Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ПЕРМСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 22 июля 2010 г. по делу N 33-5848

 

Судья Семиколенных С.М.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего Бузмаковой О.В., судей Ворониной Е.И., Валуевой Л.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Перми 22 июля 2010 года дело по кассационной жалобе ИП Т. на решение Дзержинского районного суда г. Перми от 20 мая 2010 года, которым постановлено:

Взыскать с ИП Т. в пользу И. компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, в возврат госпошлины 100 рублей, в удовлетворении остальной части иска отказать.

Ознакомившись с материалами дела, заслушав доклад судьи Бузмаковой О.В., пояснения представителя ИП Т. - К., истца И., ее представителя В., судебная коллегия

 

установила:

 

И. обратилась суд с иском к Индивидуальному предпринимателю Т. о взыскании компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей, расходов по оплате госпошлины 100 рублей, расходов по оплате услуг адвоката в сумме 7 000 рублей.

Заявленные требования мотивировала тем, что с 01.07.2008 г. она работала у ИП Т. "профессия" склада N <...> компании "Название", расположенной по адресу: <...>, о трудоустройстве был составлен трудовой договор N <...> от 01.07.2008 г. 12.02.2009 г. около 17 часов 35 минут она закончила работу и направилась к выходным дверям склада, хотела пойти домой. В этот момент стоявшие на рампе склада поддоны, загруженные коробками с замороженным куриным мясом упали на нее. Общий вес упавших коробок составлял 900 кг. Для нее была вызвана бригада скорой помощи и сотрудники МЧС, ее доставили в больницу.

С 13.02.2009 г. по 19.03.2009 г. она находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении в МУЗ ЦРБ Пермского муниципального района. Ей был поставлен диагноз: сочетанная травма головы, позвоночника, груди, нижних конечностей. Закрытый неосложненный компрессионный перелом L3 позвонка 1 степени. ЗТГ. Перелом 6 ребра справа без легочно-плевральных осложнений. Закрытый перелом внутреннего мыщелка левого бедра без смещения. Закрытый вывих ногтевой фаланги 1 пальца, средней фаланги 2 пальца правой стопы. ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга. Ушиб мягких тканей тела. В дальнейшем она проходила амбулаторное лечение у хирурга, невропатолога.

По данному факту был составлен акт о несчастном случае на производстве, а также проводилась проверка в СО по Свердловскому району г. Перми СУ следственного комитета при прокуратуре РФ по Пермскому краю на предмет возбуждения уголовного дела по ч. 1 ст. 143 УК РФ. 10.03.2009 г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Ответчик добросовестно выплачивал ей пособия по временной нетрудоспособности, оплатил производство платных медицинских услуг.

Однако, до настоящего времени она испытывает постоянные боли в области шейного, грудного и поясничного отделов позвоночника, не может свободно передвигаться, с трудом садится и встает, вынуждена продолжать лечение. Как пояснил ей лечащий врач, значительного улучшения ее состояния здоровья не предвидится. По заключению МСЭ в связи с трудовым увечьем утрачено 10% профессиональной трудоспособности.

Она не могла исполнять далее свои трудовые обязанности у ответчика по состоянию здоровья, ей пришлось написать заявление об увольнении по собственному желанию от 28.09.2009 г. Она перенесла тяжелые физические и нравственные страдания в связи с трудовым увечьем.

Впоследствии истец уточнила исковые требования, просила взыскать с ИП Т. в ее пользу утраченный заработок в сумме 204 000 рублей, 44 000 рублей для оплаты санаторно-курортного лечения, моральный вред 200 000 рублей.

Затем вновь уточнила исковые требования, просила взыскать с ИП Т. в ее пользу утраченный заработок в сумме 204 000 рублей, моральный вред 200 000 рублей, в будущем утраченный заработок в размере 10% от среднего месячного заработка, расходы на лечение, приобретение лекарств и санаторно-курортное лечение, расходы на проезд, связанные с лечением.

В судебном заседании истица не присутствовала, ее представитель настаивал на удовлетворении иска.

Ответчик о дне и месте судебного разбирательства извещен, просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Представители ответчика не оспаривают причинение морального вреда истице, однако считают, что размер компенсации явно завышен, просят учесть то обстоятельство, что после причинения травмы истице, ответчиком в добровольном порядке возмещался вред здоровью истице путем оплаты лекарств, приобретения специальных средств, оплаты больничных листов.

Определением Дзержинского районного суда г. Перми от 20.05.2010 года принят отказ И. от иска к ИП Т. в части взыскания 44 000 рублей оплаты за санаторно-курортное лечение, производство по делу в этой части прекращено.

Определением Дзержинского районного суда г. Перми от 20 мая 2010 года принят отказ И. от иска к ИП Т. в части взыскания расходов по оплате услуг адвоката в размере 7 000 рублей, производство по делу в этой части прекращено.

Определением Дзержинского районного суда г. Перми от 20 мая 2010 года исковые требования И. к ИП Т. о взыскании утраченного заработка 204 000 рублей, в будущем утраченного заработка в размере 10% от среднего месячного заработка, расходов на лечение, приобретение лекарств и санаторно-курортное лечение, расходов на проезд, связанных с лечением, выделены в отдельное производство.

По требованиям истицы о компенсации морального вреда судом постановлено приведенное выше решение, об отмене которого просит в кассационной жалобе ответчик, ссылаясь на то, что решение суда является незаконным и необоснованным.

Судом установлено, что временная утрата профессиональной трудоспособности на 10%, физические и нравственные страдания, перенесенные И., целиком и полностью являются следствием несчастного случая на производстве 12.02.2009 г. Т. полагает, что материалы дела, в том числе заключение назначенной судом экспертизы содержат данные, подтверждающие наличие прочих, помимо полученных при несчастном случае повреждений здоровья и хронических заболеваний, которые могут оказать влияние как на состояние здоровья, так и на трудоспособность И. Таким образом, боль, повреждение здоровья, дискомфорт, переживания как формы физических и нравственных страданий, подлежащих компенсации, хотя и находятся в причинно-следственной связи с несчастным случаем на производстве, за который несет ответственность Т., но могут быть обусловлены и иными, отраженными в медицинских документах повреждениями здоровья и заболеваниями. Судом не проведена оценка этих обстоятельств, несмотря на указание необходимости их учета представителями ответчика. Мотивов и оснований, по которым суд счел последствия несчастного случая единственной причиной перенесенных И. страданий в решении не приведено.

Ответчик полагает, что судом не учтен тот факт, что неосторожность И. являлась одной из причин несчастного случая на производстве, что отражено в акте, приобщенном к материалам дела. Указаний в решении на рассмотрение данного обстоятельства, оценку представленных сторонами доказательств по этому вопросу в решении не имеется (указано только на принятие во внимание степени вины Т.).

Судом также не учтено то обстоятельство, что истицей по собственной инициативе были прекращены трудовые отношения с Т., несмотря на обеспечение ей условий труда в соответствии с медицинскими показаниями. И., несмотря на повреждения здоровья, были обеспечены облегченные условия труда, сохранена заработная плата в соответствии с квалификационными требованиями к новому месту работы. Данные факты были подтверждены в судебном заседании, как представителями ответчика, так и самой И. Решение не содержит оценки указанных фактов, а также сведений о том, что они были учтены судом при вынесении решения.

С учетом вышеизложенного ответчик полагает, что при определении размера компенсации морального вреда, судом не были приняты во внимание указанные выше обстоятельства, в связи с чем требование о соблюдении принципа разумности и справедливости при определении размера компенсации морального вреда судом не выполнено.

Судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда по доводам, изложенным в кассационной жалобе.

В силу ст. 212 ч. 1 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу ст. 151 ч. 1 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Судом первой инстанции установлено, что И. с 01.07.08 г. работала у ИП Т. на должности кладовщика.

12.02.09 г. в 17 ч. 35 мин., выходя со склада, где на погрузо-разгрузочной рампе осуществлялись работы погрузки продуктов питания, на И. произошло падение паллетов с коробками, в которых находились мороженные куриные окорочка, в результате чего истице были причинены телесные повреждения в виде закрытого неосложненного перелома тела третьего поясничного позвонка с клиновидной компрессией 1 степени, закрытый перелом внутреннего мыщелка левого бедра без смещения, закрытые вывихи ногтевой фаланги 1 пальца, средней фаланги 2 пальца правой стопы, сотрясение головного мозга, ушибы мягких тканей тела. И., в результате трудового увечья, утратила профессиональную трудоспособность с 21.09.09 г. до 01.10.10 г. в размере 10%. По заключению ГУ ПРОФСС РФ повреждение здоровья И., квалифицировано как несчастный случай на производстве, признанный страховым. Истец находилась на лечении в стационаре с 13.02.09 г. по 19.03.09 г. и на амбулаторном лечении в травматологическом отделении ЦРБ по сентябрь 2009 г.

Установив выше указанные обстоятельства, проанализировав собранные по делу доказательства, суд пришел к законному и обоснованному выводу о том, что факт причинения истице по вине ответчика, не обеспечившего безопасные условия на производстве, физических и нравственных страданий, а, следовательно и причинения истице морального вреда в результате произошедшего несчастного случая, в ходе судебного разбирательства был с достоверностью установлен, и этот факт является основанием для взыскания с ответчика в пользу истца денежной компенсации.

Вывод суда о необходимости возмещения морального вреда основан на надлежащей оценке доводов сторон и обстоятельств данного дела, сделан с учетом того, что в результате данного несчастного случая истица испытала эмоциональное потрясение, физическую боль и переживания в связи с повреждением ее здоровья. Размер денежной компенсации морального вреда определен судом с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для его определения, с учетом обстоятельств, на которые ссылалась истица в обоснование своих требований, с учетом выдвинутых ответчиком возражений. В частности, при определении размера компенсации морального вреда, суд принимал во внимание степень вины нарушителя, а именно: не выполнение ответчиком законодательства в части не обеспечения безопасных условий, охраны труда; степень физических и нравственных страданий истицы; получение увечья женщиной трудоспособного возраста, с утратой профессиональной трудоспособности в размере 10% на период до 01.10.10 г.; квалификацию факта повреждения здоровья, как несчастный случай на производстве; тяжесть вреда, причиненного ее здоровью, длительность страданий - нахождение в стационаре, амбулаторном лечении с 12.02.09 г. по сентябрь 2009 г. Правильно судом учитывались фактические обстоятельства, а именно, что травма произошла при выходе истицы с работы; что истица на момент травмы проработала у ответчика восемь месяцев; что работодателем в добровольном порядке, помимо установленных выплат по социальному страхованию, были понесены расходы на приобретение медикаментов, специальных средств для истицы, была оказана помощь в больнице, что является заслуживающим обстоятельством. Кроме того, суд руководствовался принципами разумности и справедливости. С учетом изложенного доводы жалобы ответчика о завышенной сумме компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, о несоблюдении судом принципа разумности и справедливости при определении размера компенсации морального вреда, являются необоснованными. Оснований для иной оценки обстоятельств, учтенных судом при определении размера денежной компенсации морального вреда, взысканной судом в пользу И., определения размера денежной компенсации морального вреда в иной сумме, судебная коллегия не усматривает.

Совокупности собранных по делу доказательств - объяснениям сторон, письменным доказательствам - судом дана надлежащая оценка, выводы суда, положенные в основу решения, должным образом мотивированы.

Доводы жалобы ответчика о необоснованности вывода суда о том, что единственной причиной физических и нравственных страданий истицы является несчастный случай, произошедший 12.02.2009 года; о наличие у истицы прочих, помимо полученных при несчастном случае повреждений здоровья и хронических заболеваний, которые могут оказать влияние как на состояние здоровья, так и на трудоспособность И.; о том, что боль, повреждение здоровья, дискомфорт, переживания как формы физических и нравственных страданий, подлежащих компенсации, хотя и находятся в причинно-следственной связи с несчастным случаем на производстве, за который несет ответственность Т., но могут быть обусловлены и иными, отраженными в медицинских документах повреждениями здоровья и заболеваниями, не являются основанием к отмене или изменению решения суда. При определении размера компенсации морального вреда судом учитывались только те телесные повреждения, которые были причинены истице в результате несчастного случая, произошедшего 12.02.2009 года. Наличие у истицы иных повреждений здоровья и заболеваний, не находящихся в причинно-следственной связи с несчастным случаем на производстве, основанием для компенсации морального вреда не являлось.

Доводы жалобы ответчика о том, что неосторожность И. являлась одной из причин несчастного случая на производстве, не могут быть приняты во внимание. Исходя из положений п. 2 ст. 1083 ГК РФ виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Как следует из акта о несчастном случае на производстве, причинами несчастного случая явилось неаккуратное складирование груза, невнимательность пострадавшей И. в зоне ведения погрузочных работ (л.д. 8-9 том 1). Невнимательность И. не может быть отнесена к грубой неосторожности, поскольку при грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность. Однако, доказательства о нарушении И. обычных, очевидных для всех требований, в материалах дела отсутствуют, ответчиком не представлены. Судебная коллегия расценивает невнимательность И. в зоне ведения погрузочных работ, как простую неосмотрительность, не влияющую на размер возмещения вреда.

Доводы жалобы ответчика о том, что истицей по собственной инициативе были прекращены трудовые отношения с Т., несмотря на обеспечение ей условий труда в соответствии с медицинскими показаниями; о том, что И., несмотря на повреждения здоровья, были обеспечены облегченные условия труда, сохранена заработная плата в соответствии с квалификационными требованиями к новому месту работы, не являются основанием к отмене или изменению решения суда. Указанные обстоятельства не влияют на размер компенсации морального вреда, определенный судом с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для его определения.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Ссылаясь на незаконность решения и несоответствие выводов суда материалам дела, ответчик, по существу, настаивает на переоценке представленных в материалах дела доказательств. Принимая во внимание вышеизложенное, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется. Доводы, приведенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о неправильности постановленного судом решения.

Правовых оснований к отмене решения суда, установленных требованиями ст. 362-364 ГПК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. 193, 361 ГПК РФ судебная коллегия,

 

определила:

 

Кассационную жалобу ИП Т. на решение Дзержинского районного суда г. Перми от 20 мая 2010 года оставить без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь