Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

ЗА III КВАРТАЛ 2010 ГОДА

 

Применение норм Гражданского кодекса РФ

 

В соответствии с положениями п. 2 ст. 244 Гражданского кодекса РФ общее имущество не завершенного строительством многоквартирного жилого дома может находиться в общей собственности дольщиков.

 

С-ов, ссылаясь на ненадлежащее исполнение обязательств застройщика по договору долевого участия в строительстве многоквартирного жилого дома, обратился в суд с иском к ООО (застройщику) о возложении обязанности исполнить в натуре договорные обязательства по завершению строительства и передаче квартиры, признании за собой права собственности на объект незавершенного строительства в виде квартиры, взыскании неустойки, компенсации морального вреда и уменьшении цены за выполнение работы.

Решением районного суда, оставленным без изменения кассационным определением суда кассационной инстанции, иск об исполнении в натуре договорного обязательства удовлетворен, в части требований о признании права собственности на объект незавершенного строительства в иске отказано.

Определением суда, также оставленным без изменения кассационным определением суда кассационной инстанции, в части взыскания неустойки, уменьшения цены работ и компенсации морального вреда производство по делу прекращено вследствие введения в отношении ответчика процедуры наблюдения.

Президиум Верховного суда РТ вышеперечисленные судебные постановления по делу отменил, указав следующее.

Принимая решение об отказе в удовлетворении иска о признании права на не завершенный строительством объект, суды обеих инстанций исходили из того, что отсутствует квартира, в отношении которой истцом заявлены требования, а также технический паспорт на жилой дом.

Между тем согласно п. 2 ст. 244 Гражданского кодекса РФ имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

В исковом заявлении ставился вопрос о признании права собственности на долю в общем имуществе не завершенного строительством объекта - многоквартирного жилого дома, при этом спорная квартира указывалась как способ определения размера этой доли.

По смыслу п. 10 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ объектом незавершенного строительства является само здание многоквартирного дома. Понятие незавершенной строительством квартиры или помещения градостроительное законодательство не содержит.

При таких данных то обстоятельство, что жилое помещение, которое должно находиться на верхнем этаже здания, на день рассмотрения дела не построено, не имеет правового значения, поскольку размер идеальной доли в общей собственности не зависит от фактического состояния и размера общего имущества и существует как пропорция для определения размера долей участников долевой собственности.

Постановляя о прекращении производства по делу в части исковых требований о взыскании неустойки, уменьшении цены и компенсации морального вреда, судебные инстанции пришли к выводу, что с даты вынесения Арбитражным судом определения о введении процедуры наблюдения в отношении ответчика перечисленные требования не подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

Между тем в соответствии с п. 1 ст. 63 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с даты вынесения Арбитражным судом определения о введении наблюдения требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного настоящим Федеральным законом порядка предъявления требований к должнику.

В силу п. 5 ст. 4 вышеназванного Федерального закона требования кредиторов по обязательствам, не являющимся денежными, могут быть предъявлены в суд и рассматриваются судом, Арбитражным судом в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством.

Таким образом, требования о применении мер ответственности за нарушение неденежных обязательств, поскольку они следуют судьбе соответствующих основных обязательств, также не могут рассматриваться как денежные и рассматриваются судами по правилам, установленным процессуальным законодательством.

Поскольку судами нижестоящих инстанций по делу допущено ошибочное толкование и применение норм материального и процессуального права, Президиум Верховного суда РТ, отменив судебные постановления, направил дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

 

На основании п. п. 1 и 2 ст. 1085 Гражданского кодекса РФ при определении утраченного заработка (дохода), подлежащего возмещению потерпевшему вследствие причиненного его здоровью вреда, не принимаются во внимание пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью.

 

А-ов обратился в суд с иском к Х-овой, страховой компании о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, и компенсации морального вреда, включив в состав подлежащего возмещению вреда утраченный заработок за весь период временной нетрудоспособности, расходы на лечение и приобретение медицинских препаратов.

Заочным решением районного суда, оставленным без изменения кассационным определением суда кассационной инстанции, иск частично удовлетворен, в пользу А-ова взыскана денежная сумма со страховой компании в возмещение расходов на лечение, приобретение медицинских препаратов и оплату услуг представителя, а также с Х-овой в счет компенсации морального вреда и возмещения расходов на услуги представителя. В удовлетворении исковых требований о взыскании утраченного заработка отказано.

Президиум Верховного суда РТ судебные постановления в части отказа в иске о взыскании утраченного заработка отменил и направил дело на новое рассмотрение, приведя в обоснование своей позиции следующие мотивы.

Как закреплено в п. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит, в числе прочих, утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь.

Согласно п. 2 этой же статьи при определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда, то есть не засчитываются в счет возмещения вреда.

Из содержания приведенной нормы закона следует, что потерпевшему подлежит возмещению весь утраченный доход, а именно, заработок, который не получен в связи с причинением вреда и невозможностью выполнения трудовой функции, при этом запрещается уменьшать этот вид возмещения вреда, в том числе на сумму пособий и иных подобных выплат, которые назначены после причинения вреда здоровью.

Между тем суды отказали во взыскании в пользу А-ова утраченного заработка за весь период временной нетрудоспособности, мотивировав такой отказ состоявшейся выплатой ему в полном размере пособия по временной нетрудоспособности, тем самым фактически уменьшили размер возмещения вреда на сумму данного пособия.

Подобный вывод нижестоящих судебных инстанций является следствием ошибочного толкования и применения ими норм материального права, определяющих объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья.

 

Органами опеки и попечительства возложенные на них функции должны осуществляться в целях реального соблюдения прав ребенка.

 

Н-ина обратилась в суд с заявлением о признании незаконным постановления органа опеки и попечительства, которым дано разрешение М-иным на оформление доли несовершеннолетнего ребенка Н-ина в квартире под залог в обеспечение своих обязательств из кредитного договора.

Судами первой и кассационной инстанций заявленные Н-иной требования отклонены на том основании, что указанным постановлением интересы несовершеннолетнего ребенка не нарушены.

Президиум Верховного суда РТ постановления обеих судебных инстанций отменил, обосновав свою позицию следующими доводами.

В силу предписаний Закона РТ от 27.02.2004 N 8-ЗРТ "Об организации деятельности органов опеки и попечительства в Республике Татарстан", а также правовых позиций, содержащихся в Конвенции о правах ребенка (одобренной 20.11.1989 Генеральной Ассамблеей ООН), обязанность государства обеспечивать условия для соблюдения в каждом конкретном случае баланса между интересами детей и их родителей с учетом характера их взаимоотношений, предопределяется необходимость действенного механизма защиты интересов несовершеннолетних, особенно в случаях, когда это касается прав несовершеннолетних на жилое помещение.

В связи с этим органы опеки и попечительства при даче разрешения на совершение сделок с жилыми помещениями, доли в которых принадлежат несовершеннолетним, в каждом конкретном случае обязаны тщательно устанавливать обстоятельства дела, в частности, выяснять, не имеется ли противоречий между интересами родителей и детей, не будут ли нарушены интересы несовершеннолетних в результате такой сделки с жилым помещением, доля в котором принадлежит несовершеннолетним.

Указанные требования закона органом опеки и попечительства по рассматриваемому делу не выполнены: не проверено, с кем и в каких условиях проживает ребенок; отвечает ли интересам данного ребенка передача в залог банку сроком на пятнадцать лет принадлежащей ему на праве собственности доли в жилом помещении.

Из материалов дела следует, что несовершеннолетний Н-ин страдает онкологическим заболеванием, является инвалидом и нуждается в переезде по месту прохождения лечебного курса. При этом, поскольку его доля в квартире обременена залогом на продолжительный срок, жилищную проблему ребенка не представляется возможным разрешить с использованием принадлежащей ему доли в квартире.

Установлено также, что к моменту рассмотрения дела в суде М-ин имеет задолженность перед банком по кредитному договору и на квартиру согласно условиям ипотеки может быть обращено взыскание.

При таких данных сделка (залог квартиры) интересам несовершеннолетнего Н-ина не отвечает, соответственно, у органа опеки и попечительства не имелось оснований для дачи разрешения на его совершение. Постановление принято органом опеки и попечительства формально, без учета всех обстоятельств дела.

Судами нижестоящих инстанций названные обстоятельства проигнорированы.

По изложенным мотивам Президиум Верховного суда РТ, отменив состоявшиеся по делу судебные постановления, принял новое решение об удовлетворении заявления Н-иной и признании постановления органа опеки и попечительства незаконным.

 

Дела, возникающие из правоотношений страхования

 

Неустойка по предусмотренному в п. 2 ст. 13 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" основанию подлежит начислению на сумму просроченного страхового возмещения.

 

В соответствии с п. 2 ст. 13 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" страховщик рассматривает заявление потерпевшего о страховой выплате и предусмотренные правилами обязательного страхования приложенные к нему документы в течение тридцати дней со дня их получения.

В силу ст. 7 вышеназванного Федерального закона страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего, не более 120 тысяч рублей.

Согласно материалам дела по вине водителя Г-ина, застраховавшего гражданскую ответственность в качестве владельца транспортного средства в ОАО, причинены механические повреждения принадлежащему М-ину автомобилю, при этом страховая выплата не произведена.

Разрешая спор, мировой судья и суд апелляционной инстанции пришли к правильному выводу о том, что в связи с невыплатой страхового возмещения в предусмотренный законом срок с ответчика в пользу истца подлежит взысканию, помимо суммы страхового возмещения, неустойка за весь период просрочки в его выплате.

При этом суды, допустив неправильное применение ст. 13 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", ошибочно исчислили размер неустойки исходя из максимального размера страховой суммы в 120 тысяч рублей, тогда как начисление неустойки должно было производиться на сумму подлежавшего выплате и своевременно не выплаченного страхового возмещения, что соответствует положениям ст. 330 Гражданского кодекса РФ, определяющим понятие неустойки.

По приведенным мотивам Президиум Верховного суда РТ указанные судебные постановления отменил и вынес по делу новое решение об удовлетворении исковых требований.

 

Процессуальные вопросы

 

На основании ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ вопрос о распределении судебных расходов относится к подсудности суда первой инстанции, если данный вопрос не разрешен вышестоящим судом при изменении решения нижестоящего суда или принятии нового решения по делу.

 

Как следует из материалов дела, заочным решением мирового судьи удовлетворен частично иск С-ова к страховой компании о взыскании суммы страхового возмещения. Апелляционным решением районного суда решение мирового судьи отменено с вынесением нового решения о частичном удовлетворении исковых требований.

Ссылаясь на то, что судом апелляционной инстанции при вынесении нового решения по делу оставлен без разрешения вопрос о судебных расходах, С-ов обратился в районный суд с заявлением о распределении этих расходов.

Определением районного суда заявление С-ова оставлено без движения на том основании, что заявление, являющееся исковым, не соответствует требованиям ст. ст. 131 и 132 Гражданского процессуального кодекса РФ, и предложено устранить выявленные недостатки.

Частная жалоба, поданная С-овым на определение районного суда, оставлена без рассмотрения судом кассационной инстанции, выводы которого в кассационном определении обоснованы тем, что определение, вынесенное районным судом в качестве апелляционной инстанции, в кассационном порядке обжалованию не подлежит.

Президиум Верховного суда РТ с указанными выводами нижестоящих судебных инстанций не согласился и отменил их судебные постановления по следующим соображениям.

В соответствии с ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов. Если в этих случаях суд вышестоящей инстанции не изменил решение суда в части распределения судебных расходов, вопрос должен решить суд первой инстанции по заявлению заинтересованного лица.

Исходя из содержания приведенной нормы закона, в случае, если вопрос о распределении судебных расходов не разрешен судом второй инстанции, то данный вопрос подлежит разрешению судом первой инстанции по заявлению заинтересованного лица, и к такому заявлению требования, предусмотренные ст. ст. 131 и 132 Гражданского процессуального кодекса РФ для исковых заявлений, не предъявляются.

В силу ч. 1 ст. 371 Гражданского процессуального кодекса РФ определения суда первой инстанции, за исключением определений мировых судей, могут быть обжалованы в суд кассационной инстанции отдельно от решения суда сторонами и другими лицами, участвующими в деле (частная жалоба), а прокурором может быть принесено представление в случае, если: 1) это предусмотрено настоящим Кодексом; 2) определение суда исключает возможность дальнейшего движения дела.

Согласно ч. 3 ст. 136 Гражданского процессуального кодекса РФ на определение суда об оставлении искового заявления без движения может быть подана частная жалоба.

Между тем определение об оставлении поданного С-овым заявления без движения вынесено районным судом в качестве суда первой инстанции, а возможность обжалования такого определения в кассационном порядке прямо установлена законом.

При таком положении дел судами нижестоящих инстанций допущено неправильное толкование и применение норм процессуального права, вследствие чего заявление о распределении вышестоящим судом судебных расходов расценено как подача иска и оставлено без движения.

Исходя из смысла ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ в правоотношениях в рамках рассматриваемого дела компетентным судом первой инстанции по требованию о распределении судебных расходов является мировой судья.

Поскольку отсутствует норма процессуального права, регулирующая порядок передачи заявления о распределении судебных расходов, поступившего в вышестоящий суд, когда такое заявление должно быть разрешено судом первой инстанции, то в силу ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса РФ подлежит применению норма, регулирующая сходные отношения, а именно, положение п. 2 ч. 1 ст. 125 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которому судья возвращает исковое заявление в случае, если дело неподсудно данному суду.

Таким образом, заявление о распределении судебных расходов подлежит возврату заявителю, который вправе обратиться по данному вопросу к мировому судье.

На основании изложенного Президиум Верховного суда РТ, отменив судебные постановления нижестоящих судов, возвратил заявление С-ову по мотиву его неподсудности районному суду.

 

Согласно ст. 393 Трудового кодекса РФ и ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации работники при обращении в суд исками по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, освобождены от уплаты государственной пошлины и судебных расходов.

 

З-ов обратился в суд с иском к ООО о компенсации морального вреда, указав на допущенные ответчиком-работодателем нарушения норм трудового законодательства, в том числе на просрочку в выплате заработной платы.

Решением суда иск удовлетворен частично. Этим же решением с истца в пользу ответчика взыскана денежная сумма в возмещение расходов на оплату услуг представителя.

Кассационным определением суда кассационной инстанции решение суда изменено в части определения размеров компенсации морального вреда и возмещения расходов на услуги представителя.

Президиум Верховного суда РТ судебные постановления изменил и исключил из резолютивной части указание на взыскание расходов по оплате услуг представителя, указав следующее.

Согласно ст. 393 Трудового кодекса РФ при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

В силу ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Из содержаний приведенных норм следует, что законодатель освободил работника от судебных расходов при рассмотрении трудовых споров, в том числе от возмещения расходов ответчику на оплату помощи представителя, если в удовлетворении требований работника отказано.

Судебными инстанциями соответствующие положения процессуального закона во внимание не приняты.

На основании изложенного Президиум Верховного суда РТ состоявшиеся по делу судебные постановления изменил, исключив из резолютивных частей указание на взыскание с истца в пользу ответчика судебных расходов.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь