Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ПЕРМСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 сентября 2010 г. по делу N 22-6218/2010

 

Судья Спиридонов О.Б.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Рудакова Е.В.,

судей Гагариной Г.Е. и Михалева П.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании от 28 сентября 2010 года кассационное представление прокурора Мотовилихинского района г. Перми, кассационные жалобы осужденных Б., Ф., К.Д., К.И., адвокатов Беловой О.А., Черновой Ю.В., Лукиной Н.С. на приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 03 июня 2010 года, которым

Б., ДАТА рождения, уроженец <...>, судимый:

- 14 марта 2007 года Березниковским городским судом Пермского края по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, условно, с испытательным сроком 2 года 6 месяцев, наказание не отбыто,

осужден по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 160 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, ч. 3 ст. 33, п. "б" ч. 3 ст. 161 УК РФ к 8 годам лишения свободы, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ к 9 годам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Березниковского городского суда Пермской области от 14 марта 2007 года. На основании ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Березниковского городского суда Пермской области от 14 марта 2007 года и окончательно определено 9 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с исчислением срока наказания с 03 июня 2010 года.

В срок отбытого наказания зачтено время содержания под стражей до судебного разбирательства с 10 мая 2009 года по 02 июня 2010 года.

Ф., ДАТА рождения, уроженец <...>, несудимый,

осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 160 УК РФ к 2 годам лишения свободы, ч. 5 ст. 33, п. "б" ч. 3 ст. 161 УК РФ к 6 годам лишения свободы, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с исчислением срока наказания с 03 июня 2010 года.

В срок отбытого наказания зачтено время содержания под стражей до судебного разбирательства с 11 мая 2009 года по 02 июня 2010 года.

К.Д., ДАТА рождения, уроженец <...>, судимый:

- 06 октября 2000 года Орджоникидзевским районным судом г. Перми по ч. 4 ст. 228, ч. 1 ст. 228 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, освободившийся 13 января 2004 года по отбытии наказания,

- 28 марта 2007 года Добрянским районным судом Пермского края по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы, освободившийся 29 декабря 2007 года на основании постановления Кунгурского городского суда Пермского края от 18 декабря 2007 года условно-досрочно на неотбытый срок 03 месяца 06 дней,

осужден по п. "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы, ч.ч. 4, 5 ст. 33, п.п. "а, г" ч. 2 ст. 163 УК РФ к 3 годам лишения свободы, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

с исчислением срока наказания с 03 июня 2010 года.

В срок отбытого наказания зачтено время содержания под стражей до судебного разбирательства с 10 мая 2009 года по 02 июня 2010 года. К.И., ДАТА рождения, уроженец <...>, судимый:

- 08 декабря 2005 года Орджоникидзевским районным судом г. Перми по п.п. "а, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы,

- 22 марта 2006 года Добрянским районным судом Пермской области по ч. 1 ст. 158 УК РФ, в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4 годам лишения свободы, освободившийся 28 августа 2007 года на основании постановления Чусовского городского суда Пермского края от 15 августа 2007 года условно-досрочно на неотбытый срок 01 год 11 месяцев 02 дня,

осужден по п.п. "а, г" ч. 2 ст. 163 УК РФ к 4 годам лишения свободы.

В соответствии со ст. 70 УК РФ, к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Добрянского городского суда Пермской области от 22 марта 2006 года и окончательно определено К.И. наказание 5 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с исчислением срока наказания с 03 июня 2010 года.

В срок отбытого наказания зачтено время содержания под стражей до судебного разбирательства с 03 мая 2009 года по 02 июня 2010 года.

Н., ДАТА рождения, уроженец <...>, судимый:

- 18 августа 1998 года Ленинским районным судом г. Перми по п.п. "а, в, г" ч. 2 ст. 162 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ к 5 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком в 4 года,

- 06 июля 2000 года Мотовилихинским районным судом г. Перми по п.п. "б, г" ч. 2 ст. 158, ч. 5 ст. 74, 70 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы, освободившийся 01 марта 2004 условно-досрочно не неотбытый срок 01 год 08 месяцев 06 дней,

- 17 апреля 2006 года Мотовилихинским районным судом г. Перми по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 2 годам лишения свободы,

- 18 апреля 2006 года Орджоникидзевским районным судом г. Перми по ч. 1 ст. 158, ч. 3 ст. 158 УК РФ, в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ к 2 годам 5 месяцам лишения свободы,

- 20 апреля 2006 года мировым судьей судебного участка N 26 Мотовилихинского района г. Перми по ч. 1 ст. 159 УК РФ, в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ к 3 годам лишения свободы,

- 11 мая 2006 года Кировским районным судом г. Перми по п. "в" ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 159 УК РФ, в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4 годам лишения свободы,

- 29 июня 2006 года мировым судьей судебного участка N 40 Свердловского района г. Перми по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 159 УК РФ, в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы,

освободившийся 16 сентября 2008 года на основании постановления Чусовского городского суда Пермского края от 05 сентября 2008 года условно-досрочно на неотбытый срок 01 год 10 месяцев 11 дней,

- 14 мая 2010 года Пермским краевым судом по ч. 1 ст. 116 УК РФ, на основании ст. 70 УК РФ к 1 году 11 месяцам лишения свободы, наказание не отбыто,

осужден по ч. 2 ст. 160 УК РФ к 4 годам лишения свободы, по п. "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы, ч.ч. 4, 5 ст. 33, п.п. "а, г" ч. 2 ст. 163 УК РФ к 3 годам лишения свободы, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ к 10 годам 6 месяцам лишения свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ к 11 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима, с исчислением срока наказания с 03 июня 2010 года.

В срок отбытого наказания зачтено время содержания под стражей до судебного разбирательства с 10 мая 2009 года по 02 июня 2010 года.

М., ДАТА рождения, уроженец <...>, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 160 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком в 2 года, с возложением обязанностей: периодически являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление, не менять без его уведомления своего места жительства и работы.

Постановлено взыскать в счет возмещения материального ущерба причиненного хищением 13 марта 2009 года с Б., Ф., Н. и М. солидарно в пользу ООО <...> - 41 429 рублей 02 копейки, в счет возмещения материального ущерба причиненного хищением 11 апреля 2009 года с Б., Ф., Н. и К.Д. солидарно в пользу ООО <...> - 1 499 537 рублей 97 копеек.

Постановлено обратить взыскание на арестованный у осужденного Ф. и признанный вещественным доказательством автомобиль /марка/ государственный номер <...> регион. Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Михалева П.Н., изложившего обстоятельства дела, доводы кассационного представления и кассационных жалоб, мнение прокурора Захаровой Е.В. по доводам кассационного представления об отмене приговора, выступления осужденного К.Д. и адвоката Медведева В.Е. по доводам жалоб об отмене приговора, осужденных Б., К.И., адвокатов Беловой О.А. и Михалевой И.Д. по доводам жалоб об изменении приговора, судебная коллегия

 

установила:

 

Б. признан виновным в организации, а Ф. в пособничестве в присвоении, то есть хищении имущества ООО <...> на сумму 41 429 рублей 02 копейки, вверенного виновному, группой лиц по предварительному сговору 13 марта 2009 года.

Н. и М. по этому же преступлению признаны виновными в присвоении, то есть хищении имущества ООО <...> на сумму 41 429 рублей 02 копейки, вверенного виновному, группой лиц по предварительному сговору 13 марта 2009 года.

Кроме этого Б. признан виновным в организации, а Ф. в пособничестве в грабеже, то есть открытом хищении имущества ООО <...> на сумму 1 724 186 рублей 97 копеек, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, с незаконным проникновением в помещение, хранилище, в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору 11 апреля 2009 года.

К.Д. и Н. по этому же преступлению признаны виновными в разбое, то есть в нападении в целях хищения имущества ООО <...> на сумму 1 724 186 рублей 97 копеек, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, хранилище, в особо крупном размере 11 апреля 2009 года.

К.Д. и Н. признаны виновными в подстрекательстве и пособничестве вымогательству, то есть требованию передачи денежных средств в сумме 300 000 рублей, принадлежащих С., под угрозой применения насилия, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере 03 мая 2009 года.

К.И. по этому же преступлению признан виновным в вымогательстве, то есть в требовании передачи денежных средств в сумме 300 000 рублей, принадлежащих С. под угрозой применения насилия, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере 03 мая 2009 года.

В кассационном представлении прокурора поставлен вопрос об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство. Прокурор считает, что неправильно применен уголовный закон при квалификации действий подсудимых К.Д., Н., Ф. и М. Ссылается на то, что суд квалифицировал действия К.Д. и Н. по эпизоду от 03 мая 2009 года как подстрекателей и пособников в вымогательстве, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, а К.И. - как исполнителя. Действия Ф. по эпизоду от 13 марта 2009 года судом квалифицированы как пособничество в совершении присвоения, группой лиц по предварительному сговору, а М. - как исполнителя. По мнению прокурора, соучастие в форме подстрекательства и пособничества не образует квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, поскольку в силу ч. 2 ст. 35 УК РФ, преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Полагает, что при таких обстоятельствах квалифицирующий признак группой лиц по предварительному сговору подлежит исключению из осуждения К.Д., Н., Ф. и М.

В кассационной жалобе адвокат Чернова Ю.В. в защиту осужденного Ф. просит его оправдать по ст. 160 УК РФ, а назначенное наказание по ст. 161 УК РФ снизить и применить положения ст. 73 УК РФ. Свое мнение обосновывает тем, что вина Ф. в пособничестве в присвоении чужого имущества не нашла своего подтверждения, поскольку он вину не признает, достоверных доказательств его причастности к этому преступлению не имеется. Полагает, что приговор постановлен на противоречивых показаниях Н., который свои показания, данные в ходе предварительного следствия, не подтвердил, пояснив о психическом воздействии со стороны сотрудников милиции, отсутствии адвоката при допросе в период следствия. Не оспаривая доказанности вины и квалификации действий Ф. в пособничестве в грабеже 11 апреля 2009 года, полагает назначенное наказание слишком суровым. Указывает, что Ф. заслуживает снисхождения, поскольку в содеянном раскаялся, ранее не судим, совершил преступление в молодом возрасте, имеет постоянное место жительства и работы, характеризуется положительно, его действия носят наименее значимый характер.

В кассационной жалобе осужденный Ф. просит приговор суда в части его осуждения по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 160 УК РФ отменить, снизить наказание, назначенное по ч. 5 ст. 33, п. "б" ч. 3 ст. 161 УК РФ, отменить решение суда об обращении взыскания в счет возмещения материального ущерба на принадлежащий ему автомобиль /марка/. Указывает, что сговора с Б. на хищение 4-х сотовых телефонов 13 марта 2009 года не было, он просто возил его на своем автомобиле по его просьбе, в его планы посвящен не был, доказательств его причастности к совершенному преступлению не имеется. Хищение имущества ООО <...> со склада 11 апреля 2009 года произошло спонтанно, он до последнего момента не знал о том, что будет совершено преступление. В предварительный сговор с Н., Б. и К.Д. не вступал, информацию о расположении помещений в складе предоставить не мог, поскольку работал кладовщиком в ООО <...> до того, как склад был перемещен в другое помещение. По его мнению, суд обратил взыскание на принадлежащий ему автомобиль /марка/ без учета того обстоятельства, что автомобиль приобретен в кредит, документы на него находятся в банке.

В кассационной жалобе адвокат Белова О.А., не оспаривая доказанности вины и квалификации действий Б., просит приговор суда изменить, снизить назначенное ему наказание. Указывает на то, что Б. активно содействовал раскрытию преступления, признавал свою вину, раскаялся в содеянном, положительно характеризуется, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка. По ее мнению суд, указав в приговоре на данные о личности Б., должным образом их не учел и назначил чрезмерно суровое и несправедливое наказание.

В кассационной жалобе осужденный Б., считая назначенное наказание несправедливым, слишком суровым, просит приговор изменить, смягчить назначенное наказание, применив положения ст. 64 УК РФ. Полагает, что суд при назначении наказания не учел смягчающие наказание обстоятельства - наличие малолетнего ребенка, активное способствование раскрытию преступления, изобличение других соучастников преступления. По его мнению, несправедливость наказания выразилась в том, что ему, непосредственно не принимавшему участие в хищении имущества, наказание по ч. 3 ст. 161 УК РФ назначено более суровое, чем непосредственным исполнителям К.Д. и Н. по ч. 4 ст. 162 УК РФ. При этом обращает внимание на отсутствие у него отягчающего обстоятельства - рецидива преступлений, и на наличие в действиях К.Д. и Н. опасного и особо опасного рецидива соответственно. В связи с изложенным полагает, что наказание не соответствует степени общественной опасности содеянного, данным о его личности.

В кассационной жалобе адвокат Лукина Н.С. просит приговор суда отменить, дело направить на новое судебное разбирательство. Полагает выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, установленным судом. По ее мнению, вина К.Д. в разбойном нападении не доказана, а вывод эксперта о степени тяжести вреда здоровью потерпевшего не может быть принят в качестве доказательства, подтверждающего наличие в действиях ее подзащитного данного состава преступления. Указывает на то, что потерпевший С1 в суде допрошен не был, его точное местонахождение суду неизвестно. Оглашенные показания потерпевшего о нанесении ему удара в висок, от которого он потерял сознание, не подтверждаются записью в медицинских документах о наличии каких-либо повреждения в этой области, кроме того, в первоначальных показаниях потерпевший о потере сознания не говорил. По мнению адвоката, выводы эксперта о наличии у потерпевшего закрытой черепно-мозговой травмы и сотрясения головного мозга объективно медицинскими документами не подтверждаются. В связи с изложенным подвергает сомнению правдивость показаний потерпевшего на следствии и обоснованность заключения эксперта. Считает неверной квалификацию действий К.Д. по ч.ч. 4, 5 ст. 33, п.п. "а, г" ч. 2 ст. 163 УК РФ, поскольку потерпевший С. признал долговые обязательства перед подсудимыми, которые образовались в результате передачи ему последними сотовых телефонов на реализацию, денежные средства от продажи которых он не возвратил. Полагает, что в данном случае действия К.Д. должны быть квалифицированы по ч.ч. 4, 5 ст. 33, ч. 1 ст. 330 УК РФ, как пособничество в самоуправстве.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный К.Д. просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство в связи с нарушением уголовно-процессуального закона. Указывает, что суд не установил размер ущерба, причиненного хищением сотовых телефонов, при этом он не знал их стоимость, в связи с чем умысел на хищение в особо крупном размере отсутствовал. Ссылается на то, что суд не удовлетворил ходатайство о вызове потерпевшего для его допроса в целях устранения противоречий в его показаниях, не допросил эксперта, что было необходимо для признания заключения эксперта недопустимым доказательством, тем самым нарушил его права. Оспаривает заключение эксперта на том основании, что исследование проводилось по копиям медицинских документов в нарушение требований п. 7 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Обращает внимание на отсутствие в заключении эксперта ссылок на специальную медицинскую литературу, которая им использовалась. Считает ссылку эксперта на проведенную консультацию с ассистентом кафедры неврологии несостоятельной, поскольку в тексте заключения такая консультация не изложена, поэтому непонятно, в чем она заключается. По его мнению, выводы эксперта о наличии у потерпевшего С1 сотрясения головного мозга необъективны в силу того, что среди всех неврологических признаков у него имелись лишь единичные возможные признаки наличия сотрясения головного мозга. Не соглашаясь с квалификацией его действий по эпизоду от 11 апреля 2009 года по п. "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ, ссылается на достигнутую договоренность с другими соучастниками на открытое хищение сотовых телефонов, но не на разбой. Кроме этого полагает, что судом была нарушена тайна совещательной комнаты при постановлении приговора, поскольку судья в это время участвовал в другом судопроизводстве.

В кассационной жалобе осужденный К.И., не оспаривая доказанности виновности и квалификации его действий, просит приговор суда изменить, снизить назначенное ему наказание за совершенное преступление и окончательное наказание, назначенное по правилам ст. 70 УК РФ. Полагает, что его роль в совершенном преступлении завышена, назначенное наказание не соответствует степени общественной опасности преступления и его личности. Указывает, что инициатива в совершении преступления исходила не от него, а суд этого не учел, как и отсутствие каких-либо физических и нравственных страданий у потерпевшего С. Обращая внимание на свою роль в преступлении, указывает, что сам никаких угроз потерпевшему не высказывал, а просто присутствовал при встрече с потерпевшим по просьбе К., к которому обратились К.Д. и Н., в целях оказания помощи в возврате долга. По его мнению, суд не в полной мере учел полное признание вины, раскаяние в содеянном, семейное положение, наличие на иждивении малолетнего ребенка и ребенка от предыдущей жены, больного отца-пенсионера, нуждающегося в его помощи, положительные характеристики, состояние его здоровья.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационного представления и кассационных жалоб, судебная коллегия полагает, что приговор суда подлежит изменению.

Выводы суда о виновности Б. в организации, Ф. в пособничестве, а М. и Н. в совершении присвоения, то есть хищения имущества ООО <...> 13 марта 2009 года на сумму 41 429 рублей 02 копейки, вверенного виновным, группой лиц по предварительному сговору при обстоятельствах, изложенных в приговоре являются правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, которые суд проанализировал, дал им надлежащую оценку, указав в приговоре мотивы, по которым приняты одни доказательства и отвергнуты другие.

Делая вывод о виновности Б., Ф., Н. и М. в совершении данного преступления, группой лиц по предварительному сговору, суд первой инстанции обоснованно сослался на оглашенные показания Н., Б. и М., данные ими в ходе предварительного расследования, признав их достоверными и правдивыми, протоколы явок с повинной М. и Н., показания свидетелей В., Г.

Из совокупности данных доказательств следует, что Б., являясь организатором данного преступления, разработал его план, подготовил предметы, используемые в ходе совершения преступления, выбрал в качестве соучастников своих знакомых Ф. и Н., распределил между ними роли. Согласно этим ролям Ф., выполняя роль пособника, должен был содействовать совершению преступления путем обеспечения мобильности Б., используя для этого свой автомобиль, осуществлять перевозку похищенного к месту сбыта, перевозить денежные средства, полученные от продажи сотовых телефонов к месту их распределения между соучастниками. Кроме того, Б. дал указания Н. привлечь к совершению преступления водителя-экспедитора ООО <...> М., с которым он должен был являться непосредственными исполнителями хищения сотовых телефонов, руководил совершением преступления, осуществил сбыт похищенных сотовых телефонов, распределил вырученные денежные средства между соучастниками.

Доводы осужденного Ф. и его защитника Черновой Ю.В. о непричастности Ф. к совершению данного преступления в связи с тем, что он оказывал Б. лишь транспортные услуги, в его планы посвящен не был, опровергаются оглашенными показаниями Н. и М., протоколом явки с повинной Н.

Из этих показаний Н. (т. 2, л.д. 154-167) и протокола его явки с повинной (т. 2, л.д. 28-29) следует, что 12 марта 2009 года Б. и Ф. приехали к нему на работу, где Б. предложил ему совершить хищение сотовых телефонов при их транспортировке в торговые точки, привлечь для этого и водителя экспедитора М., Ф. поддержал его, на что он дал согласие.

Указанные обстоятельства подтверждаются и показаниями М. (т. 2, л.д. 131-133), протоколом его явки с повинной (т. 2, л.д. 25-27) из которых видно, что Н. предлагая совершить преступление, сообщил ему об участии в преступлении двух бывших сотрудников ООО <...>, при этом Н. по телефону общался с одним из них - Б., и координировал с ним свои действия по объему и ценности похищаемых сотовых телефонов, которые они транспортировали в торговые точки.

Доводы защитника Черновой Ю.В. о том, что Н. давал такие показания под психологическим воздействием следователя, а также в отсутствие защитника были проверены судом и обоснованно отвергнуты как несостоятельные.

В обоснование этого суд правильно сослался на протокол допроса Н. из которого следует, что защитник при допросе присутствовал, о чем свидетельствует его ордер и подпись, что исключает оказание какого-либо давления на Н., которому разъяснились положения ст. 51 Конституции РФ, что он вправе не свидетельствовать против самого себя, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при последующем отказе от этих показаний.

Каких либо заявлений и замечаний в ходе допроса и по его окончании ни Н., ни его защитником не приносилось, в связи с чем не имеется данных о недозволенных методах расследования.

Последующему изменению показаний Н. в судебном заседании, отрицавшем причастность Ф. к данному преступлению, суд дал надлежащую оценку, признав их надуманными.

В связи с вышеизложенным судом правильно установлено, что между соучастниками была заранее достигнута договоренность о совершении преступления группой лиц, что все соучастники были осведомлены о роли каждого в совершении преступления, а впоследствии каждый получил деньги за реализованные похищенные сотовые телефоны.

Обоснованно суд пришел и к выводу о том, что сотовые телефоны были вверены М. и Н. на законных основаниях.

Данный вывод суда основан на показаниях самого М., свидетелей В., Г., журнале учета движения товарно-материальных ценностей основного склада ООО <...>, договоров, которые были заключены между ООО <...> и ООО <...> и ООО <...>.

Из этих доказательств следует, что М. являлся материально - ответственным лицом, а Н. согласно договора обеспечивал сохранность груза, 13 марта 2009 года похищенные сотовые телефоны были переданы М. для доставки, а Н. для охраны при транспортировке, за что они расписались, таким образом имущество ООО <...> было вверено им на законных основаниях.

С учетом установленных обстоятельств дела, наличия заранее достигнутой предварительной договоренности между соучастниками о совершении преступления группой лиц согласно распределенных ролей: Б. - организатор, а М. и Н. - непосредственные исполнители, при пособничестве Ф., судебная коллегия не может согласиться с доводами кассационного представления об исключении квалифицирующего признака - совершение преступления группой лиц по предварительному сговору из осуждения М. и Ф., поскольку последний был осведомлен о преступных намерениях соучастников, то есть о совершении хищения двумя исполнителями - М. и Н.

Судом правильно квалифицированы действия: Б. по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 160 УК РФ, Ф. по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 160 УК РФ, Н. и М. по ч. 2 ст. 160 УК РФ.

Кроме того судом установлено, что 10 апреля 2009 года Б., Н. и К.Д. вступили в преступный сговор на открытое хищение с основного склада имущества ООО <...> с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, хранилище, распределив между собой роли согласно которым Б. выступил организатором, а К.Д. и Н. непосредственными исполнителями данного преступления, при пособничестве Ф., который был осведомлен о преступных намерениях соучастников.

Выводы суда о виновности Б. в организации, Ф. в пособничестве в грабеже, то есть открытом хищении имущества ООО <...> 11 апреля 2009 года на сумму 1 724 186 рублей 97 копеек, совершенном с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, хранилище, в особо крупном размере, при обстоятельствах изложенных в приговоре являются правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, осужденным Б. не оспариваются.

Доводы осужденного Ф. о непричастности к открытому хищению имущества ООО <...> с основного склада 11 апреля 2010 года, поскольку он в сговор ни с кем не вступал, не знал о том, что будет совершено преступление, несостоятельны.

Эти доводы опровергаются показаниями Б., Н. и К.Д. данными ими как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании.

Из этих показаний видно, что они, заранее обсуждали план совершения данного преступления, распределяли между собой роли, в присутствии Ф., который был осведомлен об их преступных намерениях, а впоследствии и совершили данное преступление группой лиц по предварительному сговору, каждый выполняя отведенную ему роль, получили деньги от реализации похищенных телефонов.

Суд правильно признал Н. и К.Д. по данному преступлению виновными в совершении разбоя, то есть нападения в целях хищения имущества ООО <...> 11 апреля 2009 года на сумму 1 724 186 рублей 97 копеек, совершенного с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, с применением предмета используемого в качестве оружия, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, хранилище, в особо крупном размере.

Выводы суда в этой части являются правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, которые суд проанализировал, дал им надлежащую оценку, указав в приговоре мотивы по которым приняты одни доказательства и отвергнуты другие.

Делая вывод о виновности Н. и К.Д. именно в разбойном нападении, суд обоснованно указал, что они вышли за рамки достигнутой договоренности с Б. на совершение открытого хищения чужого имущества с применением насилия не опасного для жизни или здоровья.

Суд, приходя к такому выводу обоснованно сослался на оглашенные показания потерпевшего С1 (т. 1, л.д. 83-85, т. 4, л.д. 25-26), протоколы очных ставок между потерпевшим С1 и К.Д. (т. 4, л.д. 27-31), Н. (т. 4, л.д. 32-36), признав их достоверными и правдивыми, иные имеющиеся по уголовному делу доказательства.

Из показаний потерпевшего С1 следует, что нападавшими к нему было применено насилие, в том числе с использованием фрагмента доски, которым был нанесен удар в правую лобную часть головы, отчего он на время потерял сознание, испытывал физическую боль.

Данные показания о характере и обстоятельствах примененного к нему насилия, потерпевший С1 подтвердил и на очных ставках с Н. и К.Д.

Показания потерпевшего подтверждаются и показаниями свидетеля Г., из которых следует, что С1 жаловался на головную боль и плохое самочувствие, на правом виске у него была ссадина, которая с его слов образовалась от удара нападавшими доской.

Показания потерпевшего С1 подтверждаются также и заключением судебно-медицинской экспертизы, из выводов которой следует, что у него имелась закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, кровоподтека на лице, образовавшаяся от ударного воздействия (воздействий) твердого тупого предмета (предметов), возможно в заявленный срок. Данные повреждения квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства его (на срок не свыше 21 дня).

Выводы эксперта основаны на исследовании представленных медицинских справок, амбулаторной карты и рентгенограммы черепа и в совокупности с показаниями потерпевшего, свидетеля Г. у суда сомнений не вызывали.

Доводы осужденного К.Д. о том, что экспертное исследование проводилось по копиям медицинских документов, в заключении не указан список медицинской литературы, которая использовалась экспертом, не влияет на выводы экспертного заключения.

Вопреки доводам жалоб осужденного и его защитника, заключение эксперта оформлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, оснований сомневаться в его обоснованности не имеется, поскольку оно дано врачом экспертом, имеющим определенный стаж и опыт экспертной деятельности, соответствующую квалификацию и необходимые познания в области судебной медицины.

Эксперту были разъяснены его права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, также эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Доводы жалобы осужденного К.Д. о том, что из заключения эксперта непонятно в чем выразилась консультация с ассистентом кафедры неврологии, являются несостоятельными.

Так, из заключения следует, что в результате консультации эксперта с ассистентом кафедры неврологии ПГМА, кандидатом медицинских наук, врачом-неврологом С3 установлено, что в представленных медицинских документах на имя С1 имеются объективные клинические симптомы, характерные для сотрясения головного мозга.

Обоснованность и правильность выводов эксперта у судебной коллегии сомнений не вызывает.

Оснований для допроса в судебном заседании эксперта не имелось, самим осужденным К.Д. не приведено, поэтому и нарушений его права на защиту не установлено.

О сговоре между Н. и К.Д. об использовании предмета в качестве оружия и применении К.Д. насилия, опасного для жизни или здоровья, свидетельствуют показания Н., которые были им даны в качестве подозреваемого и которые он подтвердил, будучи допрошенным в качестве обвиняемого.

Из этих показаний Н. следует, что К.Д. нашел фрагмент доски и предложил ему использовать его с целью напугать охранника и подавить его возможное сопротивление, на что он согласился. Он видел, как навстречу С1 вышел К.Д., у которого в руках был этот фрагмент доски и замахнулся на потерпевшего.

Суд признал данные показания Н. достоверными и правдивыми, и обоснованно положил их в основу обвинительного приговора, поскольку они согласуются с показаниями потерпевшего С1, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, вышеприведенным доказательствам.

Последующему изменению показаний Н. в судебном заседании, а также показаниям К.Д., отрицавшим нанесение удара потерпевшему фрагментом доски, суд дал надлежащую оценку, отнесся к ним критически, расценив их как способ самозащиты и стремление облегчить свое положение.

Доводы осужденного Н. о том, что он давал на следствии такие показания под психологическим воздействием следователя, а также в отсутствие защитника были проверены судом и обоснованно отвергнуты как несостоятельные.

В обоснование этого суд правильно сослался на протокол допроса Н. из которого следует, что защитник при допросе присутствовал, о чем свидетельствует его ордер и подпись, что исключает оказание какого-либо давления на Н., которому разъяснились положения ст. 51 Конституции РФ, что он вправе не свидетельствовать против самого себя, его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при последующем отказе от этих показаний.

Каких либо заявлений и замечаний в ходе допроса и по его окончании ни Н., ни его защитником не приносилось, в связи с чем не имеется данных о недозволенных методах расследования.

Ссылки в жалобе адвоката Лукиной Н.С. и осужденного К.Д. на то, что местонахождение потерпевшего судом установлено не было, в судебном заседании он допрошен не был, в своих первоначальных показаниях о потере сознания не говорил, не свидетельствуют о нарушении права на защиту.

Судом неоднократно принимались меры к вызову в судебное заседание потерпевшего С1, в том числе и оформлялись приводы, которые положительных результатов не дали, в связи с чем суд обоснованно в соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 281 УПК РФ принял решение об оглашении показаний потерпевшего, данных им в ходе предварительного следствия, а также в ходе проведения очных ставок с Н. и К.Д.

Из его показаний вопреки доводам жалоб следует, что потерпевший изначально и последовательно показывал о том, что после удара фрагментом доски по голове, он терял сознание.

В процессе проведения очных ставок с потерпевшим, Н., К.Д., а также их защитникам предоставлялось право задавать вопросы потерпевшему, что они и сделали, поэтому нарушения прав на защиту судебная коллегия не усматривает.

Доводы жалобы К.Д. о том, что судом размер ущерба, а также умысел на хищение имущества в особо крупном размере не установлен, поскольку он не знал стоимость сотовых телефонов, нельзя признать обоснованными.

Размер причиненного ущерба определяется фактической стоимостью похищенного имущества и от умысла виновных не зависит, поскольку преступление является оконченным.

Суд, на основании справки о сумме причиненного материального ущерба хищением сотовых телефонов 11 апреля 2009 года (т. 1, л.д. 43), а также показаний представителя ООО <...> К., обоснованно сделал вывод о размере ущерба в сумме 1 724 186 рублей 97 копеек, признав его особо крупным.

Судом правильно квалифицированы действия: Б. по ч. 3 ст. 33, п. "б" ч. 3 ст. 161 УК РФ, Ф. по ч. 5 ст. 33, п. "б" ч. 3 ст. 161 УК РФ, Н. и К.Д. по п. "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ.

Выводы суда о виновности Н. и К.Д. в подстрекательстве и пособничестве в вымогательстве, а К.И. в вымогательстве, то есть требовании передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, группой лиц по предварительному сговору при обстоятельствах изложенных в приговоре являются правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, которым суд дал надлежащую оценку, указав в приговоре мотивы по которым приняты одни доказательства и отвергнуты другие.

Делая вывод о виновности Н. и К.Д. в совершении данного преступления путем подстрекательства и пособничества, а К.И. как исполнителя с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, суд первой инстанции обоснованно сослался на показания потерпевшего С., свидетелей В., Ч., П., К., П., протоколы прослушивания записей телефонных переговоров Б. и К.И.

Из этих доказательств следует, что Н. и К.Д. обратились к лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство и К.И. о содействии по возврату денежного долга потерпевшим С. за определенное вознаграждение, тем самым склонив их путем материальной заинтересованности к совершению преступления.

При этом Н. и К.Д. поставили их в известность о том, что С. на реализацию были переданы похищенные со склада сотовые телефоны, рассказав об обстоятельствах их хищения, пояснив, что часть денежных средств тот им не вернул, поскольку оставшиеся сотовые телефоны с его слов, изъяты сотрудниками милиции.

Также Н. и К.Д. предоставили К.И. и лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство для облегчения совершения преступления значимую информацию о месте жительства и работы С., номер его автомобиля, на котором он передвигается и сотового телефона.

Судом достоверно установлено, что требование к С. передать сотовые телефоны или денежные средства в сумме 300 000 рублей были явно незаконными, поскольку Н., К.Д., К.И. и лицу, уголовное дело в отношении которого было выделено в отдельное производство было известно, что сотовые телефоны им не принадлежали, поскольку были похищены, что сотовых телефонов у потерпевшего нет, так как они были изъяты сотрудниками милиции.

В связи с изложенным законных либо предполагаемых прав требовать у потерпевшего С. передачи сотовых телефонов или денежных средств у К.И. и лица, уголовное дело в отношении которого было выделено в отдельное производство не имелось.

Несмотря на данные обстоятельства, К.И. и лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, продолжали требовать у потерпевшего передачи им уже денежных средств в сумме 300 000 рублей под угрозой применения насилия, демонстрируя при этом в подтверждение своих угроз предмет, похожий на пистолет.

Протоколами прослушивания телефонных переговоров Б. (т. 3, л.д. 204-215), К.И. (т. 3, л.д. 185-191), из которых следует, что основной темой телефонных переговоров являлись обсуждение ситуации по розыску С. для получения от него денег за похищенные и переданные ему сотовые телефоны, оказание на него давления, также подтверждается умысел осужденных на незаконные требования денежных средств потерпевшего, под угрозой применения насилия.

При таких обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу о том, что К.И. и его соучастник требовали передачи денежных средств принадлежащих потерпевшему С. под угрозой применения насилия, для достижения единого преступного результата за вознаграждение.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего у суда не имелось, поскольку он с К.И., Н., К.Д. и лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство знаком не был, оснований для их оговора не имел.

Показания потерпевшего согласуются и с показаниями вышеуказанных свидетелей.

Изменению показаний свидетеля В. в судебном заседании суд дал надлежащую оценку, признав их надуманными, указав в приговоре, что он является хорошим знакомым К.И., в связи с чем и изменил свои показания в его пользу.

Судом на основании исследованных в судебном заседании доказательств, сделан правильный вывод о наличии заранее достигнутой договоренности у подсудимых на совершение корыстного преступления в отношении потерпевшего, под угрозой применения насилия.

Оснований сомневаться в достоверности доказательств, на которых постановлен приговор, судебная коллегия не установила, исходя из их анализа и оценки, суд пришел к обоснованному выводу о виновности Н., К.Д. и К.И. в совершении вымогательства в отношении потерпевшего С. группой лиц по предварительному сговору.

В связи с изложенным доводы кассационной жалобы адвоката Лукиной Н.С. о переквалификации действий К.Д. с ч.ч. 4, 5 ст. 33, п.п. "а, г" ч. 2 ст. 163 УК РФ на ч.ч. 4, 5 ст. 33, ч. 1 ст. 330 УК РФ, судебная коллегия находит несостоятельными.

С учетом установленных обстоятельств дела, наличия заранее достигнутой предварительной договоренности между соучастниками о совершении преступления группой лиц согласно распределенных ролей: К.Д. и Н. - подстрекатели и пособники, К.И. и лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство - непосредственные исполнители, судебная коллегия не может согласиться с доводами кассационного представления об исключении квалифицирующего признака - совершение преступления группой лиц по предварительному сговору из осуждения К.Д. и Н., поскольку они были осведомлены о том, что подстрекают и оказывают пособничество в вымогательстве двумя исполнителями.

Судом правильно квалифицированы действия Н. и К.Д. по ч.ч. 4, 5 ст. 33, п.п. "а, г" ч. 2 ст. 163 УК РФ, а К.И. по п.п. "а, г" ч. 2 ст. 163 УК РФ.

Доводы К.Д. о том, что судом нарушена тайна совещательной комнаты при постановлении приговора, поскольку судья в это время участвовал в другом судопроизводстве, являются надуманными, материалами дела не подтверждаются, самим осужденным каких-либо данных в подтверждении этой версии не представлено.

Вместе с тем судебная коллегия считает приговор суда в отношении Б. и Ф. подлежащим изменению по следующим основаниям.

Доводы кассационной жалобы осужденного Ф. о необоснованности обращения взыскания в счет возмещения материального ущерба на принадлежащий ему и арестованный автомобиль /марка/ государственный номер <...> регион заслуживают внимания.

По данному делу в числе других вещественным доказательством признан автомобиль марки /марка/ государственный регистрационный номер <...> регион, принадлежащий Ф., на который наложен арест.

В соответствии с положениями ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора судом в числе других разрешается вопрос и о судьбе вещественных доказательств.

В соответствии с положениями ст. 307 УПК РФ. в приговоре должно быть приведено обоснование принятых решений по вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

В нарушение требований ст. 307 УПК РФ в приговоре не указано, на основании каких данных суд пришел к выводу о необходимости обращения взыскания в счет возмещения материального ущерба на принадлежащий Ф. и арестованный автомобиль /марка/ государственный номер <...>, мотивов в обоснование принятого решения не привел.

Учитывая изложенное, приговор суда в части обращения взыскания в счет возмещения материального ущерба на принадлежащий Ф. и арестованный автомобиль /марка/ государственный номер <...> регион нельзя признать законным и обоснованным, он подлежит отмене, а дело в этой части - передаче в тот же суд для решения вопроса в порядке, предусмотренном ст. 397, 399 УПК РФ.

По мнению судебной коллегии заслуживают внимания и доводы кассационных жалоб адвоката Беловой О.А. и осужденного Б. о несправедливости назначенного наказания.

В обвинительном заключении смягчающими наказание Б. обстоятельствами указаны содействие следствию, дача показаний изобличающих других соучастников.

Судом в качестве обстоятельств смягчающих его наказание признано лишь наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

Из оглашенных показаний Б. на предварительном следствии, которые судом были взяты за основу обвинительного приговора, следует, что он действительно активно способствовал раскрытию преступлений, изобличал других соучастников преступлений.

Суд эти обстоятельства оставил без внимания, какой либо оценки им не дал, мотивов, по которым не усмотрел данные обстоятельства, указанные в обвинительном заключении в качестве смягчающих наказание Б., не привел.

Судебная коллегия полагает необходимым в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ признать в качестве обстоятельств смягчающих наказание Б. - активное способствование раскрытию преступлений и изобличение других соучастников преступлений.

Учитывая эти изменения судебная коллегия считает, что назначенное Б. наказание как за каждое из преступлений, с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, так и назначенное по правилам ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ, подлежит смягчению.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, а также конституционных прав осужденных, которые обусловливали бы необходимость отмены или изменения приговора, судом по делу в процессе судебного разбирательства не допущено.

С доводами жалобы К.И. о несправедливости назначенного наказания ввиду его чрезмерной суровости, судебная коллегия согласиться не может.

Наказание К.И. назначено в соответствии с требованиями ст. 6, ч. 2 ст. 43, 60-61, ст. 63 УК РФ, с учетом его роли в содеянном, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных характеризующих его личность, семейного положения, обстоятельств смягчающих наказание, о чем указывается в жалобе осужденного, наличия отягчающего, является справедливым и соразмерным содеянному.

Наличие на иждивении К.И. больного отца пенсионера не свидетельствует о том, что ему назначено несправедливое наказание.

Наказание Ф. вопреки доводам жалоб назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, степени его фактического участия в совершенных преступлениях, данных характеризующих его личность, на что имеются ссылки в жалобах, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, полностью соответствует положениям ст. 6, ч. 1 ст. 34, ч. 2 ст. 43, ст. 60, ст. 63 УК РФ, является справедливым и соразмерным содеянному.

Суд при назначении К.Д. наказания учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, степень его фактического участия в преступлении от 03 мая 2009 года, данные характеризующие его личность, семейное и материальное положение, обстоятельства смягчающие и отягчающее наказание.

Назначенное К.Д. наказание полностью соответствует положениям ст. 6, ч. 1 ст. 34, ч. 2 ст. 43, ст. 60-61, ст. 63 УК РФ, является справедливым и соразмерным содеянному.

Наказание назначенное Н. и М. соответствует требованиям уголовного закона, в частности положениям ст. 6, ч. 2 ст. 43, 60-61 УК РФ, у Н. и положениям ч. 1 ст. 34 УК РФ по преступлению от 03 мая 2009 года, ст. 63 УК РФ и является справедливым.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением виновных, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного осужденными, по делу не имеется, поэтому судом не усмотрено оснований для применения положений ст. 64, 73 УК РФ, либо снижения наказания в отношении К.Д., Ф., К.И. и Н., не находит таковых и судебная коллегия.

Руководствуясь ст. 377. 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 03 июня 2010 года в отношении Б. и Ф. изменить:

- признать смягчающими наказание Б. обстоятельствами - активное способствование раскрытию преступлений и изобличение других соучастников преступлений,

- смягчить назначенное Б. наказание в виде лишения свободы: по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 160 УК РФ до 3 лет 3 месяцев, по ч. 3 ст. 33, п. "б" ч. 3 ст. 161 УК РФ до 7 лет 10 месяцев, назначенное наказание по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ до 8 лет 7 месяцев, по правилам ст. 70 УК РФ до 9 лет 1 месяца,

Приговор в части обращения взыскания в счет возмещения материального ущерба на

арестованный автомобиль /марка/ государственный номер <...>, УПЧ:

ХТА <...>, двигатель: <...> кузов: <...>. принадлежащий Ф. и признанный вещественным доказательством отменить, дело в этой части передать на новое рассмотрение в тот же суд в порядке, предусмотренном ст. 397, 399 УПК РФ.

В остальном этот же приговор в отношении Б., К.И., Ф., К.Д., Н. и М. оставить без изменения, кассационное представление государственного обвинителя, кассационные жалобы осужденных Б., Ф., К.Д., К.И., адвокатов Беловой О.А., Черновой К.В., Лукиной И.С. оставить без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь