Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ПЕРМСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 20 августа 2009 г. по делу N 22-5135

 

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего Шамрай Л.Н., судей Евстюниной Н.В., Трушкова О.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 20 августа 2009 года кассационное представление государственного обвинителя Москаленко Е.В., кассационные жалобы осужденного М.Б. и адвоката Хозяйкиной Т.В., гражданского ответчика ОАО "М" на приговор Губахинского городского суда Пермского края от 28 мая 2009 года, которым

М.Б., несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 217 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать руководящие должности сроком на 1 год.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком продолжительностью 2 года, обязав М.Б. не менять постоянного места жительства без уведомления государственного специализированного органа, осуществляющего исправление осужденного, периодически являться на регистрацию в указанный орган.

Постановлено взыскать с М.Б. в пользу ОАО "М" г. Губахи 800000 рублей в счет возмещения материального ущерба.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ взыскано с ОАО "М" г. Губахи в счет возмещения морального вреда в пользу М.Л. 1 млн. рублей, Ш.О. 1 млн. рублей, Т.А. 800000 рублей.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Евстюниной Н.В., мнение прокурора Лялина Е.Б. об изменении приговора по доводам представления, объяснения осужденного М.Б., адвоката Хозяйкиной Т.В., гражданского ответчика представителя ОАО "М" П.Н., поддержавших доводы жалоб, объяснения потерпевшей М.Л., представителя потерпевшего Т.А., Т.Г., адвоката Вержбицкой В.П., представляющей интересы потерпевших М.Л., Ш.О. и Т.А. об оставлении решения суда без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

М.Б. признан виновным в нарушении правил безопасности на взрывоопасных объектах - складе готовой продукции установки по производству концентрированного формалина ОАО "М", в результате чего произошел взрыв емкости товарного формалина поз. Т-7 в корпусе 1609 цеха формалина, который привел к частичному ее разрушению, причинению ущерба ОАО "М" в сумме 2347447 рублей 30 копеек, то есть в крупном размере, погиб слесарь-ремонтник М.Л., а Л.А., К.Д., Д.В., Б.Д., Б.В., Т.А., С.А. получили травмы различной степени тяжести, при этом существовала реальная опасность наступления смерти, как указанных лиц, так и иных работников ОАО "М".

Преступление совершено 30 июня 2008 года в г. Губахе Пермского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В кассационном представлении государственный обвинитель Москаленко Е.В., не оспаривая доказанность вины и квалификацию содеянного, назначенное М.Б. основное наказание, полагает, что приговор подлежит отмене в части назначения дополнительного наказания, поскольку примененный судом запрет лишил права осужденного занимать должности, связанные с руководством людьми не только на государственной службе или в органах местного самоуправления, как это определено в ст. 47 УК РФ, но и в любых других учреждениях и организациях, просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В кассационных жалобах осужденный М.Б. и адвокат Хозяйкина Т.В. считают, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, содержат существенные противоречия, которые повлияли на решение вопроса о виновности осужденного М.Б., на правильность применения уголовного закона и на определение меры наказания. Судом дана неверная оценка собранным по делу доказательствам, носящим односторонний характер. Суду необходимо было тщательно исследовать доказательства наличия или отсутствия прямой причинной связи между действиями (бездействием) М.Б. и наступившими последствиями. М.Б. осуществлял общее руководство по соблюдению охраны труда и промышленной безопасности, но ответственность за преступное нарушение правил охраны труда и промышленной безопасности несут лишь лица, на которых непосредственно возложены обязанности обеспечить соблюдение правил и норм охраны труда на определенном участке работ в силу их служебного положения, каковыми являлись Г.В., С.А. и Г.А.

По мнению адвоката и осужденного, суд односторонне, с позиции обвинения, без проверки с помощью других доказательств, оценил показания свидетелей, подсудимого, потерпевших, тем самым проявил необъективность в оценке доказательств в невиновности М.Б.

Суд вышел за пределы предъявленного обвинения, обосновывая виновность М.Б., сослался на п. 4.5 инструкции 03-29, п. 2.2 инструкции 03-52, п. 4 инструкции 03-43, нарушение которых не вменялось.

Не дано надлежащей оценки акту технического расследования причин аварии и акту расследования несчастного случая, из которых следует, что проведенные работы отнесены к огневым работам без упоминания требований инструкции 03-9, на которую ссылается суд, делая вывод о проведении газоопасных работ и необходимости оформления наряда-допуска. Данное обстоятельство подтвердили свидетели И.Н., Щ.А., Б.О.

Требования п. 1.4 инструкции 03-9, на нарушение которого ссылается суд, носит общий характер, иных пунктов, которые обязали бы М.Б. к конкретным действиям и которые им были нарушены как начальником цеха в вину не вменялись.

Инструкция 03-9 не устанавливает в обязанности начальника цеха разрабатывать схему установки заглушек, согласно п. 2.4 названной инструкции начальник цеха обязан назначить ответственного за подготовку и ответственного за проведение газоопасных работ, знающих порядок подготовки и правила проведения этих работ. Таким образом, даже при признании М.Б. работ при замене клапанов газоопасными, не могло образовать прямую причинную связь между его предполагаемыми действиями и наступившими последствиями.

Просят приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В дополнительной кассационной жалобе осужденный М.Б. указывает на то, что судом дана односторонняя оценка нарушений, предъявленных ему в обвинении по инструкции 03-54 "По организации безопасности проведения огневых работ" или совершенно не оценены, в частности п.п. 1.2, 3.13, 1.7.

Работы внутри емкостей Т-7 и Т-8 не проводились, следовательно, не являлись газоопасными. Из показаний И.Н. следует, что авария произошла при проведении огневых работ на трубопроводе, когда клапан был снят и был видимый разрыв в трубопроводе; считает, что пункт 3.13 инструкции не имеет доказательств.

Наряд-допуск на проведение огневых работ был оформлен в соответствии с инструкцией 03-54, ответственные назначены, все необходимые мероприятия указаны, в том числе организация мероприятий по безопасному проведению огневых работ.

Судом не дана оценка выполнения инструкции всеми ответственными за подготовку и проведение огневых работ, непосредственных исполнителей работ, не проанализирована последовательность выполнения работ по разделам инструкции. Вопрос об установке заглушки должен был решить М.Я. либо С.А., который должен был согласовать с начальником установки КФ Г.В. объем выполненных подготовительных работ. Пункт об установке заглушки он не должен был вписывать в наряд-допуск, поскольку заглушка уже должна была стоять, и особых указаний для ее установки не требовалось. Допустить исполнителей к выполнению огневых работ может только Г.А.

Считает, что суд неправильно дал оценку показаниям свидетелей, так как их показания, изложенные в приговоре, противоречат показаниям, данным в ходе судебного заседания и изложенными в протоколе судебного заседания, в частности показания Г.А., Г.В., П.Н., И.Н. Искажены показания Б.О.

Считает недопустимым переложение ответственности всех участников работ только на него.

При решении вопроса о компенсации морального вреда судом не оценены действия Т.А. и М.Л., не указано, почему в их действиях отсутствует нарушение п.п. 4.4 и 4.8 03-54, которые указаны в акте технического расследования причин аварии.

Показания К.Ф. в части выводов о проведении газоопасных работ противоречат показаниям И.Н., Щ.А., акту технического расследования причин аварии.

Судом не проанализированы доводы защиты о его невиновности, не отразил в приговоре, почему именно в его действиях имеется состав преступления, а не нарушение норм трудового законодательства, не оценен приказ N 233 от 18 июля 2008 года по ОАО "М" "Об аварии, приведшей к групповому несчастному случаю в цехе формалина".

Просит отменить приговор, дело направить на новое рассмотрение.

В дополнительной кассационной жалобе адвокат Хозяйкина Т.В. указывает, что невозможно исключить технические причины аварии, так как установка по производству концентрированного формалина цеха Формалин подвергалась изменению в части использования емкостей Т-7 и Т-8 и не прошла экспертизу на предмет промышленной безопасности, что отражено в акте технического расследования причин аварии.

Не согласна с выводами суда, что показания свидетелей И.Н., К.Ф., Г.А., Щ.А., Б.О. последовательны и согласуются друг с другом в той части, что авария произошла при проведении газоопасных работ. Данный вывод опровергается актом технического расследования причин аварии, из которого следует, что авария произошла от совокупных действий (бездействия) ряда лиц при выполнении огневых работ.

Не устранены судом противоречия между показаниями свидетелей К.Ф., Г.А., И.Н., С.А., Щ.А., Б.О., потерпевших и осужденного о том, что выполняемые работы являлись газоопасными, в результате чего и произошла авария на участке трубопровода емкости Т-7.

Суд не разрешил в приговоре и не дал оценку таким вопросам, как: являлись ли работы по демонтажу фланца на трубопроводе емкости Т-7 газоопасными, учитывая, что клапан на этой линии уже демонтирован, имелся видимый разрыв и указанная работа не связана с разгерметизацией оборудования. Об этом пояснял свидетель С.А. и подсудимый М.Б., а также свидетель Г.А., И.Н., Щ.А., Б.О. Однако судом неверно оценены показания свидетелей, их показания, изложенные в приговоре, противоречат протоколу судебного заседания.

В нарушение ст. 75 УПК РФ суд сослался на декларацию промышленной безопасности производственной площадки ОАО "М", которая не прошла экспертизу промышленной безопасности и в которой отсутствуют сведения о производстве КФ, где произошла авария.

Судом не мотивировано, в связи с чем "работы по ремонту трубопровода проводились в спешном порядке". Данный вывод не подтвержден исследованными доказательствами, в частности показаниями И.Н., Л.А., С.А., Г.А., Т.А.

Судом не приведено доказательств отсутствия контроля со стороны М.Б. за проведением подготовительных работ по ремонту трубопровода, не сделано ссылок на нарушения конкретных пунктов инструкции и других нормативных актов.

Не приведено доказательств нарушения М.Б. Положения о технологическом цехе, не указано название инструкции (03-1), дата ее утверждения и конкретные пункты инструкции, которые были нарушены, хотя именно в этом Положении содержатся должностные обязанности начальника цеха Формалин.

Не мотивированы нарушения, допущенные М.Б. в перечисленных пунктах 2.3, 2.5, 3.2, 3.13, 5.2 Инструкции 03-54, когда анализируется виновность М.Б. в выводах суда о доказанности его вины.

Отсутствует указание в выводах суда о виновности М.Б. в нарушении п. 5.1 Инструкции 03-54, являющегося основным в данной Инструкции, так как ответственное лицо, утвердившее наряд-допуск на проведение огневых работ, обязано организовать выполнение мероприятий в соответствии с инструкцией 03-54.

Вывод суда о том, что С.А. не знал конкретно о проведенных ночью подготовительных работах, и что он обязан выполнять только порученные работы, указанные в наряде-допуске, противоречит материалам дела, изложенным в приложении к акту технического расследования причин аварии и оглашенных в ходе судебного заседания, в частности, объяснениям С.А., а также его показаниям в судебном заседании, показаниям свидетеля М.Я. и записью в журнале о промывке и продувке трубопровода.

Считает, что ответственными за проведение вывода технологического оборудования в ремонт и подготовку к ремонту являлись Г.В., С.А., Г.А. Полагает, что нарушения были допущены С.А. Г.В., Г.А., М.Л. М.Б. не мог знать, что ими будут грубо нарушены требования должностных инструкций. Доводы обвинения в том, что М.Б. не выполнил правила безопасности, которые был обязан выполнять, не организовал работу по подготовке огневых и газоопасных работ, необоснованно полагаясь на разумение и инициативу подчиненных, не разработал и не утвердил меры безопасности, к утверждению ответственных и разработке наряда-допуска отнесся формально, не соответствуют доказательствам, установленным в судебном заседании. М. действовал в соответствии с требованиями п.п. 3.5, 3.8 Положения о технологическом цехе 03-1.

Не согласна с обвинением в части нарушения М.Б. п. 3.2 инструкции 03-54 абз. 1 п. 5.2, поскольку М.Б. требования инструкции выполнил. Не допущено нарушений п.п. 4 п. 5.2, так как выполнение мероприятий подтверждается подписями С.А. и Г.А. в п. 11 наряда-допуска.

Считает, что нарушен уголовно-процессуальный закон. Полагает, что гражданский иск, заявленный ОАО "М", должен быть оставлен без рассмотрения, поскольку представителем не были представлены доказательства, подтверждающие, что страховой компанией было отказано в выплате страховой премии, предъявлены разные договоры страхования имущества, что влияет на заявленный ущерб.

В нарушение ч. 1 ст. 44, ч. 1 ст. 54 УПК РФ суд не вынес постановления о признании М.Л., Ш.О., Т.А. гражданскими истцами, ОАО "М" гражданским ответчиком, ограничившись лишь указанием в протоколе судебного заседания.

Судом существенно нарушен уголовно-процессуальный закон в части назначения дополнительного наказания о лишении М.Б. права занимать руководящие должности, так как в судебном заседании не обсуждался вопрос о его должностных полномочиях. Судом не конкретизировано, какой определенной профессиональной или иной деятельностью ему запрещено заниматься.

При вынесении приговора судом не разъяснено право осужденному ознакомиться с протоколом судебного заседания. Показания потерпевших и свидетелей, содержащиеся в протоколе судебного заседания, не соответствуют показаниям, изложенным в приговоре, в частности по признанию инвалидности Т.А., что могло повлиять на выводы суда о размере компенсации морального вреда. Просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В кассационной жалобе представитель гражданского ответчика ОАО "М" Б.С. выражает несогласие в части размера морального вреда, взысканного с ОАО "М", указывает, что М.Л. и Т.А. были нарушены п.п. 4.4 и 4.8 инструкции 03-54 "По безопасному проведению огнеопасных работ", что должно было быть учтено в соответствии с абзацем вторым п. 2 ст. 1083 ГК РФ, что судом сделано не было, просит приговор отменить в части гражданского иска, направить дело на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

В возражении представитель потерпевшего Т.А. Т.Г., потерпевшая М.Л., государственный обвинитель Москаленко Е.В., считают доводы жалоб необоснованными, просят оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб и возражения на них, судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора.

Судом с достаточной полнотой установлены фактические обстоятельства по делу.

Выводы суда о виновности М.Б. в совершенном им преступлении при изложенных в приговоре обстоятельствах являются правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, подробно проанализированных судом в приговоре и получивших оценку в соответствии со ст. 88 УПК РФ.

Судом правильно установлено, что ОАО "М" в соответствии с ч. 1 ст. 2 ФЗ РФ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" является опасным производственным объектом, а склад готовой продукции установки по производству концентрированного формалина внесен в перечень опасных производственных объектов ОАО "М", в том числе, по признаку взрывоопасности в связи с хранением в емкостях склада товарного формалина, пары которого при определенных видах внешнего воздействия способны на очень быстрое самораспространяющееся химическое превращение с выделением тепла и образованием газов.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 9 ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" ОАО "М" были разработаны инструкции, определяющие правила поведения персонала при производстве тех или иных работ, в том числе инструкция 03-54 "По организации безопасного проведения огневых работ на территории ОАО "М" и инструкция 03-9 "По организации безопасного проведения газоопасных работ", которыми определены правила безопасного проведения огневых и газоопасных работ, инструкция 03-29, определяющая ответственность персонала при проведении технического обслуживания и по стадиям всех видов ремонта всего технологического оборудования и коммуникаций.

Судом также установлено, что 30 июня 2008 года при проведении огневых работ по замене клапанов на узле стандартизации емкости Т-7 склада формалина корпуса 1609 произошел взрыв емкости товарного формалина позиции Т-7, в результате которого слесарь М.Л. погиб, Л.А., К.Д., Д.В., Б.Д., Б.В. причинен легкий вред здоровью, а Т.А. и С.А. тяжкий вред здоровью. Кроме того, ОАО "М" разрушением емкости Т-7 и повреждением оборудования причинен ущерб в крупном размере.

Доводы защиты о возможности возникновения аварии по техническим причинам не основаны на материалах дела, опровергаются актом технического расследования причин аварии, согласно которому технических причин аварии, приведшей к групповому несчастному случаю, не установлено, причины аварии носят организационный характер. Данное обстоятельство подтвердили свидетели И.Н., К.Ф., Щ.А.

Из акта технического расследования причин аварии следует, что организационными причинами аварии явились, в том числе, неудовлетворительная организация работ по подготовке оборудования к проведению ремонта с использованием огневых работ; неудовлетворительный контроль за проведением ремонтных и огневых работ со стороны должностных лиц. Начальником цеха не в полном объеме проведены подготовительные работы: участок трубопровода стандартизации формалина, на котором проводились огневые работы, не был отглушен от емкости формалина Т-7; в наряде-допуске на выполнение огневых работ нет четких указаний о месте отбора анализов контроля воздушной среды.

Суд обоснованно пришел к выводу, что работы на трубопроводе следовало расценить как газоопасные в соответствии с п. 1.4 инструкции 03-9 "По организации безопасного проведения газоопасных работ", поскольку емкость Т-7 на момент проведения работ была пуста, а согласно декларации промышленной безопасности проведение огневых работ при отсутствии продукта в емкостях является наиболее опасным для производства формалина, так как в емкости образуется скопление взрывоопасных газов. Кроме того, емкость Т-7 непосредственно соединяется с трубопроводом, на котором планировалось проводить ремонтные работы. Поскольку заглушка между местом проведения работ и емкостью не была установлена, каких-либо распоряжений по ее установке в соответствии с инструкциями начальником цеха не было дано и не разработано с ответственным за проведение подготовительных работ лицом, работы на трубопроводе следовало расценить как газоопасные.

Доводы осужденного и защиты о том, что разгерметизация оборудования произошла при снятии клапанов и, следовательно, газоопасные работы окончены, опровергаются изложенными выше обстоятельствами, установленными показаниями потерпевших Л.А., С.А., свидетелей И.Н., К.Ф., Г.А., Б.О.

Судом правильно сделан вывод, что работы по ремонту узла стандартизации емкости Т-7 склада формалина проводились в спешном порядке.

Из показаний И.Н., Г.А., С.А., Г.В., М.Б. следует, что работы по ремонту трубопровода являлись плановыми.

Однако согласно показаниям Е.В., М.Я., а также Г.В. и М.Б., в 22 часа 29 июня 2008 года последний дал устное распоряжение начальнику установки концентрированного формалина Г.В., а тот в свою очередь такое же распоряжение по телефону аппаратчику Е.В., промыть водой и продуть азотом узел стандартизации к емкостям Т-7 и Т-8 склада формалина. При этом цель проведения данных работ конкретно перед Е.В. и М.Я. не была обозначена.

Как следует из наряда-допуска на огневые работы, выданного в 8 часов 30 июня 2008 года, и показаний свидетеля начальника смены С.А., он был назначен ответственным за проведение подготовительных работ за несколько минут до начала работ, когда ремонтная бригада уже находилась на объекте.

Утверждение защиты о том, что ответственными за проведение вывода технологического оборудования в ремонт и подготовку к ремонту являлись Г.В., С.А. и Г.А. не основано на материалах дела. Из показаний свидетелей И.Н., Щ.А. следует, что каких-либо распоряжений о выводе оборудования в ремонт, определении содержания и порядка выполнения подготовительных мероприятий начальником цеха издано не было, предварительно ответственные за проведение подготовительных работ в соответствие с имеющейся на предприятии инструкцией не назначены, меры безопасности ни самостоятельно начальником цеха, ни с привлечением иных специалистов не разработаны.

Данные обстоятельства свидетельствуют о спешности проведения ремонтных работ.

Согласно имеющемуся в деле приказу начальником цеха формалина ОАО "М" с 20 мая 1996 года назначен М.Б.

В соответствии с "Положением о технологическом цехе" ОЗ-1 ОАО "М" начальник цеха несет персональную ответственность за состояние трудовой и исполнительной дисциплины в цехе, выполнение его работниками своих функциональных обязанностей, соблюдение работниками цеха, в том числе техники безопасности. Кроме того, начальник цеха обязан соблюдать правила безопасности в соответствии с ч. 2 ст. 9 ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов", и в соответствии с п. 1.2 инструкции 03-54 "По организации безопасного проведения огневых работ на территории ОАО "М", п. 2.3 инструкции 03-9 "По организации безопасного проведения газоопасных работ" несет ответственность за разработку и реализацию мер по обеспечению безопасности при проведении огневых и газоопасных работ.

Судом проанализированы положения инструкции 03-54 "По организации безопасного проведения огневых работ на территории ОАО "М", свидетельствующие об отсутствии контроля со стороны М.Б. за проведением подготовительных работ, при этом судом указаны пункты данной инструкции, которые не были выполнены М.Б.

Показания потерпевших и свидетелей нашли свое отражение в приговоре, существенных противоречий не содержат, получили надлежащую оценку в совокупности с другими исследованными доказательствами, в том числе актами технического расследования причин аварии, расследования группового несчастного случая.

Из приговора следует, что он основан только на допустимых доказательствах.

Приказ N 233 по ОАО "М" от 18 июля 2008 года "Об аварии, приведшей к групповому несчастному случаю в цехе формалина", которым наложены дисциплинарные взыскания на работников ОАО "М", в том числе Г.В., С.А., Г.А., и на который ссылается в своей жалобе осужденный, существенного значения для выводов суда о виновности М.Б. не имеет.

Доводы о нарушении правил безопасности другими лицами и отсутствии об этом оценки суда не могут быть приняты во внимание, поскольку в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Поэтому суд не вправе давать оценку в приговоре действиям других лиц.

Из описания преступного деяния в приговоре следует, что суд не вышел за пределы предъявленного М.Б. обвинения.

Несостоятелен довод осужденного о том, что суд принял сторону обвинения при рассмотрении дела, поскольку судом проверялись доводы осужденного и защиты о непричастности к совершению преступления.

Грубое нарушение требований инструкции 03-54 "По организации безопасного проведения огневых работ на территории ОАО "М", инструкции 03-9 "По организации безопасного проведения газоопасных работ", недостаточность мероприятий, которые М.Б. обязан был разработать в соответствии с п. 5.1 и п. 5.2 инструкции 03-54 "По организации безопасного проведения огневых работ на территории ОАО "М", повлекли тяжкие последствия.

Таким образом, судом сделан правильный вывод о прямой причинно-следственной связи между нарушениями техники безопасности на взрывоопасном объекте, допущенными начальником цеха формалина М.В., и наступившими последствиями в виде смерти человека и причинении ущерба в крупном размере.

Судом сделан правильный вывод о виновности М.Б. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 217 УК РФ.

Наказание М.Б. назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности М.Б., который положительно характеризуется, имеет звание "Почетный химик". Судом учтены смягчающие наказание обстоятельства: частичное признание вины, совершение преступления впервые, состояние здоровья. Судом правильно принято решение о назначении наказания в соответствии со ст. 73 УК РФ.

Между тем, назначая М.Б. дополнительное наказание в виде лишения права занимать руководящие должности, суд не учел, что по ч. 2 ст. 217 УК РФ может быть назначено лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, которое согласно ст. 47 УК РФ состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью.

Суд также не учел, что согласно закону при назначении наказания по статьям уголовного закона, предусматривающим возможность применения дополнительного наказания по усмотрению суда, в приговоре следует указывать основания его применения с приведением соответствующих мотивов. Судом назначение дополнительного наказания не мотивировано.

В связи с чем судебная коллегия считает необходимым назначение дополнительного наказания из приговора исключить. Гражданские иски потерпевших М.Л., Ш.О., Т.А. рассмотрены в соответствии со ст. 151, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Решение о признании М.Л., Ш.О., Т.А. гражданскими истцами и ОАО "М" гражданским ответчиком принято судом в судебном заседании, при этом имелись основания полагать, что вред причинен преступлением, решение суда занесено в протокол судебного заседания, что не противоречит требованиям ч. 1 ст. 44, ч. 1 ст. 54, ст. 256 УПК РФ.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда судом учтены связанные со смертью мужа и отца нравственные страдания потерпевших М.Л. и Ш.О. физические страдания Т.А., у которого ухудшилось состояние здоровья в связи с причинением ему тяжкого вреда здоровью, а также то, что вред причинен источником повышенной опасности.

Согласно акту технического расследования причин аварии, акту расследования группового несчастного случая в действиях пострадавших фактов грубой неосторожности, содействовавших причинению вреда их здоровью, не усмотрено, степень вины пострадавших в процентном отношении не определена.

При этом, исходя из требований не только справедливости, но и разумности, учитывая реальную возможность возмещения вреда, суд удовлетворил требования истцов частично.

То обстоятельство, что в показаниях Т.А. в приговоре указано на признание его инвалидом, не было учтено судом при разрешении иска потерпевшего, и, следовательно, не повлияло на размер компенсации морального вреда.

В представленных стороной защиты в отношении Т.А. копиях приговоров изложены обстоятельства, происшедшие до аварии на производстве; данные обстоятельства не находятся в причинной связи с полученными Т.А. телесными повреждениями и не уменьшают степени ответственности ОАО "М".

Гражданский иск ОАО "М" разрешен судом в соответствии со ст. 1064 ГК РФ. При этом истцом в обоснование иска были представлены документы, подтверждающие размер причиненного ущерба и, следовательно, сумму иска. Поскольку представленные доказательства были достаточны для принятия решения, судом исковые требования истца удовлетворены, но с учетом ч. 3 ст. 1083 ГК РФ, имущественного положения и состояния здоровья М.Б. не в полном объеме. Согласно имеющейся в деле справке Страхового закрытого акционерного общества "Стандарт-Резерв" и показаниям представителя гражданского истца ОАО "М" П.Н. выплат страхового возмещения ОАО "М" не производилось. Представленная стороной защиты в кассационную инстанцию информация о страховании ОАО "М" иной страховой компанией не была предметом исследования судом первой инстанции и не может быть оценена с точки зрения достоверности, а также являться основанием для отмены приговора в части гражданского иска. Имевшиеся материалы были достаточны для принятия решения по заявленному иску.

Доводы защиты о том, что осужденному не разъяснили право на ознакомление с протоколом судебного заседания, опровергаются материалами дела, в частности, протоколом судебного заседания, где об этом указано. Осужденный М.Б., а также его защитник с протоколом судебного заседания были ознакомлены.

Судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора по доводам жалоб.

Руководствуясь ст. 377, ст. 378 и ст. 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Губахинского городского суда Пермского края от 28 мая 2009 года в отношении М.Б. изменить, исключить назначение М.Б. дополнительного наказания в виде лишения права занимать руководящие должности сроком на 1 год.

В остальном этот же приговор в отношении М.Б. оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного М.Б., адвоката Хозяйкиной Т.В., представителя ОАО "М" Б.С. - без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2017       |       Обратая связь