Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 14 декабря 2010 г. по делу N 1-112/10

 

Судья Грузманова И.А.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего Орловой Р.Е.

судей Дебатур Т.Е., Жукова В.А.

при секретаре К.

с участием переводчика К.

рассмотрела в судебном заседании от 14.12.2010 г. кассационную жалобу осужденного М.Э., адвокатов Карплюка А.В., Елчуева С.Д., на приговор Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 29.06.2010 г., которым

М.Э., <...>, ранее не судимый:

- осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 13 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

Заслушав доклад судьи Жукова В.А., объяснение осужденного М.Э., адвокатов Карплюка А.В. и Елчуева С.Д., мнение прокурора Сапруновой Ю.Ю., полагавшей приговор оставить без изменений, судебная коллегия,

 

установила:

 

В кассационной жалобе осужденный М.Э. просит отменить приговор от 29.06.2010 г. поскольку он основан на противоречивых показаниях его бывшей жены М., с которой у него сложились неприязненные отношения из-за несложившейся личной жизни, и которая, якобы хорошо помнит события 12-ти летней давности. Не представлено каких-либо доказательств использования <...>, не проверено его алиби о нахождении в момент преступления в В. Показания свидетелей <С.1>, <С.2>, <С.3> также не подтверждают его участия в совершении преступления. Кроме того, судом не были исследованы вопросы процессуального движения данного уголовного дела, несмотря на то, что преступление было совершено более 12 лет назад, не допрошены следователь и оперативные работники. Необоснованно признано отсутствие какого-либо психологического и морального давления на свидетеля М.

Адвокат Карплюк А.В. также считает приговор суда незаконным и подлежащим отмене, поскольку указанные в приговоре доказательства не подтверждают виновность М.Э. в совершении инкриминируемого преступления. Так, все обвинение, в основном, построено на показаниях свидетеля М. которые крайне противоречивы, однако суд признал их допустимыми и достоверными. При этом, при оценке показаний М. о том, что в начале февраля 1998 г. она встретилась с М.Э. в С. судом, в нарушение требований п. 1 ст. 307 УПК РФ не было установлено место проживания в период с 01.02 по 04.02.1998 г. М.Э., <С.4>, и М., не установлено время встречи М. с М.Э. Судом не указаны мотивы, по которым отвергнуты другие доказательства - в частности показания М. о том, что в конце зимы - начале весны 1998 г. она с М.Э. приехала в В., где сменили около 5 мест жительства. В В. они проживали около 2 лет. Весной 1999 г. М.Э. был задержан.

Из показаний в ходе судебного разбирательства следует, что после убийства <П.1> М. жила у М.Э. на <...> около 2 месяцев. У нее был шок, поэтому два месяца она лежала.

Из тех же показаний следует, что в период с января 1997 г. по апрель 1998 г. М. проживала дома; она проживала в В. год или два, не помнит; где жила летом и осенью 1997 г. не помнит; примерно в течение месяца после смерти <П.1> М. уехала в В. Данные противоречия судом не устранены. Выводы суда о том, что М. неоднократно приезжала и уезжала в В. являются надуманными.

Судом также необоснованно оценены показания свидетеля <С.5> как относимые, допустимые и достоверные, которые также крайне противоречивы, не основаны на фактических обстоятельствах дела, и являются лишь предположением суда. Так, в частности <С.5> поясняла, что М. проживала в В. с М.Э., но в сентябре 1997 г. вернулась в С., и после этого проживала там до февраля 1998 г. В конце февраля прислала письмо, где написала, что уехала в В. с М.Э. В январе 1998 г. к ней приезжал брат М.Э. за коляской и гитарой, в сентябре 1997 г. когда она находилась с внучкой в больнице супруги М-вы навещали ее;

- доводы суда о том, что <С.5> поясняла, что ее дочь в сентябре 1997 г. вернулась в С. и проживала там до февраля 1998 г. не соответствуют действительности, поскольку отсутствуют в материалах дела;

- судом не установлено место проживания в С. М.ХХ и М.Э., не установлено, когда и в какой больнице в сентябре 1997 г. находились <С.5> с внучкой;

- несостоятельны доводы суда о том, что М.Э. находился в феврале 1998 г. в С., так как в сентябре 1997 г. привозил в С. арбузы, поскольку М.Э. не отрицая приезд в С. в сентябре 1997 г. и привоз арбузов, пояснял, что вернулся в В. через 10 дней.

- довод суда о том, что поскольку в январе 1998 г. к <С.5> приходил С. за гитарой и коляской, то и М.Э. находился в С. не может являться доказательством.

При оценке показаний <С.5> суд не указал мотивы, по которым отверг другие доказательства:

- показания свидетеля, которые она давала как в период следствия, и оглашенные в судебном заседании (т. <...> л.д. <...>), так и ее показания в судебном заседании (т. <...> л.д. <...>).

По мнению суда показания М. и <С.5> подтверждаются показаниями свидетеля <С.6>, который являлся близким другом <П.1>, пояснившего, что ему известно, что <П.1> встречался с девушкой по имени <ХХ>, которая была замужем, в связи с чем он высказывал недовольство. В конце января 1998 г. когда он находился у <П.1>, к нему приехали муж <ХХ> - М.Э., его брат и еще один человек, которые просили у <П.1> деньги за то, что он живет с <ХХ>, однако <П.1> им денег не дал.

При оценке показаний <С.6> суд не указал, по каким мотивам отверг другие доказательства - о том, что во время сожительства с <П.1> <ХХ> торговала сигаретами на <...>, а <П.1> там же торговал цветами; <С.6> дважды выгонял <ХХ> из квартиры <П.1>, из-за чего <ХХ> обиделась и оскорбила его; через несколько дней после убийства <П.1> <С.6> позвонил третий человек и предложил встретиться в кафе, где и был задержан, рассказал, что <П.1> убил М.Э. Затем это же сообщили сотрудники милиции, так же как и то, что со слов <ХХ> им известно, что М.Э. требовал деньги от <П.1>.

Данные показания противоречат показаниям М. о том, что она работала на складе на <...>, о ее сожительстве с <П.1> никто не знал, она не знакома с <С.6>, не встречалась с ним на <...>, и <С.6> не выгонял ее из квартиры <П.1>.

Таким образом не подтверждается версия об убийстве <П.1> М.Э. на почве ревности, имеется экономическая выгода других лиц.

Кроме того, свидетель <С.7> которая в ночь с <...> на <...> слышала крики и стоны из квартиры сверху, где проживал <С.8> и видела на лестничной площадке молодого человека, также видела, как из подъезда выходили двое мужчин и женщина, при опознании М.Э. по фотографии не опознала в нем одного из тех лиц, который в день убийства выходил из квартиры N <...>, не видела, что к <П.1> приходила девушка.

Ссылается на показания свидетелей <С.8> и <С.2>. <С.2> кроме того пояснила, что в 2008 г. ее никто не допрашивал, в протоколе не ее подпись.

Свидетель <С.3> указала, что в феврале 1998 г. она слышала долгий стон мужчины из соседней квартиры, принимала участие в качестве понятой при осмотре места происшествия, видела труп мужчины, на теле которого было много ран. Также пояснила, что при осмотре места происшествия она находилась в коридоре, ванную и кухню с ее участием не осматривали.

Считает показания указанных свидетелей и свидетеля М. крайне противоречивыми друг другу. Считает, что приговор основан на предположениях, что противоречит ст. 14 УПК РФ.

Не доказано, что М.Э. к месту преступления подвозил <И.1>, поскольку у него не было водительского удостоверения. Не доказано, что М.Э. и М. в феврале 1998 г. находились в С., по чьей инициативе состоялась их встреча, не установлено наличие ревности со стороны М.Э., не установлены обстоятельства предшествующие поездке М. к <П.1>, не оговорено, почему в своих показаниях М. ссылается на дочь С., поскольку она еще не родилась на момент совершения преступления, не установлены обстоятельства приобретения <...>, не установлен адрес М.Э. на <...>, адрес В.х., не установлены обстоятельства имевшие место в момент совершения преступления - не обнаружено ведро, из которого вылили воду на <П.1>; не установлено, каким образом наносились раны, в акте судебно-медицинской экспертизы отсутствуют сведения о том, что в шее <П.1> застрял нож; не установлено, каким образом на теле <П.1> оказался стул и тазик; не установлено, куда делся нож, изъятый в ванной комнате; не дана должная оценка показаниям со стороны защиты И., <С.4>.

Адвокат Елчуев С.Д. также считает приговор суда незаконным и необоснованным, полностью поддержал доводы изложенные в жалобе адвоката Карплюка А.В., поскольку обвинительный приговор основан на предположениях, на крайне противоречивых показаниях свидетеля М., оговорившей М.Э. на почве личных неприязненных отношений, кроме того, судом не исследованы дополнительные материалы, собранные защитой, из которых следует, что в момент инкриминируемого преступления - февраль 1998 г. М.Э. и М. находились в <...>, где жили и работали.

Обсудив доводы кассационных жалоб, проверив материалы дела, Судебная коллегия находит приговор в отношении М.Э. законным и обоснованным.

Вина М.Э. в совершении инкриминируемых ему действий правильно установлена совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и оцененных судом в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Так, из показаний свидетеля М., следует, что в феврале 1998 г. она проживала в С. Здесь же проживал ее муж - М.Э. В начале февраля 1998 г. М.Э. вместе с ней, а также неизвестным ей молодым человеком, на автомашине под управлением <И.1> приехали по месту жительства ее знакомого <П.1>, где после того, как она с <П.1> пили пиво, куда она накапала <...>, в квартиру вошел М.Э. с неизвестным ей молодым человеком, а через некоторое время из коридора квартиры она видела, как в комнате, М.Э. вытаскивал нож из шеи <П.1>, после чего <П.1> не подавал признаков жизни.

Из показаний свидетеля <С.1> следует, что ночью с 03.02 на 04.02.1998 г. она слышала крики и стоны из квартиры сверху, где проживал <С.8>. Выйдя на лестничную площадку увидела молодого человека, который направился в ее сторону, после чего она вновь ушла в квартиру и закрыла дверь. Выглянув в окно, увидела, как из подъезда выбежали двое мужчин и женщина. До этого видела у подъезда автомашину, водитель которой, заметив, что за ним наблюдают, сразу же уехал.

Из показаний свидетеля <С.8> следует, что со слов своей тещи ей известно, что выше этажом раздавались стоны, удары. Свидетели <С.2> и <С.3> также пояснили, что в ночь с 03 на 04.02.1998 г. слышали из квартиры <С.8> шум и стоны. Время совершения преступления подтверждено и обоснованным заключением судебно-медицинского эксперта, не доверять которому у судебной коллегии оснований не имеется.

Судебная коллегия считает, что судом объективно и правильно оценены показания свидетелей, которые также подтверждены и материалами дела, исследованными в судебном заседании. Так, М. в период всего следствия, так и в судебном заседании, утверждала, что видела, как М.Э. вытаскивал нож из шеи <П.1>, при этом прилагал особые усилия. Свои показания подтвердила при осмотре места происшествия. Объективные доказательства подтверждены показаниями допрошенной в судебном заседании эксперта Э., пояснившей, что с учетом телесных повреждений, установленных у <П.1> показания М. о возможном вытаскивании ножа из шеи с приложением определенных усилий, соответствуют действительности. Эксперт Э. кроме того, подтвердила, что установленные у <П.1> телесные повреждения могли быть причинены ножом, параметры которого указала М. и который она видела у М.Э. - длиной лезвия не менее 10 см и шириной около 2,5 см.

При этом заключение судебно-медицинской экспертизы о характере телесных повреждений, в том числе и переломы остистых отростков 5, 6 шейных позвонков, установленных у <П.1>, было дано до допроса свидетеля М., эксперт была допрошена только в судебном заседании, что также свидетельствует об объективности показаний М. При этом судом верно отмечено, что данные показания может дать только человек, непосредственно наблюдавший указанные действия, в момент их совершения, что также подтверждает достоверность показаний М. Кроме того, показания М. подтверждены и показаниями свидетеля <С.1> пояснившей, что видела, как из подъезда выбежали двое мужчин и одна женщина, что также полностью соответствует показаниям М. о том, что у <П.1> она была вместе с М.Э. и неизвестным ей молодым человеком, и они вместе выходили из подъезда после убийства <П.1>.

Таким образом, судебная коллегия считает, что суд обоснованно признал показания потерпевшей и свидетелей объективными и достоверными, поскольку они последовательны, имеющиеся противоречия, в том числе ссылку М. на дочь С., которая родилась спустя несколько дней после совершения преступления, суд обоснованно признал незначительными, учитывая, в том числе и давность совершенного преступления, ни в коей мере не искажающими фактические обстоятельства совершения преступления, изложенные М. которые могли быть известны только лицу, непосредственно присутствующему на месте преступления, в момент его совершения. Показания подтверждены другими объективными доказательствами, исследованными в судебном заседании и оцененными в приговоре по совокупности, в том числе и заключением судебно-медицинской экспертизы, проверкой показаний М. на месте. Применение какого-либо психологического и морального давления на свидетеля М. в период предварительного расследования и в судебном заседании не установлено. Из показаний М. следует, что она боится М.Э. и его родственников, которые говорили ей о возможности отобрания ее ребенка.

Доводы кассационной жалобы о том, что свидетель <С.1> в период следствия не смогла опознать по фотографиям ни М.Э. ни М. судебная коллегия считает неубедительными, учитывая давность происходивших событий, а также конкретные обстоятельства, при которых свидетель могла наблюдать М.Э. и М. - т.е. со спины, когда они выбегали из подъезда, к тому же вместе с ними был и второй мужчина.

Судебная коллегия считает, что суд обоснованно признал доказанным применение М. <...>, который она использовала в отношении <П.1> о чем она говорила в период всего следствия, и в судебном заседании, поясняя, что налила клофелин в кружки, но в какие, и в каком количестве она не помнит.

О возвращении М. в С. в сентябре 1997 г. и проживании в С. до февраля 1998 г. <С.8> сообщила во время судебного разбирательства (т. <...> л.д. <...>).

В приговоре суда отражены показания свидетеля <С.2> в судебном заседании, а не оглашенный протокол допроса в период следствия.

Свидетель <С.6> не являлся очевидцем совершения преступления, но он также подтверждал, что он был хорошим знакомым <П.1>, в квартире у которого неоднократно видел девушку по имени <ХХ>.

Судебная коллегия также считает, что судом также был обоснованно признан законным и допустимым протокол осмотра места происшествия, с участием понятой <С.3>, которая в судебном заседании подтвердила его достоверность.

В соответствии с п. 1 ст. 307 УПК РФ судом устанавливается место совершения преступления, а не место проживания лиц, причастных к нему.

В уголовном деле имеются постановления о приостановлении предварительного следствия в связи с неустановлением лица совершившего преступление, а затем и в связи с розыском подозреваемого, что в соответствии с ч. 3 ст. 78 УК РФ является основанием для приостановления течения сроков давности. Кроме того, в соответствии с ч. 1 ст. 78 УК РФ срок давности за совершение особо тяжкого преступления, к которому относится и ч. 1 ст. 105 УК РФ составляет 15 лет, и соответственно на момент рассмотрения дела не истек.

Доводы защиты о том, что <И.1> не мог подвозить М.Э. к <П.1>, поскольку у него не было водительского удостоверения, судебная коллегия также считает неубедительными. Как следует из материалов дела <И.1> научился водить автомашину во время службы в армии - в 1989 г. (т. <...> л.д. <...>), привлекался к административной ответственности за управление автомашиной в нетрезвом виде и без права управления (т. <...> л.д. <...>).

В судебном заседании было проверено алиби М.Э. о его нахождении в <...> в момент совершения преступления, допрошены свидетели <С.4>, <С.9> и <С.10> которые в судебном заседании пояснили, что видели М.Э. в начале февраля 1998 г. в <...>. Судебная коллегия считает, что суд обоснованно не доверяет показаниям указанных свидетелей. <С.4> является братом осужденного и заинтересован в исходе дела, <С.9> и <С.10> также являются хорошими знакомыми М.Э. Их показания опровергаются другими, последовательными показаниями свидетеля М., <С.11>, показаниями допрошенного в судебном заседании эксперта Э., объективно подтвердившей показания свидетеля М. об обстоятельствах совершения преступления, материалами дела.

К справкам представленным адвокатом Елчуевым С.Д. о работе М.Э. разнорабочим в ООО <...>, в кафе <...>, и М. официанткой, и совместном проживании по адресу В., <...> в период с декабря 1997 г. по апрель 1998 г. судебная коллегия относится критически, поскольку это крайне противоречит показаниям как самого М.Э., М. так и свидетелей со стороны защиты по данному делу, из которых следует, что в В. М.Э. работал на рынке, торговал фруктами, имел свою "точку", М. работала кладовщицей на этом же рынке, снимали комнату на <...>, а затем полностью дом, что также противоречит представленным справкам, которые выполнены одним шрифтом, что также вызывает у судебной коллегии сомнения в их достоверности.

Собранные по делу доказательства позволили суду сделать правильный вывод о виновности М.Э. и правильно квалифицировать его действия по ст. 105 ч. 1 УК РФ.

При назначении М.Э. наказания судом были учтены все обстоятельства смягчающие и отягчающие его наказание, общественная опасность совершенных им действий, и назначено наказание в пределах санкции ст. 105 ч. 1 УК РФ, соответствующее личности М.Э. и тяжести совершенных им действий, которое судебная коллегия считает обоснованным и справедливым.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

Приговор Красногвардейского районного суда г. Санкт-Петербурга от 29 июня 2010 г. в отношении М.Э. - оставить без изменения, кассационную жалобу осужденного, адвокатов Карплюка А.В., Елчуева С.Д. - без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь