Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 марта 2010 г. по делу N 33-790

 

Судья: Кричкер Е.В.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего Коробейниковой Л.Н.,

судей Анисимовой В.И. и Полушкина А.В.

секретаря С.С.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ижевске 17 марта 2010 года дело по кассационной жалобе Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) <...> (межрайонного) Удмуртской Республики на решение Октябрьского районного суда г. Ижевска от 27 января 2010 г. которым исковые требования В. к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) <...> (межрайонному) Удмуртской Республики о восстановлении пенсионных прав удовлетворены.

Решение Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) <...> (межрайонного) Удмуртской Республики N <...> от 4 августа 2009 года об отказе В. в досрочном назначении трудовой пенсии по старости признано незаконным.

Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) <...> (межрайонное) Удмуртской Республики обязано досрочно назначить В. трудовую пенсию по старости с момента обращения за ее назначением, то есть с 29 апреля 2009 года, как лицу, не менее 30 лет осуществлявшему лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения.

С Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) <...> (межрайонного) Удмуртской Республики взыскано в пользу В. расходы по оплате госпошлины в сумме 100 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 4000 руб., расходы по оплате услуг нотариуса по оформлению доверенности в сумме 500 руб., всего 4600 руб.

Судебная коллегия, заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Анисимовой В.И., объяснения представителя истца по доверенности К., полагавшей доводы жалобы необоснованными,

 

установила:

 

В. обратилась в суд с иском к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) <...> (межрайонное) Удмуртской Республики (далее по тексту - Управление) о восстановлении пенсионных прав. Свои требования истец мотивирует тем, что решением ответчика от 4 августа 2009 г. ей отказано в назначении досрочной трудовой пенсии по старости, ввиду недостаточности стажа. Периоды работы в отделении анестезиологии-реанимации и торакальном хирургическом отделении, период нахождения в отпуске по беременности и родам ответчиком зачтены в календарном, а не в льготном исчислении. Кроме того, ответчиком не включены в специальный стаж периоды нахождения на курсах повышения квалификации, специализации и ученических отпусках. Истец просит признать незаконным указанное решение ответчика, обязать ответчика включить периоды работы в отделении анестезиологии-реанимации и торакальном хирургическом отделении, период нахождения в отпуске по беременности и родам в льготном исчислении, включить в стаж периоды нахождения на курсах повышения квалификации, специализации и ученических отпусках и назначить досрочную трудовую пенсию по старости с момента возникновения права, взыскать судебные расходы.

Дело рассмотрено в отсутствие истца, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Представитель истца по доверенности К. в судебном заседании настаивала на заявленных исковых требованиях и не настаивала на включении в стаж периодов нахождения в отпусках без сохранения заработной платы, а также двух дней - 27 и 28 июня 2000 года.

Представитель ответчика С., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала.

Суд постановил вышеуказанное решение.

В кассационной жалобе ответчик просит решение суда отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, ввиду несоответствия выводов суда обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства. Ответчик полагает, что право истца на включение некоторых периодов в отделении хирургического профиля в льготном исчислении установлены судом на основании дополнительно представленных документов, днем подтверждения прав истца на пенсию является не день обращения, а день вынесения судебного решения. Ответчик оспаривает доказанность работы в должности медсестры-анестезиста в отделении реанимации в Республиканской детской клинической больнице. Кроме того, ответчик указывает на незаконность взыскания судебных расходов.

Судебная коллегия, проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы, оснований для отмены решения суда не усматривает.

Решение является законным. Судом правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела и им дана надлежащая оценка.

Доводы кассационной жалобы Судебная коллегия находит необоснованными, поскольку им всем дана оценка судом первой инстанции. Основания для их пересмотра Судебная коллегия не усматривает.

Решением ответчика N <...> от 4 августа 2009 года В. было отказано в досрочном назначении трудовой пенсии по старости, предусмотренной п.п. 20 п. 1 ст. 27 ФЗ "О трудовых пенсиях в РФ", поскольку в стаж лечебной деятельности в льготном исчислении не включены периоды:

с 18 мая 1981 года по 15 января 1982 года (7 месяцев 28 дней) - отпуск по беременности и родам и по уходу за ребенком,

с 16 января 1982 года по 27 сентября 1983 года (1 год 8 месяцев 12 дней) - медсестра-анестезист анестезиологического отделения,

с 1 сентября 1987 года по 20 декабря 1987 года (3 месяца 20 дней) - медсестра-анестезистка отделения реанимации детской клинической больницы,

с 23 февраля 1989 года по 22 октября 1989 года и с 6 ноября 1989 года по 19 апреля 1992 года (всего - 3 года 1 месяц 14 дней) - старшая медсестра торакального отделения;

и исключены периоды:

23 января по 12 марта 1997 года, с 20 по 25 сентября 1999 года, с 11 по 15 октября 1999 года, с 9 по 15 ноября 1999 года, с 6 по 13 декабря 1999 года, с 10 по 17 января года, с 7 по 14 февраля 2000 года, с 6 по 13 марта 2000 года, с 17 по 22 апреля 2000 года, с 30 апреля по 28 июня 2000 года, с 17 октября по 14 ноября 2005 года (всего 06 месяцев 13 дней) - курсы повышения квалификации, специализации, предоставляемые работникам, совмещающим работу с учебой, при этом на включении в стаж двух дней 27 и 28 июня 2000 года истец не настаивает, отпуска без сохранения заработной платы и периоды работы в ТОО "РМ", на включении которых в стаж лечебной деятельности истец не настаивает.

В соответствии с подпунктом 20 пунктом 1 статьи 27 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ с изменениями от 30 декабря 2008 года N 319-ФЗ (далее по тексту - ФЗ N 173) трудовая пенсия по старости назначается ранее установленного статьей 7 возраста лицам, не менее 30 лет осуществлявшим лечебную и иную работу по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в городе (подпункт 20).

Суд пришел к выводу о соблюдении истцом, требуемых законом условий.

Включая в стаж лечебной деятельности период отпуска по беременности и родам и уходу за ребенком с 18 мая 1981 года по 15 января 1982 года суд руководствовался Списком профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденным постановлением Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 года N 464 (далее по тексту - Список N 464 от 6 сентября 1991 года), на основании п. 3 постановления Правительства РФ от 22 сентября 1999 года N 1066.

В соответствии с пунктом 2 постановления Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 года N 464 "... среднему медицинскому персоналу отделений (групп) анестезиологии-реанимации, отделений (палат) реанимации и интенсивной терапии... один год работы в этих должностях и подразделениях считать за один год и 6 месяцев".

Удовлетворяя исковые требования о включении спорного периода, суд принял во внимание, что период работы истца до ухода в отпуск по беременности и родам зачтен ответчиком в стаж ее лечебной деятельности в льготном исчислении, в связи с чем, суд пришел к правильному выводу, что в период отпуска по беременности и родам работающей женщине выдается листок временной нетрудоспособности и это период является продолжением трудовых отношений по занимаемой должности, в данном случае - должности медсестры-анестезиста в детском отделении анестезиологии-реанимации 1 РКБ, с сохранением всех гарантий, в том числе для досрочного назначения пенсии.

В пункте 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 27 ФЗ "О трудовых пенсиях в РФ", утвержденных постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года N 516 (далее - Правила N 516 от 11 июля 2002 г.), определена возможность зачета в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периодов работы, выполняемой в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными правовыми актами.

К иным правовым актам суд отнес постановление Госкомитета СССР по труду и социальным вопросам и Секретариата ВЦСПС N 156/10-30 от 6 июля 1982 года было утверждено разъяснение "О порядке предоставления частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста одного года и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет", постановление Совета Министров СССР и ВЦСПС N 677 от 22 августа 1989 года "Об увеличении продолжительности отпусков женщинам, имеющим малолетних детей", разъяснение Госкомитета СССР по труду и социальным вопросам и Секретариата ВЦСПС N 23/24-11 от 29 ноября 1989 года "О порядке предоставления женщинам частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет", в соответствии с которыми время частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет учитывалось при исчислении стажа в том же порядке, как и работа, в период которой предоставлены указанные отпуска.

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 20 декабря 2005 года "О некоторых вопросах, возникших у судов при рассмотрении дел, связанных с реализацией гражданами права на трудовые пенсии" если отпуск по уходу за ребенком имел место до 6 октября 1992 года, то он подлежит включению в стаж работы по специальности независимо от времени обращения женщины за назначением пенсии и времени возникновения права на досрочное назначение пенсии по старости".

В связи с чем, суд признал, что до 6 октября 1992 года статья 167 Кодекса законов о труде РФ (далее по тексту - КЗоТ РФ) предусматривала включение периода нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком в общий и непрерывный стаж работы, а также в стаж работы по специальности.

Учитывая, что в период нахождения в отпуске по беременности и родам с 18 мая 1981 года по 21 сентября 1981 года и отпуск по уходу за ребенком с 27 октября 1981 года по 15 января 1982 года, имевшим место до 6 октября 1992 года, истец работала в должности и учреждении, работа в которых дает право на льготное исчисление данного периода, то указанные периоды подлежат включению в ее стаж лечебной деятельности также в льготном исчислении.

Периоды работы в должности медсестры анестезиологического отделения с 16 января 1982 года по 27 сентября 1983 года и в должности медсестры-анестезиста в отделении реанимации с 1 сентября 1987 года по 20 декабря 1987 года судом включены в льготном исчислении также на основании пункта 2 постановления Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 года N 464, как деятельность в должности среднего медицинского персонала отделений (групп) анестезиологии-реанимации, отделений (палат) реанимации и интенсивной терапии.

Поскольку ответчик не оспаривал факт работы истца в должностях среднего медицинского персонала, суд исследовал правовое положение отделения, в котором проистекал спорный период работы.

Суд, проанализировав приказ Министерства здравоохранения СССР от 14 апреля 1966 года N 287 "О мерах по дальнейшему развитию анестезиологии и реанимации в СССР", которым были утверждено Положение об анестезиологическом отделении ЛПУ, приказы Минздрава СССР N 605 от 19 августа 1969 года, от 11 июня 1986 года N 841 об утверждении последующих положений, пришел к выводу, что понятие "анестезиологического отделения", урегулированное в Положении от 14.04.1966 г., в последующих Положениях без переименования стало именоваться как "анестезиологии-реанимации" с теми же задачами и функциями, выполняемыми персоналом данного структурного подразделения.

Суд на основе анализа архивной справки 1 РКБ от 17.03.2009 г. о приеме истицы на должность медицинской сестры в детское операционное анестезиологическое отделение стационара 1 РКБ с 12 июля 1979 года, приказа Минздрава УАССР N 323 от 22 декабря 1981 года об увольнении истца переводом в составе детского анестезиологического отделения во 2 городскую детскую клиническую больницу, приказа Минздрава УАССР от 22 декабря 1981 года N 323 "О переводе 1-й республиканской клинической больницы во вновь выстроенное здание", приказа главного врача 1 РКБ от 18 января 1982 года N <...>, которым уволены переводом на работу во 2 городскую больницу сотрудники детского анестезиологического отделения во главе с заведующей отделением С., в т.ч. медсестра В., приказа главного врача N <...> от 22 января 1982 года о принятии истицы переводом с 16 января 1982 года в детскую больницу N 2 на должность медицинской сестры анестезиологического отделения, штатного расписания городской больницы N 2 на 1983 год, копии объяснительной записки к годовому отчету за 1982 год, за 1983 год, ведомостей на выдачу заработной платы пришел к выводу о тождественности функциональной деятельности анестезиологического отделения детской городской больницы N 2 функциям отделений анестезиологии-реанимации ЛПУ.

Выводы суда соответствуют исследованным актам и не противоречат доказательствам, представленным истцом. Решение ответчика основано на формальном несоответствии наименования отделения указанному в постановлении от 06.09.1991 г. N 464 без анализа совокупности доказательств, безусловно свидетельствующих об осуществлении истцом деятельности в отделении анестезиологии-реанимации.

Период с 1 сентября 1987 года по 20 декабря 1987 года судом оценен на основании записей в трудовой книжке N 8 и N 9, в соответствии с которой истец действительно работала в одной и той же должности и в одном и том же учреждении, а именно в должности медсестры-анестезистки отделения реанимации Республиканской детской клинической больницы. Ввиду отсутствия сведений о переводах, суд, основываясь на записи в трудовой книжке, дал оценку этому обстоятельству и нашел решение ответчика незаконным.

Согласно справке Республиканской детской клинической больницы от 28 апреля 2008 года N <...> с 1 сентября 1987 года по 22 февраля 1989 года, то есть на протяжении всего периода работы, В. работала в должности медсестры-анестезиста отделения реанимации и интенсивной терапии. Справка дана на основании приказов по личному с составу, лицевых счетов и тарификационных списков за спорный период.

Суд пришел к обоснованному выводу о том, что спорные периоды работы истца в должности медсестры-анестезистки анестезиологического отделения стационара и в должности медсестры-анестезиста отделения реанимации осуществлялись в отделениях хирургического профиля и подлежат включению в стаж лечебной деятельности истца в льготном исчислении как 1 год за 1 год и 6 месяцев.

Периоды работы в должности старшей медсестры в торакальном отделении с 23 февраля 1989 года по 22 октября 1989 года и с 6 ноября 1989 года по 19 апреля 1992 года суд также на основании пункта 2 постановления Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 года N 464 включил в льготном исчислении как один год работы среднего медицинского персонала отделений (палат) хирургического профиля за 1 год и шесть месяцев. При этом, приняв во внимание совместное информационное письмо Министерства труда и социального развития РФ от 27 сентября 2000 года N 3948/1-17 и Пенсионного фонда РФ от 29 сентября 2000 года N 06-25/8625, суд руководствовался Номенклатурой должностей медицинского и фармацевтического персонала и специалистов с высшим профессиональным образованием в учреждениях здравоохранения, утвержденной приказом Минздрава РФ от 15 октября 1999 года N 377, согласно которой торакальное отделение относится к отделениям с хирургическим профилем.

Наличие торакального отделения подтверждается штатным расписанием Республиканской детской клинической больницы на 1991 год, тарификационным списком работников Республиканской детской клинической больницы по состоянию на 1 января 1992 года, в котором старшей медицинской сестрой значится В.

Периоды нахождения на курсах повышения квалификации, специализации и в отпусках, предоставляемых для лиц, совмещающих работу с обучением, судом включены в стаж обоснованно.

Суд правильно указал, что на время нахождения работника на курсах повышения квалификации, специализации и ученических отпусков трудовые отношения с ним не прекращаются, ему предоставляется дополнительный оплачиваемый отпуск, во время которого сохраняется средняя заработная плата по основному месту работы. Данные обстоятельства установлены в соответствии с нормами трудового законодательства, Основами законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 года N 5487-1, приказом Минздрава РФ от 9 августа 2001 года N 314 "О порядке получения квалификационных категорий". Повышение квалификации является обязательным условием осуществления лечебной деятельности.

Действующими в спорные периоды Кодексом законов о труде РФ и Трудовым кодексом РФ работникам, совмещающим труд с обучением, гарантировались такие же трудовые права, что и лицам, которые трудились полное рабочее время (ст. 187 КЗоТ РФ, ст. 196 ТК РФ).

Согласно справке Республиканской клинической инфекционной больницы от 10 ноября 2009 года N <...>, в соответствии с приказами работодателя в спорные периоды истец находилась на курсах повышения квалификации и переквалификации, специализации с сохранением заработной платы, ей предоставлялся учебный отпуск, как работнику, совмещающему работу с обучением.

Все доводы кассационной жалобы направлены на иную оценку выводов суда, основания для которой Судебная коллегия не усматривает.

В соответствии со ст. 19 ФЗ N 173 суд обязал ответчика назначить пенсию с момента обращения, т.к. к этому времени истцом требуемый стаж был выработан.

Доводы кассационной жалобы о возникновении права на пенсию с момента вступления в силу судебного решения, Судебная коллегия не принимает во внимание, т.к. все доказательства в совокупности подтверждали у истца наличие у нее права на пенсию с момента обращения. Решение об отказе в назначении пенсии является необоснованным и право на пенсию истцом должно быть реализовано с момента возникновения такого права, т.е. с момента обращения в органы пенсионного фонда с заявлением о назначении пенсии.

Судебные расходы взысканы в соответствии с требованиями статей 98 и 100 ГПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, Судебная коллегия,

 

определила:

 

Решение Октябрьского районного суда г. Ижевска от 27 января 2010 года оставить без изменения, кассационную жалобу Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) <...> (межрайонного) Удмуртской Республики - без удовлетворения.

 

Председательствующий

КОРОБЕЙНИКОВА Л.Н.

 

Судьи

АНИСИМОВА В.И.

ПОЛУШКИН А.В.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2017       |       Обратая связь