Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

Утвержден

на заседании президиума

Пермского краевого суда

19 марта 2010 года

 

ОБЗОР

КАССАЦИОННОЙ И НАДЗОРНОЙ ПРАКТИКИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

ПЕРМСКОГО КРАЕВОГО СУДА ЗА ВТОРОЕ ПОЛУГОДИЕ 2009 ГОДА

 

I. Отмена и изменение приговоров

 

Вопросы квалификации

 

1. Единое продолжаемое преступление, предусмотренное пп. "а, б" ч. 2 ст. 158 УК РФ, ошибочно квалифицировано как совокупность преступлений.

И., Г. и Л. признаны виновными в совершении в ночь на 21 августа 2008 года трех преступлений, предусмотренных пп. "а, б" ч. 2 ст. 158 УК РФ, а именно в тайных хищениях по предварительному сговору между собой имущества, принадлежащего Д., на суммы 6 000 руб., 2 500 руб., 3 500 руб. соответственно, с незаконным проникновением в помещение.

Как видно из материалов дела, в ночь на 21 августа 2008 года подсудимые совершили кражи из трех пунктов приема вторсырья, расположенных по разным адресам, но принадлежащих одной потерпевшей Д. Из показаний обвиняемых, данных в стадии предварительного расследования дела, оглашенных в судебном заседании, следует, что между И., Г. и Л. состоялся сговор на совершение нескольких краж из помещений, в которых индивидуальный предприниматель Д. осуществляла прием вторсырья. Этот сговор указанными лицами был реализован.

При таких обстоятельствах, исходя из единства умысла осужденных на совершение хищения имущества, принадлежащего Д., из трех пунктов приема вторсырья, содеянное ими представляет собой единое продолжаемое преступление, в связи с чем судебной коллегией указанные действия И., Г. и Л. квалифицированы как одно преступление, предусмотренное пп. "а, б" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

(Дело N 22-6101, Орджоникидзевский районный суд г. Перми)

 

2. По приговору Т.Е. и Т.Д. признаны виновными в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, а именно в хищениях чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием, совершенных группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба потерпевшим Н. и Д.

В кассационном порядке приговор не был обжалован.

Президиумом краевого суда приговор изменен по следующим основаниям.

По делу установлено, что Т.Е. и Т.Д. с целью совершения мошенничества 1 июля 2008 года сняли на одни сутки квартиру К., получив у нее обманным путем два экземпляра ключей, и в тот же день сдали квартиру в наем другим лицам на длительный срок. Получив деньги в тот же день, уехали в г. Пермь, что свидетельствует о наличии единого умысла и совершении продолжаемого преступления.

При таких обстоятельствах суд необоснованно квалифицировал действия осужденных по совокупности двух, совершенных в один день, преступлений.

Действия осужденных Т.Е. и Т.Д. в отношении потерпевших Н. и Д. президиумом краевого суда квалифицированы как единое преступление по ч. 2 ст. 159 УК РФ.

(Дело N 44у-3969, Соликамский городской суд)

 

3. Согласно ч. 3 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Это требование закона нарушено судом по делу в отношении А.Р. и А.А., признанных виновными по ч. 4 ст. 188 УК РФ и ч. 1 ст. 30, пп. "а, г" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ в контрабанде и приготовлении к незаконному сбыту наркотического средства - гашиша в количестве 95 кг 327,5 гр., то есть в особо крупном размере, совершенных в составе организованной преступной группы в период с 2006 года по 20 июля 2007 года.

Судебная коллегия, рассмотрев дело по жалобам стороны защиты, приговор изменила, указав следующее.

Ни предварительным следствием, ни судом количественный состав, а, следовательно, устойчивость и сплоченность организованной преступной группы, создание и руководство которой вменено А.Р., не установлены, доказательства осуществления А.Р. координации и планирования действий членов этой группы, распределения между ними ролей и доходов от преступной деятельности, наличия в ней иерархической структуры в материалах дела отсутствуют и в приговоре не приведены, выводы как следствия, так и суда в этой части носят предположительный характер.

При этом не учтены судом и положения ст. 252 УПК РФ, в соответствии с которыми судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

По смыслу указанной нормы закона суд не должен допускать в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступлений других лиц, уголовное дело в отношении которых не рассматривалось.

Если дело в отношении некоторых лиц выделено в отдельное производство, то в приговоре при описании преступных действий указывается, что преступление совершено совместно с другими лицами, без упоминания их фамилий.

Вопреки этому, указав в описательно-мотивировочной части приговора, что в созданную и руководимую А.Р. организованную преступную группу входили Ю., М., С., суд тем самым допустил формулировки, свидетельствующие о виновности в совершении преступлений других лиц, уголовное дело в отношении которых не рассматривалось.

В то же время, из материалов дела следует, что в отношении Ю. уголовное дело выделено в отдельное производство, в отношении С. уголовное преследование прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, а М. участником производства по данному делу не являлся.

С учетом изложенного судебной коллегией указание фамилий Ю., М., С., как лиц, участвовавших в совершении преступлений, а также формулировки, свидетельствующее о их виновности, из приговора исключены.

Также из приговора в отношении А.Р. и А.А. исключен квалифицирующий признак совершения преступлений организованной группой, действия каждого из осужденных квалифицированы по ч. 1 ст. 30, п. "г" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ как приготовление к незаконному сбыту наркотического средства, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а также по ч. 2 ст. 188 УК РФ как контрабанда, то есть перемещение через таможенную границу Российской Федерации наркотического средства, совершенное с его сокрытием от таможенного контроля, срок наказания осужденным снижен.

(Дело N 22-4254, Пермский районный суд)

 

4. Суды не всегда учитывают, что по смыслу ст. 35 УК РФ действия соучастников преступления при наличии только одного исполнителя преступления не могут быть квалифицированы по признаку совершения преступления группой лиц по предварительному сговору.

Так, Б. осужден по ч. 3 ст. 30, пп. "б, в" ч. 2 ст. 191 УК РФ за покушение на незаконную сделку с природными драгоценными камнями (алмазами) в крупном размере, совершенное группой лиц по предварительному сговору, а С.С. и С.Э. осуждены по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, пп. "б, в" ч. 2 ст. 191 УК РФ за пособничество в покушении на данное преступление с теми же квалифицирующими признаками.

Судебная коллегия, изменяя приговор, указала следующее.

Суд квалифицировал действия С.С. и С.Э. как пособников, непосредственно не участвовавших в совершении преступления, а Б. как единственного исполнителя. Соучастие в форме пособничества не образует квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, поскольку в силу ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали два или более исполнителя, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Поэтому из приговора в отношении всех осужденных исключен квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, наказание каждому смягчено.

(Дело N 22-7077, Соликамский городской суд)

По этим же основаниям изменен приговор в отношении Т. и И. (дело N 22-6110, Свердловский районный суд г. Перми).

 

5. Ошибочная квалификация действий пособника преступления по п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ как соисполнительства в краже, совершенной группой лиц по предварительному сговору, повлекла изменение приговора.

Т. и Ш. осуждены по п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ за кражу денежных средств у И., совершенную с использованием банковской карты.

Как установил суд, умысел на хищение возник у Т. Именно он во исполнение своего преступного умысла похитил банковскую карту из кармана куртки потерпевшего с целью дальнейшего снятия денежных средств со счета потерпевшего. В дальнейшем Т. поставил в известность Ш. о хищении банковской карты и предложил последнему сообщить известный Ш. цифровой код этой карты, чтобы получить по ней в банкомате денежные средства, обещая за это вознаграждение. Ш. просьбу Т. выполнил.

Описание преступного деяния в приговоре не содержит данных о предварительном сговоре Т. и Ш. на совершение кражи, распределении ролей.

Учитывая эти обстоятельства, судебная коллегия пришла к выводу, что Т. и Ш. осуждены за совершение преступления по признаку группой лиц по предварительному сговору необоснованно.

Действия Т. переквалифицированы на ч. 1 ст. 158 УК РФ, а Ш., поскольку он объективную сторону кражи не выполнял, а оказал содействие Т. в совершении преступления предоставлением информации о секретном коде банковской карты, переквалифицированы на ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 158 УК РФ как пособничество в тайном хищении чужого имущества, с назначением осужденным более мягкого наказания.

(Дело N 22-6224, Чусовской городской суд)

 

6. Лицо не может нести уголовную ответственность за те действия соучастников, которые не охватывались его умыслом.

По приговору П., Ф. и М. признаны виновными в тайном хищении имущества Н., совершенном по предварительному сговору группой лиц, с проникновением в жилище, их действия квалифицированы по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Судебная коллегия, изменяя приговор по кассационной жалобе защитника осужденного М., указала, что, как установил суд, между П., Ф. и М. состоялся предварительный сговор на совершение кражи металла с территории подсобного хозяйства. Согласно распределенным ролям, М. остался за забором наблюдать за обстановкой и принимать краденное. О том, что П. и Ф. в ходе совершения преступления проникнут в дом потерпевшего Н. и похитят оттуда имущество, М. узнал только тогда, когда ему стали передавать похищенные вещи. Таким образом, умыслом М. не охватывалось проникновение в дом Н.

Из квалификации действий М. исключен признак проникновения в жилище, а действия осужденного переквалифицированы на п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ - тайное хищение чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, назначено более мягкое наказание.

(Дело N 22-6416, Добрянский районный суд)

 

7. Судебной коллегией изменен приговор в отношении Н., осужденного за два преступления, предусмотренных пп. "а, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, и Е., осужденного за три преступления с той же квалификацией.

Судом установлено, что подсудимые П., Н. и Е. открыто, по предварительному сговору группой лиц, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, похитили имущество у потерпевшего Д. и из магазина "Кристина", а П. и Е., кроме того, открыто похитили при тех же квалифицирующих признаках имущество из магазина "Конон".

Судебная коллегия указала, что насилие к потерпевшим при совершении указанных преступлений применялось только П., все подсудимые последовательно отрицали сговор на применение насилия, а согласно показаниям потерпевших осужденные в ходе преступных действий молчали и не о чем не договаривались. Доказательств, подтверждающих, что умыслом осужденных Н. и Е. охватывалось применение П. насилия к потерпевшим, не имеется.

В связи с изложенным из квалификации действий Н. и Е. исключен признак применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, предусмотренный п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, а наказание за преступления, предусмотренные п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ, им смягчено.

(Дело N 22-6113, Октябрьский районный суд)

 

8. Кража из сейфа в силу примечания к ст. 158 УК РФ не может быть квалифицирована как кража с проникновением в хранилище.

Так, К. осужден по п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ за тайное хищение чужого имущества с проникновением в хранилище.

Приговором установлено, что К. с целью хищения чужого имущества подошел к зданию, поднялся на второй этаж, зашел в комнату охраны индивидуального предпринимателя Ч., путем подбора ключа открыл сейф, находящийся в этом же помещении, и тайно похитил деньги в сумме 18 238 рублей.

Судебная коллегия переквалифицировала действия К. на ч. 1 ст. 158 УК РФ с назначением более мягкого наказания, указав следующее.

Согласно п. 3 примечаний к статье 158 УК РФ под хранилищем понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, трубопроводы, иные сооружения независимо от форм собственности, которые предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей.

Таким образом, сейф под вышеизложенные критерии хранилища не подпадает.

(Дело N 22-7273, Чайковский городской суд)

 

9. Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 года N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" (в редакции от 6 февраля 2007 года) под незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище следует понимать противоправное тайное или открытое в них вторжение с целью совершения кражи, грабежа или разбоя.

Эти разъяснения Верховного Суда РФ не приняты во внимание при вынесении приговора по делу в отношении Ц.

Суд установил, что Ц. тайно похитил из дома своей матери Т. принадлежащее ей имущество на сумму 22 000 рублей, действия Ц. по приговору квалифицированы по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ как кража, совершенная с причинением значительного ущерба потерпевшей и с незаконным проникновением в жилище.

Однако суд не учел, что, как следует из материалов дела, показаний подсудимого и потерпевшей, Ц. зарегистрирован и проживал в указанном доме, то есть вправе был находиться в доме и входить в него.

Поэтому судебной коллегией признак проникновения в жилище из приговора исключен, действия Ц. переквалифицированы на п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ, срок наказания снижен.

(Дело N 22-2803, Лысьвенский городской суд)

 

10. Одно и то же обстоятельство, связанное с размером похищенного имущества, не может быть дважды учтено в качестве квалифицирующих признаков, предусмотренных различными частями статьи 158 УК РФ.

М. осужден по п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ за тайное хищение имущества потерпевших: К. на общую сумму 179 678 руб. 58 коп., Б. на общую сумму 91 251 руб. 80 коп., с причинением значительного ущерба, а также потерпевшего Ю. на общую сумму 2500 руб., всего осужденным похищено имущество потерпевших на общую сумму 270 930 руб. 38 коп., то есть в крупном размере.

Судебная коллегия исключила из осуждения М. квалифицирующий признак кражи "с причинением значительного ущерба гражданину" и, с учетом сокращения объема обвинения, снизила осужденному срок наказания, указав следующее.

За кражу в крупном размере, за совершение которой обоснованно осужден М., уголовный закон устанавливает более строгую ответственность, поэтому квалификация этих же действий виновного еще и по признаку причинения значительного ущерба гражданину является излишней.

(Дело N 22-7838, Мотовилихинский районный суд г. Перми)

 

11. Согласно п. 2 примечаний к ст. 158 УК РФ признак причинения значительного ущерба гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее 2 500 рублей. Данный квалифицирующий признак является оценочным понятием, то есть суд должен проверить, насколько пострадало имущественное положение гражданина, и привести доказательства, на основании которых в приговоре сделан вывод о наличии в действиях подсудимого этого квалифицирующего признака.

Однако эти требования закона не выполнены судом по делу в отношении Я., признанного виновным по ч. 2 ст. 159 УК РФ в хищении путем обмана и злоупотребления доверием сотового телефона стоимостью 5 200 рублей у потерпевшего У., с причинением гражданину значительного ущерба.

Суд первой инстанции счел, что имеющиеся в деле данные о стоимости похищенного имущества и об отсутствии у потерпевшего постоянного места работы достаточны для вывода о значительности причиненного ему хищением ущерба.

Судебная коллегия, изменяя приговор, указала, что при квалификации действий лица, совершившего хищение, по признаку причинения гражданину значительного ущерба следует учитывать не только стоимость похищенного имущества и данные о наличии или отсутствии у потерпевшего источника дохода, но и его имущественное положение, значимость похищенного имущества, наличие у него иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство, и иные обстоятельства, характеризующие его материальное положение.

Обстоятельства, касающиеся имущественного положения потерпевшего, значимости для него похищенного имущества, его семейного положения, наличия или отсутствия у него каких-либо доходов в судебном заседании не устанавливались. С учетом этого вывод суда о причинении потерпевшему в результате хищения значительного ущерба является необоснованным.

В связи с изложенным действия осужденного Я. переквалифицированы на ч. 1 ст. 159 УК РФ, по которой назначено менее строгое наказание.

(Дело N 22-7554, Чусовской городской суд)

По аналогичным основаниям исключен признак причинения хищением значительного ущерба гражданину по делам в отношении Т., Б. и П. (дело N 22-5325, Очерский районный суд), Ф. (дело N 22-7339, Александровский городской суд).

 

12. Действия лица, угрожавшего убийством и причинившего легкий вред здоровью потерпевшего, судом ошибочно квалифицированы как покушение на убийство.

По приговору В. осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК.

Согласно показаниям В., он хотя и угрожал в процессе своих действий убить потерпевшего Ч., фактически такого намерения не имел и действий, которые могли бы причинить Ч. смерть, не совершал.

Судебная коллегия, изменяя приговор по жалобам осужденного и его защитника, указала, что В. дважды ударил топором по голове потерпевшего (на голове потерпевшего зафиксированы судебно-медицинским экспертом две раны, ушибленная и рубленная), однако причиненные ранения повлекли за собой легкий вред здоровью. В момент совершения этих действий ничто не мешало В. приложить большую силу и причинить потерпевшему более серьезные повреждения. Потерпевший также в своих показаниях пояснил, что нанесенные удары были несильными. Удары по одежде, палкой по телу и голове сами по себе не могут свидетельствовать об умысле В. на убийство потерпевшего, они не причинили вреда его здоровью.

Прогнав потерпевшего за калитку, В. добровольно прекратил свои действия, ушел в дом, а потерпевший также покинул место преступления.

Никаких других действий, направленных на доведение до конца своего умысла на лишение жизни Ч., если бы таковой у него имелся, В. не предпринимал, хотя внешние обстоятельства этому не препятствовали.

В соответствии с действующим законом покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда по обстоятельствам дела виновный сделал все возможное для достижения своей цели по лишению жизни потерпевшего, однако смерть не наступила по не зависящим от него обстоятельствам.

С учетом изложенного, поскольку наличие прямого умысла на убийство потерпевшего в действиях В. не установлено, действия осужденного судебной коллегией переквалифицированы на ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 119 УК РФ с назначением более мягкого наказания.

(Дело N 22-5216, Чайковский городской суд)

 

13. Необоснованный вывод суда о том, что преступление совершено в отношении лица в связи с выполнением им общественного долга, повлек ошибочную квалификацию действий подсудимого по приговору по п. "б" ч. 2 ст. 112 УК РФ.

Согласно приговору А. признан виновным по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ в покушении на убийство И., а также по п. "б" ч. 2 ст. 112 УК РФ в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью Т. в связи с выполнением данным лицом общественного долга.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Президиум краевого суда изменил приговор в части осуждения А. по п. "б" ч. 2 ст. 112 УК РФ по следующим основаниям.

Как следует из приговора, суд признал установленным, что Т., желая пресечь неправомерные действия А., выполняя общественный долг, вмешался в возникшую конфликтную ситуацию между А. и И., тут же получил от А. удар ножом в область шеи.

Президиум указал, что по смыслу уголовного закона под выполнением общественного долга следует понимать совершение общественно полезных действий, связанных с пресечением неправомерного поведения лица, для которого пресекательные действия должны быть очевидны.

Осужденный А., не признавший вину, в ходе производства по делу всегда указывал на то, что воспринимал И. и Т. как лиц, напавших на него.

Из показаний потерпевшего Т. следует, что, опасаясь, что между А. и И. может произойти драка, он пошел к ним, но ничего не успел сказать, как получил удар в область шеи.

Согласно показаниям потерпевшего И., когда к ним подошел Т., то А. сразу ударил его.

Из показаний свидетелей также не следует, чтобы Т. совершал какие-либо действия пресекательного характера в отношении А.

Таким образом, свое желание предотвратить драку между А. и И. потерпевший Т. никак не реализовал и не проявил, никаких действий по пресечению противоправного поведения А. не совершил и, как следует из его же показаний, ничего не успел сказать, сразу же получив удар ножом в шею.

При таких обстоятельствах осуждение А. за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью Т. как лицу, выполняющему общественный долг, является необоснованным. Данный квалифицирующий признак, предусмотренный п. "б" ч. 2 ст. 112 УК РФ, из приговора исключен, а содеянное переквалифицировано на ч. 1 ст. 112 УК РФ.

(Дело N 44у-2293, Бардымский районный суд)

 

14. Лицо, обвиняемое в систематическом нанесении побоев, может быть осуждено за истязание (ст. 117 УК РФ) лишь в том случае, если не истекли сроки давности уголовного преследования за нанесение побоев.

По приговору от 17 июня 2009 года З. признан виновным по п. "г" ч. 2 ст. 117 УК РФ в систематическом нанесении побоев несовершеннолетней С., 1993 г. р., с использованием ее беспомощного состояния, по эпизодам середины декабря 2006 года, начала марта 2007 года, декабря 2007 года и начала июля 2008 года.

Судебной коллегией приговор изменен по следующим основаниям.

Преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 116 УК РФ, относятся к категории преступлений небольшой тяжести. В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 78 УК РФ, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло 2 года, лицо, совершившее его, освобождается от уголовной ответственности. Таким образом, сроки давности уголовного преследования за нанесение побоев в декабре 2006 года и начале марта 2007 года истекли еще до возбуждения уголовного дела по п. "г" ч. 2 ст. 117 УК, которое имело место 17 марта 2009 год, поэтому осуждение З. за данные деяния незаконно.

Констатируя отсутствие в действиях подсудимого состава преступления, предусмотренного п. "г" ч. 2 ст. 117 УК, судебная коллегия переквалифицировала его действия на два состава преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 116 ч. 1 УК РФ, по действиям, имевшим место в декабре 2007 года и в июле 2008 года, с назначением более мягкого наказания.

(Дело N 22-5132, Соликамский городской суд)

 

15. При систематическом нанесении побоев квалифицированный состав истязания будет иметь место при наличии не менее трех эпизодов побоев хотя бы с одним из квалифицирующих признаков, предусмотренных ч. 2 ст. 117 УК РФ.

А.Р. осужден по п. "в" ч. 2 ст. 117 УК РФ за истязание А.Л., заведомо для него находящейся в состоянии беременности.

Судебной коллегией приговор изменен в связи с неправильной квалификацией действий А.Р.

Как установлено судом, осужденный А.Р. избивал потерпевшую в конце апреля 2008 года, в конце ноября 2008 года, 28 и 29 мая 2009 года, при этом в состоянии беременности потерпевшая находилась в период ее избиения только в ноябре 2008 года.

Судебная коллегия указала, что квалифицированный состав истязания, при систематическом нанесении побоев, будет иметь место при наличии не менее трех эпизодов побоев хотя бы с одним из квалифицирующих признаков, предусмотренных ч. 2 ст. 117 УК РФ.

Хотя суд правильно установил в действиях А.Р. систематическое нанесение побоев, однако факт, когда осужденный избивал потерпевшую, находящуюся в состоянии беременности, имел место только в ноябре 2008 года.

С учетом изложенного судебная коллегия исключила из приговора квалифицирующий признак систематического нанесения побоев женщине, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, и переквалифицировала действия осужденного на ч. 1 ст. 117 УК РФ.

(Дело N 22-6944, Орджоникидзевский районный суд г. Перми)

 

16. Приговор отменен в части осуждения лица по ст. 156 УК РФ, поскольку за совершение тех же противоправных действий в отношении несовершеннолетнего данное лицо осуждено по п. "г" ч. 2 ст. 117 УК РФ.

К. признана виновной по п. "г" ч. 2 ст. 117 УК РФ в причинении физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев либо иных насильственных действий в отношении своего несовершеннолетнего сына Р., 12 февраля 1997 года рождения, заведомо находящегося от нее в материальной и иной зависимости, а также по ст. 156 УК РФ в ненадлежащем исполнении ею обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего сына Р., соединенном с жестоким обращением с ним.

Судебная коллегия, исключая из приговора осуждение К. по ст. 156 УК РФ, указала, что выводы суда, изложенные в приговоре, о совершении К. преступления, предусмотренного п. "г" ч. 2 ст. 117 УК РФ, подтверждаются доказательствами, анализ которых дан в приговоре.

Вместе с тем, суд, признавая К. виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 156 УК РФ, в обоснование своих выводов в этой части сослался в приговоре на совершение ею тех же действий, за которые она осуждена по п. "г" ч. 2 ст. 117 УК РФ.

При этом в приговоре отсутствует изложение обстоятельств преступного деяния, предусмотренного ст. 156 УК РФ, судом не описаны действия К., связанные с ненадлежащим исполнением ею обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, если это деяние соединено с жестоким обращением с ним. Не приведены в приговоре и доказательства в подтверждение вывода суда о совершении К. указанного преступления.

(Дело N 22-2792, Очерский районный суд)

 

17. Осуждение по ч. 1 ст. 228 УК РФ за незаконные хранение и перевозку без цели сбыта наркотических средств исключено, поскольку действия виновного, у которого наркотические средства были изъяты вскоре после их хищения, охватываются квалификацией по п. "в" ч. 3 ст. 229 УК РФ.

По приговору суда К. осужден за ряд преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162 УК РФ и п. "в" ч. 3 ст. 229 УК РФ.

Кроме того, он осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ за незаконное хранение и перевозку наркотического средства без цели сбыта в крупном размере.

Определением судебной коллегии приговор оставлен без изменения.

Президиум краевого суда состоявшиеся судебные решения изменил, исключив осуждение К. по ч. 1 ст. 228 УК РФ по следующим основаниям.

Судом установлено, что после совершенного из квартиры А. хищения имущества и наркотических средств К. был задержан, в ходе личного досмотра у него были обнаружены и изъяты наркотические средства - героин массой 0,336 гр. и марихуана массой 19,85 гр. Эти действия К. суд квалифицировал как незаконные хранение и перевозка наркотических средств без цели сбыта. В обоснование своего вывода о виновности подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, суд в приговоре сослался на достоверно установленный факт хранения и перевозки героина и марихуаны, похищенных К. из квартиры А. и изъятых сотрудниками милиции.

Однако, признавая осужденного виновным в совершении данного преступления, суд не учел, что хранение наркотических средств предполагает совершение виновным умышленных действий, направленных на незаконное владение этими средствами. Установив, что героин и марихуана, изъятые у К., были им похищены у потерпевшего А. и изъяты в этот же день, через небольшой промежуток времени, суд не привел в приговоре доказательств, свидетельствующих о наличии у К. умысла на хранение указанных наркотических средств, и не учел, что действия осужденного в данном конкретном случае охватывались единым умыслом на их хищение.

Помимо этого, суд, признав К. виновным в незаконной перевозке наркотических средств, не учел, что по смыслу закона вопрос о наличии в действиях лица указанного состава преступления должен решаться судом с учетом направленности умысла, фактических обстоятельств перевозки, количества, размера, объема наркотических средств, места их нахождения, а также других обстоятельств дела. В нарушение требований закона суд не установил наличие умысла осужденного на перевозку похищенных наркотических средств, обстоятельства перевозки, то есть не указал, какое транспортное средство использовалось для такой перевозки, а также место, куда были перемещены указанные средства.

С учетом изложенного осуждение К. по ч. 1 ст. 228 УК РФ не может быть признано обоснованным.

(Дело N 44-у-3120, Березниковский городской суд)

 

18. Не может квалифицироваться по ч. 1 ст. 228 УК РФ как незаконная перевозка хранение лицом во время поездки наркотического средства в небольшом количестве, предназначенного для личного потребления.

К. признан виновным по ч. 1 ст. 228 УК РФ в незаконных приобретении, хранении и перевозке без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Судебная коллегия исключила из приговора перевозку наркотических средств со смягчением наказания, указав, что, как видно из материалов дела, К. приобрел героин в размере 0,563 грамма с целью личного потребления, хранил его при себе, следуя на автомобиле "такси" в г. Чайковский, где проживал.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года N 14 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами", не может квалифицироваться как незаконная перевозка хранение лицом во время поездки наркотического средства в небольшом количестве, предназначенного для личного потребления.

(Дело N 22-7269, Чайковский городской суд)

 

Вопросы назначения наказания

 

19. До настоящего времени суды допускают нарушения требований ст. 18 УК РФ при определении вида рецидива преступлений.

Так, в действиях И. суд усмотрел особо опасный рецидив преступлений и назначил ему наказание по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ с учетом правил ст. 70 УК РФ в виде 4 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Судебная коллегия приговор изменила, указав следующее.

Как видно из материалов дела, И. по приговору от 22 января 1997 года (с учетом постановления Губахинского городского суда от 24 сентября 2004 года и Постановления президиума Пермского краевого суда от 18 января 2008 года) был осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 21 июля 2004 года), т.е. за совершение тяжкого преступления. От отбывания наказания в виде лишения свободы по данному приговору освобожден условно-досрочно 11 июля 2001 года.

23 мая 2002 года И. осужден по пп. "а, в, г" ч. 2 ст. 162 УК РФ, с применением ст. 70 УК РФ - с учетом приговора от 22 января 1997 года.

Постановлением президиума Пермского краевого суда от 18 января 2008 года из приговора от 23 мая 2002 года исключено осуждение И. по правилам ст. 70 УК РФ.

При таких обстоятельствах судимость по приговору суда от 22 января 1997 года в силу положений п. "г" ч. 3 ст. 86 УК РФ у И. является погашенной.

Рецидив преступлений, который усматривается в действиях И. с учетом непогашенной судимости по приговору от 23 мая 2002 года, следует признать опасным.

С учетом изложенного судебная коллегия исключила из приговора ссылку на наличие у осужденного непогашенной судимости по приговору от 22 января 1997 года, указание о признании в его действиях особо опасного рецидива, снизила назначенный ему срок лишения свободы как по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ, так и в силу ст. 70 УК РФ, изменила назначенный ему вид исправительного учреждения на исправительную колонию строгого режима.

(Дело N 22-7315, Березниковский городской суд)

 

20. Согласно п. "а" ч. 4 ст. 18 УК РФ при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за умышленные преступления небольшой тяжести.

Данное требование закона нарушено при осуждении Т. по пп. "а, в" ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 161, ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 158, пп. "в, г" ч. 2 ст. 158 УК РФ, с учетом правил ч. 2 ст. 69 УК РФ, к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Судебная коллегия, изменяя приговор, указала, что, как видно из материалов дела и вводной части приговора, по приговорам суда от 20 февраля 2006 года и 6 апреля 2007 года Т. был осужден за умышленные преступления небольшой тяжести к лишению свободы; эти судимости хотя и не погашены, но в силу требований п. "а" ч. 4 ст. 18 УК РФ не учитываются при признании рецидива преступлений. Других судимостей Т. не имел.

В связи с отсутствием рецидива преступлений судебная коллегия исключила из приговора признание отягчающим наказание обстоятельством рецидива преступлений, снизила назначенный осужденному срок лишения свободы как за каждое преступление, так и в силу ч. 2 ст. 69 УК РФ, определила ему отбывание наказания в исправительной колонии общего режима, мотивировав назначение этого вида исправительного учреждения в соответствии с требованиями п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ.

(Дело N 22-8012, Краснокамский городской суд)

 

21. Назначаемое виновному лицу наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью должно быть конкретизировано в соответствии с требованиями ст. 47 УК РФ.

М. осужден по ч. 2 ст. 217 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать руководящие должности сроком на 1 год, в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, с испытательным сроком продолжительностью 2 года.

Изменяя приговор в части наказания, судебная коллегия указала следующее.

При назначении М. дополнительного наказания в виде лишения права занимать руководящие должности суд не учел, что по ч. 2 ст. 217 УК РФ может быть назначено лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, которое согласно ст. 47 УК РФ состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью.

Таким образом, лишение осужденного права занимать руководящие должности не конкретизировано, чем нарушены требования ст. 47 УК РФ.

Кроме того, суд не учел, что при назначении наказания по статьям уголовного закона, предусматривающим возможность применения дополнительного наказания по усмотрению суда, в приговоре следует указывать основания его применения с приведением соответствующих мотивов.

В связи с изложенным судебная коллегия исключила из приговора назначенное осужденному дополнительное наказание.

(Дело N 22-5135, Губахинский городской суд)

 

22. По ряду дел суды при наличии оснований не признали обстоятельства, предусмотренные ч. 1 ст. 61 УК РФ, в качестве смягчающих, что повлекло изменение приговоров со снижением меры наказания вышестоящей судебной инстанцией.

Так, назначая С. наказание в виде реального лишения свободы за преступления, предусмотренные п. "г" ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 158, п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ, суд не принял во внимание, что по каждому из преступлений С. были написаны явки с повинной, о чем свидетельствуют соответствующие протоколы этих явок. Согласно протоколу судебного заседания, явки с повинной судом исследовались, на них суд сослался в приговоре в обоснование виновности подсудимого в совершенных преступлениях.

С учетом этих обстоятельств судебная коллегия приговор изменила, признала явки с повинной смягчающим наказание осужденного обстоятельством, смягчила С. наказание, назначенное как за каждое из преступлений, так и по совокупности преступлений и приговоров.

(Дело N 22-6317, Добрянский районный суд)

По этому же основанию изменены приговоры в отношении Г. (дело N 22-6402, Александровский городской суд), Ш. (дело N 22-7669, Красновишерский районный суд), М. (дело N 22-7671, Дзержинский районный суд г. Перми), Б. (дело N 22-7872, Свердловский районный суд г. Перми), Я. (дело N 22-7913, Мотовилихинский районный суд г. Перми).

 

23. При осуждении В. по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ судом не учтено, что В., давая объяснение сотруднику милиции, сообщил все обстоятельства совершенного им преступления, которые на тот период времени не были известны органам расследования. По этим основаниям данный документ фактически является явкой с повинной, что следовало признать обстоятельством, смягчающим наказание. Поэтому судебная коллегия приговор изменила, признала явку В. с повинной обстоятельством, смягчающим наказание, назначенный осужденному срок лишения свободы снизила.

(Дело N 22-8063, Свердловский районный суд г. Перми)

 

24. П. осужден по пп. "а, д" ч. 2 ст. 161 УК РФ к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

При назначении наказания суд обоснованно учел в качестве смягчающего обстоятельства явку П. с повинной, однако нарушил требования ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которым при наличии явки с повинной, а также других обстоятельств, предусмотренных пп. "и" и(или) "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК.

С учетом санкции ч. 2 ст. 161 УК РФ и указанных требований закона судебная коллегия приговор изменила, снизила назначенный осужденному срок лишения свободы до 4 лет 8 месяцев.

(Дело N 22-8228, Орджоникидзевский районный суд г. Перми)

 

25. При осуждении Ш. за преступление, предусмотренное пп. "а, в" ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд не расценил чистосердечное признание Ш. в преступлении как явку с повинной, поскольку осужденная предварительно была опознана потерпевшей Б.

Однако доводы Ш. о том, что чистосердечное признание написано до ее опознания потерпевшей Б., судом не опровергнуты, нет таких данных и материалах дела.

Поскольку других мотивов непризнания чистосердечного признания Ш. как явки с повинной суд не привел, судебная коллегия приговор изменила, признала чистосердечное признание Ш. как явку с повинной в качестве смягчающего наказание обстоятельства, снизила осужденной размер наказания.

(Дело N 22-7326, Орджоникидзевский районный суд г. Перми)

 

26. В отношении К., осужденной по ч. 1 ст. 158 УК РФ, судебная коллегия приговор изменила, признав в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденной, ее активное способствование розыску имущества, добытого в результате преступления.

Судебная коллегия указала, что, как видно из материалов уголовного дела, К. в ходе предварительного расследования указала сотрудникам милиции газетный киоск, куда она сбыла похищенный фотоаппарат с подвеской. В результате фотоаппарат и подвеска были изъяты и возвращены потерпевшей.

Наказание осужденной смягчено.

(Дело N 22-7293, Индустриальный районный суд г. Перми)

По этому же основанию изменен приговор в отношении Г. (дело N 22-6508, Чайковский городской суд).

 

27. С. осуждена по п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ и ч. 1 ст. 161 УК РФ.

Судебная коллегия приговор изменила, указав, что из материалов уголовного дела усматривается, что осужденная на момент постановления приговора находилась в состоянии беременности, однако в нарушение требований п. "в" ч. 1 ст. 61 УК РФ суд не учел это обстоятельство в качестве смягчающего при назначении наказания.

В связи с изложенным судебной коллегией беременность осужденной признана смягчающим наказание обстоятельством, назначенный ей срок наказания снижен как за каждое преступление, так и в силу ст. 69 ч. 2 УК РФ.

(Дело N 22-7811, Лысьвенский городской суд)

 

28. Судебной коллегией изменен приговор в отношении С., осужденного по пп. "а, в" ч. 2 ст. 158, п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ: признано в соответствии с п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступлений, в связи с чем смягчено назначенное наказание.

Как указано судебной коллегией, судом оставлено без внимания, что, как следует из материалов уголовного дела, С. сообщил сотрудникам милиции о том, что украденное имущество находится у него, и добровольно выдал это имущество, после чего оно было возвращено потерпевшим. Суд данным обстоятельствам никакой оценки не дал, несмотря на то, что защитник подсудимого, выступая в судебных прениях, просил признать указанное обстоятельство в качестве смягчающего. При таких обстоятельствах доводы кассационного представления о необходимости признания добровольного возмещения имущественного ущерба обстоятельством, смягчающим наказание, заслуживают внимания.

(Дело N 22-7238, Красновишерский районный суд)

По аналогичному основанию изменен приговор в отношении П. (дело N 22-7473, Орджоникидзевский районный суд г. Перми)

 

29. С. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Как следует из приговора, С. совершил убийство Ш. на почве возникшей к последнему личной неприязни из-за того, что Ш. применил насилие к М., которая являлась сожительницей С., то есть поводом для совершения преступления явилось противоправное поведение самого потерпевшего. Это усматривается как из показаний самого осужденного, так и свидетелей М., Ч., Ф., К. и А.

Несмотря на то, что в соответствии с п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, признается смягчающим наказание обстоятельством, суд данное обстоятельство таковым не признал, что повлияло на размер назначенного наказания.

В связи с этим судебная коллегия приговор изменила: признала противоправность поведения потерпевшего Ш., явившегося поводом для преступления, смягчающим наказание обстоятельством, и снизила назначенный осужденному срок лишения свободы.

(Дело N 22-6012, Гремячинский городской суд)

 

30. По смыслу ст. 63 УК РФ при обосновании наказания суд не вправе учитывать обстоятельства, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК в качестве признаков преступления.

Решая вопрос о назначении наказания З. по пп. "а, в, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, суд сослался на то, что само преступление отличается особой дерзостью, поскольку было совершено в ночное время, связано с незаконным проникновением в квартиру и сопровождалось применением насилия к потерпевшей.

Судебная коллегия, изменяя приговор, указала, что при назначении наказания суд фактически учел указанные обстоятельства как отягчающие, в то время как они являются признаками состава преступления, за которое З. осужден по данному приговору, и не предусмотрены ст. 63 УК РФ.

По указанным основаниям эти обстоятельства, как учтенные при назначении наказания, из приговора исключены, срок лишения свободы осужденному снижен.

(Дело N 22-5476, Индустриальный районный суд г. Перми)

 

31. О. осужден по ч. 4 ст. 264 УК РФ.

При назначении наказания суд учел такие обстоятельства, как "управление автомобилем в состоянии опьянения, что повлекло тяжкие последствия - смерть Н., превышение допустимой скорости движения автомобиля".

Судебная коллегия приговор изменила, указав на то, что эти обстоятельства являются квалифицирующими признаками состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ, поэтому в силу с ч. 2 ст. 63 УК РФ ссылка на них при назначении наказания является недопустимой.

В связи с изложенным указанные обстоятельства, как принятые судом во внимание при решении вопроса о наказании, из приговора исключены, осужденному снижены сроки как основного, так и дополнительного наказаний.

(Дело N 22-7521, Кунгурский городской суд)

 

32. Ранее неоднократно судимый К. осужден за два преступления, предусмотренные по ч. 1 ст. 158 УК РФ, к 1 году лишения свободы за каждое, в силу ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году 6 месяцев лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ с учетом наказания, назначенного по приговору от 15 сентября 2009 года, окончательно назначено 5 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Судебная коллегия в своем определении указала, что наказание, назначенное судом по совокупности преступлений в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, подлежит снижению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, К. по предыдущему приговору от 15 сентября 2009 года осужден за четыре преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 158 УК РФ, в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ с учетом неотбытой части наказания по приговору от 28 ноября 2007 года ему назначено 4 года лишения свободы.

По настоящему делу К. осужден за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158 УК РФ, совершенных до вынесения приговора от 15 сентября 2009 года.

Суд правильно пришел к выводу о необходимости назначения наказания в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, согласно которой в данном случае наказание с учетом приговора от 15 сентября 2009 года должно назначаться по правилам ч. 2 этой же статьи.

Однако судом не учтено, что преступления, входящие в совокупность, как по настоящему приговору, так и по приговору от 15 сентября 2009 года, являются преступлениями небольшой тяжести, за которые в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ окончательное наказание не может превышать более чем наполовину максимального срока или размера наказания, предусмотренного за наиболее тяжкое из совершенных преступлений.

Поскольку по приговору от 15 сентября 2009 года К. в силу требований ч. 2 ст. 69 УК уже назначено максимально возможное наказание в виде 3 лет лишения свободы, то наказание, назначенное в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по обжалуемому приговору, подлежит снижению.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что по приговору от 15 сентября 2009 года в силу ст. 70 УК РФ назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы, назначенное К. по настоящему приговору в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК наказание снижено до 4 лет лишения свободы.

(Дело N 22-7633, Индустриальный районный суд г. Перми)

 

33. В соответствии с ч. 1 ст. 70 УК РФ при назначении наказания по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по последнему приговору суда, частично или полностью присоединяется неотбытая часть наказания по предыдущему приговору. Согласно ч. 4 этой же статьи окончательное наказание по совокупности приговоров должно быть больше как наказания, назначенного за вновь совершенное преступление, так и неотбытой части наказания по предыдущему приговору.

Требования ч. 4 ст. 70 УК РФ нарушены при вынесении судом приговора в отношении Г.

Как видно из материалов дела, по предыдущему приговору от 8 июня 2004 года Г. осужден по пп. "а, б, в" ч. 2 ст. 158 УК РФ и в силу ст. 70 УК РФ к 4 годам 9 месяцам лишения свободы, освобожден условно-досрочно 27 сентября 2006 года по постановлению суда от 18 сентября 2006 года на 2 года 3 месяца 16 дней.

По настоящему делу Г. осужден по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ за кражу, совершенную 29 декабря 2008 года, т.е. в течение оставшейся не отбытой части наказания по предыдущему приговору, к 1 году 6 месяцам лишения свободы, в силу ст. 70 УК РФ частично присоединено не отбытое наказание по приговору от 8 июня 2004 года, окончательно назначено к отбытию 2 года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Таким образом, осужденному в нарушение закона по совокупности приговоров назначено меньшее наказание, чем подлежащая присоединению неотбытая часть наказания по приговору от 8 июня 2004 года.

В связи с неправильным применением уголовного закона судебной коллегией приговор отменен с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

(Дело N 22-6492, Краснокамский городской суд)

По этому же основанию отменен приговор в отношении Ф. (дело N 22-7322, Усольский районный суд).

 

34. Т., ранее неоднократно судимый, в том числе

6 марта 2008 года по ч. 1 ст. 158, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы, освобожден условно-досрочно 16 декабря 2008 года на 10 месяцев 20 дней;

2 июня 2009 года по ч. 1 ст. 159 (4 преступления), ч. 1 ст. 161, ч. 2 ст. 325, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 3 годам лишения свободы,

осужден по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, силу ч. 5 ст. 69 УК РФ с учетом приговора от 2 июня 2009 года ему окончательно назначено 4 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

По настоящему делу он признан виновным в совершении 24 февраля 2009 года кражи с причинением значительного ущерба потерпевшей.

Отменяя приговор по кассационному представлению с направлением дела на новое судебное рассмотрение, судебная коллегия указала, что Т. осужден за преступление, которое совершено в течение оставшейся не отбытой части наказания по приговору от 6 марта 2008 года. В соответствии с п. "в" ч. 7 ст. 79 УК РФ, если в течение оставшейся не отбытой части наказания осужденный совершил умышленное преступление, суд назначает ему наказание по правилам ст. 70 УК РФ. Данное требование закона судом первой инстанции не выполнено.

(Дело N 22-6847, Свердловский районный суд г. Перми)

 

35. Несовершеннолетний Ш. осужден по п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ к 1 году лишения свободы, по п. "а" ч. 2 ст. 116 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, к 1 году 6 месяцам лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком на 1 год.

При этом, назначая наказание в виде лишения свободы за преступление, предусмотренное п. "а" ч. 2 ст. 116 УК РФ, суд не учел положений ч. 6 ст. 88 УК РФ, в соответствии с которыми наказание в виде лишения свободы не может быть назначено несовершеннолетнему осужденному, совершившему в возрасте до шестнадцати лет преступление небольшой или средней тяжести впервые, а также остальным несовершеннолетним осужденным, совершившим преступления небольшой тяжести впервые.

Поскольку Ш. ранее не судим, является несовершеннолетним, впервые совершил преступление небольшой тяжести, то суд был не вправе назначать ему наказание в виде лишения свободы за преступление, предусмотренное п. "а" ч. 2 ст. 116 УК РФ.

В связи с изложенным судебная коллегия приговор изменила: назначенное по п. "а" ч. 2 ст. 116 УК РФ наказание смягчила до 100 часов обязательных работ, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 2 ст. 161, п. "а" ч. 2 ст. 116 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначила 1 год 5 дней лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, условно, с испытательным сроком на 1 год.

(Дело N 22-7607, Очерский районный суд)

По этому же основанию изменен приговор в отношении несовершеннолетнего З.И., совершившего преступление средней тяжести, впервые, в возрасте 14 лет (дело N 22-4922, Березниковский городской суд).

 

36. Судами допускаются случаи назначения подсудимым несправедливого наказания вследствие его чрезмерной мягкости, при этом нарушаются требования ст. 6, 60 УК РФ о том, что наказание должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, личности виновного.

Так, П. судом признана виновной по ч. 2 ст. 264 УК РФ в том, что она, управляя легковым автомобилем, допустила нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть Н.Н., ей назначено наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права управления транспортным средством сроком на 3 года, в силу ст. 73 УК РФ основное наказание назначено условно, с испытательным сроком на 2 года.

Судебная коллегия отменила приговор с направлением дела на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

Доводы кассационных представления государственного обвинителя Б., жалоб потерпевшей Н.Б. и ее представителя Л. о чрезмерной мягкости назначенного наказания заслуживают внимания.

Судом нарушены требованиями ст. 6, 60 УК РФ о том, что наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Только справедливое наказание способствует решению задач и осуществлению целей, указанных в ч. 2 ст. 43 УК РФ - восстановлению социальной справедливости, а также исправлению осужденного и предупреждению совершения новых преступлений.

Назначая осужденной наказание с применением ст. 73 УК РФ, суд не в полной мере учел как обстоятельства совершенного ею преступления, так и степень общественной опасности преступления, что привело к вынесению чрезмерно мягкого приговора.

Кроме того, как обоснованно указано в кассационных представлении и жалобах, суд в нарушение п. 3 ст. 307 УПК РФ не высказал в приговоре никакого суждения о наличии либо отсутствии обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание осужденной.

(Дело N 22-6345, Краснокамский городской суд)

 

37. Ш., С. и Г. признаны виновными по п. "б" ч. 2 ст. 131 УК РФ в изнасиловании потерпевшей Е., то есть половом сношении с применением насилия, совершенном группой лиц по предварительному сговору.

За совершение данного преступления С. осужден с применением правил ст. 64 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ к данному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 20 сентября 2006 года и окончательно назначено 4 года лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Ш. и Г. осуждены к 4 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком на 4 года каждый.

Судебная коллегия, рассмотрев дело по кассационному представлению государственного обвинителя А. с доводами о чрезмерной мягкости назначенного осужденным наказания, приговор отменила по следующим основаниям.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 43 и ч. 3 ст. 60 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений.

При назначении наказания должны учитываться характер и степень общественной опасности преступления, личность виновных, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

По данному делу указанные требования закона выполнены не в полной мере.

При назначении Ш. и Г. условного наказания суд сослался на такие смягчающие обстоятельства, как добровольное возмещение каждым морального вреда, а также наличие у Г. малолетних детей, однако при этом не привел убедительных оснований для применения правил ст. 73 УК РФ, как того требует п. 4 ст. 307 УПК РФ.

Кроме того, обосновывая условное осуждение мнением потерпевшей Е., суд в приговоре не конкретизировал данное обстоятельство.

Назначая осужденному С. наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией за указанное преступление, суд, сославшись на такие смягчающие наказание виновного обстоятельства, как явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления, добровольное возмещение морального вреда, пришел к выводу о наличии оснований для применения ст. 64 УК РФ.

Однако при этом суд не принял во внимание, что С. совершил умышленное тяжкое преступление через непродолжительное время после освобождения из мест лишения свободы, в период условно-досрочного освобождения, имея непогашенную судимость за совершение особо тяжкого преступления.

Кроме того, явка с повинной С. написана после его задержания, подачи устного заявления потерпевшей, ее допроса, а также после допросов очевидцев произошедшего - свидетелей Б. и Н., то есть когда органам следствия уже было известно о совершении им преступления.

Даже при наличии у каждого из осужденных обстоятельств, смягчающих наказание, признания ими в судебном заседании своей вины, назначенное каждому из них наказание не может быть признано соразмерным содеянному ими, поскольку суд при назначении наказания фактически проигнорировал как характер общественной опасности совершенного преступления, так и ее степень, а также конкретные обстоятельства содеянного.

Таким образом, назначенное каждому из осужденных наказание не отражает в полной мере целей назначения наказания (социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений).

По доводам кассационного представления приговор отменен с направлением дела на новое судебное разбирательство.

(Дело N 22-7568, Горнозаводский районный суд)

 

Процессуальные вопросы

 

38. В соответствии со ст. 94 УК РФ сроки давности, предусмотренные ст. 78 УК РФ, при освобождении несовершеннолетнего от уголовной ответственности сокращаются наполовину.

Данное требование закона не выполнено судом по делу в отношении М., который по приговору суда от 5 августа 2009 года осужден по ч. 1 ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний 19 марта 2008 года в ходе предварительного следствия и 22 июля 2008 года в судебном заседании в качестве свидетеля по делу по обвинению Б., М., Т. и других, которые осуждены по приговору от 7 августа 2008 года по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Из материалов дела следует, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 307 УК РФ, М. совершил в несовершеннолетнем возрасте. Указанное преступление в соответствии со ст. 15 УК РФ относится к категории небольшой тяжести. 27 июля 2009 года судьей было принято решение о назначении по делу судебного разбирательства. Таким образом, срок давности привлечения М. к уголовной ответственности истек еще до назначения судебного заседания.

В связи с изложенным приговор в отношении М. отменен, производство по делу прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

(Дело N 22-6060, Дзержинский районный суд г. Перми)

 

39. По смыслу ст. 31 УПК РФ уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 264 УК РФ, подсудны районному суду.

Данное требование закона нарушено Горнозаводским районным судом при вынесении постановления, которым уголовное дело в отношении К., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 264, ст. 125 УК РФ, направлено для рассмотрения мировому судье по подсудности.

В соответствии с ч. 1 ст. 31 УПК РФ мировому судье подсудны уголовные дела о преступлениях, за совершение которых максимальное наказание не превышает трех лет лишения свободы, за исключением уголовных дел о преступлениях, в перечень которых входит ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Определяя полномочия мирового судьи по рассмотрению уголовных дел, законодатель сделал исключения для ряда преступлений, которые независимо от санкции уголовного закона должны рассматриваться в районном суде. В перечень данной категории дел входят, в том числе, и дела, связанные с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, то есть предусмотренные ст. 264 УК РФ.

Кроме того, деяния, предусмотренные частями первой и второй ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона N 20-ФЗ от 13 февраля 2009 года), фактически охватывались частью первой ст. 264 УК РФ в ранее действовавшей редакции, как об этом обоснованно указывается автором кассационного представления.

Таким образом, несмотря на изменения, внесенные в ст. 264 УК РФ Федеральным законом N 20-ФЗ от 13 февраля 2009 года, указанная категория дел в любом случае подлежит рассмотрению районным судом.

Согласно ч. 1 ст. 33 УПК РФ, если в совокупность преступлений входит хотя бы одно преступление, отнесенное законом к подсудности районного суда, даже если другие преступления относятся к подсудности мирового судьи, уголовное дело подлежит рассмотрению районным судом.

В связи с изложенным судебной коллегией постановление районного суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.

(Дело N 22-7008, Горнозаводский районный суд)

 

40. Не допускается повторное рассмотрение уголовного дела мировым судьей после отмены приговора. Дело в этом случае, согласно нормам глав 43 и 44 УПК РФ, подлежит рассмотрению в районном суде.

Постановлением председателя Бардымского районного суда территориальная подсудность уголовного дела в отношении Б., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. "в" ч. 2 ст. 260 УК РФ, изменена, и оно направлено для рассмотрения мировому судье.

Кассационным определением судебной коллегии постановление председателя районного суда отменено, дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же районный суд по следующим основаниям.

Как видно из материалов настоящего уголовного дела, 28 ноября 2008 года по нему мировым судьей в отношении Б. был постановлен обвинительный приговор.

Постановлением апелляционной инстанции районного суда приговор мирового судьи отменен, уголовное дело возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

После принятия мер по устранению обстоятельств, послуживших основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, оно вновь направлено прокурором для рассмотрения по существу мировому судье.

Постановлением мирового судьи от 25 августа 2009 года удовлетворен отвод, заявленный этому судье государственным обвинителем по основанию, предусмотренному ч. 1 ст. 63 УПК РФ, и уголовное дело в отношении Б. направлено председателю районного суда для определения подсудности.

23 сентября 2009 года председатель Бардымского районного суда принял вышеуказанное обжалуемое судебное решение, которое нельзя признать законным, поскольку по смыслу глав 43 и 44 УПК РФ, проверяя по апелляционным жалобам и(или) представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора или постановления мирового судьи, суд апелляционной инстанции обязан устранить ошибки и нарушения закона, если таковые были допущены мировым судьей, и рассмотреть уголовное дело по существу с вынесением итогового судебного решения по уголовному делу, каковыми, применительно к суду апелляционной инстанции, являются либо оправдательный или обвинительный приговор, либо постановление об оставлении без изменения судебного решения мирового судьи, либо постановление о прекращении уголовного дела по одному из предусмотренных законом оснований.

При этом принятие судом апелляционной инстанции в ходе апелляционного производства решения о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным ст. 237 УПК РФ, от обязанности в дальнейшем продолжить рассмотрение дела в апелляционном порядке и закончить его постановлением одного из вышеуказанных итоговых решений суд апелляционной инстанции не освобождает, оснований для направления уголовного дела нижестоящему по отношению к нему мировому судье для его повторного рассмотрения по первой инстанции не дает.

Судебная коллегия также руководствуется положениями п. 1 ч. 1 ст. 386 УПК РФ, в соответствии с которыми, в случаях отмены либо приговора, постановленного мировым судьей, и постановления суда апелляционной инстанции, либо приговора суда апелляционной инстанции уголовное дело направляется на новое судебное разбирательство другому судье апелляционной инстанции.

(Дело N 22-7047, Бардымский районный суд)

 

41. Занятие адвокатом по уголовному делу позиции, противоречащей позиции подзащитного, признано нарушением права подсудимого на защиту.

Постановлением президиума краевого суда отменены приговор и определение судебной коллегии, которым приговор оставлен без изменения, в отношении Г., осужденного за два преступления, предусмотренные п. "в" ч. 3 ст. 132 УК РФ, и по ст. 135 УК РФ, в связи с нарушением права осужденного на защиту.

Президиум краевого суда указал, что находит состоявшиеся судебные решения по делу подлежащими отмене на основании ч. 1 ст. 409, п. 2 ч. 1 ст. 379, ч. 1 ст. 381 УПК РФ в связи с нарушениями уголовно-процессуального закона, которые путем лишения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

В соответствии с пп. 3, 8, 21 ч. 4 ст. 47 УПК РФ подсудимый вправе возражать против обвинения, при этом защищаться средствами и способами, не запрещенными законом, пользоваться помощью защитника, который согласно ч. 1 ст. 49 УПК РФ осуществляет защиту прав и интересов подсудимого и оказывает ему юридическую помощь при производстве по уголовному делу. В силу предусмотренной ч. 7 ст. 49 УПК РФ нормы адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты подсудимого, которой корреспондирует предусмотренная п. 3 ч. 4 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" норма о том, что адвокат не вправе занимать по делу позицию вопреки воле доверителя.

По данному делу в судебном заседании Г. отрицал причастность к преступлениям.

Однако защитник подсудимого адвокат Ф. избранную им позицию защиты не поддержала, в судебных прениях, а затем и в кассационной жалобе признала факт совершения Г. преступлений, просила об уменьшении объема обвинения, предъявленного ее подзащитному, применении более мягкого уголовного закона и назначении наказания ниже низшего предела, указывая, что Г. не признал себя виновным, поскольку он боится.

Таким образом, право осужденного на защиту в ходе судебного производства по делу на стадиях судебного разбирательства и кассационного рассмотрения дела было нарушено, поэтому состоявшиеся по делу судебные решения подлежат отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение.

(Дело N 44-у-2385, Чердынский районный суд)

 

42. В соответствии с ч. 6 ст. 49 УПК РФ одно и то же лицо не может быть защитником двух подозреваемых, обвиняемых или подсудимых, если интересы одного из них противоречат интересам другого.

В связи с нарушением данного требования закона судебной коллегией отменен приговор в отношении Б., осужденного по п. "в" ч. 2 ст. 131 УК РФ и п. "б" ч. 2 ст. 131 УК РФ, О. и К., осужденных по п. "б" ч. 2 ст. 131 УК РФ, дело направлено на новое судебное рассмотрение.

Судебная коллегия указала, что в материалах дела имеется явка с повинной Б., протокол его дополнительного допроса в качестве обвиняемого, из содержания которых видно, что он был очевидцем того, как О. и потерпевшая В. находились вместе в бане раздетыми, видел при этом у потерпевшей телесные повреждения. Данное обстоятельство О. отрицал как при производстве предварительного следствия, так и в судебном заседании, полностью не признавая свою вину по предъявленному обвинению. Отрицает данное обстоятельство О. и в своей кассационной жалобе. Б. при производстве предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства признал свою вину частично.

При этом защиту интересов Б. и О. на предварительном следствии и при рассмотрении дела судом осуществлял адвокат Г., что при указанных выше обстоятельствах недопустимо, так как уже в ходе предварительного следствия было очевидно, что интересы обвиняемых противоречат друг другу.

Суду следовало обсудить вопрос о нарушении требований ч. 6 ст. 49 УПК РФ в ходе предварительного расследования по делу, что сделано не было.

Более того, в судебном заседании защита интересов названных лиц также осуществлялась тем же адвокатом.

(Дело N 22-5721, Еловский районный суд)

 

43. Согласно п. 11 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в случае назначения осужденному отбывания лишения свободы в колонии-поселении в резолютивной части приговора необходимо указывать решение о порядке следования осужденного к месту отбывания наказания.

Ч. осужден по ч. 2 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 года N ФЗ-63) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении. По приговору мера пресечения изменена с подписки о невыезде на заключение под стражу.

Судебная коллегия, рассмотрев дело по кассационному представлению, в своем определении указала, что суд, назначая Ч. отбывание наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении, не учел требование п. 11 ч. 1 ст. 308 УПК РФ, в соответствии с которым, в случае назначения осужденному отбывания лишения свободы в колонии-поселении, в резолютивной части приговора необходимо указывать решение о порядке следования осужденного к месту отбывания наказания.

Ст. 75.1 УИК РФ (в редакции Федерального закона от 22 декабря 2008 года) предусмотрено самостоятельное следование осужденного в колонию-поселение после получения им предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы и исчисление срока наказания с момента прибытия к месту отбывания наказания.

В связи с изложенным приговор в отношении Ч. в части изменения ему меры пресечения с подписки о невыезде на заключение под стражу отменен, осужденный из-под стражи освобожден. Определено исчислять срок наказания Ч. со дня прибытия осужденного к месту отбывания наказания. Зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 6 июля 2009 года по 18 августа 2009 года.

Осужденному Ч. разъяснено, что в случае уклонения от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок осужденный может быть заключен под стражу и направлен в колонию-поселение под конвоем, либо осужденному будет изменен вид исправительного учреждения. При этом срок отбывания наказания будет исчисляться со дня задержания.

(Дело N 22-5410, Пермский районный суд)

 

Вопросы применения норм об особом порядке принятия

судебного решения

 

44. Не всегда судами выполняются требования ч. 7 ст. 316 УПК РФ о том, что уголовное дело может быть рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства только в том случае, если судья придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами.

Так, в связи с невыполнением указанной нормы закона судебной коллегией отменен приговор в отношении В. и К., осужденных по п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ, пп. "а, в" ч. 2 ст. 158 УК РФ (3 преступления), ч. 3 ст. 30, п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Судебная коллегия указала, что, как видно из текста обвинительно заключения и постановлений о привлечении В. и К. в качестве обвиняемых, фактические обстоятельства дела так, как они изложены в указанных процессуальных документах, свидетельствуют о наличии существенных сомнений в обоснованности предложенной органами предварительного следствия квалификации действий осужденных как соисполнителей при совершении хищений имущества ООО "Миллениум-Урал", потерпевших П., М. и Г. Обстоятельства преступлений нуждались в проверке путем исследования в судебном заседании и оценки судом собранных по делу доказательств, что исключало рассмотрение уголовного дела в особом порядке принятия судебного решения, предусмотренном ст. 314-316 УПК РФ.

В этой связи приговор суда, как постановленный с нарушениями уголовно-процессуального закона, которые повлияли на его законность, обоснованность и справедливость, подлежит отмене, а уголовное дело - направлению на новое судебное рассмотрение.

(Дело N 22-7805, Свердловский районный суд г. Перми)

По этому же основанию отменен приговор в отношении К. (дело N 22-8081, Нытвенский районный суд).

 

45. При рассмотрении дела в особом порядке суд, в силу требований ст. 316 УПК РФ, не вправе изменить обвинение в части фактических обстоятельств преступления. В случае сомнений в обоснованности предъявленного обвинения дело подлежит рассмотрению в общем порядке.

Я. осужден в особом порядке по ч. 2 ст. 162 УК РФ за разбой, совершенный с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Органом предварительного следствия Я. обвинялся в разбое, совершенном с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия и с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Государственный обвинитель Ч. обжаловал приговор, указав в представлении, что в нарушение требований ч. 8 ст. 316 УПК РФ суд исключил из обвинения Я. такой признак состава преступления, предусмотренного ст. 162 УК РФ, как применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

Отменяя приговор по доводам представления и направляя дело на новое судебное рассмотрение, судебная коллегия указала, что согласно положений ст. 316 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в особом порядке суд не вправе изменять обстоятельства совершения преступления, установленные органами предварительного расследования, при этом, на что обращено внимание в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 года N 60 "О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел", изменение квалификации действий виновного возможно лишь при условии, что для этого не требуется исследование собранных по делу доказательств и фактические обстоятельства при этом не меняются. В случае сомнений в обоснованности предъявленного обвинения суду необходимо рассматривать дело в общем порядке.

Описание в приговоре преступного деяния, совершенного Я., соответствует предъявленному обвинению, с которым подсудимый согласился.

Однако в описательно-мотивировочной части приговора при квалификации действий Я. суд фактически исключил один из признаков состава преступления, предусмотренного ст. 162 УК РФ - "применение насилия, опасного для жизни и здоровья", то есть, по существу, изменил обвинение в части фактических обстоятельств дела.

Данное нарушение уголовно-процессуального закона является существенным, в связи с чем приговор в отношении Я. нельзя признать законным.

(Дело N 22-6503, Свердловский районный суд г. Перми)

 

46. Согласно положениям ст. 316 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в особом порядке суд вправе изменить квалификацию действий подсудимого, если для этого не требуется исследования собранных по делу доказательств, и фактические обстоятельства преступления, установленные органами предварительного расследования, при этом не меняются.

В особом порядке П. осужден по ч. 1 ст. 161 УК РФ за открытое хищение у С. мобильного телефона.

Президиум краевого суда изменил приговор по надзорной жалобе осужденного по следующим основаниям.

Согласно обвинительному акту П. обвинялся в том, что под предлогом позвонить попросил у потерпевшей С. ее мобильный телефон и, получив телефон, скрылся с ним места преступления, причинив потерпевшей ущерб на общую сумму 8 500 рублей.

В обоснование предъявленного обвинения в обвинительном акте приведены показания потерпевшей С. и подозреваемого П., из которых следует, что на площадке между этажами П. попросил у С. мобильный телефон позвонить, последняя передала П. свой телефон, с которым П. вышел на улицу и ушел домой, минут через пять С. спустилась вниз, но П. нигде не было. Впоследствии П. похищенный телефон продал.

Таким образом, органом дознания фактически был установлен факт хищения П. чужого имущества обманным путем, поэтому оснований для квалификации его действий как открытого хищения чужого имущества не имелось.

С учетом изложенного президиум краевого суда действия осужденного переквалифицировал на ч. 1 ст. 159 УК РФ с назначением более мягкого наказания.

(Дело N 44-у-1948, Свердловский районный суд г. Перми)

 

47. Не всегда судами учитывается разъяснение п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 года N 60 "О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел" о том, что при наличии оснований, предусмотренных статьями 62, 64, 66, 68, 69 и 70 УК РФ, наказание виновному назначается по правилам как этих статей, так и части 7 статьи 316 УПК РФ (например, при назначении подсудимому наказания за неоконченное преступление вначале следует с учетом требований статьи 66 УК РФ определить максимальный срок или размер наказания, которое может быть назначено виновному, затем в соответствии с частью 7 статьи 316 УПК РФ сократить этот срок (размер) наказания в связи с рассмотрением дела в особом порядке и лишь после этого определить подсудимому наказание с учетом положений Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации).

Так, П. осужден по ч. 3 ст. 30 и п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 9 месяцам лишения свободы, в силу ст. 70 УК РФ, с учетом не отбытого наказания по предыдущему приговору от 5 сентября 2007 года, к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

При этом суд, определяя осужденному срок лишения свободы и обоснованно сославшись на ст. 66 УК РФ и ст. 316 УПК РФ, назначил его в большем размере, чем предусмотрено правилами ч. 7 ст. 316 УПК РФ, согласно которой назначаемое подсудимому наказание при особом порядке судебного разбирательства не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, действующими в данном случае во взаимосвязи с положениями ч. 3 ст. 66 УК РФ, согласно которой срок или размер наказания не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за оконченное преступление.

С учетом этих требований закона, принимая во внимание верхний предел санкции ч. 2 ст. 158 УК РФ, равный 5 годам лишения свободы, от которого вначале исчисляются 3/4 при применении положений ч. 3 ст. 66 УК РФ, а затем от полученного срока - 2/3 при применении положений ч. 7 ст. 316 УПК РФ, назначаемое П. по ч. 3 ст. 30 и п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ наказание не может превышать 2 лет 6 месяцев лишения свободы.

В связи с изложенным судебной коллегией приговор изменен, назначенное П. наказание снижено до 2 лет 6 месяцев лишения свободы, в силу ст. 70 УК РФ - до 2 лет 9 месяцев лишения свободы.

(Дело N 22-2706, Чернушинский районный суд)

По этим же основаниям изменен приговор в отношении Щ. (дело N 22-3020, Березниковский городской суд).

 

48. К. осужден по ч. 3 ст. 260 УК РФ к 3 годам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, условно, с испытательным сроком на 2 года.

Судебной коллегией приговор изменен с указанием на то, что суд, рассмотрев дело в особом порядке и признав в качестве смягчающего наказание обстоятельства явку К. с повинной, назначил наказание с нарушением требований ч. 1 ст. 62 УК РФ и ч. 7 ст. 316 УПК РФ.

Допущенные судом нарушения устранены, назначенное осужденному наказание смягчено до 2 лет 8 месяцев лишения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ наказание определено считать условным, с испытательным сроком на 2 года.

(Дело N 22-6354, Оханский районный суд)

В связи с нарушением требований ч. 1 ст. 62 УК РФ и ч. 7 ст. 316 УПК РФ изменены со смягчением наказания приговоры в отношении Т. (дело N 22-7530, Губахинский городской суд), Н. (дело N 22-7531, Губахинский городской суд), М. (дело N 22-7705, Свердловский районный суд г. Перми).

 

49. Необоснованный отказ в удовлетворении исковых требований повлек отмену приговора, постановленного при особом порядке судебного разбирательства, в части гражданского иска.

По приговору, постановленному при особом порядке судебного разбирательства, Б. осужден по п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ за кражу чужого имущества с незаконным проникновением в помещение. С осужденного взыскано в пользу потерпевшей В. в возмещение материального ущерба 717 рублей, в остальной части иска отказано.

Судебная коллегия, отменяя приговор в части гражданского иска, указала, что суд необоснованно отказал в удовлетворении иска за поврежденное в результате преступных действий Б. принадлежавшего потерпевшей имущества.

Как видно из материалов дела, в результате преступных действий осужденного потерпевшей был причинен ущерб на сумму 7 192 рубля. Данная сумма подтверждается имеющимися в деле документами. Потерпевшей был заявлен гражданский иск, в том числе и за поврежденное имущество, на указанную сумму, она была признана гражданским истцом. Б. признан гражданским ответчиком.

В судебном заседании подсудимый поддержал свое ходатайство о рассмотрении дела в порядке особого производства, при этом пояснил, что с иском согласен.

Отказывая в иске о взыскании ущерба, причиненного повреждением имущества, суд указал, что не представлено достаточных доказательств.

Суждение суда о недостаточности доказательств по ущербу за поврежденное имущество является незаконным, т.к. дело рассмотрено в особом порядке, в связи с чем сумма ущерба, причиненного повреждением имущества, судом не исследовалась.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что приговор суда в части отказа в удовлетворении исковых требований за поврежденное имущество подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

(Дело N 22-7073, Очерский районный суд)

 

Вопросы производства в суде апелляционной инстанции

 

50. Городскими и районными судами при рассмотрении уголовных дел в апелляционном порядке с вынесением приговора допускаются нарушения требований п. 1 ст. 307 УПК РФ, согласно которым описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна, прежде всего, содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; при этом не учитывается, что никаких изъятий из данных требований ст. 307 УПК РФ главой 44 УПК РФ не предусмотрено.

Так, апелляционной инстанцией отменен обвинительный приговор мирового судьи в отношении Д. и постановлен новый приговор, по которому Д. осужден по ч. 1 ст. 159 УК РФ.

Судебная коллегия, рассмотрев дело по кассационной жалобе осужденного, указала, что, как видно из обжалуемого приговора суда апелляционной инстанции, в нем суд привел лишь описание преступного деяния, в совершении которого Д. признавался виновным приговором мирового судьи, затем обосновал свои решения об отмене приговора мирового судьи нарушением требований п. 2 ст. 307 УПК РФ, о квалификации действий подсудимого и о назначении ему наказания, однако при этом описание преступного деяния, установленного и признанного доказанным самим судом апелляционной инстанции, не изложил, тем самым сам грубо нарушил требования п. 1 ст. 307 УПК РФ.

Данное нарушение требований п. 1 ст. 307 УПК РФ является существенным, поскольку не позволяет судить о том, за какие действия Д. осужден судом апелляционной инстанции.

Приговор суда апелляционной инстанции отменен, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

(Дело N 22-6465, Губахинский городской суд)

По этому же основанию отменен приговор в отношении П. (дело N 22-5380, Орджоникидзевский районный суд г. Перми)

 

51. Судебной коллегией отменен приговор суда апелляционной инстанции в отношении С., осужденного по ч. 1 ст. 157 УК РФ к исправительным работам в местах, определяемых органом местного самоуправления по согласованию с органом, исполняющим наказание в виде исправительных работ, но в районе места жительства осужденного, сроком на 8 месяцев с удержанием 15% заработка в доход государства, по следующим основаниям.

Приговор суда апелляционной инстанции не соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, поскольку не содержит описания преступного деяния, признанного судом доказанным, и доказательств, на которых основаны выводы о виновности С. Доказательства только перечислены, их содержание в приговоре не раскрыто.

В нарушение требований ст. 308 УПК РФ резолютивная часть приговора находится в противоречии с описательно-мотивировочной частью приговора. Принимая решение об отмене приговора мирового судьи, суд апелляционной инстанции одновременно внес в данный приговор изменения. В резолютивной части приговора дано описание преступного деяния. В описательно мотивировочной части приговора указано, что С. в настоящее время работает, однако при этом суд назначает наказание, которое возможно назначить только лицу, не имеющему основного места работы.

Данные нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, нарушают право осужденного на защиту, поэтому приговор суда апелляционной инстанции подлежит отмене с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение.

(Дело N 22-4762, Чайковский городской суд)

 

52. Постановлением суда апелляционной инстанции приговор мирового судьи в отношении Д., осужденного по ч. 1 ст. 156 УК РФ, оставлен без изменения.

Судебная коллегия постановление суда апелляционной инстанции отменила и направила дело на новое апелляционное рассмотрение в связи нарушением судом требований уголовно-процессуального законодательства.

Постановление суда не соответствует требованиям ч. 4 ст. 7, ч. 2 ст. 367 УПК РФ, согласно которым оно должно быть законным, обоснованным и мотивированным, а также содержать доводы апелляционной жалобы и их оценку с учетом имеющихся доказательств по делу. В обжалуемом постановлении этого нет. Часть свидетельских показаний стороной защиты оспаривалась, однако суд данное обстоятельство проигнорировал, в нарушение требований ч. 1 ст. 367 УПК РФ сослался на них, не вызывая свидетелей в судебное заседание апелляционной инстанции.

(Дело N 22-4485, Свердловский районный суд г. Перми)

По этим же основаниям отменены постановления суда апелляционной инстанции в отношении Т. (дело N 22-6956, Ленинский районный суд г. Перми), Л. (дело N 22-5316, Орджоникидзевский районный суд г. Перми), Г. и К. (дело N 22-7432, Индустриальный районный суд г. Перми), Н. (дело N 22-5142, Чайковский городской суд).

 

53. Суд апелляционной инстанции, отменяя приговор мирового судьи, в силу требований ст. 367 УПК РФ обязан рассмотреть дело по существу. Возвращение дела мировому судье в этом случае не допускается.

По приговору мирового судьи П.Т., П.В., О. и П.Б. оправданы по ч. 1 ст. 115 УК РФ.

Постановлением суда апелляционной инстанции приговор мирового судьи в отношении указанных лиц отменен, уголовное дело возвращено мировому судье для рассмотрения по существу со стадии принятия к производству заявления в порядке частного обвинения и возбуждения уголовного дела.

Президиум краевого суда постановление суда апелляционной инстанции отменил с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение, указав следующее.

По смыслу ст. 367 УПК РФ суд апелляционной инстанции вправе, в том числе, отменить оправдательный приговор суда первой инстанции и вынести новый приговор.

Согласно п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 2008 года N 28 "О применении норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в судах апелляционной и кассационной инстанции" суд апелляционной инстанции обязан устранить ошибки и нарушения закона и рассмотреть уголовное дело по существу с вынесением итогового судебного решения, за исключением случаев, когда при производстве дознания или предварительного следствия по делу были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, без устранения которых невозможно вынесение законного, обоснованного и справедливого приговора или иного решения, а также когда мировым судьей уголовное дело не рассмотрено по существу (принято решение о возвращении уголовного дела прокурору, об отказе в принятии заявления к производству, о возвращении заявления для приведения его в соответствие с требованиями закона, о прекращении уголовного дела в связи с неявкой потерпевшего в судебное заседание и т.п.). В этих случаях суд апелляционной инстанции вправе своим постановлением отменить приговор или постановление мирового судьи и возвратить уголовное дело прокурору либо отменить постановление мирового судьи и направить дело на новое судебное разбирательство тому же мировому судье.

По данному делу эти требования уголовно-процессуального закона судом при рассмотрении дела в апелляционном порядке не выполнены.

Отменяя приговор мирового судьи, суд апелляционной инстанции указал, что в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона он лишен возможности рассмотрения по существу доводов апелляционной жалобы и постановления нового судебного решения.

В силу ст. 367 УПК РФ, предусматривающей перечень решений, принимаемых судом апелляционной инстанции, суд этой инстанции не вправе по результатам рассмотрения уголовного дела, отменяя приговор суда первой инстанции, принять решение о возвращении уголовного дела мировому судье для рассмотрения по существу.

То обстоятельство, что вопреки требованиям ч. 3 и 4 ст. 319 УПК РФ в материалах уголовного дела отсутствовали данные, свидетельствующие о вручении копии заявления частного обвинителя К. подсудимому О., не препятствует устранению выявленного нарушения и принятию решения судом апелляционной инстанции.

(Дело N 44-у-2915, Свердловский районный суд г. Перми).

По аналогичному основанию президиумом краевого суда отменено постановление этого же суда в отношении Ф. (дело N 44-у-1985, 2918)

 

II. Постановления

 

Вопросы законности и обоснованности применения меры

пресечения в виде заключения под стражу

 

54. В постановлении судьи об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу должны быть указаны основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, и обстоятельства, учитываемые при избрании меры пресечения, предусмотренные ст. 99 УПК РФ, с изложением конкретных, фактических обстоятельств, на основании которых судья принял такое решение.

Постановлением судьи избрана мера пресечения в виде заключения под стражу В., подозреваемому в краже чужого имущества с проникновением в квартиру К.

Отменяя постановление по жалобе защитника - адвоката А., судебная коллегия указала, что в силу ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. В нарушение требований этой нормы закона, а также требований ст. 97, 99 УПК РФ судья не мотивировал принятого решения и не привел оснований, по которым он пришел к выводу об избрании в отношении В. меры пресечения в виде содержания под стражей.

При новом рассмотрении материалов судье следует тщательно проверить указанные в ходатайстве следователя об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу основания и указать конкретные фактические обстоятельства, на основании которых судья примет решение по заявленному ходатайству.

(Дело N 22-7380, Индустриальный районный суд г. Перми)

 

55. Судья избрал в отношении У., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пп. "а, б, в" ч. 2 ст. 158 УК РФ, меру пресечения в виде заключения под стражу, указав в постановлении, что У. может не только вновь совершить преступление, но и скрыться от следствия, помешать установлению истины по делу.

При этом судьей не выполнены требования ч. 1 ст. 108 УПК РФ о том, что в постановлении судьи должны быть указаны конкретные фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

Судьей не приведены обстоятельства, подтверждающие выводы о том, что обвиняемый У. может скрыться, помешать производству по делу либо совершить вновь преступление.

В связи с допущенными судьей нарушениями уголовно-процессуального законодательства судебной коллегией постановление отменено с направлением материалов на новое судебное рассмотрение, обвиняемый из-под стражи освобожден.

(Дело N 22-6021, Чернушинский районный суд)

 

56. Судебная коллегия, отменяя постановление судьи об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу С., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, указала следующее.

Как видно из представленных материалов, судья, удовлетворяя ходатайство следователя об избрании обвиняемому С. меры пресечения в виде заключения под стражу, сослался на то, что доводы этого ходатайства подтверждаются приложенными к нему документами, а невозможность избрания в отношении обвиняемого другой, более мягкой меры пресечения, мотивировал тем, что "интересы общественной безопасности перевешивают требования уважения прав личности обвиняемого".

При этом какой-либо оценки приложенным к ходатайству материалам, а также данным о личности обвиняемого, приведенным в судебном заседании стороной защиты, судья не дал, доводы стороны защиты о наличии у обвиняемого постоянного места жительства, о его семейном положении, отсутствии у него судимости, на которую следователь указал в своем ходатайстве, не проверил и, таким образом, свое решение фактически не мотивировал.

При таких обстоятельствах решение судьи нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с направлением материалов на новое судебное рассмотрение.

(Дело N 22-5423, Индустриальный районный суд г. Перми)

 

57. В случае отказа в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должна быть дана законная и обоснованная оценка изложенным в ходатайстве мотивам и основаниям, в силу которых, по мнению следователя либо дознавателя, возникла необходимость в избрании данной меры пресечения.

Постановлением судьи отказано в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении К., подозреваемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ - в покушении на незаконный сбыт наркотического средства - героина массой 0,48 грамма, по тем основаниям, что К. имеет постоянное место жительства и работы. Также у нее на иждивении имеется малолетний ребенок, которого она воспитывает одна. Суду не представлено доказательств, что подозреваемая может скрыться от следствия и суда или воспрепятствовать установлению истины дела. Суд не принимает во внимание факт употребления подозреваемой наркотических средств как не предусмотренный ст. 108 УК РФ в качестве основания для заключения под стражу.

Судебной коллегией по кассационному представлению прокурора постановление судьи отменено с направлением материалов на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

Из представленных материалов видно, что К. была осуждена 23 сентября 2008 года по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком на 2 года. Она подозревается в совершении преступления в период условного осуждения. Как видно из ходатайства следователя, одним из оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, по мнению следствия, является то, что подозреваемая может продолжить заниматься преступной деятельностью. Указанный довод следователя судом при вынесении постановления об отказе в удовлетворении ходатайства не нашел оценки. Также не оценены в совокупности и другие доводы следователя: К. ранее судима за преступление в сфере незаконного оборота наркотиков, она употребляет наркотические средства, не имеет постоянного места работы.

С учетом изложенного постановление судьи нельзя признать законным и обоснованным.

Дело N 22-4708, Березниковский городской суд)

 

58. Ф. обвиняется по ч. 1 ст. 105 УК РФ в убийстве своей матери.

Постановлением судьи отказано в удовлетворении ходатайства следователя об избрании обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу.

Судебная коллегия по кассационному представлению отменила постановление как незаконное и необоснованное, а материалы направила на новое судебное рассмотрение, указав следующее.

Согласно требованиям ст. 97 УПК РФ при разрешении вопроса об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу суд должен учитывать тяжесть предъявленного обвинения, данные о личности подозреваемого или обвиняемого, а также его возраст и другие обстоятельства.

В данном случае судья, отказывая в избрании в отношении обвиняемого Ф. в качестве меры пресечения заключения под стражу, сослался на нецелесообразность избрания этой меры пресечения, указал, что в представленных материалах отсутствуют данные, свидетельствующие о совершении Ф., начиная с 2004 года, каких-либо противоправных поступков, а доводы следователя о том, что обвиняемый может оказать давление на потерпевшего и свидетелей, иным образом воспрепятствовать установлению истины по делу, являются необоснованными. То обстоятельство, что Ф. привлекался к административной ответственности за правонарушения, связанные с употреблением спиртных напитков, по мнению судьи, не может служить основанием для избрания обвиняемому столь строгой меры пресечения, как заключение под стражу.

Между тем, согласно положениям закона, при избрании меры пресечения суд должен учитывать не ее целесообразность, а наличие или отсутствие достаточных оснований для ее применения.

Кроме того, выводы суда, изложенные в постановлении, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на судебное решение. Так, ссылка на то, что с 2004 года обвиняемый не совершал никаких правонарушений, противоречит установленному судом обстоятельству о неоднократном привлечении Ф. к административной ответственности.

Данные, характеризующие личность обвиняемого - показания свидетеля З., справка о привлечении Ф. к административной ответственности и другие документы - судом надлежащим образом не исследовались.

(Дело N 22-4978, Добрянский районный суд)

 

59. Судьей отказано в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении М., подозреваемого по ч. 3 ст. 30, пп. "а, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ в том, что он в группе лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, пытался открыто похитить у Ш. имущество на сумму 4 000 рублей.

Судебной коллегией постановление судьи отменено как необоснованное и немотивированное с направлением материалов на новое судебное рассмотрение, поскольку из представленных материалов видно, что М. был судим 14 февраля 2006 года по пп. "а, б" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 2 месяцам лишения свободы условно, с испытательным сроком 2 года, а также 14 апреля 2007 года по пп. "а, б" ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 158 УК РФ, в силу ст. 74 ч. 5, 70 УК РФ к 3 годам лишения свободы; освобожден 24 ноября 2008 года условно-досрочно на неотбытый срок 1 год 1 месяц 18 дней. Подозревается в совершении тяжкого преступления в период условно-досрочного освобождения. Как видно из ходатайства следователя, одним из оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, по мнению следствия, является то, что подозреваемый может продолжить заниматься преступной деятельностью. Указанному доводу следователя оценки в постановлении не дано.

(Дело N 22-5252, Березниковский городской суд)

 

60. Истечение 48-часового срока задержания, предусмотренного ч. 2 ст. 94 УПК РФ, к моменту принятия судьей решения в порядке ст. 108 УПК РФ не является по закону препятствием для избрания судом меры пресечения в виде заключения под стражу.

Так, судья обосновал отказ в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу Ф., подозреваемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, истечением 48-часового срока задержания, предусмотренного ч. 2 ст. 94 УПК РФ.

Судебная коллегия, отменяя постановление судьи с направлением материалов на новое судебное рассмотрение, указала, что согласно ч. 3 ст. 94 УПК РФ истечение 48-часового срока задержания подозреваемого, в том случае, если в указанный срок не поступит постановление судьи о применении к нему меры пресечения в виде заключения под стражу либо продлении срока задержания, является лишь основанием для его немедленного освобождения. Обязанность по принятию мер к немедленному освобождению подозреваемого согласно ч. 3 ст. 94 УПК РФ, ч. 3 ст. 50 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" возложена на начальника места содержания подозреваемого. Несоблюдение приведенных требований закона и нарушение прав подозреваемого влечет наступление ответственности за незаконное содержание под стражей в установленном законом порядке.

В то же время уголовно-процессуальный закон не устанавливает, что истечение срока задержания подозреваемого, установленного ч. 2 ст. 94 УПК РФ, на момент рассмотрения ходатайства об избрании в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу судьей является безусловным основанием для отказа в удовлетворении этого ходатайства.

Из представленных материалов следует, что судья, фактически сославшись лишь на несоблюдение следователем требований ч. 3 ст. 94 УПК РФ, надлежащей оценки доводам, изложенным в ходатайстве, о наличии данных, подтверждающих обоснованность возникшего в отношении Ф. подозрения и необходимости избрания ему меры пресечения в виде заключения под стражу, не дал, свое решение в этой части не мотивировал.

(Дело N 22-4334, Добрянский районный суд)

 

61. Нарушение права обвиняемого на защиту при рассмотрении ходатайства о продлении срока содержания под стражей повлекло отмену постановления судьи.

Ю., обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30, п. "г" ч. 3 ст. 228.1, ч. 2 ст. 188 УК РФ, постановлением судьи продлен срок содержания под стражей на 2 месяца 8 дней, всего до 9 месяцев, т.е. до 22 марта 2009 года.

Определением судебной коллегии постановление оставлено без изменения.

Президиумом краевого суда по жалобе защитника - адвоката Г. состоявшиеся судебные решения отменены с прекращением производства по следующим основаниям.

Согласно ч. 4 ст. 108 УПК РФ неявка без уважительных причин сторон, своевременно извещенных о времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения ходатайства, за исключением случаев неявки обвиняемого.

Как видно из материалов дела и дополнительно представленных суду документов, о времени судебного заседания адвокату Г. были направлены телеграммы, которые в силу неточного адреса последнему не вручались.

Несмотря на отсутствие данных о надлежащем извещении адвоката о рассмотрении ходатайства следователя, суд в порядке ст. 50 УПК РФ назначил адвоката К., на участие которой обвиняемый Ю. был согласен, при этом рассмотрел ходатайство и продлил срок содержания Ю. под стражей до 22 марта 2009 года.

Как видно из протокола судебного заседания, адвокат К. при предоставлении ей слова в защиту обвиняемого обратила внимание суда на невозможность принятия решения ввиду отсутствия данных о надлежащем извещении адвоката Г., осуществляющего защиту Ю. в рамках уголовного дела по соглашению.

Таким образом, адвокат К. фактически указала о невозможности рассмотрения материала в отсутствие адвоката Г., однако судом этот вопрос был оставлен без внимания.

Каких-либо суждений в защиту обвиняемого и возражений против доводов ходатайства о продлении срока содержания Ю. под стражей адвокат К. не привела.

При таких обстоятельствах следует признать, что право обвиняемого Ю. на защиту при рассмотрении ходатайства следователя было нарушено.

Поэтому постановление судьи о продлении срока содержания обвиняемого под стражей не может считаться законным и обоснованным, в связи с чем подлежит отмене.

Указанное нарушение закона, допущенное судом первой инстанции, не было устранено и судом кассационной инстанции.

Учитывая, что вопрос о мере пресечения в отношении Ю. решен последующими судебными решениями, возможность пересмотра постановления путем направления материала на новое судебное рассмотрение утрачена. Поэтому производство по материалам о продлении срока содержания под стражей в отношении Ю. подлежит прекращению.

(Дело N 44у-2192, Пермский районный суд)

 

Вопросы возвращения уголовного дела прокурору

в порядке ст. 237 УПК РФ

 

62. Постановлением судьи уголовное дело в отношении У., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. "г" ч. 2 ст. 117, п. "в" ч. 2 ст. 112, ст. 156 УК РФ, возвращено прокурору в связи с непредоставлением доказательств надлежащего розыска подсудимого, что препятствует рассмотрению дела, производство по делу приостановлено в связи с розыском последнего.

Определением судебной коллегии постановление оставлено без изменения.

Рассмотрев надзорное представление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации на указанные судебные решения, президиум Пермского краевого суда оставил эти решения без изменения, а представление - без удовлетворения, указав следующее.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 238 УПК РФ, если обвиняемый, не содержащийся под стражей, скрылся, то суд избирает ему меру пресечения в виде заключения под стражу и поручает прокурору обеспечить его розыск. Запрета на возвращение в этом случае дела прокурору приведенная норма закона, как и уголовно-процессуальный закон в целом, не содержит.

Из смысла ст. 21 Закона "Об оперативно-розыскной деятельности" следует, что контроль за деятельностью органов, занимающихся розыском лиц, скрывшихся от уголовного преследования, осуществляет прокурор. По мнению президиума, наибольшую эффективность прокурорский надзор в данном случае будет иметь место именно при возвращении дела прокурору, что будет способствовать более активному розыску У.

Вывод судьи о том, что розыск У. в период нахождения дела в суде должным образом не осуществлялся, является правильным, поскольку прокурор в судебном заседании пояснил, что органы, на которые возложено осуществление розыска подсудимого, не проверили такие необходимые в подобной ситуации сведения, как снят ли подсудимый с регистрационного и воинского учета в г. Перми, не встал ли он на регистрационный учет в другом населенном пункте, не пересекал ли он границу России.

Кроме того, нельзя не учитывать и то обстоятельство, что 25 декабря 2000 года судьей в отношении У. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, и в этот же день он был задержан. Однако в ходе дополнительного расследования 29 июня 2001 года мера пресечения в отношении У. была изменена прокурором на подписку о невыезде. 9 июля 2001 года дело поступило в суд и назначено к рассмотрению на 25 июля 2001 года, однако вручение У. судебной повестки и обвинительного заключения оказалось невозможным ввиду отсутствия его по месту жительства, в последующем в судебное заседание он не явился, в связи с чем мера пресечения в отношении него была изменена на заключение под стражу, и он был объявлен в розыск.

(Дело N 44у-3281, Орджоникидзевский районный суд г. Перми)

 

63. Уголовное дело в отношении С. и К., обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Постановление о возвращении дела прокурору судебной коллегией отменено с направлением дела на новое судебное рассмотрение в связи с допущенными судьей нарушениями уголовно-процессуального закона.

На основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

По смыслу ст. 237 УПК РФ и согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 года N 1 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" (в редакции постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 года, 11 января 2007 года, 9 декабря 2008 года, 23 декабря 2008 года) судья вправе возвратить дело прокурору в целях устранения нарушений уголовно-процессуального закона, исключающих возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора, если это не связано с восполнением неполноты дознания или предварительного следствия.

Возвращая уголовное дело в отношении С. и К. прокурору для устранения препятствий в его рассмотрении, судья фактически обязал прокурора провести дополнительные следственные действия, что законом не предусмотрено.

Вывод судьи о том, что личность К. не установлена, не подтверждается материалами дела, в них имеется форма N 1п, где фотография К. идентична фотографии в паспорте.

Вывод о нарушении права на защиту С., поскольку не установлен таксист и не опрошены свидетели, которые также следствием не установлены, не является основанием для возвращения дела прокурору, поскольку указанные лица могут быть стороной защиты представлены в судебное заседание и допрошены.

Вопрос о назначении судебно-биологической экспертизы также может быть разрешен в судебном заседании.

По окончании предварительного следствия потерпевшая П. заявила, что с делом знакомиться не желает; ознакомление ее с материалами дела возможно в суде.

При изложенных обстоятельствах постановление судьи не может быть признано законным и обоснованным.

(Дело N 22-7125, Пермский районный суд)

 

64. Возвращая уголовное дело в отношении М. прокурору, судья в постановлении указал, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, поскольку органом расследования не установлено время совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, в отношении Д. Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела хищение имущества Д. совершено 12 марта 2009 года около 17 час. Из протокола устного заявления Д. следует, что пропажу имущества она обнаружила 13 марта 2009 года около 20 час. В ходе допроса в качестве потерпевшей Д. пояснила, что хищение своего имущества обнаружила 13 марта 2009 года вечером. В постановлении о признании Д. потерпевшей, постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении указано, что данное преступление М. совершил 12 марта 2009 года в 17 час. В судебном заседании подсудимый М. указал, что дата совершения преступления - 12 марта 2009 года в 17 час. - в обвинении указана правильно.

Отменяя постановление судьи по кассационному представлению государственного обвинителя, судебная коллегия указала, что предусмотренных законом оснований для возвращения дела прокурору не имеется.

Как следует из протокола судебного заседания, факт кражи фотоаппарата у Д. во второй декаде марта 2009 года никем из участников процесса не оспаривается, подсудимый М. признает свою вину в совершении данного преступления.

При таких обстоятельствах, поскольку это не влечет нарушения прав и законных интересов подсудимого и потерпевшей, суд вправе по результатам исследования доказательств самостоятельно уточнить дату и время совершения преступления.

Дело направлено в тот же суд на новое рассмотрение.

(Дело N 22-5300, Мотовилихинский районный суд г. Перми)

 

Вопросы освобождения от уголовной ответственности

 

65. По уголовным делам, возбужденным в соответствии с ч. 4 ст. 20 УПК РФ, правом отказа от обвинения наделен только государственный обвинитель.

Постановлением суда принят отказ представителя потерпевшей Т.Н. от поддержания обвинения в отношении А., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ на основании ч. 2 ст. 20 УПК РФ.

По кассационному представлению государственного обвинителя судебной коллегией постановление отменено с направлением дела на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

А. органами предварительного следствия обвинялся в умышленном причинении побоев и совершении иных насильственных действий, причинивших физическую боль, в отношении малолетней Т.И., то есть в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ.

Уголовное дело по ч. 1 ст. 116 УК РФ в отношении А. возбуждено следователем в соответствии с ч. 4 ст. 20 УПК РФ, поскольку потерпевшая в силу своего малолетнего возраста не может защищать свои права и законные интересы.

В соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 321 УПК РФ в случаях, предусмотренных ч. 4 ст. 20 и ч. 3 ст. 318 УПК РФ обвинение в судебном заседании поддерживает государственный обвинитель.

В соответствии с ч. 7 ст. 246 УПК РФ правом отказа от обвинения наделен только государственный обвинитель.

Таким образом, законный представитель малолетнего потерпевшего не наделен правом отказа от обвинения, в связи с чем решение суда не основано на требованиях закона.

Кроме того, удовлетворяя ходатайство законного представителя потерпевшей и принимая отказ от обвинения по ч. 1 ст. 116 УК РФ, суд фактически не принял никакого решения по делу в указанной части.

Более того, принимая отказ законного представителя от обвинения со ссылкой на ч. 2 ст. 20 УПК РФ, суд не учел, что в указанной норме закона предусмотрены основания возбуждения и прекращения уголовного дела частного обвинения. Между тем, суд не выяснял и не ставил на обсуждение вопрос о возможности прекращения уголовного дела за примирением, фактически об этом не заявлялось и законным представителем потерпевшей.

При таких обстоятельствах решение суда подлежит отмене как незаконное.

(Дело N 22-6148, Чусовской городской суд)

 

66. Постановление суда о прекращении уголовного дела в отношении лица, обвиняемого по ч. 4 ч. 264 УК РФ, в связи с примирением с потерпевшим, отменено, поскольку суд не учел всех обстоятельств, влияющих на законность и обоснованность такого решения.

Уголовное дело в отношении Р., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ, прекращено в связи с примирением сторон.

Р. обвинялся в нарушении правил дорожного движения при управлении мотоциклом, что повлекло дорожно-транспортное происшествие, во время которого пассажир мотоцикла Б. получила смертельную травму.

Отменяя постановление суда о прекращении дела по кассационному представлению прокурора, судебная коллегия указала, что в соответствии со ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Из материалов дела и протокола судебного заседания следует, инициатива примирения и прекращения дела исходила от потерпевшей, об этом она заявила ходатайство в судебном заседании, аналогичная просьба изложена в ее заявлении. Подсудимый согласился с прекращением дела по нереабилитирующим основаниям.

Однако, как видно из материалов дела, прекращая его в отношении подсудимого в связи с примирением с потерпевшей, суд не учел всех обстоятельств совершенного преступления. В частности, не дана оценка тому, что Р. не являлся владельцем мотоцикла, не имел водительского удостоверения на право управления транспортным средством, в момент совершения преступления находился в состоянии алкогольного опьянения, на что обоснованно указано в кассационном представлении.

Кроме того, прекращая уголовное дело в связи с примирением с потерпевшей, суд не выяснил, заглажен ли в полном объеме причиненный вред, поскольку в пояснениях потерпевшей по этому вопросу имеются противоречия.

Таким образом, решение суда о прекращении уголовного дела принято при недостаточно полном исследовании всех обстоятельств, влияющих на законность и обоснованность решения.

С учетом изложенного постановление подлежит отмене с направлением дела на новое судебное разбирательство.

(Дело N 22-6294, Соликамский городской суд)

 

67. Органами расследования Н. обвинялся в нарушении 18 августа 2007 года правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть Ф.

Постановлением суда уголовное дело в отношении обвиняемого прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон.

Не согласившись с решением суда, судебная коллегия его отменила с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

По смыслу ст. 76 УК РФ институт примирения с потерпевшим ориентирован на защиту частных интересов физических или юридических лиц, которым преступлением причинен физический ущерб, имущественный или моральный вред.

Прекращая уголовное дело по ходатайству матери погибшей, суд, во-первых, не дал оценку тому обстоятельству, что преступление, в совершении которого обвинялся Н. (ст. 264 УК РФ) посягает, в первую очередь, на публичные интересы, и основным (непосредственным) объектом этого правонарушения является безопасность дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Во-вторых, не учел, что волеизъявление потерпевшего и подсудимого, пришедших к примирению, заглаживание причиненного вреда не влекут безусловного принятия решения о прекращении дела, а представляют собой лишь условия, соблюдение которых может побудить (или не побудить) компетентные органы принять решение о прекращении дела, ибо закон лишь наделяет их таким правом, а не обязывает к этому (ст. 25 УПК РФ).

Прекращая уголовное дело в отношении Н., суд, по существу, исходил лишь из формальных оснований и условий прекращения дела и не принял во внимание требование закона, согласно которому меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, личности виновного (ч. 1 ст. 6 УК РФ).

Как установили органы расследования, Н. грубо нарушил правила дорожного движения, а именно перевозил пассажиров, не пристегнутых ремнями безопасности, причем сверх количества, предусмотренного технической характеристикой транспортного средства, управлял автомашиной в состоянии опьянения и, как следствие, допустил опрокидывание транспортного средства, поставив тем самым всех следовавших на его автомашине в опасное для жизни состояние, а Ф. в результате действий Н. погиб.

Однако всем этим обстоятельствам суд должной оценки не дал.

(Дело N 22-6915, Октябрьский районный суд)

 

Вопросы рассмотрения иных судебных материалов

 

68. 6 мая 2006 года по факту кражи неустановленными лицами в период с декабря 2003 года по лето 2005 года с территории цеха ЗАО "Пермский кирпичный завод" бетоносмесителя стоимостью 213 600 рублей, принадлежащего ООО "ЭнергоСвязьСтрой", возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ.

Постановлением следователя от 21 января 2008 года уголовное дело прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Адвокат А. в интересах ООО "ЭнергоСвязьСтрой" в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ, обжаловал данное постановление следователя в суд.

Постановлением судьи от 27 июня 2008 года его жалоба оставлена без удовлетворения.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Рассмотрев материалы по надзорной жалобе представителя ООО "ЭнергоСвязьСтрой", президиум краевого суда оставил постановление судьи без изменения, а жалобу - без удовлетворения, указав следующее.

Из материалов уголовного дела усматривается, что оно было возбуждено по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, максимальное наказание за которое составляет два года лишения свободы и которое в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ относится к преступлениям небольшой тяжести. Согласно п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ срок давности привлечения к уголовной ответственности за преступления небольшой тяжести составляет два года. В силу п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ истечение срока давности уголовного преследования влечет прекращение уголовного дела.

В ходе проведенного предварительного следствия, продолжавшегося более двух лет, лиц, совершивших это преступление, установить не удалось. Поэтому на основании приведенных выше положений закона уголовное дело было обоснованно прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Ссылка в жалобе на положения ч. 2 ст. 27 УПК РФ, предусматривающей возможность прекращения уголовного преследования в связи с истечением сроков давности уголовного преследования только при отсутствии возражений подозреваемого или обвиняемого по этому поводу в данном случае является необоснованной, поскольку эта норма обеспечивает гарантии лица, необоснованно привлеченного к уголовной ответственности, на прекращение дела по реабилитирующему основанию либо постановление в отношении него оправдательного приговора. Из смысла данной нормы следует, что неустановление лица, совершившего преступление, не препятствует прекращению дела за истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Доводы жалобы о наличии оснований для квалификации действий виновных лиц по п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ, а соответственно и для вывода о том, что срок давности уголовного преследования по факту хищения имущества ООО "ЭнергоСвязьСтрой" не истек, являются необоснованными, поскольку ссылка в процессуальных документах на совершение преступления неустановленными лицами не свидетельствует о совершении ими преступления группой лиц по предварительному сговору, а совершение кражи группой лиц без предварительного сговора квалифицируется по ч. 1 ст. 158 УК РФ.

Размер ущерба в сумме 213 600 рублей, причиненного обществу с ограниченной ответственностью, а не гражданину, также не может влечь квалификации действий виновных лиц и по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ, предусматривающей ответственность за кражу с причинением значительного ущерба.

При таких обстоятельствах обжалуемое постановление является правильным, и основания для его отмены отсутствуют.

(Дело N 44у-2724, Свердловский районный суд г. Перми)

 

69. Постановлением судьи оставлена без удовлетворения рассмотренная в порядке ст. 125 УПК РФ жалоба Л., осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ, на постановление следователя прокуратуры от 28 июля 2006 года, которым отказано в возбуждении уголовного дела по ст. 307 УК РФ в отношении свидетеля Р.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам краевого суда постановление судьи отменено, производство по жалобе прекращено.

Президиумом краевого суда по надзорной жалобе заявителя Л. определение судебной коллегии отменено с направлением материалов на новое кассационное рассмотрение по следующим основаниям.

Как следует из ст. 123 УПК РФ, действия (бездействие) и решения органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда могут быть обжалованы в установленном порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы. При этом, согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом РФ в п. 2 определения от 18 ноября 2004 года N 369-О и в п. 2 определения от 25 марта 2004 года N 156-О, в статьях 123 и 125 УПК РФ прямо закрепляется право участников уголовного судопроизводства и иных лиц обжаловать в судебном порядке не только действия и решения дознавателя, следователя и прокурора, но и их бездействие, в том числе, если оно выразилось в ненадлежащем реагировании на заявление о преступлении.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 145 УПК РФ по результатам рассмотрения сообщения о преступлении орган дознания, дознаватель, следователь или прокурор принимает решение либо о возбуждении уголовного дела, либо об отказе в возбуждении уголовного дела, либо о передаче сообщения по подследственности или по подсудности. О принятом решении сообщается заявителю и ему разъясняются право обжаловать данное решение и порядок обжалования.

Содержащиеся в ч. 4 ст. 7, статьях 19, 123, 125, а также в статьях 144 и 145 УПК РФ предписания предполагают обязанность дознавателя, органа дознания, следователя и прокурора проверить наличие достаточных оснований и условий для возбуждения уголовного дела и не освобождают их от необходимости принятия по результатам проверки соответствующего решения. При этом, как следует из правовой позиции, изложенной Конституционным Судом РФ в определении от 25 января 2005 года N 42-О, такое решение, вне зависимости от его содержания и формы, должно быть законным, обоснованным, мотивированным и содержать указание на конкретные обстоятельства, положенные в его основу.

Как следует из представленных материалов, Л. 25 июля 2006 года обратился в прокуратуру с вопросом о привлечении к уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ Р., которая при допросе ее в качестве свидетеля в судебном заседании при рассмотрении дела по его обвинению по ч. 4 ст. 111 УК РФ сообщила, что он избил сторожа К., ее племянников А. и Н., а также сообщила, что от свидетеля В. ей стало известно о том, что Л. устроит ей "бомбу".

Постановлением следователя прокуратуры от 28 июля 2006 года отказано в возбуждении уголовного дела по ст. 307 УК РФ в отношении Р. за отсутствием состава преступления.

Л. обратился в суд в порядке ст. 125 УК РФ, ссылаясь на незаконность и необоснованность отказа в возбуждении уголовного дела.

Суд, рассмотрев заявление Л. по существу, отказал в удовлетворении жалобы осужденного.

Однако, вопреки приведенным правовым позициям Конституционного Суда РФ и положениям статей 125 УПК РФ суд кассационной инстанции посчитал, что Л. оспаривает итоговое решение по его уголовному делу, по которому он осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ за причинение тяжкого вреда здоровью П., повлекшего по неосторожности смерть последнего, и принял решение, фактически исключившее возможность рассмотреть его жалобу по существу.

Вместе с тем существование определенной связи между вопросами, подлежащими рассмотрению в порядке ст. 125 УПК РФ, и обстоятельствами уголовного дела, производство по которому окончено с вынесением обвинительного приговора, само по себе не исключает возможности проверки заявления Л. о преступлении.

В п. 3 определения от 16 марта 2006 года N 79-О Конституционным Судом РФ выражена правовая позиция, согласно которой ст. 125 УПК РФ не только не препятствует обжалованию заинтересованными лицами постановлений дознавателя, следователя или прокурора об отказе в возбуждении уголовного дела, но, напротив, прямо закрепляет такое право. Ни данная статья, ни иные статьи уголовно-процессуального закона не устанавливают каких бы то ни было ограничений этого права в зависимости от возможной связи вопросов, решенных в обжалуемом постановлении следователя, с обстоятельствами другого уголовного дела, производство по которому осуществляется или уже окончено.

С учетом приведенной правовой позиции Конституционного Суда РФ фактический отказ в рассмотрении жалобы Л. свидетельствует о затруднении доступа заявителя к правосудию.

При таких обстоятельствах определение судебной коллегии нельзя признать законным.

(Дело N 44у-4115, Лысьвенский городской суд)

 

70. Ш. осужден по ч. 1 ст. 159 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком на 1 год, с возложением на него обязанностей периодически являться в специализированный орган, осуществляющий исправление осужденных, не менять без уведомления данного органа постоянное место жительства.

Судом удовлетворено ходатайство начальника уголовно-исполнительной инспекции об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда, осужденному.

Рассмотрев судебные материалы по кассационному представлению прокурора, судебная коллегия постановление суда отменила с прекращением производства, указав следующее.

В соответствии с ч. 3 ст. 74 УК РФ в случае систематического или злостного неисполнения условно осужденным в течение испытательного срока возложенных на него судом обязанностей, суд по представлению органа, ведающего исполнением наказания, может принять решение об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда.

Под систематическим неисполнением понимается совершение запрещенных или невыполнение предписанных условно осужденному действий более двух раз в течение года либо продолжительное (более 30 дней) неисполнение обязанностей, возложенных на него судом, а под злостным - неисполнение этих обязанностей после сделанного контролирующим органом предупреждения в письменной форме о недопустимости повторного нарушения установленного порядка отбывания условного осуждения либо когда условно осужденный скрылся от контроля (ст. 190 УИК РФ).

Данные положения закона судом во внимание не приняты.

Как видно из представленных судебных материалов, допущенные Ш. нарушения, связанные с неявкой на регистрацию 3 февраля 2009 года и сменой места жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, за что 3 марта 2009 года он был письменно предупрежден, уже являлись основанием для продления ему испытательного срока судом в соответствии с ч. 2 ст. 74 УК РФ, и поэтому не могли повторно учитываться при решении вопроса об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного судом, в соответствии с ч. 3 ст. 74 УК РФ.

Принимая во внимание, что после продления испытательного срока осужденным допущено лишь одно нарушение возложенной на него судом обязанности в виде неявки без уважительных причин на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию, которое само по себе не является злостным и, тем более, систематическим, решение об отмене условного осуждения Ш. нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с прекращением производства по ходатайству начальника уголовно-исполнительной инспекции.

Осужденный Ш. из-под стражи освобожден.

(Дело N 22-6145, Соликамский городской суд)

 

71. Е. осужден по п. "а" ч. 2 ст. 158, пп. "а, в" ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно, в силу ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком на 2 года; постановлением суда от 5 февраля 2008 года условное осуждение Е. отменено и он для отбывания наказания в виде 2 лет лишения свободы направлен в колонию-поселение.

По постановлению суда от 13 августа 2009 года Е. условно-досрочно освобожден от отбывания наказания на 5 месяцев 9 дней.

Определением судебной коллегии кассационное представление прокурора удовлетворено, постановление об условно-досрочном освобождении отменено с направлением материалов на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

При рассмотрении ходатайства Е. об условно-досрочном освобождении, суд указал, что в период отбывания наказания осужденный зарекомендовал себя с положительной стороны, нарушений не имеет, к труду относится добросовестно, отбыл положенный для условно-досрочного освобождения срок.

Однако суд в своем решении не дал оценку тому обстоятельству, что осужденный допускал нарушения установленного порядка отбывания наказания, так, 27 июля 2009 года ему в связи с таким нарушением был объявлен выговор.

При новом рассмотрении ходатайства осужденного суду следует проверить все обстоятельства по делу, принять решение в соответствии с требованиями закона и должным образом мотивировать свое решение.

(Дело N 22-6301, Чердынский районный суд)

 

72. Постановлением судьи оставлена без удовлетворения жалоба адвоката К. в порядке ст. 125 УПК РФ на постановление следователя о частичном отказе в удовлетворении заявления адвоката К. об оплате его труда по защите на предварительном следствии Б.

Определением судебной коллегии постановление судьи оставлено без изменения.

Постановлением президиума краевого суда надзорная жалоба адвоката К. удовлетворена, указанные судебные решения отмены с передачей материалов на новое рассмотрение в порядке ст. 125 УПК РФ.

При этом президиум указал, что в силу ч. 5 ст. 50 УПК РФ в случае, если адвокат участвует в производстве предварительного расследования или судебном разбирательстве по назначению дознавателя, следователя или суда, расходы на оплату его труда компенсируются за счет средств федерального бюджета.

В соответствии с п. 8 ст. 25 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ размер и порядок вознаграждения адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, устанавливается Правительством РФ.

Размер оплаты труда адвоката исчисляется на основании Порядка расчета оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, предварительного следствия, прокурора или суда, в зависимости от сложности уголовного дела, утвержденного Приказом Министерства юстиции РФ N 257 и Министерства финансов РФ N 89н от 6 октября 2003 года, действовавшего на момент возникновения правоотношений.

В соответствии с п. 2 Постановления Правительства РФ от 4 июля 2003 года N 400 в местностях, в которых законодательством РФ установлены процентные надбавки и(или) районные коэффициенты к заработной плате, оплату труда адвоката следует осуществлять с учетом указанных надбавок и коэффициентов.

Суд установил, что адвокат К. действительно изучал протокол судебного заседания по вопросу об избрании меры пресечения, составлял кассационную жалобу на постановление судьи об избрании меры пресечения, а также составил жалобу на имя прокурора, но вместе с тем отказал в удовлетворении его жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ.

Решение суда не соответствует вышеуказанным правовым актам по вопросам оплаты труда адвоката.

Приведенные нормы не содержат запрета на оплату юридической помощи, оказанной адвокатом вне судебного заседания. Напротив, данные нормы и положения в своей взаимосвязи со ст. 53 УПК РФ, регламентирующей полномочия защитника, предполагают, что подлежит оплате участие адвоката во всем уголовном судопроизводстве по назначению, с учетом времени занятости адвоката, исчисляемого в днях, в которых адвокат был занят выполнением поручения.

Принимая во внимание, что постановленные судебные решения были приняты без учета указанных нормативных положений, они не могут быть признаны законными и обоснованными.

(Дело N 44у-5962, Чернушинский районный суд)

По аналогичным основаниям президиумом краевого суда отменено постановление судьи и определение судебной коллегии в связи с жалобой этого же адвоката в порядке ст. 125 УПК на постановление следователя, которым ему было отказано в оплате за изучение протокола судебного заседания по вопросу об избрании меры пресечения, а также за 2 дня консультирования обвиняемого П., содержащегося в ИВС Чернушинского РОВД (дело N 44у-5963, Чернушинский районный суд).

 

73. Судом постановлено взыскать с Казны Российской Федерации в пользу Г. 1 396 625 рублей 51 коп. в возмещение утраты заработной платы, с возложением обязанности по исполнению данного взыскания на Министерство финансов Российской Федерации.

Определением судебной коллегии постановление суда оставлено без изменения.

Рассмотрев надзорную жалобу представителя Министерства финансов РФ на эти судебные решения, президиум краевого суда установил следующее.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 396, п. 1 ст. 397, п. 1 ч. 1 ст. 399 УПК РФ суд, постановивший приговор, по ходатайству реабилитированного рассматривает вопросы о возмещении вреда реабилитированному, восстановлении его трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав в соответствии с ч. 5 ст. 135 и ч. 1 ст. 138 УПК РФ.

Как усматривается из материалов дела, Г. был задержан в порядке ст. 91, 92 УПК РФ 6 июля 2006 года по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Постановлением суда 7 июля 2006 года в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 29 декабря 2006 года постановлением следователя прокуратуры Г. был освобожден из-под стражи. 23 января 2007 года ему предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 115 УК РФ. Уголовное дело в дальнейшем было прекращено на основании п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отказом от обвинения потерпевшего Ф.

Факт утраты Г. заработка за период нахождения его под стражей с 6 июля 2006 года по 29 декабря 2006 года подтвержден документально, данные документы являлись предметом исследования в ходе судебного заседания. У суда не было оснований сомневаться в достоверности предъявленных и исследованных судом документов, поэтому суд обоснованно принял решение о возмещении Г. имущественного вреда в части утраты заработной платы за время нахождения под стражей.

При этом факт получения Г. заработной платы в тех размерах, которые указаны в платежных ведомостях и расходных кассовых ордерах, подтверждается финансовыми документами ЗАО Торговый дом "Бест Трейд", а также заверенными надлежащим образом налоговым органом - ИФНС N 6 справками о доходах физического лица - Г. за 2005-2006 гг. Размер дохода Г. в указанный период подтверждается и данными, представленными управлением пенсионного фонда в г. Лысьва Пермского края.

Расхождений в первичных документах, представленных Г., и документов, представленных контролирующим органом - ИФНС N 6, а также управлением пенсионного фонда РФ в г. Лысьва Пермского края, судом не установлено.

Расчет среднемесячного заработка произведен в соответствии с требованиями закона, в соответствии с Положением "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", утвержденным Постановлением Правительства РФ от 11 апреля 2003 года N 213 (с изменениями от 24 декабря 2007 года), исходя из данных о зарплате Г. за 12 месяцев, предшествующих аресту, а также с учетом районного коэффициента.

С учетом изложенного президиум, не усмотрев оснований для отмены состоявшихся по делу судебных решений, в удовлетворении надзорной жалобы представителя Министерства финансов РФ отказал.

В своем постановлении президиум также указал, что вопросы начисления и взыскания налога на доходы физических лиц отнесены к компетенции налоговых органов, в связи с чем доводы жалобы в этой части оставлены без рассмотрения.

(Дело N 44-у-2133, Лысьвенский городской суд)

 

Судебная коллегия по уголовным делам

Пермского краевого суда

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2017       |       Обратая связь