Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

НОВОСИБИРСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 4 октября 2010 г. по делу N 22-4796/2010

 

Судья Пудлина А.О.

Докладчик Ситникова Л.М.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда

в составе:

    Председательствующего: Кощеевой Н.А.

    Судей областного суда: Ситниковой Л.М., Волосской И.И.

    При секретаре:         К.

рассмотрела в судебном заседании "04" октября 2010 года кассационные жалобы осужденной Е.Е., адвоката Пряхина А.В. в защиту осужденной Е.Е. на приговор Федерального суда общей юрисдикции Ленинского района г. Новосибирска от 28 июля 2010 года, которым

Е.Е., ранее не судимая,

осуждена по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде 6 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Постановлено взыскать с Е.Е. в пользу Д.С. 5 848 рублей 69 копеек в возмещение материального ущерба, 100 000 рублей в возмещение морального вреда.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Приговором суда Е.Е. признана виновной и осуждена за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей.

В судебном заседании подсудимая Е.Е. вину в совершении вышеуказанного преступления признала частично.

Преступление совершено Е.Е. в период времени с 22 часов 00 минут 03 июля 2009 года до 01 часа 00 минут 04 июля 2009 года в Ленинском районе г. Новосибирска при обстоятельствах, установленных приговором суда.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Ситниковой Л.М., объяснения осужденной Е.Е. и адвоката Пряхина А.В., поддержавших доводы жалоб об отмене приговора, мнение прокурора Богера Д.Ф., полагавшего приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

В кассационной жалобе (основной и дополнительной) осужденная Е.Е. с приговором суда не согласна, просит его отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

В обоснование жалоб осужденная указывает, что судом не дана надлежащая оценка сложившейся между ней и потерпевшей конфликтной ситуации, полагает, что действовала в пределах необходимой обороны, была вынуждена защищаться от потерпевшей, так как ее жизни угрожала опасность, не имела возможности убежать.

В кассационной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Пряхин А.В. в защиту осужденной Е.Е. просит приговор суда отменить как незаконный и необоснованный, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

По доводам жалоб адвоката судом не дана надлежащая оценка исследованным доказательствам, необоснованно отвергнуты показания Е.Е. о том, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей она не имела, действовала в пределах необходимой обороны.

Эти показания осужденной подтверждаются показаниями свидетелей, заключениями экспертов.

Судом не дана оценка показаниям подозреваемой Е.Е., показаниям потерпевшего Д.С. в ходе предварительного следствия, сообщению из больницы.

Судебное следствие проведено неполно, не допрошен ряд свидетелей, которые могли подтвердить невиновность Е.Е.

В ходе судебного следствия нарушены конституционные права осужденной, поскольку в ходе судебных заседаний Е.Е., воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, от дачи показаний отказалась, дополнив, что будет отвечать только на вопросы адвоката. Однако в нарушение ст. 47 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ суд неоднократно в судебном заседании задавал вопросы осужденной, а при проведении следственного эксперимента, не выяснив согласия осужденной, допросил Е.Е. повторно.

Кроме того, при последнем слове суд задавал Е.Е. вопросы о признании вины по ч. 1 ст. 114 УК РФ, чем нарушил требования ст. 293 УПК РФ.

В нарушение требований ст. 294 УК РФ суд без приведения оснований возобновил судебное следствие.

В нарушение УПК РФ суд постановил приговор при несоответствии обвинительного заключения постановлению о привлечении в качестве обвиняемого.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб осужденной Е.Е., адвоката Пряхина А.В. в защиту осужденной Е.Е., судебная коллегия находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Выводы суда о виновности Е.Е. в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшей, основаны на совокупности доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре.

Доводы осужденной, адвоката о том, что осужденная действовала в состоянии необходимой обороны, так как защищалась от действий потерпевшей, которая с ножом направилась в ее сторону, она опасалась за свою жизнь, являются необоснованными и опровергаются изложенными в приговоре доказательствами.

Подсудимая Е.Е. в ходе предварительного следствия, ее показания исследовались в порядке ст. 276 УПК РФ, поясняла в присутствии защитника, что 3 июля 2009 года распивали спиртные напитки с Д.М. и мужем, сначала в квартире Д.М., а затем в их квартире. Она выходила из кухни, когда вернулась, то Д.М. и ее муж обнимались и целовались, она разозлилась, но Д.М. сказала, что это по-дружески. Потом муж ушел спать, они продолжали распивать спиртное, она разозлилась и вновь спросила Д.М., зачем она целовалась с ее мужем, та ответила, что по-дружески, и в процессе ссоры нанесла Д.М. удар ножом в живот. Д.М. домой уехала 5 июля 2009 года, 6 июля 2009 года от сотрудников милиции узнала, что Д.М. в больнице.

Данные показания подсудимой судом обоснованно признаны достоверными, поскольку они последовательны, логичны, соответствуют явке с повинной Е.Е., где осужденная сообщила, что 3 июля 2009 года в состоянии алкогольного опьянения в ходе ссоры на почве ревности нанесла удар ножом в живот Д.М., а также другим имеющимся в деле доказательствам и правомерно положены в основу обвинительного приговора.

Потерпевший Д.С. в судебном заседании пояснял, что 3 июля 2009 года у матери в гостях были Е.Е. с мужем, они распивали спиртное, затем мать и Е.Е. уехали к ним. 4 июля 2009 года мать домой не приехала, когда он вернулся в квартиру, мать рассказала, что ее ткнули в живот, он видел рану. Мать жаловалась на плохое самочувствие, ее увезли в больницу, 23 июля 2009 года мать умерла от колото-резаного ранения в брюшную полость. В алкогольном опьянении мать была неконфликтным человеком, никогда, никому колюще-режущими предметами не угрожала, насилие и предметы, не применяла, вела себя адекватно.

Свидетель Е.О. в судебном заседании пояснил, что летом 2009 года у них в гостях находилась Д.М., они употребляли спиртные напитки, он пытался обнять Д.М., жена была недовольна, затем он ушел спать. Утром жена рассказала, что у нее с Д.М. произошла ссора по поводу того, что Д.М. обнималась и целовалась с ним, и жена нанесла Д.М. удар ножом в бок.

Свидетель К. в судебном заседании пояснял, что от сотрудников милиции узнал, что его теще Д.М. было причинено ножевое ранение, впоследствии она умерла в больнице. При конфликтах на бытовой почве Д.М. каких-либо предметов, насилия ни к кому не применяла, агрессии не проявляла.

Свидетели Б., П. в ходе предварительного следствия, их показания оглашались в порядке ст. 281 УПК РФ, дали аналогичные показания о том, что в квартире по улице Троллейной периодически Е. и Е.Е. выпивают, тогда слышен шум, как они ругаются.

Показания указанных свидетелей в этой части судом правомерно признаны достоверными, поскольку они в основном не противоречивы, последовательны, соответствуют другим, имеющимся в материалах дела и исследованных судом доказательствам, и обоснованно положены в основу обвинительного приговора.

Из заключений судебно-медицинских экспертиз N 3550 от 11.09.2009 года, N 106-ДК от 06.05.2010 года следует, что при исследовании трупа Д.М. обнаружено слепое, проникающее колото-резаное ранение живота с повреждением тонкой кишки, которое оценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшей.

Смерть Д.М. наступила от распространенного воспаления брюшины (перитонит), развившегося в результате колото-резаного проникающего ранения живота с повреждением тонкой кишки.

Учитывая наличие у потерпевшей слепого проникающего колото-резаного ранения живота с повреждением полого органа (тонкой кишки), которое само по себе является опасным для жизни повреждением, исключить вероятность наступления неблагоприятного исхода (смерть Д.М., даже при оказании ей своевременной квалифицированной медицинской помощи (сразу после причинения телесного повреждения, то есть в ночь с 3 на 4 июля 2009 года) нельзя.

Согласно результатам следственного эксперимента, проведенного судом, установлено, что острие клинка макета ножа, зажатого в руке подсудимой Е.Е. прямым хватом, направлено справа налево, спереди назад и сверху вниз. При демонстрации подсудимой момента контакта макета ножа с телом статиста клинок макета ножа обращен сверху вниз, справа налево, спереди назад.

Данное следственное действие, проведенное судом по ходатайству стороны защиты, соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, и вопреки доводам адвоката, конституционные права осужденной, как следует из материалов дела, нарушены не были, поскольку по смыслу закона при проведении данного процессуального действия, выявляются последовательность происшедшего события, поэтому пояснения осужденной Е.Е. при проведении следственного эксперимента об обстоятельствах происшедшего, нельзя отнести к допросу Е.Е., и считать данное обстоятельство нарушением ст. ст. 47, 275 УПК РФ, а также конституционных прав подсудимой Е.Е. Из протокола судебного заседания при проведении следственного эксперимента, вопреки доводам жалобы, не следует, что суд неоднократно задавал вопросы подсудимой. Замечания на данный протокол судебного заседания сторона защиты не подавала.

Виновность Е.Е. подтверждается и другими имеющимися в деле и приведенными в приговоре доказательствами.

Допустимость приведенных в приговоре доказательств сомнений у судебной коллегии не вызывает, поскольку они добыты в установленном законом порядке, обоснованно признаны судом достаточными для разрешения уголовного дела и положены в основу обвинительного приговора.

Приведенными выше доказательствами виновность Е.Е. в совершении указанного в приговоре преступления установлена, а доводы кассационных жалоб о том, что в сложившейся конфликтной ситуации, Е.Е. действовала в пределах необходимой обороны, защищалась от действий потерпевшей, опровергнуты. Судом первой инстанции правильно установлено, что между Д.М. и Е.Е., находящихся в состоянии алкогольного опьянения, произошла ссора на почве ревности, при этом инициатором ссоры была Е.Е., которая в ходе ссоры нанесла удар ножом в живот Д.М.. В ходе предварительного следствия Е.Е., допрошенная в качестве подозреваемой, а также в явке с повинной не указывала, что Д.М. на нее нападала, и она опасалась за свою жизнь и находилась в состоянии необходимой обороны. Поэтому вывод суда о том, что осужденная не находилась в состоянии обороняющейся, постановлен правильно и оснований в нем сомневаться у судебной коллегии не имеется.

Нанесение Е.Е. потерпевшей Д.М. удара ножом в область живота, отчего фактически наступила ее смерть, как правильно пришел к выводу суд, свидетельствует о наличии у Е.Е. умысла на причинение потерпевшей Д.М. тяжкого вреда здоровью, повлекшему по неосторожности ее смерть. Указание судом в приговоре на преступную небрежность нельзя признать существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора, поскольку форма вины судом установлена, преступление, за которое осуждена Е.Е., совершено по неосторожности, поэтому доводы адвоката о том, что суд вышел за рамки предъявленного обвинения, являются неубедительными.

Ссылки в жалобе адвоката на то, что судебное следствие проведено неполно, не допрошен ряд свидетелей, являются несостоятельными, так как судебное следствие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, в том числе, все заявленные сторонами ходатайства рассматривались и по ним принимались законные и обоснованные постановления. Стороной защиты не заявлялись ходатайства о допросе дополнительных свидетелей, также адвокатом не указано в кассационной жалобе, какие именно свидетели были не допрошены.

Доводы жалобы адвоката о том, что судом не дана надлежащая оценка показаниям подозреваемой Е.Е., потерпевшего Д.С., сообщению из больницы, являются надуманными, поскольку судом оценены все доказательства в совокупности, в том числе и указанные адвокатом и им дана надлежащая правовая оценка.

Судом проверялись все доводы, приведенные Е.Е. в свою защиту, в том числе те, на которые имеются ссылки в жалобах.

В приговоре приведено убедительное обоснование выводов о признании несостоятельными доводов осужденной Е.Е., о невиновности, ее показания получили в приговоре надлежащую оценку.

Все представленные сторонами доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, им дана надлежащая оценка, при этом в приговоре приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты.

Ссылки в жалобе адвоката Пряхина на нарушение требований уголовно-процессуального закона (в том числе ст. ст. 220, 293 УПК РФ) при рассмотрении его судом, являются несостоятельными.

В материалах дела имеется мотивированное постановление судьи об отказе возвращения уголовного дела в отношении Е.Е. прокурору, суд обоснованно не усмотрел оснований несоответствия постановления о привлечении в качестве обвиняемой с обвинительным заключением и правильно отказал в удовлетворении ходатайства адвоката о возвращении уголовного дела прокурору, данное постановление вступило в законную силу. А обязанности суда удовлетворять все ходатайства закон не предусматривает.

Из протокола судебного заседания не усматривается, что суд во время последнего слова Е.Е. задавал ей вопросы, в том числе о признании вины по ч. 1 ст. 114 УК РФ, замечания на данный протокол были рассмотрены суд в установленном законом порядке.

Возобновление судом судебного следствия в порядке ст. 294 УПК РФ, о чем свидетельствует постановление судьи, нельзя признать существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства, влекущим отмену приговора, поскольку возобновление судебного следствия это право суда, в том числе и при разрешении вопросов, предусмотренных ст. 299 УПК РФ, что было и сделано по уголовному делу в отношении Е.Е.

Ссылка адвоката на то, что постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы было вынесено до возбуждения уголовного дела, является надуманной, поскольку уголовное дело было возбуждено в отношении Е.Е. по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ 6 июля 2009 года, а постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы было вынесено 24 июля 2009 года.

Доводы адвоката о том, что суд не отменил Е.Е. меру пресечения в виде подписки о невыезде, признать обоснованными нельзя, поскольку в резолютивной части указано, что мера пресечения Е.Е. изменена на содержание под стражей в СИЗО N 1 до вступления приговора в законную силу.

Суд проверял, приведенные в кассационной инстанции доводы адвоката о нарушениях уголовно-процессуального закона при предварительном расследовании дела, в том числе и путем допроса руководителя следственного отдела и обоснованно сделал вывод о том, что эти доводы являются несостоятельными.

Доводы адвоката на то, что судом указано в приговоре о частичном признании вины Е.Е., являются надуманными, поскольку из приговора суда следует, что Е.Е. только не отрицала факт причинения ножевого ранения потерпевшей.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Е.Е. в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей, верно квалифицировал ее действия, и правильно осудил по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Выводы суда соответствуют имеющимся доказательствам, надлежащим образом обоснованы и мотивированы в приговоре.

Наказание Е.Е. назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, соразмерно содеянному ею, с учетом данных о ее личности, влияния назначенного наказания на ее исправление и всех конкретных обстоятельств дела и является справедливым.

В достаточной степени судом учтены все имеющиеся по делу смягчающие обстоятельства, а также отсутствие отягчающих обстоятельств.

Оснований для применения ст. ст. 64, 73 УК РФ в отношении осужденной Е.Е., а также к смягчению наказания, суд первой инстанции не усмотрел, не находит их и судебная коллегия.

Другие доводы кассационных жалоб, изложенные осужденным, адвокатом, а также дополнительные доводы адвоката, изложенные им в судебном заседании кассационной инстанции, не влияют на выводы суда о виновности осужденной Е.Е. в совершенном преступлении, и по этим доводам приговор суда отмене не подлежит.

Данное дело органами предварительного следствия расследовано, а судом рассмотрено с учетом конституционного принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон всесторонне, полно и объективно.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих безусловную отмену приговора, либо внесение в него изменений, из материалов дела не усматривается.

По указанным причинам кассационные жалобы осужденной Е.Е., адвоката Пряхина А.В. в защиту осужденной Е.Е. удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

Приговор Федерального суда общей юрисдикции Ленинского района г. Новосибирска от 28 июля 2010 года в отношении Е.Е. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденной Е.Е., адвоката Пряхина А.В. в защиту осужденной Е.Е. оставить без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2017       |       Обратая связь