Оставьте ссылку на эту страницу в соцсетях:

Поиск по базе документов:

Для поиска на текущей странице: "Ctr+F" |



 

СВЕРДЛОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 марта 2011 г. по делу N 33-3598/2011

 

Судья Майорова И.В.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Зинченко И.П.,

судей Чумак Г.Н.,

Калимуллиной Е.Р.

при секретаре Смирновой А.П. рассмотрела в открытом судебном заседании 17 марта 2011 года гражданское дело по иску И. к ГУВД по Свердловской области, Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда по кассационной жалобе И. на решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 31 декабря 2010 года.

Заслушав доклад судьи Чумак Н.Г., объяснения И., поддержавшего доводы кассационной жалобы, представителя ГУВД по Свердловской области по доверенности от 20 октября 2010 года, УВД по МО "г. Екатеринбурга" по доверенности от 13 января 2009 года, МВД Российской Федерации по доверенности от 01 февраля 2011 года - А., представителя Минфина Российской Федерации - Д., действующей на основании доверенности от 21 декабря 2010 года, возражавших относительно доводов кассационной жалобы, судебная коллегия

 

установила:

 

И. обратился в суд с иском ГУВД по Свердловской области, Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда.

В обоснование своих требований указал, что 23 апреля 2010 года он направился в отдел делопроизводства управление милиции <...> г. Екатеринбурга, чтобы узнать о движении обращения, которое направлял почтой ранее. Истец указал, что с собой у него была видеокамера, которую он носил с целью записи разговора с сотрудниками милиции в порядке самозащиты от неправомерных посягательств, размещения в сети "интернет" и направления в надзорные органы.

Истец также указал, что около 13-00 часов он зашел в канцелярию <...> где ему отказались предоставить информацию о дате регистрации обращения, затем непосредственно к начальнику отдела делопроизводства Е. <...>. Поставив камеру на стойку, включив ее, но не производя видеозапись происходящего (попавшая в объектив картина отображалась на дисплее) он начал разговор с Е.

Выйдя из <...> кабинета, истец начал видеозапись и с целью фиксации происходящего прошел в <...> кабинет, за ним последовали оперуполномоченный ОУР Д. и Е., которые потребовали передать им видеокамеру.

Истец полагал, что поскольку ни одного закона им нарушено не было, то он вправе отказаться выполнять незаконные требования сотрудников милиции и направился к выходу, кроме того, эти сотрудники милиции не представлялись, поэтому он не был уверен вправе ли они требовать что-либо от него.

Однако, Д. остановил его, отвел в кабинет <...> и при находившихся там оперуполномоченных уголовного розыска З., Г., Т. забрал видеокамеру и удалил содержащуюся в ней информацию.

По утверждению истца, он не производил фото и видеофиксацию документов, составляющих государственную или иную тайну, а само помещение и здание как отдела делопроизводства, так и УМ <...> по МО г. Екатеринбург не относится к числу засекреченных объектов.

Истец также указал, что Д. являясь должностным лицом - уполномоченным уголовного розыска, не имел права препятствовать ему, поскольку им не было совершено деяния, попадающего под действие Уголовного либо Административного кодекса. Попросив у него документы, удостоверяющие личность, Д. действовал с одной целью - доказать ему свою власть и унизить его, поскольку согласно п. 2 ст. 11 Закона "О милиции" сотрудники милиции могут требовать документы, удостоверяющие личность, только в перечисленных данной статьей случаях. Поэтому, как полагал истец, эти действия ответчика ущемили его неимущественные права: а именно, право на поиск, получение и производство информации, право свободу передвижения, право на личную неприкосновенность.

Также истец указал, что от вышеуказанных нарушений его законных прав он испытал нервное переживание, чувство унижения, стыда, страха, обиды и легкие физические страдания в виде головной боли и головокружения, ущерб от которых оценивает в <...>.

На основании изложенного, истец просил признать незаконным действие сотрудника криминальной милиции Д., выражавшееся в препятствовании видеозаписи в помещении управления милиции <...> по МО г. Екатеринбург. Признать незаконным действие сотрудника криминальной милиции Д., выражавшееся в остановке и доставлении истца в кабинет <...> УМ <...> г. Екатеринбурга. Признать незаконным действие сотрудника криминальной милиции Д. выражавшееся в проверке документов без достаточных на то оснований. Обязать ответчика возместить моральный вред в размере <...>, расходы на оплату госпошлины и снятие копий документов.

Представитель ответчиков ГУВД по Свердловской области и УВД МО "г. Екатеринбург" исковые требования И. не признала, просила отказать в их удовлетворении в полном объеме.

Судом, в отсутствие представителей ответчика Министерства финансов Российской Федерации, МВД Российской Федерации, ответчика Д. постановлено решение, которым исковые требования И. к ГУВД по Свердловской области, Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда оставлены без удовлетворения.

С решением не согласился И. и в кассационной жалобе просит его отменить как незаконное, в связи с нарушением норм материального права, указывая на то, что действиями сотрудников милиции ему был причинен вред его неимущественным благам, поскольку он при осуществлении видеосъемки не нарушил ни одного нормативно-правового акта, а требования сотрудников милиции являются незаконными.

 

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения.

Суд правильно определил характер правоотношений между сторонами и закон, подлежащий применению при разрешении спора, на основании которого верно определен круг обстоятельств, имеющих значение для дела.

Как видно из искового заявления, истец просит возместить ему вред, причиненный незаконными действиями должностными лицами государственного органа, ссылаясь на положения ст. ст. 151, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответственность по ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации наступает на общих условиях ответственности при причинении вреда, но при наличии означенных в ней специальных условий, которые выражаются во властно-административных действиях государственных органов, должностных лиц. Для наступления общих условий ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами, вину причинителя вреда.

Разрешая спор по существу, суд проанализировал законодательство, регулирующее нахождение лиц в помещениях органов МВД и указал, что расположенный в здании отдела милиции <...> по МО "Город Екатеринбург" по адресу: <...> кабинет <...> является режимным помещением, аттестованным на соответствие требованиям, предъявляемым помещениям для секретных работ. В данное помещение исключается возможность бесконтрольного проникновения посторонних лиц для гарантии сохранности находящихся в них носителей сведений, составляющих государственную тайну.

Таким образом, исходя из Инструкции по обеспечению режима секретности в Российской Федерации, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 05 января 2004 года N 3-1, суд пришел к обоснованному выводу о том, что истец, в отсутствие у него разрешение на производство видеосъемки, производил видеозапись на режимном объекте, что и явилось основанием для обращения к нему с требованием прекратить данные действия сотрудника милиции Д.

Само обращение сотрудника милиции также не противоречит действующему законодательству, поскольку п.п. 2, 4 ст. 11 Закона "О милиции", сотрудникам милиции для выполнения возложенных обязанностей предоставляется право проверять документы, удостоверяющие личность, у граждан, если имеются достаточные основания подозревать их в совершении преступления или полагать, что они находятся в розыске, либо имеется повод к возбуждению в отношении их дела об административном правонарушении; получать от граждан и должностных лиц необходимые объяснения, сведения, справки, документы и копии с них.

Как верно указал суд, поскольку истцом производились действия, которые запрещены к совершению на режимном объекте, соответственно, у ответчика Д. как у сотрудника милиции имелись основания для проверки документов, удостоверяющих личность истца, и препровождения его в кабинет для получения объяснений.

Таким образом, суд, не установив противоправное поведение сотрудников милиции, обоснованно пришел к выводу, что оснований и для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца нет.

Учитывая требования закона и установленные судом обстоятельства, суд правильно разрешил возникший спор, а доводы, изложенные в кассационной жалобе, выводов суда не опровергают и не являются основаниями для отмены решения суда по основаниям, предусмотренным ст. 362 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 361, 362, 366 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

 

определила:

 

решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 31 декабря 2010 года оставить без изменения, кассационную жалобу И. - без удовлетворения.

 

Председательствующий

ЗИНЧЕНКО И.П.

 

Судьи

ЧУМАК Г.Н.

КАЛИМУЛЛИНА Е.Р.

 

 





"Вся судебная практика судов общей юрисдикции в помощь юристам"

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Copyright © sudpraktika.com, 2013 - 2018       |       Обратая связь