Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

КОСТРОМСКОЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 23 ноября 2009 г. по делу N 33-1416

 

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда, рассмотрев в судебном заседании по докладу Н. дело по заявлению Федерального бюджетного учреждения Исправительная колония N 2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Костромской области об отмене предписания Государственной инспекции труда в Костромской области,

 

установила:

 

Федеральное бюджетное учреждение Исправительная колония N 2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Костромской области (ФБУ ИК-2) обратилось в Поназыревский районный суд с жалобой на предписание Государственной инспекции труда в Костромской области (ГИТ) от 4 февраля 2009 г. N 36-24-9. Требования мотивировало тем, что 4 февраля 2009 г. главным государственным инспектором по охране труда Государственной инспекции труда в Костромской области Л. вынесено предписание N 36-24-9, которым на ФБУ ИК-2 возложена обязанность оформить и утвердить акт о несчастном случае на производстве, произошедшем с осужденным Т. 17 января 2009 г., на основании заключения ГИТ от 29 января 2009 г. Предписание полагает незаконным по следующим основаниям. Т., отбывая наказание в ФБУ ИК-2, с 21 февраля 2007 г. был трудоустроен на швейный участок и до 31 декабря 2008 г. выполнял работы по пошиву белья. 31 декабря 2008 г. приказом начальника учреждения от 31 декабря 2008 г. N 80 он был переведен в швейный цех истопником. Ему были выданы ключи от швейного участка с целью контроля за работой системы отопления. Т. работал в третью смену с 18.00 час. до 08.00 час. В его обязанности входила топка котла дровами и контроль за работой системы отопления швейного цеха. 16 января 2009 г. в 18.00 час. Т. был выведен на работу и в промежуток с 22.00 час. до 06.00 час. 17 января 2009 г. каждый час отмечался в дежурной части. Рабочая смена закончилась в 9.00 час., когда его сменил осужденный Г. Т. самостоятельно ремонтировал настольную лампу, установленную на рабочем столе швейной машинки, в результате чего умер от поражения электрическим током. Т. нарушил п. 16 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, согласно которому осужденным запрещается пользоваться без разрешения администрации инструментом и электроэнергией не для производственных нужд; п.п. 1.4 и 1.7 инструкции по охране труда для истопника котла, в соответствии с которыми рабочий обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, установленные на предприятии и при обнаружении неисправностей сообщать мастеру или начальнику цеха. Т. самовольно, без ведома администрации ФБУ ИК-2 выполнял работы по ремонту лампы освещения, что не входило в его обязанности, с целью дальнейшего использования швейной машины в личных целях. С учетом этого данный случай нельзя квалифицировать как связанный с производством.

Определением Поназыревского районного суда Костромской области от 22 июля 2009 г. гражданское дело передано на рассмотрение по подсудности в Ленинский районный суд г. Костромы.

Решением Ленинского районного суда г. Костромы от 12 октября 2009 г. заявление Федерального бюджетного учреждения Исправительная колония N 2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Костромской области об отмене предписания Государственной инспекции труда в Костромской области от 4 февраля 2009 г. N 36-24-9 оставлено без удовлетворения.

В кассационной жалобе начальник ФБУ ИК-2 УФСИН России по Костромской области Б. просит решение суда отменить, принять по делу новое решение. Указывает, что суд обосновал решение грубым нарушением ФБУ ИК-2 требований ПТЭЭП, ссылаясь на акт осмотра электроустановок от 27 января 2009 г., составленный государственным инспектором Управления Ростехнадзора по Костромской области. При этом суд не учел мнение инспектора, выраженное на заседании комиссии 27 января 2009 г., и мнение шести членов комиссии, которые полагали данный случай не связанным с производством. Не согласен с выводом суда о том, что осужденный Т. не был ознакомлен с правилами внутреннего распорядка и должностной инструкцией, поскольку первые доводятся осужденному по прибытию в исправительное учреждение, о чем имеется запись в дневнике индивидуальной воспитательной работы осужденного Т., а должностная инструкция для истопника котлов утверждена начальником учреждения 2 сентября 2008 г. и вывешена на рабочем месте - в помещении котельной. Настаивает на использовании Т. швейной машины в личных целях (полагает это доказанным объяснениями осужденных) и проведении ремонта светильника с целью установить дополнительное освещение. Считает, что несчастный случай произошел из-за грубой неосторожности работника и его следует квалифицировать, как не связанный с производством. Также полагает, что была нарушена процедура принятия оспариваемого предписания, поскольку заместитель ГИТ Л.В. отменил акт, потом назначил дополнительное расследование, комиссия принимала решение по ранее собранным материалам. Судом не принято во внимание, что для дополнительного расследования следовало привлечь представителя Костромского регионального отделения ФСС РФ.

В возражениях относительно кассационной жалобы представитель Государственной инспекции труда в Костромской области Л. полагает решение суда законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражений относительно жалобы, выслушав представителей ФБУ ИК-2 Г. и К., представителя Государственной инспекции труда в Костромской области Л., представителя Костромского регионального отделения Фонда социального страхования РФ Б.К., судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Как установлено судом, 4 февраля 2009 г. главным государственным инспектором труда (по охране труда) Государственной инспекции труда в Костромской области Л. выдано предписание N 36-24-9, которым предписано начальнику ФБУ ИК-2 УФСИН России по Костромской области Б. оформить акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве с истопником Т., приведшим к его смерти 17 января 2009 года, в полном соответствии с заключением Государственной инспекции труда в Костромской области от 4 февраля 2009 г. в течение трех дней с момента получения предписания; представить в Государственную инспекцию труда два экземпляра и три копии акта; обеспечить хранение материалов или передачу в архив, а также сообщить в Государственную инспекцию труда о мероприятиях, выполненных по предотвращению возникновения подобных несчастных случаев.

Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд обоснованно исходил из того, что Т. в момент поражения электрическим током выполнял ремонт лампы освещения в швейном цехе ФБУ ИК-2, тем самым совершал правомерные действия в интересах работодателя, в том числе направленные на предотвращение несчастных случаев на производстве. Т. с должностными обязанностями истопника надлежащим образом ознакомлен не был. Контроль за выполнением трудовых обязанностей Т. со стороны администрации отсутствовал. Также судом учтено, что руководством ФБУ ИК-2 грубо нарушались требования Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных Приказом Минэнерго РФ от 13 января 2003 г. N 6.

Судом правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, дана оценка всем доводам участников процесса и представленным ими доказательствам, сделаны обоснованные и мотивированные выводы, соответствующие закону. Оснований не согласиться с выводами суда не имеется. Доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, не опровергают законность и обоснованность решения.

Ссылка в кассационной жалобе на то, что суд необоснованно не принял во внимание мнение 6 членов комиссии по расследованию несчастного случая, в том числе государственного инспектора Управления по техническому и экологическому надзору Ростехнадзора по Костромской области, полагавшими, что несчастный случай не связан с производством, является несостоятельной по следующим основаниям.

В силу ч. 1, 2 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Таким образом, суд не был связан мнением 6 членов комиссии по расследованию несчастного случая, не согласившихся с наличием связи несчастного случая с производством, а признал обоснованной позицию государственного инспектора труда, который, основываясь на полномочиях, предоставленных ему ст. 229.3 ТК РФ, занимал противоположную позицию, нашедшую отражение в оспариваемом предписании.

Утверждение в жалобе о том, что доказательством ознакомления Т. с должностной инструкцией истопника является ее вывешивание в помещении котельной, является несостоятельным, поскольку с такой инструкцией работник должен быть ознакомлен лично. Кроме того, по утверждению государственного инспектора труда, принимавшего личное участие в расследовании несчастного случая, должностная инструкция истопника в учреждении отсутствует. Доказательства обратного заявителем в ходе судебного разбирательства не представлены.

Довод жалобы о том, что нахождение в помещении швейного цеха и осуществление ремонтных работ электрооборудования были вызваны исключительно желанием Т. выполнить швейные работы в личных целях, не доказаны заявителем в ходе судебного разбирательства.

Как следует из материалов дела, доступ Т. в помещение швейного цеха был обеспечен администрацией колонии. Т. было разрешено нахождение в указанном помещении и выданы ключи от него для выполнения своих должностных обязанностей. Из материалов дела следует, что с ведома администрации колонии Т., выполнял в указанном помещении и другие правомерные действия в интересах колонии.

Так, из акта расследования несчастного случая следует, что накануне происшествия заместитель начальника ФБУ ИК-2 С. в присутствии Т. произвел осмотр швейного цеха, при обходе установлено, что необходимо поставить на место оконный блок, произвести ремонт двух дверных блоков; для проведения этих работ в цех были направлены осужденные С.Д. и Х.; по прибытии в цех они постучали в дверь, им открыл Т., который показал С.Д. и Х., что необходимо сделать (л.д. 48).

В силу ст. 227 Трудового кодекса РФ несчастными случаями, подлежащими расследованию и учету как связанные с производством, признаются не только случаи, произошедшие при исполнении работниками трудовых обязанностей, но и случаи, произошедшие при осуществлении иных правомерных действий, совершаемых в интересах работодателя, в том числе направленные на предотвращение несчастных случаев.

Действия по ремонту Т. электролампы швейной машинки, принадлежащей колонии и содержащейся ею в ненадлежащем техническом состоянии, обоснованно признано судом правомерными и совершаемыми в интересах работодателя. К технически неисправному, угрожающему жизни и здоровью окружающих оборудованию, находящемуся в цехе, имелся свободный доступ осужденных. Так, из материалов дела следует, что в день происшествия в помещение цеха для выполнения работ пришли кроме Т. также другие осужденные - С.Д., Х. О том, что оборудование цеха находится в ненадлежащем состоянии, они также не были предупреждены.

Таким образом, Т. находился в производственном помещении, ремонтировал электрооборудование, находящееся в этом помещении, попал в это помещении с ведома работодателя с использованием предоставленного ему работодателем ключа; находясь в помещении, выполнял работу в интересах работодателя.

При таких обстоятельствах суд обоснованно признал, что несчастный случай правильно квалифицирован государственным инспектором труда как связанный с производством.

Ссылки в жалобе на объяснения осужденных Г., С.Д., П. от 15 февраля 2009 года не могут быть приняты во внимание, поскольку объяснения получены уже после окончания расследования несчастного случая и составления оспариваемого в настоящем деле предписания. Кроме того, названные лица не были допрошены по правилам, установленным ст. 177 ГПК РФ.

Утверждение в жалобе о наличии в действиях Т. грубой неосторожности не имеет существенного значения для разрешения дела, поскольку в силу ч. 8 ст. 229.2 ТК РФ наличие в действиях работника грубой неосторожности не исключает составление акта о несчастном случае на производстве.

Также несостоятельным является утверждение представителя ФБУ ИК-2 о нарушении порядка вынесения оспариваемого предписания. В силу ч. 2 ст. 229.3 ТК РФ государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном случае на производстве, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая.

Право выбора объема действий, необходимых для проведения дополнительного расследования принадлежит государственному инспектору труда. Государственный инспектор труда Л. принимал участие в расследовании несчастного случая, уже там у него сформировалось мнение относительно правильной его квалификации. С учетом этого нарушений закона в действиях государственного инспектора по вынесению предписания не имеется. Непривлечение к проведению дополнительного расследования представителя Фонда социального страхования с учетом конкретных обстоятельств дела (использования инспектором при составлении предписания в основном материалов ранее проведенного расследования) не является существенным нарушением, влекущим отмену предписания. Представитель Костромского регионального отделения ФСС принимал участие в судебном разбирательстве и его позиция выслушана и учтена судом при разрешении спора.

На основании изложенного решение суда является законным и обоснованным и отмене по доводам жалобы не подлежит.

Руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

решение Ленинского районного суда г. Костромы от 12 октября 2009 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФБУ ИК-2 УФСИН России по Костромской области - без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь