Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

КИРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 14 сентября 2010 г. по делу N 22-3347

 

Судья Втюрин А.Л.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Кировского областного суда в составе:

председательствующего Овчинникова А.Ю.

и судей коллегии Прыткова А.А., Нопиной Р.В.

с участием прокурора Лусниковой Е.А.

при секретаре Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании 14 сентября 2010 года дело по кассационной жалобе адвоката Шутова А.М. на приговор Кильмезского районного суда Кировской области от 11 августа 2010 г., которым

Ш., Дата обезличена

осужден:

- по ст. 260 ч. 3 УК РФ - к наказанию в виде штрафа в размере 500 000 рублей.

Мера пресечения осужденному оставлена прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Взыскано с Ш. в доход государства, в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, государственному лесному фонду 255 755 рублей.

Решена судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи областного суда Нопиной Р.В., выслушав мнение прокурора Лусниковой Е.А., полагавшей приговор оставить без изменения судебная коллегия

 

установила:

 

Ш. осужден за то, что при указанных в приговоре суда обстоятельствах в период с 7 по 31 августа 2009 г. совершил незаконную рубку лесных насаждений 8 и 14 выделах 78 квартала Ломиковского Участкового лесничества Кильмезского лесничества на территории Кильмезского района Кировской области на общую сумму 255 755 рублей, причинив Лесному Фонду Российской Федерации имущественный ущерб в особо крупном размере.

В суде Ш. вину не признал.

В кассационной жалобе защитник осужденного - Шутов А.М. указывает о незаконности приговора в связи с нарушением судом норм материального и процессуального права. Вменив совершение вырубки древесины по единому умыслу, суд сделал выводы, не соответствующие обстоятельствам дела, не применил те статьи уголовного закона, которые должны быть применены.

Полагает, что судом нарушены положения ст. 49 Конституции РФ, ст. ст. 5, 8 УК РФ, ст. ст. 14 и 17 УПК РФ.

Считает, что вина Ш. в совершении инкриминируемого деяния не доказана, изложенные в приговоре доказательства таковыми не являются, показания свидетелей и представителя потерпевшего являются предположениями.

В жалобе защитник анализирует показания представителя потерпевшего ФИО1 и приходит к выводу, что из них нельзя сделать вывод о том, что вина Ш. в вырубке деревьев вдоль старых волоков подтверждается, а свидетель неоднократно утверждал, что ему неизвестно о предполагаемых местах трелевки леса, ему неизвестно, кто вырубил деревья вдоль старых волоков и на волоках, а он лишь предполагает, что незаконную рубку лесных насаждений совершил Ш.

Полагает, что показания ФИО2 противоречивы, а их смысл судом искажен, как и показания других свидетелей. ФИО2 лишь предположил, что незаконную рубку деревьев совершил Ш., но суд намеренно упустил показания ФИО2, что он не видел, кто ее произвел. Полагает, что обнаружение трелевочных чекарей, принадлежность которых не установлена, указывает о присутствии на месте происшествия других лиц а кроме Ш. на погрузочной площадке работали ФИО3 и ФИО4, которые не являются членами бригады Ш.

Члены бригады Ш., как и он сам показали, что за пределами волока древесину не рубили.

Полагает, что показания Ш. в той части, что деревья рубили по волоку по мере необходимости проезда, сначала для проезда трактора, затем срубали при трелевке деревьев, если трелюющиеся деревья зажимались при трелевке, и его показания в этой части подтверждаются показаниями свидетелей ФИО5 и ФИО6.

Из этого делает вывод, что умысел на рубку деревьев на волоке не охватывался единым умыслом, а умысел возникал по каждому отдельному дереву в ходе работ, Вывод же суда о едином умысле на рубку всех 20 деревьев ничем не обоснован.

Обращает внимание, что должностные лица - служащие Лесного отдела не исполнили свои служебные обязанности и взвалили на представителя покупателя лесных насаждений составление договоров купли-продажи, схем путей вывозки, не проверили на местности, не заклеймили деревья на путях вывозки.

Считает, что объективная сторона действий Ш., цель каждого действия, какие действия и каким умыслом охватывались, не установлены. Суд не выяснил, вырубил ли Ш. деревья в условиях крайней необходимости или во исполнение технологических документов, не привел доказательств, подтверждающих время и места вырубки деревьев.

Суд не принял во внимание показании свидетеля ФИО7 о возможных возникновениях затруднения покупателей с вывозкой древесины от отведенной лесосеки, и свидетелей ФИО5 и ФИО6 о том. что деревья на волоке вырубили не в один раз, а когда они начинали мешать вывозке древесины в период всей работы.

Обращает внимание, что свидетель ФИО8, по показаниям Ш., подтвержденным фактом подписания договоров купли-продажи лесных насаждений с технологической картой, согласился с указанными в ней волоками и согласился включить вырубленную на волоках древесину в счет древесины, вырубленной в лесосеке.

Суд не принял во внимание, что на разделочной площадке, которую использовал Ш. со своей бригадой 27 августа 2009 года находились ФИО3 и ФИО4, грузившие древесину самостоятельно.

Обращает внимание, что в протоколах осмотра места происшествия свежесть спиленных деревьев определена "на глазок", без экспертиз и специальных исследований

Суд не учел, что период вырубки, согласно показаниям свидетелей, меньше на три дня, чем указанный в протоколе период с 7.08.09 г. по 31.08.09 г.

Считает, что Ш. не виновен в вырубке древесины на волоке, в том, что ему пришлось срубить деревья на волоке, а вина в этом Лесного отдела, подписавшего документы о данных волоках и не указавшего на местности иных путей. Полагает, что имело место объективное вменение за невиновное причинение ущерба, и этот ущерб необходимо исключить из всего инкриминируемого ущерба, т.к. очевидно, что этот ущерб Ш. причинил по вине неисполнения своих служебных обязанностей должностными лицами лесного хозяйства. Считает, что в этой части ущерба идет речь о самоуправных действиях, не содержащих состава преступления ввиду незначительности ущерба, либо только о гражданско-правовых отношениях. Причинение второй части ущерба не доказано, поэтому не может быть вменено Ш.

Просит приговор отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием в действиях Ш. состава преступления.

В дополнении к жалобе защитник Шутов А.М. обращает внимание на то, что представителем потерпевшего не был обоснован расчет инкриминируемого Ш. ущерба. Ссылаясь на справочник таксатора Гослесбумиздата 1952 года издания, указывает, что сумма кубометров вырубленной древесины составляет от 38,56 кубометров до 24,02 кубометра, т.е. менее инкриминируемого ущерба. Просит учесть указанное обстоятельство, как дополнительное основание к возвращению дела на новое рассмотрение.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы и дополнения к ней, судебная коллегия находит приговор суда законным и обоснованным.

Доводы жалобы защитника о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушении норм материального и процессуального права, несостоятельны.

Вина Ш. в совершении незаконной рубки лесных насаждений в особо крупном размере подтверждена собранными и проверенными в суде доказательствами, которые изложены в приговоре:

Свидетель ФИО8 суду пояснил, что он не разрешал Ш., а также ФИО6 и ФИО5 производить рубку за пределами лесосеки и расширять старый трелевочный тракта, и он на это не уполномочен. 27.08.2008 г. он обнаружил незаконную порубку в 78-м квартале, о чем сообщил в Лесной отдел.

Представитель потерпевшего ФИО1, пояснил, что о незаконной рубке деревьев в квартале 78 Ломиковского участкового лесничества Кильмезского лесничества ему стало известно от лесничего ФИО8. При выезде на место в 8 и 14 выделах он видел пеньки, замаскированные мхом и порубочными остатками. Незаконно были срублены наиболее крупные, качественные и дорогие деревья. Ш. после выявления незаконной рубки говорил ему, о том, что он рубил деревья для проезда к делянке.

Считает, что незаконную рубку лесных насаждений совершил Ш., т.к. с момента заключения договора и до обнаружения незаконной рубки лесных насаждений в этом квартале работала только бригада Ш., что подтверждается следами одного трактора, ведущими от места незаконной рубки к разделочной площадке. Трелевалась древесина на одну разделочную площадку, и разделка древесины производилась в одном месте.

Согласно технологической карте разработки лесосек, въезд в лесосеки осуществлялся по имеющейся дороге - бывшему трелевочному волоку, проходящему через выделы 8 и 14 78-го квартала.

Свидетель ФИО2 суду пояснил, что в июле 2009 г. он с ФИО7, ФИО9 и лесничим ФИО8 провел контрольную проверку отвода лесосеки в выделе 15 квартала 78 Ломиковского участкового лесничества, при этом он разговаривал с ФИО7 по вопросу трелевки древесины, на что ФИО7 ответил, что к указанной лесосеке вплотную подходит старый трелевочный волок, по нему и будет проходить трелевка древесины.

После обнаружения незаконного выруба он выезжал на место незаконной рубки, где незаконно срубленные деревья были замаскированы мхом и порубочными остатками. Считает, что незаконную рубку деревьев совершил Ш., поскольку кроме него в выделе никто не работал, а от лесосеки к погрузочной площадке вели следы одного трактора МТЗ, который принадлежал Ш., использовалась одна разделочная площадка, кроме того, трактор Ш. стоял на волоке и препятствовал вывозу леса другими лицами, т.к. иной путь отсутствовал.

Свидетели ФИО5 и ФИО6 пояснили, что с 9 августа 2009 г. 10 дней рубили деревья в выделе 15 квартала 78. Для производства лесозаготовительных работ в лесосеке Ш. свалил несколько деревьев за пределами делянки, а также им пришлось проделывать проезд еще в одном месте. О необходимости трелевки леса им указал Ш., он же лично на тракторе вытрелевывал сваленный вне границ делянки лес. Ввиду необходимости расширения волока в период работ Ш. с помощью бензопилы валил растущие деревья. Впоследствии лес был вывезен в г. Киров знакомому Ш. Кроме них и Ш. в массиве никто не работал.

Показания свидетелей ФИО3 и ФИО4, на которые обращает внимание в жалобе защитник, на обоснованность выводов суда не влияют.

Суд в приговоре точно изложил показания представителя потерпевшего и свидетелей, дал им оценку в совокупности с другими материалами дела.

За основу приговора суд принял показания Ш., данные на предварительном следствии, о том, что он рубил не только новые волока, но и расширил старый волок.

К показаниям Ш. о том, что ФИО8 согласился с необходимостью проруба стены леса, отделяющего старые трелевочные волокна от границ лесосеки, т.е. разрешил прорубать волоки, что он не рубил деревья по старому волоку, суд отнесся критически, отверг их, привел свои доводы. Доводам жалобы защитника о действиях Ш. в условиях крайней необходимости судом также дана оценка в приговоре. Суд отверг доводы стороны защиты о том, что действия Ш. были вызваны крайней необходимостью для обеспечения его безопасности при трелевке хлыстов, а также доводы о том, что Ш. в делянке вырубил леса меньше на количество древесины срубленной за пределами делянки. С выводами суда судебная коллегия согласна.

Доводы жалобы защитника, что показаниям представителя потерпевшего и свидетелей дана неправильная оценка, они противоречивы, несостоятельны, на материалах дела не основаны.

Доводы жалобы об отсутствии единого умысла Ш. на совершение незаконной рубки всех указанных в приговоре деревьев, несостоятельны. Как правильно указал суд в приговоре, рубка деревьев за пределами волока охватывалась единым умыслом Ш., поскольку он принял решение рубить деревья, которые препятствовали трелевке хлыстов из делянки, что и было осуществлено.

Время и место совершения преступления судом установлено и указано в приговоре.

На квалификацию действий Ш. не влияет то обстоятельство, что в приговоре, как и в протоколе осмотра места происшествия, периодом совершения преступления указано время с 7 по 31 августа 2009 г., тогда как фактически период вырубки меньше на три дня.

Обоснованность ущерба в размере 255755 рублей, причиненного Лесному фонду Российской Федерации, подтверждается имеющимся в материалах дела расчетом (л.д. 229 - 234 т. 3), и сомнений у судебной коллегией, как и у суда не вызывает. Доводы жалобы о неправильном - завышенном расчете ущерба, несостоятельны.

Действия Ш. правильно квалифицированы судом по ч. 3 ст. 260 УК РФ.

Размер ущерба определен правильно, в соответствии с имеющимся расчетом. Гражданский иск также судом разрешен правильно на основании ст. 1064 ГК РФ. Ш. в полном объеме обязан возместить ущерб, причиненный государственному лесному фонду незаконной рубкой. Доводы жалобы о недоказанности ущерба в указанной судом сумме несостоятельны.

В компетенцию судебной коллегии при рассмотрении кассационной жалобы на приговор суда в отношении Ш. не входит оценка действий должностных лиц Лесного отдела Кильмезского лесничества Департамента лесного хозяйства Кировской области, поэтому доводы жалобы защитника в этой части судебная коллегия не рассматривает.

Нарушений норм УПК РФ, влекущих отмену или изменение приговора, судебной коллегией не установлено.

Наказание Ш. назначено в соответствии с законом, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных, характеризующих его личность, является справедливым.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

Приговор Кильмезского районного суда Кировской области от 11 августа 2010 года в отношении Ш. оставить без изменения, кассационную жалобу защитника - без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь