Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

Именем Российской Федерации

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 1 февраля 2011 г. по делу N 33-443

 

 

Б.Ю.Г. и Б.А.А. предъявили иск к Б.С.А. и Б.Ж.С. о выселении без предоставления другого жилого помещения, указывая, что их сын Б.С.Ю. состоял в браке с Б.С.А., от которого родилась дочь, Б.Ж.С, 31.03.1989 года рождения. 23 августа 1989 года Б.С.А. и Б.Ж.С. были вселены и зарегистрированы по месту жительства в квартире по адресу: <...>, нанимателем которой является истец Б.Ю.Г.

В августе 1994 года в период прохождения Б.С.Ю. военной службы в воинской части N 69033 Камчатской военной флотилии, Б.С.А. вместе с несовершеннолетней дочерью выехала из г. Семилуки на постоянное место жительства в г. Воронеж к родственникам, а 21 февраля 1995 года расторгла брак.

Решением Семилукского районного суда Воронежской области от 17 февраля 2005 года иск был удовлетворен.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 12 ноября 2009 года Б.Ж.С. по ее частной жалобе был восстановлен пропущенный срок для подачи кассационной жалобы на решение суда о выселении; определением суда кассационной инстанции от 2 февраля 2010 года решение Семилукского районного суда от 17.02.2005 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.

В ходе рассмотрения дела после отмены судебной коллегией решения от 17.02.2005 Б.Ю.Г. и Б.А.А. изменили первоначально заявленные исковые требования и на основании ч. 3 ст. 83 ЖК РФ просили признать Б.С.А. и Б.Ж.С. утратившими право пользования жилым помещением в связи с выездом в другое место жительства.

Свои требования истцы мотивировали тем, что ответчица Б.С.А. добровольно вместе с дочерью переехала на другое постоянное место жительства, уволилась с работы, вывезла из квартиры свои и вещи дочери, в течение 16 лет не пользуется жилым помещением и не несет расходов по оплате жилищно-коммунальных услуг. По заявлению Б.С.А. взыскиваемые с бывшего супруга на содержание дочери алименты перечислялись по месту ее жительства в г. Воронеж. Каких-либо препятствий для проживания и пользования жилым помещением ответчикам не чинилось, а они не обращались в компетентные органы с заявлением о вселении в квартиру. Кроме того, в декабре 1997 года ответчик Б.С.А. приобрела в долевую собственность 2/3 доли индивидуального жилого дома в п. Воля Новоусманского района Воронежской области. По мнению истцов, своими действиями ответчики со дня добровольного выезда в другое место жительства в одностороннем порядке расторгли в отношении себя договор социального найма жилого помещения и прекратили свои права и обязанности по данному договору.

Решением Семилукского районного суда от 30.03.2010 исковые требования Б.Ю.Г. и Б.А.А. были удовлетворены частично: Б.С.А. признана утратившей право на жилое помещение, расположенное по адресу: <...>, на основании ч. 3 ст. 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжением договора социального найма; в иске к Б.Ж.С. признании утратившей право пользования жилым помещением было отказано.

В кассационной жалобе Б.Ю.Г. и Б.А.А. просят отменить указанное решение как незаконное и необоснованное, в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в деле, обстоятельствам дела и неправильным применением норм материального права.

Судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции, нанимателем квартиры N <...> являлся Б.Ю.Г. 23.08.1989 Б.С.А. и несовершеннолетняя Б.Ж.С, 31.03.1989 года рождения, вселены в квартиру в качестве членов семьи нанимателя.

Согласно справке МУП "Семилукское ЖКХ" (в настоящее время ООО "Производственно-технический центр") и начальника домоуправления N 3 Б.С.А. и Б.Ж.С. не проживают в квартире Б.Ю.Г. с июля 1994 года.

Как следует из приказа начальника Воронежского линейного производственного управления магистральных газопроводов N 165/к от 03.06.1994 инженер-химик Б.С.А. уволена с работы на основании п. 2 ст. 29 КЗоТ РСФСР в связи с истечением срока трудового договора.

Брак между Б.С.А. с Б.С.Ю. был расторгнут, что следует из решения Семилукского районного суда от 21 февраля 1995 года.

На основании вышеизложенного суд первой инстанции пришел к выводу о том, что Б.С.А. выехала из спорного жилого помещения в другое место жительства, не проживает в спорной квартире свыше 15 лет, а сохраняет в ней лишь регистрацию, препятствий в пользовании квартирой ей не создавалось, имеет на праве долевой собственности жилой дом, обязанностей по оплате спорного жилого помещения не исполняет, в одностороннем порядке отказалась от прав и обязанностей по договору социального найма жилого помещения, то есть фактически расторгла его в отношении себя, в связи с чем, на основании ч. 3 ст. 83 ЖК РФ, признал ее утратившей право пользования данным жилым помещением, указав, что сохранение Б.С.А. регистрации в спорной квартире не порождает права на эту жилую площадь, а свидетельствует о злоупотреблении правом, что в силу п. 1 ст. 10 ГК РФ недопустимо.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что Б.Ж.С. - внучка истцов, была вселена в спорную квартиру в 1989 года в малолетнем возрасте в соответствии с требованиями ст. 54 ЖК РСФСФ в качестве члена семьи нанимателя, на что не требовалось согласия остальных членов семьи нанимателя и согласия наймодателя, и приобрела равные с нанимателем права и обязанности.

В связи с изложенным суд первой инстанции пришел к выводу о том, что родители Б.Ж.С. определили местом жительства своего ребенка спорную квартиру, в которой проживал ее отец - Б.С.Ю.

Оспаривая решение суда первой инстанции, Б.Ю.Г. и Б.А.А. в своей кассационной жалобе указали, что выводы суда о временном отсутствии Б.Ж.С. в спорной квартире не соответствующими обстоятельствам дела. Считают, что местом жительства несовершеннолетней Б.Ж.С. являлось место жительства ее матери - Б.С.А., которая отказалась в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору найма спорного жилого помещения в связи с выездом в другое место жительства, что свидетельствует о расторжении в отношении нее - Б.С.А., а также в отношении ее несовершеннолетней дочери Б.Ж.С., договора найма жилого помещения и утрате права на него как Б.С.А., так и Б.Ж.С.

Вышеизложенные возражения кассационной жалобы не могут быть приняты во внимание, по следующим основаниям.

В соответствии с п. 2 ст. 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов. По смыслу закона несовершеннолетние дети приобретают право на ту жилую площадь, которая определена им в качестве места жительства соглашением родителей.

Согласно п. 2 ст. 54 СК РФ установлено, что каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, право знать своих родителей, право на их заботу и совместное с ними проживание. В случае раздельного проживания родителей ребенок имеет право на общение с каждым из них (п. 1 ст. 55 СК РФ). При этом родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (п. 1 ст. 61 СК РФ).

Непроживание несовершеннолетней Б.Ж.С. в спорном жилом помещении, само по себе не может являться основанием для удовлетворения иска, поскольку ее непроживание в спорной квартире было связано с проживанием с родителем, который избрал для себя другое место жительства в связи с расторжением брака.

Однако проживание ребенка с одним из родителей в другом жилом помещении не может служить основанием для признания его утратившим право пользования жилым помещением, в котором имеет право на жилую площадь один из его родителей, поскольку несовершеннолетние дети приобретают право на ту жилую площадь, которая определяется им в качестве места жительства соглашением родителей.

Тот факт, что Б.Ж.С. после рождения была вселена в спорное жилое помещение, свидетельствует о том, что ее родители определили ей в качестве места жительства спорное жилое помещение.

Исходя из вышеизложенного суд пришел к обоснованному выводу о том, что расторжение брака между родителями, ответственными за воспитание своих детей, не влияет на права ребенка, в том числе и на его жилищные права, поскольку являясь несовершеннолетней, Б.Ж.С. не могла своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) в полном объеме до наступления совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. При этом до совершеннолетия их интересы представляют их законные представители - родители; в судебном же заседании Б.С.А. возражала против заявленных исковых требований.

Таким образом, судебная коллегия считает обоснованными выводы суда первой инстанции о то, что Б.Ж.С. не утратила своих жилищных прав и обязанностей в отношении спорной квартиры, продолжает сохранять такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи.

При таких обстоятельствах решение Семилукского районного суда Воронежской области от 30.03.2010 является законным и обоснованным.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судебная коллегия не усматривает.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов суда, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь