Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ПЕРМСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 22 декабря 2010 г. по делу N 22-8460/2010

 

Судья Черноусова Е.В.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего Карпович Р.М.,

судей Ивановой Т.Г. и Мелюхина А.В.,

при секретаре Т.Ю.,

рассмотрела в судебном заседании от 22 декабря 2010 года кассационные жалобы осужденного К.Р., адвоката Погарцева Ю.В. в интересах К.Р., кассационные жалобы осужденного Б3., адвоката Карелина Е.С. в интересах Б.С., кассационную жалобу и дополнения к ней осужденного П.Э., кассационную жалобу адвоката Мартиной В.В. в интересах П.Э., кассационную жалобу адвоката Лесникова П.Г. в интересах потерпевших Г., Б1. на приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от 21 октября 2010 года, которым

К.Р., дата рождения, уроженец <...>, ранее судимый:

25.06.2004 г. Кудымкарским городским судом Коми-Пермяцкого автономного округа по ч. 2 ст. 162, ч. 1 ст. 222 УК РФ, с применением ст. 64, ч. 2 ст. 71 УК РФ к 4 годам лишения свободы и штрафу в размере 2500 рублей, постановлением Кудымкарского городского суда Коми-Пермяцкого автономного округа от 29.03.2006 г. освобожденный условно-досрочно на неотбытый срок 1 год 11 месяцев,

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 13 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено срок отбывания наказания К.Р. исчислять с 23 декабря 2009 года, то есть с момента задержания и последующего заключения под стражу.

К.А., дата рождения, уроженец <...>, ранее несудимый,

осужден по п. "а" ч. 3 ст. 111 УК РФ к 5 годам лишения свободы.

В силу ст. 73 УК РФ наказание К.А. назначено условное с установлением испытательного срока 5 лет.

На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ на К.А. судом возложены обязанности: ежемесячно отмечаться в органах, ведающим наказанием, без их ведома не менять место жительства.

Б.С., дата рождения, уроженец <...>, ранее несудимый,

осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено срок отбывания наказания Б.С. исчислять с 12 марта 2010 года, то есть с момента задержания и последующего заключения под стражу.

П.Э., дата рождения, уроженец <...>, ранее судимый:

1. 22.09.2004 г. Кудымкарским городским судом Коми-Пермяцкого автономного округа по п.п. "а, г" ч. 2 ст. 161, п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 4 годам лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года;

2. 10.03.2005 г. Ленинским районным судом г. Перми Пермской области по п.п. "а, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ к 4 годам 1 месяцу лишения свободы;

3. 22.06.2005 г. Кудымкарским городским судом Коми-Пермяцкого автономного округа по п.п. "а, в" ч. 2 ст. 161 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденный 04.07.2006 г. условно-досрочно по постановлению Пермского районного суда Пермского края от г. на не отбытый срок 2 года 10 месяцев;

4. 17.01.2007 г. Кудымкарским городским судом Пермского края по ч. 1 ст. 161 УК РФ, с применением ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ к 3 годам лишения свободы,

5. 14.02.2007 г. Кудымкарским районным судом Пермского края по п.п. "а, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, постановлением Березниковского городского суда Пермского края от 11.06.2009 г. освобожденный условно-досрочно 25.06.2009 г. на не отбытый срок 11 месяцев 24 дня,

осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ к 7 годам лишения свободы.

В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к вновь назначенному наказанию частично присоединено наказание по приговору Кудымкарского районного суда Пермского края от 14 февраля 2007 года и окончательно назначено П.Э. наказание 7 лет 3 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено срок отбывания наказания П.Э. исчислять с 20 марта 2010 года, то есть с момента задержания и последующего заключения под стражу.

Гражданские иски потерпевших Г. и Б1. в части компенсации морального вреда удовлетворены частично.

Гражданский иск потерпевшей Г.Е. в счет возмещения материального вреда удовлетворен в полном объеме.

Заслушав доклад судьи Карпович Р.М., объяснение осужденного К.Р., адвоката Погарцева Ю.В., представляющего интересы К.Р., поддержавших доводы кассационных жалоб, объяснение осужденного П.Э., адвоката Мартиной В.В., представляющей интересы П.Э., поддержавших доводы кассационных жалоб, объяснение осужденного Б.С., адвоката Юдина В.П., представляющего интересы Б.С., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение адвоката Хозяшева А.И. в интересах осужденного К.А., мнение защитника Галкиной Е.Н., представляющей интересы осужденных Б.С., П.Э., мнение адвоката Лесникова П.Г. в интересах потерпевших Г., Б1., мнение прокурора Бусовой В.Н. об оставлении приговора суда без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

К.Р. признан виновным в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку. Преступление совершено 16 сентября 2009 года на окраине лесного массива возле <...> Пермского края в отношении потерпевшего Б. при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

К.А. признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц. Преступление совершено 16 сентября 2010 года возле дома, расположенного по адресу: <...>, в отношении потерпевшего Б., при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

Б.С. признан виновным в пособничестве в форме предоставления средств, орудия совершения преступления и заранее обещанного сокрытия трупа и укрывательства следов преступления, а именно убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку. Преступление совершено 16 сентября 2009 года на окраине лесного массива возле <...> Пермского края в отношении потерпевшего Б. при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

П.Э., признан виновным в пособничестве в форме заранее обещанного сокрытия трупа и укрывательства следов преступления, а именно убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку. Преступление совершено 16 сентября 2009 года на окраине лесного массива возле <...> Пермского края в отношении потерпевшего Б. при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании К.А. вину в предъявленном ему обвинении признал частично, К.Р., Б.С., П.Э. - вину не признали.

В кассационной жалобе адвокат Погарцев Ю.В. в интересах осужденного К.Р. считает приговор незаконным, просит его изменить, переквалифицировать действия К.Р. с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ст. 316 УК РФ, с учетом установленных судом смягчающих наказание обстоятельств, личности К.Р., который положительно характеризуется по месту жительства и работы, раскаивается в совершении укрывательства преступления, снизить размер назначенного наказания.

При этом указывает, что суд неправильно применил нормы процессуального права, вина К.Р. по ч. 1 ст. 105 УК РФ не была доказана в ходе судебного разбирательства. Суд необоснованно отнесся критически к одним доказательствам, предпочитая те, которые способствовали бы постановлению обвинительного приговора. Каких-либо допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что К.Р. причастен к избиению Б. следствием не установлено, государственным обвинителем не представлено, судом не исследовано. Очевидцев того, что К.Р. избивал Б. нет. Осужденный К.А. в судебном заседании также показал, что К.Р. Б. не избивал.

Считает, что оглашенные показания К.А., данные им в качестве подозреваемого, его чистосердечное признание, оглашенные показания свидетелей С., Ш., положенные судом в основу приговора, являются недопустимыми доказательствами. Осужденный К.А. свои показания в качестве подозреваемого, чистосердечное признание в части причастности К.Р. к избиению Б. в судебном заседании не подтвердил, сказал, что оговорил К.Р. Свидетель Ш. также не подтвердил свои показания, данные в ходе предварительного следствия. Показания свидетеля С. были оглашены судом с нарушением норм уголовно-процессуального закона. О том, что С. является засекреченным свидетелем защитники и обвиняемые узнали только в судебном заседании. В материалах дела имеется протокол допроса свидетеля С., из которого не следует, что он действует под псевдонимом. О том, что в материалах дела имеется конверт с постановлением, в котором излагаются причины принятия решения о сохранении в тайне данных о личности свидетеля, защитники и обвиняемые ознакомлены не были.

Из показаний К.Р., Б.С., П.Э., данных в судебном заседании, следует, что они перевозили и закапывали тело Б., он уже был мертв и их умысел был направлен на сокрытие трупа. Косвенно об этом подтвердили и свидетели Т., Н1., Л., Ч., П.

Суд положил в основу приговора показания данные Б.С. и П.Э. в период предварительного следствия. Однако данные показания Б.С., П.Э. не подтвердили, в суде утверждали, что дали их под давлением сотрудников милиции, оговорили себя и К.Р. Из показаний осужденного П.Э., свидетелей Н1., Ч., П. было установлено, что на П.Э. действительно оказывалось давление, в том числе сотрудником милиции Н.Р. Факт, что в ходе задержания П.Э. был избит, подтвердили в суде свидетель Г., медицинский работник, которая пояснила, что оказывала медицинскую помощь П.Э. в ИВС в связи с жалобами на головные боли. Считает, что в связи с оказанием на осужденных давления и принуждения их давать изобличающие их показания, показания данные осужденными Б.С., П.Э. в ходе предварительно следствия должны быть признаны недопустимым доказательством. Кроме того, при допросе подозреваемого П.Э. в качестве защитника выступал Засухин И.В., который не мог участвовать по данному делу в качестве защитника, поскольку ранее по другому уголовному делу, где П.Э. проходил в качестве подсудимого, участвовал в качестве государственного обвинителя. Приговором Кудымкарского городского суда Коми-Пермяцкого автономного округа от 22 сентября 2004 года П.Э. был осужден. Таким образом, судом было установлены обстоятельства, исключающие возможность участия в качестве защитника П.Э. адвоката Засухина И.В.

Показания, отраженные в чистосердечном признании Б.С., также являются недопустимым доказательством, поскольку были даны без участия защитника, в судебном заседании не подтверждены.

При проведении психофизиологического исследования с участием Б.С. и К.Р. участие их защитников обеспечено не было, письменных заявлений об отказе от защиты при проведении ПФИ от них не поступало, поэтому заключения специалиста по К.Р. и Б.С. с использованием полиграфа является недопустимым доказательством.

Считает, что при установленных обстоятельствах совершенного К.Р. преступления у суда были основания для переквалификации его действий на ст. 316 УК РФ.

В кассационной жалобе осужденный К.Р. считает приговор суда незаконным и подлежащим отмене, его действии должны быть переквалифицированы с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ст. 316 УК РФ. Указывает, вину в инкриминируемом ему преступлении не признает, излагает свою версию событий. Считает, что в суде не нашло своего подтверждения, что у него были неприязненные отношения и умысел на причинение смерти Б. Судом не было учтено его раскаяние в том, что он сокрыл труп Б., наличие на его иждивении троих малолетних детей. Не согласен с исковыми требованиями потерпевших Б1. и Г., о возмещении морального вреда.

К.А., Б.С. и П.Э. оговорили его на предварительном следствии. П.Э. во время задержания в доме Ч. был подвергнут избиению, его принудили дать показания о том, что Б. был еще жив, когда его помещали в багажник автомобиля. Свидетели П., Ч. подтвердили, что на П.Э. оказал давление оперуполномоченный уголовного розыска Н. Следы побоев у П.Э. видел свидетель Г. Суд необоснованно не учел показания П.Э., который в суде пояснил, что погибший Б. не подавал признаков жизни. Б.С. также в суде показал, что не подтверждает свои показания, данные им на предварительном следствии, а поддерживает в полном объеме показания, данные им в ходе судебного разбирательства, пояснял, что Б. признаков жизни не подавал. К.А. свои показания, данные в ходе предварительно следствия, поддержал частично, суду пояснил, что оговорил К.Р. в том, что К.Р. наносил удары погибшему Б. Б. признаков жизни не подавал, также показал, что на него оказывалось физическое и психическое давление со стороны сотрудников милиции.

Показания свидетелей Ш., К. считает недопустимыми доказательствами. Ш. суду пояснил, что показаний не давал, просто подписал протокол. Он (К.Р.) с сокамерниками не общался, никому ничего не рассказывал. Также считает недопустимым доказательством показания засекреченного свидетеля С., не было установлено время, место и кем был допрошен данный свидетель. В судебном заседании Б.С., П.Э. и он пояснили, что о произошедшем никому не рассказывали.

В кассационной жалобе адвокат Мартина В.В. в интересах осужденного П.Э. просит приговор суда изменить, считает, что в ходе судебного разбирательства обвинение по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ не нашло своего подтверждения, действия П.Э. необходимо переквалифицировать на ст. 316 УК РФ. Также указывает, что судом П.Э. назначено необоснованно суровое наказание. П.Э. в содеянном раскаялся, по месту работы и жительства характеризуется положительно.

Указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. П.Э. на предварительном следствии давал неправдивые показания, на него с момента задержания было оказано давление. Так, оперуполномоченный Н. заставил давать показания против К.Р., указывая, что тот заставил из г. Кудымкара в лес увезти парня и убить его там. О том, что на П.Э. оказывалось давление сотрудником милиции Н., в ходе судебного разбирательства подтвердили и свидетели Ч., П., осужденный Б.С. Свидетель Б5. показала, что работает фельдшером в ИВС ОВД при КТО и КМР, в журнале имеется запись, что П.Э. обращался за медицинской помощью. Свидетель Б2. показала, что она оказывала медицинскую помощь П.Э., записи о наличии телесных повреждений нет. Свидетель Г. показал, что П.Э. находился в камере в состоянии сильного опьянения, у него на спине были кровоподтеки. В материалах дела имеются сведения, что в период содержания под стражей П.Э. и Б.С. их неоднократно навещал сотрудник милиции Н.

При допросе П.Э. в качестве подозреваемого, при проверке показаний на месте происшествия в качестве защитника участвовал Засухин И.В., который не мог участвовать в качестве защитника по данному уголовному делу, так как он поддерживал обвинение 22 сентября 2004 года по уголовному делу в отношении П.Э. в качестве прокурора. В связи с этим показания П.Э. в качестве подозреваемого и обвиняемого являются недопустимым доказательством. Показания П.Э., данные в ходе судебного разбирательства, необходимо принять за основу приговора.

Показания засекреченного свидетеля С. следует признать недопустимым доказательством. Указанный свидетель не явился в судебное заседание, его показания оглашены по ходатайству прокурора без согласия стороны защиты. Показания свидетеля С. вызывают недоверие, подсудимые К.Р., Б.С., П.Э. отрицали, что разговаривали с кем-либо о событиях 16 сентября 2009 года.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный П.Э. просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство. Считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в основу приговора положены доказательства, имеющие существенные противоречия, при этом суд не указывает, по каким основаниям принял одни и отверг другие, выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли на правильность применения уголовного закона и определение меры наказания. Также суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. В основу приговора положены недопустимые доказательства.

В выводах суда отсутствуют убедительные и неопровержимые доводы и доказательства в виновности П.Э. и Б.С. Показания К.А., Б.С. и П.Э., положенные судом в основу приговора, содержат существенные противоречия относительно того, подавал ли Б. признаки жизни. Суд не дал никакой оценки показаниям К.Р. о том, что он решил вывезти труп Б. за город, удары топором наносил Б., когда тот был мертв. Эксперт И. суду показал, что перелом подъязычной кости, щитовидного и перстневидного хряща у живых людей квалифицируется как тяжкий вред здоровью и могут повлечь смерть человека, двойной перелом грудины с признаками повторной травматизации возможен от одного удара. Эксперт А. суду показал, что проводил экспертизу, что все повреждения носят признаки тяжких, как в совокупности, так и раздельно, мог ли человек при так таких повреждениях проползти два метра не знает, поясняет, что в область грудной клетки было нанесено не менее трех ударных воздействий тупым предметом: кулаками, ногами либо палками, т.е. об использовании топора в эту область тела не идет и речь.

Показания фельдшера ОВД Б2. об отсутствии телесных повреждений у П.Э. противоречат показаниям свидетеля Г., который суду пояснил, что видел на спине у П.Э. синяки.

Считает, что показания данные им на предварительном следствии являются недопустимым доказательством, так как при проверке показаний на месте происшествия в качестве защитника участвовал адвокат Засухин И.В., который не мог принимать участие в уголовном деле в качестве адвоката, так как 22 сентября 2004 года он поддерживал обвинение по уголовному делу в отношении него в качестве прокурора. В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ участие адвоката Засухина И.В. по уголовному делу является недопустимым. Показания, данные им в ходе судебного заседания необходимо положить в основу приговора.

Считает показания свидетеля С. недопустимыми доказательствами в связи с нарушением ч. 9 ст. 166, ст. 217, ч. 1 ст. 281 УПК РФ. От К.Р., П.Э. данный свидетель не мог узнать о подробностях преступления, К.Р. в суде дает совершенно другие показания. Также не мог С. ничего узнать от Т., поскольку сам Т. не был участником этих событий.

Никакой предварительной договоренности между Б.С., П.Э. и К.Р. не было, никаких заранее обещаний К.Р. никто не давал, что подтверждают показания С1., П., С1., Б.

Кроме того, судом при вынесении приговора не было учтено, что потерпевший Б. сам спровоцировал преступление своим поведением. Суд не применил это обстоятельство как смягчающее. Также суд не учел при назначении наказания, что К.А. владеет приемами самбо и карате, а как пояснили эксперты И. и А. телесные повреждения, которые носят степень тяжких, нанесены Б. не топором, а кулаками и ногами.

В кассационной жалобе адвокат Карелин Е.С. в интересах осужденного Б.С. с приговором суда не согласен, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона и несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В судебном заседании Б.С. вину в предъявленном обвинении не признал. Его показания относительно того, что Б. был мертв после получения телесных повреждений в парке возле кафе <...>, признаков жизни не подавал, подтверждаются показаниями других осужденных, свидетеля Т. Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт И. показал, что определить жив ли человек или нет, если он находится без сознания при наличии телесных повреждений, можно только по пульсу и дыханию. Это подтвердил и судебно-медицинский эксперт А., производивший исследование трупа Б. наряду с тем, что определить последовательность причинения телесных повреждений не возможно, все обнаруженные на трупе телесные повреждения образовались в течение короткого промежутка времени, Б. мог находиться без сознания, активных действий потерпевший совершать не мог после причинения ему двойного перелома тела грудины, прямых разбирательства переломов 3-5 ребер по среднеключичной линии, переломов подъязычной кости, щитовидного и перстневидного хряща.

Считает, что в описательно-мотивировочной части приговора не нашли в полном объеме свое отражение данные в ходе судебного заседания показания подсудимых, свидетелей и судебно-медицинских экспертов, что исключило оценку полученных в судебном заседании сведений, противоречащих выводам суда. В судебном приговоре отсутствуют сведения об исследованных в ходе судебного разбирательства некоторых письменных доказательствах, их оценка.

Суд критически отнесся к показаниям свидетелей Ч. и П. относительно противоправного поведения сотрудника милиции Н. Однако в основу приговора положил показания свидетеля Н1. которая показала, что в марте 2010 года она ночевала у Ч., к которой впоследствии пришел Н. в нетрезвом состоянии, оскорбил ее и выгнал из дома. Впоследствии от Ч. ей стало известно о том, что Н. принес с собой водку, пиво, конфеты, напоил П.Э. и заставил подписать какие-то документы. Подписал он или нет ей не известно. Такие противоречия выводов суда неустранимы и допустимыми быть в судебном решении не могут.

Не согласен с тем, что суд не усмотрел оснований для исключения из числа допустимых доказательств показаний засекреченного свидетеля С. При ознакомлении с материалами дела следствием никакого конверта с постановлением, в котором излагаются причины принятия решения о сохранении в тайне данных о личности, к материалам дела приобщено не было. Не было представлено и сведений о том, есть ли реальная угроза безопасности данного свидетеля. Оглашенные показания свидетеля С. следовало признать недопустимым доказательством.

Судом в нарушение закона из обвинения К.А., П.Э., Б.С., К.Р. исключен существенный для квалификации факт нахождения Б. без сознания. Данное решение суда не мотивировано.

Также по заявленному ходатайству защитника в прениях о недопустимости показаний свидетеля К., данных им в ходе предварительного следствия и неподтвержденных в судебном заседании, судом решения принято не было.

В кассационной жалобе Б.С. приводит доводы, аналогичные доводам, изложенным в кассационной жалобе его защитника Карелина Е.С., считает приговор суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Указывает, что в судебном заседании вину в предъявленном ему обвинении не признал, излагает свою версию событий. Считает, что суд не принял во внимание тот факт, что К.А. нанес множество ударов в область головы и туловища, которые впоследствии повлекли смерть Б. Не согласен с положительной характеристикой К.А. Просит обратить внимание на характеризующий его материал, что у него на иждивении находится малолетний ребенок, ранее не судим.

В кассационной жалобе адвокат Лесников П.Г. в интересах потерпевших Б1., Г. не согласен с приговором в связи с мягкостью наказания, просит его отменить и назначить более строгое наказание. Считает, что суд необоснованно признал смягчающим наказание обстоятельством К.А. неправомерное поведение Б., послужившее поводом для совершения преступления, при назначении наказания К.Р. не учел обстоятельства, отягчающего наказание, особо активную роль в совершении преступления. Не согласен с выводами суда о назначении наказания К.А. с применением ст. 73 УК РФ, сроками наказания К.Р., Б.С., П.Э.

В возражениях на кассационные жалобы осужденных К.Р., П.Э., Б.С., адвокатов Погарцева Ю.В., Мартиной В.В., Карелина Е.С. Кудымкарский городской прокурор Тиунов Ю.Д. просит приговор суда оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, возражение на кассационные жалобы осужденных и их защитников, судебная коллегия находит приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от 21 октября 2010 года законным и обоснованным.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 88 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, собранные доказательства в совокупности с точки зрения достаточности для постановления обвинительного приговора. Фактические обстоятельства дела установлены правильно, и им дана надлежащая юридическая оценка.

Оснований, указанных в ч. 1 ст. 379 УПК РФ, влекущих отмену либо изменение приговора, не усматривается.

В обоснование вины осужденных в приговоре суд сослался только на допустимые доказательства. Нарушений уголовно-процессуального закона как в ходе предварительного следствия, так и в суде, ставящих под сомнение законность, обоснованность и справедливость обвинительного приговора, по делу не допущено.

Доводы кассационных жалоб осужденных и их защитников судебная коллегия находит необоснованными, поскольку они не основаны на материалах уголовного дела и законе, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

В судебном заседании установлено, что К.А. и К.Р., действуя группой лиц возле кафе <...>, а затем возле дома N <...> по ул. <...> г. Кудымкара на почве ссоры, находясь в состоянии алкогольного опьянения, подвергли избиению потерпевшего Б., действуя с умыслом на причинение вреда его здоровью. При этом нанесли множественные удары кулаками и ногами по лицу, шее и туловищу, причинив совместными действиями потерпевшему перелом тела грудины, прямые разгибательные переломы 3-5 прямых ребер по средне-ключичной линии, переломы подъязычной кости, щитовидного и перстневидного хряща, причинив его здоровью тяжкий вред.

Далее К.Р. при пособничестве Б.С. и П.Э. совершил убийство Б. При этом К.Р. посредством связи связался со своим знакомым Б.С., который на своем автомобиле вместе с П.Э., приехали к дому N <...> по ул. <...> г. Кудымкара. К.Р. по приезду Б.С. и П.Э. сообщил последним об обстоятельствах избиения Б. и о своих намерениях убить Б., предложил Б.С. и П.Э. вывезти Б. за пределы г. Кудымкара в лесной массив, где его убить. Б.С. и П.Э., понимая и осознавая, что потерпевший жив, ответили согласием. Далее К.Р., Б.С. и П.Э. подъехали к лежащему возле дома N <...> по ул. <...> Б., где К.Р. нанес потерпевшему удар бутылкой в область лица. Далее К.Р. и П.Э. поместили Б. в багажник автомобиля Б.С. Далее К.Р., Б.С. и П.Э. на автомашине под управлением Б.С. последовали в лесной массив возле д. <...>. По пути следования Б.С. предложил К.Р. использовать в качестве орудия преступления топор, который находился в багажнике его автомобиля. На окраине лесного массива возле <...> К.Р. и П.Э. вытащили Б. из багажника автомобиля на землю, а Б.С. вытащил из багажника автомобиля топор, который положил возле лежащего Б. К.Р. сообщил Б.С. и П.Э. о том, что после совершения убийства Б. топором, труп необходимо поместить в яму и закопать. П.Э., желая скрыть следы преступления, предложил К.Р. взять лопаты для копки ямы у его брата. После этого К.Р., Б.С., П.Э. на автомобиле съездили к дому двоюродного брата П.Э. - Т1., где из дровяника взяли лопаты, после чего вернулись в лесной массив возле <...> где оставили Б. Выйдя из автомашины, К.Р., Б.С. и П.Э. выкопали в земле яму, К.Р. поместил в нее Б. Далее К.Р., действуя с целью убийства, нанес множественные удары обухом в область головы и тела и один удар лезвием топора в голову, отчего Б. скончался на месте преступления. После этого К.Р., Б.С. и П.Э. закопали труп Б. и с места происшествия скрылись, К.Р. выбросил орудие преступления - топор в кустарник возле автодороги <...>.

Вина осужденных К.Р., Б.С., П.Э., К.А. в совершении инкриминируемых им преступлений нашла свое подтверждение показаниями осужденных К.А., Б.С., П.Э., данными ими в ходе предварительного следствия, показаниями потерпевших Б1., Г., оглашенными показаниями засекреченного свидетеля С., свидетелей Ш., П., специалиста Х., показаниями экспертов И., А., свидетелей К., Л., Б4., Т., Н1., В., Б5., С1., Р., Н. и других свидетелей.

Судом дана надлежащая оценка данным показаниям, поскольку они подтверждаются другими доказательствами, собранными по данному делу и исследованными в судебном заседании: протоколом принятия заявления о пропавшем без вести, протоколами осмотра места происшествия, местности, протоколами осмотра предметов, протоколами выемки, заключениями экспертов, заключениями специалиста, заключениями комиссии экспертов, чистосердечными признаниями К.А., Б.С., протоколами проверки показаний на месте подозреваемого П.Э., обвиняемого Б.С., другими материалами дела.

В приговоре суд указал, почему он принимает одни доказательства, а другие отвергает, приняв при этом мотивированные решения.

Выводы суда носят непротиворечивый и достоверный характер. Суд не допускал каких-либо предположительных суждений.

Проверка показаний осужденных судом произведена путем сопоставления их с другими имеющимися в деле доказательствами, как того и требуют положения ст. 87 УПК РФ.

В связи с изменением в судебном заседании осужденных своих первоначальных показаний, суд в ходе судебного следствия исследовал все показания К.А., Б.С., П.Э., которые они давали при допросах в качестве подозреваемых, обвиняемых, проверял сведения, сообщенные в чистосердечных показаниях К.А., Б.С.

При оценке этих показаний суд анализировал причины их противоречий и расхождений, и пришел к обоснованному выводу о том, что осужденные К.А., Б.С., П.Э. в ходе предварительного следствия, будучи неоднократно допрошенными, давали более подробные и, как правильно в приговоре отметил суд, правдивые показания. Как следует из материалов уголовного дела, допросы, следственные действия в отношении К.А., Б.С., П.Э. проводились с участием адвоката, что подтверждается подписанными ими и их адвокатами протоколами допросов, следственных действий, которые проводились с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. При этом им разъяснялось право не свидетельствовать против самого себя, также они предупреждались о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по настоящему уголовному делу, в том числе и при последующем отказе от этих показаний.

Далее данные показания осужденные П.Э. и Б.С. подтвердили при проверке показаний на месте, а также они в наибольшей мере согласуются с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, свидетельскими показаниями, протоколами осмотра места происшествия, заключениями экспертиз, видеозаписью допроса К.А.

Данные показания были взяты судом в основу приговора.

Доводы кассационной жалобы адвоката Погарцева Ю.В. о том, что заявления, именуемые чистосердечным признанием, К.А. и Б.С. писали в отсутствие адвоката, не подтвердили в судебном заседании, поэтому они являются недопустимым доказательством, необоснованны. Действующее уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает обязательного участия адвоката при явке лица с повинной либо при написании лицом своих заявлений, независимо от того, как он их именует. Судом чистосердечные признания К.А. и Б.С. расценены как явка с повинной и признаны смягчающими наказание обстоятельствами.

Аналогичные указанным в чистосердечных признаниях обстоятельства происшедшего К.А. приводил и при его допросе в качестве подозреваемого, Б.С. - при его дополнительном допросе в качестве обвиняемого, при проверке показаний на месте с участием их защитников.

При таких обстоятельствах, доводы кассационных жалоб осужденных К.Р., П.Э., Б.С. и их адвокатов об оговоре К.Р. со стороны осужденных К.А., Б.С., П.Э. в период предварительного следствия судебная коллегия признает необоснованными.

Доводы кассационных жалоб, что осужденный П.Э. давал показания в ходе предварительного следствия под давлением сотрудника милиции Н., несостоятельны, они были предметом рассмотрения в судебном заседании, исследованы судом и им дана надлежащая оценка в приговоре. Суд критически отнесся к показаниям осужденного П.Э. в ходе судебного разбирательства, свидетелей Ч. и П. и расценил их как способ защиты, стремление облегчить положение П.Э. Данный вывод суд подробно мотивировал в приговоре.

Показания свидетеля Н1. положены в основу приговора, поскольку они не противоречивы и содержат сведения о событиях, произошедших при задержании П.Э., известные Н.Н. со слов Ч.

Нельзя согласиться со ссылкой кассационных жалоб о признании показаний П.Э. в качестве подозреваемого и обвиняемого недопустимыми доказательствами, поскольку при допросе П.Э. в качестве подозреваемого, при проверке показаний на месте происшествия в качестве защитника участвовал Засухин И.В., который не мог участвовать в качестве защитника по данному уголовному делу, так как он поддерживал обвинение по другому уголовному делу в отношении П.Э. в качестве прокурора.

В соответствии со ст. 72 УПК РФ защитник не может участвовать в производстве по уголовному делу в том случае, если он ранее участвовал по данному уголовному делу в качестве судьи, прокурора, следователя, дознавателя, секретаря судебного заседания, свидетеля, эксперта, специалиста, переводчика или понятого.

Необоснованны и доводы кассационной жалобы адвоката Карелина Е.С. о недопустимости показаний свидетеля К.Г., данных им в ходе предварительного следствия и неподтвержденных в судебном заседании, поскольку после оглашения показаний, данных на предварительном следствии, в судебном заседании К.Г. подтвердил их в полном объеме.

Суд обоснованно признал показания свидетелей П., Ш., данные в ходе предварительного следствия, правдивыми, и положил их в основу приговора, поскольку они согласуются с совокупностью приведенных выше доказательств, достоверность которых не вызывает сомнений у судебной коллегии.

Доводы кассационных жалоб о том, что показания засекреченного свидетеля С., данные на предварительном следствии и оглашенные в судебном заседании без согласия сторон, являются недопустимым доказательством, необоснованны. Показания свидетеля С. получены в соответствии с требованиями норм УПК РФ, его личность органами предварительного следствия была установлена, в материалах дела имеется конверт, где имеется собственноручное заявление засекреченного свидетеля с просьбой скрыть его данные в целях его безопасности и его близких, также имеется постановление следователя с сохранением данных о личности свидетеля. При этом органами предварительного следствия, в соответствии с ч. 9 ст. 166, ч. 1 ст. 217 УПК РФ, были соблюдены требования по обеспечению безопасности данного свидетеля, для ознакомления обвиняемым и их защитникам были предъявлены прошитые и пронумерованные материалы уголовного дела, за исключением постановления, в котором содержатся данные о личности засекреченного лица. Судом были приняты все меры по обеспечению явки свидетеля в судебное заседание, но выполнить их не представилось возможным, в связи с чем суд правомерно, по ходатайству государственного обвинителя, руководствуясь конституционным принципом судопроизводства, основанном на состязательности, огласил его показания.

Вопреки доводам кассационной жалобы адвоката Карелина Е.С. в интересах осужденного Б.С. обстоятельства совершения преступлений подробно изложены в приговоре, факт нахождения Б. без сознания судом исключен не был.

Доводы кассационной жалобы адвоката Погарцева Ю.В. в интересах осужденного К.Р. о том, что при проведении психофизиологического исследования с участием Б.С. и К.Р. участие их защитников обеспечено не было, письменных заявлений об отказе от защиты при проведении ПФИ от них не поступало, поэтому заключения специалиста по К.Р. и Б.С. с использованием полиграфа является недопустимым доказательством, не основаны на законе.

При производстве психофизиологического исследования требования, предъявляемые к производству судебной экспертизы, соблюдены. Психофизиологическое исследование с использованием полиграфа проведено с письменного добровольного согласия К.Р., Б.С., им был разъяснен порядок проведения исследования, право в любой момент отказаться от ответа на вопрос и от дальнейшего участия в его проведения. Результаты исследования оформлены заключением специалиста. При этом специалист об ответственности по ст. 307, 310 УК РФ перед производством исследований предупрежден, права и обязанности специалиста, предусмотренные ст. 58 УПК РФ, ему разъяснены. По окончании К.Р. и Б.С. письменно подтвердили, что мер физического и психологического давления на них во время исследования не оказывалось. С заключениями специалиста, протоколами допроса специалиста обвиняемые и их защитники были ознакомлены, замечаний на них не поступило. Кроме того, обязательного участия защитника при проведении психофизиологического исследования с использованием полиграфа законом не предусмотрено.

Таким образом, все исследованные доказательства, вопреки доводам жалобы, получили в приговоре суда надлежащую оценку в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 88 УПК РФ и в их совокупности обоснованно признаны достаточными для выводов суда о виновности К.А., К.Р., Б.С. и П.Э. в совершенных преступлениях.

Действия осужденных судом квалифицированы правильно: действия К.А. по п. "а" ч. 3 ст. 111 УК РФ, действия К.Р. по ч. 1 ст. 105 УК РФ, действия Б.С., П.Э. по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Доводы кассационных жалоб осужденных и их адвокатов о том, что они перевозили в лесной массив потерпевшего Б. уже мертвого, необоснованны. Они опровергаются показаниями самих осужденных, данных в период следствия и положенных судом в основу приговора. Данные показания в этой части нашли свое подтверждение заключением судебно-медицинской экспертизы останков трупа потерпевшего, которой установлено, что при исследовании трупа обнаружены прижизненные повреждения: ушибленные раны и кровоизлияния в кожных покровах волосистой части головы, ушибленные раны и кровоизлияния в кожных покровах лица, множественные переломы костей свода и основания черепа, множественные переломы костей лицевого скелета, переломы подъязычной кости, щитовидной и перстневидного хряща, кровоизлияния в твердую мозговою оболочку и вещество головного мозга, двойной перелом тела грудины с признаками повторной травматизации, прямые разгибательные переломы 3-5 ребер по средне-ключичной линии с признаками повторной травматизации, кровоизлияния в правом легком. Незадолго до смерти пострадавшему была причинена сочетанная травма тела в виде рубленного повреждения в теменной области головы, тупой травмы головы, которая проявилась ушибленными ранами и кровоизлияниями в мягкие ткани головы и переломами костей свода, основания черепа, костей лицевого скелета, нижней челюсти, тупой травмы шеи, которая проявилась переломами подъязычной кости, щитовидного и перстневидного хрящей, тупой травмы грудной клетки, которая проявилась переломом грудины, переломами 3-5 правых ребер по окологрудинной линии и ушибом легкого. Сочетанная травма явилась непосредственной причиной смерти пострадавшего, квалифицируется как тяжкий вред здоровью, В голову потерпевшего нанесено 9-10 ударных воздействий тупым твердым предметом/орудием, в область шеи не менее 2 ударных воздействий, в область грудной клетки не менее 3 ударных воздействий тупым твердым предметом/орудием. Повреждения причинены твердыми тупыми предметом/орудием с плоской ограниченной следообразующей поверхностью, по типу обуха топора, бруса, доски, жесткой обуви, кулаком посторонней руки и т.п. Рубленное повреждение причинено от воздействия орудия обладающего рубящим действием, по типу лезвия топора, с равномерной заточкой с наибольшей шириной погружения части лезвия около 15 см. После получения сочетанной травмы (совокупности всех повреждений) смерть пострадавшего наступила в короткий промежуток времени. Данные выводы судебно-медицинской экспертизы соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, оснований не доверять им нет.

При указанных обстоятельствах, оснований для переквалификации действий осужденных К.Р., Б.С., П.Э. на ст. 316 УК РФ - заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений, судебная коллегия не усматривает.

Из материалов уголовного дела также следует, что судебное следствие проведено с достаточной полнотой и объективно, все заявленные сторонами ходатайства, рассмотрены судом в соответствии с требованиями УПК РФ, принятые по ним решения являются правильными и мотивированными.

Согласно ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии со ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Указанные выше требования закона судом выполнены в полной мере.

При этом суду были известны и учтены им при назначении К.Р., Б.С., П.Э., К.А. наказания предусмотренные законом смягчающие наказание обстоятельства, в том числе и те, на которые имеются ссылки в кассационных жалобах осужденных, их защитников.

Обстоятельств, отягчающих наказание К.А., Б.С. судом не установлено. Обоснованно в качестве отягчающего наказание К.Р. и П.Э. обстоятельства признан рецидив преступлений.

С доводами кассационной жалобы адвоката Лесникова П.Г. в интересах потерпевших о том, что судом необоснованно признано смягчающим наказание К.А. обстоятельством противоправное поведение потерпевшего, послужившее поводом для совершения преступления, К.Р. при назначении наказания не учтено обстоятельство, отягчающего наказание, особо активная роль в совершении преступления, судебная коллегия согласиться не может, поскольку они не основаны на материалах дела.

Как установлено судом и следует из материалов уголовного дела К.А. и К.Р. подвергли избиению Б. на почве ссоры с потерпевшим.

По данному делу К.Р. осужден как лицо, непосредственно совершившее убийство, роли осужденных К.Р., П.Э. и Б.С. в совершении преступления как исполнителя и пособников полностью отражены в квалификации их действий, поэтому особо активная роль К.Р. в совершении преступления не может быть признана отягчающим наказание обстоятельством.

Также при назначении наказания учтены данные, характеризующие личность К.Р., Б.С., П.Э. и К.А., имеющиеся в материалах дела, в том числе и приведенные в кассационных жалобах.

Все выводы суда первой инстанции о назначении наказания К.А. с применением положений ст. 73 УК РФ надлежащим образом мотивированы в приговоре.

С учетом совокупности установленных смягчающих наказание обстоятельств: чистосердечное признание, которое суд расценил как явку с повинной, активное способствование раскрытию преступления, изобличение и уголовное преследование других соучастников преступления, частичную компенсацию морального вреда потерпевшим, фактическое признание своей вины в содеянном, поведение самого потерпевшего, послужившее поводом для совершения преступления, раскаяние в содеянном, характеристики личности К.А.: по месту работы и жительства характеризуется положительно, на учете нарколога и психиатра не состоит, ранее не судим, суд пришел к выводу о возможности назначения наказания К.А. связанное с лишением свободы, но без реальной изоляции его от общества.

Суд подробно и объективно мотивировал необходимость применения к К.Р., Б.С., П.Э. наказания, связанного с реальным лишением свободы.

П.Э. совершил преступление в течение оставшейся не отбытой части наказания по приговору Кудымкарского районного суда Пермского края от 14 февраля 2007 года, судом обоснованно назначено наказание с применением правил ст. 70 УК РФ.

Судебная коллегия считает, что назначенное всем осужденным наказание соответствует закону, является справедливым и не находит оснований для его изменения.

Гражданский иск о компенсации морального вреда, разрешен судом правильно в соответствии с требованиями ст. 151, 1101 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда суд принял во внимание степень вины каждого из осужденных, характер тяжелых нравственных переживаний, понесенных потерпевшими в результате совершения преступления, учел материальное положение осужденных, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред. Размер компенсации морального вреда определен в реальных пределах с учетом принципа разумности и справедливости, судом должным образом мотивирован.

Нарушений уголовного, уголовно-процессуального закона, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора по данному делу не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 377, 378, 388 УПК РФ судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от 21 октября 2010 года в отношении К.Р., К.А., П.Э., Б.С. оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного К.Р., адвоката Погарцева Ю.В., осужденного Б.С., адвоката Мартиной В.В., кассационную жалобу и дополнения к ней осужденного П.Э., кассационную жалобу адвоката Карелина Е.С., кассационную жалобу адвоката Лесникова П.Г. в интересах потерпевших Б1., Г. - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Р.М.КАРПОВИЧ

 

Судьи

Т.Г.ИВАНОВА

А.В.МЕЛЮХИН

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь