Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ АДЫГЕЯ

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

от 22 декабря 2010 г. по делу N 3-7/2010

 

ПО ЗАЯВЛЕНИЮ ЗАМЕСТИТЕЛЯ ПРОКУРОРА

РЕСПУБЛИКИ АДЫГЕЯ О ПРИЗНАНИИ ПРОТИВОРЕЧАЩИМ ФЕДЕРАЛЬНОМУ

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ СТ. 29 И СТ. 30 ЗАКОНА РЕСПУБЛИКИ АДЫГЕЯ

ОТ 6 ИЮЛЯ 2007 ГОДА N 103 "О СТАТУСЕ ДЕПУТАТА

ГОСУДАРСТВЕННОГО СОВЕТА - ХАСЭ

РЕСПУБЛИКИ АДЫГЕЯ"

 

Верховный Суд Республики Адыгея в составе

председательствующего: Хапачевой Р.А.

при секретаре: Кушу Э.Э.

с участием представителя заявителя: прокурора Корчевникова Д.А.

представителя заинтересованного лица - Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея: Шадже Т.Р. по доверенности от 10.12.2010, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению заместителя Прокурора Республики Адыгея о признании противоречащим федеральному законодательству ст. 29 и ст. 30 Закона Республики Адыгея от 6 июля 2007 года N 103 "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея",

 

установил:

 

Законом Республики Адыгея "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея" в статьях 29 и 30 предусмотрены обязательное страхование за счет средств республиканского бюджета жизни и здоровья депутатов, а также выплата ежемесячной компенсации в случае причинения депутату в связи с осуществлением им депутатских полномочий увечья или иного повреждения здоровья, повлекших стойкую утрату трудоспособности в размере разницы между месячным денежным вознаграждением депутата, работающего на профессиональной постоянной основе в должности председателя комитета Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея на день выплаты компенсации и назначенной пенсией без зачета страховых сумм по государственному страхованию.

Заместитель Прокурора Республики Адыгея обратился в Верховный Суд Республики Адыгея с заявлением о признании противоречащими федеральному законодательству и недействующими названных статей Закона Республики Адыгея и в обоснование своих требований сослался на то, что оспариваемые положения закона противоречат п. "о" ст. 71 Конституции Российской Федерации, в силу которого принимаются федеральные законы, имеющие прямое действие на всей территории Российской Федерации на основании ч. 1 ст. 76 Конституции Российской Федерации. Установление гарантий деятельности депутатов законодательных органов субъекта Российской Федерации должно применяться в совокупности с положениями федеральных законов, регулирующих отношения, относящиеся к исключительной компетенции Российской Федерации. Также прокурор считает, что ст. 29 и 30 Закона Республики Адыгея "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея" противоречат ст. 969 ГК РФ, предусматривающей возможность установления законом обязательного государственного страхования в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства, которое осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям). Учитывая положения п. 2 ст. 3 ГК РФ о том, что гражданское законодательство состоит из Гражданского кодекса РФ и принятых в соответствии с ним иных федеральных законов, регулирующих гражданские правоотношения, прокурор указывает на невозможность регулирования правоотношений по страхованию жизни и здоровья депутатов Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея и возмещения вреда, причиненного их здоровью, законом субъекта Российской Федерации.

В судебном заседания прокурор, участвующий в деле, поддержал доводы заявления и просил суд удовлетворить его.

Представитель Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея просил суд в удовлетворении заявленных прокурором требований отказать.

Представитель Президента Республики Адыгея, надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела в суд не явился, не представил суду сведений об уважительности причин своего отсутствия, в связи с чем дело рассмотрено в его отсутствие. Вместе с тем, суду представил письменный отзыв, где просит отказать в удовлетворении заявления прокурору, полагая, что ст. ст. 29, 30 Закона Республики Адыгея "О статусе депутата Государственного совета - Хасэ Республики Адыгея" не противоречат федеральным нормативным актам.

Выслушав пояснения заявителя, представителя заинтересованного лица, изучив и оценив представленные материалы и доказательства, суд полагает, что заявление прокурора подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Обстоятельствами, имеющими значение для правильного разрешения дела, являются: установление нормативного характера правового акта соблюдение порядка его принятия, включая полномочность органа, издавшего правовой акт на принятие нормативного правового акта, форм (вида) нормативного акта, правила введения его в действие; соответствует ли акт или его часть нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

По форме оспариваемый правовой акт является законом субъекта Российской Федерации. В соответствии с подпунктом 2 части 1 статьи Закона Республики Адыгея от 9 октября 1998 года N 92 "О нормативных и иных правовых актах" закон отнесен к числу нормативных правовых актов Республики Адыгея и содержит правовые нормы (правила поведения), обязательные для неопределенного круга лиц, рассчитанные на неоднократное применение, направленные на урегулирование общественных отношений.

Оспариваемый закон принят законодательным органом государственной власти субъекта Российской Федерации - Государственным Советом - Хасэ Республики Адыгея, который в силу подпункта "б" части 1 статьи 5 Федерального закона от 06.10.1999 N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и части 2 статьи 10 Закона Республики Адыгея "О нормативных и иных правовых актах" полномочен принимать нормативные правовые акты в форме закона.

Закон Республики Адыгея от 06.07.2007 N 103 "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея", опубликованный в газете "Советская Адыгея" от 10.07.2007, Ведомостях Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея N 16 от 27.07.2007, Собрании законодательства Республики Адыгея, N 7, июль 2007 года и вступил в силу в порядке, предусмотренном ст. 45 Закона Республики Адыгея "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея" по истечении 10 дней с даты официального опубликования, то есть с 21 июля 2007 года.

Таким образом, судом установлено, что при издании оспариваемого нормативного правового акта не были нарушены требования законодательства по компетентности органа, принявшего оспариваемый нормативный правовой акт, соблюдены форма и вид правового акта, в котором могут быть приняты решения законодательного органа власти субъекта Российской Федерации, а также порядок его введения в действие после официального опубликования.

Однако проверка соответствия содержания оспариваемых прокурором положений ст. 29, 30 Закона Республики Адыгея "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея" федеральному законодательству выявила обоснованность доводов заявления прокурора, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления прокурора по следующим основаниям.

Подпунктом "о" ст. 71 Конституции Российской Федерации гражданское законодательство отнесено к предметам исключительного ведения Российской Федерации, правовое регулирование по которым осуществляется в силу ст. 76 Конституции Российской Федерации путем принятия федеральных конституционных законов и федеральных законов, имеющих прямое действие на территории Российской Федерации.

Приведенным конституционным нормам корреспондирует п. 2 ст. 3 ГКФ, согласно которому гражданское законодательство состоит из гражданского кодекса Российской Федерации и принятых в соответствии с ним иных федеральных законов (законов), регулирующих гражданские правоотношения.

Вопросы страхования и возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, являются институтом в первом случае и институтом во втором случае Гражданского законодательства, урегулирование которых осуществляется в Гражданском кодексе Российской Федерации (глава 46 "Страхование", параграф 2 "Возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина" главы 59 "Обязательства вследствие причинения вреда".

Согласно ч. 1 ст. 969 ГК РФ в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

С учетом изложенного осуществление государственного страхования возможно в отношении отдельных категорий государственных служащих и может быть установлено только федеральными законами.

Таким образом, закрепленное в ст. 29 Закона Республики Адыгея обязательное страхование жизни и здоровья депутата за счет средств республиканского бюджета Республики Адыгея, осуществлено в нарушение ст. 71, 76 Конституции Российской Федерации и ст. 969 ГК РФ вне рамок компетенции законодательного органа Республики Адыгея.

Довод Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея о том, что норма ст. 29 Закона Республики Адыгея "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея" содержит ссылку на то, что устанавливаемое обязательное страхование будет реализовано в соответствии с федеральным законодательством, после урегулирования на федеральном уровне вопросов страхования депутатов представительных органов власти субъектов Российской Федерации, является несостоятельным. Само по себе включение отсылочной нормы в нормативный правовой акт субъекта Российской Федерации не противоречит принципам правовой регулирования, установленным Конституцией Российской Федерации. Однако оспариваемое положение ст. 29 Закона Республики Адыгея "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея" устанавливает и правила обязательного страхования, поскольку предусматривает размер страхования в сумме трехсот шестидесяти минимальных размеров оплаты труда. При таких условиях довод заинтересованного органа подлежит отклонению.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что регулирование вопросов страхования депутатов законодательных органов государственной власти субъектов Российской Федерации возможно лишь нормами федерального законодательства, в связи с чем заявление прокурора в указанной части подлежит удовлетворению по изложенным основаниям.

Регулирование вопросов возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина, также является предметом ведения Российской Федерации в силу того, что указанные правоотношения отнесены законодателем к гражданским правоотношениям. Согласно ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда", если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности. При этом законодатель имеет в виду, что закон должен быть принят на федеральном уровне, а договор может быть заключен также в предусмотренных федеральным законом случаях.

Судом не установлено, Государственным Советом - Хасэ Республики Адыгея не представлены сведения о существовании федерального закона, предусматривающего возможность правового регулирования обязательств, возникающих из причинения вреда в отношении депутатов законодательного органа субъекта Федерации. Также отсутствует закон, предоставляющий право заключения договоров в указанной сфере с депутатами представительного органа субъектов. Закрепляя ст. 30 в Законе Республики Адыгея "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея" возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью депутата, законодательный орган субъекта не учел приведенных правил регулирования в указанной сфере.

Кроме того, правила возмещения вреда жизни или здоровью депутата, предусмотренные в оспариваемой ст. 30 Закона, противоречат принципам возмещения вреда, предусмотренным гражданским законодательством Российской Федерации, которые исходят из того, что подлежит возмещению утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья (ст. ст. 1085, 1086 ГК РФ). В оспариваемой ст. 30 Закона Республики Адыгея "О статусе депутата государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея" предусматривается возмещение вреда всем депутатам, без учета их заработка, а также без учета, что они осуществляли депутатские полномочия не на постоянной профессиональное основе.

Вместе с тем, в соответствии с п.п. 2, 3 ст. 64 Конституции Республики Адыгея депутаты Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея могут осуществлять депутатскую деятельность как на профессиональной постоянной основе, так и без отрыва от основной деятельности, а число депутатов Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея, работающих на профессиональной постоянной основе, устанавливается законом Республики Адыгея. Согласно п. 2 ст. 3 Закона Республики Адыгея "О Государственном Совете - Хасэ Республики Адыгея" на профессиональной постоянной основе работают 16 депутатов Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея.

Мнение заинтересованного органа о том, что отсутствие специального правового регулирования вопросов страхования жизни и здоровья депутатов, возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью депутатов законодательных (представительных) органов субъектов Российской Федерации нарушает их права, является ошибочным. Так, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью любого гражданина, застрахованного работодателем, осуществляется в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

Ссылки на закрепление возможности установления законами субъектов Российской Федерации гарантий депутатам законодательных (представительных) органов государственной власти в субъектах нормами Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" неправомерны.

В преамбуле Федерального закона от 06.10.1999 N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" закреплено, что указанный закон регулирует образование, формирование, деятельность законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации, их полномочия и ответственность, порядок взаимодействия между собой и с федеральными органами государственной власти основываются на Конституции Российской Федерации и регулируются федеральными конституционными законами, настоящим Федеральным законом, иными федеральными законами, конституциями (уставами), законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации.

В статье 4 пунктах 8 и 9 указано, что законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации самостоятельно решает вопросы организационного, правового, информационного, материально-технического и финансового обеспечения своей деятельности, расходы на обеспечение деятельности законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации предусматриваются в бюджете субъекта Российской Федерации отдельно от других расходов в соответствии с бюджетной классификацией Российской Федерации.

Приведенные нормы федерального закона не предусматривают возможности самостоятельно, без учета норм Конституции Российской Федерации и иных норм федеральных законов, устанавливать льготы и компенсации для депутатов законодательных (представительных) органов власти. Возможность установления гарантии депутатской деятельности в Конституции (уставе) и законе субъекта Российской Федерации, о чем говорится в п. 1 ст. 13 Федерального закона от 06.10.1999 N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" также нельзя толковать как право на установление любых гарантий и компенсаций без учета других правовых актов, регулирующих данную сферу правоотношений.

Суд полагает, что подлежат отклонению как несостоятельные доводы Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея о том, что оспариваемые прокурором статьи в закон включены в целях обеспечения преемственности правового регулирования, поскольку обеспечение преемственности законоположений не может явиться оправданием для принятия закона, противоречащего федеральному законодательству.

Также не может служить подтверждением обоснованности наличия данных статей в законе субъекта их фактическое неприменение с даты принятия закона по причине отсутствия финансирования статей бюджета на данные цели и отсутствия случаев для их применения. При этом суд исходит из того, что при оценке соответствия нормативного правового акта субъекта правовым актам, имеющим большую юридическую силу, последствия применения оспариваемых норм не является обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения дела.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что и в части признания ст. 30 Закона Республики Адыгея "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея" не соответствующим федеральному законодательству нормативным правовым актам, заявление прокурора следует признать обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Таким образом, суд приходит к выводу, что, осуществив правовое регулирование в соответствии с ст. ст. 29, 30 Закона Республики Адыгея "О Государственном Совете - Хасэ Республики Адыгея", законодательный орган Республики Адыгея превысил свои полномочия в сфере регулирования отношений по страхованию и возмещению вреда жизни и здоровью депутатов законодательного (представительного) органа власти Республики Адыгея и вторгся в компетенцию федеральных органов государственной власти, введя дополнительные компенсации для депутатов, которые не предусмотрены в федеральном законодательстве.

Соответственно, заявление прокурора о признании противоречащими федеральным нормативным правовым актам ст. 29, 30 вышеназванного закона, подлежит удовлетворению в полном объеме.

В порядке исполнения части 3 ст. 253 ГПК РФ, требующей при признании судом недействующим нормативного правового акта или его части, опубликовать решение суда или сообщение о решении после вступления его в законную силу в печатном издании, в котором официально опубликован нормативный правовой акт, настоящее решение подлежит опубликованию в официальных печатных изданиях Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея - "Собрании законодательства Республики Адыгея", "Ведомости Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея", также в республиканской газете "Советская Адыгея".

В связи с тем, что законодательством не установлены специальные нормы в отношении судебных расходов по делам об оспаривании нормативных правовых актов, и Государственный Совет - Хасэ Республики Адыгея в данном случае не относится к числу лиц, освобожденных законом от уплаты государственной пошлины, с заинтересованного лица - Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея подлежат взысканию судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 2000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198, 245 - 250 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

 

решил:

 

признать статьи 29, 30 Закона Республики Адыгея от 6 июля 2007 года N 102 "О статусе депутата Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея" (Ведомости Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея N 16, 27.06.2007) противоречащими федеральному законодательству и недействующими со времени вступления решения суда в законную силу.

По вступлении настоящего решения в законную силу опубликовать его в официальных печатных изданиях: республиканской газете "Советская Адыгея", в Собрании законодательства Республики Адыгея, в Ведомостях Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея.

Взыскать с Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея государственную пошлину в республиканский бюджет в размере 2000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 дней со дня его вынесения путем подачи кассационного представления или кассационной жалобы через Верховный Суд Республики Адыгея.

 

Судья Верховного Суда

Республики Адыгея

Р.ХАПАЧЕВА

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь