Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 25 августа 2009 г. N 10549

 

Судья: Косарев И.Э.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего Нюхтилиной А.В.

судей Савельевой М.Г., Корнильевой С.А.

рассмотрела в судебном заседании от 25 августа 2009 года дело N 2-59/09 по кассационной жалобе К.И., К.М., действующей в своих интересах, и интересах несовершеннолетних К.С. и К.А. на решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 23 апреля 2009 года по иску П.В.И. к С., К.И., К.М., К.С., К.А. о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры, государственной регистрации права собственности на квартиру, истребовании имущества из чужого незаконного владения, выселении, признании права собственности на квартиру, обязании зарегистрировать право собственности на квартиру.

Заслушав доклад судьи Савельевой М.Г., объяснения К.М., К.С., К.И. и его представителя - адвоката Фроловой И.И. (ордер от 25.08.2009 года), объяснения представителей П.В.Д. - Т. (доверенность от 18.02.2008 года), адвоката Ершовой Н.А. (ордер от 01.08.2009 года), П.Д. (доверенность от 16.10.2006 года), прокурора Костину Т.В., полагавшую решение подлежащим оставлению без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

 

установила:

 

Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 23 апреля 2009 года частично удовлетворены исковые требования П.В.И. к С., К.И., К.М., К.С., К.А. о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры, государственной регистрации права собственности на квартиру, истребовании имущества из чужого незаконного владения, выселении, признании права собственности на квартиру, обязании зарегистрировать право собственности на квартиру.

Суд истребовал квартиру <...> из владения К.М., К.И., К.С., возвратив указанную квартиру в собственность Б..

Судом применены последствия недействительности ничтожных сделок - договоров купли-продажи квартиры, <...> от 21.01.2006 года и от 25.08.2006 года: признана недействительной государственная регистрация права собственности на квартиру <...>, произведенная Главным управлением Федеральной регистрационной службы по Санкт-Петербургу и Ленинградской области 16.08.2006 года за N 78-78-01/0485/2006-062 за С., <...> года рождения; признана недействительной государственная регистрация права общей долевой собственности на квартиру <...>, произведенная 05.10.2006 года Главным управлением Федеральной регистрационной службы по Санкт-Петербургу и Ленинградской области за N 78-78-01/0539/2006-572, за К.М., <...> года рождения, К.И., <...> года рождения, и К.С., <...> года рождения.

Суд выселил К.М., К.И., К.С. и К.А. из квартиры <...>.

В удовлетворении остальной части заявленных требований П.В.И. отказано.

Судом отменены меры по обеспечению иска, принятые определением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 18.05.2007 г.

В кассационной жалобе К.И., К.М., действующая в своих интересах, и интересах несовершеннолетних К.С. и К.А. просят отменить решение суда, считают его неправильным.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, приходит к следующему.

Материалами дела установлено, что спорная жилая площадь представляет собой отдельную трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: <...>. Указанная квартира принадлежала на праве собственности Б. на основании договора приватизации от 12.05.03 г., заключенного с Администрацией Фрунзенского района Санкт-Петербурга. Государственная регистрация права собственности Б. на указанную квартиру осуществлена 15.05.03 г.

21.01.06 г. между Б. и С. в простой письменной форме заключен договор купли-продажи принадлежащей Б. квартиры <...>.

21.03.06 г. Б. умер.

04.08.06 г. К.Д., действовавшим на основании доверенности от имени Б., датированной 30.07.06 г., то есть после смерти Б., было подано в УФРС заявление о государственной регистрации сделки об отчуждении квартиры, прекращении права собственности на квартиру.

16.08.06 г. УФРС по Санкт-Петербургу и Ленинградской области произведена государственная регистрация договора от 21.01.06 г., и государственная регистрация права собственности на квартиру за С.

25.08.06 г. между С. и К.И., К.М., действующей также в пользу К.С., заключен договор купли-продажи спорной квартиры, удостоверенный нотариусом И.

05.10.06 г. договор и право общей долевой собственности К.И., К.М. и К.С. на спорную квартиру были зарегистрированы в ЕГРП.

20.09.06 г. П.В.И. обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти Б., указывая, что является двоюродной сестрой умершего. Родство между Б. и П.В.И. установлено вступившим в законную силу решением Колпинского районного суда от 25.04.07 г.

П.В.И., полагая, что отчуждение спорной квартиры совершено по поддельным документам, без волеизъявления собственника квартиры - Б. с нарушением ее наследственных прав, просила признать недействительными договор купли-продажи квартиры и государственную регистрацию права собственности на данную квартиру за К.И., К.М. и К.С.

В ходе судебного разбирательства, неоднократно дополняя и уточняя свои требования, П.В.И. просила, обращая исковые требования к С., К.И., К.М., К.С., признать недействительными договор купли-продажи квартиры, заключенный 21.01.06 г. между Б. и С., государственную регистрацию права собственности на данную квартиру за С., последующий договор купли-продажи квартиры от 25.08.06 г., заключенный между С. и К.И., К.М., К.С., и государственную регистрацию права собственности последних в отношении данного недвижимого имущества, истребовав спорную квартиру из чужого незаконного владения. Также истица просила выселить К.И., К.М., К.С. из жилого помещения и признать за ней право собственности на квартиру в порядке наследования после смерти Б.

В обоснование требований П.В.И. ссылалась на то, что первый из оспариваемых ею договоров купли-продажи квартиры, подписанный от имени ее умершего брата, был заключен по поддельным документам с неустановленным лицом, действовавшим по паспорту С. после смерти Б. Истица полагала данный договор, равно как и последующее отчуждение спорного недвижимого имущества К.И., К.М. и К.С., ничтожным, поскольку квартира выбыла из владения собственника помимо его воли, истица просила истребовать спорное имущество из незаконного владения ответчиков.

Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 24.03.08 г. исковые требования П.В.И. удовлетворены частично: из владения К.И., К.М., К.С. в собственность Б. истребована квартира <...>, аннулирована государственная регистрация права собственности на нее за С., К.И., К.М., К.С.; ответчики К.И., К.М., К.С. и К.А. выселены из квартиры. В удовлетворении иска в оставшейся части П.В.И. отказано.

18.06.08 г. определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда решение суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

При новом рассмотрении спора, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что право истицы на предъявление рассматриваемых требований в силу ст. ст. 209, 218, 1112, 1152 ГК РФ обусловлено ее правопреемством в отношении всех правомочий собственника спорной квартиры в качестве наследника Б., как лица в установленном законом порядке заявившего о правах наследования по закону после смерти наследодателя.

На основании представленных письменных доказательств суд признал установленным, что спорная квартира выбыла из владения Б. помимо его воли.

При этом суд учел, что из документов, представленных Следственным управлением при УВД Фрунзенского района Санкт-Петербурга, находящихся в соответствующем уголовном деле, следует, что оспариваемые договоры заключались не самим С., а лицом, использовавшим его похищенный паспорт. С. отрицал факты заключения договоров купли-продажи квартиры с Б. и с семьей К-го, ссылался на то, что паспорт, данные которого указаны в договорах, был им утрачен в ноябре 2005 года, а в марте 2006 года получен новый паспорт. Использование паспорта С. иным лицом было подтверждено и ответчиком К.И.

Принимая во внимание, что имело место приобретение имущества Б. иным лицом не под своим собственным именем, а под именем С., суд обоснованно указал, что такое приобретение в силу п. 1, п. 4 ст. 19 ГК РФ является ничтожным.

Согласно справке о результатах оперативного исследования 23 отдела ЭКЦ ГУВД СПб и ЛО от 02.11.06 г., при проведении оперативного исследования объектов, предоставленных ОРБ ГУ МВД РФ по материалу проверки N 1607 от 17.10.06 г. экспертно-криминалистическим отделом Петроградского РУВД было установлено, что рукописные тексты "Б.", и подписи от имени Б., расположенные на копии доверенности от 30.07.06 г. и на копии договора купли-продажи квартиры от 21.01.06 г., являются электрофотографическими копиями кратких рукописных текстов, выполненных не Б., а другим лицом.

Ответчики, оспаривая вышеназванное заключение, представили справку специалиста ООО "Центр судебных экспертиз СЗО" от 04.05.2008 г., в которой указано, что в результате проведенного сравнительного исследования решить вопрос, самим Б. или другим лицом, выполнена подпись на договоре купли-продажи, не представляется возможным из-за простоты и краткости ее выполнения, из-за низкого качества исследуемой копии и из-за ограниченного количества сравнительного материала. При этом вопрос о том, выполнен ли рукописный текст "Б." на копии договора купли-продажи от 21.01.06 г., на разрешение специалиста не ставился, соответственно, исследование этого вопроса не производилось.

Принимая во внимание, что подлинность подписи Б. на документах ставилась под сомнение, в ходе судебного разбирательства судом был поставлен на обсуждение сторон вопрос о назначении в рамках настоящего дела почерковедческой экспертизы.

При разрешении данного вопроса суд учел, что почерковедческая экспертиза с теми же самыми вопросами и в том же самом экспертном учреждении была назначена следователем СУ при УВД по Фрунзенскому району СПб в рамках уголовного дела N 356354, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ в отношении неустановленных лиц, по факту завладения путем мошеннических действий спорной квартирой, принадлежащей на праве собственности Б.; подлинные документы, содержащие образцы почерка и подписи, выполненные от имени Б., признанные вещественными доказательствами по уголовному делу, хранятся при деле и до разрешения данного дела представлены быть не могут; стороны при обсуждении данного вопроса указали, что дополнительных материалов, необходимых для производства экспертизы, равно как и других вопросов перед экспертами, не имеют, согласились с назначением экспертизы именно в ЭКЦ ГУВД, тем самым, полагали возможным получение экспертного заключения по спорному вопросу в рамках назначенной по уголовному делу экспертизы, в связи с чем производство по настоящему делу судом приостанавливалось до окончания производства почерковедческой экспертизы в ЭКЦ ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, назначенной в рамках уголовного дела.

Согласно заключению главного эксперта 46 отдела ЭКЦ ГУВД по г. Санкт-Петербургу и ЛО от 06.11.2008 г., выполненному на основании постановления следователя по вышеназванному уголовному делу, рукописный текст "Б." в договоре купли-продажи от 21.01.2006 г. между Б. и С., расположенный на оборотной стороне документа, в верхней его части, на первой сверху строке, - выполнен не Б., а каким-то другим лицом. Решить вопрос, выполнена ли подпись от имени Б. в договоре купли-продажи от 21.01.2006 г. между Б. и С., расположенная на оборотной стороне документа, в верхней его части, на первой сверху строке - справа от рукописного текста "Б.", самим Б. или другим лицом, не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части. При этом, в исследовательской части заключения указано, что оценкой результатов сравнительного исследования установлено, что ни совпадения, ни различия не могут служить основанием для какого-либо (положительного или отрицательного) вывода, так как выявлены в малом объеме и не имеют преимущественного значения друг перед другом. Большего количества признаков выявить не удалось из-за малого объема содержащейся в подписи графической информации, обусловленного ее краткостью, простотой строения, и большой вариационности представленных образцов подписного почерка.

Разрешая спор, суд учел содержание исследовательских частей представленных в материалы дела заключений и выводы экспертов, дал им оценку, принял во внимание, что подпись продавца на оспариваемом договоре купли-продажи выполнена рукописно посредством единого составного текста, содержащего помимо подписи, фамилию, имя и отчество Б. без указания и свидетельствования участия при заключении договора рукоприкладчика, и обоснованно признал доказанным, что оспариваемый договор подписан не Б.

Вопрос о необходимости назначения по делу повторной экспертизы разрешен судом с соблюдением требований ч. 2 ст. 87 ГПК РФ.

Отклоняя ходатайство ответчиков, суд учел, что при решении вопроса о приостановлении производства по делу, ответчики не имели самостоятельных вопросов или возражений против выбора экспертного учреждения, проведение экспертизы с учетом не указанных в постановлении о назначении экспертизы документов судом правильно оценено, как недостаток заключений, который не препятствует рассмотрению дела по существу по всему объему представленных доказательств, при этом принято во внимание, что неуказанные в постановлении следователя документы ранее представлялись эксперту Экспертно-криминалистического отдела Петроградского РУВД в рамках материала проверки N 1607, по результатам которой и было возбуждено уголовное дело N 356354, их направление эксперту ЭКЦ ГУВД было обусловлено их фактическим нахождением в материалах дела.

Учитывая, что для настоящего спора правовое значение имеет обладающее всеми необходимыми реквизитами заключение в отношении подписи и рукописного текста непосредственно в оспариваемом договоре купли-продажи от 21.01.06 г. (копия на л.д. 128 - 129 т. 2), суд правомерно отклонил ссылки ответчиков на то, что одно из заключений не подписано экспертом (копия на л.д. 122 - 123 т. 2).

Оценка экспертным заключениям дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ, основания полагать, что в ходе судебного разбирательства были нарушены процессуальные права ответчиков по доводам, изложенным в кассационной жалобе, не имеется.

При указанных обстоятельствах, вывод суда о том, что спорная квартира выбыла из владения Б. помимо его воли, не противоречит добытым по делу доказательствам, оцененным судом с соблюдением требований норм процессуального права.

Судебная коллегия находит правильным и вывод суда о том, что договор купли-продажи спорной квартиры от 21.01.06 г., совершенный от имени Б. с одной стороны, и лица, не являвшегося С. с другой стороны, зарегистрированный в ГУ ФРС по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по поддельной доверенности от имени Б., является недействительным в силу требований ст. 166 ГК РФ, независимо от признания его таковым судом, в силу его ничтожности, соответственно, договор купли-продажи спорной квартиры, заключенный 25.08.06 г. между С. и семьей К-го, не соответствует требованиям закона, поскольку квартира отчуждена лицом, не являющимся ее собственником, в силу чего данная сделка также ничтожна.

Возражая против заявленных требований, ответчики К.И. и К.М. ссылались на то, что являются добросовестными приобретателями, поскольку не знали о том, что квартира выбыла из владения Б. в результате мошеннических действий неустановленных лиц, а соответственно и о том, что лицо, у которого они приобрели спорную квартиру, не являлось ее собственником.

В силу положений ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Разрешая спор, суд исходил из того, что по смыслу Постановления Конституционного Суда РФ от 21.04.03 г. невозможность удовлетворения требований о признании сделки купли-продажи недействительной и применении последствий ее недействительности обусловливается добросовестностью приобретателя. Вместе с тем, в силу ст. 302 ГК РФ даже у добросовестного приобретателя в случае выбытия имущества у первоначального собственника помимо его воли данное имущество может быть истребовано.

Принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства установлено, что спорная квартира выбыла из владения Б. помимо его воли и в дальнейшем была отчуждена неизвестным лицом, действующим по паспорту С., т.е. лицом, не имевшим на это права, суд пришел к правильному выводу о том, что данное имущество подлежит истребованию из владения К.И., К.М. и К.С., как приобретенное ими по недействительной сделке. При этом, судебная коллегия полагает, что истребуемый объект недвижимости подлежит включению в наследственную массу после смерти Б., умершего 21.03.06 г., о чем надлежит указать в резолютивной части решения.

При указанных обстоятельствах доводы кассационной жалобы ответчиков о том, что они являются добросовестными приобретателями спорного объекта недвижимости, правового значения не имеют, не могут повлиять на правильность вывода суда об истребовании квартиры, постановленного в соответствии с правилами ст. 302 ГК РФ.

При таком положении судебная коллегия находит правомерным и вывод суда о том, что К.И., К.М. с несовершеннолетними детьми К.С. и К.А. подлежат выселению из спорной квартиры, так как их право собственности (и производное право пользования К.А.) на спорный объект прекращается в связи с истребованием квартиры из их владения.

Учитывая, что государственная регистрация права собственности С. и К.И., К.М., К.С. на квартиру <...> была произведена по недействительным сделкам, в порядке применения последствий недействительности указанных сделок, суд признал недействительными соответствующие регистрационные действия.

Правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены на основании добытых по делу доказательств, оценка которым дана согласно ст. 67 ГПК РФ, в связи с чем доводы кассационной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, правильность определения судом прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии предусмотренных ст. ст. 362 - 364 ГПК РФ оснований к отмене состоявшегося судебного решения.

Разрешая требования П.В.И. в части признания за ней права собственности на спорное жилое помещение, суд исходил из того, что виндикация спорного имущества и аннулирование записей о государственной регистрации права собственности на квартиру за ответчиками позволяют истице, как наследнице умершего, принять спорное имущество в нотариальном порядке. Отказывая в удовлетворении требований об обязании Управления Федеральной регистрационной службы по Санкт-Петербургу и Ленинградской области зарегистрировать право собственности П.В.И., суд сослался на производность этих требований от требований о признании права, кроме того, указал, что данные требования обращены истцом не к стороне имеющегося спора.

Решение в части отказа в иске истицей не оспаривается, кассационная жалоба ответчиков не содержит доводов по данной части решения.

Руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 23 апреля 2009 года изменить, изложив абзац второй резолютивной части в следующей редакции:

Истребовать квартиру <...> из владения К.М., К.И., К.С., включив указанную квартиру в наследственную массу после умершего Б..

В остальной части решение оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2017       |       Обратая связь