Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

СУД ЕВРЕЙСКОЙ АВТОНОМНОЙ ОБЛАСТИ

 

БЮЛЛЕТЕНЬ СУДА ЕВРЕЙСКОЙ АВТОНОМНОЙ ОБЛАСТИ

ЗА II ПОЛУГОДИЕ 2009 ГОДА

 

КАССАЦИОННАЯ И НАДЗОРНАЯ ПРАКТИКА СУДА

ЕВРЕЙСКОЙ АВТОНОМНОЙ ОБЛАСТИ

 

По уголовным делам

 

Нарушение положения ч. 1 ст. 31 УПК РФ повлекло

отмену приговора

 

В связи с нарушением уголовно-процессуального закона был отменен приговор Биробиджанского городского суда в отношении С., осужденного по ст. ст. 30 ч. 3, 158 ч. 1 УК РФ к 1 году лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Органами следствия С. обвинялся по ст. ст. 30 ч. 3, 158 ч. 2 п. "в" УК РФ в покушении на тайное хищение чужого имущества, совершенного с причинением значительного ущерба гражданину.

В ходе предварительного слушания по делу государственный обвинитель изменил обвинение со ст. ст. 30 ч. 3, 158 ч. 2 п. "в" УК РФ на ст. ст. 30 ч. 3, 158 ч. 1 УК РФ.

В соответствии со ст. 236 ч. 5 УПК РФ в данном случае судья должен был вынести постановление о направлении уголовного дела в отношении С. по подсудности мировому судье, но данные требования не выполнил, назначил по итогам предварительного слушания судебное заседание и затем рассмотрел дело, подсудное мировому судье, нарушив тем самым положения ст. 31 ч. 1 УПК РФ.

 

Согласно ст. 316 УПК РФ судья вправе постановить

обвинительный приговор в особом порядке только в том случае,

если придет к выводу об обоснованности обвинения, с которым

согласился подсудимый, и подтверждении его доказательствами,

собранными по уголовному делу. При этом суды не проводят в

общем порядке исследование и оценку доказательств, собранных

по уголовному делу

 

24 декабря 2008 года Октябрьским районным судом Н. был осужден по ст. ст. 158 ч. 2 п. "б", 70 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Органами следствия Н. обвинялся в тайном хищении 24 метров сетки-рабицы и радиатора из сарая С., имевшем место в ночь на 19 июня 2008 года.

Суд, рассмотрев дело в порядке главы 40 УПК РФ, признал Н. виновным в тайном хищении 24 метров сетки стоимостью 2000 рублей, а хищение радиатора из объема обвинения исключил и снизил размер ущерба, причиненного преступлением потерпевшей на 60 рублей.

Свое решение судья обосновал тем, что "согласно материалам дела радиатор ценности не представляет".

Тем самым суд пришел к выводу о том, что предъявленное Н. обвинение является необоснованным и не подтверждается представленными доказательствами, однако несмотря на это, особый порядок судебного разбирательства не прекратил. Кроме того, в приговоре суд сослался на доказательства, которые им в судебном заседании не исследовались.

 

Суд подверг оценке доказательства, которые им не

исследовались, и поставил под сомнение собственные выводы

об обоснованности предъявленного обвинения

 

Приговором Биробиджанского районного суда ЕАО от 19 февраля 2009 года А. был осужден по ст. 158 ч. 2 п. "в" УК РФ к 2 годам лишения свободы без штрафа условно с испытательным сроком 2 года.

В особом порядке суд признал А. виновным в тайном хищении принадлежащего К. сотового телефона "Самсунг Е-250" стоимостью 7000 рублей в комплекте с сим-картой, на счету которой имелось 98 рублей, с причинением значительного ущерба потерпевшему в размере 7098 рублей.

При этом, разрешая гражданский иск, заявленный потерпевшим в размере 7000 рублей, суд в описательно-мотивировочной части приговора указал, что оставляет его без рассмотрения, поскольку по заключению экспертизы стоимость телефона составляет 3283 рубля.

В данном случае суд также подверг оценке доказательства, которые им не исследовались, и поставил под сомнение собственные выводы об обоснованности предъявленного обвинения.

 

В соответствии со ст. 360 УПК РФ суд, рассматривающий

уголовное дело в апелляционном порядке, проверяет

законность, обоснованность и справедливость судебного

решения лишь в той части, в которой оно обжаловано

 

Мировым судьей Восточного судебного участка С. была признана виновной в совершении кражи сотового телефона "Samsung C-170 Strong Blac" стоимостью 1550 рублей, принадлежащего И., и осуждена по ст. 158 ч. 1 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года.

Государственный обвинитель подал апелляционное представление на данный приговор, считая размер наказания осужденной чрезмерно мягким. При этом доводов о необоснованном применении к С. ст. 73 УК РФ он не приводил.

В соответствии со ст. 360 УПК РФ суд, рассматривающий уголовное дело в апелляционном порядке, проверяет законность, обоснованность и справедливость судебного решения лишь в той части, в которой оно обжаловано. Он вправе назначить более строгое наказание только в случаях, предусмотренных частью 2 статьи 383 и статьей 385 УПК РФ (при наличии представления прокурора либо жалобы частного обвинителя, потерпевшего или его представителя).

Несмотря на эти положения закона, суд по апелляционному представлению, в котором не ставился вопрос о назначении осужденной реального наказания, отменил приговор мирового судьи и назначил С. 1 год лишения свободы в исправительной колонии общего режима, ухудшив положение осужденной без наличия к тому законного основания.

 

При определении превышения пределов необходимой обороны,

суду необходимо было установить, находился ли осужденный в

состоянии такой обороны

 

Приговором Облученского районного суда от 17 февраля 2009 года Л. осужден по ст. 114 ч. 1 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 6 месяцев.

Он был признан виновным в том, что 1 июня 2008 года, в период с 20 до 21 часа, в своей квартире <...> причинил тяжкий вред здоровью Р. при превышении пределов необходимой обороны.

Согласно приговору преступление имело место при следующих обстоятельствах:

Между Л. и Р., находившимися в состоянии алкогольного опьянения, возникла ссора из-за того, что Р. стал беспричинно выражаться в адрес осужденного нецензурной бранью, разбрасывать вещи, устраивая беспорядок, а затем ударил Л. не менее пяти раз по телу, причинив телесные повреждения в виде отека правого подреберья, области крестца, кровоподтека задней поверхности грудной клетки, болезненности верхней трети правого бедра.

Л., осознавая, что способ выбранной им защиты не соответствует характеру и опасности посягательства со стороны Р., превышая пределы обороны, необходимой для защиты от противоправных действий последнего, взял хранящийся под подушкой нож и нанес им Р. один удар с незначительной силой в область верхней трети правого плеча, причинив потерпевшему колото-резаное слепое ранение с повреждением подмышечной артерии с последующим обильным наружным кровотечением, которое повлекло тяжкий вред здоровью. От полученного ранения Р. скончался.

Органами следствия Л. обвинялся по ст. 111 ч. 4 УК РФ в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, совершенном в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений, по неосторожности повлекшем смерть Р.

В судебном заседании Л. вину в предъявленном ему обвинении по ст. 111 ч. 4 УК РФ признал частично и показал, что Р., находясь в его квартире, стал вести себя агрессивно и разбрасывать вещи, а затем ударил его несколько раз. Он решил напугать потерпевшего, взял нож и, развернувшись, попал им в Р. Фактически тот на нож наткнулся сам.

Суд пришел к выводу, что телесное повреждение потерпевшему причинено при превышении пределов необходимой обороны, поскольку Л. защищался от действий Р., выразившихся в нанесении ему ударов руками и ногами по телу.

Судебная коллегия признала выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и отменила приговор по следующим основаниям.

Из материалов дела следовало, что осужденный и потерпевший в нетрезвом состоянии отличались буйным характером, постоянно ссорились. В указанный день, после употребления спиртного, между ними вновь возникла ссора, в ходе которой Р. несколько раз ударил Л. В ответ последний нанес Р. удар ножом.

Указывая на то, что Л. превысил пределы необходимой обороны, суду необходимо было установить, находился ли осужденный в состоянии такой обороны. То есть подвергся ли он в данном случае такому посягательству, в ходе которого у него возникло осознание опасности за свои жизнь и здоровье.

Ни на предварительном следствии, ни в суде Л. не говорил о том, что в ходе конфликта он опасался за свою жизнь и здоровье. Объясняя мотивы своих действий, осужденный указывал на то, что ударил Р. ножом, так как хотел его успокоить, не выдержал действий потерпевшего, убивать не желал, а хотел лишь сделать ему больно. В судебном заседании Л. вообще указал, что потерпевший сам наткнулся на нож.

Из данных показаний Л. не следовало, что он субъективно воспринимал действия Р. как представляющие угрозу для его жизни и здоровья. Однако суд не учел эти обстоятельства при квалификации действий осужденного. Между тем они подлежали оценке в совокупности с другими исследованными по делу обстоятельствами и могли повлиять на выводы суда.

 

Нарушение гарантированного законом права обвиняемого

на защиту привело к отмене обвинительного приговора

в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 381 УПК РФ

 

Поводом для отмены приговора Биробиджанского городского суда от 13 марта 2009 года в отношении С. явилось нарушение права обвиняемого на защиту.

Согласно приговору С. путем свободного доступа тайно похитил в ресторане "Конкорд" сумку К. с находящимися в ней сотовым телефоном, деньгами и иным имуществом на общую сумму 23201 рубль 70 копеек, причинив значительный ущерб потерпевшей.

В соответствии с п. 8 ч. 4 ст. 47 УПК РФ обвиняемый (подсудимый) вправе пользоваться помощью защитника.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 51 УПК РФ участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном ст. 52 УПК РФ, по собственной инициативе в письменном виде.

Из материалов уголовного дела было видно, что при первоначальных следственных действиях в отношении обвиняемого С. его интересы осуществляла по назначению адвокат Б.

21 ноября 2008 года следователь вынес постановление о замене Б., не прибывшей для предъявления обвинения С., и назначении С. защитника Б.В.

В тот же день при предъявлении обвинения С. отказался от защитника Б.В.

22 ноября 2008 года постановлением следователя С. было отказано в удовлетворении отвода защитнику Б.В. ввиду его необоснованности.

1 декабря 2008 года обвиняемый С. обратился в прокуратуру с жалобой о нарушении его права на защиту, привел в ней мотивы отказа от адвоката Б.В., указал, что тот поддерживает сторону обвинения, и ходатайствовал о предоставлении другого защитника.

9 декабря 2008 года данная жалоба была рассмотрена и оставлена без удовлетворения руководителем СО при ОВД по г. Биробиджану и Биробиджанскому району, который отказал в удовлетворении ходатайства С. о предоставлении другого защитника, обосновав свое решение тем, что в ходе производства следственных действий от обвиняемого отказа от защитника Б.В. не поступало, что явно противоречило материалам уголовного дела.

Тем самым органы предварительного следствия необоснованно отказывали С. в удовлетворении ходатайства о предоставлении другого защитника и своими действиями нарушили гарантированное законом право обвиняемого на защиту.

Составление обвинительного заключения при таких обстоятельствах исключало возможность постановления судом приговора на его основе и являлось поводом для возвращения дела прокурору с целью устранения препятствий его рассмотрения судом в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Но суд нарушения права на защиту не усмотрел и постановил обвинительный приговор, который при таких обстоятельствах был отменен в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 381 УПК РФ.

 

Суд неправильно применил уголовный закон и ошибочно

квалифицировал действия осужденного двумя составами

преступлений

 

Приговором Биробиджанского городского суда от 2 марта 2009 года В. был осужден по ст. 160 ч. 1 УК РФ к 1 году лишения свободы и ст. 160 ч. 2 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы. По совокупности преступлений в соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно к отбытию ему было определено 3 года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Суд признал Б. виновным в растрате вверенного чужого имущества, а по второму эпизоду в растрате с причинением значительного ущерба гражданину.

Согласно приговору 9, а затем 10 декабря 2008 года осужденный несколько раз, используя счет-карту Роснефти, принадлежащую ЛПХ "Ю", продавал дизельное топливо неустановленным лицам и присваивал полученные от них денежные средства.

Рассмотрев дело в особом порядке, суд квалифицировал действия В. по двум эпизодам - от 9 декабря и 10 декабря 2008 года в зависимости от сумм, полученных в ходе реализации топлива, по ч. 1 и по ч. 2 ст. 160 УК РФ.

Вместе с тем из предъявленного В. обвинения не следовало, что преступление 10 декабря 2008 года он совершил по вновь возникшему умыслу.

Исходя из него, 9 декабря 2008 года, обнаружив отсутствие денег, осужденный решил их получать с помощью имевшейся карты на заправку ГСМ. Все последующие действия В. были направлены на реализацию данного умысла: он в этот же день неоднократно заливал топливо известному водителю микроавтобуса, они несколько раз ездили к нему в гараж за канистрами. В тот же день через своего знакомого В. стал искать других покупателей на покупку ГСМ, нашел его 10 декабря и заправлял в течение второго дня несколько раз, пока не была заблокирована карта.

Тем самым действия В. были направлены на реализацию единого умысла по получению денег от незаконной продажи дизельного топлива посторонним лицам посредством использования карты, принадлежащей ЛПХ "Ю", а суд неправильно применил уголовный закон и ошибочно квалифицировал их двумя составами преступлений.

Судебная коллегия квалифицировала действия осужденного по ст. 160 ч. 2 УК РФ как растрату, т.е. хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину, исключив из приговора осуждение по ст. 160 ч. 1 УК РФ и ссылку о назначении наказания по правилам ст. 69 ч. 3 УК РФ.

 

Исходя из смысла закона, применительно к насильственным

сексуальным действиям беспомощное состояние потерпевшего

лица может иметь место в том случае, когда оно в силу своего

физического или психического состояния не могло понимать

характер и значение совершаемых с ним действий либо

оказывать сопротивление виновному лицу

 

Приговором Биробиджанского городского суда от 4 февраля 2009 года Д. был осужден по ст. 132 ч. 3 п. "в" УК РФ к 9 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Суд признал Д. виновным в совершении действий сексуального характера в отношении К., не достигшей четырнадцатилетнего возраста, с применением насилия, с использованием ее беспомощного состояния, соединенных с угрозой убийством.

Оценив исследованные доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности Д. в совершении насильственных действий сексуального характера в отношении потерпевшей К., однако при квалификации действий виновного, указав, что преступление было совершено с использованием беспомощного состояния потерпевшей, допустил ошибку.

Исходя из смысла закона, применительно к насильственным сексуальным действиям беспомощное состояние потерпевшего лица может иметь место в том случае, когда оно в силу своего физического или психического состояния не могло понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказывать сопротивление виновному лицу (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2004 N 11).

По настоящему делу было установлено, что потерпевшая К., несмотря на свой малолетний возраст, понимала значение и характер совершаемых с нею действий. Более того, она оказала виновному активное сопротивление, причинив тому телесные повреждения.

При таких обстоятельствах указание на совершение преступления с использованием беспомощного состояния потерпевшей не нашло своего подтверждения и было исключено из приговора. Содеянное Д. судебная коллегия квалифицировала по п. "в" ч. 3 ст. 132 УК РФ как действия сексуального характера с применением насилия к потерпевшей, соединенные с угрозой убийством, совершенные в отношении лица, заведомо не достигшего четырнадцатилетнего возраста.

 

Согласно ч. ч. 1, 4 ст. 69 УК РФ дополнительное наказание не

может быть назначено по совокупности преступлений, если оно

не было назначено ни за одно из совершенных преступлений,

входящих в совокупность

 

Облученским районным судом эти положения закона были нарушены при назначении наказания осужденному Ж. по приговору от 3 декабря 2008 года.

Ж. был судим тем же судом 14 апреля 2008 года по ст. 286 ч. 2 УК РФ к 1 году лишения свободы.

По настоящему делу он был признан виновным в превышении должностным лицом полномочий, явно выходящих за его пределы и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов организаций, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенных лицом, занимающим должность главы органа местного самоуправления, а также в мошенничестве, то есть хищении денежных средств в крупном размере путем обмана и злоупотребления доверием с использованием должностных полномочий.

Суд назначил Ж. наказание:

- по ст. 286 ч. 2 УК РФ 2 года 6 месяцев лишения свободы;

- по ст. 159 ч. 3 УК РФ 1 год 6 месяцев лишения свободы без штрафа.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний определил 3 года 6 месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст. 69 ч. 5 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний по настоящему делу и по приговору Облученского районного суда от 14 апреля 2008 года окончательно Ж. было назначено 3 года 6 месяцев лишения свободы без штрафа с лишением права занимать должности в органах государственной и муниципальной власти сроком на 3 года.

Судебная коллегия исключила назначенное Ж. по совокупности преступлений дополнительное наказание, поскольку лишение права занимать определенные должности в органах государственной и муниципальной власти ни за одно конкретное преступление ему не назначалось.

Кроме того, суд без применения положений ст. 64 УК РФ назначил Ж. по ст. 159 ч. 3 УК РФ наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы без штрафа, хотя санкция предусматривает наказание от 2 до 6 лет.

Судебная коллегия признала добровольное возмещение имущественного ущерба по делу, которое имело место и которое суд необоснованно оставил без внимания, смягчающим, а также исключительным обстоятельством по делу и применил при назначении наказания ст. 64 УК РФ, оставив назначенный Ж. срок лишения свободы в определенных судом пределах.

 

Поводом к изменению приговора явилась его несправедливость

 

Ч., 1974 года рождения, и несовершеннолетний Р., достигший шестнадцатилетнего возраста, менее чем за месяц до совершения преступления были осуждены по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ к 1 году лишения свободы: Ч. с отбыванием в колонии-поселении, Р. с отбыванием в воспитательной колонии.

Они были признаны виновными в тайном хищении по предварительному сговору группой лиц газовой плиты стоимостью 1840 рублей, принадлежащей Б., из дома <...>.

Коллегия признала наказание, назначенное осужденным в виде реального лишения свободы, не соответствующим требованиям ст. 60 УК РФ.

Суд не в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного деяния, категорию преступления, которая отнесена к средней тяжести, размер причиненного преступлением ущерба, а также факт его возмещения в ходе следствия.

Обстоятельств, по которым осужденным не могло быть назначено другое, более мягкое наказание, либо наказание с применением ст. 73 УК РФ, суд в приговоре не привел. В нем лишь имелась ссылка на то, что Р. не может быть освобожден от наказания. Однако данная ссылка не равнозначна выводу о невозможности применения ст. 73 УК РФ или назначения более мягкого наказания.

Судебная коллегия применила к назначенному Ч. и Р. наказанию ст. 73 УК РФ.

 

При назначении наказания судом был оставлен без внимания

размер причиненного преступлением ущерба, что привело

к изменению наказания осужденным

 

А. был осужден Облученским районным судом по ст. 158 ч. 3 п. "а" УК РФ к 2 годам лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к вновь назначенному наказанию было присоединено наказание по приговору от 13 ноября 2007 года и окончательно к отбытию определено 2 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

К. осужден Облученским районным судом по ст. 158 ч. 3 п. "а" УК РФ (2 эпизода) к 2 годам лишения свободы без штрафа за каждое преступление. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений ему было назначено 3 года лишения свободы без штрафа условно с испытательным сроком 3 года.

А. и К. были признаны виновными и осуждены за кражу имущества из квартиры Х. на общую сумму 270 рублей группой лиц по предварительному сговору.

К., кроме того, был признан виновным в краже полотенца стоимостью 250 рублей из жилища того же потерпевшего.

Дело было рассмотрено в особом порядке.

При назначении осужденным А. и К. наказания судом в соответствии с требованиями закона учтены характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, конкретные обстоятельства дела, данные о личности, а также смягчающие обстоятельства и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, но был оставлен без внимания размер причиненного преступлением ущерба.

Судебная коллегия признала смягчающие обстоятельства по делу исключительными и применила ст. 64 УК РФ, назначив осужденным наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 3 п. "а" ст. 158 УК РФ в виде 6 месяцев лишения свободы за каждое из преступлений. Окончательно судебная коллегия назначила А. наказание по совокупности приговоров в виде 1 года 7 месяцев лишения свободы, а К. по совокупности преступлений 7 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год.

 

При определении наказания необходимо учитывать смягчающие

и отягчающие наказание обстоятельства по делу

 

Определяя наказание Б. по ст. 228 ч. 2 УК РФ, судья Биробиджанского городского суда сослался на отсутствие по делу смягчающих наказание обстоятельств и определил осужденному к отбытию 3 года лишения свободы без штрафа в исправительной колонии строгого режима.

Вместе с тем в действиях Б. имел место рецидив преступлений, и срок наказания в такой ситуации согласно ст. 68 ч. 2 УК РФ не мог быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания за данное преступление - то есть ниже 3 лет 4 месяцев лишения свободы.

Судебная коллегия признала смягчающим наказание обстоятельством по делу беременность жены осужденного и, исходя из положений ст. 68 ч. 3 УК РФ, оставила Б. наказание в пределах того срока, который и был ему определен судом первой инстанции.

 

Несоответствие выводов и указанного в резолютивной части

приговора назначенного судом наказания привело к изменению

приговора и снижению размер наказания

 

Р. был осужден Биробиджанским городским судом по ст. 161 ч. 2 п. "г" УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года 6 месяцев без штрафа.

В соответствии с п. "в" ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору от 13 августа 2008 года окончательно к отбытию Р. определено 3 года лишения свободы без штрафа с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В описательно-мотивировочной части приговора суд указал на необходимость применения в отношении осужденного положений ст. 68 ч. 3 УК РФ. Свое решение мотивировал тем, что "имеющаяся совокупность смягчающих обстоятельств в отношении осужденного позволяет назначить ему наказание менее 1/3 части максимального срока наиболее строгого наказания, предусмотренного за данное преступление, но в пределах санкции ст. 161 ч. 2 УК РФ".

С учетом того, что наиболее строгим наказанием за данное преступление является именно лишение свободы, а пределы санкции указаны от 2 до 7 лет, суд должен был назначить Р. наказание, не превышающее 2 года 4 месяца лишения свободы.

Поскольку в резолютивной части приговора назначенное судом наказание не соответствовало его же выводам о необходимости применения ст. 68 ч. 3 УК РФ, судебная коллегия изменила приговор и снизила размер наказания по ст. 161 ч. 2 п. "г" УК РФ до 2 лет. Соответственно было снижено и наказание, назначенное по правилам ст. 70 УК РФ.

 

Суд без учета положений ст. 68 ч. 2 УК РФ вынес наказание,

при этом определил его ниже нижнего предела, установленного

санкцией ст. 228 ч. 2 УК РФ

 

Ленинский районный суд осудил Р. по ст. 228 ч. 2 УК РФ к лишению свободы сроком на 1 год 6 месяцев со штрафом в размере 2500 рублей с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

При этом отягчающим наказание обстоятельством по делу являлся рецидив преступлений. Смягчающим наказание обстоятельством по делу суд признал активное способствование Р. в раскрытии преступления.

Суд указал в приговоре, что с учетом смягчающего обстоятельства назначает Р. наказание без учета положений ст. 68 ч. 2 УК РФ, однако фактически определил его ниже нижнего предела, установленного санкцией ст. 228 ч. 2 УК РФ от 3 лет лишения свободы.

Судебная коллегия признала смягчающее наказание обстоятельство исключительным и применила при назначении наказания ст. 64 УК РФ.

 

Суд не признал явку с повинной смягчающим обстоятельством

по делу, что стало основанием изменения приговора

 

Приговором Биробиджанского городского суда К. был осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 12 годам лишения свободы.

Суд признал его виновным в умышленном причинении смерти М. в ходе ссоры вечером 4 ноября 2008 года в своей квартире по <...>. Потерпевшей он нанес не менее 4 ударов ножом в область грудной клетки с повреждением сердца, легкого и других внутренних органов, от которых она скончалась на месте.

Решая вопрос о виде и размере наказания, судья указал в приговоре, что смягчающие обстоятельства по делу отсутствуют.

Вместе с тем в материалах имелась явка с повинной К., где были указаны обстоятельства происшедшего. В судебном заседании выяснялись обстоятельства написания данного процессуального документа, государственный обвинитель в прениях высказался по его поводу.

Суд же в приговоре никаких мотивов относительно данного документа не привел, не указал, почему не признал явку с повинной смягчающим обстоятельством.

В связи с этим судебная коллегия признала явку с повинной смягчающим обстоятельством, применила при назначении наказания осужденному положения ст. 62 УК РФ и снизила размер последнего до 11 лет лишения свободы.

 

В соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ противоправное поведение

потерпевшего и активное способствование раскрытию

преступления являются смягчающими наказание

обстоятельствами, которые необходимо учитывать

суду при назначении наказания

 

Приговором Облученского районного суда от 7 ноября 2008 года В. осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Он признан виновным в том, что 6 апреля 2008 года на почве личных неприязненных отношений умышленно нанес один удар ножом в область грудной клетки Я., в результате которого наступила смерть потерпевшего.

В ходе судебного заседания суд установил противоправность поведения потерпевшего и указал на это в описании преступного деяния.

Противоправное поведение потерпевшего действительно имело место. В отношении Я. было отказано в возбуждении уголовного дела в связи со смертью по факту хищения сотового телефона В., который и явился поводом для преступления.

Однако при назначении наказания противоправное поведение потерпевшего смягчающим наказание обстоятельством признано не было.

Кроме того, суд не признал смягчающим наказание обстоятельством активное способствование В. в раскрытии преступления, хотя в ходе осмотра места происшествия он добровольно указал место, куда выбросил орудие преступления - нож, который и был там обнаружен.

Судебная коллегия в соответствии с п. п. "з", "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ признала указанные обстоятельства смягчающими наказание и снизила В. наказание до 7 лет лишения свободы.

 

Судом неправильно был применен закон, утративший силу

при квалификации действий виновного

 

Ленинским районным судом Ч.В. осужден по ст. 158 ч. 3 УК РФ к 2 годам лишения свободы без штрафа с отбыванием в исправительной колонии общего режима. Он был признан виновным в краже из квартиры <...> имущества на общую сумму 15493 рублей, принадлежащего П., в ночь на 2 февраля 2003 года.

Кроме того, суд признал его виновным в краже из квартиры <...> имущества на общую сумму 39930 рублей, принадлежащего Ч.Е., 7 февраля 2003 года.

Действия Ч.В. суд квалифицировал по ст. 158 ч. 3 УК РФ в редакции ФЗ РФ N 133 от 31 октября 2002 года как тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище, совершенное неоднократно.

Вместе с тем признак "неоднократности" был исключен из Уголовного кодекса РФ еще 8 декабря 2003 года (ФЗ РФ N 162-ФЗ) и суд не вправе был применять закон, утративший силу при квалификации действий виновного.

Судебная коллегия исключила из действий Ч.В. указанный квалифицирующий признак.

 

При разрешении исковых требований потерпевшего о взыскании

материального ущерба суд не учел решение об оставлении

вещественного доказательства потерпевшему, что привело

к отмене судебного решения в части гражданского иска

 

Судебная коллегия изменила приговор Октябрьского районного суда ЕАО от 5 февраля 2009 года в отношении К.Н. в части гражданского иска.

К.Н. приговором была признана виновной и осуждена за совершение мошенничества, т.е. хищения путем обмана 6000 рублей, принадлежащих ее родственнику К.Д.

К.Д. в мае 2008 года попросил К.Н. приобрести для него в городе Биробиджане скутер (мопед) стоимостью 32000 рублей. Кроме этого для оплаты его транспортировки в село Пузино он также передал осужденной еще 5000 рублей. Данный скутер К.Н. купила за 26000 рублей, а разницу в цене - 6000 рублей, а также 2000 рублей - остатки денежных средств от оплаты за транспортировку скутера в Октябрьский район решила взять себе. Она попросила продавца на чеке не указывать истинную стоимость скутера, сославшись на то, что это подарок, а затем сама вписала в чек его стоимость, составляющую 32000 рублей. Затем К.Н. все передала потерпевшему, а он на следующий день обман обнаружил.

Определяя судьбу вещественного доказательства - скутера стоимостью 26000 рублей, суд решил передать его потерпевшему К.Д.

Разрешая исковые требования К.Д. о взыскании материального ущерба, суд опять же взыскал с осужденной стоимость скутера - 26000 рублей в пользу потерпевшего, а также 3000 рублей - оплату его транспортировки в Октябрьский район и 585 рублей - расходы потерпевшего на проезд из села Амурзет в город Биробиджан и обратно. Тем самым суд фактически не учел свое же решение об оставлении вещественного доказательства - скутера потерпевшему.

Кроме этого, не учел, что его транспортировка в Октябрьский район была осуществлена, а 585 рублей - это опосредованные материальные затраты потерпевшего, понесенные им по собственному усмотрению и не связанные с прямым причинением материального ущерба в связи с совершенными общественно-опасными действиями осужденной К.Н.

Судебная коллегия приговор изменила, отменила судебное решение в части гражданского иска и передала этот вопрос на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

 

Суд не выполнил возложенную на него ч. 3 ст. 108 УПК РФ

обязанность по оценке достаточности представленных сторонами

материалов для принятия законного и обоснованного решения и

определения того, какие именно данные указывают на наличие

предусмотренных законом оснований для избрания заключения

под стражу

 

Судебной коллегией отменено постановление Биробиджанского городского суда от 17 апреля 2009 года, которым избрана мера пресечения в виде заключения под стражу Х.

15 апреля 2009 года в отношении Х. было возбуждено уголовное дело по ст. 204 ч. 3 УК РФ по факту незаконного получения им, как лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий в интересах дающего в связи с занимаемым им служебным положением.

Суд удовлетворил ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, указав, что на свободе Х. может оказать давление на свидетелей, уничтожить документы, воспрепятствовав установлению истины по делу.

При этом в числе оснований, позволяющих это полагать, суд сослался на тяжесть предъявленного обвинения и позицию обвиняемого по делу, что является недопустимым.

Выводы суда о том, что материалами дела подтверждена возможность оказания Х. давления на свидетелей и уничтожения им документов, являлись несостоятельными. В подтверждение этих обстоятельств следствием были представлены только рапорты сотрудников ОНП УВД по ЕАО и ОРЧ НП УВО по ЕАО, в которых они указали на данную возможность. Достаточных же доказательств, подтверждающих эти сведения, в материалах не было.

Таким образом, суд не выполнил возложенную на него ч. 3 ст. 108 УПК РФ обязанность по оценке достаточности представленных сторонами материалов для принятия законного и обоснованного решения и определения того, какие именно данные указывают на наличие предусмотренных законом оснований для избрания заключения под стражу.

 

В соответствии со ст. 109 ч. 2 УПК РФ в случае невозможности

закончить предварительное следствие в двухмесячный срок

и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры

пресечения срок содержания под стражей может быть продлен

судом до 6 месяцев. Дальнейшее продление данного срока

возможно только в случаях особой сложности уголовного дела

и при наличии оснований для избрания меры пресечения

в виде заключения под стражу

 

Постановлением Ленинского районного суда от 16 января 2009 года Т. был продлен срок содержания под стражей на 23 дня, всего, как было указано в судебном решении, до 10 февраля 2009 года, т.е. до 5 месяцев 23 суток.

Однако согласно протоколу Т. был задержан 3 августа 2008 года, следовательно, шестимесячный срок содержания его под стражей истекал 3 февраля 2009 года.

Судья же, принимая решение о продлении срока содержания обвиняемого под стражей до 10 февраля 2009 года, т.е. свыше шести месяцев, каких-либо доводов о сложности уголовного дела не привел.

Поскольку такие данные отсутствовали и в материалах дела, судебная коллегия изменила постановление, сократила срок содержания под стражей обвиняемого до 6 месяцев - до 3 февраля 2009 года.

 

Суд не учел, что в ст. 97 УПК РФ перечислены основания не

только для избрания заключения под стражу, но и для избрания

всех иных мер пресечения, в том числе и домашнего ареста

 

В связи с нарушением требований ст. 97 УПК РФ судебная коллегия отменила постановление Октябрьского районного суда в отношении Я.

Согласно ст. 97 УПК РФ дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому одну из мер пресечения, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый:

- скроется от предварительного следствия и суда;

- может продолжить заниматься преступной деятельностью;

- может угрожать свидетелю, другим участникам уголовного судопроизводства иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Следователь ОВД по Октябрьскому району ЕАО обратился в суд с ходатайством о продлении обвиняемому Я. срока содержания под стражей.

Судья отказал в его удовлетворении, сославшись на то, что "в материалах отсутствуют достаточные данные, позволяющие суду согласиться с доводами следователя о том, что на свободе обвиняемый может угрожать потерпевшему и свидетелям, иным образом воспрепятствовать производству по делу, а также скрыться от следствия и суда либо продолжить заниматься преступной деятельностью".

Вместе с тем при таких обстоятельствах судья избрал Я. меру пресечения в виде домашнего ареста на период предварительного следствия и судебного разбирательства.

В данном случае суд не учел, что в ст. 97 УПК РФ перечислены основания не только для избрания заключения под стражу, но и для избрания всех иных мер пресечения, в том числе и домашнего ареста.

Если суд пришел к выводу об отсутствии оснований для избрания меры пресечения, он не вправе был помещать Я. под домашний арест.

 

Действующее законодательство не содержит ограничений для

применения условно-досрочного освобождения к лицам, которым

условное осуждение было отменено. По смыслу ст. 79 УК РФ суд

не вправе отказывать в условно-досрочном освобождении по

мотивам, которые не предусмотрены законом

 

Постановлением Облученского районного суда от 11 января 2009 года К. отказано в удовлетворении ходатайства об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

К. был осужден 18 июля 2005 года по ст. ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", ст. 161 ч. 2 п. п. "а", "б", 69 ч. 3 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года.

Постановлением от 5 декабря 2006 года условное осуждение отменено и К. направлен для отбывания назначенного приговором наказания в исправительную колонию общего режима. Срок наказания заканчивался 4 декабря 2009 года.

Осужденный обратился в Облученский районный суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, суд ему в этом отказал.

Судебная коллегия отменила постановление и направила материалы на новое рассмотрение.

Отказывая К. в условно-досрочном освобождении, судья не учел, что согласно характеристике администрации осужденный за время пребывания в колонии не допустил ни одного нарушения, имел поощрения за добросовестность и трудолюбие. Он добровольно, по собственной инициативе принимал активное участие в строительстве, на меры воспитательного характера реагировал правильно. По мнению администрации, не нуждался в полном отбывании наказания. Всем этим обстоятельствам судья соответствующей оценки не дал, а отказал К. в условно-досрочном освобождении в связи с тем, что ему отменялось условное осуждение.

Вместе с тем действующее законодательство не содержит ограничений для применения условно-досрочного освобождения к лицам, которым условное осуждение было отменено. По смыслу ст. 79 УК РФ суд не вправе отказывать в условно-досрочном освобождении по мотивам, которые не предусмотрены законом.

 

Согласно ст. 182 ч. 1 УПК РФ основанием производства обыска

является наличие достаточных данных полагать, что в

каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться

орудия преступления, предметы, документы и ценности, которые

могут иметь значение для уголовного дела

 

Начальником отдела дознания ОВД по Октябрьскому району 25 ноября 2008 года в отношении Ч. возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 228 ч. 1 УК РФ по факту приобретения им у Д. наркотического средства - марихуаны в количестве 51 грамма, которое имело место 7 ноября 2008 года.

11 декабря 2008 года начальник отдела дознания ОВД по Октябрьскому району с согласия прокурора возбудил ходатайство о разрешении производства обыска в жилище Д. по адресу: <...>, для отыскания и изъятия наркотических средств, предметов для их изготовления, а также иных незаконно хранящихся предметов и веществ, которые могут в данном жилище находиться.

Судья Октябрьского районного суда своим постановлением от 12 декабря 2008 года в разрешении на обыск отказала, сославшись на отсутствие оснований для производства этого следственного действия.

Принимая такое решение, судья указала, что в представленных материалах отсутствуют полученные в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства данные о возможности нахождения по месту жительства Д. наркотических средств (протоколы допросов свидетелей) и постановление о возбуждении в отношении этого лица уголовного дела.

Судебная коллегия отменила постановление и направила ходатайство на новое рассмотрение в связи с тем, что отказ не был основан на законе.

Согласно ст. 182 ч. 1 УПК РФ основанием производства обыска является наличие достаточных данных полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела.

Из материалов дела усматривалось, что органы дознания представили суду данные, подтверждающие наличие оснований для производства обыска. Эти данные содержались в документах, полученных в ходе проверки сообщения о совершенном преступлении, проведенной в соответствии с требованиями ст. 144 УПК РФ.

Утверждение суда о том, что такие данные могут содержаться только лишь в протоколах допросов свидетелей, является необоснованным.

Не основано на законе и требование суда о необходимости возбуждения уголовного дела в отношении Д., так как в рамках уже возбужденного уголовного дела при наличии предусмотренных в ст. 182 УПК РФ оснований обыск может быть проведен и у лиц, не являющихся подозреваемыми либо обвиняемыми.

 

В соответствии с положениями ст. 318 ч. ч. 1, 5, 7 УПК РФ

уголовные дела о преступлениях, указанных в ч. 2 ст. 20 УПК

РФ (в том числе и по ч. 1 ст. 130 УК РФ), возбуждаются в

отношении конкретного лица путем подачи потерпевшим

заявления в суд. Такое заявление должно содержать, помимо

прочего, "описание события преступления, места, времени,

а также обстоятельств его совершения". С момента принятия

судом заявления к своему производству, о чем выносится

постановление, лицо, его подавшее, является частным

обвинителем

 

Апелляционным постановлением судьи Смидовичского районного суда ЕАО от 17 марта 2009 года оставлен без изменения приговор мирового судьи Николаевского судебного участка Смидовичского района ЕАО от 5 ноября 2008 года в отношении М.

Мировым судьей М. осуждена по ст. 130 ч. 1 УК РФ к штрафу в размере 3000 рублей. Она была признана виновной в том, что 11 мая 2008 года оскорбила неприличными выражениями и нецензурными словами С., унизив ее честь и достоинство.

В соответствии с положениями ст. 318 ч. ч. 1, 5, 7 УПК РФ, уголовные дела о преступлениях, указанных в ч. 2 ст. 20 УПК РФ (в том числе и по ч. 1 ст. 130 УК РФ), возбуждаются в отношении конкретного лица путем подачи потерпевшим заявления в суд. Такое заявление должно содержать, помимо прочего, "описание события преступления, места, времени, а также обстоятельств его совершения". С момента принятия судом заявления к своему производству, о чем выносится постановление, лицо, его подавшее, является частным обвинителем.

Таким образом, указанное заявление, принятое судом, является, по сути, обвинительным заключением и постановлением о привлечении в качестве обвиняемого.

Однако в настоящем случае имеющееся в деле заявление потерпевшей С. от 7 августа 2008 года не соответствовало этим требованиям закона. В нем отсутствовало как описание события преступления, так и указание на конкретные обстоятельства, свидетельствующие о совершении М. какого-либо преступного деяния.

Так, в заявлении было указано, что "с 11 мая 2007 года, с момента избрания С. председателем СНТ "Речник", началась ее травля М. и различного рода сплетни со стороны последней. Она собирала народ и в ругательной форме лила всякую грязь".

Только непосредственно в судебном заседании потерпевшая сформировала обвинение, указала, что 11 мая 2008 года на дачном обществе "Речник" М. в присутствии его членов оскорбила ее неприличными выражениями и нецензурными словами, что является недопустимым и противоречащим требованиям ч. 1 ст. 252 УПК РФ.

Данное обстоятельство судебная коллегия признала существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства и прекратила уголовное дело в отношении М. на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления.

 

Согласно ч. 3 ст. 125 УПК РФ заявитель должен быть

своевременно извещен о времени рассмотрения жалобы

 

Н. обратился в Биробиджанский городской суд с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ, в которой просил признать недействительным и исключить из системы доказательств акт "Об использовании средств, выделенных из областного бюджета...".

Постановлением от 3 апреля 2009 года в удовлетворении жалобы было отказано.

Судебная коллегия отменила данное решение в связи с нарушением уголовно-процессуального закона и направила материалы на новое рассмотрение, поскольку заявитель не был извещен о месте и времени рассмотрения жалобы.

В протоколе судебного заседания причина неявки Н. в суд отражена не была. Ходатайство защитника Н. об обязательном участии последнего в судебном разбирательстве при рассмотрении жалобы суд не разрешил.

 

Применение ограничения, предусмотренного ч. 6 ст. 88 УК РФ

для несовершеннолетних осужденных при замене им наказания

в случае злостного уклонения от его отбывания в порядке

производства по рассмотрению и разрешению вопросов,

связанных с исполнением приговора, законом не установлено

 

Приговором Биробиджанского городского суда от 11 декабря 2007 года И. был осужден по п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ с учетом ч. 6 ст. 88 УК РФ к 160 часам обязательных работ.

Постановлением Биробиджанского городского суда от 28 октября 2008 года, вынесенным по представлению начальника ФБУ "МР УИИ N 1" г. Биробиджана, назначенное И. по приговору суда наказание заменено на лишение свободы сроком на 20 дней с отбыванием наказания в воспитательной колонии.

В кассационном порядке постановление не рассматривалось.

В надзорном представлении заместителя прокурора ЕАО был поставлен вопрос об отмене указанного постановления по тому основанию, что оно вынесено в нарушение требования ч. 6 ст. 88 УК РФ.

Уголовным законодательством предусмотрено правило, в соответствии с которым наказание в виде лишения свободы не может быть назначено несовершеннолетнему осужденному, совершившему в возрасте до шестнадцати лет преступление небольшой или средней тяжести впервые.

Исхода из смысла закона, данное правило применяется судом только при решении вопроса о назначении уголовного наказания.

Применение же указанного ограничения для несовершеннолетних, осужденных при замене им наказания в случае злостного уклонения от его отбывания в порядке производства по рассмотрению и разрешению вопросов, связанных с исполнением приговора, законом не установлено.

Согласно ст. 397 УПК РФ вопрос о замене обязательных работ на лишение свободы рассматривается судом в соответствии со ст. 49 УК РФ, которая также не содержит ограничений в применении в связи с несовершеннолетием осужденного.

Как видно из материалов дела, приговором суда И. был осужден за совершение преступления, предусмотренного п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ. Наказание ему назначено с учетом требования ч. 6 ст. 88 УК РФ в виде 160 часов обязательных работ.

При вынесении постановления в порядке главы 47 УПК РФ суд, установив наличие оснований, предусмотренных ч. 3 ст. 49 УК РФ, правомерно пришел к выводу о замене назначенного И. по приговору суда наказания на лишение свободы.

При таких обстоятельствах постановление судьи Биробиджанского городского суда от 28 октября 2008 года следует признать законным и обоснованным.

 

На основании ст. 133 ч. 1 УПК РФ вред, причиненный

гражданину в результате уголовного преследования,

возмещается государством в полном объеме независимо

от вины органа дознания, следователя, прокурора и суда

 

Ленинским межрайонным отделом следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по ЕАО уголовное дело в отношении Ч. прекращено по ст. 27 ч. 1 п. 1 УПК РФ за непричастностью, и за ним признано право на реабилитацию.

Постановлением Октябрьского районного суда от 1 декабря 2008 года с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Ч. было взыскано 504254 рубля 36 копеек.

Определением судебной коллегии по уголовным делам суда ЕАО от 17 февраля 2009 года постановление судьи Октябрьского районного суда ЕАО от 1 декабря 2008 года по заявлению Ч. было изменено. Сумма, подлежащая взысканию, снижена с 504254 рублей 36 копеек до 347913 рублей 47 копеек.

В остальной части постановление суда оставлено без изменения, кассационная жалоба представителя Минфина РФ О. и кассационное представление прокурора - без удовлетворения.

Не соглашаясь с принятыми судебными решениями, представитель Минфина РФ З. просил судебные решения отменить, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Свои доводы он обосновал тем, что судом достоверно не установлено, являлись ли суммами, обязательными к выплате: материальная помощь и квартальная премия в период, когда сотрудник МЧС Ч. фактически не работал; УФК по ЕАО не являлся надлежащим представителем ответчика по настоящему делу, а таковым должна выступать Генеральная прокуратура, как главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности; не была соблюдена процедура рассмотрения и разрешения вопроса о возмещении вреда заинтересованному лицу - Ч.

На основании ст. 135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение заработной платы, пенсии, пособий, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования.

Несостоятельными были признаны доводы жалобы о том, что УФК по ЕАО не является надлежащим представителем ответчика по настоящему делу, а таковым должна выступать Генеральная прокуратура, как главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

На основании ст. 133 ч. 1 УПК РФ вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, следователя, прокурора и суда.

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны РФ в полном объеме, независимо от формы вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Казна Российской Федерации входит в структуру Министерства финансов РФ.

Вопрос о возмещении имущественного вреда разрешен в соответствии с законом с участием прокурора согласно имеющейся в деле доверенности. Взыскание произведено правильно с Министерства финансов РФ за счет казны РФ.

Таким образом, суд обеспечил всестороннее исследование доказательственной базы по настоящему делу.

 

Изъятие похищенного у третьего лица и возвращение

потерпевшему не может повлиять на квалификацию деяния

 

П. приговором Биробиджанского районного суда ЕАО от 7 декабря 2006 года был признан виновным и осужден за тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

В надзорной жалобе осужденный П. выразил несогласие с приговором суда, считая неправильным применение уголовного и условно-процессуального законов.

В обоснование доводов жалобы он указал, что:

- в судебном заседании было установлено, что похищенное имущество - дизельное топливо в количестве 170 литров - было возвращено потерпевшему в полном объеме, осужденные им не воспользовались, поэтому действия осужденных надлежало квалифицировать как покушение на кражу либо вынести оправдательный приговор, либо прокурор должен был отказаться от обвинения.

Доводы осужденного о том, что преступное деяние являлось покушением на кражу, было опровергнуто материалами дела, поскольку преступные действия были доведены до конца, похищенным имуществом виновные распорядились по своему усмотрению: они перевезли бочку в п. Птичник, где П. продал ее Б., получив деньги в сумме 1700 рублей. У Б. бочка с топливом и была изъята и передана потерпевшему.

В данном случае рассуждения осужденного о "безвозмездности" его действий несостоятельны, поскольку он полностью реализовал свой умысел на хищение, распорядился похищенным, получив за топливо деньги. Изъятие похищенного у третьего лица и возвращение потерпевшему не может повлиять на квалификацию деяния.

 

По гражданским делам

 

Дела, возникающие из трудовых правоотношений

 

Согласно действующему трудовому законодательству бремя

доказывания по трудовому спору ложится на работодателя

 

ООО "Строительная компания "Бирстройсервис" обратилось в суд с иском к Т. о взыскании денежных средств. Свои требования мотивировало тем, что 23 июля 2007 года ответчица принята на работу в строительную компанию на должность инспектора отдела кадров, с ней был заключен трудовой договор. Сторонами 27 мая 2008 года заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, по которому работодатель обязался компенсировать работнику стоимость обучения в Центре кадрового менеджмента города Хабаровска. Т. обязалась пройти обучение и отработать в строительной компании не менее шести месяцев, а в случае увольнения до истечения указанного срока возвратить стоимость обучения. Работодатель оплатил стоимость ее обучения в размере 11625 рублей. 3 июля 2008 года Т. уволилась с работы по собственному желанию до истечения шестимесячного срока со дня окончания обучения. В добровольном порядке ответчица отказалась возвратить строительной компании понесенные затраты на ее обучение. Просит взыскать с ответчицы стоимость обучения в размере 11625 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 448 рублей 75 копеек.

Суд исковые требования ООО "Строительная компания "Бирстройсервис" к Т. о взыскании денежных средств удовлетворил. С Т. в пользу ООО "Строительная компания "Бирстройсервис" взыскана стоимость обучения в размере 11620 рублей и расходы, связанные с оплатой государственной пошлины, в размере 448 рублей 75 копеек, а всего взыскано 12073 рубля 75 копеек.

Проверяя доводы кассационной жалобы Т., судебная коллегия пришла к выводу, что решение суда является необоснованным, поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела, судом не проверены.

В соответствии со ст. 249 ТК РФ в случае увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении за счет средств работодателя, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем на его обучение, исчисленные пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени, если иное не предусмотрено трудовым договором или соглашением об обучении.

Материалами дела установлено, что ответчица Т. в период с 28 по 29 мая 2008 года направлена на учебу в г. Хабаровск для участия в тренинг-семинаре "О чем молчит респондент". Данное обучение она проходила в ООО "Центр кадрового менеджмента" г. Хабаровска согласно договору N 79 от 27 мая 2008 г., заключенному между ООО "Центр кадрового менеджмента" и ООО "СК "Бирстройсервис". Строительная компания по указанному договору за обучение ответчицы оплатила 11625 рублей.

Согласно п. 3.2 соглашения об обучении ответчица обязалась отработать в ООО "СК "Бирстройсервис" не менее 6 месяцев со дня окончания обучения. Однако она уволилась по собственному желанию 4 июля 2008 года, не отработав указанный срок.

Представитель работодателя в возражениях на кассационную жалобу и в кассационной инстанции указал, что Т. в течение двух дней проходила обучение на курсах повышения квалификации в указанном Центре.

Вместе с тем вывод суда об ответственности работника перед работодателем в рамках статьи 249 ТК РФ не основан на законе.

В статье 196 ТК РФ предусмотрены четыре различные формы профессионального обучения: 1) профессиональная подготовка; 2) переподготовка; 3) повышение квалификации; 4) обучение вторым профессиям.

Пунктом 7 Типового положения об образовательном учреждении дополнительного профессионального образования (повышения квалификации) специалистов, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 26 июня 1995 г. N 610, предусмотрено, что повышение квалификации является одним из видов дополнительного профессионального образования, который осуществляется с целью обновления теоретических и практических знаний специалистов в связи с повышением требований к уровню квалификации и необходимостью освоения современных методов решения профессиональных задач.

В соответствии с указанным Типовым положением повышение квалификации включает в себя следующие виды обучения:

краткосрочное (не менее 72 часов) тематическое обучение по вопросам конкретного производства, которое проводится по месту основной работы специалистов и заканчивается сдачей соответствующего экзамена, зачета или защитой реферата;

тематические и проблемные семинары (от 72 до 100 часов) по научно-техническим, технологическим, социально-экономическим и другим проблемам, возникающим на уровне отрасли, региона, организации;

длительное (свыше 100 часов) обучение специалистов в образовательном учреждении повышения квалификации для углубленного изучения актуальных проблем науки, техники, технологии, социально-экономических и других проблем по профилю профессиональной деятельности.

При указанных обстоятельствах обучение Т. в течение двух рабочих дней - 28 и 29 мая 2008 года, что составляет не более 16 часов, не соответствует ни одному из видов повышения квалификации, установленных законом.

В материалах дела имеется копия сертификата, выданного Центром кадрового менеджмента на имя Т. с указанной датой проведения семинара "О чем молчит респондент".

Вместе с тем согласно п. 28 указанного Типового положения слушателям, успешно завершившим курс обучения в государственных образовательных учреждениях повышения квалификации, а также прошедшим аккредитацию в негосударственных образовательных учреждениях повышения квалификации, выдаются следующие документы государственного образца:

- удостоверение о повышении квалификации - для лиц, прошедших краткосрочное обучение или участвовавших в работе тематических и проблемных семинаров по программе в объеме от 72 до 100 часов;

- свидетельство о повышении квалификации - для лиц, прошедших обучение по программе в объеме свыше 100 часов;

- диплом о профессиональной переподготовке - для лиц, прошедших обучение по программе в объеме свыше 500 часов;

- диплом о присвоении квалификации - для лиц, прошедших обучение по программе в объеме свыше 1000 часов.

Выданный Т. сертификат о прохождении обучения в Центре кадрового менеджмента г. Хабаровска не соответствует установленной форме документов государственного образца о прохождении повышения квалификации. Иного документа об окончании обучения Т. у работодателя нет, что подтвердил в кассационной инстанции его представитель.

В соответствии с п. 1.4 Требований к содержанию дополнительных профессиональных образовательных программ, утвержденных Приказом Минобразования России от 18 июня 1997 г. N 1221, образовательное учреждение для проведения обучения по дополнительным профессиональным образовательным программам должно иметь лицензию на право ведения вышеуказанной образовательной деятельности.

Доказательств указанных обстоятельств представитель работодателя в суд первой и второй инстанции не представил. Однако согласно действующему трудовому законодательству бремя доказывания по трудовому спору ложится на работодателя.

На основании изложенного судебная коллегия пришла к выводу о том, что участие Т. 28, 29 мая 2008 года в тренинг-семинаре "О чем молчит респондент", проходившем в ООО "Центр кадрового менеджмента" города Хабаровска, не является дополнительным профессиональным обучением, поскольку не соответствует нормам закона.

Судебной коллегией решение суда отменено, вынесено новое решение, которым в удовлетворении иска ООО "Строительная компания "Бирстройсервис" к Т. отказано.

 

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о

добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое

место жительства и отсутствии препятствий в пользовании

жилым помещением, а также его отказе в одностороннем порядке

от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о

признании его утратившим право на жилое помещение подлежит

удовлетворению на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи

с расторжением ответчиком в отношении себя договора

социального найма

 

С. обратилась в суд с иском о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета К., признании ордера в части недействительным. Свои требования мотивировала тем, что они с ответчиком проживали в квартире, расположенной по адресу: <...>, по ноябрь 2000 года, брак между ними заключен не был. Ответчик выехал из квартиры, создал новую семью, с которой проживает по другому адресу. Квартира является муниципальной, она предоставлена ей по месту работы. В ордер ошибочно в качестве мужа был вписан К., он не был ее мужем, был лишь прописан в квартире, как член семьи. В квартире ответчик не проживает, коммунальные услуги не оплачивает, его регистрация мешает ей и ее дочерям пользоваться жилым помещением. Они не могут никого вселить в квартиру без согласия ответчика и приватизировать данное жилое помещение.

Определением суда в качестве соответчика по делу привлечена мэрия муниципального образования "Город Биробиджан", в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, С.Е., С.О.

Решением Биробиджанского городского суда ЕАО от 7 мая 2009 года иск С. к К., мэрии муниципального образования "Город Биробиджан" о признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета оставлен без удовлетворения.

Судебная коллегия указанное решение отменила по следующим основаниям.

Из имеющихся в материалах дела документов установлено, что согласно ордеру N 2057 от 13 декабря 1990 года С. выделена кв. <...>. В качестве членов семьи указаны: К. - муж, Е. и О. - дочери.

Согласно справке N 6500 от 5 марта 2009 года по адресу: <...> значатся зарегистрированными с 8 января 1991 года постоянно: К., С.Е., С.О.

В деле имеется выписка из совместного решения профкома и администрации СУ-N 56 от 15 октября 1990 года, согласно которому 2-комнатная квартира по адресу: <...> выделена С.

Судом установлено, что С. и К. в браке не состояли, однако проживали совместно, вели общее хозяйство, оба вписаны в ордер, вселились в квартиру в соответствии с требованиями закона.

С 2000 года ответчик К. в квартире не проживает, данный факт ответчик не оспаривал.

В соответствии со ст. 83 ЖК РФ договор социального найма жилого помещения может быть расторгнут в любое время по соглашению сторон.

В случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из жилого помещения, суду надлежит выяснить: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.), или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в своем новом месте жительства или пребывания, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Отсутствие же у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого лица (гражданина) в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина.

Отказывая в удовлетворении исковых требований С. о признании утратившим право спорным жилым помещением К., суд указал, что ответчик К. не имел возможности проживать в квартире, т.к. в квартире установлена другая дверь, у ответчика не было ключей, в квартиру его не впускали.

Однако данный вывод суда ничем не мотивирован и не подтверждается материалами дела. Суд не проверил доводы истицы о том, что ответчик из спорной квартиры ушел сам в 2000 году, забрав вещи и оставив ключи от квартиры, входная дверь квартиры была заменена уже после ухода ответчика. Кроме того, судом не проверены доводы истицы о том, что ответчиком вопрос о вселении в квартиру не решался, с 2000 года он приходил в квартиру несколько раз только в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем в квартиру его не пустили.

Судом также не проверены доводы ответчика, что в настоящее время он не имеет жилого помещения для проживания, не установлено где с 2000 года ответчик проживал.

Решение суда отменено с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

 

Для выселения гражданина, систематически нарушающего права

и законные интересы других лиц, необходимо наличие

доказательств, свидетельствующих как о нарушениях,

допущенных гражданином, так и о том, что нарушения носят

систематический характер, что гражданин был предупрежден

о необходимости устранения таких нарушений и после

предупреждения свое поведение не изменил

 

Д., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей Д.П. и Н.Е., обратилась в суд с иском к Д.Ю.П. о выселении. Свои требования мотивировала тем, что 11 декабря 2005 года они с ответчиком Д.Ю.П. расторгли брак, но до настоящего времени проживают совместно на жилой площади по адресу: <...>. С 20 марта 2007 года указанная квартира принадлежит ей, сыну Д.П. и дочери Н.Е. на праве долевой собственности, по 1/3 доли каждому. Д.Ю.П. отказался от права собственности, что было зарегистрировано у нотариуса 26 июля 2008 года. Ответчик выгнал ее вместе с несовершеннолетними детьми из дома и потребовал отдать ему документы на квартиру и ключи. С июля 2007 года Д.Ю.П. нигде не работает, алименты на содержание детей не платит, расходы по квартирной плате не несет. На ее предложение выписаться он отвечает отказом. Д.Ю.П. постоянно скандалит в присутствии детей, угрожает выгнать из квартиры. Просила выселить Д.Ю.П. из принадлежащей ей и несовершеннолетним детям указанной квартиры.

Решением Облученского районного суда ЕАО от 4 марта 2009 года исковые требования Д. удовлетворены. Судом постановлено выселить Д.Ю.П. из жилого помещения, расположенного по адресу: <...>, без предоставления другого жилого помещения.

Судебная коллегия указанное решение отменила в связи с недоказанностью обстоятельств, имеющих значение для дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 40 Конституции РФ каждый имеет право на жилище, никто не может быть произвольно лишен жилища.

На основании ст. 6 ГК РФ в случае, когда отношения прямо не урегулированы законодательством или отношениями сторон и отсутствует применимый к ним обычай делового оборота, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующие сходные отношения (аналогия закона).

Статья 91 ЖК РФ предусматривает выселение нанимателя жилого помещения в связи с систематическим нарушением прав и законных интересов соседей.

В силу ст. 293 ГК РФ право собственности на жилое помещение может быть прекращено в случае систематического нарушения прав и интересов соседей собственником жилого помещения.

Из содержания вышеуказанных норм следует, что для выселения, прекращения права собственности гражданина, систематически нарушающего права и законные интересы других лиц, необходимо наличие доказательств, свидетельствующих как о нарушениях, допущенных гражданином, так и о том, что нарушения носят систематический характер, что гражданин был предупрежден о необходимости устранения таких нарушений и после предупреждения свое поведение не изменил.

Из материалов дела установлено, что в 1996 году Д.Ю.П. по месту работы на всех членов семьи было предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: <...>. Супруги Д. состояли в зарегистрированном браке с 30 сентября 1994 года по 11 декабря 2005 года.

25 декабря 2006 года между МО "Облученский муниципальный район" и Д., Н.Е., Д.П. заключен договор передачи жилого помещения, расположенного по адресу: <...>. Д.Ю.П. отказался от участия в приватизации квартиры по адресу: <...>.

Из свидетельств о государственной регистрации прав на недвижимость, выданных 20 марта 2007 года, следует, что вышеуказанная квартира находится в общей долевой собственности Д., Д.П., Н.Е.

Судом установлено, что после расторжения брака Д. проживали совместно до июля 2008 года, в дальнейшем истица вместе с детьми стала проживать по адресу: <...>.

Причиной ухода Д. с детьми из своей квартиры явилась невозможность проживания с Д.Ю.П. в одном жилом помещении из-за возникающих конфликтов, результатом которых является причинение ответчиком вреда здоровью истице.

Данный факт подтверждается материалами дела, в частности, постановлением о прекращении в связи с примирением сторон уголовного дела от 12 января 2006 года по обвинению Д.Ю.П. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, из которого следует, что 4 ноября 2005 года Д.Ю.П., находясь в своей квартире, в процессе возникшей ссоры причинил Д. телесные повреждения в виде перелома 7 ребра слева, которые согласно заключению судебного медицинского эксперта от 25 ноября 2005 г. N 592 относятся к повреждениям средней степени тяжести. Также из акта судебно-медицинского освидетельствования от 23 мая 2006 г. N 306 следует, что у Д. имелись перелом спинки носа, кровоизлияние под коньюктиву левого глаза.

Судом установлено, что письменное предупреждение истицы о выселении в связи с невозможностью совместного проживания Д.Ю.П. получил 15 августа 2009 года.

Однако доказательства того, что истица предлагала ответчику устранить нарушения ее прав и законных интересов, касающихся проживания в спорном жилом помещении, изменить свое поведение в отношении ее и несовершеннолетних детей в материалах дела отсутствуют.

Судебная коллегия посчитала не доказанным то обстоятельство, что после получения письменного предупреждения о выселении ответчик продолжал нарушать права и законные интересы Д., Д.П., Н.Е.

Представленные суду постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 8 сентября 2008 года, от 18 сентября 2008 года не могут быть отнесены к доказательствам того, что ответчик после получения письменного предупреждения о выселении продолжал нарушать права и законные интересы Д., Д.П., Н.Е., так как в ходе проверки сотрудниками органов внутренних дел заявлений Д. об угрозах убийством в ее адрес и адрес ее родителей со стороны ответчика факты угроз не нашли своего подтверждения.

Данные постановления истицей не были обжалованы в установленном законом порядке.

Допрошенные в судебном заседании свидетели Х., О., С., Б., К., Д.А. не подтвердили тот факт, что после предупреждения о выселении за невозможностью совместного проживания Д.Ю.П. совершал какие-либо противоправные действия в отношении истицы и несовершеннолетних детей.

Несовершеннолетние Н.Е. и Д.П., допрошенные в судебном заседании, также не сообщили суду о конкретных фактах ненадлежащего поведения ответчика после 15 августа 2008 года.

Доказательств, подтверждающих привлечение ответчика к административной ответственности в период после 15 августа 2008 года, в материалах дела не имеется.

Тот факт, что ответчик злоупотребляет алкогольными напитками, состоял на учете у врача-нарколога с диагнозом "синдром зависимости от алкоголя 11 средней степени, энцефалопатия с легким атрофическими изменениями этанолового генеза", находился на лечении в ОГУЗ "Психиатрическая больница" с 15 мая 2006 года по 16 июня 2006 года, состоял на учете "Д" у нарколога с 2003 по 2007 годы, характеризует его с отрицательной стороны. Однако эти обстоятельства не являются безусловным основанием для вывода, что после предупреждения о выселении ответчик продолжал нарушать права истицы и несовершеннолетних детей на проживание в вышеуказанной квартире.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что Д.Ю.П. систематически нарушает права и законные интересы истицы Д. и несовершеннолетних детей, совершая после предупреждения о выселении действия, делающие невозможным их совместное проживание в одном жилом помещении, является необоснованным и материалами дела не подтверждается.

Учитывая изложенное, судебная коллегия пришла к выводу, что оснований для выселения ответчика из спорного жилого помещения за невозможностью совместного проживания не имеется, в связи с чем решение Облученского районного суда отменено, в иске Д. к Д.Ю.П. о выселении отказано.

 

Продавец, выбрав способ защиты своих прав в виде расторжения

договора, направленный на прекращение обязательств, в том

числе и встречного денежного обязательства покупателя

по оплате товара, не имеет права требовать взыскания

с ответчика процентов за просрочку денежного обязательства

по статье 395 ГК РФ до дня оплаты товара, необходимость

в которой отпадает в результате расторжения договора

 

ООО "Трансстрой-Жилье" обратилось в суд с иском к Е.С. и Е.Г. о взыскании денежной суммы. Свои требования мотивировало тем, что 5 декабря 2006 года ответчики заключили с истцом договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>. Решением суда от 18 сентября 2007 года данный договор был расторгнут, ответчики должны были возвратить истцу квартиру. Однако это не было сделано в добровольном порядке. 28 апреля 2008 года ответчики были выселены по решению суда. Истец считает, что ответчики незаконно занимали квартиру, то есть незаконно пользовались денежными средствами в размере стоимости квартиры, которая на 5 декабря 2006 года составляла 1022112 рублей, чем причинили убытки. Просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 19 сентября 2007 года по 27 апреля 2008 года в сумме 64018 рублей.

Кроме того, истец заключил договор на оказание юридических услуг по восстановлению своих нарушенных прав ответчиками Е. с С. Согласно договору от 8 августа 2007 года стоимость услуг составляет 80460 рублей, данные денежные средства также просит взыскать с ответчиков. Всего взыскать денежную сумму в размере 144478 рублей и уплаченную госпошлину в размере 2138 рублей.

В дальнейшем представитель ООО "Трансстрой-Жилье" уточнил исковые требования, просил взыскать с Е. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 30 декабря 2006 года по 12 сентября 2007 года в сумме 39864 рублей, за период с 19 сентября 2007 года по 27 апреля 2008 года в сумме 64018 рублей 96 копеек, расходы на представителя в размере 80460 рублей и убытки в виде упущенной выгоды в размере 703045 рублей 20 копеек.

Ответчиками Е.С. и Е.Г. поданы встречные иски к ООО "Трансстрой-Жилье" о взыскании денежных средств.

В данных встречных исках Е. просили взыскать с ООО "Трансстрой-Жилье" убытки, связанные с несвоевременной выплатой общества сумм, уплаченных за квартиру, по решению суда о расторжении договора купли-продажи квартиры, вызванных инфляцией, и проценты за пользование чужими денежными средствами за период с момента вступления решения суда в законную силу и до того момента, когда решение суда было исполнено.

Решением Биробиджанского городского суда от 18 ноября 2008 года иск ООО "Трансстрой-Жилье" к Е.С, Е.Г. о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, убытков удовлетворен частично. С Е.С., Е.Г. в солидарном порядке в пользу ООО "Трансстрой-Жилье" взысканы проценты в сумме 51852 рубля 87 копеек, расходы на представителя 40000 рублей, итого 91852 рубля 87 копеек, расходы по уплате госпошлины по 1218 рублей 53 копейки с каждого.

Встречный иск Е.С., Е.Г. к ООО "Трансстрой-Жилье" о взыскании денежных средств удовлетворен. С ООО "Трансстрой-Жилье" в пользу Е.С. и Е.Г. взысканы денежные средства в сумме 35758 рублей, расходы по уплате госпошлины в сумме 1172 рублей 74 копеек.

Судебная коллегия с решением в части взыскания с Е.С., Е.Г. в солидарном порядке в пользу ООО "Трансстрой-Жилье" процентов в сумме 51852 рублей 87 копеек, а также уплаченной госпошлины в размере по 1218 рублей 53 копейки не согласилась по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что 5 декабря 2006 года между ООО "Трансстрой-Жилье" и Е.С., Е.Г. был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>. Договором предусмотрена оплата стоимости квартиры в рассрочку.

В связи с неисполнением обязательств по договору купли-продажи в части оплаты стоимости квартиры продавец 14 апреля 2007 года предложил Е. расторгнуть договор купли-продажи, но, не получив их согласия на расторжение договора, обратился в суд с иском об его расторжении. Судом данные требования были удовлетворены.

13 ноября 2007 года истцом в адрес Е.С., Е.Г. направлено письмо с просьбой освободить жилое помещение в соответствии с решением суда от 18 сентября 2007 года о расторжении договора купли-продажи квартиры. Данное требование добровольно выполнено не было.

16 января 2008 года судом вынесено решение по иску ООО "Трансстрой-Жилье" к Е.С., Е.Г. о выселении.

В материалах дела имеется свидетельство о государственной регистрации права от 20 февраля 2008 года на квартиру <...>, находящуюся в доме <...>, в соответствии с которым собственником квартиры является ООО "Трансстрой-Жилье".

Суд пришел к выводу о том, что в связи с неисполнением до расторжения договора купли-продажи ответчиками Е. обязательств по оплате стоимости квартиры с них на основании п. 3 ст. 486 и ст. 395 ГК РФ подлежат взысканию проценты за период с 30 декабря 2006 года до дня вступления решения суда о расторжении договора купли-продажи в законную силу, то есть до 2 ноября 2007 года, в сумме 51852 рублей 87 копеек.

В соответствии с п. 3 ст. 486 ГК РФ, если покупатель своевременно не оплачивает переданный в соответствии с договором купли-продажи товар, продавец вправе потребовать оплаты товара и уплаты процентов в соответствии со статьей 395 настоящего Кодекса.

Судебная коллегия с такой позицией суда не согласилась, поскольку при расторжении договора купли-продажи суд основывался на норме, специально регулирующей правоотношения по договору купли-продажи, содержащему условие об оплате товара в рассрочку, а именно на статье 489 ГК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 489 ГК РФ когда покупатель не производит в установленный договором срок очередной платеж за проданный в рассрочку и переданный ему товар, продавец вправе, если иное не предусмотрено договором, отказаться от исполнения договора и потребовать возврата проданного товара, за исключением случаев, когда сумма платежей, полученных от покупателя, превышает половину цены товара.

Пунктом 3 данной статьи предусмотрено, что к договору о продаже товара в кредит с условием о рассрочке платежа применяются правила, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 488 ГК РФ.

Согласно п. 4 статьи 488 ГК РФ в случае, когда покупатель не исполняет обязанность по оплате переданного товара в установленный договором срок и иное не предусмотрено настоящим Кодексом или договором купли-продажи, на просроченную сумму подлежат уплате проценты в соответствии со статьей 395 настоящего Кодекса со дня, когда по договору товар должен был быть оплачен до дня оплаты товара покупателем.

В соответствии с п. 3 ст. 396 ГПК РФ отказ кредитора от принятия исполнения, которое вследствие просрочки утратило для него интерес (пункт 2 статьи 405), освобождают должника от исполнения обязательства в натуре.

Предъявление требования о расторжении договора купли-продажи указывает на намерение ООО "Трансстрой-Жилье" отказаться от принятия исполнения по договору, которое вследствие просрочки утратило для него интерес.

Исходя из изложенного, судебная коллегия пришла к выводу, что продавец, выбрав способ защиты своих прав в виде расторжения договора, направленный на прекращение обязательств, в том числе и встречного денежного обязательства покупателя по оплате товара, не имеет права требовать взыскания с ответчика процентов за просрочку денежного обязательства по статье 395 ГК РФ до дня оплаты товара, необходимость в которой отпадает в результате расторжения договора.

Кроме того, невозможность изыскания процентов за просрочку исполнения обязательства, вытекающие из договора купли-продажи, содержащее условие об оплате товара в рассрочку, обусловлена и тем, что данные требования предъявлены после того, как эти обязательства были прекращены решением суда, вступившим в законную силу 2 ноября 2007 года.

Судебная коллегия решение суда в части взыскания с Е.С., Е.Г. в солидарном порядке в пользу ООО "Трансстрой-Жилье" процентов в сумме 51852 рубля 87 копеек и госпошлины в размере по 1218 рублей 53 копейки отменила. В удовлетворении данных исковых требований отказала.

 

Вопрос о достаточности представленных доказательств не может

решаться судом на стадии принятия искового заявления

к производству суда

 

Б.Н. обратилась в суд с иском к Б.В., Б.А., Б.М. о прекращении права на жилое помещение, расположенное по адресу: <...>, указывая на то, что ответчики с 1997 года проживают по другому адресу, но сохранили регистрацию в спорной квартире. Они не вносят плату за жилье и коммунальные услуги, а их регистрация препятствует ей в осуществлении права пользования жилым помещением.

Определением Смидовичского районного суда ЕАО от 6 марта 2009 года указанное исковое заявление оставлено без движения. Истице предложено в срок до 25 марта 2009 года устранить следующие недостатки:

1. Оформить надлежащим образом исковое заявление, указав в нем обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства.

2. Представить в суд документы, подтверждающие родственные отношения с нанимателем жилого помещения, доказательства того, что ответчики не вносят плату за жилье и коммунальные услуги, и сведения о собственнике спорного жилого помещения.

Проверив представленные материалы, судебная коллегия не согласилась с определением судьи по следующим основаниям.

Истицей в исковом заявлении указаны обстоятельства, на которых она основывает исковые требования и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства.

Требования суда о представлении доказательств по делу являются необоснованными.

В соответствии со ст. ст. 55 - 57 ГПК РФ стороны сохраняют право представлять доказательства по делу в обоснование своих доводов по иску не только на стадии предъявления иска, но и на стадии подготовки дела к судебному разбирательству, а также на стадии судебного разбирательства.

Вопрос о достаточности представленных доказательств не может решаться судом на стадии принятия искового заявления к производству суда.

Определение отменено, исковое заявление направлено в суд для рассмотрения по существу, поскольку заявление подано в соответствии с требованиями ст. ст. 131, 132 ГПК РФ.

 

При неизвестности места пребывания ответчика суд приступает

к рассмотрению дела после поступления в суд сведений об этом

с последнего известного места жительства ответчика. В случае

отсутствия представителя у ответчика, место жительства

которого неизвестно, а также в других предусмотренных

федеральным законом случаях в качестве представителя суд

назначает адвоката

 

ОАО АКБ "Связь-Банк" обратилось в суд с иском к В. и ООО "Суэртэоптторг" о расторжении кредитного договора, взыскании суммы задолженности по кредитному договору. Требования мотивировало тем, что 20 мая 2005 года между В. и ОАО АКБ "Связь-Банк" был заключен кредитный договор N <...> о предоставлении кредита в размере 250000 рублей под 18% годовых на срок до 18 мая 2006 года. В нарушение условий кредитного договора ответчик не погасил задолженность по кредиту. По состоянию на 1 июля 2006 года общий размер задолженности составляет 259972 рублей 60 копеек, в том числе основной долг - 250000 рублей, начисленные проценты 9972 рублей 60 копеек. С целью обеспечения исполнения обязательств заемщика по кредитному договору с ООО "Суэтэоптторг" был заключен договор поручительства от 20 мая 2005 года. Банк обратился к ответчику с требованием о необходимости погашения долга и о расторжении договора, однако в установленный в требовании срок (до 7 августа 2006 года) ответ получен не был, задолженность по кредитному договору не погашена. Истец просил расторгнуть кредитный договор N <...> от 20 мая 2005 года, заключенный между ОАО АКБ "Связь-Банк" и В., взыскать с ответчиков В., как с заемщика, и ООО "Суэртэоппторг", как с поручителя, солидарно сумму задолженности по кредитному договору в размере 259972 рублей 60 копеек. Кроме того, просил взыскать с ответчиков в пользу ОАО АКБ "Связь-Банк" государственную пошлину, уплаченную банком при подаче заявления в суд, в размере 6199 рублей 73 копеек.

Решением Биробиджанского городского суда ЕАО от 11 сентября 2006 года иск ОАО АКБ "Связь-Банк" к В. и ООО "Суэртэоптторг" о расторжении кредитного договора и взыскании суммы задолженности по кредитному договору удовлетворен. Кредитный договор N <...> от 20 мая 2005 года, заключенный между ОАО АКБ "Связь-Банк" и В., расторгнут. С В. и ООО "Суэртэоптторг" в солидарном порядке в пользу ОАО АКБ "Связь-Банк" взыскана сумма основного долга 250000 рублей, проценты за пользование кредитом 9972 рубля 60 копеек, а всего 259972 рубля 60 копеек.

Рассматривая дело в кассационной инстанции, судебная коллегия пришла к выводу, что решение суда подлежит отмене, как постановленное с нарушением норм процессуального права.

В соответствии со ст. 364 ГПК РФ решение суда первой инстанции подлежит отмене независимо от доводов кассационных жалобы, представления в случае, если дело рассмотрено судом в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных о времени и месте судебного заседания.

Из материалов дела установлено, что решение судом вынесено 11 сентября 2006 года. Доказательства того, что В. извещался о дне и месте судебного заседания, в деле отсутствуют. Судом по указанному в исковом заявлении адресу: г. Биробиджан, ул. Парковая, д. 10, кв. ** В. направлялось письмо с указанием даты проведения беседы по делу. Из имеющейся в материалах дела справки адресного бюро установлено, что В. был зарегистрирован по данному адресу в период с 15 октября 2004 года по 7 июня 2005 года. На день рассмотрения дела в суде место жительства ответчика В. было неизвестно.

Согласно ст. 119 ГПК РФ при неизвестности места пребывания ответчика суд приступает к рассмотрению дела после поступления в суд сведений об этом с последнего известного места жительства ответчика.

В соответствии со ст. 50 ГПК РФ в случае отсутствия представителя у ответчика, место жительства которого неизвестно, а также в других предусмотренных федеральным законом случаях в качестве представителя суд назначает адвоката.

С учетом того, что судом первой инстанции не были соблюдены требования ст. ст. 119, 50 ГПК РФ решение суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

 

В случае, если жалоба, документы или денежные суммы были

сданы в организацию почтовой связи до двадцати четырех часов

последнего дня срока, срок не считается пропущенным

 

Решением Биробиджанского городского суда от 13 ноября 2008 года иск К.Л. к К.А. о взыскании денежных средств оставлен без удовлетворения. Производство по делу в части исковых требований о наложении обязанности предоставления отчета прекращено в связи с отказом К.Л. от иска. Мотивированное решение изготовлено 19 ноября 2008 года.

1 декабря 2008 года в Биробиджанский городской суд поступила кассационная жалоба К.Л. на указанное решение суда.

Определением Биробиджанского городского суда от 4 декабря 2008 года кассационная жалоба истицы оставлена без движения для устранения в срок до 15 декабря 2008 года недостатков в виде оплаты государственной пошлины, предоставления копий кассационной жалобы по числу лиц, участвующих в деле, с указанием оснований, по которым истица считает решение суда неправильным.

Определением от 16 декабря 2008 года кассационная жалоба возвращена истице в связи с истечением срока, предоставленного для устранения недостатков.

Судебная коллегия пришла к выводу, что определение о возвращении кассационной жалобы подлежит отмене по следующим основаниям.

18 декабря 2008 года в Биробиджанский городской суд поступила кассационная жалоба истицы в двух экземплярах с квитанцией об уплате государственной пошлины. На конверте имеется штемпель почтового отделения, на котором указана дата отправления - 16 декабря 2008 года.

Статьей 373 ГПК РФ предусмотрено, что подача частной жалобы, представления прокурора и их рассмотрение судом происходит в порядке, предусмотренном гл. 40 ГПК РФ.

Согласно ст. 341 ГПК РФ при подаче кассационных жалоб, представлений, не соответствующих требованиям, предусмотренным ст. ст. 339, 340 настоящего Кодекса, а также при подаче жалобы, не оплаченной государственной пошлиной, судья выносит определение, на основании которого оставляет жалобу, представление без движения и назначает лицу, подавшему жалобу, представление, срок для исправления недостатков.

В случае если лицо, подавшее кассационную жалобу, представление, в установленный срок выполнит указания, содержащиеся в определении суда, жалоба, представление считаются поданными в день первоначального поступления в суд.

В соответствии со ст. 342 ГПК РФ кассационная жалоба возвращается лицу, подавшему жалобу, кассационное представление - прокурору в случае невыполнения в установленный срок указаний судьи, содержащихся в определении об оставлении жалобы, представления без движения.

Статьей 108 ГПК РФ предусмотрено, что процессуальное действие, для совершения которого установлен процессуальный срок, может быть совершено до двадцати четырех часов последнего дня срока. В случае если жалоба, документы или денежные суммы были сданы в организацию почтовой связи до двадцати четырех часов последнего дня срока, срок не считается пропущенным.

Согласно почтовой квитанции N <...> истицей в адрес Биробиджанского городского суда направлены копия кассационной жалобы, квитанция об оплате государственной пошлины 15 декабря 2008 года в 19 часов 30 минут. Указанные документы поступили в суд 18 декабря 2009 года, что подтверждается входящим номером Биробиджанского городского суда.

В связи с необоснованностью определение Биробиджанского городского суда ЕАО о возвращении кассационной жалобы отменено, дело направлено в Биробиджанский городской суд для выполнения требований ст. ст. 343, 344 ГПК РФ.

 

Если жилое помещение, занимаемое по договору социального

найма, признано непригодным для проживания, выселяемым

из такого жилого помещения гражданам наймодателем

предоставляется другое благоустроенное жилое помещение

по договору социального найма

 

Мэрия города МО "Город Биробиджан" обратилась в суд к К.Н., Б.Е., Б.В., П.А., П.А.С. с иском о выселении из жилого помещения, расположенного в <...>, и вселении в жилое помещение, расположенное в <...>. Мотивировала свои требования тем, что жилое помещение, в котором проживают ответчики, является муниципальной собственностью. Нанимателем жилья является К.Н., с которой совместно проживают члены ее семьи Б.Е., Б.В., П.А., П.А.С. и несовершеннолетний ребенок П.В. Постановлением главы мэрии г. Биробиджана от 22 августа 2007 г. N 1720 принято решение о сносе дома по <...> в связи с признанием его непригодным для проживания. Ответчикам предоставлено другое благоустроенное жилое помещение по договору социального найма, расположенное по адресу: <...>. Однако ответчики отказались выехать из занимаемого ими жилого помещения.

Решением Биробиджанского городского суда ЕАО от 20 января 2009 года исковые требования мэрии города муниципального образования "Город Биробиджан" удовлетворены. Судом постановлено в связи со сносом жилого дома выселить К.Н., Б.Е., Е.В., П.А., П.А.С. вместе с несовершеннолетним П.В. из жилого помещения, расположенного по адресу: <...>, и вселить их в жилое помещение, расположенное по адресу: <...>. Взыскать с ответчиков государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 400 рублей с каждого.

При рассмотрении дела в кассационной инстанции Судебная коллегия не нашла оснований к отмене указанного решения.

Из материалов дела установлено, что жилое помещение в виде однокомнатной квартиры общей площадью 30,1 кв. м, жилой площадью 17,5 кв. м, расположенное в <...>, принадлежит муниципальному образованию "Город Биробиджан". На регистрационном учете в данной квартире состоят ответчики: К.Н., Б.Е., Б.В., П.А., П.А.С. и несовершеннолетний П.В.

Согласно заключению Межведомственной комиссии по признанию жилых домов муниципального жилищного фонда непригодными для проживания от 18 июля 2007 г. N 26 жилой дом N 16 по ул. Ленина в г. Биробиджане признан непригодным для проживания.

На основании постановления главы мэрии г. Биробиджана от 22 августа 2007 г. N 1720 отделу по учету и распределению жилой площади мэрии города поручено расселить жильцов дома <...>, а МУП "Единый заказчик" - после расселения граждан организовать работы по сносу дома.

Суд установил, что ответчикам для переселения предложено жилое помещение, расположенное по адресу: <...>, общей площадью 32,6 кв. м, жилой площадью 18,2 кв. м. Ответчики отказались от переселения в данное жилое помещение.

Согласно акту специалистов отдела по учету и распределению жилой площади мэрии г. Биробиджана от 7 ноября 2008 года квартира <...> расположена на пятом этаже кирпичного многоквартирного дома, находится в удовлетворительном техническом и санитарном состоянии. Данное жилое помещение является благоустроенным, равнозначным по общей площади занимаемому ответчиками жилому помещению, отвечает установленным требованиям и находится в черте г. Биробиджана, фактически и юридически свободно от прав третьих лиц.

Согласно ст. 87 ЖК РФ, если жилое помещение, занимаемое по договору социального найма, подлежит переводу в нежилое помещение или признано непригодным для проживания, выселяемым из такого жилого помещения гражданам наймодателем предоставляется другое благоустроенное жилое помещение по договору социального найма.

В статье 89 ЖК РФ установлено, что предоставляемое гражданам в связи с выселением по основаниям, которые предусмотрены статьями 86 - 88 ЖК РФ, другое жилое помещение по договору социального найма должно быть благоустроенным применительно к условиям соответствующего населенного пункта, равнозначным по общей площади ранее занимаемому жилому помещению, отвечать установленным требованиям и находиться в черте данного населенного пункта.

При указанных обстоятельствах выселение ответчиков в равнозначное жилое помещение без учета улучшения жилищных условий, поскольку жилое помещение ответчикам предоставляется в связи со сносом дома, а не улучшением жилищных условий, основано на законе.

Нормы материального права применены судом правильно, процессуальных нарушений, влекущих отмену решения, не имеется.

 

Договор найма служебного жилого помещения заключается на

период трудовых отношений. Прекращение трудовых отношений

является основанием прекращения договора найма служебного

жилого помещения

 

Администрация Ленинского муниципального района ЕАО обратилась в суд с иском к К. о выселении из служебного жилого помещения без предоставления другого жилого помещения, ссылаясь на то, что квартира, расположенная по адресу: <...>, принадлежит муниципальному образованию и является служебной. В связи с прохождением службы в Ленинском РОВД в спорную квартиру 4 августа 2003 года вселился Д., позже в качестве члена его семьи в квартиру вселилась ответчица. Д. 10 августа 2007 года был уволен из Ленинского РОВД, однако К. служебное помещение в добровольном порядке не освобождает.

Определением суда от 24 декабря 2008 года к участию в деле в качестве соответчика был привлечен несовершеннолетний К.Н.

Решением Ленинского районного суда ЕАО от 24 декабря 2008 года исковые требования администрации Ленинского муниципального района ЕАО удовлетворены. Судом постановлено выселить К., несовершеннолетнего К.Н. из квартиры, расположенной по адресу: <...>. Взыскать с К. в пользу администрации Ленинского муниципального района государственную пошлину в размере 2000 рублей.

Судебная коллегия при рассмотрении дела в кассационном порядке оснований к отмене решение не нашла.

В соответствии со ст. 101 ЖК РСФСР, действовавшего до 1 марта 2005 года, служебные жилые помещения предназначаются для заселения гражданами, которые в связи с характером их трудовых отношений должны проживать по месту работы или вблизи от него. Жилое помещение включается в число служебных решением исполнительного комитета районного, городского районного в городе Совета народных депутатов.

Согласно ст. 93 ЖК РФ служебные жилые помещения предназначены для проживания граждан в связи с характером их трудовых отношений с органом государственной власти, органом местного самоуправления, государственным унитарным предприятием, государственным или муниципальным учреждением, в связи с прохождением службы, в связи с назначением на государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации либо в связи с избранием на выборные должности в органы государственной власти или органы местного самоуправления.

Из материалов дела следует, что квартира N <...>, расположенная в доме <...>, является собственностью муниципального образования "Ленинский район". Постановлением МО "Ленинский район" от 4 июля 2003 г. N 270 указанная квартира признана служебной и включена в реестр служебных помещений Ленинского муниципального образования.

В соответствии с ч. 1 ст. 103, ч. 3 ст. 104 ЖК РФ договор найма служебного жилого помещения заключается на период трудовых отношений. Прекращение трудовых отношений является основанием прекращения договора найма служебного жилого помещения. В случае прекращения договора найма специализированного жилого помещения гражданин должен освободить жилое помещение, которое он занимал по данному договору. В случае отказа освободить такие жилые помещения граждане подлежат выселению в судебном порядке без предоставления других жилых помещений.

Материалами дела установлено, что служебное жилое помещение, расположенное по адресу: <...>, 4 августа 2003 года было предоставлено Д. в связи с прохождением им службы в должности начальника Ленинского РОВД. Ответчица, являясь дочерью Д., вселена в данную квартиру, как член его семьи. Д. уволен из органов внутренних дел 10 августа 2007 года.

Таким образом, в соответствии с требованиями жилищного законодательства, ответчица подлежит выселению из спорного жилого помещения без предоставления другого жилого помещения.

Нарушений норм материального и процессуального права при вынесении решения не установлено, в связи с чем оснований для отмены решения суда не имеется.

 

Срок обращения за выплатой средств пенсионных накоплений

правопреемникам умершего застрахованного лица может быть

восстановлен в судебном порядке по заявлению правопреемника,

пропустившего этот срок

 

Истица Г. обратилась в суд с иском о восстановлении срока для обращения с заявлением о выплате средств пенсионных накоплений. Свои требования мотивировала тем, что 29 июля 2008 года умер ее муж Г.А. Она обратилась в ГУ - Управление Пенсионного фонда по г. Биробиджану и Биробиджанскому району за получением пенсионных накоплений, но получила отказ.

Решением Биробиджанского городского суда ЕАО от 24 марта 2009 года исковые требования Г. к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда РФ по г. Биробиджану и Биробиджанскому району ЕАО о восстановлении срока для обращения с заявлением о выплате средств пенсионных накоплений удовлетворены. Истице указанный срок восстановлен.

Суд обоснованно пришел к выводу об удовлетворении исковых требований Г.

В соответствии со ст. 38 Федерального закона от 24 июля 2002 г. N 111-ФЗ "Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в РФ" за счет средств пенсионных накоплений осуществляются выплаты накопительной части трудовой пенсии, а также выплаты в случае смерти застрахованного лица лицам, указанным в пункте 6 статьи 16 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (далее - выплаты правопреемникам умерших застрахованных лиц), в случаях, установленных Федеральным законом "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".

Выплата правопреемникам умершего застрахованного лица осуществляется при условии обращения за указанной выплатой в Пенсионный фонд Российской Федерации в течение шести месяцев со дня смерти застрахованного лица.

Срок обращения за выплатой правопреемникам умершего застрахованного лица может быть восстановлен в судебном порядке по заявлению правопреемника умершего застрахованного лица, пропустившего срок, в установленном порядке.

В соответствии с п. 6 ст. 16 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в РФ" в случае, предусмотренном пунктом 12 статьи 9 настоящего Федерального закона, лицам, указанным в заявлении застрахованного лица о порядке распределения средств, учтенных в специальной части индивидуального лицевого счета, производится выплата указанных средств.

При отсутствии указанного заявления застрахованного лица выплата производится его родственникам, к числу которых относятся его дети, в том числе усыновленные, супруг, родители (усыновители), братья, сестры, дедушки, бабушки и внуки независимо от возраста и состояния трудоспособности, в следующей последовательности: в первую очередь - детям, в том числе усыновленным, супругу и родителям (усыновителям); во вторую очередь - братьям, сестрам, дедушкам, бабушкам и внукам.

Из материалов дела следует, что 27 сентября 1985 года между Г.А. и О. заключен брак, после регистрации брака жене присвоена фамилия - Г.

Согласно свидетельству о смерти Г.А. умер 29 июля 2008 года в г. Биробиджане.

В соответствии со справкой N <...> от 20 марта 2009 г. сумма средств пенсионных накоплений, учтенная в специальной части индивидуального лицевого счета умершего застрахованного лица Г.А., на дату формирования выписки составляет 2028 рублей 55 копеек.

10 ноября 2008 года в адрес правопреемников Г.А. направлено письмо с разъяснением о том, что они имеют право на получение средств пенсионных накоплений.

Порядок обращения правопреемников умерших застрахованных лиц за выплатами, а также порядок, сроки и периодичность осуществления указанных выплат определены в Правилах выплаты Пенсионным фондом Российской Федерации правопреемникам умершего застрахованного лица средств пенсионных накоплений, учтенных в специальной части индивидуального лицевого счета, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 3 ноября 2007 г. N 741.

Согласно п. 8 данных Правил территориальный орган Фонда по месту жительства умершего застрахованного лица, получив документ, содержащий сведения о смерти застрахованного лица, принимает меры по извещению правопреемников о возможности получения средств пенсионных накоплений, учтенных в специальной части индивидуального лицевого счета умершего застрахованного лица.

Извещение правопреемников по заявлению осуществляется заказным письмом с уведомлением о вручении по форме, утверждаемой Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации, не позднее 10 дней с даты получения документа, содержащего сведения о смерти застрахованного лица.

Указанная форма содержит информацию о том, что для получения средств пенсионных накоплений необходимо до истечения 6 месяцев со дня смерти застрахованного лица обратиться в любой территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации по своему выбору и подать заявление о выплате средств пенсионных накоплений.

Однако имеющееся в деле извещение от 10 ноября 2008 года, адресованное правопреемникам Г.А., не содержит указание на срок, в течение которого им необходимо обратиться с соответствующим заявлением в пенсионный орган.

Г. обратилась в пенсионный орган 26 февраля 2009 года.

Учитывая отсутствие должного разъяснения в письме пенсионного органа от 10 ноября 2008 года и пояснения истицы относительно причины пропуска срока для обращения с заявлением о выплате пенсионных накоплений, судебная коллегия согласилась с выводом суда о восстановлении срока, поскольку причины его пропуска в силу изложенных выше обстоятельств являются уважительными.

 

У ответчиков отсутствовали законные основания для вселения

в спорное жилое помещение, в результате чего они подлежат

выселению

 

Администрация Смидовичского муниципального района обратилась в суд с иском к К.П. и К.Н. о выселении. Свои требования мотивировала тем, что ответчики с несовершеннолетней дочерью К.Д. незаконно занимают спорное жилое помещение, расположенное по адресу: п. Николаевка, ул. 60 лет Октября, д. 9, кв. **. Спорная квартира является муниципальной собственностью. Постановлением главы администрации Смидовичского муниципального района от 11 июля 2008 г. N 860 спорное жилье отнесено к специализированному жилищному фонду. К.П. на учете в качестве нуждающегося в улучшении жилищных условий не состоял, договор найма жилого помещения с ним не заключался. Кроме того, в настоящее время К. не состоит на службе в органах внутренних дел.

Решением Смидовичского районного суда ЕАО от 17 октября 2008 года исковые требования администрации Смидовичского районного суда ЕАО удовлетворены в полном объеме.

Кассационным определением суда ЕАО от 10 декабря 2008 года указанное решение оставлено без изменения, кассационная жалоба К.П., К.Н. - без удовлетворения.

В надзорной жалобе ответчики К.П., К.Н. просят указанные судебные постановления отменить. Жалобу мотивировали тем, что судом ЕАО данное дело по поданной ими кассационной жалобе рассмотрено без надлежащего уведомления ответчиков. В результате чего они не смогли предоставить в суд дополнительные доказательства об условии предоставления спорного жилья.

В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких нарушений судом надзорной инстанции не установлено.

В соответствии со ст. 10 ЖК РФ жилищные права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных федеральным законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных федеральным законом, но не противоречащих ему; из актов государственных органов и актов органов местного самоуправления, которые предусмотрены жилищным законодательством в качестве основания возникновения жилищных прав и обязанностей; из судебных решений, установивших жилищные права и обязанности; в результате приобретения в собственность жилых помещений по основаниям, допускаемым федеральным законом; из членства в жилищных или жилищно-строительных кооперативах; вследствие действий (бездействия) участников жилищных отношений или наступления событий, с которыми федеральный закон или иной нормативный правовой акт связывает возникновение жилищных прав и обязанностей.

Материалами дела установлено, что квартира, расположенная в <...>, находится в муниципальной собственности МО "Смидовичский муниципальный район".

С ноября 2007 года в данной квартире проживают ответчики К.П., К.Н. с несовершеннолетней дочерью К.Д.

Согласно пп. 2 п. 1 ст. 26 Устава МО "Смидовичский муниципальный район" владение, пользование и распоряжение имуществом, находящимся в муниципальной собственности муниципального района, относятся к полномочиям администрации Смидовичского муниципального района.

Судами установлено, что главой администрации Смидовичского муниципального района решение о предоставлении ответчикам спорного жилого помещения не принималось, договор найма жилого помещения с ними не заключался.

Из материалов дела следует, что ответчики вселились в спорное жилое помещение в 2007 году. Однако разрешение на ввод в эксплуатацию объекту капитального строительства в виде жилого дома N 9, расположенного <...>, выдано 28 марта 2008 года. Таким образом, ответчики вселились в жилое помещение дома, который не был принят в эксплуатацию.

Судами не установлены основания для заключения с ответчиками договора социального найма жилого помещения, поскольку они с заявлением о постановке на учет в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий в ОВД по Смидовичскому району и администрацию Смидовичского муниципального района не обращались, в качестве таковых не признавались.

Суды первой и кассационной инстанции правомерно пришли к выводу о том, что у ответчиков отсутствовали законные основания для вселения в спорное жилое помещение, в результате чего они подлежат выселению.

По правилам п. 2 ст. 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их родителей. В связи с этим несовершеннолетняя К.Д. также подлежит выселению вместе с ответчиками.

Довод надзорной жалобы о том, что ответчик не смог предоставить в суд кассационной инстанции дополнительные доказательства об условии предоставления спорного жилья, не состоятелен.

В соответствии со ст. 358 ГПК РФ суд кассационной инстанции в случае необходимости исследует вновь представленные доказательства, если признает, что они не могли быть представлены стороной в суд первой инстанции.

Поскольку ответчиками, надлежащим образом извещенными о дате рассмотрения дела судом кассационной инстанции, не представлены при рассмотрении кассационной жалобы доказательства, подтверждающие их законное право пользования спорным жилым помещением, судом правомерно оставлено решение суда первой инстанции без изменения.

Суд надзорной инстанции вправе отменить или изменить обжалуемые судебные постановления в случае влияния выявленного существенного нарушения норм материального или процессуального права на результат рассмотрения дела, без устранения которого невозможно восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов.

Переоценка дополнительных доказательств об условии предоставления спорного жилья в виде свидетельских показаний, иных доказательств в суде надзорной инстанции не допустима.

Решение суда мотивированно и соответствует требованиям закона.

Существенных нарушений норм материального и процессуального права, влекущих изменение либо отмену принятых судебных постановлений, судебными инстанциями не допущено.

Оснований для передачи дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции не имеется.

 

Согласно ст. 446 ГПК РФ не может быть обращено взыскание

по исполнительным документам на принадлежащее

гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение

(его части), если для гражданина-должника и членов его

семьи, совместно проживающих в данном помещении, оно

является единственным пригодным для постоянного проживания.

Исключение из данного правила составляет ипотека жилого

помещения

 

ОАО старателей "Дальневосточные ресурсы" обратилось в суд с исковым заявлением к А. о выделе доли должника в общем имуществе для обращения на нее взыскания.

Решением Биробиджанского городского суда ЕАО от 5 ноября 2008 года исковые требования открытого акционерного общества старателей "Дальневосточные ресурсы" по гражданскому делу по иску открытого акционерного общества старателей "Дальневосточные ресурсы" к А. об определении и выделе доли должника в общем имуществе супругов для обращения на нее взыскания оставлены без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам суда ЕАО от 13 марта 2009 года решение Биробиджанского городского суда ЕАО от 5 ноября 2008 года оставлено без изменения, кассационная жалоба открытого акционерного общества старателей "Дальневосточные ресурсы" - без удовлетворения.

21 апреля 2009 года от открытого акционерного общества старателей "Дальневосточные ресурсы" поступила надзорная жалоба, в которой просит истребовать данное дело и передать его в суд надзорной инстанции для отмены решения Биробиджанского городского суда ЕАО от 5 ноября 2008 года и кассационного определения судебной коллегии по гражданским делам суда Еврейской автономной области от 13 марта 2009 года.

Надзорную жалобу открытое акционерное общество старателей "Дальневосточные ресурсы" мотивирует тем, что судом вынесено незаконное решение, поскольку основное заявленное требование - это выдел доли кредитора, а обращение взыскания на выделенную долю может быть произведено позже. Считает, что при удовлетворении иска и дальнейшем приобретении ответчиком дополнительного жилья истец мог бы сразу реализовать свое право путем обращения взыскания на уже выделенную судом и зарегистрированную в установленном порядке долю ответчика. Учитывая, что статья 255 ГК РФ не ставит временных рамок между выделом доли и фактическим обращением взыскания на нее, при принятии судом решения о выделе доли ст. 446 ГПК РФ не нарушается.

Судом первой инстанции установлено, что решением Биробиджанского городского суда от 29 мая 2008 года с А. в пользу ОАО старателей "Дальневосточные ресурсы" взыскан материальный ущерб, проценты за пользование чужими денежными средствами, расходы по оплате государственной пошлины.

На основании исполнительного документа, выданного для принудительного исполнения указанного решения, 2 июля 2008 года возбуждено исполнительное производство N 1/26978/622 в отношении А. Данный исполнительный лист направлен по месту работы должника, где производится его исполнение путем удержания и перечисления в пользу ОАО старателей "Дальневосточные ресурсы" 50% заработной платы А.

В ходе совершения исполнительских действий имущество должника, на которое возможно обратить взыскание по исполнительному документу, не обнаружено, выявлена единственная квартира, принадлежащая должнику и его супруге на праве общей совместной собственности, на которую согласно ст. 446 ГПК РФ не может быть обращено взыскание.

В соответствии со статьей 255 ГК РФ кредитор участника долевой или совместной собственности при недостаточности у собственника другого имущества вправе предъявить требование о выделе доли должника в общем имуществе для обращения на нее взыскания.

Если в таких случаях выделение доли в натуре невозможно либо против этого возражают остальные участники долевой или совместной собственности, кредитор вправе требовать продажи должником своей доли остальным участникам общей собственности по цене, соразмерной рыночной стоимости этой доли, с обращением вырученных от продажи средств в погашение долга.

В случае отказа остальных участников общей собственности от приобретения доли должника кредитор вправе требовать по суду обращения взыскания на долю должника в праве общей собственности путем продажи этой доли с публичных торгов.

Указанные нормы предоставляют кредитору право требования выдела доли должника в общем имуществе лишь с целью обращения взыскания на нее, следовательно, суд первой инстанции правомерно при разрешении настоящего спора применил нормы, регламентирующие порядок принудительного исполнения решений суда, в частности ограничивающие возможность обращения взыскания на определенное имущество.

Согласно ст. 446 ГПК РФ не может быть обращено взыскание по исполнительным документам на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в данном помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания. Исключение из данного правила составляет ипотека жилого помещения.

Поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что спорная квартира является единственным жилым помещением, на которое должник и его супруга имеют право, в ней они постоянно проживают совместно со своей несовершеннолетней дочерью А.А., судом первой инстанции сделан правомерный вывод о невозможности определения и выделения доли А.

Доводы надзорной жалобы о возможном предварительном выделе доли из общего имущества должника и обращении взыскания на нее при приобретении ответчиком иного жилого помещения, пригодного для проживания, то есть с неопределенным разрывом во времени, основаны на неправильном толковании норм материального права и противоречат смыслу статьи 255 ГК РФ. Нормы данной статьи подлежат применению во взаимной связи и не предусматривают возможность длительного временного разрыва между выделом доли и началом исполнительского действия - обращения взыскания на нее.

В связи с тем, что нарушений норм материального или процессуального права при вынесении обжалуемых судебных постановлений судом не допущено, оснований к передаче дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции нет.

 

О расторжении договора на изготовление и монтаж изделий из

ПВХ, взыскании денежной суммы и компенсации морального вреда

 

Х. обратился в суд с иском к ИП Ч. о расторжении договора на изготовление и монтаж изделий из ПВХ, взыскании денежной суммы и компенсации морального вреда. Свои требования мотивировал тем, что 16 июня 2007 года он заключил договор с индивидуальным предпринимателем Ч. на изготовление и установку изделий из ПВХ (оконных, дверных конструкций), комплектующих (подоконников, водоотводов, москитных сеток) в принадлежащей ему квартире. Указанную в договоре сумму 38941 рубль 45 копеек он оплатил по частям: 16 июня 2007 года - 35000 рублей 00 копеек и 14 июля 2007 года - 3941 рубль 45 копеек. Таким образом, условия договора он выполнил в полном объеме.

Просил суд расторгнуть договор N 603, заключенный 16 июня 2007 года между ИП Ч. и Х. на изготовление и монтаж изделий из ПВХ (оконных, дверных конструкций и т.п.), комплектующих (подоконников, водоотводов, москитных сеток и т.п.). Обязать ответчика возвратить сумму в размере 38941 рубля 45 копеек. Взыскать моральный вред в размере 40000 рублей, расходы на оплату экспертного заключения в размере 2000 рублей. В соответствии со ст. 28 п. 5 Закона РФ "О защите прав потребителей" просил взыскать с ответчика неустойку в размере 3% от цены выполнения работы с момента предъявления истцом требования - 24 декабря 2007 года в размере 65922 рублей 30 копеек.

В ходе судебного разбирательства истец просил взыскать дополнительно расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей, расходы на оплату экспертизы в размере 17600 рублей.

Решением Биробиджанского городского суда ЕАО от 18 февраля 2009 года исковые требования Х. к ИП Ч. о расторжении договора, взыскании денежной суммы и компенсации морального вреда удовлетворены.

Расторгнут договор N 603 от 16 июня 2007 г., заключенный между индивидуальным предпринимателем Ч. и Х.

С индивидуального предпринимателя Ч. взысканы в пользу Х. стоимость изделий и работ в сумме 38941 рубля 45 копеек, моральный вред в сумме 3000 рублей, неустойка в сумме 38941,45 рубля, расходы по экспертизе в сумме 19600 рублей, расходы на представителя в сумме 10000 рублей, итого 110482 (сто десять тысяч четыреста восемьдесят два) рубля 90 копеек, в доход местного бюджета штраф в сумме 40441 рубля 45 копеек, за участие в судебном заседании эксперта в пользу общества с ограниченной ответственностью "Дальневосточная экспертиза и оценка" расходы в сумме 6600 рублей, госпошлина в доход государства в сумме 1336 рублей 49 копеек.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам суда ЕАО от 3 апреля 2009 года решение Биробиджанского суда ЕАО от 18 февраля 2009 года оставлено без изменения.

25 мая 2009 года от ИП Ч. поступила надзорная жалоба, в которой ставится вопрос об отмене решения Биробиджанского городского суда ЕАО от 18 февраля 2009 года, кассационного определения суда ЕАО от 3 апреля 2009 года и направлении дела на новое рассмотрение.

Мотивируя жалобу ИП Ч., указывает, что в нарушение условий договора истец направил претензию по качеству изделий и их монтажа с пропуском установленного договором пятидневного срока.

Кроме того, обществом с ограниченной ответственностью "Дальневосточная экспертиза и оценка" назначенная судом комиссионная строительно-техническая экспертиза проведена с нарушением закона, в ее проведении участвовал только один эксперт, ответы им даны не на все поставленные вопросы, кроме того, данный эксперт в судебном заседании не смог обосновать сделанное им заключение. Доводы судебной коллегии о том, что экспертом дан ответ о состоянии вентиляционной системы, не соответствуют материалам дела и показаниям эксперта, данным в ходе судебного разбирательства.

В связи с чем считает, что сумма в размере 17600 рублей и затраты на участие эксперта в судебном заседании в размере 6600 рублей взысканы необоснованно.

Кроме того, указывает, что решением суда с ответчика взысканы стоимость изделий в сумме 38941 рубля 45 копеек, неустойка в этом же размере, при этом судом не учтено, что истцом допущено разрушение изделий. В связи с чем считает, что стоимость, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть уменьшена соразмерно снижению их потребительских свойств.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Согласно ч. 1 ст. 18 Закона РФ "О защите прав потребителей" от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками.

В соответствии с ч. 1 ст. 29 данного Закона потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Судом установлено, что стороны Х. и ИП Ч. 16 июня 2007 года заключили договор N 603 на выполнение работ по изготовлению и монтажу изделий из ПВХ (оконных, дверных конструкций и т.п.), комплектующих (подоконников, водоотливов, москитных сеток и т.п.). В договоре определена цена услуг в размере 38941 рубля 45 копеек, в которую входит стоимость изделий - 26596 рублей 45 копеек, стоимость работ - 12345 рублей.

Согласно кассовым чекам Х. оплатил ИП Ч. 16 июня 2007 года сумму в размере 35000 рублей, 14 июля 2007 года оплатил сумму в размере 3941 рубля 45 копеек, всего 38941 рубль 45 копеек.

Истец дважды обращался с претензиями на имя ответчика - 24 декабря 2007 года и 1 марта 2008 года, в которых просил устранить существенные недостатки изделий и монтажных работ. В качестве недостатков указал на то, что оконные стекла в кухне и спальне отпотевают, текут, откосы плесневеют. Кроме того, у окна в спальне на подоконнике скапливается вода, образуется лед, между окном и подоконником дует холодный воздух, в результате чего в помещении прохладно.

13 марта 2008 года ИП Ч. в адрес истца направила отказ в удовлетворении его претензий.

Согласно заключению проектно-технологической фирмы "Абрис" от 23 апреля 2008 г. N 15-з образование конденсата, появление плесени на откосах является, как правило, результатом неправильной установки конструкций. В целом срок службы оконной конструкции не менее чем на 50% определяется уровнем монтажных работ. Работы по выполнению конструкции монтажного шва, тепло изоляционного слоя устройству гидроизоляционного слоя, являются скрытыми, выполнены с отступлениями от ГОСТов, привели к ухудшению эксплуатационных свойств окна.

В соответствии с заключением судебного эксперта N <...> от 22 декабря 2008 года ООО "Дальневосточная экспертиза и оценка", выданным на основании определения суда от 24 октября 2008 года, в оконных блоках и балконном дверном блоке из ПВХ-профиля имеются недостатки производственного характера, при изготовлении изделий нарушены нормы и требования ГОСТов. При монтаже оконных блоков в квартире Х. обнаружены отступления от требований действующих строительных норм и правил, что является существенным препятствием к эксплуатации окон по назначению.

Качество монтажных швов в оконных блоках, установленных в квартире Х., не соответствует требованиям по показателям сопротивления теплопередачи, воздухопроницаемости, звукоизоляции. Вентиляционная система в квартире не может влиять на образование капель и плесени на оконных, блоках и откосах, поскольку качество монтажных швов не соответствует требованиям по показателям сопротивления теплопередачи, воздухопроницаемости, звукоизоляции.

Причинами образования большого количества конденсата с образованием лужи воды на подоконнике, появления плесени на оконных откосах является: некачественное выполнение монтажных швов с отступлением от требований ГОСТ 30971-2002, ГОСТ 52749-2007; невыполнение требований Типовой технологической карты (ТТК) монтажа оконных блоков из ПВХ-профилей; дефекты производственного характера при изготовлении оконных изделий из ПВХ-профиля.

В соответствии с п. п. 1 - 4 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Суд первой инстанции на основе исследования и оценки добытых доказательств установил наличие существенных недостатков товара и выполненных работ, допущенных ответчиком при монтаже окон в квартире истца. В связи с этим пришел к обоснованному выводу об удовлетворении исковых требований истца.

Доводы ИП Ч. о недопустимости принятия в качестве доказательства заключения судебного эксперта N <...> от 22 декабря 2008 г. ООО "Дальневосточная экспертиза и оценка" не могут быть приняты во внимание, поскольку указанное заключение является полным, мотивированными ссылками на нормативные документы и материалы, при его даче эксперт К. предупреждалась об уголовной ответственности по ст. 307 УПК РФ, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно принял его в качестве доказательства и дал ему оценку в его взаимной связи с другими доказательствами по делу.

В связи с изложенным, подлежит отклонению и довод заявителя о необоснованном взыскании стоимости проведения данной экспертизы и затрат на участие в судебном заседании проводившего ее эксперта.

При рассмотрении дела в порядке надзора учитываются фактические обстоятельства, установленные судебным актом, вступившим в законную силу.

Доводы, направленные на переоценку имеющихся в деле доказательств, в силу закона - статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не могут служить основанием для передачи дела в суд надзорной инстанции.

В связи с чем не может быть принят во внимание и довод надзорной жалобы о пропуске истцом установленного договором пятидневного срока обращения к исполнителю работ, поскольку судом на основании представленных сторонами доказательств установлено, что указанный срок истцом не пропущен.

Довод надзорной жалобы о том, что истцом допущено разрушение изделий, и по этой причине стоимость, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть уменьшена соразмерно снижению их потребительских свойств, был предметом исследования суда кассационной инстанции, и ему дана надлежащая оценка.

При вынесении решения судом первой инстанции полно и объективно исследованы все обстоятельства дела, дана надлежащая оценка представленным доказательствам, выводы суда законны и обоснованны.

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 381 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по результатам изучения надзорной жалобы или представления прокурора судья выносит определение об отказе в передаче надзорной жалобы или представления прокурора для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции, если отсутствуют основания для пересмотра судебных постановлений в порядке надзора.

В связи с тем, что существенных нарушений норм материального или процессуального права при вынесении обжалуемых судебных постановлений судом не допущено, оснований к передаче дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции не имеется.

 

В соответствии с пп. "а" п. 2 ст. 77 Федерального закона

N 67-ФЗ основанием для отмены судом решения избирательной

комиссии о результатах выборов является установленное судом

обстоятельство того, что кандидат, признанный избранным,

израсходовал на проведение своей избирательной кампании

помимо средств собственного избирательного фонда средства в

размере, составляющем более чем 10% от предельного размера

расходования средств избирательного фонда, установленного

законом

 

С. обратился в суд с заявлением об отмене постановления избирательной комиссии МО "Октябрьский муниципальный район" от 2 марта 2009 года об итогах голосования и признании результатов выборов недействительными. Свои требования мотивировал тем, что решением Собрания депутатов Октябрьского муниципального района от 9 декабря 2008 г. N 290 на 1 марта 2009 года назначены выборы главы МО "Октябрьский муниципальный район". Постановлением избирательной комиссии он и Б. зарегистрированы кандидатами на должность главы МО "Октябрьский муниципальный район". По результатом выборов избран Б. Считает результаты выборов незаконными, поскольку Б., помимо средств собственного избирательного фонда, израсходовал средства в размере, составляющем более чем 10 процентов от предельного размера расходования средств избирательного фонда, установленного законом.

На избирательном участке N 1 и N 2 в с. Амурзет, избирательном участке N 8 в с. Полевое, избирательном участке N 11 в с. Благословенное и избирательном участке N 3 в с. Екатерино-Никольское Б. установил видеокамеры. Согласно справке магазина "Реал Электроник" с. Амурзет стоимость реализуемых у них видеокамер превышает 7500 рублей. Минимальная стоимость одной видеокамеры составляет 19990 рублей, использовано было пять видеокамер. Только по данному факту превышение расходования средств избирательного фонда составляет 92450 рублей. Кроме того, считает, что в период избирательной кампании Б. расходовал средства помимо своего избирательного фонда не только на приобретение видеокамер, но и на другие цели, что является основанием для отмены судом решения избирательной комиссии.

Решением Октябрьского районного суда ЕАО от 9 апреля 2009 года в удовлетворении требований, заявленных С., отказано.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам суда ЕАО от 20 мая 2009 года решение суда оставлено без изменения, кассационная жалоба С. и кассационное представление прокурора - без удовлетворения.

23 июня 2009 года в суд ЕАО на указанные судебные постановления поступила надзорная жалоба С.

В надзорной жалобе заявитель С. просит решение суда и кассационное определение суда ЕАО отменить, вынести новое решение об удовлетворении заявленных требований. Жалоба мотивирована тем, что в соответствии со ст. 58 N 67-ФЗ запрещается вносить пожертвования в избирательные фонды кандидатов анонимным жертвователям. В платежном документе гражданин указывает свои фамилию, имя, отчество, дату рождения, адрес места жительства, серию и номер паспорта или заменяющего его документа, информацию о гражданстве. В ст. 2 данного Федерального закона раскрыто понятие адреса места жительства - наименование субъекта Российской Федерации, района, города, иного населенного пункта, улицы, номера дома и квартиры, по которому гражданин РФ зарегистрирован по месту жительства в органах регистрационного учета граждан по месту пребывания и по месту жительства в пределах РФ. Согласно п. 5 ст. 9 N 129-ФЗ от 26 ноября 1996 года. "О бухгалтерском учете" внесение исправлений в кассовые и банковские документы не допускается. В материалах гражданского дела имеются платежные поручения о внесении добровольных пожертвований граждан в избирательный фонд кандидата Б., в которых не указаны адрес места жительства всех граждан, внесших добровольные пожертвования в избирательный фонд кандидата Б., и с исправлениями на оборотной стороне. Считает, что все пожертвования граждан в пользу Б. являются анонимными. Считает необоснованным вывод суда кассационной инстанции о вине сотрудников банка в несвоевременном отображении в платежных документах сведений о месте жительства добровольных пожертвователей, а также в допущении иных недостатков работниками банка при приеме денежных средств от жертвователей, что не может являться основанием для признания данных пожертвований анонимными.

Согласно ст. 54 Федерального закона N 67-ФЗ от 12 июня 2002 года все печатные и аудиовизуальные агитационные материалы должны содержать, в том числе, указание об оплате их изготовления из средств соответствующего избирательного фонда. В выпущенных Б. листовках отсутствуют сведения о дате выпуска и об оплате их изготовления из средств соответствующего избирательного фонда. Изготовление листовок тиражом 6000 экз. из избирательного фонда кандидата Б. не оплачено.

Считает, что денежные средства, переведенные по платежному поручению N 1 от 25 февраля 2009 г. из вклада Б. за оплату горюче-смазочных материалов ИП Ц. в сумме 2600 рублей, не отражают фактические расходы этого кандидата на топливо.

По договорам безвозмездного пользования Б. предоставлены пять камер видеонаблюдения. По закону допускается добровольное бесплатное личное выполнение гражданином работ, оказание им услуг по подготовке и проведению выборов, референдума без привлечения третьих лиц. Судом установлено, что из пяти владельцев камер только один принимал непосредственное личное участие в качестве наблюдателя в избирательной кампании. Считает, что использование других камер возможно было только на условиях возмездного договора аренды и компенсации затрат за счет средств избирательного фонда. Не согласен с выводом суда кассационной инстанции о том, что им не представлены доказательства того, что Б. израсходовал на аренду пяти видеокамер средства помимо избирательного фонда.

В соответствии с пп. "а" п. 2 ст. 77 Федерального закона N 67-ФЗ основанием для отмены судом решения избирательной комиссии о результатах выборов является установленное судом обстоятельство того, что кандидат, признанный избранным, израсходовал на проведение своей избирательной кампании помимо средств собственного избирательного фонда средства в размере, составляющим более чем 10% от предельного размера расходования средств избирательного фонда, установленного законом. Решение об итогах голосования судом отменяется по данному основанию независимо от того, что установленные нарушения не позволяют выявить действительную волю избирателей. Полагает, что на проведение своей избирательной кампании кандидат Б. помимо средств собственного избирательного фонда израсходовал дополнительные средства в размере 39288 рублей 32 копеек.

Изучив материалы дела, доводы надзорной жалобы, суд не находит жалобу подлежащей удовлетворению.

В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких нарушений судом надзорной инстанции не установлено.

Согласно частям 1 и 7 ст. 58 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ" кандидаты обязаны создавать собственные избирательные фонды для финансирования своей избирательной кампании в период после письменного уведомления соответствующей избирательной комиссии об их выдвижении (самовыдвижении) до представления документов для их регистрации этой избирательной комиссией.

При внесении пожертвования гражданин указывает в платежном документе следующие сведения о себе: фамилию, имя, отчество, дату рождения, адрес места жительства, серию и номер паспорта или заменяющего его документа, информацию о гражданстве.

Таким образом, законом запрещено вносить пожертвования в избирательный фонд кандидатов анонимным жертвователям. Под анонимным жертвователем понимается гражданин, который не указал в платежном документе на внесение пожертвования любое из следующих сведений: фамилию, имя и отчество, адрес места жительства или указал недостоверные сведения.

Из письма Центрального банка РФ "Об оформлении платежных поручений на перечисление добровольных пожертвований в избирательные фонды, фонды референдума" от 16 декабря 1999 г. N 339-Т следует, что обязанность составления платежного документа, отвечающего требованиям законодательства, возложена на кредитную организацию.

В материалах дела имеются приходные кассовые ордера по внесению добровольных пожертвований в избирательный фонд кандидата Б. от указанных граждан на общую сумму 10000 рублей, по 1000 рублей от каждого. Данные пожертвования вносились в избирательный фонд через дополнительный офис 068 Биробиджанского отделения N 4157 Сберегательного банка России. Судом установлено, что при внесении добровольных пожертвований граждане предъявляли документ, который содержит все необходимые сведения о личности жертвователей - паспорт, платежные документы оформлялись сотрудником сберегательного банка на основании предъявленного паспорта.

Суды пришли к обоснованному выводу о том, что несвоевременное отображение в платежных документах по вине сотрудников банка сведений о месте жительства добровольных жертвователей, а также иные недостатки, допущенные работниками банка при приеме денежных средств от жертвователей, не могут являться основанием для признания данных пожертвований анонимными.

В соответствии со ст. 77 данного Федерального закона предусмотрено, что основанием для отмены судом решения избирательной комиссии о результатах соответствующих выборов после определения результатов выборов является установленное судом обстоятельство того, что кандидат, признанный избранным, израсходовал на проведение своей избирательной кампании помимо средств собственного избирательного фонда средства в размере, составляющем более чем 10 процентов от предельного размера расходования средств избирательного фонда, установленного законом.

Согласно ст. 24 закона ЕАО "О выборах депутатов представительных органов муниципальных образований и выборных должностных лиц муниципальных образований в ЕАО" размер средств, перечисляемых в избирательный фонд на выборах депутатов представительных органов и должностных лиц городского округа и муниципальных районов, не может превышать: 12000 рублей - собственные средства кандидата; 10000 рублей - средства, выделенные кандидату выдвинувшим его избирательным объединением; 1000 рублей - добровольные пожертвования гражданина; 10000 рублей - добровольные пожертвования юридического лица. Предельный размер расходования средств избирательного фонда не может превышать 75000 рублей.

Судами установлено, что избирательный фонд Б. сформирован из собственных средств кандидата в размере 11510 рублей, добровольных пожертвований граждан на общую сумму 10000 рублей. Средства избирательного фонда кандидата на должность главы МО "Октябрьский муниципальный район" Б. израсходованы на внесение избирательного залога в размере 11250 рублей, оплату изготовления печатной продукции в виде листовок на сумму 6386 рублей, оплату горюче-смазочных материалов в размере 2600 рублей, остаток на счете составил 1274 рубля.

Доводы надзорной жалобы об использовании Б. помимо средств собственного избирательного фонда средств в размере, составляющем более чем 10% от предельного размера расходования средств избирательного фонда, установленного законом, на проведение избирательной кампании, а именно на изготовление листовок тиражом 6000 экз. и допечатки в них одной строки текста, горюче-смазочные материалы и телефонные переговоры, приобретение либо аренду пяти видеокамер, необоснованны.

Материалами дела установлено, что 2 февраля 2009 года Б. заказал в МУПП "Амурзет" изготовление печатной продукции в виде листовок, о чем стороны заключили договор. Данный договор сторонами полностью исполнен. Суды правомерно не согласились с доводами стороны заявителя о том, что Б. оплатил услугу по допечатке одной строки на отпечатанных листовках помимо средств избирательного фонда и что согласно отчету оценщика ИП В. его затраты составили 1320 рублей. Судам не представлены доказательства того, что затраты на оплату указанных услуг Б. вообще производил.

Заявитель С. и его представители также не представили судам доказательств того, что Б. израсходовал на проведение избирательной кампании, помимо средств своего избирательного фонда, средства на приобретение пяти видеокамер либо на их аренду.

Суды с учетом представленных доказательств обоснованно пришли к выводу, что видеокамеры установлены на избирательных участках с целью контроля над деятельностью участковых избирательных комиссий, процессом голосования и подсчетом голосов и не были использованы кандидатом для достижения определенного для него результата на выборах.

Кроме того, суды правомерно указали, что стороной заявителя не представлены доказательства расходов Б. на ГСМ и телефонные переговоры сверх тех, которые оплачены из специального избирательного фонда кандидата.

На основании изложенного суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии доказательств расходов Б. на проведение избирательной кампании помимо средств собственного избирательного фонда средств в размере, составляющем более чем 10% от предельного размера расходования средств избирательного фонда, установленного законом.

Доводы данной надзорной жалобы направлены на переоценку представленных сторонами доказательств, что недопустимо, поскольку в надзорной инстанции суд не вправе осуществлять новую оценку доказательствам по делу.

Обжалуемые судебные постановления мотивированны и соответствуют требованиям закона.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих изменение либо отмену принятых судебных постановлений, судом первой и кассационной инстанций не допущено.

Оснований для передачи дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции не имеется.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь