Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

НОВОСИБИРСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 8 апреля 2009 г. по делу N 22-1512/2009

 

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Золотаревой СВ.,

судей Минеевой Н.Ф., Сосниной Е.В.

рассмотрела в судебном заседании от 8 апреля 2009 года кассационное представление заместителя прокурора района Старостенко Е.В., кассационные жалобы осужденных С., Р., адвокатов Мороз М.А. и Пищука С.А., потерпевших М., Т., Ж. на приговор Федерального суда общей юрисдикции Кировского района г. Новосибирска от 16 января 2009 года, которым С. осужден по ст. 159 ч. 3 УК РФ (эпизод N 1) к 2 годам лишения свободы без штрафа, по ст. 159 ч. 2 УК РФ (эпизод N 2) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ст. 30 ч. 3, ст. 159 ч. 2 УК РФ (эпизод N 3) к 1 году лишения свободы.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказания окончательно назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Срок наказания исчислен с 16 января 2009 года, в срок наказания зачтено время содержания под стражей с 27 декабря 2005 года по 29 декабря 2005 года;

Р. осуждена по ст. 159 ч. 3 УК РФ (эпизоды N 1, 4, 5) к 3 годам лишения свободы за каждое преступление, по ст. 159 ч. 2 УК РФ (эпизод N 2) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы; по ст. 30 ч. 3, ст. 159 ч. 2 УК РФ (эпизод N 3) к 2 годам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказания окончательно назначено 4 года лишения свободы.

В соответствии со ст. ст. 74 ч. 5, 70 УК РФ условное осуждение по приговору от 24 ноября 2004 года отменено, не отбытое наказание присоединено частично и окончательно назначено 4 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислен с 16 января 2009 года, в срок наказания зачтено время содержания под стражей с 27 декабря 2005 года по 29 декабря 2005 года, с 14 июля 2004 года по 15 сентября 2004 года, с 17 сентября 2004 года по 24 ноября 2004 года.

С. и Р. признаны виновными и осуждены за совершение хищений чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием при осуществлении сделок на рынке недвижимости г. Новосибирска, а именно:

1. В августе - сентябре 2003 года С. и Р. по предварительному сговору группой лиц - хищения путем обмана и злоупотребления доверием денежных средств потерпевшей М. на общую сумму 365.000 рублей, что является крупным ущербом;

2. В период с октября 2003 года по январь 2004 года они же по предварительному сговору группой лиц - хищения путем обмана и злоупотребления доверием денежных средств потерпевшего Г. в сумме 50.000 рублей, что является значительным ущербом для потерпевшего;

3. В период с ноября по декабрь 2005 года они же по предварительному сговору группой лиц - покушения на хищение путем обмана и злоупотребления доверием принадлежащих потерпевшему Ж. денежных средств в сумме 195.000 рублей;

4. В период с ноября 2001 года по февраль 2002 года Р. - хищения путем обмана и злоупотребления доверием денежных средств потерпевшей Х. на общую сумму 467.000 рублей, что является крупным ущербом;

5. В марте 2004 года Р. - хищения путем обмана и злоупотребления доверием денежных средств потерпевшей Т. на общую сумму 620.000 рублей, что является крупным ущербом.

В судебном заседании подсудимые С. и Р. виновными себя не признали.

Заслушав доклад судьи областного суда Золотаревой СВ., мнение прокурора Быковой О.С., поддержавшей доводы кассационного представления, объяснения осужденных С. и Р., адвокатов Мороз М.А. и Пищука С.А., поддержавших доводы своих кассационных жалоб и возражавших против удовлетворения кассационного представления и кассационных жалоб потерпевших Т. и Ж., объяснения потерпевшей М., поддержавшей доводы своей кассационной жалобы, объяснения потерпевших Т. и Ж., поддержавших доводы своих кассационных жалоб и кассационного представления, судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационном представлении заместитель прокурора Кировского района Старостенко Е.В. просит приговор отменить ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона, нарушения уголовно-процессуального закона, дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Как указывает автор представления, правильно исключив из обвинения С. и Р. по 2 и 3 эпизодам признак "в крупном размере" суд, необоснованно исключил из 1, 2 и 3 эпизодов квалифицирующий признак "совершенное организованной группой", т.к. стороной обвинения были представлены все доказательства, подтверждающие наличие указанного признака. Исключив из обвинения С. и Р. квалифицирующий признак "совершенное организованной группой", суд свой вывод не мотивировал, не привел убедительных доводов, по которым отверг доказательства, представленные стороной обвинения.

Кроме того, суд необоснованно переквалифицировал действия подсудимых по эпизоду N 3 на ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ, поскольку приняв во внимание факт передачи денег в размере 70000 рублей, суд не дал надлежащей оценки действиям подсудимых по факту получения мошенническим путем от потерпевшего Ж. денежной суммы в размере 125000 рублей, которые ими были получены ранее, и которыми они распорядились по собственному усмотрению.

Автор представления полагает, что суд назначил Р. и С. чрезмерно мягкое наказание, т.к. указав на наличие смягчающих обстоятельств (наличие несовершеннолетних детей, состояние здоровья, отсутствие судимости у С.), не дал оценки тому, что Р. и С. обвиняются в совершении нескольких эпизодов преступлений, относящихся к категории тяжких, ущерб потерпевшим подсудимые не возместили.

По мнению автора представления, суд не учел того, что подсудимые, похитив путем обмана и злоупотребления доверием крупные суммы денег у потерпевших, лишили последних возможности приобрести или улучшить жилищные условия, а потому назначенное им наказание не соответствует тяжести, общественной опасности содеянного и не отвечает принципу справедливости наказания.

В кассационной жалобе потерпевшая М. просит оправдать С. и Р. по эпизоду N 1 ввиду отсутствия в их действиях состава преступления.

По утверждению потерпевшей, Р. мошеннических действий в ее отношении не совершала, никаких денежных средств ей она не передавала; последняя лишь оказывала содействие С. в ее (М.) прописке и переоформлении права собственности на купленный дом; материальных претензий к Р. у нее нет;

С. действительно получил от нее деньги, вырученные от продажи ее квартиры, обязался купить ей дом на вырученные от продажи квартиры деньги и оформить право собственности, однако обязательства выполнить не смог, т.к. собственник дома Ц. отозвал доверенность; данное обстоятельство основанием для привлечения С. к уголовной ответственности не является, поскольку он не отказывался от исполнения своих обязательств.

По мнению потерпевшей М., частичное выполнение С. обязательств, а именно то, что он зарегистрировал ее в доме, свидетельствует о наличии гражданско-правовых отношений и отсутствии оснований для привлечения его к уголовной ответственности; суд нарушил принцип презумпции невиновности, не истолковал все сомнения в пользу обвиняемых, отклонил заявленное ею ходатайство о прекращении уголовного дела.

Потерпевшая полагает, что причиной вынесения незаконного и необоснованного приговора стало неправильное применение судом уголовного закона, а также нарушение требований уголовно-процессуальных норм.

В кассационной жалобе (основной и дополнительной) потерпевший Ж. просит отменить приговор ввиду неправильного применения судом уголовного закона, нарушения уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда, указанных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, чрезмерной мягкости назначенного наказания, дело направить на новое разбирательство в суд первой инстанции.

По утверждению потерпевшего Ж., преступление в его отношении осужденные Р. и С. совершили в ноябре и декабре 2006 года, а не в 2005 году.

Потерпевший Ж. также полагает, суд нарушил требования уголовного закона, неправильно квалифицировав действия осужденных, поскольку в ноябре 2006 года Р. путем обмана и злоупотребления доверием завладела его деньгами в сумме 125000 рублей и получила возможность распоряжаться ими, а потому в ее действиях в этой части имеет место оконченный состав преступления, а 70000 рублей он передавал Р. в рамках оперативно-розыскного мероприятия, проводимого сотрудниками ОРБ, когда уже знал о преступных действиях Р., а, значит, ее действия в отношении последних 70.000 рублей должны были квалифицироваться, как покушение по ст. 30 ч. 3, ст. 159 ч. 2 УК РФ.

Потерпевший Ж. считает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении заявленного им иска, мотивировав это тем, что исковые требования были изменены. Как указывает потерпевший, гражданский иск им был подан единожды и не изменялся, все исковые требования подтверждены доказательствами, материалами дела, исследованными в судебном заседании; отказав в удовлетворении заявленного иска, суд нарушил его права как лица, потерпевшего от преступления.

По мнению потерпевшего, суд, сославшись на наличие у Р. непогашенной судимости, вынес ей чрезмерно мягкое наказание, не учел многоэпизодный характер преступной деятельности осужденных, наличие в производстве следственных органов в отношении их других аналогичных дел, позиции Р., не желающей возмещать причиненный вред.

В кассационной жалобе потерпевшая Т. просит отменить приговор ввиду незаконности, дело направить на новое рассмотрение для вынесения более сурового приговора и разрешения ее гражданского иска.

По мнению потерпевшей, суд, указав в приговоре, что мошеннические действия в ее отношении подтверждены показаниями свидетелей, потерпевшей, расписками о получении денег, протоколами осмотра расписок и др., неправомерно оставил без рассмотрения ее гражданский иск, не разрешив его в рамках уголовного дела, приговор в отношении Р. является чрезмерно мягким в части назначенного наказания, т.к. в результате преступных действий Р. они с мужем лишились жилья и оказались фактически выброшенными на улицу, а преклонный возраст не позволяет им заработать денег на квартиру; наказание Р. должно быть назначено в максимальных пределах санкции, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ.

В кассационной жалобе осужденный С. просит разобраться в деле, назначить наказание не связанное с лишением свободы.

По утверждению осужденного, по всем эпизодам обвинения денежных средств потерпевших он не похищал, а именно:

в продаже квартиры потерпевшей М. не участвовал, с Р. в тот момент знаком не был, что подтвердила потерпевшая, которая никаких претензий к нему не имеет;

с потерпевшим Г. мошеннических действий не совершал, что подтвердил в суде сам потерпевший Г., не имеющий к нему претензий, а суд показания потерпевшего Г. оставил без внимания;

никаких денежных средств от потерпевшего Ж. не принимал, оформлением квартиры потерпевшего не занимался, на момент оформления сделки с Ж. работал водителем.

Кроме того, осужденный С. просит обратить внимание на наличие у него несовершеннолетнего ребенка, состояние его здоровья (перенес операцию, имеет избыточный вес и заболевание - варикозное расширение вен), а также то, что он недавно похоронил свою мать.

В кассационной жалобе адвокат Пищук С.А. просит оправдать С. за отсутствием в его действиях составов преступлений, отменить С. меру пресечения в виде заключения под стражу.

Полагая приговор незаконным и необоснованным ввиду неправильного применения уголовного закона и нарушении уголовно-процессуального закона, адвокат указывает на то, что

между осужденным С. и потерпевшей М. (эпизод 1) имеют место гражданско-правовые отношения - неисполнение договора, при которых С. обязался купить дом на полученные от М. денежные средства, но не смог завершить процесс оформления права собственности на М. ввиду того, что продавец Ц. отозвал доверенность; в августе 2003 года Р. с С. знакома не была, совместных действий с ним совершать не могла, денег от М. не получала;

наличие предварительного сговора с Р. на хищение денежных средств Г. судом не доказано (эпизод 2); осужденные частично исполнили свои обязательства по отношению к потерпевшему Г.; С. не смог исполнить обязательства по объективным причинам, т.к. потерпевший Г. не оплатил услуги архитектора; денег С., Г. не передавал, все расчеты проводились с Р.;

в отношении потерпевшего Ж. в действиях С. отсутствует состав преступления, а то обстоятельство, что в Учреждение юстиции был представлен не полный пакет документов, влечет наступление гражданско-правовой, а не уголовной ответственности; в период сотрудничества с осужденными Ж. никаких претензий к ним не имел, возврата денежных средств не требовал;

По мнению адвоката, доказательств, подтверждающих наличие у С. и Р. умысла на совершение мошеннических действий, в судебном заседании исследовано не было, их вина не доказана, а значит и квалификация их действий по ст. 159 УК РФ неправомерна;

суд нарушил принцип презумпции невиновности, не истолковал все сомнения в пользу обвиняемых;

в судебных заседаний не было исследовано достаточной совокупности доказательств, подтверждающих факт совершения С. мошеннических действий по всем эпизодам, а со стороны Р. имело место совершение преступления, предусмотренного ст. 159 ч. 3 УК РФ только по пятому эпизоду.

В кассационной жалобе осужденная Р. просит отменить приговор ввиду незаконности и несправедливости, нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, дело направить на новое судебное рассмотрение.

По утверждению Р., суд не в полной мере исследовал показания свидетелей и потерпевших, не устранил имеющиеся в них противоречия, не учел, что фактические обстоятельства в этих показаниях искажены, в том числе подтасованы даты заключения сделок с потерпевшими;

допустил противоречия, указав в описательной части приговора на то, что С. и Р. являются лицами неработающими, вступил в противоречие с этим, поскольку в мотивировочной части указал, что подсудимые являются сотрудниками агентства недвижимости;

не привел в приговоре доказательств, подтверждающих наличие предварительного сговора между нею и С.;

не дал надлежащей оценки распискам потерпевших, нотариально заверенным доверенностям, договорам на оказание риелторских услуг, подтверждающим то, что имели место гражданско-правовые отношения;

заняв позицию стороны обвинения, не исследовал материалы дела, не истребовал из учреждения юстиции документы по незавершенным сделкам.

не проверив представленные доказательства и признав ее виновной в мошенничествах, суд нарушил принцип состязательности сторон.

Кроме того, осужденная Р. указывает на то, что суд не принял во внимание наличие у нее 4-х несовершеннолетних детей, которые вместе с мужем-инвалидом находятся у нее на иждивении, а также то, что она сама больна гипертонией и бронхиальной астмой, в СИЗО-1 находится под наблюдением врачей.

В дополнительной кассационной жалобе осужденная Р. также указывает, что ее вина ни по одному эпизоду предъявленного обвинения не доказана, умысла на хищение денежных средств у нее не было, суд одностороннее исследовал доказательства, не принял во внимание ходатайства потерпевших, которые претензий к ней не имеют, оспаривает вывод суда об отмене условного осуждения, поскольку с потерпевшим Ж. на момент окончания условного осуждения они знакомы не были, приводит показания потерпевших М., Г., Ж., Т. и дает им свою оценку.

В кассационной жалобе адвокат Мороз М.А. в защиту интересов Р. просит отменить приговор, уголовное дело производством прекратить.

Как указывает адвокат, в действиях Р. отсутствует состав преступления, предусмотренный ст. 159 ч. 3 УК РФ, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что изначально умысел у Р. был направлен на хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, поскольку ее действия не носили тайный характер, напротив, действовала она открыто, не скрывала своей фамилии, места жительства, номера телефона, по объективным причинам не выполнила все обязательства.

Оспаривая осуждение Р. по всем эпизодам предъявленного обвинения, адвокат указывает, что

по эпизоду 1 Р. не имела никаких обязательств перед потерпевшей М., денежных средств у нее не брала, никаких претензий потерпевшая М. к Р. не имеет, поскольку деловые отношения М. имела с С.;

по эпизоду 2 причиной невыполнения Р. своих обязательств перед потерпевшим Г. стало неоплата последним услуг архитектора по составлению проекта, а без этого документа завершить исполнение сделки и оформление документов невозможно; Р. предложила Г. вернуть взятые у него деньги, однако он увеличил сумму в три раза, именно поэтому деньги не были возвращены Г.;

по эпизоду 3 в ходе судебного заседания было установлено, что Р. исполнила взятые на себя обязательства по приватизации квартиры Ж., что подтвердили допрошенные свидетели, однако до конца оформить документы не смогла в связи с арестом;

по эпизоду 4 Р. виновной себя в причинении ущерба потерпевшей Х. не признала;

по эпизоду 5 Р., не признавая вину, утверждала, что изначально не имела умысла на хищение денег потерпевшей Т.; не отрицала, что деньги у потерпевшей она брала, но они остались у водителя Ф., поэтому не смогла приобрести квартиру для потерпевшей.

По мнению адвоката, суд пришел к ошибочному выводу о том, что Р. совершила преступление по эпизоду 3 в период испытательного срока по приговору от 24 ноября 2004 года, поскольку точная дата совершения преступления по данному эпизоду в приговоре не указана, имеется лишь ссылка на период с ноября по декабрь 2005 года.

В возражениях на кассационные жалобы адвоката Мороза М.А., Пищука С.А., осужденного С. потерпевший Ж. просит удовлетворить его иск, отменить приговор, дело направить на новое судебное разбирательство, потерпевшая Т. просит назначить С. и Р. более строгое наказание.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления и кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор суда в части оправдания Р. по ст. 327 ч. 2 УК РФ (4 эпизода) законным и обоснованным, а в части осуждения Р. и С. за хищения путем обмана и злоупотребления доверием денежных средств потерпевших М., Г., Ж., Х. и Т. подлежащим отмене ввиду существенного нарушения судом требований уголовно-процессуального и уголовного законов.

Законность и обоснованность оправдания Р. по ст. 327 ч. 2 УК РФ по 4 эпизодам предъявленного обвинения авторами кассационного представления и кассационных жалоб не оспаривается.

В соответствии со ст. 302 ч. 4 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. В связи с этим обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

Данные требования уголовно-процессуального закона судом по настоящему уголовному делу не выполнены.

По первому эпизоду суд признал С. и Р. виновными в хищении путем обмана и злоупотребления доверием денежных средств потерпевшей М. на сумму 365.000 рублей, совершенном по предварительному сговору группой лиц, с причинением крупного ущерба. Как установил суд, потерпевшая М. в период с 13.08.2003 г. по 15.09.2003 г. передала С. 15.000 рублей и 350.000 рублей.

По выводам суда Р. и С. злоупотребили доверием потерпевшей М., представляясь риелторами, получили путем обмана у потерпевшей деньги, которыми впоследствии распорядились; действовали Р. и С. по предварительному сговору, о чем свидетельствуют их объективные действия, а именно согласованность, наличие единого умысла и стремление к единой цели.

Несмотря на непризнание подсудимыми своей вины по данному эпизоду, а также утверждения Р. о том, что с потерпевшей М. она никаких отношений не имела, познакомилась с ней через полтора года после продажи квартиры, утверждения С. об отсутствии сговора с Р. на хищение, а также пояснения М. о том, что в 2003 году Р. она не знала, суд признал вину Р. и С. доказанной показаниями потерпевшей М., свидетелей Т., Н., Ц., Л.

В соответствии со ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу; в качестве доказательств допускаются, в том числе, показания потерпевших и свидетелей.

Между тем, суд в приговоре, указав, что вышеуказанные утверждения подсудимых опровергаются показаниями свидетелей и потерпевшей, не указал, какие сведения в показаниях потерпевшей и свидетелей опровергают утверждение Р. и С. о том, что сговора на хищение денежных средств потерпевшей М. между ними не было, т.к. на момент продажи квартиры потерпевшей они знакомы не были.

Сделав вывод о хищении Р. и С. денежных средств, вырученных от продажи квартиры потерпевшей М. в сумме 365.000 рублей, суд не дал никакой оценки приведенным в приговоре показаниям потерпевшей М., из которых следует, что из вырученных от продажи квартиры денег 20.000 рублей она получила наличными и 250.000 рублей были потрачены на приобретение дома у свидетеля Ц. Однако указанная оценка необходима для вывода о наличии либо отсутствии в действиях подсудимых состава преступления по данному эпизоду.

По второму эпизоду суд признал Р. и С. виновными в хищении путем обмана и злоупотребления доверием принадлежащих потерпевшему Г. денег в сумме 50.000 рублей, совершенном по предварительному сговору группой лиц.

Суд счел установленным, что, похищая деньги потерпевшего Г., Р. и С. действовали группой лиц по предварительному сговору, о чем свидетельствуют согласованность их действия, распределение ролей, стремление добиться единой цели.

Несмотря на непризнание подсудимыми своей вины по данному эпизоду и утверждения С. - о том, что к продаже Г. земельного участка, принадлежащего Р., он отношения не имеет, и Г. к нему (С.) претензий не имеет; Р. не оформила право собственности Г. на земельный участок, т.к. последний отказался оплачивать услуги архитектора;

Р. - о том, что все обязательства перед Г. по оформлению права собственности на земельный участок она выполнила; готова была возместить ему ущерб, но Г. потребовал выплатить ему большую сумму, а именно 240.000 рублей вместо 50.000 рублей, суд признал вину Р. и С. по данному эпизоду доказанной показаниями потерпевшего Г., свидетелей З., Б., Ч., И., О., Ф.

Однако суд в приговоре не указал, какие сведения в показаниях потерпевшего и свидетелей опровергают вышеприведенные утверждения подсудимых.

В нарушение п. 4 ст. 302 УПК РФ не дал суд в приговоре никакой оценки и противоречиям между показаниями подсудимых о том, что право собственности Г. на земельный участок не было оформлено, т.к. последний отказался оплачивать услуги архитектора, и показаниями потерпевшего Г. о том, что деньги в сумме 4000 рублей за архитектурный проект он заплатил.

Не может судебная коллегия принять в качестве оценки указанных противоречий выводы суда на стр. 000 приговора, поскольку данные выводы ввиду речевой недостаточности и допущенных грамматических ошибок лишены смысла.

В нарушение ст. 307 УПК РФ суд не дал никакой оценки и утверждениям Р. о том, что похищать деньги Г. она не намеревалась, в связи с невозможностью исполнения обязательств она пыталась вернуть Г. взятые у него деньги, но Г. потребовал выплатить ему сумму, значительно превышающую ту сумму, которую она получила от Г. Между тем, от достоверности (или недостоверности) данных утверждений Р. зависит наличие либо отсутствие состава преступления в действиях Р. по данному эпизоду.

По третьему эпизоду суд признал С. и Р. виновными в покушении на хищение путем обмана и злоупотребления доверием принадлежащих потерпевшему Ж. денег в сумме 195.000 рублей, совершенном по предварительному сговору группой лиц.

Опровергая утверждение подсудимых о том, что С. не участвовал в эпизоде с потерпевшим Ж., суд сослался на показания самого потерпевшего Ж., указав, что показания потерпевшего подтверждаются показаниями свидетеля Ж.

Как указал суд, из показаний потерпевшего Ж. установлено, что Р. всегда на встречах присутствовала с С., который принимал участие в разговорах. Однако суд не указал, в каких разговорах и о чем принимал участие С.

Между тем, как следует из приведенных в приговоре показаний потерпевшего Ж. в суде, С. во встречах участвовал, помогал сожителю Е. через администрацию Дзержинского района г. Новосибирска получить утраченные документы и дополнительное жилье; при последней встрече С. принял деньги (70.000 рублей), пересчитал их и забрал себе.

Как следует из приведенных в приговоре показаний свидетеля В. в суде, С., кроме как водитель, в ее присутствии ни в чем не участвовал.

Данным показаниям потерпевшего Ж. и свидетеля Ж. суд по существу никакой оценки не дал, не указал, как данные показания подтверждают предварительный сговор Р. и С. на хищение денег у потерпевшего Ж.

По третьему эпизоду суд также допустил существенное противоречие между описанием преступного деяния и выводами на стр. 000 приговора.

Так, из описания преступного деяния следует, что С. и Р. путем обмана и злоупотребления доверием потерпевшего Ж. получили от последнего 25.11.2005 г. - 25.000 рублей, 28.11.2005 г. - 30.000 рублей, 30.11.2005 г. - 70.000 рублей, т.е. всего 125.000 рублей; 27.12.2005 г. после передачи Ж., С. и Р. 70.000 рублей, осужденные были задержаны сотрудниками милиции и довести преступный умысел на хищение денежных средств Ж. до конца не смогли.

Между тем, мотивируя квалификацию действий осужденных по данному эпизоду, суд на стр. 000 приговора указал, что реальный ущерб потерпевшему Ж. не причинен. При этом суд оставил без внимания и оценки показания потерпевшего Ж. о том, что в период с 25 по 30 ноября 2005 г. он передал осужденным 125.000 рублей, которые ему не возвращены.

Допустив данное противоречие, суд существенно нарушил требования уголовно-процессуального закона.

Кроме того, по третьему эпизоду суд сделал вывод о том, что в действиях Р. и С. имеет место покушение на хищение, а не оконченное хищение, как предъявили органы предварительного следствия. Однако по смыслу уголовного закона хищение следует считать оконченным, если имущество изъято, и виновный имеет реальную возможность распоряжаться и пользоваться им по своему усмотрению. Принимая решение о переквалификации действий Р. и С. с оконченного преступления на покушение, суд также не дал оценки показаниям потерпевшего Ж. о том, что его деньгами в сумме 125.000 рублей осужденные распорядились по своему усмотрению.

С учетом изложенного заслуживают внимания доводы автора кассационного представления и потерпевшего Ж. о неправильном применении судом уголовного закона.

По четвертому эпизоду суд признал Р. виновной в хищении путем обмана и злоупотребления доверием потерпевшей Х. принадлежащих последней денег в сумме 467.000 рублей, что является крупным ущербом.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона приговор должен содержать анализ доказательств по каждому предъявленному обвинению.

Несмотря на непризнание подсудимой Р. своей вины по четвертому эпизоду, суд в приговоре лишь привел доказательства (показания потерпевшей, свидетелей и письменные материалы дела), но не дал им никакой оценки.

Отсутствие анализа доказательств, как по эпизоду с потерпевшей Х., так и по остальным эпизодам, является существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона.

По пятому эпизоду суд признал Р. виновной в хищении путем обмана и злоупотребления доверием потерпевшей Т. принадлежащих последней денег в сумме 620.000 рублей.

Как следует из протокола и приговора, подсудимая Р. в судебном заседании виновной себя по данному эпизоду не признала, утверждала, что взятые у Т. деньги она отдала водителю Ф., который должен был передать их ее (Р.) супругу, но Ф. до места не доехал, супруг сказал, что деньги не получил.

Несмотря на непризнание Р. своей вины, суд в приговоре в нарушение требований ст. 307 УПК РФ никакой оценки ее вышеприведенным показаниям не дал, в нарушение требований ст. 302 ч. 4 УПК РФ не дал оценки и противоречиям в показаниях Р. и свидетеля Ф.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым он признается, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Обвинительный приговор в отношении С. и Р. постановлен с нарушением требований УПК РФ и уголовного закона, в связи с чем не может быть признан законным и обоснованным, а потому он подлежит отмене, а дело - направлению в суд на новое рассмотрение.

Однако оснований для прекращения уголовного дела по доводам кассационных жалоб осужденных, адвокатов Мороз М.А. и Пищука С.А., а также потерпевшей М. (по эпизоду 1) на данной стадии судебная коллегия не находит, поскольку для принятия такого решения необходимо тщательно проверить и оценить как вышеуказанные обстоятельства, так и другие доводы жалоб осужденных, их адвокатов и потерпевшей М.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, проверить и оценить все доводы Р. и С. о невиновности и, в зависимости от установленного, - постановить новый приговор.

При новом рассмотрении дела, в случае признания Р. виновной, суду следует также проверить, имеются ли основания для отмены условного осуждения, назначенного Р. по приговору от 24.11.2004 г., а, следовательно, и основания для назначения наказания по совокупности приговоров.

Отменяя приговор, судебная коллегия вместе с тем не может согласиться с доводами автора кассационного представления о необоснованности исключения из обвинения Р. и С. квалифицирующего признака хищения, совершенного организованной группой.

Указав на необоснованность исключения названного квалифицирующего признака, а также на то, что стороной обвинения были представлены все доказательства, подтверждающие наличие данного признака, автор кассационного представления не обосновал свой довод, т.е. не указал, какими доказательствами подтверждено наличие этого квалифицирующего признака.

С учетом того, что отменяемым приговором Р. и С. было назначено наказание в виде реального лишения свободы не в минимальных пределах, предусмотренных санкциями частей 2 и 3 ст. 159 УК РФ, не может судебная коллегия согласиться и с доводами автора кассационного представления, потерпевших Ж. и Т. о чрезмерной мягкости назначенного осужденным наказания.

С доводами потерпевших Ж. и Т. о неправомерном оставлении судом без рассмотрения их гражданских исков судебная коллегия также согласиться не может. Суд в отменяемом приговоре признал за потерпевшими право на удовлетворение исков и, учитывая, что подробный расчет по гражданским искам без отложения разбирательства дела произвести невозможно, передал вопросы о гражданских исках на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. Такое разрешение гражданских исков соответствует требованиям ст. 309 УПК РФ.

Мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана С. и Р. приговором суда. С учетом того, что С. и Р. предъявлено обвинение в совершении ряда умышленных корыстных преступлений, часть из которых является тяжкими, судебная коллегия, отменяя приговор и направляя уголовное дело на новое судебное рассмотрение, считает необходимым избрать Р. и С. меру пресечения в виде заключения под стражу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Федерального суда общей юрисдикции Кировского района г. Новосибирска от 16 января 2009 года в отношении С. в части осуждения по ст. 159 ч. 3 УК РФ (эпизод 1), ст. 159 ч. 2 УК РФ за совершение двух преступлений (эпизоды 2 и 3) и Р. в части осуждения по ст. 159 ч. 3 за совершение трех преступлений (эпизоды 1, 4, 5), по ст. 159 ч. 2 УК РФ за совершение двух преступлений (эпизоды 2 и 3) отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, в ином составе суда.

Тот же приговор суда в части оправдания Р. по ст. 327 ч. 2 УК РФ (4 эпизода) оставить без изменения.

Кассационное представление заместителя прокурора района Старостенко Е.В.,

кассационные жалобы осужденных С., Р., потерпевших М., Т., Ж., адвокатов Мороз М.А. и Пищука С.А., удовлетворить частично.

Избрать С. и Р. меру пресечения в виде заключения под стражу.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь