Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 21 февраля 2011 г. N 22-200/11

 

Судья: Воробьева Е.А. Дело N 1-71/10

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего Глущенко О.В.

судей Матвеевой Т.Ю., Азовцевой О.А.

при секретаре К.,

рассмотрела в судебном заседании 21 февраля 2011 года кассационное представление государственного обвинителя прокуратуры Курортного района Санкт-Петербурга Тимошенко А.Б. и кассационные жалобы осужденных Б., В., адвоката Хазова А.А. в защиту осужденного В. на приговор Зеленогорского районного суда Санкт-Петербурга от 25 октября 2010 года, которым:

Б., <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, судимый 02.11.2009 года <...> судом Санкт-Петербурга по ст. ст. 159 ч. 4, 159 ч. 4, 159 ч. 4, 159 ч. 4 УК РФ к 5 годам 1 месяцу лишения свободы, без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима

осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ в редакции ФЗ N 73 от 21.07.2004 года к лишению свободы сроком на 5 лет, без штрафа

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний по последнему приговору и по приговору от 02.11.2009 года окончательно назначено наказание в виде 6 лет лишения свободы без штрафа, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима

В., <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый

осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ в редакции ФЗ N 73 от 21.07.2004 года к лишению свободы сроком на 4 года, без штрафа, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима

Заслушав доклад судьи Матвеевой Т.Ю., объяснения осужденного Б. и в его защиту адвоката Данилина В.В., поддержавших кассационные жалобы и просивших приговор отменить, возражавших против удовлетворения кассационного представления, осужденного В. и в его защиту адвоката Нагорной Л.П., поддержавших кассационные жалобы и просивших приговор отменить, возражавших против удовлетворения кассационного представления, мнение прокурора Елкова Г.П., поддержавшего доводы кассационного представления и просившего приговор отменить, кассационные жалобы просившего оставить без удовлетворения, судебная коллегия

 

установила:

 

В кассационном представлении прокурор Курортного района Тимошенко А.Б. просит приговор отменить ввиду чрезмерной мягкости назначенного Б. и В. наказания, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.

В обоснование кассационного представления указывается, что при назначении наказания В. с применением ст. 64 УК РФ суд признал в качестве исключительных обстоятельств то, что В. исключительно положительно характеризуется по месту работы, на момент ареста материально поддерживал своего отца, по мере надобности помогал по дому. Вместе с тем, судом не установлено обстоятельств существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и не принято во внимание поведение В. во время и после совершения преступления. Так указывается, что В. активного содействия в раскрытии преступления не оказывал, никаких мер по возмещению вреда потерпевшему Р. не принял, вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал.

Кроме того, в представлении указывается на то, что судом необоснованно назначено минимально возможное наказание, предусмотренное санкцией ч. 2 ст. 162 УК РФ Б., суд не дал должной оценки тяжести и общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения, не принял во внимание, что Б. вину не признал и не принимал мер по возмещению вреда потерпевшему Р.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней адвокат Хазов А.А. в защиту осужденного В. просит приговор изменить, переквалифицировать действия В. с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 116 УК РФ.

В обоснование кассационной жалобы адвокат указывает, что суд встал на сторону обвинения при рассмотрении уголовного дела.

Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на предположениях при оценке доказательств, в том числе показаний потерпевшего, что повлекло неправильное применение нормы материального права.

Так, адвокат указывает, что временной период совместного общения потерпевшего с подсудимыми составлял около часа - с 4 часов 20 минут до 05 часов 30 минут, из показаний потерпевшего следует, что насильственные действия со стороны подсудимых в виде ударов были применены к нему в первый раз в начале этого временного периода около пансионата "Б" в <адрес>, когда Б. ударил его один раз кулаком в левую часть головы, и в конце этого периода - дважды около железнодорожного переезда - когда кто-то из подсудимых ударил потерпевшего кулаком в живот и грудь, а в дальнейшем Б. нанес ему еще несколько ударов сверху по голове, когда он находился в согнутом состоянии в салоне автомашины. При этом, адвокат обращает внимание, что в судебном заседании потерпевший Р. не заявлял о том, что удар был нанесен ему в височную часть головы, в медицинских документах отсутствуют сведения о наличии телесных повреждений в этой области, в связи чем полагает, что вывод суда о том, что местом воздействия была именно височная часть головы потерпевшего носит предположительный характер. Кроме того, адвокат указывает, что в приговоре не конкретизировано кто из подсудимых и при каких обстоятельствах нанес потерпевшему удары и почему это физическое воздействие квалифицировано судом как насилие при разбойном нападении, тогда как потерпевший дал отрицательный ответ на вопросы защиты о том заявляли ли подсудимые требования о передаче им машины после нанесения первого удара или в процессе дальнейших событий. При таких обстоятельствах, адвокат приходит к выводу, что это нападение подсудимых на потерпевшего с применением насилия, по своему целевому назначению не отвечает требованиям ст. 162 УК РФ.

Далее адвокат указывает, что признавая подсудимых виновными в разбойном нападении суд необоснованно сослался на отсутствие посторонних и возможности у потерпевшего обратиться за помощью, ввиду того, что подсудимые насильно удерживали его в багажнике, поскольку потерпевший имел реальную возможность обратиться за помощью, как у пансионата, где находилось несколько автомашин с водителями, так и находясь самостоятельно за рулем и следуя по маршруту <адрес>, при этом дважды проезжая мимо 56 отдела милиции.

Судом не выяснен вопрос о достоверности показаний потерпевшего Р. в части возможности помещения его в багажник автомашины, где также находились запасные колеса, несколько ведер и огнетушитель. Кроме того, адвокат считает, что факт нахождения потерпевшего в багажнике автомашины носит кратковременный характер и не создал для потерпевшего опасность для жизни.

Выводы суда о наличии у подсудимых умысла на хищение автомашины не основаны на материалах дела, протокол осмотра места происшествия не подтверждает данный вывод суда, поскольку из его содержания следует, что машина потерпевшего была обнаружена в 100 метрах от <адрес> и не была спрятана в лесном массиве, ключи зажигания и документы из автомашины не пропали.

Судом необоснованно отвергнуты показания подсудимых о том, что из-за повышенных требований потерпевшего об оплате проезда, они просто хотели воспользоваться автомашиной, чтобы доехать до их места жительства в <адрес>, не имея намерений ее похищать, которые по мнению адвоката, не опровергнуты проверенными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

Факт задержания подсудимых не по подозрению в совершении преступления, а за административное правонарушение, по мнению адвоката, свидетельствует также о недоверии сотрудников милиции и к заявлению потерпевшего.

В дополнительной кассационной жалобе от 23.11.2010 года адвокат Хазов А.А. также указывает, что суд неправильно применил нормы уголовного закона как при квалификации совершенного В. преступления, так и при назначении ему наказания, поскольку неправильно установил основания для применения положений

ст. 64 УК РФ. Ошибочное использование положительных данных о личности В. в качестве исключительных обстоятельств, уменьшающих степень общественной опасности преступления не позволило суду в полной мере оценить основания для назначения наказания с учетом положений ст. 73 УК РФ

В кассационной жалобе от 01.11.2010 года, и дополнениях к ней от 03.11.2010 года, 13.11.2010 года осужденный В. считает приговор незаконным, указывает, что вину в совершении инкриминируемого преступления не признает и считает недоказанной. При этом просит переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 116 УК РФ либо отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы указывается на нарушение требований ст. ст. 15, 244 УПК РФ, суд встал на сторону обвинения и необъективно рассмотрел уголовное дело, не проверил версию Б. и В., имеющиеся сомнения в их виновности не устранены.

При этом настаивает, что у железнодорожного переезда в <адрес> он ударил потерпевшего Р. два раза ладонью по лицу, в связи с тем, что потерпевший запросил завышенную плату за проезд, после чего потерпевший довез их с Б. до дома и уехал. Умысла на хищение автомашины потерпевшего они не имели, никаких насильственных действий помимо двух нанесенных им ударов по лицу, к потерпевшему не применялось. Считает, что его действия подлежат квалификации по ч. 1 ст. 116 УК РФ.

Судом необоснованно отвергнуты его (В.) и Б. показания и положены в основу приговора показания потерпевшего Р.

Показания потерпевшего Р. считает оговором, указывая на их противоречивость и на то, что потерпевший неоднократно менял свои показания как на предварительном следствии так и в судебном заседании. При этом указывает на отсутствие объективных доказательств применения в отношении потерпевшего Р. насилия опасного для жизни и здоровья. Со ссылкой на заключение судебно-медицинской экспертизы и показания эксперта М. обращает внимание на то, что установленные у потерпевшего телесные повреждения: ссадины лица, шеи и ссадины, в области обеих лопаток расцениваются как не причинившие вред здоровью Р., а диагноз: ЧМТ и сотрясение головного мозга объективного подтверждения не нашел. Кроме того, эксперт М. указала на то, что симптоматики, свидетельствующей об асфиксии и постасфиктическом синдроме у потерпевшего в момент его осмотра установлено было, что свидетельствует об отсутствии фактов сдавления шеи потерпевшего с целью удушения.

Судом не дано оценки доказательствам, свидетельствующим о его и Б. невиновности и неправдивости показаний потерпевшего, в частности, заключению дактилоскопической экспертизы, согласно которому отпечатков пальцев его и Б. рук на руле, коробке передач, ручках дверей и багажнике не обнаружено. Данное заключение экспертизы, по мнению В., опровергает версию потерпевшего и свидетельствует о том, что за руль автомашины потерпевшего он не садился.

Считает оговором показания свидетеля Г., В.А. указывая, что он является сотрудником милиции и заинтересован в исходе дела.

В ходе предварительного следствия допущено нарушение его права на защиту, органы предварительного следствия изначально заняли сторону потерпевшего, уклонившись от объективного и всестороннего расследования. Далее В. указывает, что суд приняв показания потерпевшего Р. и свидетеля Т., данные ими в судебном заседании, заявивших, что их показания на предварительном следствии записаны следователем не точно, фактически установив, что предварительное следствие велось необъективно, необоснованно квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 162 УК РФ.

Указывает на недопустимость доказательств: телефонограммы N <...> от 31.05.2009 года, в которой содержится указание времени осмотра Р. 31.05.2009 года в 6 часов 28 минут, тогда как согласно показаниям потерпевшего и свидетелей в момент задержания его (В.) и Б. в супермаркете в 6 часов 30 минут Р. находился в патрульной автомашине; телефонограммы из больницы N <...> на л.д. 26 т. 1, согласно которой Р. был доставлен на скорой помощи из 56 отдела милиции, которая опровергается показаниями потерпевшего и свидетеля Г. о том, что скорая помощь Р. в больницу не доставляла.

Таким образом, Б. считает, что в его действиях содержатся признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, а выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в суде, содержат существенные противоречия, которые повлияли на правильность применения уголовного закона и неправильную квалификацию его действий.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней от 17.11.2010 года осужденный Б. просит приговор отменить ввиду нарушения уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным судом

В обоснование кассационной жалобы указывается, что уголовное дело сфабриковано следователем З., обвинение основано на сфальсифицированных доказательствах, а приговор основан на противоречивых показаниях потерпевшего Р., которые в связи с этим, являются недопустимыми. При этом указывает на отсутствие доказательств, подтверждающих умысел его (Б.) и В. на нападение на потерпевшего с целью хищения его автомашины, преступного сговора между ними и утверждает, что автомобиль они похищать не собирались и никаких требований к потерпевшему не выдвигали.

Со ссылкой на материалы уголовного дела, в частности заключение судебно-медицинской экспертизы, указывает, что причиненные потерпевшему телесные повреждения расцениваются как не повлекшие причинившие вреда здоровью. При этом указывает, что показаниями свидетеля О. установлено, что при осмотре потерпевшего Р. записи были сделаны на основании жалоб потерпевшего. При таких обстоятельствах, считает необоснованными выводы суда о доказанности квалифицирующего признака - применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего.

Показания потерпевшего Р. являются недопустимыми доказательствами в связи с их противоречивостью. Анализируя показания Р. указывает, что в своих первоначальных показаниях потерпевший умолчал о том, что возил его и В. в Сестрорецк и договаривался об их свидании с женщинами легкого поведения, после приобщения распечатки телефонных переговоров с его номера, изменил свои показания, и подтвердив указанное обстоятельство, указал, что в Сестрорецке они с В. выходили из его автомашины, а впоследствии стал утверждать, что В. оставался в машине и удерживал его, что не позволило ему уехать. Неоднократное изменение потерпевшим своих показаний об обстоятельствах похищения у него мобильного телефона и доставления его в больницу также свидетельствует об оговоре его и В. в совершении инкриминируемого преступления.

Далее Б. указывает на нарушения уголовно-процессуального закона: в постановлении о возбуждении уголовного дела отсутствует его подпись, свидетельствующая об уведомлении его о возбуждении дела; вопреки закону была проведена очная ставка между ним и потерпевшим Р., тогда как он при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого отказался от дачи показания на основании ст. 51 Конституции РФ и противоречий между ними не имелось.

Также указывает, что согласно материалам уголовного дела допрос потерпевшего Р. производился с 12 часов до 12 часов 25 минут, при этом его показания зафиксированы в т. 3 на л.д. 93 - 101, исходя из объема протокола допроса, полагает, что в ходе предварительного следствия допрос потерпевшего не производился, а потерпевшим были подписаны чистые листы.

Кроме того, Б. указывает на нарушение его права на защиту, требований ст. ст. 7, 14 УПК РФ и приводит доводы, аналогичные изложенным в кассационных жалобах В. и адвоката Хазова А.А.

Помимо того, Б. указывает, что судом не зачтен в срок наказания, срок содержания его под стражей по приговору <...> суда Санкт-Петербурга от 02.11.2009 года.

Адвокатом Хазовым А.А. представлены возражения на кассационное представление, в которых он указывает на отсутствие оснований для отмены приговора по изложенным в нем доводам.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, кассационных жалоб, возражения на кассационное представление, судебная коллегия находит, что приговор правильно постановлен как обвинительный

Судом достаточно полно и всесторонне исследованы представленные сторонами обвинения и защиты доказательства

Судом правильно установлены фактические обстоятельства, при которых осужденные Б. и В. около 04 часов 20 минут 31 мая 2009 года у пансионата "Б", расположенного в <адрес> в <адрес> Санкт-Петербурга заметив такси "Д" государственный номерной знак N <...> по управлением Р. по предварительному сговору между собой с корыстной целью совершили нападение на потерпевшего Р. в ходе которого Б. нанес потерпевшему удар кулаком в левый висок, затем сели в машину и оба хватали потерпевшего за горло, требуя везти дальше, а после того как потерпевший довез их до <адрес> и обратно в <адрес> и приехал к железнодорожному переезду, вытащили потерпевшего из автомашины, нанесли ему несколько ударов руками по телу, поместили потерпевшего в багажное отделение автомашины, совместно завладев автомашиной проехали около двух минут, а когда двигатель автомашины заглох, В. вытащил потерпевшего из багажника, заставил завести машину, после выполнения потерпевшим указанных требований, усадили Р. на заднее сиденье автомашины рядом с Б., А.Н., который наклоняя голову потерпевшего вниз, нанес удары кулаком по голове, а когда машина остановилась, застряв в грунте, потерпевший Р. выскочил из автомашины и убежал. В результате противоправных действий Б. и В. осужденные завладели автомашиной "Д" государственный номерной знак N <...> и причинили потерпевшему ссадины лица, шеи, в области обеих лопаток, не расценивающиеся как вред здоровью.

Указанные фактические обстоятельства установлены судом на основании совокупности исследованных в судебном заседании и подробно приведенных в приговоре доказательств: показаний потерпевшего Р., свидетелей Т., Г., Р.А., эксперта М., протокола осмотра места происшествия, вещественных доказательств, заключения судебно-медицинской экспертизы, и других материалов уголовного дела. Доказательства приведенные в приговоре, судом тщательно проверены и оценены в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, обоснованно признаны допустимыми, относимыми, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела.

При таких обстоятельствах доводы кассационных жалоб о том, что предварительное и судебное следствие велось необъективно, с обвинительным уклоном, а приговор основан на недопустимых доказательствах, являются несостоятельными.

Вместе с тем, правильно установленным обстоятельствам дела, суд дал неправильную оценку. Вывод суда о том, что при нападении на потерпевшего Р. и завладении его автомашиной "Д" осужденные Б. и В. применили насилие, опасное для жизни и здоровья, не подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Объективная сторона разбоя охарактеризована законодателем как нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия

Обосновывая свой вывод о применении осужденными к потерпевшему Р. насилия, опасного для жизни и здоровья, то есть именно о разбойном нападении на потерпевшего, суд указал на нахождение потерпевшего в автомашине в двумя неизвестными лицами в ночное время в лесном массиве, длительность времени в течение которого потерпевшего избивали с требованиями передачи имущества, помещение потерпевшего в багажник и место воздействия - нанесение ударов кулаками в жизненно - важный орган голову. При этом суд сослался на показания потерпевшего Р., данные им в судебном заседании о том, 31.01.2009 года он работая в такси на принадлежащей ему автомашине "Д", в темное время суток подъехал к первому корпусу пансионата "Б" в <адрес> Санкт-Петербурга, где высаживал пассажиров. К нему подошли Б. и В., находившиеся в состоянии алкогольного опьянения, Б. открыл дверь автомобиля и со словами "Куда скажем, туда и повезешь" нанес ему удар кулаком в левую височную часть головы, затем Б. и В. сели в салон автомобиля и потребовали везти их вперед, проехав некоторое расстояние, высказали угрозу о том, что если он сдаст их сотрудникам милиции, то у него будут проблемы, начали хватать его за горло, по требованию осужденных он отвез их в Сестрорецк, а затем обратно в <адрес> к железнодорожному переезду. После остановки автомашины кто-то из осужденных сказал: "Ты понимаешь, что ты остался без машины?", затем его вытащили из автомобиля и нанесли ему несколько ударов кулаками в живот, после чего В. сел за руль и сказал, что они покатаются и вернут машину, однако Б. высказался против возврата машины и тогда, В. вышел из автомобиля, открыл замок багажника, подвел его к багажнику, подсудимые затолкали его в багажник. Проехав 5 - 10 метров машина заглохла, и остановилась. В. Р.Г. вытащил его из багажного отделения и потребовал завести машину, а когда машина им была заведена, его посадили на заднее сидение автомашины со стороны водителя. Б. сел рядом с ним, а В. за руль. По пути следования автомашины Б. наклонял его голову и наносил удары кулаком по голове. Через некоторое время машина остановилась, застряв в грунте, и когда Б. и В. отвлеклись, он убежал. Кроме того, судом приведены показания свидетеля Г. - оперуполномоченного 56 отдела милиции о том, что 31.05.2009 года около 05 часов 00 минут в дежурную часть 56 отдела милиции обратился Р., который был побит, напуган, сообщил об обстоятельствах нападения на него в его автомобиле у первого корпуса пансионата "Б" двух неизвестных, которые нанесли ему удар по голове, а когда по их требованию он вез их в Сестрорецк, избивали его и угрожали, впоследствии у железнодорожного переезда <адрес>, намеревались завладеть его машиной, вытащили его из машины, стали избивать, засунули в багажник, а когда машина заглохла, то его опять усадили в машину, доехали до <адрес> в <адрес>, машина застряла, а он убежал воспользовавшись ситуацией.

Суд исключил из обвинения квалифицирующий признак - угрозу применения насилия опасного для жизни и здоровья.

Оценив приведенные доказательства, суд расценил сам факт помещения потерпевшего в багажник автомашины свидетельствует о применении осужденными насилия, опасного для жизни и здоровья. Однако данный вывод не подтверждается объективными доказательствами, исследованными в судебном заседании, поскольку потерпевший Р. пояснил, что в багажном отделении он находился не более двух минут и машина проехала при этом всего 10 - 15 метров. Потерпевший не указывал в судебном заседании, что при помещении его в багажник он испытывал нехватку воздуха, терял сознание, то есть судом не установлено, что потерпевший оказался в опасных для жизни условиях.

Вывод суда о том, длительность избиения и нанесение потерпевшему ударов кулаком в область головы также свидетельствуют о применении насилия опасного для жизни и здоровья, судом не мотивирован и не подтвержден бесспорными объективными доказательствами. Из показаний потерпевшего Р. в судебном заседании не следует, что удары по голове были сильными, сознания он не терял. Также судом не мотивировано что телесные повреждения были опасными для жизни и здоровья в момент их причинения. Из показаний свидетеля Т. - врача приемного покоя городской больницы N <...> в судебном заседании, следует, что он осматривал Р. 31.05.2009 года, согласно истории болезни, у последнего установлены ссадины и ушибы лица, правой стопы, травмы были не тяжелыми, поверхностными, переломов и повреждений внутренних органов не выявлено, на момент осмотра в области шеи, груди и живота следов ударов не обнаружено, неврологом выставлен диагноз - сотрясение головного мозга, закрытая черепно-мозговая травма. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, потерпевшему причинены ссадины лица и шеи, лопаток, не повлекшие расстройства здоровья, а диагнозы ЗЧМТ, сотрясение головного мозга были выставлены на основании жалоб потерпевшего, судебно-медицинским экспертом М. это заключение подтверждено в судебном заседании. При таких обстоятельствах сама по себе длительность избиения без подтверждения другими объективными данными опасности нанесенных ударов не может свидетельствовать о применении насилия, опасного для жизни и здоровья.

Также не являются бесспорными доказательствами неопровержимо свидетельствующими о применении осужденными по отношению к потерпевшему насилия, опасного для жизни и здоровья показания свидетеля Г., поскольку его показания являются производными от показаний потерпевшего, а угроза применения насилия опасного для жизни и здоровья судом из приговора исключена

Показания потерпевшего судебная коллегия оценивает как достаточно последовательные для решения вопроса о квалификации действий осужденных.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 3 ст. 379 УПК РФ

Принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия считает необходимым переквалифицировать действия Б. и В., каждого на пункты "а", "г" части 2 статьи 161 УК РФ в редакции Федерального закона Российской Федерации от 08 декабря 2003 года N 162-ФЗ по признакам грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

При этом, судебная коллегия исходит из того, что осужденные действовали совместно и согласованно, согласно распределенным ролям; умысел осужденных был направлен на завладение имуществом потерпевшего - его автомашиной, каждый из осужденных вне зависимости от совершенных им действий, поддерживал действия другого. Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются показаниями потерпевшего Р., оснований для недоверия которым судом обоснованно не установлено.

Доводы кассационных жалоб осужденных Б., В., адвоката Хазова А.А., а именно о необоснованности вывода суда о применении в отношении потерпевшего насилия, опасного для жизни и здоровья, судебная коллегия находит частично обоснованными по приведенным выше основаниям.

Все иные, содержащиеся в кассационных жалобах доводы, судебная коллегия считает их необоснованными

Исследовав в судебном заседании обстоятельства, подлежащие доказыванию, суд в соответствии с требованиями закона, указал мотивы, по которым в основу приговора положены одни доказательства, и отвергнуты другие.

Версия осужденных о том, что конфликт с потерпевшим у них возник в связи с его требованиями об оплате услуг, которые они считали завышенными, тщательно проверена судом и подтверждения не нашла.

Судом не установлено инициативы в конфликте со стороны потерпевшего.

Вопреки доводам кассационных жалоб, судом бесспорно установлен корыстный мотив. Так, потерпевший Р. последовательно заявлял о том, что после того, как он привез Б. и В. к железнодорожному переезду <адрес>, осужденные вытащив его из машины заявляли о том, что он остался без машины. О намерении хищения автомашины потерпевшего, как правильно установил суд, свидетельствуют и все последующие действия осужденных.

Действия Б. и В. в конкретном случае охватываются объективной стороной преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 161 УК РФ, и являются формой осуществления определенно направленного умысла, а доводы жалоб об отсутствии у осужденных умысла на хищение автомашины потерпевшего Р., являются необоснованными, как опровергающиеся совокупностью исследованных судом доказательств. Оснований, таким образом, для переквалификации действий осужденных Б. и В. на ст. 166 УК РФ, равно как и оснований для переквалификации действий В. на ч. 1 ст. 116 УК РФ, не имеется

Судебная коллегия не может согласиться с содержащимися в кассационных жалобах Б. и В. и их защитников о том, что приговор основан на недопустимых доказательствах, поскольку ни одно доказательство, юридическая сила которого вызывала сомнение, не было положено в обоснование тех или иных выводов суда.

Оснований полагать, что уголовное дело было возбуждено и расследовалось в результате незаконных, с целью оговора действий со стороны потерпевшего Р., судом первой инстанции обоснованно не усмотрено, как объективно не подтвердившихся в ходе судебного разбирательства, и не имеющих подтверждения в материалах представленного суду уголовного дела.

Несостоятельными судебная коллегия находит ссылки в кассационных жалобах на односторонность восприятия и оценки судом показаний потерпевшего Р. с точки зрения осужденных и защиты - неправдивых и противоречивых, поскольку как видно из состоявшегося судебного решения, показания Р. были исследованы непосредственно в судебном заседании с участием сторон, ими были заданы необходимые вопросы; в то же время в связи с полученными показаниями в их совокупности, судом первой инстанции этим показания в приговоре была дана оценка.

Все противоречия в показаниях потерпевшего по обстоятельствам подлежащим доказыванию, как следует из протокола судебного заседания, были устранены судом.

Вопреки доводам кассационной жалобы адвоката Хазова А.А., судом правильно установлено количество нанесенных потерпевшему ударов и тот факт, что удары наносились и Б., и В.

Сам по себе факт задержания Б. и В. за совершение административного правонарушения, не влияет на доказанность вины осужденных, и не является основанием для признания совокупности исследованных судом и положенных в основу приговора доказательств недопустимыми, в связи с чем доводы кассационной жалобы адвоката Хазова А.А. в этой части судебная коллегия находит необоснованными.

Беспочвенными судебная коллегия находит доводы кассационной жалобы осужденного Б. о нарушении уголовно-процессуального закона в связи с неуведомлением его о возбуждении уголовного дела и утверждения об отсутствии его подписи в постановлении о возбуждении уголовного дела. Факт уведомления Б. и В. о возбуждении уголовного дела подтвержден их подписями на данном постановлении, в частности Б. был уведомлен о возбуждении уголовного дела 31.05.2009 года (т. 1 л.д. 1 оборот)

Протокол очной ставки оглашался в судебном заседании в соответствии с требованиями процессуального закона.

Факт проведения очной ставки между Б. и потерпевшим Р., при наличии отказа Б. при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого от дачи показания на основании ст. 51 Конституции РФ, вопреки доводам кассационной жалобы осужденного Б., не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим признание данного доказательства недопустимым. Кроме того, суд в приговоре на данный протокол не ссылался.

Все ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, в том числе стороной защиты, были рассмотрены судом в полном соответствии с положениями ст. ст. 121, 122, 271 УПК РФ, по каждому из них судом принято решение с соблюдением требований ст. 256 УПК РФ, приведены надлежащие мотивировки принятых решений с учетом представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела и с учетом положений ст. 252 УПК РФ, и не выходят за рамки судебного усмотрения, применительно к нормам ст. ст. 7, 17 УПК РФ.

Анализ материалов судебного следствия, позволяет судебной коллегии сделать обоснованный вывод, что принцип состязательности сторон не нарушен, каких-либо преимуществ стороне обвинения, по сравнению со стороной защиты, не предоставлялось. Нарушений, таким образом требований ст. ст. 15, 244 УПК РФ не допущено.

Доводы кассационной жалобы осужденного Б. о том, что исходя из объема протокола допроса потерпевшего Р. от 31.05.2009 года, содержащегося в т. 1 л.д. 112 - 116 (т. 3 л.д. 93 - 101) и указанного в протоколе времени допроса с 12 часов 00 минут до 12 часов 25 минут допрос потерпевшего не производился и им были подписаны чистые листы основаны на предположении и являются безосновательными. Показания Р., содержащиеся в протоколе допроса на л.д. 112 - 116 т. 1 оглашались в судебном заседании, при этом потерпевший подтвердил факт проведения данного следователем и подписания им указанного протокола (т. 4 л.д. 176 - 178)

Доводы кассационной жалобы В. о недопустимости доказательств: телефонограммы N <...> от 31.05.2009 года, телефонограммы из больницы N <...>, суд обоснованно не усмотрел оснований для признания их недопустимыми доказательствами. Содержащиеся в уголовном деле телефонограммы, не содержат существенных противоречий по обстоятельствам, которые подлежат доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ. Время совершения преступления судом установлено на основании совокупности исследованных доказательств.

Заключение дактилоскопической экспертизы не имеет преимущественного значения и оценено в совокупности с другими доказательствами. При наличии приведенных в приговоре доказательств, данное заключение не свидетельствует о невиновности осужденных.

Право на защиту осужденных Б. и В. на предварительном следствии и в суде было обеспечено в полном объеме. Оснований препятствующих осуществлению адвокатами Хазовым А.А. и Данилиным В.В. своих профессиональных обязанностей, не установлено.

Выводы суда по всем иным доводам, приводимым осужденными и защитой, основаны на конкретных доказательствах по делу, которым дана оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, поэтому у судебной коллегии правильность выводов не вызывает сомнений.

При назначении Б. и В. наказания, судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности содеянного общественной опасности совершенного преступления, данные о личности, обстоятельства влияющие на назначение наказания, в том числе, влияние назначаемого наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

С учетом обстоятельств дела, факта совершения Б. и В. преступления против собственности и здоровья, относящегося к категории тяжких, судебная коллегия считает, что достижение целей наказания и исправления Б. и В. возможно только в условиях изоляции от общества, и оснований для применения ст. 73 УК РФ не усматривается.

Отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ судом первой инстанции не установлено.

Назначая наказание Б., судебная коллегия учитывает, что ранее он не судим, по месту жительства характеризуется без замечаний, состояние его здоровья

При назначении В. наказания, судебная коллегия учитывает, что он ранее не судим, по месту жительства характеризуется без замечаний, имеет отца-инвалида, которого поддерживает как материально, так и оказывает ему иную поддержку и помощь. Отец осужденного В. - В. охарактеризовал осужденного с исключительно положительной стороны, исключительно положительно В. характеризуется и с прежних мест работы. Подлежит учету также и то обстоятельство, что реально материальный ущерб по делу не наступил. Совокупность всех перечисленных обстоятельств, судебная коллегия признает исключительными и при назначении В. наказания считает возможным применить ст. 64 УК РФ.

Доводы кассационного представления об отмене приговора отсутствии оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначении В. наказания, судебная коллегия считает неосновательными.

Безосновательной судебная коллегия находит и ссылку в кассационном представлении о необходимости принимать во внимание при назначении осужденным наказания факт непризнания осужденными вины, поскольку в соответствии со ст. 47 УПК РФ обвиняемые вправе возражать против предъявленного обвинения. Реализация лицом своего права не может быть учтена при рассмотрении вопроса о назначении наказания.

В соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должно быть указано решение о зачете времени предварительного содержания

Согласно ч. 3 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей

до судебного разбирательства засчитывается в сроки лишения свободы из расчета один день за один день.

Данные требования закона не в полной мере учтены судом.

Из материалов дела следует, что до постановления приговора <...> суда Санкт-Петербурга от 02.11.2009 года Б. в порядке меры пресечения содержался под стражей в период с 22 апреля 2008 года по 07 сентября 2008 года и указанный срок подлежит зачету в срок отбытия наказания.

Таким образом доводы кассационных жалоб осужденных Б., В., адвоката Хазова А.А. подлежат удовлетворению частично, доводы кассационного представления удовлетворению не подлежат.

Фундаментальных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, судом не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

Приговор Зеленогорского районного суда Санкт-Петербурга от 25 октября 2010 года в отношении Б. и В. изменить:

Переквалифицировать действия Б. и В., каждого, с части 2 статьи 162 УК РФ в редакции Федерального закона Российской Федерации от 21 июля 2004 года N ФЗ-73 на пункты "а", "г" части 2 статьи 161 УК РФ в редакции Федерального закона Российской Федерации от 08 декабря 2003 года N 162-ФЗ

Назначить наказание Б. по пунктам "а", "г" части 2 статьи 161 УК РФ (в редакции Федерального закона Российской Федерации от 08 декабря 2003 года N 162-ФЗ) в виде лишения свободы сроком на два года шесть месяцев, без штрафа

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору <...> суда Санкт-Петербурга от 02.11.2009 года окончательно назначить Б. наказание в виде 5 лет 3 месяцев лишения свободы без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Назначить В. по пунктам "а", "г" части 2 статьи 161 УК РФ (в редакции Федерального закона Российской Федерации от 08 декабря 2003 года

N 162-ФЗ) наказание, с применением статьи 64 УК РФ в виде лишения свободы сроком на один год одиннадцать месяцев, без штрафа, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима

Зачесть Б. в срок отбытия наказания время содержания его под стражей по приговору <...> суда Санкт-Петербурга от 02 ноября 2009 года в период с 22 апреля 2008 года по

07 сентября 2008 года

В остальном приговор оставить без изменения.

Кассационное представление оставить без удовлетворения, кассационные жалобы осужденных Б., В., адвокатов Хазова А.А., Данилина В.В. - удовлетворить частично.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь