Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 января 2011 г. N 22-215/402

 

Судья Качаранц К.Р. Дело N 1-836/10

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе: председательствующего Лебедевой О.В.,

судей Русских Т.К. и Андреевой А.А.

при секретаре Б.

рассмотрела в судебном заседании 24 января 2011 года кассационное представление государственного обвинителя, ст. помощника прокурора <...> Санкт-Петербурга Алексеева А.А., кассационную жалобу и дополнения к ней потерпевшего <ФИО17>, кассационную жалобу адвоката Басова А.В. - представителя потерпевшего <ФИО17> на приговор судьи <...> суда Санкт-Петербурга от 18 ноября 2010 года, которым

С.А.. <...>, ранее не судимый,

оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ, на основании ст. 302 ч. 2 п. 2 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления.

Заслушав доклад судьи Русских Т.К., выступления государственного обвинителя Алексеева А.А., прокурора Попкова Ю.Ю., поддержавших доводы кассационного представления, просивших приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство; выступления потерпевшего <ФИО17> и адвоката в защиту его интересов Сомова С.В., поддержавших доводы кассационных жалоб потерпевшего и адвоката Басова А.В.; выступления оправданного С.А. и адвокатов в его защиту Бобровой Л.С. и Ивановой Л.М., просивших приговор суда оставить без изменения, кассационные жалобы потерпевшего, его представителя - адвоката Басова А.В., кассационное представление прокурора - без удовлетворения; судебная коллегия

 

установила:

 

Органами предварительного следствия С.А. обвинялся в совершении убийства, то есть в умышленном причинении смерти другому человеку, а именно: в период времени с 20 часов 40 минут 21.07.1998 г. по 00 часов 40 минут 22.07.1998 г. С.А., находясь в состоянии алкогольного опьянения в <...>, в ходе совместного со <ФИО8> распития алкогольных напитков, вступил с ним в конфликт, в результате которого, на почве внезапно возникших неприязненных отношений, имея умысел на убийство, применив в качестве орудия имевшийся в квартире хозяйственно-бытовой нож и табурет, нанес указанным ножом последнему не менее 1 удара в область левой боковой поверхности шеи, не менее 1 удара в область передней поверхности шеи, не менее 1 удара в область левого плеча, а также табуретом, сломавшимся в процессе нанесения ударов, и его частями по голове и кистям рук не менее 7 ударов, своими действиями причинил <ФИО8> кровоподтек и ссадины на кистях рук (не менее 4), не причинившие вреда здоровью; ссадины (не менее 12) и рвано-ушибленную рану головы, не причинившие вреда здоровью; резаные раны (2) подбородка и левого плеча, не причинившие вреда здоровью; колото-резаное ранение шеи с повреждением щитовидного хряща, причинившее легкий вред здоровью; колото-резаное ранение шеи с повреждением левой наружной яремной вены и гортани, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Смерть <ФИО8> наступила на месте происшествия в результате колото-резаного ранения шеи с повреждением левой наружной яремной вены и гортани, осложнившегося острой кровопотерей.

Приговором суда С.А. по предъявленному обвинению оправдан в связи с непричастностью к совершению преступления.

В кассационном представлении ст. помощник прокурора <...> Санкт-Петербурга Алексеев А.А. просит приговор в отношении С.А. отменить, дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе суда, поскольку выводы суда о непричастности С.А. к совершению преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела; суд не исследовал обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Анализируя в приговоре показания потерпевшего, свидетелей обвинения, иные материалы дела, суд расценил их как не изобличающие С.А. в совершении преступления, так как не были установлены мотив и обстоятельства совершения преступления, являющиеся обязательными для доказывания состава преступления, и указал в приговоре на непричастность С.А. к его совершению.

Судом достоверно установлено, что в квартире в момент убийства находились только <ФИО17>, С.А. и <ФИО8>, а входная дверь была закрыта на ключ. К убийству <ФИО8> могли быть причастны только два человека - С.А. и <ФИО17>. Сам С.А. не отрицал факт его нахождения в квартире в период убийства <ФИО8> - с 20 час. 40 мин. 21.07.1998 г. до 00 час. 40 мин. 22.07.1998 г.

Непричастность С.А. к совершению убийства <ФИО8> судом не установлена: у подсудимого нет алиби на момент совершения преступления, не имеется показаний очевидцев произошедшего, иных доказательств, указывающих на то, что во время события преступления С.А. не был причастен к его совершению.

Судом не были исследованы все доказательства по делу. В ходатайстве государственного обвинителя об истребовании материалов КУСП по факту задержания С.А. 12.02.2010 г. и последующем вызове для дачи показаний сотрудников милиции, доставлявших задержанного, было отказано, как не имеющему отношения к делу и не устанавливающему вину С.А. в совершении преступления. На момент рассмотрения ходатайства у суда имелись достаточные основания полагать, что С.А., находившимся в розыске, 12.02.2010 г. были совершены действия, которые должны быть исследованы в ходе судебного следствия, могли быть расценены как явка с повинной, могли способствовать установлению мотива и обстоятельств совершения преступления.

В кассационной жалобе адвокат Басов А.В., представитель потерпевшего <ФИО17>, просит приговор в отношении С.А. отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства. Считает приговор необоснованным, выводы суда, изложенные в приговоре, - не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В обоснование указывает, что косвенные доказательства виновности С.А. в совершении убийства <ФИО8> оценены судом односторонне, только как подтверждение версии обвиняемого о непричастности к совершению указанного преступления; не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда; в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни доказательства и отверг другие, при наличии противоречий между ними.

Судом не приняты во внимание показания свидетеля <ФИО10>, данные им на следствии в 1996 г., свидетельствующие о том, что убийство <ФИО8> совершено С.А.; и необоснованно приняты во внимание только те показания свидетеля, данные им в ходе судебного следствия, которые соответствуют версии подсудимого.

Показания потерпевшего <ФИО17> оценены судом исключительно как подтверждающие версию обвиняемого о непричастности к совершению преступления. Судом не принято во внимание, что показания потерпевшего <ФИО17> свидетельствуют о том, что никто другой, кроме С.А., не мог совершить деяние, имевшее место в период времени с 20 час. 40 мин. 21.07.1998 до 00 час. 40 мин. 22.07.1998 г. Показания потерпевшего подтверждаются показаниями свидетелей <ФИО14>, <ФИО10>, <ФИО28>, <ФИО15> и <ФИО29>.

Судом не дана адекватная оценка показаниям свидетеля <ФИО11> на предварительном следствии, подтвержденным в судебном заседании, о том, что С.А. после сообщения о розыске его милицией скрылся и находился в розыске около 12 лет; не дана должная оценка тому факту, что С.А. решил обратиться в органы внутренних дел по истечении 12 лет.

Согласно показаниям свидетеля <ФИО12>, в ходе работы по розыскному делу сотрудниками милиции были опрошены все лица, которые могли знать о месте нахождения С.А., и были уведомлены о его нахождении в розыске. В противоречие данным показаниям суд с доверием отнесся к показаниям подсудимого, о том, что он не общался с родственниками последние 12 лет. Судом не дана оценка указанным обстоятельствам.

Далее представитель потерпевшего указывает, что судом не дана должная оценка показаниям свидетеля <ФИО16> на предварительном следствии и в суде о том, что именно С.А. выпрыгнул вслед за потерпевшим <ФИО17> из окна квартиры, где произошло убийство; попросил С. увезти его от дома, испачкал салон автомобиля С. в крови и расплатился с ним денежными купюрами, испачканными в крови. Суд не принял во внимание существенные противоречия между показаниями потерпевшего <ФИО17> и подсудимого С.А., обстоятельства смерти <ФИО8>, после ранения которого С.А. мог иметь на своей одежде и руках следы крови погибшего. В совокупности с другими доказательствами по делу показания <ФИО16> свидетельствуют о причастности С.А. к инкриминируемому ему преступлению.

Все допрошенные по делу лица показали, что в квартире, где произошло преступление, иные лица не находились. Суд сделал предположительный вывод о том, что лицом, совершившим преступление, мог быть кто-то иной. Предположительные выводы суда о том, что убийцей мог быть и <ФИО17>, являются необоснованными.

Судом неверно дана оценка показаниям свидетеля <ФИО12> в части признания С.А. своей вины в совершении преступления. Разговор между <ФИО12> и С.А. касался преступления, за которое С.А. находился в розыске, и признание С.А. конфликта со <ФИО8> относится именно к <ФИО8>, что подтверждает причастность С.А. к совершенному преступлению и устанавливает мотив преступления.

Заключения экспертиз оценены судом односторонне, как доказательства, не устанавливающие вину С.А., однако данные доказательства направлены на установление иных обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

По мнению представителя, суд, вопреки требованиям п. 1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, не разрешил вопрос о доказанности события преступления; вопреки требованиям ч. 1 ст. 88 УПК РФ, не дал оценку собранным доказательствам в их совокупности, а рассматривал каждое из них отдельно, что повлияло на выводы суда. Суд не оценил все представленные обвинением доказательства; необоснованно исключил односторонне и не в связи друг с другом оцененные доказательства.

Потерпевший <ФИО17> в кассационной жалобе и дополнениях к ней просит приговор суда в отношении С.А. отменить на основании п. п. 1, 2 ч. 1 ст. 379 УПК РФ, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд со стадии судебного разбирательства в ином составе суда; избрать в отношении С.А. меру пресечения в виде заключения под стражу.

В обоснование указывает, что в нарушение п. п. 2, 3 ч. 1 ст. 305 УПК РФ в приговоре не приведены обстоятельства уголовного дела, которые установлены судом; не отражены доказательства, подтверждающие основания оправдания подсудимого. Судом не выполнены требования ст. ст. 87, 88 УПК РФ. Доказательства, представленные стороной обвинения и в совокупности уличающие С.А. в убийстве, не получили надлежащей оценки в приговоре. Доказательства оценены не в их совокупности и взаимосвязи, а каждое доказательство оценено отдельно от других доказательств. Представленные стороной обвинения доказательства не сопоставлялись друг с другом. После изложения каждого доказательства судом указано, что оно не изобличает С.А. в совершении инкриминируемого ему деяния.

Вывод суда о том, что показания подсудимого о его непричастности к убийству <ФИО8> достоверны и не опровергнуты стороной обвинения, по мнению потерпевшего, не основан на материалах уголовного дела и противоречит исследованным доказательствам.

В жалобе потерпевший <ФИО17> подробно приводит свои показания. Указывает, что он первым ушел спать в другую комнату квартиры, а его сын <ФИО8> и подсудимый С.А. продолжали распивать спиртное. Ночью он проснулся оттого, что об его голову разбили бутылку и стали душить. Он понял, что его душит С.А., просил прекратить эти действия, притворился мертвым. Когда С.А. ушел в ванную комнату, он, потерпевший, выпрыгнул в окно. Следом за ним на улицу выпрыгнул С.А. Поскольку входная дверь в квартиру была закрыта, в квартире в момент происшествия находились только С.А., он, <ФИО17>, и его сын, то он, потерпевший, уверен, что убийство совершено С.А..

Потерпевший считает, что его показания последовательны, непротиворечивы, подтверждаются иными исследованными доказательствами, а показания С.А. о произошедших событиях противоречивы, непоследовательны, опровергаются иными доказательствами. Показания С.А. о том, что в распитии спиртного в квартире участвовал также <ФИО10>, опровергаются показаниями данного свидетеля и потерпевшего <ФИО17>. Показания потерпевшего <ФИО17> о причинении ему С.А. в квартире телесных повреждений объективно подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы N <...> о наличии телесных повреждений у потерпевшего при поступлении в стационар 22.07.1998 г. Заключение эксперта опровергает показания С.А. в суде о том, что он один раз ударил <ФИО17> в лицо.

Потерпевший указывает, что его показания подтверждаются показаниями свидетелей <ФИО10>, <ФИО14>, <ФИО16>, <ФИО15>; подробно цитирует в жалобе показания допрошенных свидетелей.

В приговоре судом сделан парадоксальный вывод, что показания свидетеля <ФИО16> не изобличают подсудимого С.А. в инкриминируемом ему преступлении. Тем самым судом не дана правильная оценка показаниям указанного свидетеля о том, что С.А. вслед за потерпевшим <ФИО17> выпрыгнул из окна квартиры, где впоследствии был обнаружен труп <ФИО8>, при этом потерпевший истекал кровью, звал на помощь, у подсудимого руки были в крови, он расплатился купюрой, испачканной кровью. Судом в качестве достоверных приняты только показания С.А., однако он не пояснял о наличии крови у него на руках и принадлежащих ему деньгах. Судом сделаны неправильные выводы о том, что кровь на руках С.А. принадлежит именно <ФИО17>, а не убитому <ФИО8>.

Доказательства по делу оценены судом предвзято, только с той точки зрения, что они не изобличают С.А. в убийстве. Последующее поведение С.А. - напал на отца убитого, разбил ему голову бутылкой, пытался душить, переоделся в чистую одежду на месте происшествия, выпрыгнул из окна, пытался догнать потерпевшего, уехал с места происшествия - свидетельствует о виновности С.А. в совершении убийства.

Суд не дал оценки факту переодевания С.А. в квартире <ФИО8> после наступления смерти <ФИО8>. Потерпевший на следствии и в суде сообщил, что С.А. в их квартире переоделся в одежду его сына. В судебном заседании 16.11.2010 г. <ФИО17> сообщил, что С.А., выпрыгнув из окна, был одет в темную рубашку, похожую на рубашку его сына, впоследствии он эту рубашку в квартире не нашел. При допросе 13.10.1998 г. <ФИО17> показал, что в квартире на момент осмотра находилась чужая одежда и чужая сумка черного цвета.

Показания потерпевшего подтверждены протоколом осмотра места происшествия, согласно которому в квартире <ФИО8> обнаружены и изъяты не принадлежащие им вещи: черная сумка, мужская сорочка в черную клетку, испачканная кровью, синие брюки. Согласно заключению эксперта, на рубашке и пуговицах, изъятых с места происшествия, обнаружена кровь человека, которая могла произойти от <ФИО8>.

Судом был задан С.А. наводящий вопрос о том, уходил ли он из квартиры <ФИО8> в своей одежде.

Показания потерпевшего о нанесении ему С.А. удара бутылкой по голове на диване в большой комнате подтверждаются протоколом осмотра места происшествия. Версия подсудимого, отрицавшего указанные обстоятельства, опровергается показаниями потерпевшего, протоколом осмотра места происшествия.

В жалобе потерпевший ссылается на показания свидетеля <ФИО12> о том, что при доставлении С.А. в РУВД он сознался в совершении преступления, пояснив, что убежал с места происшествия, скрывался.

Судом было необоснованно и незаконно отказано в ходатайстве государственного обвинителя об истребовании материала КУСП, содержащего сведения о задержании С.А., чем нарушены требования ч. 1 ст. 11, ч. 5 ст. 246 УПК РФ.

По мнению потерпевшего, принятое судом решение о признании недопустимыми и исключении из перечня доказательств протокола добровольной выдачи и заключения судебно-медицинской экспертизы по денежной купюре является незаконным и необоснованным. Протокол добровольной выдачи свидетелем <ФИО16> денежной купюры был составлен 22.07.1998 г. до возбуждения уголовного дела, как документ оперативно-розыскной деятельности, является иным доказательством на основании ст. ст. 69, 74 УПК РФ. Выводы суда о нарушении ст. 127 ч. 4 УПК РСФСР являются несостоятельными.

При вынесении постановления об исключении доказательств судом нарушены положения ст. 235 УПК РСФСР о праве допросить свидетелей, связанных с рассматриваемым ходатайством. Однако понятые, присутствовавшие при добровольной выдаче, в суд не вызывались, не допрашивались, обстоятельства добровольной выдачи не исследовались. При отсутствии законных оснований необоснованно исключено из числа доказательств и заключение эксперта об обнаружении крови человека в смыве с денежной купюры. Принятое решение повлияло на решение об оправдании С.А. в связи с непричастностью к убийству.

В приговоре суда имеются существенные противоречия в части оснований оправдания подсудимого С.А., являющиеся основанием к отмене приговора. Описательно-мотивировочная часть приговора противоречит его резолютивной части. На л.д. 7 приговора указано об отсутствии в действиях С.А. состава преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ, в то время как С.А. оправдан на основании ст. 302 ч. 2 п. 2 УПК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления.

По мнению потерпевшего, в нарушение разъяснений п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 29.04.1996 г. N 1 "О судебном приговоре" судом в приговоре не дана оценка доводам подсудимого С.А., приведенным им в свою защиту; не отражено, в силу каких причин суд считает показания С.А. достоверными, заслуживающими доверия; доводы стороны обвинения о недостоверности показаний подсудимого оставлены судом без внимания.

Суд сослался на показания свидетеля <ФИО10>, сообщившего, что конфликтов между С.А. и <ФИО8> в момент происшествия не было, однако не учел, что свидетель <ФИО10> сразу покинул квартиру потерпевших, ему ничего не могло быть известно о конфликте между С.А. и <ФИО8> в момент происшествия.

В приговоре указано, что доводы о том, что в момент преступления в квартире находились только <ФИО17>, С.А., <ФИО8>, иных лиц, которые могли бы совершить преступление, в квартире не было, носят предположительный характер и не устанавливают вину С.А. Однако, почему указанные доводы являются предположением, а не истиной, в приговоре не отражено. Также в приговоре имеется противоречие, поскольку указано, что дверь в квартиру в момент происшествия была закрыта. Из материалов дела следует, что иных лиц, кроме <ФИО17>, С.А. и убитого <ФИО8> в квартире на момент происшествия не было. Заключение судебно-медицинской экспертизы трупа <ФИО8> свидетельствует о том, что его лишили жизни. Показания потерпевшего <ФИО17> последовательны и подробны, а показания С.А. - противоречивы и недостоверны.

По мнению потерпевшего, доказательства, представленные стороной обвинения, исследованы судом неполно. Судом не дана надлежащая правовая оценка доказательствам, свидетельствующим о нападении С.А. ночью 22.07.1998 г. на потерпевшего <ФИО17>, о нанесении ему бутылкой удара по голове и причинении ему телесных повреждений. Судом не дана надлежащая оценка последующему поведению подсудимого С.А., который преследовал <ФИО17>, вслед за ним выпрыгнул из окна квартиры, пытался его догнать, скрылся с места происшествия, более 10 лет находился в розыске. Суд не принял во внимание доказательства, свидетельствующие о том, что С.А. на месте происшествия переоделся в одежду <ФИО8>, а затем расплатился с водителем автомобиля купюрой, испачканной кровью; водитель видел на руках С.А. кровь и телесные повреждения.

Отсутствие в обжалуемом приговоре надлежащей оценки приведенных обстоятельств привело к тому, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в процессе судебного следствия. По мнению потерпевшего, суду представлены убедительные доказательства о совершении С.А. убийства <ФИО8> Судом не были учтены все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы об обоснованности предъявленного С.А. обвинения, а изложенные в приговоре выводы содержат существенные противоречия, которые могли повлиять на правильность решения вопроса о виновности или невиновности С.А. в убийстве <ФИО8>

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, кассационных жалоб потерпевшего и адвоката Басова А.В., судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным не усматривает оснований для удовлетворения кассационного представления, кассационных жалоб об отмене оправдательного приговора, постановленного в соответствии с требованиями ст. ст. 303 - 306 УПК РФ.

Проанализировав все представленные доказательства, суд пришел к правильному выводу о необходимости оправдания С.А. по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления.

В соответствии со ст. 17 УПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, исследованных в судебном заседании, руководствуясь при этом законом и совестью. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Судом выполнено указанное требование закона при постановлении оправдательного приговора. Решение суда соответствует требованиям ст. 49 Конституции РФ.

В соответствии со ст. 299 ч. 1 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает, в том числе, вопросы: доказано ли, что имело место деяние, в свершении которого обвиняется подсудимый; доказано ли, что деяние совершил подсудимый; является ли это деяние преступлением.

Судом достаточно полно, всесторонне и объективно исследованы представленные сторонами обвинения и защиты доказательства по делу; исследованным доказательствам дана надлежащая оценка; выводы, содержащиеся в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, правильно установленным судом; сделан обоснованный вывод о непричастности С.А. к совершению преступления.

Доводы кассационного представления и кассационных жалоб о том, что в квартире момент убийства находились только <ФИО17>, <ФИО8> и С.А., и последний не отрицал своего нахождения в квартире, оценены судом в совокупности с иными собранными доказательствами. С доводами кассационного представления о том, что непричастность С.А. к совершению убийства <ФИО8> не установлена, поскольку у него отсутствует алиби, согласиться нельзя.

В соответствии с п. 20 ст. 5 УПК РФ непричастность - неустановленная причастность либо установленная непричастность лица к совершению преступления.

Суд в ходе судебного следствия установил, что имело место событие преступления, его существование доказано, однако в деле нет достаточных доказательств, совокупность которых позволила бы прийти к выводу о доказанности вины конкретного лица - С.А. в совершении преступления. Поскольку причастность С.А. к совершению преступления не установлена, суд обоснованно оправдал С.А. по основанию непричастности его к совершению убийства.

Факт нахождения С.А. в квартире <ФИО8>, при отсутствии иных достаточных доказательств его причастности к совершению преступления, не свидетельствует о совершении преступления конкретным лицом - С.А.

Доводы прокурора в кассационном представлении о том, что судом мне были исследованы все доказательства по делу, являются необоснованными. Судом были исследованы все представленные сторонами обвинения и защиты доказательства. Все доказательства, на которых опиралось обвинение, были проанализированы и оценены судом в приговоре. В соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ все неустранимые сомнения в виновности обвиняемого суд истолковал в пользу обвиняемого.

Ходатайство прокурора об истребовании материалов КУСП из <...> отдела милиции <...> Санкт-Петербурга и допросе сотрудников милиции, задерживавших С.А., было рассмотрено 08.11.2010 г. в судебном заседании в установленном законом порядке и мотивированно отклонено. При этом суд правильно учел, что государственный обвинитель не сообщил регистрационного номера материала КУСП и фамилии сотрудников милиции, задерживавших С.А. В соответствии с требованиями ч. 3 ст. 15 УПК РФ сторонам, в том числе стороне обвинения, были созданы судом необходимые условия для исполнения ими своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Государственный обвинитель не воспользовался предоставленными ему ч. 3 ст. 271 УПК РФ правами заявления повторного ходатайства об исследовании конкретного материала КУСП, о допросе свидетелей, явившихся в суд по инициативе стороны.

Судебной коллегией были проверены сведения о наличии материала КУСП в <...> отделе милиции по факту задержания С.А. 13.02.2010. Из представленных по запросу сообщений прокурора <...> Санкт-Петербурга Захарова Д.Р. и и.о. руководителя следственного органа Г. от 24.01.2010 г. следует, что в книге учета лиц, доставленных в отдел милиции 13.02.2010 г., имеется запись о доставлении С.А. в названный отдел милиции. Однако в книгах учетах сообщений о происшествиях (КУСП) за 13.02.2010 г. регистрации сообщения о доставлении С.А. не имеется. При таких обстоятельствах доводы кассационного представления прокурора о наличии материала КУСП в 35 отделе милиции Приморского УВД Санкт-Петербурга от 12.02.2010 г. с объяснениями С.А. не соответствуют действительности и документально опровергнуты.

Вопреки доводам жалобы адвоката Басова А.В., приговор суда соответствует требованиям ст. ст. 305, 306 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части приговора приведены обстоятельства уголовного дела, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие; мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

Показания свидетеля <ФИО10>, на которые ссылается представитель потерпевшего, были исследованы в судебном заседании и сопоставлены с другими доказательствами по делу. Из показаний данного свидетеля не следует, что он был очевидцем произошедших в квартире событий в период с 20 час. 40 мин. 21.07.1998 г. до 0 час. 40 мин. 22.07.1998 г. После оглашения показаний свидетеля, данных им в ходе предварительного следствия, свидетель пояснил, что он не может утверждать о совершении убийства С.А., поскольку не присутствовал в квартире, о случившемся знает со слов <ФИО17>

Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалоб потерпевшего <ФИО17>, представителя потерпевшего о нарушении судом требований ст. ст. 87, 88 УПК РФ. Представленные сторонами доказательства были проверены судом, сопоставлены друг с другом; каждое доказательства оценено с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - с точки зрения достаточности разрешения уголовного дела.

Так, показания потерпевшего <ФИО17>, свидетелей <ФИО14>, <ФИО10>, <ФИО28>, <ФИО15>, <ФИО16>, <ФИО12> были исследованы и сопоставлены с остальными добытыми по делу объективными данными и им дана правильная оценка.

Доводы жалоб потерпевшего и представителя о неверной оценке показаний допрошенных по делу свидетелей являются необоснованными, поскольку сводятся к переоценке показаний указанных свидетелей, получивших правильную оценку суда.

Обоснованно указал суд в приговоре, что доводы С.А. о том, что он не знал об объявлении его розыска в связи с убийством <ФИО8>, не опровергнуты стороной обвинения. Из показаний свидетеля <ФИО11>, допрошенной в судебном заседании, не следует, что сотрудники милиции сообщали ей, что С.А. подозревается в убийстве, она не знала, почему его ищет милиция. Показания свидетеля <ФИО11>, данные ею на предварительном следствии, в ходе судебного заседания не оглашались.

Доводам стороны обвинения о том, что убийство <ФИО8> совершил С.А., поскольку никто другой не мог его совершить, судом дана надлежащая оценка в приговоре как предположительным, не подтверждающимся совокупностью достаточных доказательств.

Показания свидетеля <ФИО16> были оценены судом в совокупности с иными собранными по уголовному делу доказательствами. Доводы жалоб о неверной оценке показаний данного свидетеля также сводятся к переоценке указанного доказательства.

Вопреки доводам жалоб, суд не делал в приговоре вывода о совершении преступления другим лицом, возможно, - <ФИО17> В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводилось судом только в отношении С.А. и лишь по предъявленному ему обвинению, по итогам судебного разбирательства суд пришел к выводу о том, что причастность С.А. к совершению преступления не установлена.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалоб потерпевшего о том, что представленные стороной обвинения доказательства не сопоставлялись друг с другом, каждое доказательство оценено отдельно. Все представленные стороной обвинения доказательства, в том числе заключения экспертиз, были проверены и оценены судом по правилам ст. ст. 87, 88 УПК РФ. В приговоре содержится вывод о том, все представленные стороной обвинения доказательства, как в отдельности, так и в совокупности, не дают бесспорных оснований для вывода о виновности подсудимого С.А. в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ.

Нельзя согласиться с доводами жалоб о том, что суд неверно либо не полностью оценил собранные доказательства, что повлияло на выводы суда при постановлении приговора как оправдательного.

Является правильным и соответствует требованиям закона об оценке доказательств признание судом как недопустимых доказательств - протокола дополнительного осмотра кв. <...>, протокола осмотра автомашины "Форд Сиерра", протокола добровольной выдачи денежной купюры, заключения эксперта от 28.08.1998 г. по смывам с автомашины и с денежной купюры, заключения эксперта от 27.02.2010 г. в части выводов по смыву с денежной купюры, заключения эксперта в части исследования ножа, ввиду допущенных при их проведении и составлении нарушений требований уголовно-процессуального закона, установленных судом при проверке указанных доказательств в ходе судебного разбирательства по делу.

Решение суда о признании недопустимыми указанных доказательств мотивировано в соответствии с требованиями закона, и судебная коллегия с принятым решением согласна. При этом судебная коллегия принимает во внимание, что исследованные экспертами предметы, в том числе денежная купюра, не осмотрены следователем, не признаны вещественными доказательствами, не приобщены к уголовному делу и их местонахождение не установлено.

В кассационном представлении прокурор не оспаривает законность и обоснованность принятого судом решения об исключении перечисленных доказательств. В судебном заседании суда кассационной инстанции государственный обвинитель не оспаривал принятое судом решение о исключении из числа доказательств протокола изъятия денежной купюры.

Доводы потерпевшего о нарушении судом положений ст. 235 УПК РФ при рассмотрении ходатайства защиты об исключении доказательств являются несостоятельными. В соответствии с ч. 3 ст. 235 УПК РФ судья вправе допросить свидетеля и приобщить к уголовному делу документ, указанный в ходатайстве. В соответствии с нормами ст. 15 УПК РФ судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. По просьбе прокурора для изучения ходатайства защиты об исключении доказательств судебное заседание по делу было отложено с 09.09.2010 г. на 21.10.2010 г. В соответствии с ч. 4 ст. 235 УПК РФ бремя опровержения доводов, представленных стороной защиты при рассмотрении ходатайства об исключении доказательства, лежит на прокуроре.

Государственный обвинитель в судебном заседании 21.10.2010 г. имел возможность опровергнуть доводы защиты, заявить ходатайство о допросе понятых, присутствовавших при добровольной выдаче купюры, однако указанное ходатайство стороной защиты не заявлялось. При таких обстоятельствах нарушений требований ст. 235 УПК РФ не имеется.

Доводы стороны обвинения о том, что суд, в нарушение требований п. 1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора не разрешил вопрос о доказанности деяния, в совершении которого обвинялся С.А., необоснованны. Суд привел в приговоре обстоятельства, свидетельствующие, что событие преступления имело место, его существование доказано; заключение судебно-медицинской экспертизы, не вызывающее сомнений, согласно которому смерть <ФИО8> последовала от колото-резаного ранения шеи. Фактические обстоятельства события преступления суд описал в приговоре, однако пришел к выводу о непричастности С.А. к совершению данного преступления.

Ссылки потерпевшего <ФИО17> в жалобе на заключение судебно-медицинской экспертизы о причинении ему телесных повреждений, в опровержение показаний С.А. о нанесении <ФИО17> одного удара в лицо, являются необоснованными, поскольку заключение судебно-медицинской экспертизы в отношении <ФИО17> (т. N <...> л.д. N <...>) не исследовалось в судебном заседании. В силу требований ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводилось только по предъявленному С.А. обвинению по ст. 105 ч. 1 УК РФ. Постановлением следователя от 01.06.2010 г. в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 1 УК РФ, по факту совершения С.А. покушения на убийство <ФИО17> отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях С.А. состава преступления.

Доводы потерпевшего в жалобе о том, что суд не дал оценки факту переодевания С.А. в одежду его сына, являются необоснованными. В жалобе потерпевший указывает, С.А. переодевался в одежду его сына, при допросе 13.10.09 г. <ФИО17> показал, что в квартире на момент осмотра находились чужая одежда и сумка, С.А., выпрыгнув из окна, был одет в рубашку, похожую на рубашку его сына.

Из протокола судебного заседания (л.д. N <...> т. N <...>) следует, что потерпевший <ФИО17> категорически не утверждал, что С.А. переоделся в квартире в рубашку его сына. Потерпевший лишь пояснил, что не может утверждать, был ли он одет в ту же рубашку, в которой пришел; рубашка, одетая на С.А., была похожа на рубашку его сына. Показания потерпевшего на допросе 13.10.1998 г. (л.д. N <...> т. N <...>) в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ не оглашались, и ссылка на них необоснованна. Принадлежность сумки, мужской сорочки со следами крови, синих брюк, указанных в протоколе осмотра места происшествия, не установлена. Мужская сорочка со следами крови, которая была предметом исследования эксперта, не признана вещественным доказательством, не приобщена к материалам дела и в настоящее время утрачена.

Доводы жалобы потерпевшего о наличии в приговоре существенных противоречий в части оснований оправдания С.А., являющихся основанием к отмене приговора, являются несостоятельными. Указание об отсутствии в действиях С.А. состава преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ, в описательно-мотивировочной части приговора на л.д. N <...> является очевидной технической ошибкой, не являющейся основанием отмены судебного решения, поскольку суд пришел к выводу о необходимости оправдания С.А. в связи с непричастностью к совершению преступления на основании ст. 302 ч. 2 п. 2 УПК РФ, о чем прямо указано в приговоре со ссылкой на указанную норму закона. Кроме того, в силу ч. 1 ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор по мотивам несогласия с основаниями оправдания может быть отменен судом кассационной инстанции только по жалобе оправданного, не согласного с основаниями оправдания.

Приговор суда соответствует требованиям ст. ст. 305, 306 УПК РФ, в нем изложены существо предъявленного обвинения; обстоятельства уголовного дела, установленные судом; основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие; мотив, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения. Ссылки потерпевшего в жалобе на несоблюдение судом требований п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда от 29.04.1996 г. N 1 "О судебном приговоре" необоснованны, поскольку разъяснения в указанном пункте Постановления относятся к содержанию описательно-мотивировочной части обвинительного приговора, требований ст. 307 УПК РФ. Разъяснения по описательно-мотивировочной части оправдательного приговора приведены пункте 17 указанного Постановления.

Вопреки утверждению жалобы потерпевшего о том, что суд не дал оценки последующему поведению подсудимого, находившегося более 10 лет в розыске, указанным доводам в приговоре дана правильная оценка.

В кассационных жалобах, кассационном представлении прокурора не приведены доказательства, не принятые во внимание судом, либо конкретные обстоятельства дела, оставшиеся невыясненными.

Поскольку обвинительный приговор не может быть постановлен на предположениях, суд, толкуя все сомнения в пользу подсудимого, обоснованно пришел к выводу о необходимости оправдания С.А. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ. Выводы суда о непричастности подсудимого к совершению преступления и о его оправдании мотивированы в приговоре суда.

С учетом вышеизложенного, приговор суда постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и основан на правильном применении уголовного закона, соответственно, является законным, обоснованным и справедливым, оснований для его отмены не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судебной коллегией не установлено. Замечания на протокол судебного заседания, содержащиеся в кассационной жалобе потерпевшего и его представителя, рассмотрены председательствующим судьей в предусмотренном ст. 260 УПК РФ порядке.

Вместе с тем, в связи с постановлением оправдательного приговора по основаниям, предусмотренным ст. 27 ч. 1 п. 1 УПК РФ, то есть за непричастностью к совершению преступления, суду надлежало решить вопрос о направлении уголовного дела в следственные органы для дополнительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

В связи с этим в приговор следует внести изменения, дополнив его соответствующим указанием.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

Приговор <...> суда Санкт-Петербурга от 18 ноября 2010 года в отношении С.А. изменить, дополнив его указанием о направлении уголовного дела руководителю следственного отдела по <...> Следственного управления Следственного комитета РФ по г. Санкт-Петербургу для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

В остальном приговор оставить без изменения, кассационное представление прокурора. Кассационные жалобы адвоката Басова А.В. потерпевшего <ФИО17> - без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь