы, дающей право на досрочную трудовую пенсию.

Решением Управления Пенсионного фонда РФ в г. Чебоксары ЧР (УПФ РФ в г. Чебоксары) Т. было отказано в назначении досрочной трудовой пенсии по старости в соответствии с пп. 11 п. 1 ст. 28 ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" по мотиву отсутствия требуемого 30-летнего медицинского стажа работы. Специальный стаж установлен в 26 лет 2 месяца 8 дней.

В специальный стаж работы, дающей право на досрочную трудовую пенсию, не были включены периоды нахождения в отпуске по уходу за ребенком до трех лет; работы в должности медицинской сестры ортопедического отделения стационара; нахождения на курсах повышения квалификации с сохранением заработной платы во время работы в должности медицинской сестры ортопедического отделения стационара.

Не согласившись с указанным решением, Т. обратилась в суд с иском о включении указанных периодов в специальный стаж в льготном исчислении и назначении досрочной трудовой пенсии по мотивам наличия у нее с учетом указанных периодов необходимого стажа работы.

Проверив решение суда первой инстанции в пределах кассационной жалобы, судебная коллегия пришла к следующему.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции установил, что Т. с 16.08.1985 была принята на должность медицинской сестры ортопедического отделения стационара, где осуществляет деятельность по охране здоровья населения по настоящее время.

Во время работы в указанной должности истица в период с 21.08.1990 по 16.02.1992 находилась в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет, а с 06.11.2003 по 04.12.2003 - на курсах повышения квалификации с сохранением заработной платы.

В соответствии с подп. 20 п. 1 ст. 27 ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" трудовая пенсия по старости ранее достижения установленного законом возраста назначается лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и в поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Постановлением Правительства РФ N 781 от 29 октября 2002 г. были утверждены Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения, в соответствии с пп. 11 п. 1 ст. 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" и Правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".

В силу п. 5 указанных Правил, периоды работы в должностях и учреждениях, указанных в Списке, засчитываются в стаж в календарном порядке, за исключением случаев применения льготного порядка исчисления стажа указанной работы.

В льготном порядке исчисляется, в частности, работа в должностях и учреждениях, перечисленных в Перечне структурных подразделений учреждений здравоохранения и должностей врачей и среднего медицинского персонала, работа в которых в течение года засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, как один год и шесть месяцев, также утвержденном постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 г. N 781.

Данный Перечень не предусматривает возможность льготного исчисления периодов работы в таком отделении хирургического профиля стационаров как ортопедическое отделение стационара в качестве медицинской сестры, поскольку раздел "Наименование должностей" Перечня предоставляет такое право лишь операционным медицинским сестрам, включая старших, и медицинским сестрам перевязочных.

Согласно разделу "Наименование должностей" Перечня структурных подразделений государственных и муниципальных учреждений здравоохранения, клиник высших медицинских образовательных учреждений и медицинских научных организаций, медико-санитарных частей и должностей врачей и среднего медицинского персонала, работа в которых дает право один год работы считать за один год и 6 месяцев, утвержденного постановлением Правительства РФ от 22.09.1999, правом на льготное исчисление также обладали лишь операционные медицинские сестры, включая старших, медицинские сестры перевязочных.

Требования об установлении факта работы истицы в данных должностях не заявлялись, и доводы о работе истицы в указанных должностях в суде не приводились.

В связи с этим судебная коллегия решила, что суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что период работы с 01.11.1999 по 03.05.2001 в должности медицинской сестры ортопедического отделения стационара подлежит исчислению в календарном порядке.

Судебная коллегия также указала, что доводы жалобы о том, что пенсионным органом периоды работы до 01.11.1999 необоснованно не исчислены в льготном порядке, предусмотренном для работы в сельской местности, исходя из расчета один год работы за один год и три месяца, как это предусмотрено законодательством, основаны на ошибочном толковании норм права и не могут быть приняты во внимание. Непосредственно периоды работы до 01.11.1999 пенсионным органом исчислены в льготном порядке из расчета один год работы за один год и шесть месяцев. Исключение составили периоды нахождения в отпуске по беременности и родам с 12.12.1988 по 30.04.1989 и в отпуске по уходу за ребенком с 01.05.1989 по 20.08.1990, которые были исчислены в календарном порядке. Однако решение пенсионного органа в указанных частях истицей не оспаривалось, а, соответственно, предметом судебного разбирательства не являлось.

Судом разрешались требования о включении в стаж: периода работы с 01.11.1999 по 03.05.2001; периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста 3 лет с 21.08.1990 по 16.02.1992 и периода нахождения на курсах повышения квалификации с 06.11.2003 по 04.12.2003.

Судебная коллегия пришла к выводу, что разрешая требование о включении в стаж периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста 3 лет, и придя к правильному выводу о необходимости включения указанного периода в специальный стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, суд первой инстанции не учел следующее обстоятельство.

В соответствии со Списком профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденным постановлением СМ РСФСР от 06.09.1991 N 464, действовавшим до 01.11.1999, среднему медицинскому персоналу отделений (палат) хирургического профиля стационара исчисление сроков выслуги производилось в льготном порядке - один год в этих должностях и подразделениях за один год и шесть месяцев, независимо от наименования должности.

Решением УПФ РФ в г. Чебоксары период работы истца в должности медицинской сестры ортопедического отделения стационара с 16.08.1985 по 31.10.1999 включен в специальный стаж в предусмотренном постановлением СМ РСФСР от 06.09.1991 льготном порядке.

Согласно п. 7 Разъяснения Госкомитета СССР по труду и социальным вопросам и Секретариата ВЦСПС от 29 ноября 1989 г. N 23/24-11 "О порядке предоставления женщинам частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет", во всех случаях исчисления общего, непрерывного стажа и стажа работы по специальности время частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет учитывается в том же порядке, как работа, в период которой предоставлены указанные отпуска.

Поэтому период нахождения истицы в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет с 21.08.1990 по 16.02.1992 подлежал включению в специальный стаж в льготном порядке, то есть один год за один год и шесть месяцев.

Судебная коллегия указала, что решение суда первой инстанции в указанной части подлежит изменению.

Сложив стаж, исчисленный комиссией, и периоды, включенные в специальный стаж работы судом, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что на день обращения истицы за пенсией необходимый для назначения пенсии 30-летний специальный стаж имелся.

Решение суда в части отказа в назначении досрочной трудовой пенсии по старости отменено с вынесением нового решения об удовлетворении требования (Калининский районный суд г. Чебоксары).

 

В соответствии с Перечнями структурных подразделений учреждений здравоохранения и должностей врачей и среднего медицинского персонала, работа в которых в течение года засчитывается в стаж работы, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденных постановлениями Правительства РФ N 1066 от 22.09.1999 и N 781 от 29.10.2002 (Перечень 2002 года) правом на льготное исчисление периодов работы обладают не все медицинские работники и не всех выездных бригад скорой медицинской помощи, а лишь медицинские работники, перечисленные в Перечнях и входящие в состав бригад скорой медицинской помощи анестезиологии-реанимации или реанимации и интенсивной терапии.

Решением Управления Пенсионного фонда РФ в Батыревском районе ЧР (УПФ РФ в Батыревском районе ЧР) Ф. было отказано в назначении досрочной трудовой пенсии по старости в соответствии с пп. 11 п. 1 ст. 28 ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (в настоящее время пп. 20 п. 1 ст. 27 Федерального закона) по мотиву отсутствия требуемого 25-летнего медицинского стажа работы. Специальный стаж определен в 15 лет 8 месяцев 8 дней.

В специальный стаж работы, дающий право на досрочную трудовую пенсию, не были включены периоды нахождения на курсах повышения квалификации.

При исчислении специального стажа периоды работы в должности фельдшера филиала скорой медицинской помощи и в должности фельдшера скорой медицинской помощи учреждения здравоохранения были исчислены в календарном порядке.

Не согласившись с указанным решением, Ф. обратилась в суд с иском о включении в специальный стаж спорных периодов нахождения на курсах повышения квалификации, а также исчислении периодов работы в должности фельдшера и фельдшера скорой медицинской помощи в лечебных учреждениях в льготном порядке из расчета 1 год работы за 1 год и 6 месяцев, и назначении досрочной трудовой пенсии.

Судом исковые требования Ф. удовлетворены в полном объеме.

Проверив решение суда первой инстанции, судебная коллегия указала на ошибку, допущенную судом в применении норм материального права.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции установил, что Ф. в период с 11.08.1988 по 31.10.1988 работала в должности фельдшера филиала скорой медицинской помощи МУЗ, а с 01.11.1988 по 26.11.2008 - в должности фельдшера скорой медицинской помощи МУЗ и в период работы в этой должности с 13.10.1989 по 25.11.1989, с 20.11.1995 по 30.12.1995 и с 15.03.2004 по 26.04.2004 находилась на курсах повышения квалификации.

В соответствии с пп. 20 п. 1 ст. 27 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" трудовая пенсия по старости ранее достижения возраста, установленного статьей 7 Федерального закона, назначается лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 г. N 781 утверждены Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения в соответствии с пп. 11 п. 1 ст. 28 ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" и Правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения в соответствии с пп. 11 п. 1 ст. 28 ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (Список и Правила 2002 года).

До вступления в силу Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" и указанного выше Списка вопросы назначения досрочной трудовой пенсии по старости регулировались ст. 81 Закона РФ от 20.11.1990 "О государственных пенсиях в РФ" и принятыми во исполнение указанного Закона Списком, утвержденным постановлением Совета Министров РСФСР от 06.09.1991 N 464 (Список 1991 года), регулировавшим вопросы включения в стаж периодов работы до ноября 1999 г., Списком и Правилами, утвержденными постановлением Правительства РФ от 22.09.1999 N 1066 (Список и Правила 1999 года), регулировавшими вопросы включения в стаж периодов работы с ноября 1999 г.

В силу п. 5 Правил 2002 г. периоды работы в должностях и учреждениях, указанных в Списке, засчитываются в стаж в календарном порядке, за исключением случаев применения льготного порядка исчисления стажа указанной работы.

В льготном порядке исчисляется, в частности, работа в должностях и учреждениях, перечисленных в Перечне структурных подразделений учреждений здравоохранения и должностей врачей и среднего медицинского персонала, работа в которых в течение года засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, как один год и шесть месяцев, утвержденном постановлением Правительства РФ от 29.10.2002 N 781 (Перечень 2002 г.).

В Перечне 2002 г. из числа среднего медицинского персонала указаны медицинские сестры палатные, в том числе старшие, и медицинские сестры-анестезисты, работающие в отделениях (группах, палатах, выездных бригадах скорой медицинской помощи) анестезиологии-реанимации, реанимации и интенсивной терапии.

Пунктом 3 Правил 1999 г. был предусмотрен аналогичный порядок льготного исчисления стажа лицам, работавшим в должностях и учреждениях согласно Перечню, являющемуся приложением к указанным Правилам (Перечень 1999 года).

В Перечне 1999 г. из числа среднего медицинского персонала указаны медицинские сестры-анестезисты; медицинские сестры, в том числе старшие, работавшие в отделениях (группах, палатах, выездных бригадах скорой медицинской помощи) анестезиологии-реанимации, реанимации и интенсивной терапии.

В соответствии с постановлением Совета Министров РСФСР от 06.09.1991 N 464 стаж работы один год за полтора исчислялся среднему медицинскому персоналу отделений (палат) хирургического профиля стационаров; среднему медицинскому персоналу отделений (групп) анестезиологии-реанимации, отделений (палат) реанимации и интенсивной терапии; среднему медицинскому персоналу отделений общей, детской и инфекционной патологии республиканских, областных и городских патологоанатомических бюро, городских, районных, межрайонных и централизованных бюро патологоанатомических отделений, проводящим патологоанатомические вскрытия трупов, гистологические исследования трупного материала, органов и тканей, удаленных при операциях и биопсиях, обработку трупного, операционного и биопсийного материала; среднему медицинскому персоналу районных, межрайонных и городских отделений бюро судебно-медицинской экспертизы, проводящим судебно-медицинское вскрытие, исследование трупов и трупного материала, обработку трупного материала.

Судебная коллегия указала, что законодательство, как действующее в период обращения истицы за назначением пенсии, так и ранее действовавшее, не предусматривает возможности льготного исчисления периодов работы в качестве фельдшера скорой медицинской помощи из расчета 1 год работы за 1 год и 6 месяцев.

Выводы суда первой инстанции о праве на льготное исчисление основано на ошибочном толковании положений Перечней 1999 и 2002 годов. В силу указанных Перечней правом на льготное исчисление периодов работы обладают не все медицинские работники и не всех выездных бригад скорой медицинской помощи, а лишь медицинские работники, перечисленные в Перечне и входящие в состав бригад скорой медицинской помощи анестезиологии-реанимации или реанимации и интенсивной терапии. Доказательств о работе истицы в спорные периоды в таких должностях и в таких специализированных бригадах скорой медицинской помощи не имеется.

Решение суда в части удовлетворения исковых требований о зачете в специальный стаж периодов работы Ф. в должности фельдшера Тарханского филиала скорой медицинской помощи МУЗ "Батыревская ЦРБ" и в должности фельдшера скорой медицинской помощи МУЗ "Батыревская ЦРБ" в льготном исчислении из расчета 1 год работы за 1 год и 6 месяцев и назначении досрочной трудовой пенсии отменено, по делу вынесено новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Ф. о назначении досрочной трудовой пенсии отказано (Батыревский районный суд).

 

В соответствии с ч. 6 ст. 152 ГПК РФ при установлении в предварительном судебном заседании факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

Я. обратилась в суд с исковым заявлением к МУЗ о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование своих исковых требований указала, что с увольнением с работы по ст. 81 ч. 1 п. 5 ТК РФ не согласна, поскольку была уволена за опоздание на 25 минут на работу 06.10.2008, в то время как в период с 23.09.2008 по 06.10.2008 она проходила круглосуточное лечение в стационаре. Также просила восстановить пропущенный срок для обращения в суд, поскольку после ее увольнения она в период с 06.12.2008 по 26.12.2008 проходила лечение в санатории.

Суд первой инстанции, отказывая истице в удовлетворении исковых требований, исходил из того, что ею без уважительных причин пропущен установленный ст. 392 ТК РФ срок обращения в суд с иском об оспаривании увольнения.

Согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В связи с тем, что истицей оспаривается законность действий ответчика по ее увольнению, она в соответствии со ст. 392 Трудового кодекса РФ вправе была обжаловать свое увольнение в течение одного месяца со дня вручения ей копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Судом установлено, что срок обращения истицы в суд с указанным иском начался 9 октября 2008 г. (со дня получения по почте трудовой книжки) и закончился соответственно 9 ноября 2008 г. В суд же с исковым заявлением об оспаривании своего увольнения истица обратилась только 30 декабря 2008 г., то есть с пропуском установленного законом срока.

В соответствии с ч. 3 ст. 392 ТК РФ при пропуске работником по уважительным причинам срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора он может быть восстановлен судом.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причиной пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции истица указывала, что срок обращения в суд ею был пропущен из-за плохого самочувствия и нахождения ее на санаторном лечении, также что она не знала о сроках обращения в суд, установленных трудовым законодательством.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что указанные истицей обстоятельства не могут служить уважительными причинами пропуска, установленного законом срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции согласилась, поскольку указанные истицей обстоятельства не препятствовали ей обратиться в суд за защитой своих прав в установленный законом срок.

Не может быть признано в качестве уважительной причины пропуска истицей установленного трудовым законодательством срока обращения в суд то обстоятельство, что ей не было известно о нем, так как законом предусмотрено в качестве уважительной причины пропуска исковой давности, а, следовательно, и срока обращения в суд - неграмотность истца. Такого же основания для восстановления указанных сроков как юридическая неосведомленность истца о сроках обращения в суд за защитой своих трудовых прав, законом не предусмотрено. Законы РФ, в том числе и Трудовой кодекс РФ (ст. 392), в котором отражено, что работник имеет право обратиться в суд со спором об увольнении в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки, официально опубликованы, к ним имеется свободный доступ всех граждан РФ, и, следовательно, истица могла и должна была знать о том, что она вправе обжаловать свое увольнение в течение одного месяца со дня вручения ей копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

То обстоятельство, что истица после увольнения и до 6 декабря 2008 г. обращалась за врачебной помощью, как правильно было установлено судом первой инстанции, не являлось уважительный причиной пропуска ею установленного законом срока обращения в суд, поскольку она в связи с заболеванием в стационаре не находилась, а проходила амбулаторное лечение, что не препятствовало ей обратиться с соответствующим заявлением в суд в указанный срок, то есть до 9 ноября 2008 г.

Нахождение истицы на лечении в санатории также не может служить основанием для восстановления пропущенного срока, так как указанное обстоятельство имело место уже после истечения этого срока.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной спора, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Судебная коллегия пришла к выводу, что суд первой инстанции, учитывая то, что стороной ответчика было заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд, обоснованно применил последствия такого пропуска, предусмотренного законом, и на законном основании отказал истице в удовлетворении ее требований в связи с пропуском без уважительных причин срока обращения в суд за разрешением спора об увольнении.

Доводы кассационной жалобы истицы о том, что судом первой инстанции не были исследованы в полном объеме обстоятельства ее увольнения и при разрешении спора не было учтено, что до ее увольнения не было получено согласия профсоюзного органа и от нее не было затребовано объяснительной, судебная коллегия во внимание не приняла, поскольку дело было рассмотрено с вынесением судебного решения по итогам проведения предварительного судебного заседания, а в соответствии с ч. 6 ст. 152 ГПК РФ при установлении в предварительном судебном заседании факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

Судебная коллегия пришла к выводу, что доводы кассационной жалобы истицы о том, что судом первой инстанции при проведении предварительного судебного заседания ей не было разъяснено право на подачу иска в пределах сохранившегося срока давности, несостоятельны, поскольку как следует из протокола судебного заседания, на который истицей не были принесены соответствующие замечания, судом сторонам по делу в соответствии со ст. 165 ГПК РФ были разъяснены в полном объеме их процессуальные права и обязанности.

Решение суда первой инстанции оставлено в силе, однако судебная коллегия пришла к выводу, что необходимо из резолютивной части указанного решения суда исключить первый абзац об отказе в удовлетворении ходатайства истицы о восстановлении пропущенного срока обращения в суд за разрешением спора об увольнении, как противоречащий нормам ст. 198 ГПК РФ, так как суждения об этом должны содержаться лишь в мотивировочной части решения (Козловский районный суд).

 

Процессуальные вопросы

 

Указание суда на необходимость представления истцом документов в подтверждение цены иска, а также непредставление документов, подтверждающих обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, не основано на законе и не может служить основанием для оставления искового заявления без движения.

М. обратилась в суд с иском к Я. о разделе совместно нажитого имущества супругами.

Исковые требования мотивировала тем, что она находилась с ответчиком в браке, прекращенном на основании решения мирового судьи. При расторжении брака в судебном порядке вопрос о разделе совместно нажитого имущества не разрешался. Сторонами в период брака было приобретено имущество на общую сумму 1100000 руб.

Оставляя без движения исковое заявление, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем не представлены доказательства, подтверждающие обстоятельства, на которых она основывает свои требования, а также сведения, содержащие информацию о стоимости совместно нажитого имущества, поскольку без данных документов нельзя сделать однозначный вывод, какому именно суду подсудно данное дело.

Проверив определение суда, судебная коллегия пришла к выводу, что указание суда на необходимость представления документов в подтверждение цены иска не основано на законе и не может служить основанием для оставления искового заявления без движения.

Из искового заявления усматривается, что цена иска определена истицей в 510000 руб., в связи с чем в силу ст. 23, 24 ГПК РФ данное дело подсудно районному суду.

Пунктом 6 ч. 2 ст. 131 ГПК РФ предусмотрено, что заявитель при подаче искового заявления должен указать цену иска, если он подлежит оценке, а также расчет взыскиваемых или оспариваемых денежных сумм. Такой обязанности как представление при подаче иска доказательств в обоснование цены иска гражданским процессуальным законодательством не предусмотрено.

Судебная коллегия также указала, что не может являться основанием для оставления искового заявления без движения и непредставление документов, подтверждающих обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, поскольку указанные документы сторонами могут быть представлены на стадии подготовки дела к судебному разбирательству в соответствии с главой 14 ГПК РФ.

Определение суда отменено с направлением материала в тот же суд со стадии принятия искового заявления к производству суда (Комсомольский районный суд).

 

Предъявление недееспособным лицом заявления в суд является основанием для возвращения заявления в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ, а не основанием для отказа в принятии заявления.

Ш. обратился в суд с заявлением о признании недействительными итогов выборов в органы государственной власти ЧР и другими требованиями.

Определением суда в принятии искового заявления Ш. на основании пункта 3 части 1 статьи 135 ГПК РФ отказано.

Судебная коллегия, отменяя определение суда первой инстанции, указала, что при его вынесении неправильно применены нормы процессуального закона, поскольку пункт 3 части 1 статьи 135 ГПК РФ обязывает суд не отказывать в принятии заявления, а возвратить заявление, если оно подано недееспособным лицом.

Заявление возвращено Ш. (Канашский районный суд).

 

Несовершеннолетний от 14 до 18 лет, страдающий психическим расстройством, может быть признан судом недееспособным (в том объеме дееспособности, которым он наделен в соответствии со ст. 26 ГК РФ).

С. обратилась в суд с заявлением о признании своей дочери недееспособной.

В обоснование указанного требования указала, что дочь является инвалидом с детства и в силу своей болезни не может понимать значение своих действий и руководить ими, нуждается в установлении опеки.

Определением суда первой инстанции С. в принятии заявления отказано в связи с тем, что перед судом поставлен вопрос о признании недееспособным несовершеннолетнего гражданина, что недопустимо.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции не согласилась, указав, что в силу ч. 1 ст. 21 ГК РФ способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста.

Согласно ч. 4 ст. 26 ГК РФ при наличии достаточных оснований суд по ходатайству родителей может ограничить или лишить несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет права самостоятельно распоряжаться своими заработком, стипендией или иными доходами, за исключением случаев, когда такой несовершеннолетний приобрел дееспособность в полном объеме в соответствии с п. 2 ст. 21 или со ст. 27 ГК РФ.

Гражданским законодательством в отношении несовершеннолетних лиц от 14 до 18 лет предусмотрена возможность ограничения или лишения их права самостоятельно распоряжаться своими заработком, стипендией или иными доходами (кроме случаев приобретения ими дееспособности в полном объеме).

Вместе с тем ч. 1 ст. 29 ГК РФ, в соответствии с которой гражданин, который вследствие психического расстройства не может понимать значения своих действий или руководить ими, может быть признан судом недееспособным в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством, не содержит ограничений относительно возраста гражданина, которого можно признать недееспособным.

Таким образом, несовершеннолетний от 14 до 18 лет, страдающий психическим расстройством, может быть признан судом недееспособным (в том объеме дееспособности, которым он наделен в соответствии со ст. 26 ГК РФ).

Определение суда первой инстанции отменено, материал передан в суд на новое рассмотрение со стадии принятия заявления (Калининский районный суд г. Чебоксары).

 

Судом неправильно применены нормы ч. 1 ст. 30 ГПК РФ об исключительной подсудности дел по искам о правах на недвижимое имущество, в то время как требование об обращении взыскания на заложенное имущество является производным от основного денежного требования и не преследует цели оспаривания права собственности на квартиру.

Коммерческий банк обратился в суд с иском к П. о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество.

Исковые требования мотивированы тем, что между сторонами был заключен кредитный договор, в соответствии с условиями которого банк предоставил последнему кредит под залог квартиры в сумме 2500000 руб. Однако заемщиком обязательства по возврату кредита не исполнены, нарушены обязательства по уплате процентов за пользование кредитом, в связи с чем следует взыскать образовавшуюся задолженность, обратив взыскание на заложенное имущество.

Судом вынесено определение о передаче дела на рассмотрение другого суда, которое мотивировано тем, что в заявлении, кроме требования о взыскании задолженности по кредитному договору, заявлено требование об обращении взыскания на заложенное имущество, поэтому предъявленный иск подпадает под правило ч. 1 ст. 30 ГПК РФ, и должен быть рассмотрен судом по месту нахождения заложенного имущества.

Отменяя указанное определение суда первой инстанции, судебная коллегия указала, что в соответствии с ч. 1 ст. 30 ГПК РФ иски о правах на земельные участки, участки недр, здания, в том числе жилые и нежилые помещения, строения, сооружения, другие объекты, прочно связанные с землей, а также об освобождении имущества от ареста предъявляются в суд по месту нахождения этих объектов или арестованного имущества. Указанной нормой установлена исключительная подсудность для двух категорий исков: о правах на недвижимое имущество и об освобождении имущества от ареста.

Из материалов дела следует, что предметом предъявленного по делу иска является взыскание задолженности по кредитному договору. Требования о правах на заложенное имущество истцом не заявлены.

В силу ст. 329 и 350 ГК РФ залог отнесен к способам обеспечения исполнения основных обязательств, и в случае обращения взыскания на заложенное имущество, реализация (продажа) этого имущества производится путем продажи с публичных торгов в порядке, установленном процессуальным законодательством, если законом не установлен иной порядок. Таким образом, требование об обращении взыскания на заложенное имущество является производным от основного денежного требования и не преследует цели оспаривания права собственности на квартиру (Калининский районный суд г. Чебоксары).

 

Заявление о признании иска ответчиком заносится в протокол судебного заседания и подписывается ответчиком (его представителем) либо выражается в письменной форме и приобщается к материалам дела, после чего суд обязан разъяснить ответчику (его представителю) последствия признания иска.

ООО обратилось в суд с иском к О. о взыскании суммы долга по договору займа, процентов за пользование займом, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов по уплате госпошлины.

Исковые требования мотивированы тем, что О. работал в обществе газооператором, в последующем был переведен на должность инженера-энергетика. В период работы ответчик неоднократно получал авансы (займы), значительно превышающие начисляемую ежемесячно заработную плату. После увольнения за ответчиком остался долг. Впоследствии ответчик вновь был принят на работу в ООО по совместительству. Начисляемая за работу по совместительству зарплата к выдаче направлялась на погашение имеющегося долга. Через некоторое время ответчик на работе перестал появляться, остаток непогашенного долга составляет 8529 руб. 91 коп. Считая предоставленные ответчику авансы займом, истец просил взыскать долг, проценты.

Удовлетворяя исковые требования ООО о взыскании основного долга, суд первой инстанции исходил из того, что в судебном заседании ответчик признал исковые требования в указанной части, и ему разъяснены последствия признания им иска в соответствии ч. 2 ст. 173 ГПК РФ.

Судебная коллегия, отменяя указанное решение суда, указала, что данный вывод суда нельзя признать законным и подтвержденным материалами дела, поскольку в силу требований части 1 и части 2 статьи 173 ГПК заявление о признании иска ответчиком заносится в протокол судебного заседания и подписывается ответчиком (его представителем) либо выражается в письменной форме и приобщается к материалам дела, после чего суд обязан разъяснить ответчику (его представителю) последствия признания иска.

Из материалов дела следует, что в судебном заседании данные требования процессуального закона судом первой инстанции выполнены не были, так как заверенного личной подписью участвующего в деле ответчика заявления о признании им исковых требований в части взыскания суммы основного долга не имеется ни в протоколе судебного заседания, ни в виде отдельного документа.

Кроме того, в нарушение закона данному ответчику не были разъяснены последствия признания заявления судом.

Из протокола судебного заседания следует, что на протяжении всего судебного процесса ответчик не признавал исковые требования и лишь в судебных прениях заявил о признании иска. Судебная коллегия пришла к выводу, что возникло обстоятельство, которое при рассмотрении дела по существу судом не исследовалось. Суду первой инстанции необходимо было согласно ст. 191 ГПК РФ возобновить рассмотрение дела по существу, закрепить процессуально признание иска согласно ст. 173 ГПК РФ, вновь перейти к судебным прениям и удалиться в совещательную комнату для вынесения решения. Однако данные процессуальные требования соблюдены не были (Чебоксарский районный суд).

 

В связи с тем, что ребенок, в отношении которого предъявлено заявление об установлении факта признания отцовства, родился до вступления в законную силу действующего Семейного кодекса РФ, суду при рассмотрении дела следовало руководствоваться требованиями ст. 48 КоБС РСФСР. При этом в соответствии с ч. 2 ст. 263 ГПК РФ дело особого производства подлежало рассмотрению с участием всех заинтересованных лиц.

Ф.Н. обратилась в суд с заявлением об установлении факта признания умершим В. отцовства в отношении Ф.С., родившегося у нее 24 марта 1990 г.

Свое заявление мотивировала тем, что с середины апреля 1989 г. она проживала совместно с В., вела с ним общее хозяйство, общий семейный бюджет. В сентябре 1989 г. В. выехал на работу в другой регион, где проживал и после рождения ребенка, но приезжал регулярно, помогал им материально. Установление факта отцовства ей необходимо для оформления пенсии по случаю потери кормильца.

Судом требования Ф.Н. удовлетворены в полном объеме на основании ст. 50 Семейного кодекса РФ.

Судебная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции, указала, что суд не учел, что СК РФ, на который он сослался, введен в действие с 1 марта 1996 года, и его нормы применяются, согласно ст. 169 СК РФ, к семейным отношениям, возникшим после введения его в действие, а по семейным отношениям, возникшим до введения в действие Кодекса, его нормы применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения его в действие.

Действовавший до 1 марта 1996 г. Кодекс о браке и семье РСФСР также не исключал возможности установления происхождения ребенка от лица, не состоящего в браке с его матерью, в случае смерти этого лица в порядке особого производства.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 года N 9 "О применении судами Семейного кодекса РФ при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов", факт признания отцовства может быть установлен в отношении детей, родившихся 1 марта 1996 г. и позднее, при наличии доказательств, с достоверностью подтверждающих происхождение ребенка от данного лица (ст. 49 СК РФ), а в отношении детей, родившихся в период с 1 октября 1968 г. до 1 марта 1996 г., - при наличии доказательств, подтверждающих хотя бы одно из обстоятельств, перечисленных в ст. 48 КоБС РСФСР, то есть совместное проживание и ведение общего хозяйства матерью ребенка и ответчиком до рождения ребенка или совместное воспитание либо содержание ими ребенка или доказательства, с достоверностью подтверждающие признание ответчиком отцовства.

Учитывая, что ребенок заявителя родился 24 марта 1990 г., суду при рассмотрении заявления следовало руководствоваться требованиями ст. 48 КоБС РСФСР, что судом не было сделано.

Судебная коллегия указала, что ни одно из перечисленных в ст. 48 КоБС РСФСР обстоятельств судом достоверно не установлено.

В соответствии с ч. 2 ст. 263 ГПК РФ дела особого производства суд рассматривает с участием заявителей и других заинтересованных лиц.

К другим заинтересованным лицам относятся все лица, чьи материально-правовые интересы может затронуть решение суда.

Учитывая, что установление факта признания отцовства может иметь целью не только получение пенсии, но и последующую возможность получения ребенком умершего наследства, суду следовало привлечь к участию в деле всех заинтересованных в деле лиц, в том числе супругу умершего В.

Поскольку, принимая решение, суд разрешил вопрос о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, и данное обстоятельство, в силу п. 4 ч. 2 ст. 364 ГПК РФ, является безусловным основанием для отмены решения суда, коллегия отменила решение суда (Вурнарский районный суд).

 

При рассмотрении дела особого производства суду следует привлечь к участию в деле всех заинтересованных лиц, чьи материально-правовые интересы может затронуть решение суда. При наличии спора о праве дело подлежит разрешению в порядке искового производства.

Ф. обратилась в суд с заявлением об установлении факта принятия наследства после смерти П. В обоснование исковых требований указала, что является наследником третьей очереди после смерти своего умершего племянника П., который фактически принял, но не успел оформить наследственных прав после смерти своего отца. Наследники первой и второй очереди по закону отсутствуют. Считает, что фактически после смерти племянника вступила в наследство, так как приняла меры по сохранению наследственного имущества, пользовалась им, обрабатывала приусадебный земельный участок, но своевременно не оформила своих наследственных прав. Установление факта принятия наследства ей необходимо для оформления права собственности на указанное домовладение.

Судом вынесено решение об удовлетворении заявления Ф.

Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия указала, что оно не отвечает требованиям статьи 195 ГПК РФ, согласно которым решение суда должно быть законным и обоснованным.

Заявление Ф. рассмотрено в порядке особого производства.

Согласно ст. 264, 265 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. При этом указанные факты суд устанавливает только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов.

Удовлетворяя заявление Ф., суд исходил из того, что после смерти племянника заявитель приняла под охрану его домовладение, обрабатывала приусадебный земельный участок, то есть совершила действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства. В обоснование своих выводов суд сослался на показания свидетелей.

Судебная коллегия указала, что из протокола судебного заседания следует, что показания допрошенных свидетелей являются неконкретными. Доказательства об уплате каких-либо налогов после смерти племянника заявителем не представлено.

В соответствии с ч. 2 ст. 263 ГПК РФ дела особого производства суд рассматривает с участием заявителей и других заинтересованных лиц, чьи материально-правовые интересы может затронуть решение суда.

Данное дело суд первой инстанции рассмотрел с привлечением в качестве заинтересованного лица нотариуса, чьи материально-правовые интересы решение суда никак затронуть не может, а чьи интересы может затронуть решение, суд не выяснил.

Кроме того, согласно ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Заявителем не представлены суду доказательства о принадлежности домовладения умершему племяннику. Более того, обращаясь в суд с заявлением, Ф. сама указывала, домовладение было построено отцом племянника; и что П., проживая в домовладении совместно с отцом после его смерти, не успел оформить свои права.

Судебная коллегия сделала вывод, что на день смерти П. домовладение не значилось ему принадлежащим, следовательно, вопрос о правах на указанное домовладение мог быть разрешен лишь в исковом порядке путем предъявления иска о включении домовладения в наследственную массу и признании на него права собственности в порядке наследования.

Однако указанные обстоятельства судом первой инстанции оставлены без внимания и исследования, а также дачи им правовой оценки, хотя они имели существенное значение для правильного рассмотрения дела.

Решение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрение в тот же суд (Мариинско-Посадский районный суд).

 

Судебная коллегия по гражданским делам

Верховного Суда Чувашской Республики

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь