Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ПЕРМСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 1 февраля 2011 г. по делу N 22-603

 

Судья Бугакова Н.Е.

Мировой судья Рязанцева Л.В.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего судьи Рудакова Е.В., судей Михалева П.Н., Патраковой Н.Л.

рассмотрела в судебном заседании 01 февраля 2011 года кассационную жалобу защитника Ананина В.И. на постановление Лысьвенского городского суда Пермского края от 23 декабря 2010 года об оставлении без изменения приговора мирового судьи судебного участка N 40 Лысьвенского муниципального района Пермского края от 12 июля 2010 года, которым

В.К., дата рождения, уроженка <...>, ранее не судимая,

осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УК РФ, к штрафу в доход государства в размере 5000 рублей.

Заслушав доклад судьи Патраковой Н.Л., выступления адвоката Соколовой Е.Л. и защитника Ананина В.И. в поддержание доводов кассационной жалобы, мнение прокурора Лялина Е.Б. об отсутствии оснований для отмены постановления суда, судебная коллегия

 

установила:

 

по приговору мирового судьи В.К. признана виновной в использовании заведомо подложного документа - заявления управляющей отделением банка <...> П., поданного начальнику отдела службы судебных приставов по Лысьвенскому району УФССП по Пермскому краю, о снятии временного ограничения на выезд за пределы Российской Федерации В.К. и В. на срок с 27 января 2010 года по 18 февраля 2010 года. Преступление совершено 27 января 2010 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Осужденной В.К. и защитником Ананиным В.И. подана апелляционная жалоба на приговор суда, в соответствии с которой они просят приговор суда отменить, оправдать В.К. в совершении преступления.

23 декабря 2010 года судом вынесено обжалуемое постановление.

В кассационной жалобе осужденная В.К. и защитник Ананин В.И. просят постановление суда отменить, постановить оправдательный приговор. Считают вину осужденной в совершении преступления не доказанной, а приговор - постановленным на доказательствах, добытых с нарушением норм УПК РФ. По их мнению, не установлен факт получения осужденной от работника банка П. именно того заявления, которое В.К. предъявила в службу судебных приставов. Суд не дал оценки заключению эксперта, свидетельствующему о том, что клише штампа на исследуемом документе могло быть изготовлено с оригинала клише штампа, который не мог находиться у В.К. Суд не установил, что В.К. было достоверно известно о подложности документа, не учел, что он не предоставляет никаких прав и не освобождает от обязанностей. Суд не принял во внимание наличие в материалах дела неотмененного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела (л.д. 110), которым установлено, что подложный документ не является официальным, носит рекомендательный характер. Не выяснено, кто, где и когда изготовил этот документ, при каких обстоятельствах он был передан осужденной, знала ли она о его подложности, какие права предоставил, от каких обязанностей освободил документ. Полагают, что изъятие документов и образцов подписи П., возвращение вещественных доказательств, направление их на экспертизу произведено с нарушением УПК РФ, в том числе нарушены требования ч. 3 ст. 177 УПК РФ об обязательном упаковывании, опечатывании вещественных доказательств и заверении их подписями следователя и понятых. Кроме того, суд не принял во внимание изменение свидетелями К. и Ш. показаний в части даты использования В.К. указанного документа, необоснованно поверил свидетелю П. и без достаточных оснований отверг показания осужденной.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены постановления суда.

Вывод мирового судьи о виновности В.К. в совершении преступления основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, изложенных в приговоре. Осужденная В.К. в судебном заседании вину не признала, вместе с тем ее виновность установлена показаниями свидетелей и письменными доказательствами.

Свидетель П. показала, что В.К. является поручителем по кредитному договору ее брата В. с ОАО <...>. В связи с наличием задолженности по договору на заемщика и поручителя службой судебных приставов наложено временное ограничение на выезд за пределы РФ. В январе 2010 года В. обращался как в Чусовское отделение банка, так и в филиал в г. Перми с просьбой о снятии временного разрешения, в чем ему было отказано ввиду наличия большой задолженности. 22 января 2010 года в отделение обратилась В.К. с просьбой в отношении себя и брата, по согласованию с филиалом было принято решение о снятии ограничения на выезд на период с 27 января 2010 года по 08 февраля 2010 года только для осужденной, в отношении В. в ходатайстве отказано. Заявление, подписанное ею и заверенное печатью банка, она передала В.К. 08 февраля 2010 года от начальника отдела службы судебных приставов ей стало известно, что осужденная и ее брат выехали в <...> до 18 февраля 2010 года. При осмотре заявления, предъявленного судебному приставу-исполнителю, она обнаружила, что подпись ей не принадлежит, текст документа изменен, в нем идет речь о снятии ограничения для В. и В.К. на срок до 18 февраля 2010 года, неправильно указано имя осужденной, имелись различия в оттиске печати. Она обратилась с заявлением в ОВД г. Лысьва. В ходе дознания П. подтвердила свои показания в ходе очной ставки с осужденной В.К.

Свидетель З. показала, что 27 января 2010 года зарегистрировала и заверила печатью банка заявление, подписанное П., на снятие ограничения на выезд за пределы РФ в отношении В.К. в период с 27 января 2010 года по 08 февраля 2010 года.

Свидетель К. показала, что в январе 2010 года В.К. неоднократно обращалась с просьбой о снятии ограничения на выезд ее и В. за пределы РФ, в чем ей было отказано. 27 января 2010 года осужденная принесла заявление отделения банка о снятии ограничения для нее и В. на период с 27 января 2010 года по 18 февраля 2010 года, на основании которого судебный пристав-исполнитель Ш. вынесла соответствующее постановление. О подложности документа ей стало известно от управляющей представительством банка П., которая пояснила, что подпись в заявлении выполнена другим лицом, а оттиск печати не соответствует печати банка.

Свидетель Ш. показала, что в соответствии с переданным ей заявлением управляющей представительством банка <...> она вынесла постановление с снятии запрета на выезд за пределы РФ на период с 27 января 2010 года по 18 февраля 2010 года в отношении В. и В.К.

Объективно виновность В.К. установлена протоколами изъятия заявлений о снятии ограничения на выезд, осмотра документов, заключения эксперта, в соответствии с которым подпись в заявлении выполнена не П., а другим лицом.

Проанализировав доказательства и дав им надлежащую оценку, мировой судья пришел к правильному выводу о виновности В.К. и правильно квалифицировал ее действия. В приговоре приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие. При назначении наказания мировой судья в должной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного осужденной преступления, данные о ее личности, в том числе смягчающее наказание обстоятельство - наличие несовершеннолетних детей, а также отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. Назначенное наказание является справедливым и соразмерным.

Суд апелляционной инстанции с выводами мирового судьи согласился, подробно мотивировав обоснованность этих выводов в постановлении, при этом суд исследовал показания свидетелей, которые оспаривались осужденной. Существенных противоречий в показаниях свидетелей К. и Ш., которые могли бы повлечь отмену приговора и постановления суда, вопреки доводам жалобы, не имеется. Суд пришел к правильному выводу о доказанности вины В.К. приговором суда, достаточности, достоверности и допустимости доказательств, правильности квалификации ее действий. Судебная коллегия с выводами суда соглашается.

Вопреки доводам жалобы, суд достоверно установил, что В.К. предъявила в службу судебных приставов не то заявление, которое получила в представительстве банка от П., а другое, выданное на другой срок и в отношении брата и сестры В.К., то есть ей было известно о заведомой подложности документа.

Поскольку осужденной не предъявлено обвинение в подделке использованного ею подложного документа, доводы жалобы об отсутствии у В.К. доступа к печати банка не имеют значения для квалификации ее действий.

Доводы жалобы об отсутствии в действиях В.К. состава преступления судом обоснованно признаны несостоятельными. Каких-либо причин для оговора осужденной со стороны указанных лиц суд не установил, не находит таких оснований и судебная коллегия. Показания свидетелей последовательны, согласуются между собой, объективно подтверждены заключениями эксперта.

Наличие в материалах дела постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении неустановленного лица по факту изготовления подложного документа в связи с отсутствием в его действиях состава преступления не может служить основанием для прекращения уголовного дела в отношении В.К. в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, поскольку ч. 3 ст. 327 УПК РФ предусматривает уголовную ответственность за использование заведомо подложного документа, при этом закон не требует наличия у подложного документа всех признаков документа официального. Кроме того, указанное постановление вынесено не в отношении В.К., а в отношении другого лица. Вместе с тем в жалобе необоснованно указано, что подложный документ не предоставил осужденной никаких прав, так как именно на основании этого заявления было снято ограничение на выезд В.К. и В. за пределы РФ.

Доводы жалобы о том, что суд не установил, кто именно, когда и при каких обстоятельствах изготовил подложный документ, судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку суд не является органом уголовного преследования и в соответствии с ч. 1 ст. 252 УК РФ проводит судебное разбирательство только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению. Вопреки доводам жалобы, неустановление лица, изготовившего подложный документ, не препятствует привлечению к ответственности лица, его использовавшего.

Суд проанализировал доводы апелляционной жалобы о нарушении при производстве дознания норм УПК РФ и обоснованно пришел к выводу о том, что каких-либо процессуальных нарушений в части изъятия документов и образцов почерка не допущено. Не находит таких оснований и судебная коллегия, в том числе в части возвращения вещественных доказательств. Ссылка на ч. 3 ст. 177 УПК РФ не соответствует требованиям закона, поскольку данная норма касается упаковывания и опечатывания предметов, а не документов.

При таких обстоятельствах постановление суда является законным, обоснованным и мотивированным, оснований для его отмены по доводам кассационной жалобы не имеется. Руководствуясь ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

постановление Лысьвенского городского суда Пермского края от 23 декабря 2010 года в отношении В.К. оставить без изменения, а кассационную жалобу защитника Ананина В.И. - без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь