Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ЗА ОКТЯБРЬ 2010 ГОДА

 

Процессуальные вопросы

 

Досудебное производство

 

Налагаемые на обвиняемого при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста ограничения должны быть конкретными, точными и не создающими неясностей при их исполнении

 

Постановлением Борисовского районного суда в удовлетворении ходатайства следователя об избрании К. меры пресечения в виде заключения под стражу отказано. Постановлено избрать в отношении К. меру пресечения в виде домашнего ареста.

Суд кассационной инстанции постановление отменил, указав следующее.

По смыслу ст. 107 УПК РФ налагаемые на обвиняемого при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста ограничения должны быть конкретными, точными и не создающими неясностей при их исполнении.

Избирая К. меру пресечения в виде домашнего ареста, суд в постановлении не указал адреса дома, где К. обязан находиться под домашним арестом и не выходить из него.

Другие указанные ограничения, возложенные постановлением суда на К., неконкретны, неясно, как исполнять и контролировать его поведение следователю и начальнику ОВД, на которых такая обязанность возложена судебным решением.

 

Постановление суда о продлении обвиняемому срока содержания под стражей отменено как не основанное на законе и материалах уголовного дела

 

Постановлением Октябрьского районного суда г. Белгорода удовлетворено ходатайство следователя о продлении срока на 1 месяц, а всего до 4 месяцев 20 суток содержания под стражей Т., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Определением судебной коллегии по уголовным делам областного суда постановление отменено.

Статья 109 ч. 2 УПК РФ допускает продление срока содержания обвиняемого под стражей свыше двух месяцев возможно только при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения. Продление такого срока по смыслу закона может обосновываться большим объемом предстоящих следственных действий, данными, подтверждающими, что органы предварительного следствия предприняли все предусмотренные законом меры для производства предварительного следствия в установленные законом сроки, но не смогли закончить его к истечению срока.

Данные требования закона судом первой инстанции не выполнены.

Из материалов дела видно, что в предыдущих постановлениях о продлении Т. срока содержания под стражей суд признавал обоснованными доводы ходатайств о продлении срока в связи с необходимостью проведения незначительного количества следственных действий и окончания расследования дела, в том числе выполнения требований ст. 217 УПК РФ с обвиняемым и его защитником, составления обвинительного заключения и направления дела прокурору с обвинительным заключением.

В обоснование данного ходатайства о продлении Т. срока содержания под стражей орган предварительного следствия вновь сослался на необходимость выполнения тех же следственных и процессуальных действий, связанных с окончанием расследования дела и направлением дела прокурору с обвинительным заключением, что были указаны и в предыдущих ходатайствах.

Как видно из протокола судебного заседания, представленные следствием в обоснование заявленного ходатайства копии документов не содержат фактических данных, подтверждающих невозможность выполнения вышеуказанных следственных действий в установленные сроки.

Причины, по которым следственные действия не выполнены в срок, испрашиваемый в предыдущих ходатайствах следственного органа, и количество следственных действий, проведенных с участием Т., не проверены и в постановлении суда оценки не получили.

При таких обстоятельствах вывод суда об объективной необходимости выполнения следственных и процессуальных действий, связанных с окончанием расследования уголовного дела и направлением дела в суд, и об обоснованности мотивов и оснований, положенных в основу ходатайства, не основан на исследованных в судебном заседании материалах и является небесспорным, поскольку в соответствии с п. 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 46 Конституции РФ простое повторение органом следствия существенных и достаточных оснований для избрания Т. меры пресечения в виде заключения под стражу на начальной стадии расследования не может быть достаточным для того, чтобы оправдать его длительное содержание под стражей на более поздней стадии расследования.

 

В соответствии с ч. 7 ст. 141 УПК РФ анонимное сообщение о преступлении не может служить поводом для возбуждения уголовного дела. Игнорирование данной нормы закона повлекло принятие судом ошибочного решения по жалобе, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ

 

Постановлением Октябрьского районного суда г. Белгорода жалоба Ф., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, оставлена без удовлетворения.

В надзорном представлении и.о. прокурора области просил постановление суда отменить как незаконное и немотивированное.

Постановлением президиума областного суда представление и.о. прокурора удовлетворено по следующим основаниям.

Ф., являясь генеральным директором ООО "А. С.", обжаловал в суд действия сотрудников ОРЧ ПЭП УБЭП УВД по проведению осмотра места происшествия - помещений, занимаемых ООО "А. С.", в ходе которого была изъята бухгалтерская документация, а также пробы ГСМ из емкости на территории ООО "Б.".

Согласно ст. 5 п. 43 УПК РФ сообщением о преступлении является заявление о преступлении, явка с повинной, рапорт об обнаружении признаков преступления.

Дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа обязаны принять, проверить сообщение о любом готовящемся преступлении и в пределах компетенции принять по нему одно из решений, предусмотренных ст. ст. 144 ч. 1, 145 ч. 1 УПК РФ.

В соответствии со ст. 141 ч. 7 УПК РФ анонимное заявление о преступлении не может служить поводом для возбуждения уголовного дела.

Как следует из материалов дела, по "телефону доверия" УВД Белгородской области поступило анонимное сообщение о том, что руководитель ООО "А. С." Ф. на территории организации "Б." занимается изготовлением низкокачественного бензина и реализует данную продукцию на АЗС города Белгорода. Указанное сообщение было зарегистрировано в КУСП.

В нарушение требований процессуального закона, понимая, что уголовное дело не может быть возбуждено по анонимному заявлению о преступлении, сотрудниками ОРЧ ПЭП УБЭП УВД по Белгородской области была осуществлена проверка вышеуказанного сообщения путем осмотра места происшествия, изъятия бухгалтерской документации, а также проб ГСМ из емкостей, расположенных на территории организации "Б.". В настоящее время вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Ф.

Судом первой инстанции при рассмотрении жалобы Ф. этим обстоятельствам оценка не дана, в связи с чем постановление суда не может являться законным и обоснованным.

 

При рассмотрении жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ суд должен рассмотреть все доводы, приведенные заявителем в жалобе, с указанием мотивов признания их обоснованными либо необоснованными

 

Постановлением Грайворонского районного суда оставлена без удовлетворения жалоба Ж. на постановления о возбуждении уголовного дела и об избрании меры пресечения.

В кассационной жалобе Ж. просил постановление отменить.

Определением судебной коллегии по уголовным делам областного суда постановление отменено.

По смыслу ст. 125 УПК РФ при рассмотрении жалобы суд должен рассмотреть все доводы, приведенные заявителем в жалобе, с указанием мотивов признания их обоснованными либо необоснованными.

Признавая постановление о возбуждении в отношении Ж. уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, законным и обоснованным, суд не привел в своем решении доводы жалобы Ж. на постановление дознавателя и основания, по которым он признает эти доводы необоснованными.

Кроме того, в нарушение ст. 125 УПК РФ судом оставлен без рассмотрения довод жалобы о законности и обоснованности избрания в отношении Ж. меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

При таких данных постановление суда не соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ о его законности, обоснованности и справедливости.

 

В порядке ст. 125 УПК РФ подлежат обжалованию только те действия перечисленных в ней должностных лиц, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию

 

Постановлением Шебекинского районного суда удовлетворена жалоба К., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, о признании незаконным постановления следователя об отказе в удовлетворении его ходатайства о постановке дополнительного вопроса перед экспертами в постановлении о назначении химической судебной экспертизы.

В кассационном представлении прокурор просил постановление суда отменить как незаконное и необоснованное.

Судебная коллегия по уголовным делам областного суда представление прокурора удовлетворила, указав следующее.

По смыслу ст. 125 УПК РФ в судебном порядке обжалуются постановления дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные их решения и действия (бездействия), которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.

Вместе с тем, не подлежат обжалованию в порядке ст. 125 УПК РФ решения и действия (бездействие) должностных лиц по вопросам, связанным с собиранием и оценкой доказательств, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела, а также не создающим гражданам препятствия для дальнейшего обращения за защитой нарушенного права.

Ходатайство К. о постановке перед экспертами дополнительного вопроса разрешено следователем в порядке, установленном УПК РФ. Ущерба правам К. как участника уголовного судопроизводства принятое следователем по результатам разрешения ходатайства решение не причинило, доступ К. к правосудию не ограничило.

При таких данных жалоба К. не подлежала рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ.

 

Судебное производство

 

Решение о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ может быть принято только при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона на стадии предварительного расследования, которые не могут быт устранены в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела по существу

 

Постановлением Валуйского районного суда уголовное дело по обвинению З. возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом ввиду допущенных нарушений при проведении следственных действий и назначении судебной экспертизы по уголовному делу.

Суд кассационной инстанции постановление отменил, указав следующее.

Предварительное слушание по уголовному делу проведено судом первой инстанции в связи с заявленным адвокатом обвиняемого ходатайством о возвращении уголовного дела прокурору, в котором адвокат указывал на содержащиеся в обвинительном заключении доказательства, которые, по его мнению, добыты с нарушением требований УПК РФ и являются недопустимыми.

Как следует из протокола судебного заседания предварительного слушания, какие-либо доказательства судом не исследовались, в связи с чем суд, не выполнив требования ч. 3 ст. 235 УПК РФ, необоснованно пришел к выводу о нарушении требований УПК РФ при получении этих доказательств.

Возвращая уголовное дело прокурору для устранения допущенных нарушений УПК РФ, суд не указал, что именно является препятствием для постановления судом приговора или вынесения иного решения по уголовному делу, причину невозможности устранения таких препятствий в судебном производстве, а также, каким образом указанные нарушения УПК РФ должны быть устранены прокурором.

 

Постановление суда о назначении судебного заседания по уголовному делу отменено, поскольку суд, приняв уголовное дело к производству, не разрешил ходатайство подсудимого об изменении территориальной подсудности

 

Постановлением Корочанского районного суда назначено судебное заседание по рассмотрению уголовного дела в отношении Т., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ.

В кассационной жалобе осужденный Т. и его защитник просили постановление отменить, материалы уголовного дела направить на новое рассмотрение.

Определением судебной коллегии по уголовным делам областного суда постановление отменено.

Из материалов дела видно, что после поступления уголовного дела в отношении Т. с обвинительным заключением в Корочанский районный суд для рассмотрения по существу обвиняемым Т. заявлено ходатайство Т. об изменении территориальной подсудности уголовного дела и передаче его на рассмотрение в Свердловский районный суд г. Белгорода по тем основаниям, что большинство участников уголовного судопроизводства проживают в г. Белгороде.

В соответствии со ст. ст. 35 ч. 2 и 227 УПК РФ изменение территориальной подсудности уголовного дела допускается лишь до начала судебного разбирательства и поэтому ходатайство Т. подлежало обязательному рассмотрению в подготовительной части судебного заседания.

В нарушение указанных норм процессуального закона судья назначил судебное заседание без разрешения заявленного ходатайства, чем нарушил гарантированное ст. 46 Конституции РФ и ст. 6 Европейской Конвенции о правах человека право Т. на судебную защиту прав и свобод и справедливое судебное разбирательство дела.

Допущенное нарушение признано фундаментальным, влекущим отмену судебного решения.

 

В удовлетворении надзорной жалобы адвоката в интересах осужденного отказано, поскольку иное означало бы нарушение принципа правовой определенности, установленного Европейской конвенцией

 

Приговором Свердловского районного суда г. Белгорода с учетом изменений внесенных определением судебной коллегии по уголовным делам областного суда Ч. осужден по ст. ст. 213 ч. 1 п. "а", 116 ч. 2 п. "а" (2 эпизода) УК РФ.

Постановлено взыскать с Ч. в счет компенсации морального вреда в пользу потерпевшей Ю. 90000 рублей, в пользу потерпевшего С. - 60500 рублей.

В надзорной жалобе адвокат в интересах Ч. просил приговор изменить, ссылаясь на то, что размер взысканной с Ч. компенсации морального вреда завышен и не соответствует требованиям справедливости и соразмерности.

Президиум областного суда жалобу адвоката оставил без удовлетворения по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, на предварительном следствии и в судебном заседании Ч. полностью признал свою вину в содеянном и согласился с исковыми требованиями о компенсации морального вреда в пользу потерпевшей Ю. в размере 90000 рублей и в пользу потерпевшего С. в размере 60500 рублей в полном объеме.

Приговор Свердловского районного суда г. Белгорода в отношении Ч. вступил в законную силу и, учитывая принцип правовой определенности, закрепленный в Европейской конвенции о правах человека, согласно которому ни одна из сторон не вправе требовать пересмотра вступивших в законную силу судебных решений при отсутствии существенных нарушений закона, а также то, что суд принял во внимание полное признание Ч. заявленных потерпевшими исковых требований и последний не возражал против удовлетворения гражданского иска, президиум областного суда пришел к выводу, что оснований к отмене приговора в части гражданского иска не имеется.

Размер компенсации морального вреда, взысканного с осужденного Ч. в пользу потерпевших Ю. и С, определен судом правильно, в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, требованиями разумности, справедливости и соразмерности, а также с учетом характера причиненных потерпевшим физических и нравственных страданий и степени вины осужденного.

 

Неустановление в судебном заседании достоверных данных о личности подсудимого по оригиналам документов повлекло постановление незаконного приговора

 

Приговором Алексеевского районного суда Г. осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ.

Определением судебной коллегии по уголовным делам областного суда приговор отменен по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 265 УПК РФ суд должен удостовериться в том, что в судебное заседание явился подсудимый. Для этого председательствующий проверяет имеющиеся в деле оригиналы документов, сопоставляя ответы подсудимого с данными, имеющимися в деле. У подсудимого выясняется фамилия, имя, отчество, год, месяц, день и место рождения, место жительства, род занятий и другие данные, касающиеся его личности.

Из материалов дела следует, что личность Г. установлена судом на основании факсимильной копии заявления Г. о выдаче паспорта формы N 1 П, которая надлежащим образом не заверена.

В имеющихся в материалах дела документах, копиях приговоров время и место рождения осужденного Г. указано различно.

Никаких мер по выяснению личности обвиняемого в ходе предварительного следствия и в суде предпринято не было.

Подлинники действительных документов, удостоверяющих личность подсудимого, в материалах уголовного дела отсутствуют, в суд не предоставлялись и не исследовались.

При таких обстоятельствах, когда личность обвиняемого в ходе предварительного следствия и в судебном заседании достоверно не установлена, приговор нельзя признать законным и обоснованным.

Примечание. Судебная коллегия по уголовным делам областного суда ввиду нарушения норм уголовно-процессуального законодательства в связи с неустановлением личности подсудимого отменила также приговоры: Губкинского районного суда от 28.08.2010 в отношении Г., Валуйского районного суда от 31.08.2010 в отношении С. и других судов.

 

В соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ оглашение показаний не явившегося в судебное заседание свидетеля, ранее данных им при производстве предварительного расследования, допускается только при согласии на это участников процесса либо при наличии оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 281 УПК РФ

 

Приговором Шебекинского районного суда П. осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ.

В кассационной жалобе П. просил приговор отменить ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам, нарушения уголовно-процессуального закона и несправедливости приговора.

Определением судебной коллегии по уголовным делам приговор отменен.

В соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ оглашение показаний свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования, в случае неявки свидетеля в суд допускается с согласия сторон, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 281 УПК РФ.

Судом данное требование закона нарушено.

Из протокола судебного заседания видно, что показания свидетеля Ф., очевидца ссоры, на почве которой согласно обвинению совершено убийство Т., оглашены по ходатайству государственного обвинителя без согласия на это подсудимого и его защитника.

В приговоре суд сослался на п. 4 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, хотя в материалах дела не имеется данных, указывающих на неявку в суд свидетеля Ф. по причине стихийного бедствия или чрезвычайного обстоятельства.

Других оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 281 УПК РФ, для оглашения показаний свидетеля Ф. не имелось.

Тем самым судом нарушено требование ст. 240 УПК РФ о непосредственном исследовании доказательств в судебном разбирательстве и возможности оглашения показаний, данных при производстве предварительного расследования, лишь в случаях, предусмотренных ст. ст. 276 и 281 УПК РФ.

Допущенное несоблюдение процедуры судопроизводства могло повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

 

Отсутствие в приговоре оценки показаниям осужденной, которые могли существенно повлиять на выводы по делу, повлекло его отмену

 

Приговором Свердловского районного суда г. Белгорода Г. осуждена по ст. 105 ч. 1 УК РФ.

Г. признана виновной в убийстве В., совершенном при таких обстоятельствах.

В процессе распития спиртного между Г. и В. произошла ссора. В ответ на оскорбления со стороны В. осужденная нанесла утюгом множественные удары, а затем шнуром от утюга душила В. Желая довести преступный умысел, направленный на убийство В, до конца, Г, взяв нож, нанесла им удары в область грудной клетки В. Смерть потерпевшего наступила от полученных телесных повреждений на месте происшествия.

Судебная коллегия по уголовным делам областного суда приговор отменила, уголовное дело направила на новое судебное рассмотрение, указав следующее.

Из материалов дела видно, что в ходе предварительного расследования и в судебном заседании Г. поясняла, что между ней и В. завязалась драка. В. пытался задушить ее шнуром от утюга. Нож она взяла для того, чтобы испугать В., однако он при виде ножа проявил еще большую агрессию. Удары ножом нанесла, защищаясь от нападения В.

Суд, исследовав в судебном заседании показания осужденной и установив в ее действиях признаки необходимой обороны, не дал им оценки в совокупности с другими доказательствами, несмотря на то, что они могли существенно повлиять на выводы по делу.

 

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства

 

Приговором Свердловского районного суда г. Белгорода К. осужден по ст. ст. 160 ч. 3 (3 эпизода) УК РФ.

К. признан виновным в трех эпизодах присвоения чужого имущества с использованием своего служебного положения, совершенных при таких обстоятельствах.

К., работая директором по проектированию ООО "Г.", дал указание главному бухгалтеру организации оформить расходный кассовый ордер на имя своей жены К. на сумму 30015 рублей, зная, что последняя не будет получать данные денежные средства. По оформленному расходному кассовому ордеру К. получил из кассы ООО "Г." деньги в сумме 30015 рублей, однако в дальнейшем об их расходовании в бухгалтерию не отчитался, тем самым присвоив их и причинив ООО "Г." материальный ущерб на сумму 30015 рублей. Аналогичными действиями К. присвоил денежные средства ООО "Г." в сумме 20025 рублей и 40020 рублей, причинив потерпевшему ущерб на указанные суммы.

В надзорной жалобе К. просил приговор отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и на недоказанность его вины в совершении присвоения чужого имущества.

Постановлением президиума областного суда приговор отменен по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

По смыслу ст. 160 УК РФ хищение в форме присвоения означает безвозмездное изъятие лицом с использованием своего служебного положения денежных средств из корыстной заинтересованности с причинением ущерба собственнику.

Как видно из приговора, суд привел показания К. в судебном заседании о том, что по его указанию главным бухгалтером общества на имя его жены - К. были выписаны три расходных ордера (на сумму 30015 руб., на сумму 20025 руб., на сумму 40020 руб.), однако деньги К. не получила, поскольку они были переданы в счет оплаты работ, проведенных для ООО "Г." иными лицам без оформления официальных документов.

Таким образом, суд признал достоверными показания осужденного о том, что полученные по расходным ордерам денежные средства были использованы в качестве оплаты за выполненные для организации работы.

При этом суд в приговоре не привел данных, свидетельствующих о невыполнении таких работ, о наличии у К. корыстной заинтересованности, о том, что его действиями собственнику причинен ущерб.

 

Приговор суда признается не соответствующим фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, если суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы по делу

 

Приговором Яковлевского районного суда К. осужден по ч. 3 ст. 159 УК РФ.

К. признан виновным в хищении денежных средств в крупном размере путем мошенничества, совершенном при таких обстоятельствах.

К., являясь инвалидом с детства, до 1 января 2005 года встал на учет и состоял в очереди на улучшение жилищных условий. В сентябре 2009 года он был уведомлен о предоставлении ему мер социальной поддержки по обеспечению жильем за счет средств федерального бюджета. 22 сентября 2009 года К. подал в администрацию городского поселения "Город Строитель" заявление о согласии на получение субсидии, сокрыв факт наличия в его собственности жилого дома и в связи с этим утраты права на его получение. Имея умысел на хищение бюджетных денежных средств, он 22 сентября 2009 года заключил со своей матерью П. договор дарения жилого дома и 29 сентября 2009 года обратился с заявлением в Яковлевский отдел УФРС для регистрации права перехода к П. права собственности на жилой дом. В соответствии с распоряжением главы администрации МО "Яковлевский район" К. предоставлена безвозмездная жилищная субсидия в размере 462600 рублей для приобретения жилья. После чего, 30 октября 2009 года, К. заключил со своей матерью П. договор купли-продажи жилого дома, в котором он указан в качестве покупателя. 20 ноября 2009 года на лицевой счет, открытый на имя К. в Яковлевском отделении Сбербанка РФ, из средств федерального бюджета перечислена безвозмездная жилищная субсидия в размере 462600 рублей. 23 ноября 2009 года К. перечислил эти деньги на лицевой счет своей матери П. В тот же день П. сняла эти деньги со счета и передала К.

Судебная коллегия по уголовным делам областного суда приговор отменила, указав следующее.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ основанием для отмены приговора в кассационном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии с п. 2 ст. 380 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, если суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Суд пришел к выводу о незаконном получении К. безвозмездной жилищной субсидии в сумме 462600 рублей без тщательного исследования обстоятельств, связанных с его нуждаемостью в улучшении жилищных условий.

Судом установлено, что К. является инвалидом с детства 2 группы и с 3 октября 1995 года состоял в администрации городского поселения "Город Строитель" на учете в качестве нуждающегося в улучшении жилищных условий в льготном порядке, предусмотренном статьей 28.2 Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации".

На момент принятия на учет он проживал в принадлежащей его бабушке однокомнатной квартире вместе с матерью П., отчимом П. и бабушкой П., где и зарегистрирован по настоящее время.

В 1999 г. К. был предоставлен в собственность для индивидуального жилищного строительства земельный участок площадью 1500 кв. м.

В судебном заседании К. утверждал о том, что он с помощью матери и отчима на этом участке возвел гаражное помещение, часть которого приспособил для временного проживания, поскольку у него с отчимом сложились плохие отношения.

Суд надлежащим образом не проверил довод осужденного о том, что указанное помещение не является жилым, в техническом паспорте оно неправильно указано как жилое, оно не отапливается и не отвечает санитарным требованиям для проживания.

В соответствии с пунктом 3 статьи 3 закона Белгородской области от 10 мая 2006 года N 39 "О порядке осуществления учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма" нуждающимися в улучшении жилищных условий для принятия на учет считаются граждане, проживающие в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям.

Без проверки довода осужденного о нуждаемости в улучшении жилищных условий у суда не было оснований для вывода о том, что К. действовал с умыслом, направленным на хищение бюджетных денежных средств, на получение которых он не имел права.

Совершение К. сделки по дарению зарегистрированного в его собственности жилого дома и затем представление в администрацию города справки об отсутствии жилого дома для получения жилищной субсидии судом расценены как обман, направленный на хищение бюджетных средств.

При этом суд не установил подлинные мотивы этих действий осужденного, утверждавшего в суде о том, что ему в администрации города объяснили, что без справки об отсутствии в его собственности жилого дома не будет выдана жилищная субсидия, а его строение неправильно было указано в техническом паспорте как жилое, и поэтому он был вынужден его отчуждать и представить такую справку для получения субсидии, в которой он нуждался, поскольку у него не было благоустроенного жилья и ему необходимо было построить жилой дом.

Судом также не дана оценка доводу осужденного о том, что деньги, полученные в качестве жилищной субсидии, он израсходовал на покупку строительных материалов и начал строительство жилого дома.

При таких обстоятельствах приговор суда признан незаконным, необоснованным и отменен с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

 

Уголовное дело может быть рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства при соблюдении обязательного условия - выяснения у участников судебного разбирательства осознания ими характера и последствий постановления приговора в таком порядке

 

Приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода Л. осужден по ст. 111 ч. 1 УК РФ.

Приговором суда, постановленным в особом порядке судебного разбирательства, Л. признан виновным в причинении тяжкого вреда здоровью К.

В кассационной жалобе потерпевший просил приговор отменить, заявляя, что ему не разъяснялись порядок и последствия постановления приговора в особом порядке.

Определением судебной коллегии по уголовным делам областного суда жалоба потерпевшего удовлетворена, приговор суда отменен.

Исходя из требований статей 314 и 316 УПК РФ, уголовное дело может быть рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства при соблюдении обязательного условия - выяснения у участников судебного разбирательства, в том числе у потерпевшего, осознания ими характера и последствий заявленного обвиняемым ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом не выполнены.

Из материалов дела видно, что в подготовительной части судебного заседания суд не разъяснил потерпевшему, в чем заключается особый порядок судебного разбирательства, и не выяснил, осознает ли он последствия постановления приговора в этом порядке.

При таких обстоятельствах приговор суда не может признаваться законным и обоснованным.

 

Выводы суда о злостном нарушении осужденным порядка отбывания условного осуждения признаны не соответствующими фактическим обстоятельствам и материалам дела

 

Приговором мирового суда Прохоровского района Е. осужден по ст. 158 ч. 1 УК РФ к лишению свободы сроком на 1 год с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год.

Постановлением мирового суда Прохоровского района представление уголовно-исполнительной инспекции об отмене условного осуждения Е. в связи со злостным невыполнением возложенных на него судом обязанностей удовлетворено, Е. направлен для отбывания наказания в виде лишения свободы сроком на 1 год в ИК общего режима.

В надзорной жалобе Е. просил постановление отменить.

Президиум областного суда постановление отменил, указав следующее.

По смыслу закона неисполнение осужденным возложенных на него обязанностей признается злостным в случае совершения им запрещенных или невыполнения предписанных условно осужденному действий более двух раз в течение одного года либо продолжительного (более 30 дней) неисполнения обязанностей, возложенных судом.

Суд, отменяя Е. условное осуждение, мотивировал свое решение наличием в действиях осужденного злостного нарушения возложенных на него судом обязанностей, выразившегося в неявке в уголовно-исполнительную инспекцию для регистрации.

Из материалов дела следует, что в подписке о разъяснении порядка исполнения приговора, отобранной у Е., не указан конкретный день, месяц, число, время явки осужденного в уголовно-исполнительную инспекцию для регистрации.

В данной подписке указано, что осужденный должен явиться для регистрации в уголовно-исполнительную инспекцию по первому вызову.

При таких обстоятельствах данное предписание не является конкретным и может толковаться представителями инспекции произвольно.

Кроме того, в материалах дела нет данных о том, что Е. неоднократно вызывался повестками в уголовно-исполнительную инспекцию и не являлся на регистрацию без уважительных причин.

Из протокола судебного заседания видно, что не проверены доводы осужденного о том, что он не мог явиться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию по уважительной причине, в связи с его нахождением вместе с ребенком на стационарном лечении в больнице длительное время, при этом судом также не учтено, что на иждивении у Е. находится двое малолетних детей.

Учитывая изложенное, выводы суда о злостном нарушении Е. порядка отбывания условного осуждения признаны необоснованными, не соответствующими фактическим обстоятельствам и материалам дела.

 

Судья, принимавший участие в рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции, не может участвовать во всех последующих процедурах проверки законности и обоснованности постановленного по делу судебного решения

 

Постановлением Белгородского районного суда оставлена без удовлетворения жалоба осужденного Г. на постановление и.о. прокурора об отказе в возбуждении производства по делу Г. ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

В кассационной жалобе Г. просил отменить постановление суда, считая его незаконным и необоснованным. В обоснование указывал, что судья С. не могла участвовать в рассмотрении его жалобы, поскольку он просит возобновить ввиду новых обстоятельств производство по уголовному делу для пересмотра постановленного судьей С. приговора.

Определением судебной коллегии по уголовным делам областного суда постановление отменено.

По смыслу ст. 63 УПК РФ судья, принимавший участие в рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции, не может участвовать во всех последующих процедурах проверки законности и обоснованности постановленного по делу судебного решения, так как судья в решении уже выразил свою позицию по данному делу.

В главе 49 УПК РФ в качестве одной из форм пересмотра вступившего в законную силу судебного решения предусмотрено возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств в целях выявления и исправления ошибок, допущенных судом из-за того, что ему не были известны эти обстоятельства.

Поскольку Г. в своем сообщении в прокуратуру о новых обстоятельствах указывал, что эти обстоятельства доказывают его невиновность, и просил возбудить производство для пересмотра приговора, то судья С., который постановил обвинительный приговор и выразил в нем свою позицию по делу, не мог участвовать в рассмотрении жалобы Г.

 

Вопросы применения норм материального права

 

Совместные преступные действия лиц, являющихся в соответствии со ст. 35 УК РФ исполнителем и пособником преступления, не могут быть квалифицированы как "совершенные группой лиц по предварительному сговору"

 

Приговором Губкинского районного суда З. и А. осуждены по ст. 158 ч. 2 п. п. "а, б" УК РФ.

З. и А. признаны виновными в краже, совершенной группой лиц по предварительному сговору с незаконным проникновением в помещение при таких обстоятельствах.

З. предложил своему знакомому А., зная, что он может продать мясо, совершить кражу лошади у В., на что А. дал свое согласие.

Прибыв в ночное время в указанное З. место, последний предложил А. ждать его в лесопосадке, а сам пошел к дому В., откуда из сарая похитил лошадь и привел ее в лесопосадку. А. по договоренности с З. зарезал лошадь и помог перевезти и продать мясо. Полученные от продажи денежные средства З. и А. поделили. В результате потерпевшему был причинен материальный ущерб на сумму 20 тысяч рублей.

В надзорных жалобах осужденные просили приговор изменить, считая, что квалифицирующий признак "совершение кражи по предварительному сговору группой лиц" подлежит исключению из приговора.

Президиум областного суда жалобы осужденных удовлетворил, приговор изменил, указав следующее.

Материалами уголовного дела, исследованными в суде, установлено, что исполнителем кражи был З., который один незаконно проник в сарай потерпевшего В., вывел лошадь и привел ее в условленное место в лесопосадку, где его ожидал А.

Согласно договоренности А. зарезал лошадь, разделал мясо и помог перевести и продать его.

Каких-либо действий, связанных с кражей лошади, А. не совершал, непосредственного участия в краже не принимал, а лишь содействовал З. в совершении хищения лошади, заранее пообещав сбыть похищенное имущество - мясо, т.е. являлся пособником кражи, совершенной З. с проникновением в помещение. Предварительного сговора на совершение кражи из дома В. у З. и А. не было, какой-либо помощи З. в момент кражи лошади А. не оказывал, З. проникал в сарай потерпевшего и похищал лошадь один.

В соответствии с ч. 2 ст. 158 УК РФ групповое преступление предполагает участие не менее 2-х исполнителей, соучастие в форме пособничества группы не образует.

При таких обстоятельствах президиум областного суда исключил из приговора осуждение З. по квалифицирующему признаку - совершение кражи по предварительному сговору группой лиц, а А. - совершение кражи по предварительному сговору группой лиц, с незаконным проникновением в помещение, и квалифицировал действия З. по ст. 158 ч. 2 п. "б" УК РФ, А. - по ст. ст. 33 ч. 5 - 158 ч. 1 УК РФ.

 

Назначенное осужденному наказание признано президиумом областного суда несправедливым вследствие чрезмерной суровости

 

Приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода с учетом изменений, внесенных определением судебной коллегии по уголовным делам областного суда, К. осужден по ст. 264 ч. 2 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года 6 месяцев с лишением права управления транспортным средством на 2 года.

В надзорной жалобе К. просил приговор изменить и назначить наказание, не связанное с лишением свободы.

Президиум областного суда жалобу К. удовлетворил, указав следующее.

Из приговора видно, что обстоятельствами, смягчающими наказание К., признаны добровольное частичное возмещение вреда, причиненного преступлением, совершение преступления средней тяжести по неосторожности впервые, наличие тяжелого заболевания и инвалидность 2 группы. Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Из представленных суду первой инстанции медицинских справок К. следует, что у него имеется ряд тяжелых заболеваний, в том числе сахарный диабет 2 типа. К. нуждается в динамическом наблюдении в амбулаторных условиях, а также в стационарном лечении 4 раза в год.

При назначении наказания суд первой инстанции не принял во внимание то, что имеющееся у К. заболевание - сахарный диабет 2 типа - входит в перечень, утвержденный Постановлением Правительства РФ N 54 от 06.02.2004, заболеваний, препятствующих отбыванию наказания.

При установлении обстоятельств, смягчающих наказание, оставлены без внимания преклонный возраст К., отсутствие данных о привлечении его к административной ответственности за последние 3 года, а также исключительно положительные характеристики личности.

При таких обстоятельствах президиум областного суда пришел к выводу, что назначенное К. наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев является явно несправедливым вследствие его чрезмерной суровости.

Примечание. Нарушение принципа справедливости наказания допущено также Свердловским районным судом по делу в отношении К. (приговор от 10.06.2010).

 

Если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей УК РФ в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания

 

Приговором Новооскольского районного суда П. осужден по ст. 111 ч. 4 УК РФ.

П. признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего Ж.

В соответствии со ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми и соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Согласно требованиям ч. 2 ст. 63 УК РФ, если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей УК РФ в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания.

Из приговора видно, что при назначении П. наказания суд учел наступившие последствия в результате совершенного преступления в виде тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Вместе с тем, наступление последствий в виде тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее смерть потерпевшего, указано в диспозиции ч. 4 ст. 111 УК РФ преступления, за которое осужден П.

При таких данных президиум областного суда исключил из приговора указание на тяжесть наступивших последствий и снизил назначенное П. наказание.

 

Вменение квалификационного признака преступления "совершенное из хулиганских побуждений" возможно лишь в случае, когда виновный в процессе совершения преступных действий своим поведением демонстрирует явное неуважение к обществу и общепринятым нормам морали

 

Приговором апелляционной инстанции Чернянского районного суда Я. осужден по ст. 115 ч. 2 п. "а" УК РФ.

Я. признан виновным в том, что он из хулиганских побуждений избил потерпевшую Т., причинив ссадины и кровоподтеки, не повлекшие вреда здоровью, а также перелом ребра, повлекший легкий вред здоровью по признаку его временного расстройства.

Как видно из материалов уголовного дела и установлено судом, потерпевшая была избита Я. во дворе его дома. Происходившее никто из посторонних, в том числе и соседи, не видел и не слышал.

Вышедшая из дома Ч. потребовала от Я. прекратить противоправные действия в отношении Т., что тот и сделал. При этом Ч. слышала, как осужденный ругался и кричал на потерпевшую, что она убийца.

Материалами дела подтверждается, что в 2010 году Т. действительно была осуждена по ст. 107 УК РФ к лишению свободы условно.

Из показаний самой потерпевшей видно, что Я. стал ее избивать после того, как она не согласилась остаться с ним у него в доме.

При таких обстоятельствах вывод суда о том, что избиением потерпевшей Я. был нарушен общественный порядок, не основан на установленных в судебном заседании обстоятельствах происшествия.

С учетом изложенного судебная коллегия по уголовным делам областного суда действия Я. переквалифицировала на ч. 1 ст. 115 УК РФ, исключив ошибочно вмененный признак, - "совершенное из хулиганских побуждений".

 

Действия лица, охваченные единым умыслом и направленные на совершение незаконных действий с одним и тем же объектом, не образуют совокупности преступлений и подлежат квалификации как единое преступление

 

Приговором Белгородского районного суда А. осужден по ст. ст. 222 ч. 1 (2 эпизода) УК РФ.

А. признан виновным в незаконном приобретении, хранении, а также перевозке огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, совершенных при таких обстоятельствах.

А., находясь у себя на огороде, обнаружил огнестрельное оружие - промысловый однозарядный карабин ТОЗ-16, изготовленный заводским способом, 1959 года выпуска, калибра 5,6 мм и один патрон к нему, являющийся боеприпасом к нарезному охотничьему и спортивно-охотничьему оружию, которые осужденный присвоил себе без цели сбыта и перенес указанное огнестрельное оружие и патрон в свой дом, где незаконно хранил.

Он же на принадлежащем ему автомобиле ВАЗ 21053 решил отвезти найденное огнестрельное оружие ТОЗ-16 с одним боеприпасом своему знакомому Б. В тот же день автомобиль под управлением А. был остановлен сотрудниками милиции, в ходе осмотра автомобиля было обнаружено и изъято огнестрельное оружие и патрон.

В надзорном представлении и.о. прокурора области просил приговор изменить в связи с неправильным применением уголовного закона.

Суд надзорной инстанции представление прокурора удовлетворил, указав следующее.

Приговором суда А. признан виновным и осужден по ст. 222 ч. 1 УК РФ за незаконное приобретение и хранение огнестрельного оружия - промыслового однозарядного карабина ТОЗ-16 и боеприпаса к нему - патрона калибра 5,6 мм к штрафу, а также по ст. 222 ч. 1 УК РФ за перевозку указанного огнестрельного оружия и боеприпаса к нему.

Вместе с тем, все действия А. с момента присвоения им огнестрельного оружия и боеприпаса к нему, последующего их хранения, а также перевозки охватываются единым умыслом виновного и направлены на совершение незаконных действий с одним и тем же объектом - промысловым однозарядным карабином ТОЗ-16 и патроном к нему.

При таких данных президиум областного суда пришел к выводу, что действия осужденного охватываются одним составом преступления, не образуют совокупности преступлений и подлежат квалификации по ст. 222 ч. 1 УК РФ как незаконное приобретение, хранение, а также перевозка огнестрельного оружия и боеприпасов к нему.

 

Действия лица по подделке удостоверения, предоставляющего права, совершенные с целью его дальнейшего использования, и дальнейшее использование такого документа лицом, его изготовившим, полностью охватываются ч. 1 ст. 327 УК РФ и дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 УК РФ не требуют

 

Приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода Д. осужден по ст. ст. 327 ч. 1, 327 ч. 3 УК РФ.

Д. признан виновным в подделке удостоверения, предоставляющего право, в целях его использования, а также в использовании заведомо подложного документа, совершенных при таких обстоятельствах.

Д. подделал в целях дальнейшего использования удостоверение, предоставляющее право управления транспортным средством, т.е. водительское удостоверение на имя Т., удалив фотокарточку с изображением Т. и вклеив взамен свою.

Он же, управляя автомобилем ВАЗ-2111, с целью избежать административной ответственности предоставил инспектору ДПС ГИБДД УВД в качестве подлинного подделанное им ранее водительское удостоверение на имя Т.

В надзорном представлении и.о. прокурора области просил приговор изменить в связи с неправильным применением уголовного законодательства, поскольку действия Д. по использованию изготовленного им самим заведомо подложного документа излишне квалифицированы по ст. 327 ч. 3 УК РФ.

Постановлением президиума областного суда представление прокурора удовлетворено.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями норм УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Как следует из материалов дела, Д. подделал водительское удостоверение с целью его дальнейшего использования.

По смыслу закона подделка удостоверения, предоставляющего права, совершенная с целью его дальнейшего использования, и дальнейшее использование такого документа лицом, его изготовившим, полностью охватываются ч. 1 ст. 327 УК РФ и дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 УК РФ не требуют.

Таким образом, действия Д., выразившиеся в подделке удостоверения, предоставляющего право, в целях его использования, и его дальнейшее использование полностью охватываются ст. 327 ч. 1 УК РФ.

 

Признание лица виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 327 УК РФ, то есть в похищении у гражданина паспорта и другого важного личного документа, возможно только при установлении прямого умысла виновного, направленного на хищение паспорта и иных личных документов

 

Приговором Свердловского районного суда г. Белгорода А. осужден по ст. 162 ч. 2, ст. 325 ч. 2, ст. 163 ч. 2 п. п. "а, в" УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам областного суда приговор в части осуждения А. по ч. 2 ст. 325 УК РФ отменила, уголовное дело в этой части прекратила, указав следующее.

Судом первой инстанции установлено, что в процессе разбойного нападения на Г.А. похитил у потерпевшего барсетку, в которой находились, помимо прочего, документы на имя потерпевшего: паспорт гражданина РФ, свидетельство государственного пенсионного страхования, водительское удостоверение, паспорт транспортного средства на автомобиль.

Субъективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 325 УК РФ, характеризуется только прямым умыслом на похищение паспорта или иных важных личных документов гражданина.

Исходя из установленных судом обстоятельств, в действиях А. не усматривается состава указанного преступления, поскольку похищение им барсетки Г. не свидетельствует о наличии у него прямого умысла на похищение паспорта и иных важных личных документов. Совершая хищение барсетки, он не мог знать о ее содержимом.

 

При рассмотрении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении судом должны быть учтены и оценены все имеющиеся в материалах данные о поведении осужденного за весь период отбывания наказания

 

Постановлением Свердловского районного суда г. Белгорода оставлено без удовлетворения ходатайство осужденного Д. об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

В кассационной жалобе осужденный просил об отмене постановления суда, считая, что его ходатайство рассмотрено формально, без учета фактических обстоятельств дела.

Определением судебной коллегии по уголовным делам областного суда жалоба Д. удовлетворена, постановление суда отменено по следующим основаниям.

Как видно из постановления, основанием к отказу в удовлетворении ходатайства Д. послужили отрицательные характеристики осужденного и отсутствие в его поведении стойкой положительной динамики.

В соответствии с положениями ст. 79 УК РФ, ст. 175 УИК РФ, п. п. 5, 6 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.04.2009 N 8 "О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания" при рассмотрении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания должны быть учтены данные о его поведении за весь период отбывания наказания.

Принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства, суд сослался на последнюю отрицательную характеристику осужденного.

Между тем, другим имеющимся в деле положительным характеристикам судом оценки не дано.

Принимая за основу отрицательную характеристику осужденного, суд не учел изложенные в ней противоречия: то, что он положительно характеризуется (трудоустроен, в конфликтах не замечен, вежлив, корректен, взысканий не имеет, имеет поощрения), но по заключению администрации нуждается в дальнейшем отбывании наказания, а применение условно-досрочного освобождения нецелесообразно.

Не соответствуют материалам дела и выводы суда о том, что осужденный не раскаивается в содеянном. Из приговора видно, что Д. вину признал, раскаялся в содеянном и активно способствовал раскрытию преступлений.

 

При рассмотрении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания разрешение вопроса о погашении задолженности по исполнительному листу должно основываться на анализе реальной возможности у осужденного погасить такую задолженность

 

Постановлением Валуйского районного суда ходатайство об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания осужденного У. оставлено без удовлетворения.

В кассационной жалобе У. просил отменить постановление суда.

Суд кассационной инстанции удовлетворил жалобу осужденного, указав следующее.

Отказывая в удовлетворении ходатайства осужденного, суд сослался на неполное погашение им задолженности по исполнительному листу о взыскании с него в пользу потерпевшей К. денежной компенсации морального вреда в размере 100 тыс. рублей, из которых возмещено только 10633 рублей 53 копейки.

По мнению суда, осужденный был трудоустроен и имел реальную возможность полностью погасить задолженность по исполнительному листу, но не сделал этого, что свидетельствует о том, что он не раскаялся в совершенном преступлении и не желает загладить вред, причиненный преступлением.

К такому выводу суд пришел без проверки довода У. о том, что реальную возможность погасить задолженность по исполнительному листу он получил лишь после того, как был трудоустроен на оплачиваемую работу, а до этого выполнял работу на общественных началах.

Как видно из материалов, У. был трудоустроен чистильщиком канализаций и тоннелей на 0,5 ставки с повременной оплатой труда и с этого времени ему начислялась зарплата, из которой бухгалтерией по исполнительному лицу удержано 10633 рублей 53 копейки.

Какие-либо данные о том, что осужденный был трудоустроен на оплачиваемую работу до этого момента, в материалах отсутствуют.

Утверждение суда о том, что осужденный в последнее время проявил активность в погашении задолженности по исполнительному листу не из-за того, что он раскаялся, а из-за желания условно-досрочно освободиться, основано на предположении суда. Такое желание необоснованно получило негативную оценку со стороны суда и неправильно учтено им при решении вопроса об условно-досрочном освобождении У.

 

Административное производство

 

Рассмотрение дела об административном правонарушении должно производиться в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом

 

Постановлением мирового судьи Шебекинского района Г. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

В надзорной жалобе Г. просил отменить судебное постановление и прекратить производство по делу.

Постановлением первого заместителя председателя областного суда жалоба Г. удовлетворена.

В ст. 47 Конституции Российской Федерации установлено, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 7 Федерального конституционного закона от 23 июня 1999 года N 1-ФКЗ "О военных судах Российской Федерации" и ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, совершенных военнослужащими и гражданами, проходящими военные сборы, подсудны военным судам.

Как видно из материалов дела, мировым судом было установлено, что заявитель является военнослужащим. Данный факт подтверждается отпускным билетом войсковой части.

Между тем, в нарушение правил подведомственности мировой суд принял к производству административное дело, ему неподведомственное.

 

При совершении лицом двух и более административных правонарушений наказание назначается за каждое совершенное деяние отдельно

 

Постановлением Ивнянского районного суда Ф. признан виновным в совершении административных правонарушений, предусмотренных ч. 2 ст. 12.24 и ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и подвергнут наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 2 года.

Решением судьи областного суда постановление отменено, дело направлено на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 4.4 КоАП РФ при совершении лицом двух и более административных правонарушений административное наказание назначается за каждое совершенное административное правонарушение.

Постановление судьи не отвечает указанным требованиям закона.

Согласно протоколам об административных правонарушениях, Ф. различными действиями совершил два правонарушения - после употребления спиртного управлял транспортным средством, а затем совершил дорожно-транспортное происшествие, в результате которого потерпевшему был причинен средней тяжести вред здоровью.

Как видно из материалов дела, суд по двум протоколам об административных правонарушениях вынес только одно постановление и назначил одно наказание, что является недопустимым.

 

По смыслу ст. 28.2 КоАП РФ в протоколе об административном правонарушении должны быть указаны сведения о составившем его должностном лице и содержаться его подпись

 

Постановлением Свердловского районного суда г. Белгорода Н. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ.

В жалобе в областной суд Н. просил об отмене постановления как незаконного и необоснованного, а также о прекращении производства по делу, сославшись на то, что протокол об административном правонарушении в отношении него составлен с нарушением требований закона.

Решением судьи областного суда постановление отменено, дело направлено на новое судебное рассмотрение.

По смыслу ст. 28.2 КоАП РФ в протоколе об административном правонарушении должны быть указаны сведения о составившем его должностном лице (часть 2) и подпись этого лица (часть 5).

Имеющийся в деле протокол об административном правонарушении в отношении Н. не отвечает этому требованию: отсутствует подпись инспектора по ИАЗ 1-го БП ДПС Г., составившего протокол.

Указанное обстоятельство ставит под сомнение достоверность содержащихся в протоколе сведений о месте, времени и событии правонарушения, а потому данное доказательство в силу своей ничтожности не может быть положено в основу судебного постановления как подтверждение вины Н. в совершении административного правонарушения.

Неправильное оформление протокола об административном правонарушении, являющееся в силу требований п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП РФ безусловным основанием для возвращения протокола в орган или должностному лицу, составившему его, исключает возможность рассмотрения дела по существу, и по этой причине постановление судьи нельзя признать законным и обоснованным.

 

Выводы суда о виновности лица в совершении административного правонарушения должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании, являющихся достаточными для установления виновности лица в инкриминируемом деянии

 

Постановлением Свердловского районного суда г. Белгорода З. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.10 КоАП РФ, т.е. в том, что он, являясь генеральным директором ООО "Ц.", в салоне связи названного общества незаконно использовал - публично предлагал к продаже аксессуары для мобильных телефонов, маркированные зарегистрированными в установленном законом порядке на территории России товарными знаками компании "Sony Ericson Mobile Communications AB", в отсутствие соглашения с правообладателями об использовании данных товарных знаков или о передаче исключительных прав на них.

Решением судьи областного суда постановление отменено по следующим основаниям.

По смыслу статей 26.1 и 26.2 КоАП РФ по делу об административном правонарушении наряду с другими обстоятельствами выяснению подлежат наличие события административного правонарушения, виновность лица в его совершении, характер и размер ущерба, причиненного административным правонарушением, которые устанавливаются на основе фактических данных, то есть доказательств.

Как видно из обжалуемого постановления, признавая З. виновным в незаконном использовании товарного знака, судья в качестве доказательств его вины в совершении административного правонарушения привел информацию НП Адвокатского бюро "Ш. и П." о контрафактности продукции, изъятой в салоне связи ООО "Ц." на ООТ "Стадион", и нормы Гражданского кодекса РФ, регулирующие правоотношения в сфере использования объектов интеллектуальной деятельности.

Вместе с тем, в постановлении не приводятся доказательства, подтверждающие факты обнаружения товара (из материалов дела следует, что изъятие товара, принадлежащего ООО "Ц.", производилось в трех торговых точках по различным адресам), его стоимости и размера ущерба, причиненного правообладателю в результате незаконного использования товарного знака.

Примечание: Недоказанность вины лица в инкриминируемом правонарушении послужила также причиной отмены постановления Свердловского районного суда от 16.09.2010 в отношении Ш.

 

Не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред

 

Решением судьи Валуйского районного суда оставлено без изменения постановление должностного лица пограничного органа, которым проводник поезда Ч. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 18.14 КоАП РФ, т.е. в том, что при осуществлении пограничного контроля в ППР "Валуйки - железнодорожный" нарушила режим в пункте пропуска через Государственную границу Российской Федерации, произведя высадку пассажира, минуя пограничный контроль.

В жалобе в областной суд Ч. просила об отмене решения как незаконного и необоснованного, сославшись на несоответствие выводов судьи фактическим обстоятельствам дела.

Решением судьи областного суда жалоба Ч. удовлетворена, производство по делу в отношении Ч. прекращено по следующим основаниям.

Постановлением установлено, что Ч., являясь проводником поезда, в нарушение требований ст. 24 Закона РФ "О Государственной границе Российской Федерации" при осуществлении пограничного контроля в пункте пропуска "Валуйки" (Российская Федерация) - "Тополя" (Украина) произвела высадку из вагона на тыльную сторону платформы пассажира К., не прошедшего пограничный контроль.

Из показаний Ч. следует, что при прохождении станции "Купянск" (Украина) к ней обратился пассажир поезда К. с просьбой вызова врача к заболевшему в пути следования его ребенку. Оценив ситуацию, она убедилась, что состояние ребенка тяжелое. Последний был вялым, плакал. Отец ребенка настаивал на оказании врачебной помощи на территории России. Об этом заявитель доложил начальнику поезда, которая предприняла меры по обеспечению медицинской помощи на станции Валуйки. Прибывший дежурный врач, ввиду отсутствия необходимых лекарственных препаратов, рекомендовал приобрести их в аптеке на территории станции "Валуйки". Учитывая сложившееся положение, она произвела высадку К., который в сопровождении сотрудника милиции проследовал в аптеку, где приобрел необходимые лекарства и был препровожден в вагон.

Данный факт подтверждается объяснением К., имеющимся в материалах дела, а также пассажира поезда П.

По сообщению заместителя главного врача НУЗ "Узловая поликлиника на станции Валуйки ОАО "РЖД" С. фельдшер медицинского пункта станции Валуйки осмотрела больного ребенка и поставила предварительный диагноз - "острый бронхит". Обслуживание вызова осуществлялось на станции Валуйки во время стоянки поезда (1 час). Вызов к больному ребенку зафиксирован в журнале вызовов.

Эти обстоятельства, хотя и признаны судьей заслуживающими внимания, но не получили надлежащей оценки в решении.

По смыслу ст. 2.7 КоАП РФ не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред.

Несмотря на то, что Ч. были нарушены требования ст. 24 Закона РФ "О Государственной границе РФ" и должностной инструкции проводника вагона, обстоятельства происшествия свидетельствуют о том, что она действовала в состоянии крайней необходимости, так как ее действия были направлены на своевременное оказание медицинской помощи больному ребенку, состояние которого вызывало у нее, как свидетельствуют материалы дела, обоснованные опасения.

Поэтому действия Ч. хотя формально и содержат признаки административного правонарушения, но не образуют его состава.

При таких обстоятельствах вывод должностного лица пограничного органа о виновности автора жалобы в совершении административного правонарушения, с которым согласился и суд, не основан на законе.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2017       |       Обратая связь