Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ПЕРМСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 1 февраля 2011 г. по делу N 22-614

 

Судья Каделя Л.Д.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Черемных С.В., судей Айвазяна С.А. и Трубниковой Л.В.

рассмотрела в судебном заседании 1 февраля 2011 года кассационные жалобы осужденной К.С. и адвоката Панфиловой И.С. на приговор Чусовского городского суда Пермского края от 18 ноября 2010 года, которым

К.С., дата рождения, уроженка <...>, не судимая,

осуждена по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Постановлено взыскать с К.С. в возмещение компенсации морального вреда 500 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Трубниковой Л.В., изложившей обстоятельства дела, объяснения адвоката Сакмарова П.В., поддержавшего доводы жалоб, мнение прокурора Нечаевой Е.В., полагавшей судебное решение оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

К.С. признана виновной в умышленном убийстве К. из личных неприязненных отношений на почве ревности. Преступление совершено в утреннее время 15 марта 2010 года в городе Чусовом Пермского края при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе осужденная К.С. высказывает несогласие с приговором, однако никаких доводов не приводит.

В кассационной жалобе (основанной и дополнительной) адвокат Панфилова И.С. находит приговор незаконным, необоснованным и несправедливым. Считает, что вина К.С. не установлена, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В жалобе приводит анализ доказательств. Ссылаясь на показания осужденной К.С. о том, что инициатором конфликта был К., который подверг ее избиению кулаками и битой, ножом причинил порезы рук, а также на показания свидетелей Ш., К. и М. заключение судебно-медицинской экспертизы о наличии у осужденной телесных повреждений, подтвердивших факт посягательства со стороны К., считает, что указанные доказательства свидетельствуют о причинении смерти К. в состоянии необходимой обороны. Обращает внимание, что К. и ранее избивал ее, угрожал применением ножа, поэтому у нее имелись все основания опасаться за свою жизнь. Полагает, что в действиях К.С. усматривается необходимая оборона, а версия стороны защиты о наличии необходимой обороны исследованными доказательствами не опровергнута. По мнению автора жалобы, суд необоснованно сославшись на показания эксперта Т., отверг наличие у К.С. порезов рук, поскольку данный факт подтверждается показаниями свидетеля Ф., а также наличием крови К.С. в квартире, что подтверждается заключением судебно-биологической экспертизы. Кроме того, судом не опровергнуты показания К.С. о том, что К. наносил ей удары битой. Также, по мнению автора жалобы, каких-либо доказательств обоюдной драки между К.С. и К., по делу не имеется. Выводы суда в этой части также не соответствуют исследованным доказательствам. Полагает, что к показаниям свидетеля У. следует относиться критически, поскольку они не подтверждаются показаниями самой осужденной о том, что она ему рассказывала. Кроме того, считает назначенное судом К.С. наказание является слишком суровым, поскольку не соответствует данным о ее личности, ссылаясь на то, что К.С. ранее не судима, по месту работы и жительства характеризуется исключительно положительно, обстоятельств, отягчающих ее наказание, не имеется, со стороны потерпевшего имелось противоправное поведение. По указанным основаниям, просит приговор отменить и уголовное дело в отношении К.С. прекратить.

В возражениях прокурор Инюшкин В.Г. и потерпевший К. просят приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденной и адвоката - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, а также доводы, изложенные в возражениях, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности К.С. в совершении умышленного убийства К. при изложенных в приговоре обстоятельствах соответствует материалам дела и подтвержден приведенными в приговоре доказательствами.

Все собранные по делу доказательства суд проверил, оценил их в совокупности с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

Вина осужденной в содеянном установлена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре.

Как установлено судом и следует из материалов дела, утром 15 марта 2010 года между К.С. и К. после совместного распития спиртных напитков произошла очередная ссора, переросшая в обоюдную драку, в процессе которой К. причинил ей множественные кровоподтеки на лице, верхних и нижних конечностях, не повлекшие вреда

здоровью, а она ему - две ссадины в области лица, рану на правой ушной раковине, а также тупую травму шеи в виде одиночной незамкнутости, неравномерно выраженной странгуляционной борозды, перелома левого верхнего рожка щитовидного хряща, кровоизлияний в мягких тканях гортани, повлекшую развитие явлений механической асфиксии и тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, после чего умышленно нанесла К. удар ножом в область грудной клетки слева, отчего наступила его смерть.

К такому выводу суд пришел обоснованно, на основании совокупности доказательств, исследованных надлежащим образом в судебном заседании.

Так, из чистосердечного признания К.С. следует, что она в своей квартире совершила убийство сожителя К.

Как следует из показаний свидетеля Ш., вечером 14 марта 2010 года он совместно с К.С. и ее сожителем К. распивали спиртное. Около 3 часов ночи с К. пошли еще за спиртным. В это же время пришла мать К.С. - Ф. Они втроем вышли на лестничную площадку, за ними выбежала К.С. и затеяла с К. ссору на почве ревности, в ходе которой стала наносить ему неоднократные удары руками по лицу. К. ответных ударов не наносил, только закрывался руками. Тогда он захватив руки К.С. стал оттаскивать ее от К., при этом оба упали. Потом все-таки затолкнул ее в квартиру, закрыв дверь. Когда с К. купили спиртное, тот уговаривал его вернуться к ним, на что он отказался.

Из показаний свидетеля Ф. следует, что в течение последних двух лет между дочерью К.С. и ее сожителем К. часто случались скандалы на почве ревности К.С. К., который ей изменял. В ту ночь она пришла к дочери, в подъезде встретила К. с Ш. в нетрезвом состоянии, они пояснили, что пошли за сигаретами. К.С. также напрашивалась идти с ними, кричала, хваталась за одежду К. Наносила ли К.С. ему удары, она не видела. Она вместе с К. и Ш. сходила в ларек. К. стал звать Ш. обратно, но тот отказался и ушел вместе с ней.

Из показаний потерпевшего К. следует, что 15 марта 2010 года около 10.00 часов позвонила К.С. и предложила забрать сына, пояснив, что он бьет ее и она собрала ему вещи. Он послал к ним внука М., который вернувшись сообщил, что К. мертв.

Свидетель М., показания которого были оглашены в соответствии с требованиями ст. 281 УПК РФ, подтвердил показания потерпевшего, а также пояснил, что увидел в прихожей на пороге лежащего К., укрытого какими-то вещами, под головой подушка. Возле него сидела К.С., находящаяся в сильном алкогольном опьянении. Она сказала ему, что К. избил ее. Она согласилась перенести К. на диван. Пытаясь это сделать, он обнаружил, что К. мертв.

По заключению судебно-медицинского эксперта, смерть К. наступила от проникающего ранения грудной клетки слева с повреждением левого легкого, сердца.

В кассационной жалобе адвокатом выдвинута версия о совершении К.С. преступления в состоянии необходимой обороны. Аналогичные доводы защиты были предметом проверки и в суде первой инстанции, суд пришел к выводу о несостоятельности данной версии, мотивировал свои выводы в приговоре. Данный вывод судебная коллегия полагает правильным.

Данных, свидетельствующих за то, что К.С. находилась в состоянии необходимой обороны

В судебном заседании не установлено, что в отношении К.С. в момент, непосредственно предшествовавший нанесению потерпевшему удара ножом, потерпевший производил какие-либо действия, что потребовало бы активных действий со стороны подсудимой и могло бы подтвердить версию К.С. о том, что смертельную травму она причинила К., защищаясь от его нападения.

Правильным является вывод суда о том, что установленные у К.С. телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью, не свидетельствуют о применении в отношении нее со стороны потерпевшего насилия, связанного с опасностью для жизни.

Оснований не доверять выводам эксперта, проводившего в отношении нее экспертизу, а также его показаниям в судебном заседании, у суда не имелось.

Таким образом, доводы защиты, о том, что К.С. действовала в состоянии необходимой обороны при убийстве К., опровергаются приведенными в приговоре доказательствами.

Обоснованно суд первой инстанции учел и противоречивость показаний осужденной, пояснявшей в ходе следствия и в судебном заседании о несколько различных обстоятельствах преступления, по разному описывающей действия потерпевшего.

Суд правильно признал несостоятельным утверждение осужденной о том, что ножевое ранение она причинила К. защищаясь от того, что в руке у него был нож, которым он угрожал ей, и ей были причинены порезы на руках. Поскольку освидетельствование К.С. было проведено непосредственно после задержания, каких-либо телесных повреждений в виде порезов на руках у ней не обнаружено, данное обстоятельство подтвердил и врач-эксперт Т., поэтому оснований сомневаться, что им не были описаны и зафиксированы все имеющиеся у К.С. повреждения, нет. Судебная коллегия находит доводы жалобы об обратном, и наличии неоцененных экспертом и судом указанных у ней телесных повреждений, несостоятельными и суд правильно отверг их.

Доводы жалобы о том, что К. и ранее избивал К.С., между ними были ссоры, не свидетельствует о том, что в процессе этой ссоры он применил нож в отношении нее.

Утверждение в жалобе адвоката о том, что потерпевший наносил осужденной удары битой, опровергаются данными протокола осмотра места происшествия, в ходе которого не обнаружена бита, показаниями свидетелей, находившихся в тот день в квартире К.С., которые также биту не видели.

Согласно заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы К.С. была признана вменяемой и какого-либо психического расстройства у нее не имелось. Правонарушение она совершила вне какого-либо временного психического расстройства, а в состоянии простого алкогольного опьянения. Ее действия были последовательными, целенаправленными, истекали из конкретной ситуации, не были безмотивными. В момент совершения инкриминируемого деяния К.С. не находилась в состоянии аффекта, а также в ином эмоциональном состоянии, которое оказало бы существенное влияние на ее сознание и поведение.

Суд обоснованно пришел к выводу о наличии у К.С. умысла на лишение жизни К. Как правильно указано в приговоре, нанося умышленный удар ножом в жизненно-важный орган - грудь с достаточной силой, о чем свидетельствует глубина раневого канала, подсудимая не могла не осознавать что совершает деяние опасное для жизни человека.

Действия К.С. правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Все другие доводы жалобы сводятся в переоценке доказательств, которые судом оценены по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ.

Ни одно из представленных доказательств не осталось без оценки, данной в соответствии с требованиями закона, выводы суда подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, суд учел все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы. Поэтому судебная коллегия не может согласиться с доводами жалобы о том, что суд неправильно установил фактические обстоятельства дела.

Иная оценка этих доказательств сама по себе не предусмотрена процессуальным законом в качества обстоятельства, влекущего отмену приговора суда.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела не допущено.

При назначении наказания суд в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, учел степень и характер общественной опасности содеянного, личность виновной, обстоятельства, смягчающие наказание.

Суд учел то, что К.С. ранее не судима, положительно характеризуется, ее состояние здоровья, и обоснованно признал обстоятельствами, смягчающими наказание - явку с повинной, раскаяние в содеянном, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления.

Все те обстоятельства, на которые указывает адвокат в кассационной жалобе, были учтены судом в полной мере.

Назначенное наказание является справедливым, соответствующим содеянному и оснований для его смягчения по доводам жалобы судебная коллегия не усматривает.

Гражданский иск разрешен в соответствии с законом.

Оснований к отмене, либо изменению приговора по доводам жалоб, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Чусовского городского суда Пермского края от 18 ноября 2010 года в отношении К.С. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденной и адвоката - без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь