Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 22 февраля 2011 г. N 22-558/11

 

Судья Клыкова Л.А. Дело N 1-57/10

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего Глущенко О.В.,

судей Нелюбова А.Г., Матвеевой Т.Ю.

при секретаре К.М.,

рассмотрела в судебном заседании от 22 февраля 2011 года кассационную жалобу осужденного Т.А.М., кассационное представление заместителя прокурора Санкт-Петербурга Кехиопуло Ф.А. на приговор Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 16 ноября 2010 года, которым

Т.А.М., <...>, ранее не судимый, осужден по ст. 264 ч. 3 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права управлять транспортным средством на срок 2 года, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

С Т.А.М. в пользу Л.Н., действующей в интересах себя и несовершеннолетнего сына Л., в возмещение морального вреда взыскано 1000000 рублей.

Заслушав доклад судьи Нелюбова А.Г., объяснения осужденного Т.А.М., адвоката Попова Г.И. в его защиту, потерпевшей Л.Н., ее представителя адвоката Горичева А.Ю., мнение прокурора Елкова Г.П., полагавшего необходимым приговор суда изменить по доводам кассационного представления, а в остальной части - оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

В кассационном представлении заместитель прокурора Санкт-Петербурга Кехиопуло Ф.А., не оспаривая доказанности вины осужденного Т.А.М. и квалификации судом его действий, просит приговор суда изменить и исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетелей К. и Т., а в остальной части приговор суда оставить без изменения.

В обоснование представления заместитель прокурора указывает, что в описательно-мотивировочной части приговора показания свидетелей К. и Т. приведены судом в нарушение положений ч. ч. 1 и 3 ст. 240 УПК РФ, поскольку в ходе судебного разбирательства указанные свидетели не допрашивались, их показания не оглашались.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный Т.А.М. просит приговор суда, как незаконный и необоснованный, отменить, а уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы осужденный указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Так приговор обоснован показаниями свидетелей К. и Т., которые не были исследованы в ходе судебного заседания.

Суд необоснованно положил в основу приговора ложные показания свидетелей Р.И. и Р.Т., так как показания указанных лиц об обстоятельствах доставления его и Р.И. с места ДТП в больницу N <...> опровергаются показаниями свидетеля Ч. и имеющимися в деле сведениями о соединениях номеров телефонов, которыми пользовались указанные лица.

При этом вывод суда о том, что показания свидетеля Р.И. объективно подтверждаются совокупностью доказательств по делу, опровергается справкой заместителя начальника ГСУ при ГУВД по СПб и ЛО А. (т. 1 л.д. 93), показаниями свидетелей С.Ю., М., З.Г., С., рапортом Г. от 14.04.2009 г. (т. 6 л.д. 23), рапортом начальника отдела кадров прокуратуры Санкт-Петербурга (т. 6 л.д. 25).

Кроме того, судом в приговоре указано, что свидетель С. показала в суде, что с его слов ей стало известно, что автомобилем управлял кто-то третий, тогда как из протокола судебного заседания следует, что об этом ей стало известно со слов Р.И.

При оценке показаний свидетеля Ж. судом не учтено, что согласно показаниям свидетелей Ф.А., Б.Б., М., Б.Н., К.А. у Ж. имеются основания для его оговора.

Вывод суда о том, что показания свидетеля Ж. подтверждаются иными доказательствами и показаниями свидетелей не подтверждается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, поскольку показания данного свидетеля о времени празднования его дня рождения, количества спиртных напитков и времени ее ухода с работы опровергаются показаниями свидетелей Б.О., Р.И., Б.Е., Г.В.О., Б.Н., М., Я.Е., С.Т., Я.Е., Б.Б., З.Д,, К.А., С.

Судом не учтено, что показания свидетеля - начальника ОГИБДД Фрунзенского района Санкт-Петербурга Я. являются ложными, т.к. собранными по делу доказательствами - показаниями свидетеля Д. и сообщением заместителя начальника УГИБДД Г.В. опровергнут факт получения Я. непосредственно после ДТП информации о том, что автомобилем управлял он, поскольку Я. просто не мог нарушить требования действующего законодательства, регламентирующего его действия в случае наличия сообщения о виновности в ДТП сотрудника прокуратуры.

Судом дана неверная оценка заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы N 503 от 31.08.2009 г. и показаниям судебно-медицинского эксперта Б.А.А., поскольку в указанном заключении отсутствует категоричный вывод о том, что он находился на переднем сиденье салона автомобиля, а данные доказательства не опровергают его показания о том, что он находился в момент ДТП на заднем сиденье.

При этом показания судебно-медицинского эксперта Б.А.А. о том, что он мог находиться на переднем сиденье автомобиля являются предположением, которое опровергается заключением биологической экспертизы, установившей отсутствие на фрагменте подушки безопасности с места водителя принадлежащих ему биоследов.

Кроме того, судом не учтено, что его показания о нахождении в момент ДТП на заднем левом пассажирском сиденье подтверждаются протоколом дополнительного осмотра места происшествия от 14.04.2009 г. (т. 1 л.д. 46 - 47), из которого следует, что из салона автомобиля "С." изъят соответствующий коврик со следами обуви, которые принадлежат ему.

Вывод суда о том, что его показания в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства носили противоречивый и непоследовательный характер противоречит собранным по делу доказательствам, поскольку показания о том, что в результате полученной во время ДТП черепно-мозговой травмы он потерял сознание и пришел в себя лишь в больнице и что обстоятельства ДТП ему стали известны со слов Р.И., он дал еще до проведения всех экспертиз по делу.

При наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни из этих доказательств и отверг другие, поскольку при наличии показаний свидетелей Ф., В., Р., А.Т., П.М., М.А., К.Т., Х.А., Х.С., С., М., З.Г., С.Ю. о том, что за рулем автомобиля "С." в момент ДТП был третий человек, и показаний свидетелей М.Е.В., К., З., М.Е., П.И., Я., Р.В., Р.Т. о том, что за рулем автомобиля находился он, суд не указал, по каким основаниям суд принял показания свидетелей о его виновности и отверг показания свидетелей о его невиновности.

Вывод суда о том, что всем свидетелям, давшим показания о его невиновности, информация о нахождении за рулем автомобиля в момент ДТП третьего человека известна только с его слов, не подтверждается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, в том числе, показаниями свидетелей С.Ю., М., З.Г., С., рапортом Г. от 14.04.2009 г. (т. 6 л.д. 23), рапортом начальника отдела кадров прокуратуры Санкт-Петербурга (т. 6 л.д. 25).

Излагая вывод о том, что показания свидетелей Б.Б., З.Д., М.П., Ч., З.Г. не являются доказательством того, что Р.И. принимал меры к уничтожению возможных следов, позволяющих идентифицировать личность водителя автомобиля в момент ДТП от 13.04.2009 г., суд не учел сущности его показаний о том, что Р.И. лишь проверял наличие следов с помощью специального прибора, и исследованных по делу доказательств.

Суд необоснованно отверг его доводы об имевшем место уничтожении следов ДТП на месте происшествия и следов в салоне автомобиля "С.", поскольку допрошенные свидетели могли не обратить внимания или не заметить факта уничтожения следов, свидетели Е.Д., Т.А. и эксперт А.А.П. не смогли объяснить факт отсутствия каких бы то ни было биологических следов на подушке безопасности с места водителя, а свидетели П., К.К., и Я. дали показания о наличии на месте ДТП следов, которые не отражены в протоколе его осмотра.

В возражениях на кассационную жалобу осужденного Т.А.М. государственный обвинитель Бундин А.В. указывает на отсутствие оснований для ее удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденного Т.А.М. в совершенном им преступлении основанными на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Суд обоснованно сослался, как на доказательства вины осужденного, на показания потерпевшей Л.Н., свидетелей Е., К.К., С.А.В., Я., Б.А., Г.А., К.В., П., Т.А., С.А., С.К., М.Д., К.Д., Х., Р.И., Р.Т., А.А., К.Т., С.Ю., Ю., М., Б.Е., Л.Е., Ж., Б.О., Б.Н., Г.В.О., М.Е.В., З., М.Е., П.И., специалистов Е.Д., Б.Е.Б., экспертов А.А.П., Б., а также на другие материалы дела, которые были исследованы в судебном заседании.

Собранные по делу доказательства позволили суду сделать правильный вывод о виновности Т.А.М. и правильно квалифицировать его преступные действия.

Доводы кассационной жалобы осужденного Т.А.М. о том, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, являются необоснованными, поскольку опровергаются приведенными в приговоре доказательствами.

Так показаниями потерпевшей Л.Н. установлено, что 13.04.2009 г. в 19 час. 50 мин. ей на мобильный телефон позвонил ее муж Л.А. и сообщил, что едет домой на собственном автомобиле "М." по <...> в сторону <...> дождавшись мужа, она поехала на автомашине в сторону, откуда он должен был приехать. На место ДТП она приехала 13.04.2009 г. около 20 час. 40 мин., где обнаружила, что Л.А. попал в автомобильную аварию - в левую боковую часть его автомобиля "М.", г.н.з. <...>, врезался автомобиль "С." и узнала, что ее муж скончался. Сначала на месте ДТП говорили, что было двое человек из автомобиля "С.", потом сказали, что был кто-то третий, но он сбежал. Также она обратила внимание на двух мужчин высокого роста в темных костюмах, которые стояли на приличном расстоянии у забора предприятия "Т.".

Согласно показаниям свидетеля Е., занимавшего должность начальника караула 58 пожарно-спасательной части, 13.04.2009 г. на пульт дежурного поступил сигнал о ДТП с тяжелым пострадавшим на пересечении улиц <...> в Пушкинском районе Санкт-Петербурга. На месте ДТП он увидел 2 столкнувшихся автомобиля: "С." темного цвета и "М." черного цвета, водитель которого был мертв. Исходя из увиденного, он полагает, что в ДТП был виновен водитель автомобиля "С.", следовавшего по <...> со скоростью не менее 100 км/час, который не заметил дорожные знаки и произвел столкновение с выехавшим на перекресток с <...> автомобилем "М.". На расстоянии около 100 метров от столкнувшихся машин он увидел 2-х мужчин в костюмах, которые стояли у забора и находились на месте ДТП не менее 1 часа, и которые со слов сотрудников ДПС были мужчинами из автомобиля "С.".

Как следует из показаний свидетелей К.К. и С.А.В., являющихся сотрудниками ДПС ОГИБДД УВД по Фрунзенскому району Санкт-Петербурга, 13.04.2009 г. они выезжали на место ДТП на пересечении <...> и <...> на месте ДТП, увидели, что в автомобиле "С." никого нет. Врачи скорой помощи констатировали смерть водителя автомобиля "М.". Очевидцев ДТП им выявить не удалось. Поскольку данная территория относится к Пушкинскому району Санкт-Петербурга, К.К. и начальником ОГИБДД Фрунзенского района Я., были даны указания об охране места ДТП и отводе транспорта до приезда сотрудников Пушкинского ОГИБДД, после прибытия которых они уехали.

Показаниями свидетеля Я. - начальника ОГИБДД УВД по Фрунзенскому району Санкт-Петербурга, установлено, что 13.04.2009 г. между 19 и 20 часами исполняющий обязанности прокурора Фрунзенского района Р.И. сообщил ему по мобильному телефону о произошедшем в конце <...> ДТП, при этом с его слов он понял, что Р.И. и старший помощник прокурора Фрунзенского района Т.А.М. попали в серьезное ДТП и виноват в нем Т.А.М., управлявший автомобилем Р.И. Около 20 часов 13.04.2009 г. он прибыл на место ДТП, где увидел два столкнувшихся автомобиля: "С." темного цвета и "М." черного цвета. Из обстановки была очевидна вина водителя автомобиля "С.", нарушившего требование дорожных знаков и значительно - скоростной режим. Р.И. и Т.А.М. находились в 20 метрах от места ДТП, они были одеты в костюмы, находились в шоковом состоянии. У Р.И. была повреждена кисть правой руки, он жаловался на головные боли, пояснив, что порезался о край выстрелившей подушки безопасности. У Т.А.М. внешних повреждений не было, но было видно, что он ударился головой и грудью. По существу ДТП они ничего не поясняли, удивились на сообщение, что в автомобиле "М." труп, сказали, что останутся ждать следователя. Дав указание сотрудникам Фрунзенского ОГИБДД охранять место ДТП до прибытия сотрудников Пушкинского ОГИБДД, он уехал. О том, кто был за рулем автомашины "С.", он сотрудникам Фрунзенского ОГИБДД не сообщал и никакие рапорты по данному ДТП не составлял. О том, что в ДТП участвовали прокурорские работники он сообщил по телефону начальнику дежурной части УГИБДД ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Д. Навещая впоследствии Т.А.М. и Р.И. в больнице, видел у последнего синяки от ремней безопасности. Исходя из телесных повреждений Р.И., считает, что так может пострадать только пассажир, предохраняясь от сработавшей подушки безопасности, но не водитель.

Как следует из показаний свидетеля Б.А. - инспектора ДПС ОГИБДД УВД по Пушкинскому району Санкт-Петербурга, 13.04.2009 г. около 20 часов он в составе наряда прибыл на место ДТП, которое до их прибытия охранялось сотрудниками ДПС другого батальона. В 100 м от места ДТП стояли два молодых человека и кто-то сказал, что они из автомобиля "С.". У одного из этих молодых людей была повреждена кисть руки. Оба были в стрессовом состоянии, он почувствовал запах этилового спирта. На его вопрос о том, кто был за рулем автомобиля "С." они ответили, что он отошел в туалет. После приезда следственной группы был произведен осмотр места происшествия с участием криминалиста, до окончания работы которого в автомобили, пострадавшие в ДТП, никто не проникал.

Согласно показаниями свидетеля Г.А. - старшего следователя 2 отдела УРППБД ГСУ при ГУВД по СПб и ЛО, 13.04.2009 г. он прибыл на место указанного ДТП в составе оперативно-следственной группы с криминалистом Е.Д., производил осмотр. В автомобиле "М." находился труп водителя, а в автомобиле "С." никого не было. В 40 м от автомобилей у забора стояли двое мужчин. У одного рука была в крови. Они оба были в шоковом состоянии. На тот момент от сотрудников ДПС ему было известно, что данные лица являлись пассажирами автомобиля "С.". Один из этих мужчин сообщил, что за рулем автомобиля "С." был третий, по имени "Ю.", который убежал. К моменту окончания осмотра места ДТП эти лица уже покинули место происшествия без его разрешения. По результатам осмотра им были составлены соответствующие протоколы. Скорость движения автомобиля "С." была явно выше 60 км/час, поскольку автомашины вылетели с дорожного полотна и сдвинули массивную бетонную плиту ограждения.

Как видно из показаний специалиста Е.Д., 13.04.2009 г. он производил на месте ДТП осмотр столкнувшихся автомобилей и при осмотре автомобиля "С." обрабатывал его поверхности. В салоне автомашины были контуры пальцев рук на руле, рукоятке рычага коробки передач, что свидетельствует о том, что следы не удалялись. Обнаруженные следы не были пригодны для идентификации, так как была рифленая поверхность. Были изъяты микрочастицы со спинки и подушки сиденья. Столкнувшиеся автомобили "М." и "С." перелетали через поребрик, железобетонные сваи ограждения были сдвинуты. На месте ДТП к нему поступила информация, что водитель автомобиля "С." скрылся и надо постараться найти его следы.

Согласно показаниям свидетелей К.В. и П., участвовавшим 13.04.2009 г. в осмотре места ДТП в качестве понятых, они подтверждают достоверность произведенных замеров, составленных с их участием протоколов и схемы, а также свои подписи в них. Столкновение произошло на полосе движения автомобиля "М.", где они видели осыпь стекла. Удар в него автомобилем "С." был очень сильным, автомобили перескочили бетонные ограждения. Также они видели на месте ДТП след торможения, который доходил до колес автомобиля "С.", но почему эти данные не были внесены в схему, они пояснить не могут. Кроме того, согласно показаниям свидетеля П. на месте ДТП людей из автомобиля "С." он не видел, но слышал разговоры, что их увезли в больницу или они были пьяные и сбежали с места ДТП.

Как следует из показаний свидетеля Т.А. - старшего следователя по ОВД 3 отдела УРППБД ГСУ при ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, он по указанию руководства 14.04.2009 г. проводил с участием понятых и специалиста-криминалиста Б.Е.Б. дополнительный осмотр транспортных средств: "М." и "С.", доставленных на стоянку по адресу: Санкт-Петербург, <...>. В ходе осмотра были приняты меры по установлению наличия отпечатков и произведено изъятие предметов, отраженных в протоколе осмотра. Оснований считать, что в автомобиле "С." была проведена зачистка следов, у него не имелось. По опыту работы ему известно, что отпечатки пальцев на рулевом колесе практически не остаются.

Согласно показаниям специалиста Б.Е.Б. 14.04.2009 г. он участвовал в дополнительном осмотре автомобилей "С." и "М.", проведенном следователем Т.А., им были изъяты на дактилопленку микрочастицы из салона автомобиля "С.", а также он произвел фотосъемку. Следы с рулевого колеса он не снимал по причине того, что поверхность рулевого колеса автомобиля "С." этого не позволяет.

Показаниями свидетеля С.А. - водителя эвакуатора ООО "Ф.", установлено, что 13.04.2009 г. после 20 часов он прибыл на место ДТП, где увидел, что произошло столкновение между автомобилем "С." и автомобилем "М.", водитель которого погиб на месте ДТП. Вина водителя автомобиля "С." была очевидна, также было видно, что автомобиль "С." двигался со скоростью не менее 80 - 90 км/час. Со слов инспектора ДПС ему стало известно, что стоявшие поодаль двое мужчин в костюмах являются пассажирами из автомобиля "С.", а позже от инспекторов ДПС ему стало известно, что люди, которые были в автомобиле "С.", ушли с места ДТП. До осмотра автомашин следователем и экспертом он в салоны столкнувшихся автомашин не проникал. Позже по просьбе следователя он залезал в салоны этих автомобилей, переписывал показания спидометра, проверял передачи, размеры колес. В салоне автомобиля "С." он взял влажные салфетки, чтобы вытереть испачканные руки, никаких зачисток в салоне этого автомобиля он не производил. На месте ДТП он сделал несколько фотографий и отдал их хозяевам автомобиля "М.".

Согласно показаниям свидетеля С.К. 13.04.2009 г. после звонка Л.Н. около 20 часов он вместе со своей женой приехал на место ДТП, где понял, что автомобиль "С.", двигавшийся по <...> в сторону <...>, совершил столкновение с автомобилем Л.А. "М.", при этом Л.А. скончался на месте происшествия. Вина водителя автомобиля "С." была очевидна. Он видел, как водитель эвакуатора обходил столкнувшиеся автомобили и проникал внутрь салонов, сообщая сотруднику ДПС сведения о передачах и о колесах. Также он видел, что из салона автомобиля "С." водитель эвакуатора вылез с бутылкой из-под "Пепси" и пачкой влажных салфеток в руке, но он не видел, чтобы водитель эвакуатора что-либо затирал в салоне автомобиля "С.". От сотрудника ДПС ему стало известно, что двое прокурорских сотрудников, двигаясь на автомобиле "С.", совершили столкновение с автомобилем Л.А., при этом ему было указано на двух мужчин, одетых в костюмы, которые стояли недалеко от места ДТП. Там же он увидел своего школьного знакомого М.Д., находившегося на месте ДТП по своим делам. В конце мая - начале июня 2009 г. М.Д. передал ему две видеозаписи с мобильного телефона, сделанные им на месте ДТП 13.04.2009 г., и подтвердил, что снятые им двое мужчин в костюмах являются прокурорскими работниками, которые находились в состоянии алкогольного опьянения.

Как следует из показаний свидетеля М.Д. - криминалиста 6 отдела ЭКЦ ГУВД по СПб и ЛО, 13.04.2009 г. он приехал на место указанного ДТП для личной встречи с сотрудником Фрунзенского ОГИБДД Ж. От сотрудников ДПС ему стало известно, что в автомобиле "С." находились двое молодых людей в состоянии алкогольного опьянения, которые являются сотрудниками прокуратуры Фрунзенского района. Эти молодые люди стояли в 30 м от столкнувшихся автомобилей у забора и разговаривали по мобильному телефону, были одеты в костюмы. Поведение этих людей ему показалось странным, так как они голосовали, пытаясь остановить проезжающие автомашины, и подходили и отходили от места ДТП. Поведение этих людей и обстановку на месте ДТП он снял на видеокамеру своего мобильного телефона. Две видеозаписи передал впоследствии С.К. Подойдя к этим молодым людям из автомобиля "С." примерно на расстояние 2-х метров, он почувствовал запах алкоголя. Обратил внимание, что оба они были в состоянии испуга и шока.

Согласно показаниями свидетеля К.Д. - врача скорой медицинской помощи, 13.04.2009 г. он по вызову выезжал на место ДТП, где констатировал биологическую смерть водителя автомобиля "М.". На вопрос о том, кто был в автомашине "С." и нужна ли медицинская помощь, ему указали на двух мужчин, стоявших в стороне и постоянно разговаривавших по мобильному телефону. За медицинской помощью эти мужчины к нему не обращались. Удар автомобиля "С." в автомобиль "М." был сильным, так как тело погибшего водителя сильно пострадало, и были большие повреждения у самой автомашины.

Показаниями свидетеля Х. установлены обстоятельства приобретения у него Р.И. по доверенности автомобиля "С.", г.н.з. <...> в апреле 2009 г.

Показаниями свидетеля Р.И. также установлены обстоятельства приобретения им у Х. указанного автомобиля. Кроме того показаниями данного свидетеля установлено, что 13.04.2009 г. он исполнял обязанности прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга. После 19 часов в его рабочий кабинет зашел Т.А.М., который попросил показать ему его автомобиль "С.". На улице он разрешил Т.А.М. сесть за руль автомобиля, а сам сел на переднее пассажирское сиденье, они оба пристегнулись ремнями безопасности. Более никого в автомобиле не находилось. Т.А.М. выехал на <...> и они поехали по ней в направлении от <...> в сторону <...>, при этом Т.А.М. проехал мимо поворота на КАД, затем проехал виадук и проследовал далее по <...>. Увидев сужение дороги и впереди Т-образный перекресток, он попросил Т.А.М. притормозить. Последний увидев, что дальше дороги нет, резко нажал на тормоз, попытался вывернуть руль вправо, но машина продолжала двигаться вперед. До торможения они двигались со скоростью свыше 60 км/час. На перекрестке <...> и <...> произошло столкновение с автомобилем "М.". В результате ДТП он получил травмы, в том числе, ушиб правых ребер от ремня безопасности, порез ладони правой руки. Он и Т.А.М. самостоятельно вышли из автомобиля. Через некоторое время на место ДТП стали прибывать автомобили ОГИБДД, машина скорой помощи и еще какие-то автомобили. Он отошел в сторону от места ДТП на 50 - 70 м к забору. Через некоторое время он увидел, что Т.А.М. уходит с места ДТП в сторону лесополосы. По мобильному телефону он позвонил начальнику ОГИБДД Фрунзенского района Санкт-Петербурга Я. и сообщил, что Т.А.М. разбил его машину. Также он сообщил о ДТП своей жене. Через какое-то время ему на мобильный телефон позвонил Т.А.М. и предложил покинуть место ДТП, что он сделать отказался. Через некоторое время Т.А.М. вернулся к нему и попросил не говорить, что он был за рулем автомобиля и предложил говорить, что за рулем был кто-то третий, посторонний человек. Позже на место ДТП приехала его жена Р.Т., которая на автомобиле отвезла его и Т.А.М. в городскую больницу N <...>, куда они обратились за медицинской помощью и были госпитализированы. 14.04.2009 г. в палате, где находились он и Т.А.М., последний дал объяснения сотруднику ОГИБДД. Ввиду болезненного состояния он сообщил сотруднику ГИБДД, что у него такие же объяснения. В ходе допроса следователю он рассказал, как все было на самом деле, и что за рулем его автомобиля был Т.А.М. Считает, что причиной ДТП явилось превышение Т.А.М. скоростного режима, а также то, что Т.А.М. не справился с управлением автомобилем. В мае 2009 г. он перевез автомобиль "С." на другую стоянку, получив разрешение у следователя Ю. Никаких мер к уничтожению следов преступления он не предпринимал и ему об этом ничего не известно.

Согласно показаниям свидетеля Р.Т. 13.04.2009 г. около 20 часов ее муж Р.И. по телефону сообщил, что попал в серьезную аварию. Затем он перезвонил повторно и попросил ее приехать на место ДТП. На автомобиле она приехала на место ДТП, где увидела мужа, который сидел на дороге на корточках, весь в грязи и в крови, в шоковом состоянии, с порезанной правой рукой. Она помогла ему дойти до машины, в которой муж потерял сознание. Кроме мужа в ее машину без чьего-либо разрешения сел Т.А.М. и она отвезла их обоих в городскую больницу N <...> г. Сестрорецка. Со слов мужа ей известно, что за рулем его автомобиля в момент ДТП 13.04.2009 года был Т.А.М.

Как видно из показаний свидетеля А.А. - врача-травматолога приемного покоя городской больницы N <...>, находясь на суточном дежурстве с 13 на 14 апреля 2009 г., он осматривал поступивших в ночное время в приемный покой Т.А.М. и Р.И., у которых имелись травмы, характерные для ДТП.

Согласно показаниям свидетеля К.Т. - врача-терапевта городской больницы N <...> в ночь с 13 на 14 апреля 2009 г. она, находясь на дежурстве, осматривала поступившего в больницу Т.А.М. Согласно записям в медицинской карте Т.А.М. ею было отмечено в графе "Кожа и видимые слизистые", что у него была обнаружена ссадина передней поверхности грудной клетки.

Показаниями свидетеля С.Ю. - инспектора по розыску ОГИБДД УВД по Курортному району Санкт-Петербурга, установлено, что 14.04.2009 г. в палате больницы N <...> он брал объяснения у поступивших в данную больницу с травмами после ДТП Т.А.М. и Р.И. Когда он зашел в палату и объяснил последним кто он и для чего пришел, Р.И. начал возмущаться по поводу его прихода, а после разговора Р.И. с кем-то по мобильному телефону Т.А.М. и Р.И. согласились давать объяснения. Т.А.М. давал объяснения первым и при даче объяснений после получения согласия от Р.И. ответил, что является старшим помощником прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга. При даче объяснений Т.А.М. в детали ДТП не вдавался и пояснил, что 13.04.2009 г. около 19 часов он находился в автомобиле "С." в качестве пассажира на заднем сиденье за водителем, за рулем находился малознакомый гражданин, представившийся "Ю.", который хотел приобрести указанный автомобиль. Они двигались по <...> и при подъезде к перекрестку произошло столкновение с автомобилем "М.", который двигался справа. Т.А.М. пояснил, что после ДТП он вышел из автомобиля. Помнит, что на место ДТП прибыли сотрудники Пушкинского ОГИБДД, которым он сообщил свои установочные данные, после чего был доставлен в больницу N <...> Сестрорецка супругой Р.И. О том, что он не помнит обстоятельства ДТП, Т.А.М. ему не сообщил. Затем он опросил Р.И., который сам рассказывал о произошедшем в хронологическом порядке и пояснил, что в момент ДТП в его автомобиле "С." за рулем находился третий человек, представившийся "Ю.", который захотел приобрести данный автомобиль и с его разрешения сел за руль. В момент ДТП он потерял сознание. Впоследствии от свидетелей узнал, что из его автомашины выбежал человек и побежал в сторону лесополосы. После чего он почувствовал себя плохо и позвонил жене, которая приехала, забрала его и Т.А.М. и доставила их в больницу. При получении объяснений от Р.И. и Т.А.М. у него сложилось впечатление, что последние выдвинули указанную версию, согласовали ее между собой до его прихода. Объяснения Р.И. и Т.А.М. давали добровольно без какого-либо принуждения с чьей-либо стороны, никакого давления на них им не оказывалось.

Согласно показаниям свидетеля Ю. - старшего следователя по ОВД 2-го отдела УРППБД ГСУ при ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, им было возбуждено и расследовалось данное уголовное дело. В том числе, он принимал меры к установлению возможных очевидцев ДТП и установлению личности водителя автомобиля "С.", в отношении которого имелись сведения о том, что он скрылся с места преступления. В ходе допроса свидетель Т.А.М. показал, что в результате ДТП он получил травму головы и пояснить ничего не может, так как сам ничего не помнит. После допроса 04.06.2009 г. в качестве свидетеля заместителя прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга Р.И., давшего показания о том, что в момент ДТП 13.04.2009 г. автомобилем "С." управлял его сослуживец Т.А.М., уголовное дело 09.06.2009 г. было передано им прокурору Санкт-Петербурга для направления по подследственности в СК при прокуратуре РФ по Санкт-Петербургу. 23.04.2009 г. им была назначена комплексная технико-трасологическая экспертиза автомобилей, участвовавших в ДТП, после производства которой им было выдано разрешение свидетелю Р.И. и потерпевшей Л.Н. на выдачу им с платной стоянки автомобилей, признанных вещественными доказательствами по делу, на ответственное хранение.

Как следует из показаний свидетеля М. - прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга, 13.04.2009 г. у старшего помощника прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга Т.А.М. был день рождения, коллектив прокуратуры поздравлял последнего. 14.04.2009 г. около 10.00 час. ее заместитель Б.Е. по телефону сообщила ей, что прокуратура города разыскивает заместителя прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга Р.И. и старшего помощника прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга Т.А.М., которых нет на рабочих местах. После 14.00 час. на ее мобильный телефон позвонил Р.И. с неизвестного ей номера и сообщил, что он и Т.А.М. попали в ДТП и они находятся в больнице. 15.04.2009 г. Р.И. позвонил на мобильный телефон с номера, которым пользовался постоянно и рассказал, что автомобилем "С." управлял третий человек, что вызвало у нее сомнения. Лишь после возвращения Р.И. на работу, она от него узнала, что автомобилем "С." управлял Т.А.М. и ДТП произошло из-за того, что Т.А.М. не увидел, что дорога заканчивалась препятствием, и не справился с управлением, в результате чего врезался в автомобиль "М." водитель которого погиб.

Согласно показаниям свидетеля Б.Е. - заместителя прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга, 13.04.2009 г. около 20.00 час. она вышла из здания Администрации района и увидела принадлежавший Р.И. автомобиль "С.", с большой скоростью покидающий территорию, прилегающую к зданию, на переднем пассажирском сиденье которого находился Р.И.

Как видно из показаний свидетеля Л.Е. - помощника прокурора Фрунзенского района , 13.04.2009 г. около 15.00 час. она встретила в коридоре на этаже, где располагается прокуратура Фрунзенского района Санкт-Петербурга, старшего помощника прокурора Т.А.М., который приглашал ее на празднование своего дня рождения примерно часов в пять - шесть вечера в кабинете у прокурора района.

Показаниями свидетеля Ж., работавшей помощником прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга, установлено, что 13.04.2009 г. около 17.00 час. она пришла в кабинет прокурора района, где проводился фуршет по поводу дня рождения Т.А.М., в котором принимал участие и Р.И., последние употребляли спиртные напитки. Примерно в 19.30 час. она собралась домой, в коридоре видела Т.А.М. в рубашке и брюках, при этом у него была шаткая походка. Выйдя из здания, увидела, что Т.А.М. сидит в состоянии алкогольного опьянения за рулем стоявшего возле здания не принадлежащего ему автомобиля. На следующий день 14.04.2009 г. прокурор собрала их в своем кабинете и сказала, что Р.И. и Т.А.М. попали в аварию и находятся в больнице. По поводу произошедшего позднее она общалась со старшим помощником прокурора города по обеспечению собственной безопасности Ф.А. и от него узнала, что со слов Р.И. в машине перед ДТП Т.А.М. и Р.И. были вдвоем, а со слов Т.А.М. якобы за рулем был третий человек.

Согласно показаниям свидетеля Б.О. - помощника прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга, 13.04.2009 г. около 13.00 час. она участвовала в поздравлении с днем рождения старшего помощника прокурора Т.А.М. в кабинете прокурора района. За время ее присутствия в кабинете Т.А.М. употреблял коньяк. Около 18 час. в помещении прокуратуры она встретила Т.А.М. находившегося в состоянии алкогольного опьянения. 14.04.2009 г. ни Т.А.М., ни Р.И. на рабочих местах не оказалось, во второй половине дня ей стало известно, что они попали в ДТП.

Согласно показаниям свидетеля Б.Н. - помощника прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга, 13.04.2009 г. в кабинете прокурора района проходило поздравление с днем рождения старшего помощника прокурора Т.А.М. Она видела, что Р.И. и Т.А.М. выпивали водку. На следующий день 14.04.2009 г. около 11.00 час. стали звонить из городской прокуратуры и выяснять где находятся Р.И. и Т.А.М. При этом автомобиль Т.А.М. находился на своем месте. Через некоторое время от кого-то из сотрудников ей стало известно, что Р.И. и Т.А.М. попали в ДТП со смертельным исходом и в настоящее время находятся в больнице.

Как следует из показаний свидетеля Г.В.О. - помощника прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга, 13.04.2009 г. примерно в 13.00 час. он вместе с другими сотрудниками прокуратуры в кабинете прокурора района участвовал в поздравлении с днем рождения старшего помощника прокурора Т.А.М., где последний при нем пил шампанское.

Показаниями свидетеля М.Е.В. - помощника прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга, установлено, что 13.04.2009 г. около 19 час. на ее мобильный телефон позвонил исполняющий обязанности прокурора района Р.И. и сообщил, что они попали в ДТП, ему разбили машину. На ее вопрос о том, кто был за рулем автомобиля он ответил, что не он, а Т.А.М.

Согласно показаниям свидетеля З., занимавшего на 13.04.2009 г. должность старшего прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга, 14.04.2009 г. ему позвонил исполняющий обязанности прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга Р.И. и сообщил, что попал в ДТП и находится в больнице г. Сестрорецка. 15.04.2009 г. из состоявшегося в больничной палате разговора с Р.И. и Т.А.М. он понял, что за рулем находился третий человек, но кто из них ему об этом рассказывал, он не помнит. Когда он собрался уходить из больницы, Р.И., находясь за пределами палаты, в которой оставался Т.А.М., сообщил ему, что на самом деле за рулем находился Т.А.М., никакого третьего человека в автомобиле не было, и что эта версия была выдвинута Т.А.М., а он говорит неправду по просьбе Т.А.М., т.к. не смог ему отказать. В том, что Р.И. за рулем не сидел, следовало, как из его слов, так и из телесных повреждений, которые Р.И. ему показывал. После выписки из больницы Р.И. пояснил, как все было на самом деле, и сообщил, что в машине он были вдвоем с Т.А.М., последний находился за рулем автомобиля.

Как следует из показаний свидетелей М.Е. и П.И. - сотрудников прокуратуры Кировского района Санкт-Петербурга, 13.04.2009 г. около 21 часа они звонили на мобильный телефон Р.И. и интересовались, когда он сможет приехать на встречу с ними. Р.И. сказал, что на встречу не приедет, так как попал в аварию, обещал перезвонить. Через несколько дней после ДТП они посетили Р.И. в больнице г. Сестрорецка. В ходе разговора Р.И. им сообщил, что виновником ДТП является Т.А.М., показывал им телесные повреждения, характерные для пассажира переднего сиденья.

Как на доказательства вины Т.А.М., суд обоснованно сослался в приговоре на представленные суду в качестве доказательств рапорты об обнаружении признаков преступления, протокол осмотра места происшествия от 13.04.2009 г. с фототаблицей и схемой к нему, протокол дополнительного осмотра автомобилей с фототаблицей от 14.04.2009 г., вещественные доказательства, в том числе, автомобили, изъятые подушки безопасности автомобиля "С.", протокол их осмотра.

Заключением судебно-медицинской экспертизы N 119/365 от 22.04.2009 г. установлены соответствующие телесные повреждения на трупе Л.А., их локализация, степень тяжести и механизм образования, причина смерти от сочетанной тупой травмы тела с множественными повреждениями костей скелета и внутренних органов с ушибом сердца, а также прямая причинная связь между причиненными потерпевшему Л.А. в результате ДТП телесными повреждениями и наступлением смерти.

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы N 3726 от 20.07.2009 г., при ДТП 13.04.2009 г. Т.А.М. была причинена закрытая тупая травма головы - сотрясение головного мозга, ссадина передней поверхности груди, которые могли образоваться при ударах о детали салона автомобиля в условиях ДТП.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы N 3727 от 20.07.2009 г. при ДТП 13.04.2009 г. Р.И. получил закрытую черепно-мозговую травму, ушиб головного мозга легкой степени; резаную рану правой кисти по ладонной поверхности, гематому в области крыла левой подвздошной кости, ссадину левого коленного сустава. Данные телесные повреждения могли быть получены при ударах о части салона автомашины.

Как следует из заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы N 503 от 31.08.2009 г. установленные у Р.И. и Т.А.М. телесные повреждения могли быть получены в условиях ДТП 13.04.2009 г. при ударах о части салона автомобиля. В установленных у Т.А.М. и Р.И. повреждениях не отображены свойства, индивидуализирующие травмирующую поверхность предмета, поэтому определить его форму, размеры и частные признаки не представляется возможным, а вместе с этим нельзя и идентифицировать выступающую часть (части) интерьера салона автомобиля, которой могли быть им причинены травмы в момент столкновения транспортных средств. Наряду с этим, сопоставляя относительно небольшой объем имевшихся у Т.А.М. и Р.И. повреждений с грубым характером разрушения передней части автомобиля "С.", в котором в момент автопроишествия раскрылись "подушки безопасности", нельзя исключить, что они оба находились на передних сиденьях салона автомобиля. Полученные Т.А.М. и Р.И. повреждения, за исключением ссадины, расположенной на передней поверхности груди Т.А.М., не имеют достоверных специфических признаков для водителя автотранспортного средства, пострадавшего в ДТП. По имеющимся данным определить на каком месте в автомобиле "С." в момент ДТП находился Р.И., а на каком Т.А.М. не представляется возможным.

В ходе судебного разбирательства судебно-медицинский эксперт Б. подтвердил выводы вышеуказанной комплексной судебно-медицинской экспертизы и указал на отсутствие противоречий в выводах о том, что не исключается возможность нахождения обоих пострадавших на передних сиденьях салона автомобиля "С." и о том, что не представляется возможным определить, на каком месте в автомобиле "С." в момент ДТП находились Р.И. и Т.А.М.

Заключением биологической экспертизы установлено, что на фрагменте подушки безопасности с сиденья пассажира обнаружены пот и единичные ядросодержащие клетки с чешуйками слущенного эпителия. Происхождение эпителиальных клеток от Т.А.М. исключается, а от Р.И. - не исключается. На фрагменте подушки безопасности с сиденья водителя пот и ядросодержащие клетки не обнаружены.

Заключением комплексной технико-трасологической экспертизы установлены техническое состояние и повреждения участвовавших в ДТП автомобилей. Согласно данному заключению в момент столкновения автомобиль "С." передней частью контактировал с левой боковой стороной автомобиля "М.". При этом автомобили относительно друг друга располагались, как это примерно показано на прилагаемой к заключению масштабной схеме (перпендикулярно друг к другу).

Виновность Т.А.М. установлена также заключением автотехнической экспертизы от 11.08.2009 г. о действиях водителя автомобиля "С.", которые он должен был совершить в соответствии с требованиями ПДД РФ в сложившейся дорожной ситуации, о несоответствии его действий с технической точки зрения указанным требованиям, о наличии у него объективной возможности предотвратить происшествие при выполнении действий в соответствии с соответствующими пунктами ПДД РФ, об отсутствии у водителя автомобиля "М" технической возможности предотвратить столкновение, а также об отсутствии в его действиях несоответствий требованиям ПДД РФ.

Как следует из показаний ведущего эксперта по расследованию ДТП ГУ СЗРЦСЭ А.А.П., последний подтвердил выводы проведенной им по постановлению следователя Ю. комплексной технико-трасологической экспертизы по автомобилям "С." и "М.", в ходе которой 27.04.2009 г. им производился осмотр автомобилей на стоянке с участием следователя. Также эксперт подтвердил выводы проведенной им по постановлению следователя Ш. автотехнической экспертизы от 11.08.2009 г., при этом показал, что с участниками ДТП Т.А.М. и Р.И., а также с потерпевшей Л.Н., он не знаком и ни с кем из этих лиц он на место ДТП не выезжал.

В обоснование виновности осужденного суд правомерно сослался в приговоре на сведения, полученные из ОАО "МТ." и ОАО "М." о входящих и исходящих соединениях, осуществлявшихся с абонентских номеров Р.И. и Т.А.М. в период 13 - 14.04.2009 г., с указанием адресов расположения базовых станций мобильных телефонов и азимутов до них, на аналитическую справку о телефонных соединениях Т.А.М., видеозаписи, произведенные на месте ДТП 13.04.2009 г. свидетелем М.Д., а также на фотографии, зафиксировавшие расположение транспортных средств после ДТП 13.04.2009 г., представленные потерпевшей Л.Н.

Суд обоснованно признал вышеуказанные доказательства, положенные в основу приговора, допустимыми, достоверными и достаточными для разрешения дела, и обоснованно пришел к выводу о том, что не доверять собранной по делу совокупности доказательств не имеется, поскольку они согласуются между собой.

Так, суд обоснованно признал достоверными показания свидетеля Р.И. о том, что в момент ДТП 13.04.2009 г. в его автомобиле "С." находились лишь он и Т.А.М., при этом последний управлял автомобилем, а он сам находился на переднем пассажирском сиденье, что на месте ДТП и при даче письменных объяснений в больнице, он поддержал выдвинутую Т.А.М. защитную версию и сообщал сотрудникам ОГИБДД о некоем третьем лице, который якобы управлял его автомобилем и скрылся с места ДТП, а также о том, что от своих родных, знакомых и сослуживцев он изначально не скрывал тот факт, что за рулем его автомобиля в момент ДТП находился Т.А.М.

В обоснование оценки показаний данного свидетеля суд правомерно сослался на подтверждение их в данной части показаниями допрошенных по делу свидетелей М., М.Е.В., З., М.Е., П.И., Я., Р.В., Р.Т. и на соответствие их показаниям свидетелей Ж. и Б.Е.

Также при оценке показаний вышеуказанных свидетелей суд обоснованно учел, что они согласуются и с показаниями незаинтересованных по делу свидетелей: Е., Б.А., С.К., М.Д., Г.А., С.А., К.Д., М.Д., из которых следует, что 13.04.2009 г., находясь на месте ДТП, они видели невдалеке от столкнувшихся автомобилей только 2-х молодых мужчин в костюмах из автомобиля "С.", которые находились в состоянии шока и испуга, разговаривали по мобильному телефону, перемещались от места ДТП и обратно к нему, голосовали, пытаясь уехать с места ДТП, а затем покинули место ДТП без разрешения следователя, и что изначально на месте ДТП никаких разговоров о третьем лице, управлявшем автомобилем и скрывшемся с места ДТП не велось.

Оценивая данные показания суд обоснованно сослался на их объективное подтверждение приобщенными к делу двумя видеозаписями, произведенными на месте ДТП свидетелем М.Д. на мобильный телефон, и фотографией отпечатанной с этих записей, на приобщенную к делу информацию о входящих и исходящих соединениях, осуществлявшихся с абонентских номеров, используемых Р.И. и Т.А.М.

Также при оценке показаний свидетелей обвинения суд правомерно сослался и на отсутствие в них противоречий с заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы, а также с показаниями судебно-медицинского эксперта Б.А.А., из которых следует, что установленные у Т.А.М. и Р.И. телесные повреждения не исключают, что оба пострадавших в момент ДТП находились на передних сиденьях автомобиля "С.", при этом у Т.А.М. установлено повреждение в виде ссадины на передней поверхности груди, которое характерно для получения его при ДТП водителем от рулевого колеса, а установленные у Р.И. телесные повреждения не обладают специфическими признаками, характерными для их получения при ДТП водителем автомобиля.

Обоснованно учел суд и заключение биологической экспертизы следов на изъятых подушках безопасности.

Кроме того, судом учтено и то обстоятельство, что Т.А.М. не оспаривается факт нахождения свидетеля Р.И. в момент ДТП на переднем пассажирском сиденье автомобиля, а также факт отсутствия между ним и Р.И. конфликтных и неприязненных отношений.

С учетом изложенного суд обоснованно не усмотрел оснований для оговора осужденного со стороны Р.И. и вышеуказанных свидетелей.

Доводы кассационной жалобы осужденного о неправильной оценке показаний свидетеля Р.И. со ссылкой на справку заместителя начальника ГСУ при ГУВД по СПб и ЛО А., показания свидетелей С.Ю., М., З.Г., С., рапорт Г. от 14.04.2009 г., рапорт начальника отдела кадров прокуратуры Санкт-Петербурга, судебная коллегия считает неубедительными, поскольку судом установлено, что Р.И. первоначально после ДТП была поддержана защитная версия Т.А.М., что и повлекло наличие соответствующей информации в указанных документах и показаниях допрошенных лиц.

При оценке представленных доказательств судом исследовались и доводы Т.А.М. о том, что в момент ДТП он находился в автомобиле "С." на заднем пассажирском сиденье, в то время, как автомобилем управлял малознакомый третий, скрывшийся с места ДТП.

Оценивая показания Т.А.М., приведенные им в оспаривание своей вины, суд вопреки доводам кассационной жалобы осужденного правомерно указал в приговоре, что его показания в ходе предварительного расследования и в ходе судебного разбирательства носили противоречивый и непоследовательный характер.

Так с учетом исследованных материалов дела судом принято во внимание, что в своих первоначальных объяснениях, данных инспектору по розыску ОГИБДД УВД по Курортному району С.Ю., Т.А.М. сообщал фактические данные об обстоятельствах ДТП, в том числе, о том, что он находился в момент ДТП на заднем пассажирском сиденье автомашины "С.", которой управлял малознакомый гражданин, представившийся Юрием, и который хотел приобрести указанный автомобиль.

После того, как в ходе предварительного расследования Т.А.М. был изобличен свидетелем Р.И. в совершении данного преступления, и был ознакомлен с заключениями проведенных по делу судебных экспертиз, он изменил свою позицию и стал утверждать, что в результате полученной во время ДТП черепно-мозговой травмы он потерял сознание и пришел в себя лишь в больнице, что обстоятельства ДТП ему стали известны со слов Р.И., и что он сам не помнит произошедших событий.

При этом ссылка Т.А.М. в жалобе на то, что указанные показания он дал еще до проведения всех экспертиз по делу, не опровергает выводы суда в данной части, поскольку суд указал в приговоре и на дачу этих показаний после соответствующих показаний Р.И.

Из показаний Т.А.М. в суде следует, что память у него восстановилась и он вспомнил все события, согласно которым он в момент ДТП находился на заднем сиденье за водителем, Р.И. - на переднем пассажирском сиденье, а автомобилем управлял ранее ему не известный мужчина.

Судом, кроме того, обоснованно принято во внимание, что в начале судебного следствия Т.А.М. сообщал, что об этом мужчине ему ничего не известно, а впоследствии стал утверждать, что этот мужчина внешне похож на занимавшего на тот момент должность прокурора Курортного района Санкт-Петербурга Р.В., которого он увидел на месте ДТП спустя 2 часа или более после аварии, и который организовал их отъезд с места ДТП в больницу на автомобиле своей знакомой девушки, стал выдвигать версии о фабрикации материалов уголовного дела, уничтожении свидетелями следов преступления.

С учетом изложенного доводы жалобы Т.А.М. о необоснованности выводов суда при оценке характера его показаний по делу судебная коллегия считает несостоятельными.

При оценке доводов осужденного, судом исследовались и его показания о том, что свидетели Р.И., Р.В., З., Я. и С.А. причастны к уничтожению доказательств по настоящему уголовному делу, поскольку в схеме ДТП не были отражены осыпь и следы торможения автомобиля "С.", пропали материалы съемки, которую вели на месте ДТП сотрудники 5-го телеканала, что в салоне автомобиля "С." была произведена затирка следов, позволявших идентифицировать личность водителя, что в Городской больнице N <...> была осуществлена подмена анализов крови на этанол, что Р.И. была обеспечена возможность контролировать ход следствия по настоящему уголовному делу, в связи с чем именно Р.В., а не З. Р.И. был передан мобильный телефон, зарегистрированный на иное лицо, о сокрытии Р.И. и Я. факта ДТП с участием прокурорских работников, а также о ложности показаний допрошенных по делу свидетелей.

С целью проверки доводов Т.А.М. по его ходатайству судом были допрошены в качестве свидетелей: Ф., В., Р., А.Т., П.М., М.А., К.Т., Х.А. и Х.С., которые показали, что знакомы с Т.А.М. по совместному отдыху в лесу и на рыбалке, весной 2009 г. от последнего им стало известно, что он попал в ДТП и лежал в больнице, в момент ДТП 13.04.2009 г. в автомобиле "С." находились трое, включая Т.А.М., он находился на заднем сиденье машины, в результате чего получил меньшие травмы, чем его приятель Р.И., который сидел впереди, и что водитель автомашины скрылся, а Т.А.М. сделали виновником аварии.

Также судом по ходатайству Т.А.М. были допрошены свидетели Я.Е.А., Я.Е., Ч.М., Б.Б., З.Д., С.Т., С. и З.Г. которые показали, что 13.04.2009 г. они видели в прокуратуре Фрунзенского района Санкт-Петербурга Т.А.М. трезвым, и что позднее им стало известно о том, что в тот день Т.А.М. и Р.И. попали в ДТП и были госпитализированы.

При этом суд обоснованно указал в приговоре, что свидетель С., кроме того, показала, что со слов Т.А.М. ей известно, что в момент ДТП автомобилем управлял кто-то третий.

Доводы кассационной жалобы о необоснованности этого указания суда в связи с тем, что свидетель С. показала в суде, что данная информация стала известна ей со слов Р.И., опровергаются данными протокола судебного заседания, из которого следует, что такую же информацию она получила от Т.А.М.

Оценивая показания допрошенных лиц и придя к выводу об отсутствии оснований не доверять показаниям свидетелей Ф., В., Р., А.Т., П.М., М.А., К.Т., Х.А., Х.С. и С. об обстоятельствах ДТП, суд, вместе с тем, обоснованно сослался на то обстоятельство, что показания этих свидетелей не могут расцениваться, как бесспорные доказательства невиновности Т.А.М., поскольку они не являлись очевидцами ДТП и о произошедших 13.04.2009 г. событиях и расследовании настоящего уголовного дела им стало известно спустя какое-то время со слов самого Т.А.М.

Доводы кассационной жалобы о необоснованности выводов суда по поводу получения свидетелями соответствующей информации судебная коллегия считает неубедительными с учетом исследованных по делу доказательств и данной им надлежащей оценки. При этом ссылку в жалобе осужденного на показания свидетелей С.Ю., М., З.Г., С., рапорт Г. от 14.04.2009 г. и рапорт начальника отдела кадров прокуратуры Санкт-Петербурга судебная коллегия также не может принять во внимание в связи с наличием первоначальных объяснений Р.И., повлекших наличие соответствующей информации в указанных документах и показаниях допрошенных лиц.

Также судом дана надлежащая оценка и показаниям допрошенных по ходатайству Т.А.М. свидетелей Б.Б., З.Д., М.П., Ч. и З.Г., из которых следует, что в один из дней мая 2009 года, Р.И. вместе с Т.А.М., З.Г., М.П. и З.Д, осматривали автомобиль "С.", находящийся на стоянке, руководителем которой является Ч., при этом Р.И. освечивал салон каким-то прибором, возможно с ультрафиолетовым светом.

Констатировав отсутствие оснований не доверять показаниям данных свидетелей, суд с учетом показаний допрошенных по делу свидетелей Г.А., Т.А., Ю., специалистов Е.Д., Б.Е.Б. и эксперта А.А.П., о времени и количествах осмотра автомобиля при производстве следственных действий, правомерно указал, что показания допрошенных по ходатайству стороны защиты свидетелей не доказывают то обстоятельство, что Р.И. принимал меры к уничтожению возможных следов, позволявших идентифицировать личность водителя автомобиля в момент ДТП.

Доводы кассационной жалобы осужденного о том, что в данной части суд не учел сущности его показаний и исследованных по делу доказательств, судебная коллегия считает неубедительными, т.к. материалами дела данный вывод суда не опровергается, а утверждение Т.А.М. о том, что Р.И. лишь проверял наличие следов с помощью специального прибора является предположением, которое достоверно по делу не подтверждено.

Оценивая доводы осужденного, суд правомерно сослался в приговоре на то, что ни один из допрошенных по делу свидетелей не подтвердил тот факт, что в мае 2009 года в их присутствии производилось уничтожение следов в салоне автомобиля "С.", а допрошенные по делу специалист-криминалист Е.Д., свидетель Т.А. и эксперт А.А.П. исключили факт уничтожения следов в салоне автомобиля "С." на момент производства ими осмотра данного автомобиля.

Также суд обоснованно указал, что сотрудники Фрунзенского ОГИБДД К.К. и С.А.В., сотрудник Пушкинского ОГИБДД Б., следователь Г.А. и специалист-криминалист Е.Д., проводившие осмотр места ДТП, а также участвовавшие в этом осмотре в качестве понятых свидетели: К.В. и П., подтвердили достоверность и полноту составленных на месте ДТП с их участием протоколов осмотра и схемы ДТП.

Таким образом с учетом исследованной судом совокупности доказательств суд обоснованно отверг доводы Т.А.М. о якобы имевшем место уничтожении следов ДТП на месте происшествия и следов в салоне автомобиля "С.", указав на их голословность и предположительный характер.

При указанных обстоятельствах ссылку осужденного в кассационной жалобе на то, что допрошенные свидетели могли не обратить внимания или не заметить факта уничтожения следов, Е.Д., Т.А. и эксперт А.А.П. не смогли объяснить факт отсутствия каких бы то ни было биологических следов на подушке безопасности с места водителя, а свидетели П., К.К., и Я. дали показания о наличии на месте ДТП следов, которые не отражены в протоколе его осмотра, судебная коллегия считает необоснованной, поскольку она не опровергает правильность оценки судом доводов осужденного, данной в приговоре.

Судом также были исследованы показания допрошенных по ходатайству Т.А.М. свидетелей Р.В., Ч., Ф.А., Д.

Так из показаний свидетеля Р.В. следует, что 13.04.2009 г. он работал в должности прокурора Курортного района Санкт-Петербурга. С 2001 года знает Р.И. О произошедшем ДТП и госпитализации Р.И. и Т.А.М. он узнал 14.04.2009 г. из разговора по телефону с Р.И. Навещая Р.И. в больнице, впервые увидел Т.А.М. Со слов Р.И. ему известно, что 13.04.2009 г. по окончании рабочего времени Т.А.М. сел за руль автомашины Р.И. "С.", а Р.И. сел на переднее пассажирское сиденье и они вдвоем поехали по каким-то улицам, после чего по вине Т.А.М. произошло ДТП в результате которого погиб человек, а с места ДТП Р.И. и Т.А.М. были доставлены в больницу N <...> г. Сестрорецка на автомобиле жены Р.И.

Также свидетель Р.В. показал, что 13.04.2009 г. он на место ДТП не приезжал, участия в госпитализации Т.А.М. и Р.И. не принимал, никакого мобильного телефона в больнице Р.И. не передавал, о состоянии здоровья Р.И. и Т.А.М. с персоналом больницы не общался, указаний о подмене взятых у них анализов крови на этанол никому не давал, о том, производилась ли съемка данного ДТП сотрудниками 5-го телеканала ему не известно, мер к уничтожению возможных материалов съемки он не предпринимал, N <...> является абонентским номером мобильного телефона его матери Ч.

Согласно показаниям свидетеля Ч., являющейся матерью Р.В., она знакома с семьей Р.И. 13.04.2009 г. после 20 часов ей на ее мобильный телефон N <...> позвонил Р.И. и сообщил, что попал в серьезную аварию и что ему плохо. Разговор постоянно прерывался, он перезванивал, просил помочь и сообщил, где произошло ДТП. На попутной автомашине она подъезжала к месту аварии на Софийской улице, где увидела много машин. Само место ДТП не разглядывала В это время ей позвонили и мужской голос попросил ее не беспокоиться, сказав, что Р.И. везут в больницу. После этого она на той же машине поехала домой, но по пути не могла успокоиться и решила поехать в больницу N <...>, чтобы выяснить о состоянии здоровья Р.И., но в больнице его не увидела. Узнав, что он доставлен в тяжелом состоянии, вернулась домой. После этого она неоднократно общалась с Р.И. по телефону и ездила к нему в больницу. Со слов Р.И. ей известно, что в момент ДТП за рулем его автомобиля сидел его коллега Т.А.М.

Как следует из показаний свидетеля Ф.А. - старшего помощника прокурора Санкт-Петербурга по обеспечению собственной безопасности, до проведения служебной проверки он с Т.А.М. лично знаком не был, проводил данную проверку по указанию прокурора Санкт-Петербурга. Причиной проверки и соответствующего рапорта явилось сокрытие Р.И. истинных причин нахождения его в больнице и отсутствия на работе, а также сведения о том, что Т.А.М. и Р.И. поступили в больницу в состоянии алкогольного опьянения. Кроме того, Т.А.М. были поданы рапорты, в которых им ставились вопросы по установлению лица, виновного в ДТП от 13.04.2009 г. Проверочные мероприятия начались 02.06.2009 г., когда были взяты объяснения от Р.И. 16.06.2009 г. были взяты объяснения у Т.А.М. В ходе служебной проверки был сделан вывод о том, что выдвинутая Т.А.М. версия о третьем лице, управлявшем автомобилем и скрывшемся с места ДТП, является надуманной. По результатам служебной проверки Т.А.М. был уволен за совершение проступка, порочащего честь прокурорского работника, а Р.И. уволился по собственному желанию. Ему также известно, что по заявлениям Ж. в прокуратуре Санкт-Петербурга проводились служебные проверки.

Согласно показаниям свидетеля Д. - начальника дежурной части УГИБДД ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, 13.04.2009 г. никакой информации о ДТП у Южной ТЭЦ в Пушкинском районе от Я. он не получал. Вся информация о ДТП фиксируется в дежурной части ГУВД. Информация о произошедшем ДТП поступает в основном в дежурную часть ГУВД, потом поступает к ним по электронной почте и в дежурную часть УВД. При получении информации о ДТП с участием работника прокуратуры об этом должны сообщить дежурному прокурору и выслать следственную группу на место ДТП. Насколько он помнит, к нему информация о произошедшем 13.04.2009 г. ДТП не поступала.

С учетом исследованных доказательств судом дана надлежащая оценка доводам Т.А.М. о возможной причастности свидетелей, в том числе Р.В., к уничтожению материалов видеосъемки, осуществленной сотрудниками 5 Телеканала на месте ДТП 13.04.2009 г.

Так суд обоснованно сослался на имеющиеся в материалах дела сведения, в том числе, поступившие из ОАО "Телекомпания "Петербург", а также на проверенные судом видеоматериалы, из которых следует, что съемка сотрудниками ТРК "Петербург 5 канал" на месте ДТП 13.04.2009 г. не производилась.

Учтено судом и то обстоятельство, что показания допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей относительно названия телеканала и сведений о том, производилась ли сотрудниками телеканала съемка, носят противоречивый характер.

При данных обстоятельствах суд правомерно отверг указанные доводы осужденного, как не подтвержденные объективными данными.

Кроме того, судом правильно учтено, что выяснение вопроса о том, производилась ли на месте ДТП таковая съемка, никак не влияет на доказанность вины Т.А.М. в инкриминированном ему преступлении.

Дана судом оценка и доводам осужденного о ложности показаний свидетелей Р.И. и Р.В. относительно лица, управлявшего автомобилем "С." в момент ДТП, а также его доводам о ложности показаний указанных свидетелей и свидетелей Р.Т., Ч. относительно обстоятельств доставления его и Р.И. с места ДТП в больницу и относительно используемых ими абонентских номеров операторов мобильной связи.

При этом, вопреки доводам кассационной жалобы, суд обоснованно отметил, что показания указанных лиц не опровергаются информацией, полученной в ходе судебного разбирательства от операторов мобильной связи.

С учетом изложенного, а также с учетом того, что показания названных свидетелей в той части, в которой они оспариваются подсудимым Т.А.М., ничем объективно не опровергнуты и согласуются с остальными вышеуказанными доказательствами по делу, суд обоснованно не усмотрел оснований для недоверия показаниям указанных лиц.

Кроме того, судом правильно учтено, что тот факт, кем именно осуществлялась доставка Т.А.М. и Р.И. с места ДТП в больницу и какими номерами мобильных телефонов пользовались после ДТП вышеуказанные свидетели, никак напрямую не связан с непосредственным предметом доказывания по настоящему уголовному делу и не опровергает имеющиеся в деле доказательства, подтверждающие вину Т.А.М. в произошедшем ДТП.

Таким образом суд правомерно отверг доводы осужденного в данной части, в связи с чем доводы кассационной жалобы о том, что суд необоснованно положил в основу приговора показания свидетелей Р.И. и Р.Т., судебная коллегия считает неубедительными.

Суд обоснованно признал достоверными показания свидетеля Ж., поскольку оспариваемые Т.А.М. показания свидетеля вопреки доводам кассационной жалобы подтверждаются показаниями свидетеля Р.И. и иными доказательствами, объективно подтверждающими факт управления Т.А.М. автомобилем "С." от здания, в котором расположена прокуратура Фрунзенского района, до места ДТП.

При указанных обстоятельствах, а также с учетом того, что 13.04.2009 г. Ж. вместе с другими сотрудниками прокуратуры Фрунзенского района Санкт-Петербурга была приглашена на поздравление Т.А.М. с днем рождения и впоследствии присутствовала на организованном им фуршете, суд правомерно критически отнесся к доводам осужденного о наличии у Ж. к нему неприязни, послужившей поводом для его оговора, обоснованно указав, что тот факт, что по заявлениям Ж. в прокуратуре Санкт-Петербурга проводились в установленном законом порядке служебные проверки не является доказательством дачи свидетелем Ж. ложных показаний по настоящему уголовному делу.

С учетом изложенного доводы кассационной жалобы осужденного о наличии у свидетеля Ж. с учетом показаний допрошенных по делу лиц оснований для его оговора, судебная коллегия считает неубедительными.

По мнению судебной коллегии суд обоснованно признал достоверными и показания свидетеля Я., поскольку они соответствуют иным доказательствам по делу.

Доводы кассационной жалобы Т.А.М. о ложности показаний свидетеля Я. со ссылкой на показания свидетеля Д. и сообщение заместителя начальника УГИБДД Г.В., судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку эти доводы базируются на предположении осужденного о невозможности нарушения Я. требований законодательства, которое не является достаточным основанием для вывода о неправильной оценке судом показаний свидетеля.

Доводы кассационной жалобы о неверной оценке суда, данной заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы и показаниям судебно-медицинского эксперта Б.А.А., судебная коллегия считает необоснованными, т.к. согласно описательно-мотивировочной части приговора суд не расценивал выводы указанного заключения, как категоричные, а дал им надлежащую оценку наряду с другими исследованными по делу доказательствами.

При этом в своих показаниях эксперт Б.А.А. также не делал никаких категоричных утверждений, из которых следовало, что Т.А.М. находился в момент ДТП именно на месте водителя, в связи с чем ссылку осужденного в жалобе на то, что предположения эксперта опровергаются заключением биологической экспертизы, судебная коллегия считает несостоятельной.

Доводы жалобы осужденного о подтверждении его показаний протоколом дополнительного осмотра места происшествия, согласно которому из салона автомобиля "С." был изъят соответствующий коврик со следами обуви, судебная коллегия считает также несостоятельными, поскольку, как видно из материалов дела, достоверных доказательств того, что данные следы принадлежат именно Т.А.М., суду представлено не было.

Таким образом, представленной по делу совокупности доказательств судом дана надлежащая оценка, при этом, вопреки доводам кассационной жалобы осужденного Т.А.М., судом указано в приговоре, по каким основаниям суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

С учетом этой оценки, суд обоснованно расценил доводы осужденного Т.А.М., приведенные им в оспаривание своей вины, как защитную версию, изложенную с целью избежать ответственности за содеянное.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену или изменение приговора, при рассмотрении дела судом не допущено.

То обстоятельство, что в приговоре суд сослался на показания свидетелей К. и Т., которые не исследовались в судебном заседании, с учетом произведенной судом в приговоре оценки иных исследованных по делу доказательств, образующих убедительную совокупность, не повлияло на правильность выводов суда о доказанности вины Т.А.М. в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч. 3 УК РФ, в связи с чем судебная коллегия полагает, что в связи с данным нарушением положений УПК РФ приговор суда отмене не подлежит, как не подлежит и изменению, о котором просит в кассационном представлении заместитель прокурора Санкт-Петербурга.

Наказание осужденному Т.А.М. назначено в соответствии с требованиями закона и является справедливым.

Гражданский иск рассмотрен судом в соответствии с нормами действующего законодательства.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

Приговор Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 16 ноября 2010 года в отношении Т.А.М. - оставить без изменения, кассационную жалобу осужденного, кассационное представление - без удовлетворения.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь