Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ЛЕНИНГРАДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 30 сентября 2010 г. N 22-1500/2010

 

Судья Иванова Н.А.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Ленинградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Стрижакова А.А.,

судей Сазоновой С.В. и Степановой В.В.,

при секретаре М.Е.,

с участием переводчика К.Н.

рассмотрела в судебном заседании 30 сентября 2010 года материалы уголовного дела по кассационной жалобе осужденного Л. на приговор Всеволожского городского суда Ленинградской области от 28 июня 2010 года, которым

Л., <...>, ранее не судимый,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания исчислен с 28 июня 2010 года, постановлено зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей в период с 23 марта 2010 года по 27 июня 2010 года.

Л. признан виновным в том, что совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление, согласно приговору, совершено при следующих обстоятельствах:

27 февраля 2010 года в период с 21 часа до 23 часов 30 минут, находясь во дворе д. 8 д. Ириновка Всеволожского района Ленинградской области, в ходе ссоры из внезапно возникших личных неприязненных отношений, действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью Г. и небрежно относясь к возможности наступления его смерти, с силой нанес два удара деревянной бейсбольной битой в область головы потерпевшего, после чего, переместившись с Г. к автобусной остановке, расположенной на Ленинградском шоссе в д. Ириновка в 80 м от д. 8 д. Ириновка, продолжая реализовывать свой умысел на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего и небрежно относясь к возможности наступления его смерти, с силой нанес последнему не менее 3 ударов рукой в правую глазничную область, причинив таким образом потерпевшему следующие телесные повреждения: правостороннее (соответственно височной и теменной долям) кровоизлияние под мягкие мозговые оболочки головного мозга, кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут правых височной и теменной областей головы с переломом правых теменной и височной костей в его проекции, с массивным кровоизлиянием над твердой мозговой оболочкой с той же стороны, ушибленную рану затылочной области с кровоизлиянием в кожно-мышечный лоскут затылочной области головы, кровоподтек век правого глаза, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. В результате действий Л. 28 февраля 2010 года около 11 часов в д. 8 д. Ириновка Всеволожского района Ленинградской области от открытой черепно-мозговой травмы, выразившейся в виде повреждений мягких тканей головы, перелома костей черепа, кровоизлияний под мягкими и над твердой оболочками головного мозга, осложнившейся отеком, сдавлением и дислокацией головного мозга, наступила по неосторожности смерть Г.

Заслушав доклад судьи Степановой В.В., выступления осужденного Л. и адвоката Кольцова А.И., поддержавших доводы кассационной жалобы осужденного Л., объяснения потерпевшего Г., просившего смягчить назначенное осужденному наказание, выслушав мнение прокурора Дубова А.Б., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия Ленинградского областного суда

 

установила:

 

В кассационной жалобе осужденный Л. выражает несогласие с приговором суда, считая его несправедливым ввиду чрезмерной суровости назначенного наказания.

В обоснование жалобы указывает, что при вынесении приговора суд не учел, что ранее он не судим и не привлекался к уголовной ответственности, полностью признал заявленный гражданский иск в размере 1.000.000 рублей, не был инициатором возникшего конфликта. Считает, что суду следовало признать смягчающими наказание обстоятельствами его активное сотрудничество с органами предварительного следствия и оказание на него психологического воздействия со стороны свидетелей Е. и А., что послужило поводом к совершению преступления.

Оспаривает в жалобе отрицательную характеристику, составленную в отношении него участковым уполномоченным.

Указывает, что его показания в ходе предварительного следствия и в суде не содержат противоречий, поскольку, излагая показания в судебном заседании, он лишь дополнил ранее данные им показания. Заявляет о том, что первоначальные показания на предварительном следствии он давал в шоковом состоянии. Автор жалобы считает, что обвинительный приговор построен на противоречивых показаниях свидетелей Е., В.В. и А., которые оговорили его с целью снять с себя ответственность за происшедшее. Полагает, что показания этих свидетелей в ходе предварительного следствия даны с чьей-то помощью. Также суд не принял во внимание, что со слов этих свидетелей он наносил удары левой рукой, что он сделать не мог, поскольку является правшой.

Кроме того, суд не учел его доводы о наличии на месте происшествия второй биты, о чем он заявлял в ходе предварительного следствия, и которая в момент совершения преступления находилась в руках у свидетеля А., а также суд не принял во внимание, что именно А. уничтожил орудие преступления - биту.

Помимо этого, считает, что суд оставил без внимания то, что Г. умер спустя 12 часов после имевших место событий, а также выводы экспертов о том, что погибшему было нанесено 3 удара тупым твердым предметом, между тем показаниями свидетелей установлено, что он нанес только два удара, кем был нанесен третий удар, судом установлено не было.

Обращает внимание на то, что потерпевший первоначально настаивал на назначении ему самого строгого наказания, а после допроса свидетелей и исследования материалов дела уже не настаивал на этом.

Просит приговор изменить, снизив срок назначенного наказания до 6 лет лишения свободы.

В возражениях на кассационные жалобы и.о. заместителя Всеволожского городского прокурора Кукса А.А. считает, что приговор постановлен законно и обоснованно, отмене или изменению не подлежит.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы и поданных на нее возражений, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым, постановленным в соответствии с добытыми по делу доказательствами, исследованными в судебном заседании, подробно изложенными в приговоре и получившими надлежащую оценку суда.

Совокупность приведенных в обвинительном приговоре доказательств совершения осужденным указанного преступления была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал мотивы, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Так, из показаний свидетеля Е. следует, что именно Л. взял из машины А. бейсбольную биту, которой нанес два удара по голове сидевшего в снегу Г., которые пришлись в правую височную и затылочную часть головы Г., после чего Л. вновь замахнулся для нанесения удара, но В.В. отобрал у него биту, впоследствии уже возле автобусной остановки Л. нанес Г. удар в лицо, отчего Г. упал, а Л. нанес ему еще два удара кулаком по лицу, после чего он (Е.) оттащил Л. Г. был в крови.

Показания свидетеля Е. подтверждаются показаниями свидетелей А. и В.В.

По показаниям свидетеля А., именно Л. нанес Г. два удара битой по голове, замахнулся вновь, но биту отобрал В.В., после чего Л. нанес Г. удар в область глаза, от удара Г. упал, а Л. нанес уже лежащему Г. два удара кулаком по лицу, после чего его оттащил Е.

Из показаний свидетеля В.В. следует, что он услышал звук глухого удара и, обернувшись, увидел, что Л. замахивается битой на Г., всего он (Л.) нанес Г. два удара, куда они пришлись он (свидетель) не видел, после чего он подбежал и отобрал у Л. биту, что происходило за территорией участка ему не известно.

Кроме того, в судебном заседании были допрошены в качестве свидетелей С., Х.А., Х.Л., В.Ю.

Свидетель В.Ю. показал, что он и Г. находились у Х-вых, когда туда пришли А. и еще молодые ребята, вызвали Г. на улицу, когда он (свидетель) выбежал на улицу, Г. сидел в сугробе. Рядом находились четверо посторонних людей, из которых Л. был наиболее агрессивным, кричал, что всех нужно "завалить".

По показаниям свидетеля С., когда она вышла на улицу, Г. сидел в сугробе, рядом стояли Е., А. и Л., у которого в руках была бита, и который порывался к Г., чтобы ударить его. Когда Г. вернулся в дом, она увидела, что на затылке у него трещина, кровоподтек у основания черепа, Г. рассказал, что терял сознание. Х-вы оставили его ночевать у себя дома.

Из показаний свидетелей Х.А. и Х.Л. следует, что когда Г. вернулся, на голове у него была кровоточащая рана, его трясло и знобило. Обработав ему рану, они уложили его спать, а утром обнаружили, что он умер.

Оценивая вышеприведенные показания свидетелей, данные ими в ходе предварительного следствия и подтвержденные ими в судебном заседании, суд первой инстанции обоснованно признал их допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются между собой, дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, дающих основания сомневаться в их достоверности. Отдельные расхождения в показаниях свидетелей являются несущественными, не влияющими на доказанность и юридическую оценку действий Л. и объясняются, как правильно указал суд, нахождением некоторых свидетелей в состоянии алкогольного опьянения. Каких-либо оснований не доверять показаниям свидетелей, судом установлено не было.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта смерть Г. наступила от открытой черепно-мозговой травмы, выразившейся в виде повреждений мягких тканей головы, перелома костей черепа, кровоизлияний под мягкими и над твердой оболочками головного мозга, осложнившейся отеком, сдавлением и дислокацией головного мозга. Комплекс повреждений головы, обнаруженный на трупе Г., квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и повлек, в данном случае, наступление смерти, между ним и наступлением смертельного исхода имеется прямая причинная связь. Означенный комплекс повреждений головы был причинен по механизму тупой травмы в результате ударов тупым твердым предметом, все обнаруженные повреждения причинены прижизненно (т. 2 л.д. 5 - 21).

По результатам дополнительных судебно-медицинских исследований экспертом было установлено, что комплекс повреждений головы мог быть причинен Г. в результате двух ударов, нанесенных с достаточно большой силой в правую височно-теменную и затылочную область головы тупым твердым орудием, имевшим удлиненной формы контактирующую поверхность, и не менее чем от одного удара в правую глазничную область предметом, действующим по типу тупого (например, кулак).

Все экспертные заключения оценены судом в совокупности с другими доказательствами и обоснованно признаны допустимыми доказательствами, поскольку не имеется оснований ставить под сомнение компетентность эксперта или обоснованность сделанных им выводов.

Надлежащую оценку суда получили и другие доказательства, подробно приведенные в приговоре.

Сам осужденный не отрицал в судебном заседании, что нанес Г. во дворе дома два удара битой по голове. Пояснил, что за пределами двора ударов кулаком Г. не наносил, а только толкнул Г., отчего последний упал.

Поскольку ему (Л.) показалось, что Г. намеревается нанести удар Е., он решил нанести Г. удары битой по корпусу, но в этот момент от удара В.В. Г. сел, поэтому удары битой пришлись по голове Г.

Версия осужденного о том, что он не наносил Г. ударов кулаком в область головы, была тщательно исследована судом и обоснованно отвергнута, поскольку опровергается показаниями свидетелей Е. и А., последовательно указывавших о том, что за пределами двора Л. нанес Г. кулаком по лицу удар, от которого Г. упал, а затем нанес Г. еще два удара кулаком по лицу. Кроме того, свидетели Е. и А. продемонстрировали в ходе проведения следственных экспериментов с их участием, каким образом были нанесены эти удары, что объективно подтверждается выводами судебно-медицинского эксперта.

По показаниям Л., данным в ходе предварительного следствия, и правомерно оглашенным во время судебного разбирательства в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, он (Л.) из возникшей к Г. неприязни решил ударить Г. битой в область головы, поэтому подойдя к Г., нанес ему два удара битой по голове, после чего к нему подбежал В.В. и отобрал биту (т. 1 л.д. 196).

Суд обоснованно пришел к выводу о достоверности этих показаний Л. в части мотива и целенаправленности действий, поскольку данные показания были получены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального законодательства, в условиях, гарантирующих реализацию права на защиту, и исключающих возможность оказания на него физического воздействия или психологического давления сотрудниками правоохранительных органов.

Судом первой инстанции дана подробная оценка доводам осужденного о наличии на месте происшествия второй биты, которые признаны несостоятельными, с приведением убедительных мотивов принятого решения, не согласиться с которым у судебной коллегии оснований не имеется.

Обстоятельства совершения преступления исследованы с достаточной полнотой, противоречий в доказательствах, на которых основаны выводы суда о виновности Л., ставящих под сомнение законность и обоснованность постановленного приговора, не имеется.

Таким образом, выводы суда о виновности Л. в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, что по неосторожности повлекло смерть потерпевшего, являются обоснованными, подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств, всесторонне исследованных и надлежаще оцененных судом с подробным изложением этого в приговоре суда, а доводы жалобы сводятся к переоценке собранных по делу доказательств.

Допустимость приведенных в приговоре доказательств сомнений не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований ст. ст. 74 и 86 УПК РФ, проверка и оценка доказательств по делу судом проведены в соответствии с требованиями ст. ст. 87 и 88 УПК РФ.

Действиям Л. дана правильная юридическая квалификация, в соответствии с установленными обстоятельствами дела.

Изложенные в жалобе доводы о чрезмерной суровости назначенного наказания, судебная коллегия также находит несостоятельными.

При решении вопроса о виде и размере наказания, в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, судом в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, смягчающие наказание обстоятельства - признание вины, чистосердечное раскаяние, противоправность поведения потерпевшего, выразившаяся в применении насилия в отношении свидетелей В. и М. и высказывании угроз в адрес свидетеля Е., что явилось поводом для совершения преступления.

Суд правильно пришел к выводу об отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание Л., и обоснованно назначил ему наказание в виде лишения свободы в размере, близком к минимально возможному, предусмотренному санкцией статьи.

Оснований не доверять обзорной справке, представленной начальником ОУУМ ОВД по Кировскому району Ленинградской области К.В., у суда не имелось.

Вопреки доводам жалобы, при назначении наказания суд учел, что действия Л. изначально были спровоцированы со стороны свидетеля Е., явившегося инициатором поездки для выяснения отношений с Г., и давшего негативную характеристику характеру и поведению потерпевшего, и свидетеля А., предоставившего орудие преступления, а также мнение потерпевшего Г., который настаивал в ходе судебного следствия на строгом наказании, а в прениях сторон оставил разрешение этого вопроса на усмотрение суда.

Оснований для применения п.п. "е, и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, о чем поставлен вопрос в кассационной жалобе, судебная коллегия не усматривает, поскольку данных о том, что на Л. было оказано психологическое принуждение в результате, которого он совершил преступление, или о том, что он активно способствовал раскрытию преступления, не имеется.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих общественную опасность совершенного Л. преступления, которые могли быть признаны основаниями для назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ, судом первой инстанции не установлено, не усматривает их и судебная коллегия. Суд также обоснованно пришел к выводу о невозможности исправления осужденного без назначения ему наказания, связанного с реальным лишением свободы.

Что касается доводов кассационной жалобы о признании смягчающими иных обстоятельств, не предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, то это является правом, а не обязанностью суда.

Назначенное Л. наказание соразмерно содеянному, не является чрезмерно суровым, и признать его несправедливым нельзя.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения доводов кассационной жалобы осужденного о смягчении назначенного ему наказания.

Суд обоснованно, исходя из требований о разумности и справедливости, с учетом позиции Л., полностью признавшего исковые требования о компенсации морального вреда, удовлетворил гражданский иск потерпевшего Г., взыскав с осужденного компенсацию морального вреда в размере 1.000.000 рублей.

Нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении данного уголовного дела, влекущих отмену или изменение приговора, судебная коллегия не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия Ленинградского областного суда

 

определила:

 

приговор Всеволожского городского суда Ленинградской области от 28 июня 2010 года в отношении Л. оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденного Л. - без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь