Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 сентября 2010 г. N 13294

 

Судья: Волкович В.М.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего Корсаковой Н.П.

судей Антоневич Н.Я. и Савельева Д.В.

при секретаре К.

рассмотрела в судебном заседании 27 сентября 2010 года дело N 2-422/10 по кассационной жалобе на решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от 17 мая 2010 года по иску М.О., М.А. к М.Ю. о признании прекратившим право пользования жилым помещением, встречному иску М.Ю. к М.О., М.А. о нечинении препятствий в проживании.

Заслушав доклад судьи Корсаковой Н.П., объяснения М.Ю., судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

 

установила:

 

М.О., М.А. обратились в суд с иском к своему сыну М.Ю. о признании его прекратившим право пользования жилым помещением, ссылаясь на то, что они являются собственниками двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <...>.

Истцы полагали, что последний, с 13.12.2007 года зарегистрированный в квартире, членом семьи собственников не является, в квартире не проживает, совместного хозяйства с ними не ведет, расходы по ее содержанию не несет, ведет аморальный образ жизни, из-за чего сложились конфликтные отношения, добровольно сняться с регистрационного учета не желает. Какого-либо соглашения, дающего ответчику право постоянного пользования жилой площадью, с собственником заключено не было.

Ответчиком М.Ю. предъявлен встречный иск к М.А. и М.О. о нечинении препятствий в проживании в спорной квартире, право пользования которой приобрел на основании имевшего место соглашения с родителями по обеспечению его жилой площадью.

Решением суда исковые требования М.О. и М.А. удовлетворены.

М.Ю., <...> года рождения, признан утратившим (прекратившим) право пользования жилым помещением по адресу: <...>, с последующим снятием с регистрационного учета с сохранением права пользования указанным жилым помещением в течение 9 (девяти) месяцев с момента вступления решения в законную силу.

В удовлетворении встречных исковых требований М.Ю. к М.О., М.А. о нечинении препятствий в проживании отказано.

В кассационной жалобе ответчиком поставлен вопрос о признании решения суда незаконным.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, находит, что решение суда не отвечает требованиям материального законодательства.

Судом установлено, что спорная квартира по адресу: <...> на основании договора купли-продажи от 14.11.2007 года приобретена в собственность истцов.

Ответчик М.Ю. является сыном истцов, зарегистрирован постоянно без каких-либо ограничений в качестве члена семьи собственников и проживает на спорной жилой площади с 13.12.2007 года с их согласия.

Судом установлено, что истцы с июня 2004 года проживают в пос. <...> в загородном доме, в спорное жилое помещение не вселялись.

С февраля 2009 года между сторонами возникли конфликтные отношения в связи с отказом ответчика от выполнения своих обязательств по оплате коммунальных платежей и квартирной платы, что послужило основанием обращения истицы в суд с настоящими требованиями, а до указанного времени с заявлением к участковому уполномоченному.

Задолженность по оплате коммунальных платежей погашена в мае 2009 года.

Судом признано, что ответчик совместного хозяйства с истцами не ведет, что позволило сделать вывод о том, что ответчик членом семьи собственников не является.

Суд пришел к выводу об убедительности доводов встречных требований о чинении ответчику препятствий к вселению в квартиру, поскольку замки на входных дверях заменены, вместе с тем, руководствуясь положениями ст. 31 ЖК РФ, признал ответчика утратившим (прекратившим) право на спорную жилую площадь указав, что соглашение между сторонами по вопросу пользования жилым помещением отсутствует.

С данным выводом нельзя согласиться.

В обоснование заявленных требований истцы указывали, что ответчик, ранее вселенный ими в качестве члена семьи, ведет аморальный образ жизни, отказывается работать, устраивает скандалы с применением в отношении них насилия, не желает сниматься с регистрационного учета.

Как усматривается из материалов и обстоятельств дела, объяснений ответчика, последний является сыном истцов.

Ранее, в 1981 году, будучи пятилетним ребенком, был вселен своими родителями в принадлежащую им однокомнатную квартиру <...> (л.д. 104) и поставлен совместно с членами семьи на учет по улучшению жилищных условий с этого же времени.

Право пользования данным жилым помещением и регистрация ответчика по указанному адресу были сохранены на основании бронирования (пребывание родителями в г. <...>).

22 марта 1991 года, с учетом несовершеннолетнего на тот момент ответчика и его перерегистрации совместно с родителями в г. <...>, а также с учетом его сестры, <...> года рождения, родителям ответчика (истцам по делу) исполнительным органом г. <...> был выдан ордер на право получения отдельной трехкомнатной квартиры 44,7 кв. м по адресу: <...> (л.д. 115).

Данные о том, что единоличная приватизация указанной квартиры на имя матери ответчика (при отказе мужа в пользу последней от прав собственности) была произведена 23.08.1993 года с соблюдением прав несовершеннолетнего М.Ю., а именно с выделением ему в собственность 1/3 доли квартиры, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, довод ответчика о том, что он был лишен своими родителями права собственности на жилое помещение, полученное с его учетом как несовершеннолетнего лица, представляется убедительным.

После продажи названного жилого помещения матерью ответчика, регистрация по прежнему адресу в <...> несовершеннолетнего, на тот период, М.Ю., была восстановлена родителями в октябре 1993 года, куда он был ими вселен (л.д. 104) и куда впоследствии были перерегистрированы, как истцы так и их дочь с зятем в связи с отчуждением ими приобретенных на вырученные средства от продажи М-ной-старшей квартиры в г. <...> двух комнат, приобретенных в Санкт-Петербурге.

Учитывая, что семья с 1981 года состояла на учете по улучшению жилищных условий, а также наличие у истцов, как инвалидов, прав на льготное улучшение жилищных условий, последние воспользовались своим правом на получение государственной субсидии в размере 1087200 руб. с целью повторного улучшения своих жилищных условий (при наличии зарегистрированных в однокомнатной квартире пяти человек), были сняты с регистрационного учета и с учета по улучшению жилищных условий в Выборгской Администрации (л.д. 155 - 158) в связи с приобретением в собственность на их имя спорной двухкомнатной квартиры, в том числе на средства, вырученные от продажи ранее занимаемой однокомнатной квартиры, собственность на которую была зарегистрирована за М-ным-старшим (член ЖСК), и в которую ответчик был вселен с равными правами пользования жилым помещением с пятилетнего возраста.

Основания возникновения права на получение государственной жилищной субсидии, доказательства о наличии соглашения, достигнутого ответчиком с родителями о сохранении за ним прав пользования, как на ранее занимаемую с семьей квартиру по пр. <...>, так и на вновь приобретенную жилую площадь, на которых настаивал ответчик, судом не изучались и не оценивались, несмотря на то обстоятельство, что установление данных обстоятельств имело существенное значение для правильного разрешения спора.

Суд оставил без внимания, что материалы дела свидетельствуют о том, что как ответчик, так и его сестра, при получении государственной субсидии на улучшение жилищных условий их родителями, были оставлены на очереди по улучшению жилищных условий как лица, нуждающиеся в жилых помещениях по договору социального найма в Администрации Выборгского района (3757 - 1981 год - 197 - 2010 год) (л.д. 162). Основания сохранения за ними такой очереди до настоящего времени судом не проверялись.

Ответчик, возражая против заявленных требований, утверждал, что на основании семейного соглашения, спорная двухкомнатная квартира, была приобретена родителями на вырученные средства от продажи однокомнатной квартиры ЖСК по пр. <...> и государственной субсидии, в которую семья М-ных, включая зятя Г., в декабре 2007 года была зарегистрирована, однако фактически вселение имело место по семейному соглашению только с его стороны.

Приводя свои доводы о признании сына утратившим право на жилую площадь, истцовая сторона в октябре 2009 года не отрицала, что признавала за сыном право пользования спорным жилым помещением, однако указывала, что в дальнейшем отношения между ними и сыном испортились по причине уклонения его от оплаты жилого помещения, вселения в него гражданской жены, ведения аморального образа жизни, совершения уголовного деяния.

При таком положении, судебная коллегия полагает, что суд, признавая ответчика утратившим (прекратившим) право на спорную жилую площадь, при рассмотрении спора дал неправильное толкование положениям ст. 31 ЖК РФ в части приобретения им прав и обязанностей как за лицом вселенным в качестве члена семьи в принадлежащее собственникам жилое помещение.

Так, в силу ч. 1 указанной статьи, к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

На основании ч. 2 ст. 31 ЖК РФ, члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи.

В соответствии с ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения, право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию.

В силу ч. 5 ст. 31 ЖК РФ, по истечении срока пользования жилым помещением, установленного решением суда, принятым с учетом положений части 4 настоящей статьи, соответствующее право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника прекращается, если иное не установлено соглашением между собственником и данным бывшим членом его семьи. До истечения указанного срока право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника прекращается одновременно с прекращением права собственности на данное жилое помещение этого собственника или, если отпали обстоятельства, послужившие основанием для сохранения такого права, на основании решения суда.

Согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

При разрешении дела, суд первой инстанции на основании ст. 31 ЖК РФ и ст. 304 ГК РФ требования истцовой стороны удовлетворил и признал ответчика утратившим право пользования спорным жилым помещением.

Между тем, суд необоснованно не учитывал, что ст. 31 ЖК РФ предусмотрены только основания прекращения бывшими членами семьи собственника права пользования жилым помещением либо лицами, которые в исключительном случае были признаны собственником членами его семьи, к числу которых ответчик не относится.

Суд данное обстоятельство оставил без внимания, не предложил истцовой стороне уточнить предмет предъявленного иска.

Суд также не учитывал, что ответчик по существу спора давал суду пояснения о том, что в квартиру он был вселен в качестве члена семьи, поскольку ранее был лишен родителями права собственности на долю жилого помещения, предоставленного с его участием в г. <...>, проживал с родителями, был вселен и зарегистрирован, в том числе в спорной квартире, приобретенной в связи с данным им согласием на отчуждение единственного жилья, которым он располагал с пятилетнего возраста на праве пользования в Санкт-Петербурге и только в целях улучшения жилищных условий семьи с предоставленной возможностью воспользоваться правом на привлечение средств государственной субсидии.

Таким образом, признавая ответчика утратившим (прекратившим) право пользования спорным жилым помещением, суд не обсудил вопрос о возникновении у последнего права пользования жилым помещением, принадлежащим на праве собственности его родителям, не установил наличие семейного соглашения между сторонами о сохранении за ответчиком прав пользования квартирой, а также не привел в решении, какие права ответчиков, которые не вселялись и не проживают в спорной квартире, занимая на праве собственности комфортабельный загородный жилой дом, площадью 250 кв. м в <...>, кроме ныне погашенной задолженности по квартирным платежам и негативного поведения ответчика по отношению к ним, были нарушены ответчиком в связи с проживанием в спорной квартире, а также с какого периода времени они перестали считать его членом своей семьи.

Суд не учел, что ответчик состоит на очереди по улучшению жилищных условий, другого жилого помещения в Санкт-Петербурге не имеет, другую семью не создал.

Таким образом, вывод суда о том, что соглашение между сторонами о порядке пользования спорной квартирой не заключалось; перестав являться членом семьи собственника жилого помещения, ответчик утратил право пользования спорным жилым помещением; регистрация М.Ю. в спорной квартире нарушает права истцов, как собственников данного жилого помещения в части владения, пользования и распоряжения принадлежащим им имуществом, сделан на неисследованных доказательствах.

Приведенные доводы об аморальном образе жизни ответчика, уклонении от общественно полезного труда, применении насилия относительно истцов, не могут свидетельствовать о прекращении права пользования спорным жилым помещением по правилам ст. 31 ЖК РФ, поскольку квалифицируются иными нормами жилищного законодательства.

Между тем, правильное установление правоотношений между сторонами имело существенное значение для разрешения настоящего спора, поскольку вопрос исследования наличия либо отсутствия правовых оснований для сохранения за ответчиком права пользования спорным жилым помещением в связи с прекращением семейных отношений в рамках положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ являлся обязательным.

Учитывая, что суд не установил характер спорного материального правоотношения, решение суда не может быть признано законным и обоснованным и подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение, поскольку кассационная инстанция по представленным в материалы дела доказательствам лишена возможности разрешить спор по существу.

При новом рассмотрении спора, суду необходимо принять вышеизложенное во внимание, обязать истцовую сторону уточнить основания иска и представить его обоснования, указать обстоятельства, на которых он основан и доказательства в подтверждение указанных обстоятельств, дать оценку сложившимся правоотношениям между сторонами, обсудить правомерность предъявления встречных требований по делу и разрешить его, постановив законное и обоснованное решение.

Руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

Решение Московского районного суда от 17 мая 2010 года отменить. Дело возвратить в тот же суд для рассмотрения в ином составе судей.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь