Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ПРЕЗИДИУМ ПЕРМСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 16 июля 2010 г. по делу N 44у-2983-2010

 

Судья Бородачев Н.И.

 

Президиум Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Вельянинова В.Н.,

членов президиума Акуловой И.Р., Бестолкова А.И., Бузмаковой О.Н., Суворова С.А.,

при секретаре О.

рассмотрев надзорную жалобу осужденного П. о пересмотре приговора Мотовилихинского районного суда г. Перми от 21 мая 2009 года, которым

П., <...> рождения, не судимый, осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В кассационном порядке приговор не обжаловался.

Заслушав доклад судьи краевого суда Симбиревой О.В., изложившей обстоятельства дела, доводы надзорной жалобы и мотивы вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, выступление адвоката Малюковой Н.С. в поддержание доводов надзорной жалобы осужденного, а также просившей признать смягчающими наказание обстоятельства, предусмотренные в п.п. "з, к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, мнение заместителя прокурора Пермского края Малышевой Л.Н. об изменении приговора суда, президиум

 

установил:

 

по приговору суда П. признан виновным в причинении тяжкого вреда здоровью ФИО1, повлекшего по неосторожности 20 февраля 2009 года смерть потерпевшей.

Преступление совершено 15 февраля 2009 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В надзорной жалобе осужденный П. поставил вопрос о переквалификации его действий с ч. 4 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 111 УК РФ или на более мягкий закон, и снижении наказания с применением ст. 64 УК РФ. В обоснование своих доводов указывает, что смерть потерпевшей наступила не в результате его действий, а после проведенной операции, как это следует из показаний свидетеля ФИО2, которые не учтены судом. Утверждает, что преступление им совершено в состоянии аффекта, между тем по делу не проведено обследование его психического здоровья. Считает, что при назначении наказания суд учел тяжкие последствия совершенного преступления - смерть человека, являющиеся обязательным признаком преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, а также в не в полной мере учел совокупность смягчающих наказание обстоятельств - положительную характеристику, явку с повинной, активное способствование раскрытию преступления.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы надзорной жалобы, президиум находит приговор суда подлежащим изменению на основании ст. 382 УПК РФ, то есть в связи с неправильным применением уголовного закона.

Выводы суда о виновности П. в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО1, опасного для ее жизни, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которые исследованы в судебном заседании, оценены соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ и приведены в приговоре.

Так, из показаний осужденного П. следует, что 15 февраля 2009 года между ним и ФИО1 произошел конфликт, поскольку она сообщила ему, что на протяжении недели в его отсутствие ФИО3 принуждал ее к интимной близости. Он разозлился, стал выяснять у ФИО1 почему она ему не сказала об этом раньше, в ходе ссоры, взял в руки нож и ударил им в шею потерпевшей.

Из протокола явки с повинной П. следует, что он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры на почве ревности, схватил нож и ударил им сожительницу ФИО1 в шею.

Свидетель ФИО3 пояснил, что 15 февраля 2009 года он совместно с П. и ФИО1 употреблял спиртные напитки, около 16 часов между П. и ФИО1 произошла ссора, причину которой он не знает, но он видел, как в комнате он нанес ей два удара кулаком по лицу, после этого в течение вечера они продолжали ссориться, а около 23 часов услышав глухой удар, он увидел, что ФИО1 лежит на полу, в тот же момент вышел из кухни П., в руке держал нож, с клинка ножа стекала кровь, он вызвал скорую помощь, а П. пытался привести ФИО1 в чувства.

Кроме того, вина осужденного установлена показаниями потерпевшего ФИО4, свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО7, заключением судебно-медицинского эксперта, из которого следует, что смерть ФИО1 наступила от сочетанной травмы тела (закрытой черепно-мозговой травмы и колото-резаных ранений лица и шеи) сопровождавшейся ушибами мягких тканей головы, травматизацией головного мозга, повреждением мягких тканей, общей сонной артерии и внутренней яремной вены, с последующей кровопотерей. Данные повреждения расценены в комплексе и по степени тяжести квалифицированы как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Суд, исследовав, проанализировав и оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями со ст. 88 УПК РФ, сделал правильный вывод о виновности П. в совершении преступления, предусмотренного по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Версия П. о совершении им преступления в состоянии сильного душевного волнения является несостоятельной, поскольку совокупность собранных по делу доказательств, характер действий осужденного до и после совершения им преступных действий, нахождение его в состоянии алкогольного опьянения, его контроль за своим поведением, отсутствие со стороны потерпевшей действий, которые могли бы вызвать аффект, наличие длительного временного промежутка между сообщением потерпевшей о действиях ФИО3 и неправомерными действиями осужденного, позволяет сделать вывод о том, что действия осужденного обусловлены личными неприязненными отношениями и совершены им в ходе ссоры.

Принимая во внимание изложенное, а также то, что на учете в психиатрической больнице П. не состоял, пояснял о том, что преступление совершил в результате возникшей ссоры, стороной защиты не ставился вопрос о необходимости в проведения психолого-психиатрической экспертизы, поэтому у суда не было оснований для ее назначения.

Нельзя согласиться с доводами осужденного о том, что смерть потерпевшей наступила после проведенной операции, а не в результате его действий, поэтому он должен нести ответственность по ч. 1 ст. 111 УК РФ, поскольку они противоречат материалам дела.

П. не отрицает, что ударил потерпевшею ножом в шею.

С телесными повреждениями в области головы и шеи в состоянии клинической смерти ФИО1 была доставлена в больницу, где, несмотря на принятые меры, направленные на спасение жизни, умерла.

Причиной смерти явилась сочетанная травма тела (закрытая черепно-мозговая травма и колото-резаные ранения лица и шеи), сопровождавшейся ушибами мягких тканей головы, травматизацией головного мозга, повреждением мягких тканей, общей сонной артерии и внутрияремной вены с последующей кровопотерей.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта травма, причиненная потерпевшей ФИО1, квалифицирована им, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями - смертью потерпевшей.

В судебном заседании судебно-медицинский эксперт ФИО8 утверждал, что черепно-мозговая травма и ранение шеи, каждое относится по степени тяжести к тяжким, опасным для жизни и могло привести к наступлению смерти.

Учитывая орудие преступления, локализацию телесных повреждений, суд обоснованно пришел к выводу, что действия осужденного были направлены на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1, а то обстоятельство, что ее смерть наступила не сразу, не влияет на квалификацию его действий.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ, при назначении наказания лицу, признанному виновным в совершении преступления, судом учитываются характер и степень общественной опасности содеянного и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При решении вопроса о наказании суд в должной степени учел характер и степень общественной опасности совершенного П. преступления, данные о его личности, наличие смягчающих наказание обстоятельств: признание вины, раскаяние и явку с повинной, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства - активного способствования раскрытию преступления, у суда не имелось.

По смыслу уголовного закона, активное способствование раскрытию преступления выражается в том, что виновный предоставляет органам предварительного следствия информацию, до того им неизвестную: указывает на место нахождения орудий преступления, помогает в организации и проведении следственных действий, предоставляет вещественные доказательства.

Материалами дела эти обстоятельства не подтверждены, П. явился с повинной и признал вину, что учтено судом в должной мере и не может расценено еще и как активное способствование раскрытию преступления.

Поскольку в судебном заседании не установлено, что своими противоправными или аморальными действиями потерпевшая спровоцировала осужденного на совершение преступления, то отсутствуют основания для признания смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Что касается ссылки на необходимость учесть такое смягчающее наказание обстоятельство, как оказание медицинской и иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления, то с ним согласиться нельзя.

Из показаний свидетеля ФИО3 следует, что именно он вызвал бригаду "Скорой помощи", П. лишь тряс ФИО1 и просил у нее прощения, именно врачи оказывали ей первую медицинскую помощь.

Из справки городской клинической больницы N 4, а также показаний свидетеля ФИО2 (врача отделения сердечно-сосудистой хирургии) следует, что потерпевшая была доставлена в состоянии клинической смерти.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что достаточных оснований для применения к П. обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных в п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, не имеется.

Поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не установлено, то отсутствуют основания для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление.

Вместе с тем, в соответствии с ч. 2 ст. 63 УК РФ, если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания.

Так, назначая П. наказание, суд учел в качестве влияющего на наказание обстоятельства наступление в результате преступных действий тяжких последствий.

Однако тяжкие последствия - смерть потерпевшей - являются признаком состава преступления, за которое осужден П., и не могут дополнительно учитываться при назначении наказания.

Указав на отсутствие отягчающих наказание осужденного обстоятельств, суд вышеуказанное обстоятельство фактически учел в качестве такового.

Учитывая изложенное, президиум считает необходимым исключить из приговора указание на это обстоятельство и, соответственно, снизить назначенное осужденному наказание.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 408-410 УПК РФ, президиум

 

постановил:

 

надзорную жалобу осужденного П. удовлетворить частично.

Приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми 21 мая 2009 года отношении П. изменить:

- исключить из приговора указание при назначении наказания о наступлении в результате преступления тяжких последствий;

- наказание, назначенное ему за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ снизить до 8 лет 9 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения.

 

Председательствующий

ВЕЛЬЯНИНОВ В.Н.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь