Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 21 января 2011 г. по делу N 4а-823/2010

 

Заместитель председателя Иркутского областного суда Корнюшина Л.Г., рассмотрев жалобу защитника Забелина А.Е. в интересах Ш. на постановление мирового судьи судебного участка N 122 Ленинского округа г. Иркутска от 11 октября 2010 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении Ш.,

 

установила:

 

постановлением мирового судьи судебного участка N 122 Ленинского округа г. Иркутска Назаренко Ю.В. от 11 октября 2010 года, водитель Ш. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на один год и шесть месяцев.

В жалобе, поданной в Иркутский областной суд, защитник Забелин А.Е. в интересах Ш. просит об отмене постановления мирового судьи, вынесенного в отношении Ш. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, считая данный судебный акт незаконным.

Проверив с учетом требований частей 1 и 2 статьи 30.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях материалы дела об административном правонарушении, проанализировав доводы жалобы, нахожу жалобу подлежащей удовлетворению.

Согласно статье 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом.

В силу требований части 1 статьи 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

При рассмотрении дела в отношении Ш. данные требования Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях мировым судьей были нарушены.

Из административного материала следует, что на рассмотрение мировому судье судебного участка N 122 Ленинского округа г. Иркутска поступил протокол 38 НК N 307969 об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях от 25 августа 2010 года в отношении Ш., составленный инспектором ДПС ОБДПС ГИБДД УВД по г. Иркутску.

Согласно материалам дела об административном правонарушении, Ш. в 09 часов 00 минут 05 августа 2010 года управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, был задержан сотрудником ГИБДД, в 09 часов 20 минут был направлен на медицинское освидетельствование, которое проводилось в 10 часов 00 минут этого же дня.

Находя вину Ш. в совершении административного правонарушения доказанной, судья в своем постановлении сослался на акт медицинского освидетельствования N 371 от 05 августа 2010 года, в котором имеется указание о наличии у Ш. состояния опьянения.

Между тем, при оценке акта медицинского освидетельствования как допустимого доказательства, подтверждающего вину Ш., судьей оставлены без внимания следующие обстоятельства.

05 августа 2010 года водитель Ш. был доставлен в <...>, где врачом С. было проведено его медицинское освидетельствование на состояние опьянения, о чем составлен акт N 371 (л.д. 11).

Освидетельствование было начато 05.08.10 в 09.55, окончено 09.08.10 в 16.05. В ходе освидетельствования у Ш. отклонений в двигательной сфере установлено не было, имелся легкий запах перегара алкоголя изо рта. Исследование состояния Ш. при помощи прибора АКПЭ-01 показало наличие этилового алкоголя в выдыхаемом воздухе 0,13 мг/л и через 20 минут 0,11 мг/л. После исследования выдыхаемого воздуха у Ш. был отобран образец биологической среды (мочи) для исследования на алкоголь. В биологической среде у Ш. был обнаружен этиловый алкоголь в концентрации 0,40 промилле, на основании чего врачом было сделано заключение о наличии у Ш. состояния опьянения.

Между тем, мировому судье следовало оценить данный акт с точки зрения соблюдения врачом-наркологом требований Инструкции по проведению медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, утвержденной Приказом Минздрава РФ от 14 июля 2003 года N 308 "О медицинском освидетельствовании на состояние опьянения" в редакции, действовавшей на 05 августа 2010 года.

Пунктом 9 названной Инструкции предусматривалось, что средство (вещество), вызвавшее опьянение, за исключением алкоголя, определяется по результатам химико-токсикологического исследования биологического объекта, проводимого на средство (вещество) или его метаболиты, в установленном порядке.

Согласно пункту 12 указанной Инструкции проба биологического объекта для направления на химико-токсикологическое исследование с целью определения средств (веществ) или их метаболитов (за исключением алкоголя), вызвавших опьянение, может быть отобрана при наличии клинических признаков опьянения и отрицательном результате определения алкоголя в выдыхаемом воздухе; в пункте 16 Акта при этом указывается, какой биологический объект взят для проведения химико-токсикологического исследования.

В силу пункта 16 Инструкции заключение о состоянии опьянения в результате употребления алкоголя выносится при наличии клинических признаков опьянения и положительных результатах определения алкоголя в выдыхаемом воздухе (наличии абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе 0,15 и более миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха) при помощи одного из технических средств измерения, проведенного с интервалом 20 минут, или при применении не менее двух разных технических средств индикации на наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе с использованием их обоих при каждом исследовании, проведенном с интервалом 20 минут. В пункте 16 Акта отмечается, что забор биологического объекта для химико-токсикологического исследования не осуществлялся.

Результаты химико-токсикологического исследования на наркотические средства, психотропные и иные, вызывающие опьянение, вещества, как установлено пунктом 20 Инструкции, заносятся в Акт после их получения с вынесением окончательного заключения. Подлинник результатов химико-токсикологического исследования, заверенный подписью специалиста, проводившего исследование, приобщается ко второму экземпляру Акта.

Из акта следует, что врачом-наркологом у Ш. при наличии у него клинического признака опьянения (запах алкоголя изо рта) и положительном результате определения алкоголя в выдыхаемом воздухе был произведен забор биологического объекта для химико-токсикологического исследования на алкоголь, что прямо противоречит требованиям пунктов 9, 12 и 20 названной Инструкции.

Поскольку количество абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе у Ш. не превысило 0,15 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха без учета погрешности прибора АКПЭ-01, то у врача-нарколога отсутствовало предусмотренное пунктом 16 Инструкции основание для заключения о наличии у Ш. состояния опьянения.

В соответствии с примечанием к статье 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (в редакции, действовавшей на момент события, ставшего основанием для составления в отношении Ш. протокола об административном правонарушении) под состоянием опьянения водителя следовало понимать наличие абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови или 0,15 и более миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, определяемое в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, а равно совокупность нарушений физических или психических функций человека вследствие употребления вызывающих опьянение веществ.

Следовательно, водитель Ш. 05 августа 2010 года не находился в состоянии опьянения, препятствовавшем ему управлять транспортным средством.

Все иные доказательства, исследованные в судебном заседании и приведенные мировым судьей в постановлении, также не свидетельствуют о вине Ш. в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Учитывая изложенное, постановление мирового судьи подлежит отмене в связи с существенными нарушениями процессуальных требований, установленных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, что не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело. Производство по делу об административном правонарушении в отношении Ш. подлежит прекращению на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи с отсутствием в действиях Ш. состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Руководствуясь статьями 30.13, 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

 

постановила:

 

постановление мирового судьи судебного участка N 122 Ленинского округа г. Иркутска от 11 октября 2010 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении Ш., отменить.

Производство по делу об административном правонарушении в отношении Ш. прекратить в связи с отсутствием в действиях Ш. состава административного правонарушения.

Жалобу защитника Забелина А.Е. в интересах Ш. удовлетворить.

 

Заместитель председателя суда

Л.Г.КОРНЮШИНА

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь