Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 августа 2010 г. по делу N 33-24389/2010

 

Судья суда первой инстанции: Ефремов С.А.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе

председательствующего Кобыленковой А.И. и судей Пильгановой В.М., Карпушкиной Е.И., с участием адвоката Дороговой Н.Н., при секретаре С., заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Пильгановой В.М. дело по кассационной жалобе Ч. на решение Перовского районного суда г. Москвы от 24 мая 2010 года, которым постановлено:

Исковые требования Ц. к Ч.А. об определении долей в праве совместной собственности удовлетворить.

Прекратить право общей совместной собственности жилого помещения, расположенного по адресу: <...>, для Ц. и Ч.А.

Определить право собственности с определением долей каждого собственника, определив за Ц. и Ч.А. право собственности за каждым по 1/2 доли жилого помещения, расположенного по адресу: <...>.

В удовлетворении исковых требований Ч. к Ц., Ч.А., Департаменту жилищной политики и жилого фонда г. Москвы о признании договора частично недействительным, включении в число собственников, признании права собственности - отказать,

 

установила:

 

Истец Ц. обратилась в суд с иском к Ч.А. об определении долей в праве общей собственности в жилом помещении, расположенном по адресу: <...>

При этом истец ссылалась на то, что указанную жилую площадь она с супругом Ч.А. приобрела в порядке приватизации в совместную собственность без определения долей. В настоящее время возникла необходимость определения долей, однако, ответчик возражает.

Истец Ч. обратилась в суд с иском к ответчикам Ц., Ч.А., ДЖП и ЖФ г. Москвы о признании сделки приватизации жилого помещения по адресу: <...>, частично недействительной, включении ее в число собственников данного жилого помещения, определив каждому по 1/3 доли квартиры. При этом ссылалась на то, что на момент приватизации квартиры она была несовершеннолетней и имела равные права с ответчиками, однако, без согласия органов опеки и попечительства не была включена в число собственников жилого помещения, тем самым нарушены ее права.

Суд постановил приведенное выше решение, об отмене которого по доводам кассационной жалобы просит заявитель Ч.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения представителя Ч. - адвоката Дорогову Н.Н., Ч.А., возражения представителя Ц. по доверенности Г., обсудив доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда и считает его правильным.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Ц. (в период брака Ч.Т.) и Ч.А. являются участниками общей совместной собственности в виде квартиры, расположенной по адресу: <...>, на основании договора передачи в порядке приватизации N <...> от 25 ноября 1992 года., который был зарегистрирован в ДЖП и ЖФ г. Москвы 20 января 1993 года, о чем было выдано свидетельство о собственности N <...>.

Ч. - дочь Ц. и Ч.А., на момент приватизации являлась несовершеннолетней и была зарегистрирована по указанному адресу.

В настоящее время в спорной квартире зарегистрированы: Ц., Ч.А. и Ч.

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона ничтожна.

Ц. и представитель ДЖП и ЖФ, являющиеся ответчиками по иску Ч., сделали заявление о пропуске Ч. срока исковой давности.

В соответствии со ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному основанию начинается со дня, когда началось исполнение сделки.

Судом было установлено, что сделка по приватизации жилого помещения была исполнена в момент регистрации в Департаменте муниципального жилья г. Москвы - 20 января 1993 года и с момента ее исполнения прошло более 17 лет.

При таком положении суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что истец Ч. пропустила срок исковой давности, что в силу ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в иске, и соответственно правомерно отказал Ч. в удовлетворении иска.

В соответствии со ст. 254 Гражданского кодекса Российской Федерации раздел общего имущества между участниками совместной собственности могут быть осуществлены после определения доли каждого.

Судом установлено, что Ц. и Ч.А. не достигли согласия на раздел совместного имущества.

При таком положении суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования Ц., правильно исходил из положений ст. 254 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой при разделе имущества участников совместной собственности их доли должны быть равными, и обоснованно признал право собственности на спорную квартиру за Ц. и Ч.А. по 1/2 доли за каждым.

Довод заявителя в кассационной жалобе об отсутствии разрешения органов опеки и попечительства на приватизацию спорной квартиры не может служить основанием для отмены судебного решения, поскольку на момент заключения договора передачи от 25 ноября 1992 года действовал ГК РСФСР, который не содержал норм, устанавливающих необходимость получения разрешения органов опеки и попечительства на совершение сделок с квартирой, в которой проживает несовершеннолетний.

Кроме того, во время заключения договора передачи указанного жилого помещения в собственность Ц. и Ч.А. действовал Закон РСФСР в редакции от 04 июля 1991 года N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в РСФСР".

В соответствии со ст. 2 вышеуказанного Закона граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность. Таким образом, действовавшее на тот момент законодательство предусматривало необходимость согласия только совершеннолетних членов семьи.

Несостоятелен и довод Ч. о том, что о сделке по приватизации квартиры ей стало известно лишь 11 января 2010 года, поскольку в данном случае срок исковой давности исчисляется не с момента, когда стало известно о совершенной сделке, а с момента ее исполнения.

Доводы заявителя Ч. о том, что суд неправильно применил срок исковой давности, несостоятелен, поскольку основан на неправильном толковании закона.

Доводы кассационной жалобы Ч. не могут служить основанием к отмене решения суда, поскольку они по существу сводятся к переоценке доказательств, исследованных судом первой инстанции.

Между тем при рассмотрении дела, суд первой инстанции оценил доказательства по делу по правилам ст. 67 ГПК Российской Федерации.

При рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, а поэтому оснований к отмене решения суда по доводам кассационной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 360, ст. 361 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда

 

определила:

 

Решение Перовского районного суда г. Москвы от 24 мая 2010 года оставить без изменения, кассационную жалобу Ч. - без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь